Текст книги "Мы мертвые (ЛП)"

Автор книги: Майк Шэкл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)

Белые точки двигались среди деревьев.

– Они вернулись. – Скара шагнула вперед. – Они ее схватили?

Они наблюдали, как солдаты выходят из темноты. Дарус прикусил губу, затем остановил себя, не желая показывать никаких признаков слабости. Он заставил свое выражение лица принять обычную бесстрастную, но слегка удивленную маску. Как будто ему было все равно.

Солдаты появились с пустыми руками.

– Нет.

Они остановились в двадцати футах от него, слишком напуганные, чтобы подойти ближе. В конце концов капитан шагнул вперед, опустился на одно колено и склонил голову:

– Принцесса и женщина, помогавшая ей, мертвы.

– Я не вижу рядом с вами никаких тел, – ответил Дарус.

– Простите, милорд. Мы преследовали их вдоль реки, но они прыгнули в водопад и погибли. Теперь они служат Кейджу в Великой Тьме.

– Служат Кейджу? – повторил Дарус, его ярость нарастала. Цитирование единого истинного Бога их не спасет.

– Ты спустился и проверил лично? Ты видел тела собственными глазами?

– Н... нет, милорд. Падение… Они не смогут пережить падение. Как и воду. Не при таких температурах.

– Падение? Температура? Мне все равно, даже если водопад выходит прямо в королевство Кейджа. Если у тебя нет тела, значит, принцесса жива. Ты понимаешь?

Голова капитана опустилась еще ниже:

– Сэр. Да, сэр.

– Тогда я предлагаю тебе взять своих людей, развернуться и вернуться к этому... водопаду и поискать ее тело. Если вы не найдете его, вы продолжите преследование, пока не найдете.

– Да, сэр. – Капитан встал.

– Капитан? – сказал Дарус. – Прежде чем ты уйдешь... – Он подошел к офицеру.

– Да, сэр?

Дарус улыбнулся и обнял мужчину за плечи:

– Я ненавижу неудачи. Ненавижу. Я их не терплю.

– Да, сэр. Мы вас не подведем, сэр.

– Ты уже это сделал. – Дарус нанес удар мужчине в бок, через брешь в его доспехах. Один раз в почку, затем в печень и, наконец, очень глубоко, чтобы достать легкое. Дарус немного повернул лезвие, чтобы мужчина мог это почувствовать. О да, Скара, дорогая, умирать действительно больно. Совсем немного.

Капитан действительно выглядел удивленным. Затем его ноги подкосились, и он рухнул на землю.

– Дарус, – сказала Скара. – Прекрати играть. Мы не спали всю ночь, и я устала.

Дарус свирепо посмотрел на сестру. Вечно портит ему удовольствие.

– Хорошо. – Он опустился на колени и положил руку на шею капитана. Выпустил свою энергию наружу, залечивая раны. Глаза капитана распахнулись. Дарус улыбнулся. – Считай это предупреждением. Не подведи меня снова.

– Не подведу, милорд.

Дарус вытер кровь со своей руки о доспехи капитана, прежде чем встать и вернуться к Скаре.

– Чувствуешь себя лучше? – спросила Скара.

– Слегка, – ответил Дарус. Это, по крайней мере, было правдой.

– Как ты думаешь, они живы?

– Я знаю, что они, черт их возьми, живы. – Дарус еще раз пнул тело Аасгода. – Вопрос в том, куда они направляются? Они проделали весь этот путь в глушь не ради забавы.

– Они пытаются добраться до Мейгора.

– Конечно, они пытаются добраться до треклятого Мейгора! – Клянусь ревущей яростью Кейдж, зачем ей понадобилось констатировать очевидное? – Но до него несколько недель езды, и, черт возьми, я не хочу все это время гоняться за ними через половину этой гребаной страны.

Он попытался успокоиться. Они преследовали маленькую девочку. Неудобство, а не неудача. Он повернулся к Скаре:

– Почему они здесь? Зачем пришли в Котеге?

– Они искали место для отдыха...

Дарус уставился на гору:

– Это не имеет смысла. Если только...

– Если только что, брат?

Неужели она действительно настолько глупа?

– Там должны быть врата, о которых мы не знаем. Это единственный ответ.

