Текст книги "Перстень Мериада (СИ)"

Автор книги: Ольга Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 31 страниц)

– Вы удивлены?

– Честно говоря, да. Я думала, что…

– Что лук и я – понятия несовместимые?

Она кивнула.

– Некоторые из нас, те, кто не придерживаются архаичных правил предков, умеют посылать стрелы в цель. Это один из тех маленьких секретов, о которых я говорил. Но мы используем оружие только для защиты.

– А зачем оно Вам понадобился сейчас? – У неё разыгралось любопытство.

– Штайдам небезопасно ходить по деревне, особенно вечером. Люди почему-то считают, что мы приносим зло.

– А Вы ходили в деревню? – Похоже, ей придётся удивляться весь оставшийся вечер.

– Да. Тут неподалёку есть деревня, где живёт больной мальчик. Я ходил его проведать.

– И вернулись так быстро? – с ноткой скепсиса спросила девушка.

– Имеющий ноги, должен знать, как их правильно использовать, – усмехнулся штайд. – Кроме того, откуда Вы знаете, сколько прошло времени с момента моего ухода? – Он хитро подмигнул ей. – В моём доме нет часов, а человеческие ощущения бывают обманчивы.

Штайд подошёл к очагу и подбросил в него дров.

– Вас проводить до Эльривера? – не оборачиваясь, спросил он.

– Спасибо, не стоит, – вежливо отказалась Стелла.

– Раз я привёл Вас сюда, то должен отвести обратно, – возразил хозяин. – Обратной дороги Вы всё равно не помните.

В этом он был прав, и Стелла приняла его любезное предложение.

Они молча шли по тропинке.

На небе загорались первые звёзды; вокруг было темно, но не тихо – время от времени ухала сова и вскрикивала, будто очнувшись от сна, какая-то птица.

– А тут нет змей? – шёпотом спросила девушка.

– Нет. – Даже не видя его лица, она знала, что он улыбается.

Они вышли в поле, на уже знакомую принцессе межу. Впереди замаячили огни Эльривера; со двора ближайшей фермы доносился приглушённый собачий лай.

Дойдя до начала ограды, штайд остановился.

– Доброй ночи, – попрощался он. – Дальше мне идти небезопасно.

– Доброй ночи и спасибо за ужин.

Не успела она сделать и пары шагов, как штайд окликнул её:

– Подождите, у меня есть для Вас небольшой подарок.

Он достал из холщовой сумки завёрнутую в тёмную материю баночку и протянул ей:

– Эта мазь заживляет раны и в дальнейшем может Вам пригодиться. У того, кто носит оружие, обычно бывают и ранения, – рассмеялся штайд.

– Большое спасибо! – Стелла крепко сжала баночку в руках. – Но мне нечем отблагодарить Вас…

– Подарки приятно делать от чистого сердца. Кстати, меня зовут Осмальд.

– Стелла.

– Да хранит Вас Великая владычица, Стелла!

Тени освещенных окон постоялого двора яркими прямоугольниками ложились на землю. Повозок во дворе уменьшилось, и Стелла беспрепятственно подошла к двери. Приоткрыв её, она прислушалась – из общей залы доносился приглушённый гул разговоров.

– Свободных комнат нет! – не узнав её, крикнула с того конца двора, из дровяного сарая, Амели. – Ох, и народу понаехало!

– Спасибо, у меня уже есть комната, – ответила принцесса и пошла к Амели. Ложиться спать было ещё рано, а идти в прокуренную шумную залу не хотелось. – Работаешь?

– А, это Вы, сеньора! Нет, я уже натрудилась на сегодня. Есть хотите?

– Спасибо, я поужинала.

– Где же? – блеснула глазами хозяйская дочка.

– У военных, – соврала принцесса; ей не хотелось говорить, что она была у штайда. Может, Амели даже не знает, что он живёт неподалёку, а Стелла проболтается и навредит ему.

– Ну, из них повара никудышные, это Вы напрасно!

Принцесса пожала плечами, но промолчала. Наверное, эта девица подумала, что она решила сэкономить, не заказывая ужин.

– У Вас хорошая лошадь, сеньора, – сказала Амели, достав мешочек с орехами. – Дорого, поди, стоит?

– Дорого.