– Черт. – Ее уверенность пошатнулась. Наконец, она увидела, что неудача Даруса будет и ее неудачей. Возможно, даже поняла, какой вред постигнет их обоих, если они подведут Рааку.

– Лети в Киесун – это ближайший к Мейгору порт. Если они и пытаются куда-то направиться, то только туда. Мобилизуй свои войска и начинай поиски девчонки на случай, если они прошли через врата. Я поищу здесь. Что бы ни случилось, она окажется в ловушке между нами.

– Как пожелаешь, брат. – Скара склонила голову, а затем растворилась в тени. Дарус завидовал ее растущим способностям – исчезать и появляться по желанию, уметь летать – все это казалось гораздо веселее, чем его собственные. Конечно, теперь, когда он стал старше, он признал, что его целительная сила была гораздо бо́льшим даром. До тех пор, пока император не снимет его голову с плеч. Возможно, даже он будет не в силах это исправить.

Дарус последовал за солдатами. Совершенно невозможно, чтобы маленькая девочка стала причиной его смерти.

43

Тиннстра

Гора Олиисиус

Они падали. Во тьму. Вниз, и только Четырем Богам было известно, куда.

Тиннстра отпустила Зорику за мгновение до того, как они ударились о воду. Какое-то шестое чувство предупредило ее, что они обе утонут, если она не отпустит ребенка. Она погрузилась в темную воду, потрясенная силой удара. На нее немедленно напал холод. Она не могла видеть ничего, кроме пузырей, и молотила руками и ногами, гоняясь за ними. У меча на спине были другие планы. Его вес тянул ее вниз, на глубину. От нее не ускользнула ирония в том, что ее могло убить то самое, что держало ее живой.

Но еще несколько толчков руками и ногами, и ее голова показалась на поверхности. Она хватала ртом воздух и звала Зорику. Она вертелась в воде, оглядываясь по сторонам. Ее охватил страх. Что она наделала? Ребенок не умеет плавать.

Несколько пузырьков всплыли на поверхность слева от нее. Тиннстра не стала ждать. Она снова нырнула, раскинув руки, устремляясь в темноту, не обращая внимания на холод. Мелькнула белая вспышка, и Тиннстра устремилась к ней. Ее рука схватила руку ребенка. Она притянула Зорику к себе и вылетела на поверхность, затем поплыла к кромке воды. Девочка казалась маленькой и безвольной в ее руках.

– Держись, – уговаривала она. – Мы почти на месте. Почти на месте.

Паника и страх подпитывали каждый гребок, каждое движение ног, но впервые они боялась не за себя. Зорика была слишком холодной, берег слишком далеко. Она опоздала. Все было напрасно.

Ее рука коснулась камня, нога задела землю. Спотыкаясь, она выбралась из воды, неся на руках Зорику. Глаза девочки были закрыты, она была такой белой, такой неподвижной. Пожалуйста, нет, Боги, оставьте ее в живых. Пожалуйста, Ало наверху, защити ее. Пожалуйста, Синь внизу, не отпускай свою руку. Она – все, что у нас есть. Все, что у меня есть. Не дай ей умереть.

Она села на берег реки и опустила девочку на землю. Зорика выглядела такой маленькой и хрупкой, лежа там. Как будто она была мертва. Пожалуйста, пошевелись. Покажи мне, что ты жива. Пожалуйста.

Но Зорика не двигалась. Тиннстра знала, что ей следует проверить пульс, но она была слишком напугана, чтобы попытаться. Она не хотела подтверждать то, чего боялась. Не хотела терять ту надежду, которая у нее еще была.

Затем Зорика кашлянула. Тихий звук. Едва заметный, но звук. Ее грудь шевельнулась. Она снова закашлялась. Изо рта потекла вода. Тиннстра перевернула девочку на бок и потерла спину, облегчая ей откашливание:

– Хорошая девочка. Молодец. Вытащи это из себя.

Девочка застонала, смущенная и испуганная, а затем увидела Тиннстру, и на ее лице промелькнуло облегчение.

– Эй, красотка, – сказала Тиннстра, заключая ее в объятия. – Мы это сделали.

На этот момент они в безопасности.

Но только на момент. Если они останутся здесь, холод убьет их так же, как и вода. Тиннстра уже чувствовала холод в своих костях. Меч Аасгода может ее защитить, но у Зорики не было магии, способной ей помочь – только Тиннстра.

– Нам нужно двигаться. Найти место, где мы сможем согреться и высушить нашу одежду. Как ты думаешь, ты можешь идти?

Зорика кивнула, благослови ее Боги, и они вдвоем отправились вдоль берега реки. Мокрая одежда натерла кожу и начала примерзать к ней, поскольку снег продолжал падать. Солнце начало подниматься в небо, но пройдет еще немало времени, прежде чем они смогут насладиться хотя бы капелькой солнечного жара. Если смогут. В их телах осталось так мало тепла. Так мало жизни.

Тиннстру охватила усталость, не похожая ни на что, что она когда-либо испытывала. Они должны были найти укрытие, и они должны были найти тепло – иначе холод прикончит их так же верно, как вода, в которой они чуть не утонули.

Тепло. Сон. Это то, что им было нужно; они нуждались в них прямо сейчас.

Она повела Зорику в сосновые заросли, росшие на склоне долины. Они шли целую вечность, снег хрустел под ногами, и конца этому не было видно. Шаг за шагом. Углубляясь в лес. Замерзшие, голодные и почти сломленные.

Они наткнулись на яму, наполовину скрытую упавшим деревом и защищенную от снега. Это подойдет. Это то, что необходимо. У нее не было сил идти дальше.

– Сядь. Не спи. Я разведу огонь, – сказала она Зорике. Девочка не ответила – она уже погрузилась в сон. Им нужен был огонь и побыстрее, иначе они обе будут мертвы. По крайней мере, растопки было предостаточно. Тиннстра изо всех сил пыталась сосредоточиться. У нее не было сил совершать ошибки, делать что-то дважды. Развести огонь было так просто, но каждый шаг давался с трудом. Веки Тиннстры опустились, и она почувствовала, что засыпает. Ей просто нужно было развести огонь, а потом она сможет отдохнуть. Слава Четырем Богам, у нее все еще было огниво. Она положила кремень рядом с растопкой и чиркнула по нему ножом. Посыпались маленькие искры, но ни одна не попала в гнездо трута. Она пробовала снова и снова, и каждый удар давался труднее предыдущего. Затем искра попала на растопку, и та с шипением вспыхнула. Красивые маленькие язычки пламени распространились, охватывая веточки. Тиннстра добавила еще веток и подула на пламя, чтобы то разрослось. Тепло даже от такого маленького костра было восхитительным, несмотря на ледяной холод, пробиравший ее до костей. Медленно и осторожно она добавляла веток, увеличивая костер, наслаждаясь теплом.

Только тогда она подумала об отдыхе. Положив меч так, чтобы до него было легко дотянуться, Тиннстра обняла Зорику и крепко прижала к себе. Огонь приятно согревал кожу, наблюдать за ним было завораживающе. На этот раз она не сопротивлялась, когда закрыла глаза.

***

– Говорю тебе, они мертвы.

Тиннстра проснулась от звука голосов и потянулась за своим мечом. Небо было ясным и безоблачным. Полдень.

– Да? И что? Пока у нас не будет тела, мы не вернемся. Ты видел, что Монсута сделал с шефом.

Голоса доносились от берега реки. Она разровняла то, что осталось от костра, туша любой дым, который мог их выдать. Она всмотрелась сквозь листья и увидела Черепа не более чем в сотне ярдов от себя, у кромки воды. Тиннстра думала, что они прошли много миль, пытаясь найти какое-нибудь безопасное укрытие, но они прошли всего ничего.

– Мы продолжаем искать, – сказал другой эгрил.

Она разбудила Зорику, но зажала рот девочки рукой, чтобы та не заговорила. Она подняла три пальца и указала на реку. Зорика кивнула, и Тиннстра убрала руку.

– Просто говорю, что это пустая трата времени, вот и все, – сказал первый.

– Просто смотри в оба и... урк.

– Черт! Пригнись! Пригнись!

– Откуда взялась эта гребаная стрела? Ты что-нибудь видишь?

– Блядь! Блядь! Он мертв, Поул. Он мертв.

– Урк!

– Поул? Поул? Дерьмо. Не умирай, Поул. Не...

Тишина.

Тиннстра подняла голову. У реки лежали три тела. Из них торчали стрелы. Кровь стекала по серому камню и белому снегу в пенящуюся воду.