Говорить с ней, определённо, было не о чем, и Стелла смирилась с участью провести остаток вечера в компании подвыпивших купцов. В конце концов, всегда можно подняться к себе и помечтать у окна о Сиальдаре. Наверное, это очень красивая страна, не даром же там находится знаменитая Долина голубых озёр – любимое место отдыха Анжелины.

Единственным, что принцесса достоверно знала о Сиальдаре, было то, что там правил её дядя, сводный брат её матери, Наваэль. Она его никогда не видела, да и он вряд ли знал что-нибудь о племянницах, кроме их имён. И всё же Стелла надеялась, что Наваэль обрадуется ее приезду и поможет отыскать Визара.

Девушка вспомнила, что в сумке у неё лежит непрочитанное письмо от Маркуса. Она получила его в день отъезда и второпях даже не успела распечатать.

Стелла поднялась к себе, порылась в вещах и вытащила заветный конверт. Немного помялся – какая же она неаккуратная!

Принцесса зажгла свечу, пододвинула её ближе к себе, будто прося у огня защиты от злых сил – так делали люди в стародавние времена – и надорвала конверт.

Её королевскому высочеству принцессе Стелле.

Деринг.

От Его королевского высочества принца Маркуса

Джосия, 6 февраля

Милая Стелла!

Как же я давно тебя не видел! Надеюсь, ты еще не забыла обо мне? Знаю-знаю, что ты ответишь, но не вспыли, как обычно, ладно? Мы с тобой часто ссорились, но всё это, надеюсь, в прошлом. Пора, пора нам обоим начинать новую, взрослую жизнь.

Как ты там? Как здоровье Её величества? Нравится ли тебе в Деринге? Какие, вообще, новости? Тут ведь всё тихо, как в каком-нибудь далёком провинциальном городке. Жизнь идёт своим чередом, не меняясь из поколения в поколение. Это тоже хорошо, но после Лиэрны как-то непривычно.

Впрочем, хватит вопросов, пора написать что-нибудь о себе.

Я благополучно добрался до Джосии, только один раз попал в сильную бурю.

Слава Никаре, отец пребывает в добром здравии и отличном расположении духа. Если на то будет милость богини, он переживёт всех нас.

Когда я приехал, в Стране гор уже наступила зима. Знаешь, она совсем не похожа на лиэнскую. У нас вьюги заморозят и собьют с пути любого: и конного, и пешего, поэтому я только сейчас, когда немного потеплело, и дороги пришли в более-менее сносное состояние (правда, ненадолго, думаю, дней на пять, не больше, до новых снегопадов), смог послать тебе письмо.

Словом, новостей абсолютно никаких – не стану же я писать тебе о нашей каждодневной рутине!

Да, тебе привет от мамы и сестер. Представляешь, за время моего отсутствия у меня родилось целых две! Они такие забавные, похожи на меня. Надеюсь, ты их как-нибудь увидишь – такие милашки! Одну зовут Алия, другую – Майя.

Мне тебя не хватает; я понял это только тогда, когда оказался так далеко от тебя. Ты мне так же дорога, как милая моему сердцу Джосия. Пожалуй, даже дороже, как это кощунственно ни звучит. Значит, мы действительно были друзьями, в прочем, почему были, мы и сейчас друзья.

В конце весны, когда сойдёт снег, напиши мне, а ещё лучше приезжай – ты не пожалеешь! Мы будем лазать по горам; я покажу тебе такое, что ты даже на картинках не видела. Горы весной безумно красивы!

Я, наверное, не удержусь и сам приеду летом в Лиэрну; никогда бы не подумал, что она тоже станет моим домом… Знай, где бы я ни был, частичка меня всегда в Лиэне, рядом с тобой и твоей сестрой. Вы обе для меня, как сестры.

Иногда мысль о том, что тебя кто-то ждёт, согревает. Твоя сестра права: пока веришь, пока ждёшь, этот человек будет жив и обязательно вернётся, потому что иначе и не может быть. А у нас говорят: «Вера – лучшая помощь». Ведь очень-очень нужно знать, что в тебя кто-то верит, что ты кому-нибудь нужен, правда? Запомни это и чаще вспоминай о близких тебе людях; их любовь лечит любые раны.