Из подлеска вышел огромный мужчина, одетый в оттенки зеленого и коричневого и покрытый листьями. В его руке был длинный изогнутый лук, почти такой же высокий, как и он сам. Она улыбнулась при виде оружия Шулка – любимого оружия ее отца. Не у многих хватало сил, чтобы правильно им воспользоваться, но для великана это не было проблемой. Он спустился к реке и вытащил свои стрелы из тел Черепов. Затем он оттащил их тела в кусты, чтобы спрятать.

– Рад, что вы проснулись.

Тиннстра развернулась, выхватывая меч и прикрывая Зорику своим телом. Высокий худощавый мужчина наблюдал за ними с другой стороны упавшего дерева. На поясе у него висел меч Шулка. Позади него стояли еще трое мужчин и женщина, все замаскированные, чтобы слиться с лесом. Сердце Тиннстры бешено заколотилось. Слишком много, чтобы сражаться:

– Кто вы?

Высокий мужчина улыбнулся:

– Мы мертвые.

44

Тиннстра

Гора Олиисиус

– Вы Шулка, – сказала Тиннстра, поднимаясь на ноги. Она наслаждалась зрелищем: джиане, вооруженные, товарищи ее отца. Определенно опасные.

– Мы были. Во всяком случае, большинство из нас, – ответил высокий мужчина. – Теперь мы Ханран.

– И вы случайно проходили мимо? – Тиннстра не сводила с него глаз, все еще прикрывая Зорику своим телом.

Высокий мужчина кивнул:

– Мы были в горах, когда увидели огонь и молнию в Котеге. Подумали, что некоторые люди, с которыми мы должны были встретиться, возможно, попали в беду и нуждаются в нашей помощи. Потом мы увидели дым от вашего костра.

Меч Тиннстры не дрогнул:

– И кого вы ищете?

– Нас послали из Киесуна найти Аасгода, Лорда-мага, и всех, с кем он мог путешествовать. – Его взгляд метнулся к Зорике. – Включая четырехлетнюю девочку. Довольно необычную девочку.

– Кто вас послал?

– Человек по имени Джакс.

Тиннстра расслабилась при упоминании этого имени:

– Аасгод мертв. Он умер прошлой ночью в Котеге. Именно он вызвал молнию.

– Ты была с ним? – спросил высокий мужчина, оглядываясь на горный хребет.

– Мы, – ответила Тиннстра. – Он погиб, сражаясь с двумя Избранными. Мы сами едва спаслись.

– Его смерть – большая потеря для всех нас, – сказал гигант с расстояния в несколько футов.

Тиннстра чуть не выпрыгнула из кожи. Она не видела, как он подошел, даже не слышала, как он пошевелился. Она понятия не имела, как ему это удалось – вблизи он казался еще крупнее, и все его тело состояло из мускулов. Его голос грохотал, как гром. Его лук был перекинут через спину. Другой ханран стоял, наполовину скрытый деревьями и кустами, позади него.

– Из какого ты клана?

– Мой отец – Даген из клана Ризон. – Не было необходимости говорить им, что она не Шулка. Не сейчас, когда у нее был меч Аасгода, чтобы ее защитить.

– Черт, – сказал высокий мужчина, улыбаясь. – Ты дочь Грима Дагена?

– Да. – И впервые ей было приятно признать это. Она будет жить в соответствии с его наследием, а не позорить его. – Меня зовут Тиннстра.

Высокий мужчина посмотрел на великана, а затем они оба поклонились Тиннстре:

– Для меня честь познакомиться с тобой, дочь Дагена. Меня зовут Монон из клана Хаска. Однажды я сражался бок о бок с твоим отцом на Перевале Сириас.

– А я, – сказал великан, – Гринер из клана Хаска. Я знал твоих братьев – пусть Синь позаботится об их душах.

Тиннстра вложила меч в ножны и, улыбаясь, поклонилась в ответ. Так хорошо быть с Шулка. Они в безопасности.

– А девочка? – спросил Монон.

Тиннстра отступила в сторону:

– Это Зорика, законная королева Джии.

– Ваше Величество. – Шулка упали на колени и поклонились так низко, что их головы коснулись земли.

Зорика в замешательстве посмотрела на Тиннстру. Девочке еще многому предстоит научиться. Тиннстра улыбнулась.

– Вы можете подняться.