Я очень скучаю по тебе; ты часть моего мира. В моей стране сказали бы: «Ты дорога мне, как родные горы, вскормившие меня, как гробницы предков, где покоятся давшие мне жизнь; ты дороже жизни, без тебя она безлунная ночь, с тобой же – солнечный день».

Сегодня я поразительно сентиментален, но ты уж прости – видимо, на меня так действует приближающаяся весна, а тут еще, разбирая вещи, наткнулся на твой подарок… Не сердись, я вовсе не запихнул его в самый дальний угол, просто разобрать вещи времени не было. По случаю моего приезда тут такое было! Родители устроили настоящий пир, показывали многочисленным родственникам, словом, я только сейчас опомнился. Пирушка у горцев – это что-то, смерть для желудка. Мы тут годовой запас провианта съели, странно, что еще живы остались.

Твой подарок обещаю поставить на самое видное место.

А ты не забывай, что у тебя есть друг, и он помнит о тебе, Велен, да будет так (помнишь Наамбру и её колдовские фокусы?). Только пусть это «велен» принесёт тебе только хорошее!

Если не сочтёшь за труд, ответь мне.

Никогда не умел писать писем, так что извини за этот дурацкий опус. Будь другом, прости своего глупого коневода!

Береги себя и не ввязывайся в авантюры, они не лучшим образом отражаются на здоровье Старлы. Если ты не думаешь о себе, подумай хотя бы о ней.

Да прибудет с тобой милость богов!

До свидания, моя бесшабашная подруга.

Твой друг Маркус.

Это незатейливое письмо Стелла потом выучила наизусть; оно не раз в трудную минуту помогало ей в пути. Всё же, приятно знать, что тебя кто-то любит и ждёт, ради этого стоит жить и бороться.

Она ещё раз перечитала письмо, а потом убрала его обратно в сумку.

Проверив, на месте ли кошелёк, девушка потушила свечку и вышла в коридор: она решила спуститься в общую залу, чтобы разыскать Авара и выяснить, когда он и его товарищи намерены уезжать.

Глава III

Ей не спалось. Стелла ещё раз перевернулась с бока на бок – не помогло. Она приподнялась на локте и посмотрела на окно – ставни закрыты, луна в окно не бьёт… Значит, просто бессонница.

Принцесса спустила ноги на пол и пошарила рукой по приставленному к изголовью кровати стулу. Нащупав одежду, она, несколько раз зевнув, привела себя в божеский вид и, подойдя к окну, задумалась. Чего же ей не хватает? Постель не каменная, постельное бельё чистое, поужинала она хорошо – тут упрекнуть штайда не в чем.

– Спущусь вниз, выпью чуть-чуть эля, – решила девушка. – Эль – хорошее снотворное.

В коридоре было темно, и принцесса обрадовалась, что взяла с собой кинжал – мало ли, кого можно встретить в этом мраке?

На лестнице стало светлее: несмотря на поздний час, масляные светильники ещё горели, правда, тускло. Осмотревшись, Стелла осторожно, стараясь не шуметь, спустилась вниз.

В общей зале девушка опять погрузилась в темноту, лишь из-под двери кухни пробивалась полоска света. Принцесса направилась к ней. Она уже хотела постучаться, когда её внимания привлёк полночный кухонный разговор. Беседовали трое; голоса двоих были ей знакомы.

– Интересно, что там так активно обсуждают Авар и наш добрый хозяин? – Стелла присела на корточки и прильнула ухом к заветной щёлке.

Разговор действительно оказался занятным и, судя по всему, касался товаров, которые везли купцы.

– Может, сложить всё в сарае за дровами? Твоя девчушка не из болтливых?

– Амели-то нет, а вот вторая…

– Какая вторая?

– Та замарашка, Энгель, что спит там. Выгонять мне её жалко – она ведь сиротка…

– Зачем же выгонять? Просто намекни, чтобы держала язык за зубами.

– А по сколько это можно будет продать? – Обладателя этого голоса девушка не знала.

– Всё зависит от качества, – уклончиво ответил хозяин.

– Кстати, – помолчав, спросил он, – а что за птичка приехала с вами? Она знает?

– Упаси её боги! Пусть себе спит спокойно. Она, вообще, странная особа…

– А как она к вам попала?

– Да встретили по дороге. Собиралась доехать с нами до Оурдана. Не обыкновенная девчонка, не из простого люда.

– У неё есть меч. – Снова заговорил тот, кого девушка не знала.

– Слушай, Верги, сходил бы ты и проверил, спит ли эта особа, – заметил хозяин. – Мне не нужны лишние неприятности.

Стелла опрометью бросилась прочь и впопыхах чуть не налетела на один из столов.

Услышав скип двери, принцесса на мгновенье замерла и юркнула в темноту, сгустившуюся под очередным длинным столом. Конечно, это глупо, но ещё глупее надеяться на то, что она успешно достигнет своей комнаты на глазах посланного к ней соглядатая.

Он остановился неподалёку от неё. В руках у него была свеча – отблески пламени ложились на носки стоптанных сапог. Сердце Стеллы замерло, когда он вплотную подошёл к столу, под которым она пряталась, и поставил на него свечу.

– Тут темно и тихо. Сверху тоже не доносится ни звука, – пробормотал соглядатай. – С какой стати ей таскаться по ночам и подслушивать нас?

Он громко зевнул, лязгнув зубами, и пробормотал:

– Ладно, так и быть, поднимусь наверх. Если дверь закрыта – значит, спит.

У неё отлегло от сердца: уходя, она закрыла дверь на ключ!

Шаги стихли. Она аккуратно выбралась из своего укрытия и снова юркнула к двери на кухню – за ней слышались громкий смех и глухой звук стука кружек о стол.

– Значит, в отсутствии своего товарища они успели о чём-то договориться, иначе не стали бы пить, – подумала Стелла и обернулась – не идёт ли тот тип. Но, похоже, он надолго застрял наверху.

– Наверное, пьян и храпит где-нибудь в коридоре, – с досадой подумала она. – Когда он болтал сам с собой, язык у него заплетался.

Из подслушанного обрывка разговора принцесса сделала вывод, что её спутники действительно не чисты на руку, так что предчувствия её не обманули. Оставаться с ними дальше было противно, да и опасно.

Девушка решила как можно скорее покинуть Эльривер, но для этого нужно было подняться к себе и забрать вещи. По милости не рассчитавшего свои силы типа, по её мнению, дрыхнувшего где-то там, наверху, сделать это нормальным способом (подняться по лестнице, пройти по коридору и отпереть дверь) было невозможно.

Что касается денег, которые она должна была за постой хозяину «Бойкого петуха», Стелла намеревалась оставить их себе – в качестве компенсации за моральные издержки. Справедливости ради, он сам должен был бы их простить за то, что она не донесла на него. А донести на него было за что – кроме пособничества ворам, за ним, наверняка, водились и другие тёмные делишки.

Опасаясь, что проклятая дверь заскрипит, принцесса отворила ее и выскользнула во двор. Там было холодно и тихо; на небе тускло мерцали звёзды.

Убедившись, что за ней никто не шпионит, девушка предупредительно отступила под прикрытие отбрасываемой стеной тени и задумалась над создавшимся положением. Все вещи были наверху, а она внизу. В кармане у неё ключ, но толку от него никакого.

– В детстве я неплохо лазала по деревьям, – усмехнулась Стелла, осмотрев стены постоялого двора. – Кто знает, может, стена окажется не хуже дерева.

Она быстро отыскала своё окно: оно было угловым, ошибиться было невозможно, но вот стенка оказалась неподходящей для задуманных упражнений. Нужна была лестница. А где в таком заведении может быть лестница? Разумеется, в конюшне. Принцесса зашла в нее и без труда обнаружила искомое.

Лестница оказалась тяжёлой, и с непривычки Стелла с трудом дотащила её до нужной стены. На её счастье, ни один из ночевавших в повозках возниц не проснулся.

Карабкаться у неё получалось гораздо лучше, чем таскать тяжести – через пару минут, немного повозившись с окном, девушка оказалась в своей комнате. Свечи она не зажигала, двигаться старалась как можно тише. Пожалуй, никогда в жизни принцесса не собиралась так быстро.

Стелла прихватила с собой верёвку, поэтому без особого труда спустила вещи и корзинку с Шараром вниз. Затем она слезла сама и отнесла лестницу обратно.

Перед ней стоял выбор: на свой страх и риск ехать холодной тёмной ночью по разбитой дороге или дождаться утра, подыскав себе новый ночлег. Последнее показалось ей более разумным.