– Четыре Бога на нашей стороне, – сказал Монон. – Мы доставим вас обеих в Киесун.

– Спасибо, – сказала Тиннстра.

Монон посмотрел в сторону Олиисиуса и облаков за ним:

– Нам нужно поторопиться. Тропинки все еще чистые, но еще один снегопад, и нам может не повезти. Мы идем сейчас.

– Но девочка...

– Я ее понесу, – сказал Гринер. Он улыбнулся и наклонился, чтобы оказаться на уровне глаз с девочкой. – Я никогда раньше не носил королеву.

Зорика хихикнула, но ответственность за нее лежала на Тиннстре:

– Я ее понесу.

– Выбор за тобой, – сказал Монон, направляясь в лес, – но будет быстрее, если это сделает Гринер. Идти тяжело, особенно по снегу, и у нас не так много времени.

– Я хочу, чтобы меня нес великан. – Зорика протянула руки к Гринеру.

– Хорошо, – сказала Тиннстра, – но я буду за вами наблюдать.

– Лучше наблюдай за Черепами, – сказал гигант, поднимая Зорику и сажая ее на сгиб своей руки. – Нам ты можешь доверять.

Оказалось, что ханранов было десять, и, хотя они шли быстрым шагом, они не рисковали: любой звук или признак Черепов, и они растворялись в подлеске, пока не становилось безопасно продолжать путь.

Никто не произносил ни слова. Все общение осуществлялось жестами. Тиннстра знала их по Котеге. Знание, которое, как она думала, никогда ей не понадобится. Она была одной из лучших в бегстве и увертках. Тогда ее страх был преимуществом, он заставлял ее двигаться вперед и в то же время заставлял быть осторожной. Легко оставаться неподвижной, спрятавшись в подлеске, когда ты слишком напугана, чтобы пошевелиться.

Она чувствовала себя лучше рядом с Шулка. Они не знали, что она потерпела неудачу в учебе – и что она была позором Грима Дагена. Они видели в ней защитницу Зорики. Она почти могла притвориться, что приняла обеты. Там, в лесу, с миссией и целеустремленностью, ей даже казалось, что это не ложь.

Через два часа они остановились перекусить, съев только холодное мясо и ломоть хлеба, но и Тиннстра, и Зорика жадно съели свои доли. После этого они снова отправились в путь, Монон впереди, Гринер позади него нес Зорику, за ним следовала Тиннстра, в то время как остальные прикрывали фланги и тыл. Тропинка вела их вверх по склону долины через древний лес. Лучи солнца пробивались сквозь сучковатые ветви, капля за каплей растапливая снег. Они замедлили шаг на крутом склоне, ставшем предательским из-за снега и льда, хотя Тиннстра подозревала, что это было больше на пользу ей, чем Шулка.

Час спустя они наткнулись на Черепов. Монон взмахнул рукой, и они упали на землю, зная, что любое резкое движение привлечет внимание врага. Гринер уложил Зорику и укрыл ее ветками и кустарником, прежде чем вытащить стрелу из своего колчана.

Монон указал вниз по склону на восток и показал сжатый кулак, прежде чем сосчитать до восьми. Восемь Черепов. Тиннстра проползла вперед и выглянула из-за кучи листьев. Эгрилы направлялись прямо к ним.

Монон подполз к Гринеру и прошептал ему на ухо. Здоровяк кивнул. Затем Монон подполз к Тиннстре и обхватил ладонью ее ухо:

– Если мы пошевелимся, они нас увидят. Если мы попытаемся убежать, они поймают нас или приведут подкрепление и окружат. Итак, нам придется сразиться с ними. Нужно застать их врасплох.

Тиннстра кивнула, не отрывая взгляда от Черепов. Не тот выбор, которого она хотела, но шулка был прав, это был лучший из плохих.

– Трое из нас будут двигаться вниз и справа от них, – продолжал Монон. – Когда они окажутся в пределах досягаемости, Гринер и Марин уложат из луков столько, сколько смогут. Когда Черепа упадут на землю, мы подойдем сзади и перережем парочке глотки. Если мы поторопимся, то доберемся до них прежде, чем кто-либо издаст хоть звук. Если мы этого не сделаем, есть вероятность, что вскоре на нас набросится остальная армия Черепов. Что бы ни случилось, ты защищаешь девочку.