В Эльривере у неё не было знакомых, так что она могла остановиться только в штабе внутренней охраны. Но для этого ей пришлось бы провести пару неприятных минут перед воротами, выслушать брань заспанного часового и раскрыть своё инкогнито. Оставался Осмальд. Являться к кому-либо ночью, даже к штайду, по её мнению было невежливо. В прочем, перспектива заработать воспаление лёгких, устроившись на ночлег в придорожной канаве, её совсем не радовала, поэтому принцесса, немного подумав, поехала к Осмальду.

Дорогу она нашла с трудом: днём они так плутали по речным зарослям, что и немудрено, что девушка её плохо запомнила.

Ветки больно хлестали по лицу и, того и гляди, норовили выколоть ей глаза. Принцессе пришлось спешиться и руками прокладывать дорогу в этом буйстве растительности. Когда она наконец добрела до заветного мостика, и ноги, и плечи нещадно болели, а в сапоги набился снег.

Проверив, все ли вещи целы и, главное, не пропал ли Шарар, девушка смело шагнула на деревянный мостик.

– Одну минуточку, я сейчас! – Раздался на её тихий стук сонный голос Осмальда. Дверь беззвучно отворилась, и в тёмном проёме появилась фигура штайда.

– Извините, что побеспокоила Вас, – Стелла не знала, куда деть глаза, и от волнения мяла в руках повод, – но мне просто необходимо провести остаток ночи под крышей, утром я уеду, – поспешно добавила она.

– Заходите, – пожал плечами Осмальд.

Похоже, он был не из любителей задавать вопросы.

Штайд зажёг свечу.

– Проходите, устраивайтесь. Я позабочусь о Вашей лошади.

– Нет, не стоит. Я сама…

Он не стал её слушать и, по мнению принцессы, сделал много такого, чего делать не стоило. Закончилось это «непристойное гостеприимство» тем, что, встав на рассвете, Осмальд приготовил для своей незваной гостьи завтрак и собрал ей немного еды в дорогу. Он так бесшумно двигался по комнате, что Стелла, разметавшаяся на тюфяке у очага, не слышала даже, как он поставил чайник на огонь.

– Хорошо спали? – с улыбкой спросил штайд, когда она открыла глаза.

– Да, спасибо.

– Если не хотите идти к реке, можете умыться там. – Осмальд указал на одну из дверей, которую принцесса заметила во время своего первого посещения. – Там есть мыло и полотенце.

– Ещё раз спасибо. – Со сна она зябко повела плечами и пошла в умывальню.

Завтрак был горячим и сытным. Уплетая за обе щёки яичницу и подогретый хлеб с сыром, принцесса заметила, что Осмальд почти не ест и что-то чертит на обрывке бумаги.

– Что Вы делаете? – не выдержав, поинтересовалась девушка.

– Рисую для Вас карту. Вы ведь едете в Оурдан?

– А откуда Вы знаете? – Стелла чуть не поперхнулась от неожиданности.

– Осторожнее! Лучше откусывайте и глотайте по маленькому кусочку, – с улыбкой посоветовал штайд. – А что касается Оурдана… В таких маленьких городках, как Эльривер, сложно что-то утаить, особенно, если останавливаешься на постоялых дворах. Так Вы действительно туда едете?

– Да. А Вы знаете, как туда поскорее попасть? – оживилась принцесса.

– Конечно! – снова обезоруживающе улыбнулся Осмальд. – Я был там пару раз. Готово, – он протянул ей бумагу. – Вам тут всё понятно?

Стелла быстро пробежала глазами наспех нарисованную карту и кивнула. На ней всё действительно было предельно чётко и ясно.

– Отлично! – Штайд подлил ей ещё чая с молоком. – Я также осмелился немного увеличить поклажу Вашей лошади.

– То есть? – не поняла девушка.

– Я имел в виду Ваш мешок с провизией. Там сыр, сухари, немного картофеля и сыра. Да, чуть не забыл, я положил туда холщовый мешочек с чаем, который Вам так понравился. Его очень просто заваривать – достаточно бросить щепотку в кружку с горячей водой.

– Уж и не знаю, как Вас благодарить…

– А благодарить и не стоит, – улыбнулся Осмальд. – Добро творят не ради благодарности, нельзя требовать чего-то от людей взамен совершённого от чистого сердца поступка. Мне будет вполне достаточно Вашей улыбки.

И Стелла широко улыбнулась ему в ответ.

* * *

Яркое весеннее солнышко играло на крышах Оурдана, широким полукольцом раскинувшегося неподалёку от южной границы королевства.

На прилегающих к городу землях, разделенных на небольшие участки невысокими изгородями, местные жители выращивали зерно, овощи и пасли скот.

Кое-где вдоль дороги мелькали белёными фасадами фермерские усадьбы.

Из красных кирпичных труб валил густой дым. Розовощёкие хозяйки выгоняли на улицу скотину; над спинами коров клубился пар.

По дороге попадались кабачки с выстроившимися вокруг повозками торговцев, желавших сэкономить на постое (в городе всё, от эля до подушки, стоило дороже).

Стелла остановилась возле выкрашенного чёрной краской верстового столба.

Город был рядом, манил теплом своих домов, дразнил желудок ароматами кухни. Только сейчас девушка поняла, как она соскучилась по вкусной и здоровой пище. Но, пересилив себя, она отложила визит на постоялый двор или, ещё лучше, в гостиницу, решив первым делом разыскать Чейзара – двоюродного брата Алкмены, жрицы храма Мериада. Его ей рекомендовала Нилла, знавшая, казалось, родню всех жриц Лиэны. Если он разрешит остановиться у него, гостиница ей не потребуется.

Оурдан оказался большим торговым городом; в нём, как и в Деринге, всегда кипела жизнь. В городе было множество постоялых дворов и несколько гостиниц для людей статусом повыше – город Фарлебуса, наряду с Анжером, был конечным пунктом торговых караванов с Востока; здесь же пополняли запасы иностранных товаров купцы со всей Лиэны.

Дома – полукаменные, мазанковые и деревянные – тридцатью шестью длинными улицами и двадцатью восьмью переулками выстроились полукругом; их линии прерывались Храмовой, Рыночной, Губернской и Фонарной площадями.

Улицы назывались в соответствии с родом деятельности жителей, к примеру, Кожевенная, Гончарная, Лавочная.

Принцесса остановилась перед гостиницей «Золотая роза», чтобы перекусить и, быть может, узнать, где живёт Чейзар: ей говорили, что он, хоть и человек незнатный, хорошо известен в городе.

Гостиница оказалась второго сорта, но чистой и опрятной. В нижнем, общем зале было немного душно. Возле высокой длинной стойки стояли несколько человек и потягивали кто эль, кто вино – эти посетители забежали сюда на минутку и исключительно ради спиртного. Среди них был только один лиэнец (девушка безошибочно определила его по одежде и говору); остальные – приезжие.

– Наверное, купцы, – безразлично подумала Стелла и огляделась в поисках хозяина.

Кроме людей у стойки в зале обедало ещё несколько человек.

Белобрысая подавальщица в форменном переднике сновала туда-сюда, принося и унося тарелки.

– Фелишь, чека мер сирас, дан! – сказал один обедавших постояльцев, кладя крест-накрест нож и вилку.

Сердце девушки защемило от нахлынувших воспоминаний: такими же словами её мать благодарила повара за обед. Значит, этот человек приехал из Сиальдара.

К сожалению, сиальдарский язык принцесса знала плохо, так что, к своему стыду, не могла перевести всю фразу, какой бы короткой она ни была, – да и что могла запомнить маленькая девочка, которой не сиделось на месте?

Принцесса в задумчивости остановилась у свободного стола. Рядом с ней прохаживался бородатый карлик; она не обратила на него внимания. И напрасно – воровато оглядевшись, он протянул руку к её кошельку.

– Ваш кошелёк, прекрасная незнакомка! – крикнул сиальдарец.

Принцесса вздрогнула и машинально схватила вора за руку. Он выронил добычу, сумел вырваться и убежал.

– Сида дан! – поблагодарила Стелла. – Большое Вам спасибо. Если бы не Вы, этот гадёныш спокойно скрылся с моими деньгами.

– Вы говорите по-сиальдарски? – удивился постоялец.

– Ну, не то чтобы…

– Вы сиальдарка?

– Нет, формально нет, по крови наполовину да. По матери.