Он ушел прежде, чем Тиннстра успела ответить, исчезнув в кустах и не потревожив ни листочка.

Гринер лежал на спине, поглядывая через плечо на приближающихся Черепов, стрела наготове. Выражение его лица было спокойным, как будто он отдыхал после долгой прогулки, а не готовился кого-то убить. К нему присоединился другой мужчина, Марин. Его лук был короче, чем у Гринера, но, без сомнения, такой же смертоносный.

Тиннстра обхватила рукой рукоять меча. Ее страх пробудился вновь. Съеденная пища казалась каменным комом в желудке. Ее тошнило. Она хотела убежать. Меч меня защитит. Меч меня защитит. Меч меня защитит. Ее новая молитва, чтобы противостоять старому страху. Магия Аасгода меня не подведет. Черепа не смогут причинить мне вред. Я неуязвима.

Черепа карабкались к ним. Все сбились в кучу. Болтали так, словно были на загородной прогулке. Инструкторы Тиннстры в Котеге побили бы их за такие слабые навыки патрулирования. Эгрил забыл, каково это – бояться, когда враг встает и дает отпор.

Черепа были в трехстах ярдах от них. Тиннстра вытащила меч из ножен, тщательно избегая любого отражения солнечного света, которое могло бы выдать их местоположение. Она поискала глазами Монона, но его нигде не было видно. Впрочем, он должен быть готов. Готов, ждет.

Черепа были в двухстах пятидесяти ярдах от них, смотрели вниз, проверяя, под каким углом они стоят. Один пожаловался на крутизну холма. Тиннстра улыбнулась.

Гринер развернулся и встал на колено лицом к врагу. Марин повторил его действие. Они натянули тетивы, прицелились и отпустили. Стрелы со свистом полетели к своим целям. Одна попала Черепу в грудь, пробив броню и попав прямо в сердце. Другая попала Черепу в глаз. Они оба умерли без единого звука.

Еще больше стрел полетело в сторону врага. Одна пронзила середину лба Черепа. Ему удалось вскрикнуть от удивления, когда он упал навзничь и покатился вниз по склону. Пока выжившие Черепа в шоке оглядывались, следующая стрела пробила заднюю пластину брони другого солдата. Четверо убитых за две секунды. Только тогда оставшиеся поняли, что на них напали, и бросились на землю в поисках укрытия.

Гринер и Марин продолжали пускать в них стрелы, пригвоздив их к земле, усиливая панику.

– Кто-нибудь что-нибудь видит? – крикнул один Череп. – Откуда они, блядь, стреляют?

– Где-то вверху по склону.

– Я, блядь, знаю это – но откуда?

Череп поднял голову и чуть не получил стрелу в глаз за свои хлопоты. Когда он снова пригнулся, стрела отлетела от верхушки его шлема

– Сюда! – закричал он. – Ханран! Сюда!

Кто-то протрубил в рог.

Не то, чего мы хотели.

Монон появился из кустарника – движущаяся тень, два ханрана позади. Они проскользнули мимо вражеской линии и атаковали прежде, чем Черепа даже поняли, что они там. Еще трое погибли. Остался только один.

Последний Череп вскочил и швырнул свой меч в подлесок.

– Сдаться! – Его джиан был ужасен, но его намерения были достаточно ясны. – Пожалуйста. Сдаться. Не убить.

Монон подошел к нему и перерезал мужчине горло.

Восемь мертвых Черепов, и Тиннстре ничего не нужно было делать. Часть ее была почти зла из-за того, что у нее не было шанса сразиться, испытать свой меч, и осознание этого потрясло ее еще больше. Я провела свою жизнь, убегая от каждой битвы. Кем я становлюсь?

Гринер и Марин молча собрали свои стрелы, пока Тиннстра вытаскивала Зорику из укрытия. Девочка улыбнулась, и впервые за долгое время Тиннстра поверила, что все будет хорошо. С помощью Шулка они это сделают. Убегут. Слава Четырем Богам.

Затем она услышала позади себя шум.

Она резко обернулась. Три Черепа были почти невидимы на фоне заснеженного склона, но мечи в их руках было не спрятать.

Она толкнула Зорику за спину.

– Монон! Помоги! – позвала она, не отрывая взгляда от Черепов.

– Опусти меч, девочка, – сказал один из Черепов. – Он слишком большой для тебя.