– Ваша мать привила Вам отличное произношение.

– Не нужно меня понапрасну хвалить! – зарделась девушка. – Я знаю только пару общих фраз.

– Позволите ли узнать, как Вас зовут?

– Позволю, – улыбнулась принцесса. Этот человек ей, определённо, нравился, и она невольно разоткровенничалась с ним. – Мое имя Стелла.

– Просто Стелла? – удивился он. – Мне почему-то казалось, что Вы принадлежите к высшему обществу.

– Я бы сказала, очень к высшему, – рассмеялась Стелла. – Причем, по обе стороны гор. Так что могу обходиться и без фамилии.

Сиальдарец в недоумении смотрел на неё.

– Скажем так, – понизив голос, подсказала девушка, – меня бы называли одинаково в любом месте, если бы я не путешествовала инкогнито. Добавили бы кое-что к моему имени. А в Розине, куда я надеюсь попасть, живёт один мой близкий родственник, Вы его, безусловно, знаете.

– Позвольте выразить Вам моё почтение. – Собеседник почтительно поклонился – значит, догадался. – Я Маран, Маран Остекзан, барон Остекзан, – сконфуженно, скороговоркой представился он. – Мои владения находятся неподалёку от Шала.

Принцесса улыбнулась. Как же он смутился, узнав, кто она! Совсем, как ребёнок, впервые оказавшийся в компании взрослых. Неужели титул способен так повлиять на человека, сделать из здорового самодостаточного человека говорящую статую? Разве есть что-то позорное в том, что он барон, а она принцесса? Лишь бы не было всей этой режущей слух лести! И лишь бы он при всех не назвал её принцессой!

– Вы не откажитесь помочь мне? – окликнула девушка хозяина гостиницы. – Случайно не знаете, где живёт господин Чейзар, приехавший сюда пару лет назад из Джисбарле?

– Если не ошибаюсь, он живёт на улице Мастеров, – почти не задумываясь, ответил «ходячий справочник». – На доме есть табличка.

– Большое спасибо. – Она оставила на стойке мелкую монету.

– Позвольте сопровождать Вас, – робко предложил барон.

Девушка кивнула. Нет, он ей не только нравился, но и вызывал доверие. Миловидным шатен лет двадцати шести-двадцати восьми с красивыми карими глазами и, судя по всему, богат – иначе бы не посмел упомянуть о своих владениях.

Стелла решила пообедать позже и выпила лишь чашечку чая, закусив парочкой пирожков с курятиной. Расплатившись, она заметила, что Маран уже ждёт у выхода. Стелла решила не злоупотреблять его терпением.

Отвязывая Лайнес, она заметила, странные миниатюрные подвески на уздечке коня барона; они поблёскивали на свету и серебристо позвякивали.

– Что это? Украшения?

– Нет, – с улыбкой ответил барон, – это наши традиционные обереги, защищающие от Герцона. Если бы я знал, что встречу Вас, то взял бы с собой парадную сбрую.

Стелла рассмеялась и покачала головой:

– Боюсь, её бы украли прежде, чем Вы успели взнуздать коня.

Двоюродный брат Алкмены оказался «творцом музыки»: из-под его рук выходили сладкоголосые флейты, на которых, быть может, играл сам Теарин.

Хозяин вышел к ним на тонкий звон дверного колокольчика. Человек средних лет, ничем не примечательный, с короткой светлой бородкой.

– Что Вы хотели? – Он слегка поклонился. – Вам нужна флейта?

– Нет, – покачала головой Стелла. – Дело в том, что я знакома с Вашей кузиной Алкменой и хотела попросить разрешения немного пожить в Вашем доме. Всего пару дней. Мне нужен только кров, обедать я буду в городе.

– Я всегда рад приютить друзей Алкмены. А этот молодой человек с Вами?

– Не знаю, всё зависит только от него, – рассмеялась принцесса и бросила лукавый взгляд на покрасневшего Остекзана.

– Для меня было бы великой честью, но я не могу… – замялся барон. – Но я ни в коей мере… Это скомпрометировало бы Вас, и я не желал бы, чтобы… Словом, мне лучше вернуться в гостиницу.

– Я совсем Вас смутила. – Стелла ободряюще улыбнулась. – Я всего лишь хотела попросить Вас сопровождать меня до Сиальдара. Вы ведь не откажите мне? – Она снова расплылась в улыбке.

– Конечно. – У него просто не было сил отказать ей, иноземной принцессе, смилостивившейся снизойти до него, простого сиальдарского барона.

– Тогда заходите завтра после обеда. Мы здесь долго не задержимся. Надеюсь, у Вас нет неотложных дел в Оурдане?

– Теперь уже нет.

Попрощавшись с бароном и, на всякий случай, спросив название гостиницы, где он остановился (оказалось, что в «Золотой розе» он оказался случайно: зашёл к другу и остался обедать), Стелла вошла в дом. Он весь был пропитан запахом дерева и лака; повсюду лежали заготовки флейт.

– Вы любите музыку?

– Да, с самого детства. Иначе мои флейты не умели бы петь.

– Мой друг Маркус тоже любит музыку и неплохо играет на вине.

– К сожалению, я не владею этим инструментом, зато, как говорят, неплохо играю на флейте. Сыграть Вам?

Стелла кивнула.

О, Амандин, как же играл Чейзар! Флейта в его руках ожила; из неё лились птичьи трели, шум прибоя, жалобные напевы ветра…

– Это… это действительно необыкновенно! – прошептала она, когда музыка смолкла.

Вопреки возражениям, её оставили обедать.

Стол накрыли в большой светлой комнате; тарелки расставляла Веаса, жена Чейзара – румяная женщина со следами былой красоты на лице. Ей помогали двое детей: мальчик и девочка.

Стелла, желая сделать приятное бесплатно приютившим ее людям, похвалила стряпню хозяйки.

После обеда все перешли в соседнюю комнату.

Чейзар выпил немного вина, закурил трубку и ушёл к себе.

Женщины присели у окна на диванчике с жесткой деревянной спинкой.

В послеобеденные часы Веаса обычно рассказывала различные лиэнские легенды, и дети, сидевшие у её ног, с нетерпением ожидали очередной истории.

– Сегодня, с позволения гостьи, я расскажу вам о Дафне, – начала Веаса.

Дети притихли и с жадностью ловили каждое слово.

– Она жила вместе с родителями и тремя братьями в Джисбарле. В те времена сварги бродили только в лесах возле Глубокого болота, и ни в Джесиме, ни в Арги о них не слышали.

Как-то раз старший брат Дафны, Лискар, решил по весне поехать с купцами в Ленс. Его не было три года, но зато он вернулся первым женихом в Джисбарле. Когда Лискар проезжал по улицам на своём сером в яблоках коне, девушки выглядывали из окон, чтобы проводить его глазами – так он был пригож, да ещё при деньгах.

Но Миралорд отвернулся от их семьи: как-то отец Дафны поехал в лес за дровами и не вернулся. Его нашли на следующий день с перегрызенным горлом.

Горе вдовы было безутешно; бедняжка проплакала две недели и отправилась вслед за мужем.

Она немного помолчала, взглянув на испуганных детей, и продолжала:

– Вскоре Лискар снова уехал в Ленс, а средний брат, Самуэль, решил связать жизнь с морем, поэтому отбыл в Сизен. Младший Несвар остался с сестрой.

Дафну мучили страшные сны, в которых она видела чудовищ и водопад, поглощавший отчаянно боровшегося за жизнь Лискара. Каждый раз она в страхе просыпалась и спешила в храм, чтобы принести жертву Богу смерти.

Однажды вечером в Джисбарле въехал всадник и поросился к ней на ночлег. Он был прекрасен, но немногословен и очень понравился девушке.

После ужина незнакомец подозвал Дафну и сказал: «Я знаю, ты хорошая девушка и никогда никому не отказывала в просьбе, не поможешь ли мне?» – «Что я должна сделать?» – «Моя престарелая мать, большую часть жизни прожившая в Мари, решила съездить в Ари, чтобы попросить для меня попутного ветра, и обронила в пустыне Мор волшебное кольцо, подаренное ей самой Изабеллой. Великая богиня гневается и требует вернуть его, но я не могу выполнить её волю – поднять кольцо может только женщина. Так как мать моя уже слишком стара для путешествий, а сестёр у меня нет, то не могла бы ты помочь мне?» – «Конечно. Я отдам Вам это кольцо, если Вы проводите меня до пустыни».