– Выпотроши ее и забери ребенка, – сказал другой, рядом с ним.

Череп высоко взмахнул скимитаром, целясь ей в шею. Время замедлилось. Тиннстра легко заметила его приближение, поднырнула под руку и сделала выпад; ее клинок без усилий скользнул по подбородку Черепа в мозг. Он закашлялся кровью и упал, когда она вытащила меч. Она парировала атаку второго мужчины, звук лязгающей стали был поразительно громким в горном воздухе. Их мечи скользнули друг к другу, сблизив их. Достаточно близко, чтобы видеть его глаза. Достаточно близко, чтобы ударить его в колено. Нога у него подкосилась, и он откатился в сторону. Неподготовленный, третий Череп успел только широко раскрытыми глазами посмотреть на нее, прежде чем она оттолкнула его руку с мечом и обратным движением вскрыла ему горло. Кровь брызнула на заснеженные листья.

Она развернулась назад, снова ударила ногой второго, когда он попытался встать, и ткнула своим мечом ему в лицо.

Зорика закричала, когда он умер, и Тиннстра бросилась к ней.

– Мне жаль, – сказала она, подхватывая девочку на руки. Зорика уткнулась лицом в плечо Тиннстры, всхлипывая. – Мне жаль. Теперь ты в безопасности. Ты в безопасности.

Монон и остальные добрались до них секундой позже:

– С вами все в порядке? Вы ранены?

– С нами все в порядке, – сказала Тиннстра, ее сердце бешено колотилось. Ее меч внезапно стал тяжелым в руке.

Монон оглядел дело рук Тиннстры, впечатленный:

– Действительно, дочь Грима Дагена.

Тиннстра проследила за его взглядом, потрясенная тем, что она сделала, испытывая неловкость от похвалы Монона. Часть ее хотела признаться, сказать им, что во всем виновата магия Аасгода, а не она, не ее гены. Но она не хотела, чтобы они думали о ней хуже. Ей нравилось их одобрение. «Это был мой долг», – в конце концов сказала она. Тиннстра опустила Зорику обратно на землю и была рада увидеть, что ее слезы высохли.

– Пошли, – сказал Монон. – Осталось еще много ублюдков, и этот рог заставит их подняться сюда, как будто у них задницы горят. – Он покраснел и поклонился Зорике. – Пожалуйста, извините за мой язык, Ваше Величество.

Зорика покраснела в ответ.

– Идите сюда, Ваше Величество, – сказал Гринер и снова подхватил Зорику на руки. Девочка хихикнула и обняла великана так крепко, как только смогла.

Они снова отправились в путь. Черепа могли следовать по пятам, но впереди их ждали врата и свобода. Им оставалось только взобраться на заснеженную гору.

45

Дарус

Котеге

– Теперь мы преследуем дюжину человек вместо двух маленьких девочек? – Дарус не мог в это поверить. Два дня, проведенные вне города в треклятом снегу – и которые не принесли ничего, кроме растущего числа мертвых солдат, – действительно начали истощать его терпение.

– Да, сэр, – сказал офицер. – Судя по следам, которые мы нашли, они встретили группу, пришедшую с юга, и теперь возвращаются тем же путем через гору.

Гора, о которой идет речь, Олиисиус, выступала на фоне фиолетового неба. Сосны обрывались на половине склона. Выше линии деревьев ни у чего не хватало смелости расти на обнаженной скале. Последнее место, через которое он бы хотел пробираться, преследуя банду повстанцев. Особенно сейчас, когда начинало темнеть. Но у него были солдаты. Они могли совершить все необходимое восхождение.

– У тебя есть еще около часа света. Используй это время наилучшим образом и отправляйся за ними. И постарайся, чтобы в процессе больше никого из твоих людей не убили. Это и так достаточно постыдно.

– Да, сэр. – Офицер вытянулся по стойке смирно, отдал честь и сделал поворот кругом, чтобы присоединиться к своим людям.

Дарус наблюдал за ним, кипя от злости и почесывая свою зудящую новорожденную кожу. И он мог винить только себя за то, что работал с некомпетентными. К счастью, большинство солдат, которых он привел с собой, были мертвы, иначе он сам убил бы многих из них. Оставшимся тридцати лучше добиться каких-то результатов, иначе всех них ждет веревка палача. Возвращение в Айсаир без принцессы было бы не из приятных. Мертвой принцессы или живой, ему все равно. На самом деле, было бы намного проще вернуть обратно труп.

– Сэр! – один из его людей указал на небо. – Дайджаку.

– Подайте им сигнал, чтобы они летели сюда, – сказал Дарус.

Четверо дайджаку спикировали вниз с идеальной синхронностью. Они, должно быть, потратили часы на отработку этого маневра посадки. Дарус восхищался их самоотверженностью. Он понимал, через какую боль прошли люди от рук Рааку, чтобы преобразиться. Если бы только все были такими же преданными. Однако трудно было представить, чтобы такие отвратительные существа могут быть дисциплинированными.

Один дайджаку подошел к нему. «Дарус Монсута?» Слова с хрипом вылетели из его деформированного рта.

Как будто он мог быть кем-то другим:

– Да.

– Нас прислали из столицы, чтобы проверить ваш прогресс.

Времени у Даруса оставалось в обрез. Терпение императора было не безграничным:

– Мы преследуем девочку и ее сообщников в горах. Наш прогресс затрудняет природа.

Дайджаку взглянул на Олиисиус:

– Это всего лишь маленькая гора.

– Не все из нас умеют летать, – прорычал Дарус. Ему было все равно, кто послал это существо – с ним не стоит разговаривать как с каким-то простым солдатом. – Но вы можете. Отправляйтесь за ними. Для вас преследование будет быстрее и легче. Я полагаю, они направляются к вратам на вершине горы.

Демон кивнул:

– Будет сделано.

– Не подведите меня. Император не из тех, кто прощает – как и я.

– Дайджаку всегда получают свою добычу.

– Тогда я скоро увижу вас с вашим пленником.

Дайджаку кивнул еще раз. Было бы слишком ожидать треклятого приветствия от этого существа. Он наблюдал, как демон вернулся к остальным, а затем они взлетели, направляясь к Олиисиусу. Он почти почувствовал жалость к девочке. Возможно, ему следовало не забыть сказать дайджаку, чтобы они вернули ее живой. Ну, делать нечего.

46

Яс

Киесун

Яс стояла с Карой на углу площади, где Ма и Малыш Ро провожали ее всего несколько дней назад. Пакетик с ядом был зашит в ее пальто. Такая мелочь – и имеет такую власть над столькими жизнями.

– Я буду ждать тебя здесь. Как только ты появишься с Джаксом и его сыном, мы уберем охрану у ворот. Никто тебя не остановит, – сказала Кара.

– Что, если меня схватят прежде, чем я смогу им воспользоваться? – спросила Яс. – Что тогда будет с Ро и Ма?

– Их освободят. Мы не монстры. Но не думай о том, чтобы сдаться. Мы узнаем, если ты это сделаешь, и убьем твою семью. Ты не единственный шпион, который у нас внутри.

– Тогда почему они этого не делают? Почему я? Почему моя семья?

– Ты единственная, у кого есть доступ к еде. Возможность.

Яс уставилась на Кару с нескрываемой ненавистью:

– Стерва.

Кара ответила ей таким же жестким взглядом, даже жестче, на самом деле:

– Да. Помни об этом и сделай то, что ты должна.

Яс зашагала прочь, не сказав больше ни слова – какой в этом был смысл? Черепа у ворот узнали ее и едва взглянули на ее документы. Тем не менее, они все равно хорошенько обыскали ее на предмет оружия, ощупывая так же, как обычно. Ее щеки вспыхнули, когда их руки коснулись ее пальто. Пока они искали, пакетик, казалось, увеличился вдвое – до такой степени, что она не могла понять, как они его упустили.

– Иди, – сказал Череп, когда они закончили, но Яс просто стояла там, глядя на него с недоверием. Как он мог не понять, что она собирается убить их всех?

– Ты глухая? Иди. – Череп толкнул ее, и Яс пошаркала прочь, ее тело действовало инстинктивно, в то время как ум был заполнен Малышом Ро, Ма, Карой и этим проклятым пакетиком.

Кухня была такой обычной. Бетс была в центре всего, руководя командой, как главный дирижер своим оркестром. Сервировка завтрака заканчивалась, пока остальные готовились к ланчу. Бетс заметила Яс и широко улыбнулась ей: