Текст книги "Мы мертвые (ЛП)"

Автор книги: Майк Шэкл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц)

– Я бы с удовольствием, но мне нужно вернуться домой. – Яс сунула листок в туфлю, ее щеки вспыхнули, когда она это сделала. В тысячный раз она спросила себя, что она делает. – Они будут меня ждать.

– Жаль. Это хорошее вино, по-видимому.

– Не думаю, что я бы заметила разницу.

– Я знаю только одно – оно лучше, чем крысиная моча, которую в наши дни в реальном мире выдают за выпивку. И мне нужно выпить чего-нибудь такое, что не было сварено в чьем-нибудь саду за домом.

– В следующий раз. – Яс натянула юбку и надела туфли. Бумага хрустнула под ее ногой.

Каким-то образом Арга этого не заметила. Она закончила одеваться, подошла к Яс и сжала ее плечо. Яс вздрогнула.

– Тебе нужно выпить капельку. Это помогает расслабиться. – Арга побрела на кухню, оставив Яс наедине с чувством вины.

Она взяла себя в руки, насколько смогла, и последовала за ней. Длинный стол у двери был накрыт остатками вчерашнего ужина. Буханки хлеба лежали рядом с пирогами, холодными кусками мяса и различными овощами. Арга сидела с несколькими другими в дальнем конце кухни со стаканом в руке. Она поймала взгляд Яс и улыбнулась, как бы говоря: Молодец, что пережила еще один день.

Яс наполнила свою корзинку достаточным количеством еды, чтобы Ро и Ма были счастливы в течение нескольких дней, затем помахала остальным на прощание и вышла на улицу. Светало, и комендантский час скоро закончится. Ей нужно вернуться домой, и побыстрее.

Ходьба по двору была настоящим мучением. Ее нога скользила по бумаге, делая каждый шаг неловким. Пара охранников у ворот наблюдали за ней и тихо переговаривались. Внезапно Яс захотелось развернуться и убежать обратно на кухню, но она подавила этот порыв.

Черепа обыскали Яс дважды. Каждый раз другой охранник. Стоя вытянутыми в стороны руками, она поняла, что ей не о чем было беспокоиться. На самом деле они ничего не искали. Обыск был просто предлогом прикоснуться к ней и унизить. Они находили это забавным, хрюкая друг другу на своем свинячьем языке, пока тискали и ощупывали Яс. Что ж, пошли они к черту. Она придавила бумагу пяткой, пока они это делали, и ей было все равно. Пусть они наслаждаются своими мелкими радостями. Она взяла над ними верх, а они даже не подозревают об этом. Ботинок был идеальным местом для укрытия. Им не было никакого интереса заглядывать туда – пока они могли засунуть палец куда-нибудь еще.

– Иди, – наконец сказал один из них, отступая назад.

Яс пристально смотрела на него, пока не вспомнила правила Арги. Она опустила глаза:

– Спасибо.

Ворота с лязгом захлопнулись за ней, и Яс отправилась домой. Она остановилась через две улицы и демонстративно поправила туфлю, достала бумагу и положила ее в корзину. Без нее она зашагала быстрее, стремясь к безопасности своего дома, полная гордости за то, что одержала верх над ублюдочными Черепами. Они не были бы такими уж чертовски непобедимыми, если уж уборщица смогла их одурачить.

Однако с каждым шагом все мысли о том, чтобы помочь Ханран, постепенно исчезали. Она была идиоткой. Если повезет, она больше не увидит Кару, и Яс сможет просто уничтожить бумагу, когда вернется домой. Она совершила ошибку. Это было глупо. Вот и все. Как только список исчезнет, она сможет притвориться, что его никогда не было. Вернуться к тому, как все должно быть. Она никогда больше не рискнет совершить что-то настолько безумное.

И, конечно, ей следовало знать лучше. Кара появилась рядом с ней на следующей улице:

– День получше?

– Никто меня не бил, если ты это имеешь в виду, – ответила Яс. – При виде ханранки ее затошнило. Тем не менее, она все еще могла уйти. Кара не знала, что она украла список. Все, что ей нужно было сделать, это ничего не говорить. – Кажется, я тебе сказала, что не собираюсь шпионить для вас.

– Я слышала. И я не прошу тебя шпионить для нас.

– Тогда почему ты здесь?

– Я тебе сказала, что хочу быть твоим другом. Я могу помочь тебе, знаешь ли.

– Помочь мне с чем? Мне не нужна твоя помощь.

– Не сейчас, нет. Только не с твоей работой. – Кара кивнула на корзинку в руках Яс. – Должно быть, приятно снова вдоволь поесть. Не многие люди в городе могут позволить себе такую роскошь.

– Ты не заставишь меня чувствовать вину за то, что я кормлю свою семью. – Яс указала на синяки на своем лице. – Я заработала эту еду. Заработала, черт меня побери.

– Другие могут это не так воспринять. Могут подумать, что ты перешла на сторону врага. – Кара приподняла бровь. – Могут назвать тебя коллаборационисткой.

– Ты мне угрожаешь?

– Вовсе нет. Но я могу позаботиться о том, чтобы никто не понял неправильно. Дать людям знать, что ты мой друг.

– Я могу позаботиться о себе.

– Я знаю. Я знаю. – Кара помолчала. – И все же...

– Все же что?

Женщина пожала плечами:

– Зачем рисковать?

– О, пошла ты, почему бы тебе не отвалить? – выплюнула Яс.

Кара не обратила внимания. Они прошли вместе в молчании еще один квартал. Все это время листок бумаги в корзинке Яс не выходил у нее из головы. Почему она просто не рассказала Каре о нем? Почему не покончила со всем этим? Зачем спорить? Почему эта женщина так сильно ее разозлила?

Яс остановилась, и Кара остановилась вместе с ней:

– Пожалуйста, просто оставь меня в покое.

– Это так не работает.

– Почему?

– Идет война. На карту поставлены жизни людей.

– Ты не обязана мне этого говорить. Я знаю это лучше, чем кто-либо другой.

– Почему?

Яс хотелось закричать:

– Почему ты не оставишь меня в покое? Почему?

– Что тебе известно? – в свою очередь спросила Кара. – Если ты что-то знаешь, скажи мне. Я больше не буду тебя беспокоить. Просто скажи мне. Если я смогу спасти жизнь хотя бы одному человеку...

– Ты опоздала. Завтра Черепа повесят тридцать заключенных. – Все. Она стала шпионкой.

– Черт. – Кара покачала головой. – Цифры. Трое ихних были убиты у Хэстера, так что они собираются убить тридцать наших.

– За взрывом стоите вы?

– Нет. Ни в коем случае. Это работа одного сумасшедшего мальчишки. Это не мы.

– Ребенка?

– Ага. Мы собираемся поговорить с ним. – Кара огляделась по сторонам. – Мы можем продолжать идти? Разговаривая на улице, мы привлекаем к себе внимание.

Яс раздраженно покачала головой:

– Конечно.

– Ты видела или слышала что-нибудь еще? – спросила Кара, когда они двинулись дальше.

– Вот. – Яс протянула список, и Кара выхватила его у нее из рук мгновение спустя.

– Что это?

– Список подозреваемых ханранов. Я взяла его в кабинете Эшлинга.

– В его кабинете? – В голосе Кары прозвучало что-то другое. Почти уважение.

– Ага.

– Спасибо. Это невероятно храбро с твоей стороны.

– Невероятно глупо.

– Нет. Не глупо. Нам это нужно. И я действительно ценю твою храбрость – ты пошла на невероятный риск.

– Как будто тебе не все равно. Ну, вот и все. Больше не надо. Я выполнила свою часть работы. Я не хочу тебя больше видеть.

Кара улыбнулась:

– Есть еще кое-что, что мне нужно. Только одно, а потом, обещаю, я оставлю тебя в покое.

– Ты уже сказала, что больше ни о чем меня не попросишь, – вспылила Яс. Даже произнося это, она знала, что Кара никогда не оставит ее в покое. Всегда будет еще кое-что.

– Мне нужна карта Дома Совета со всеми комнатами и с указанием того, кому они принадлежат. И, самое главное, мне нужно, чтобы ты поискала, где они хранят Тонин. Это будет безопасное место, куда труднее всего добраться.

– Тонин?

– У них есть люди, которые могут открывать окна, соединяя одно место с другим, даже если они находятся за тысячи миль друг от друга. Это магия старого мира, но каким-то образом Рааку удалось вернуть ее обратно и вложить в людей. Как только окно открыто, они могут провести через него целые армии. Вот как они оказались у нас в тылу во время вторжения и быстро перемещаются по стране. Мы хотим знать, где они находятся, чтобы придумать, как их уничтожить. Без них Черепа не смогут доставить подкрепление в Киесун. Тогда мы сможем по-настоящему навредить этим ублюдкам.

– Если они внутри Дома Совета, не имеет значения, где именно они находятся. До них не достать. Черепа запечатали это место наглухо.

– Просто попробуй выяснить, где они находятся.

– Я не могу. Сегодня я была уверена, что они собираются меня арестовать. Я не хочу получить петлю на шею. Тебе нужно найти кого-нибудь другого.

Но Яс разговаривала сама с собой. Кара снова исчезла.

19

Тиннстра

Айсаир

– Король мертв. – Слова Аасгода поразили всех в комнате. Шок отразился на каждом лице, все их надежды обратились в прах.

– Что случилось? – спросил Харка.

– Брат короля, – ответил Аасгод, все еще пытаясь отдышаться. – Он нас предал.

– Принц Лариус? – спросила Маджас. – Почему?

Аасгод посмотрел вниз на девочку в своих объятиях, как будто не хотел, чтобы она заново переживала события из-за его слов. Кто-то попытался взять у него девочку, но она вцепилась в мага изо всех сил. Сердце Тиннстры разрывалось от одного взгляда на нее. Она была такой маленькой, такой хрупкой.

– Тише, моя дорогая. Все будет хорошо, – солгал Аасгод, поглаживая ее по волосам. Как только она успокоилась, он продолжил: – Все шло по плану. Со мной были все они – король, королева, вот эта маленькая Зорика и ее брат Гент. Затем появился Лариус с отрядом войск Эгрила и двумя Избранными. Они убили короля и королеву прежде, чем я смог что-либо предпринять. Принц Гент получил стрелу в спину… Нам пришлось его оставить.

– Но почему? Зачем Лариусу такое делать? – спросила Маджас.

– Почему этот человек вообще что-то делает? – Харка сплюнул на землю. – Власть. Он всегда был слабым и завидовал своему брату.

Аасгод кивнул, все еще пытаясь отдышаться:

– Он согласился править Джией от имени Эгрила. Он пообещал покончить с Ханраном.

– Нет, пока мы еще живы, – сказала Маджас.

– Он умрет сегодня ночью, – сказал Харка. – Я пойду сам.

– Какой в этом смысл? Мы разбиты, – сказал Плачущий. – Ханрана больше нет – после смерти короля.

– Подождите! – Голос Розины заставил их всех замолчать. Все головы повернулись к ней. – Эта бедная девочка в объятиях Аасгода теперь наша королева и законная правительница Джии. Наш долг – продолжать действовать по плану. Мы должны доставить ее в Мейгор в целости и сохранности. Без нее они никогда не пришлют нам помощь. Пока она жива, у Лариуса никогда не будет законных прав на трон. Она – наша единственная надежда.

– Она ребенок, – сказал Плачущий. – Никто не последует за ней.

– Ты имеешь в виду, что ты не последуешь, – сказал Харка. Он шагнул вперед с поднятым мечом.

Тиннстра в полном смятении наблюдала, как комната взорвалась шквалом криков. Шум испугал девочку, и она снова заплакала. Она выглядела такой же потерянной, какой чувствовала себя Тиннстра. Тиннстра даже представить себе не могла, каково это было для нее – видеть, как убивают ее родителей, а потом оказаться в этой комнате, полной безумия.

– Мир, – крикнул Аасгод. – У нас есть еще...

Дальняя стена взорвалась, превратилась в огненный шар.

Взрыв бросил Тиннстру через всю комнату. Щепки и обломки дерева полетели во все стороны. Она лежала на земле, пытаясь привести в порядок мысли. Ее лицо было мокрым. Она дотронулась до него. Кровь. Она не была уверена, принадлежит ли кровь ей. Чтобы защитить себя, она надеялась, что не ее.

Солдаты Эгрила ворвались в их гущу, белые доспехи были отчетливо видны сквозь дым. Их сопровождал Избранный с дубинкой в руке.

Шулка атаковали, их вели Харка и Маджас. Лязгнули мечи, прямые клинки шулка зазвенели о скимитары Черепов, а затем люди кричали, визжали и умирали. Ее окружал хаос. Горький дым обжигал нос при каждом вдохе. Плачущий Человек лежал рядом с ней, нижняя половина его тела отсутствовала. Удивленное выражение на его татуированном лице.

Нет.

Взрыв, выпущенный Избранным, врезался в стену рядом с ней, заставив Тиннстру действовать. Всхлипывая, она заставила себя выпрямиться, не обращая внимания на боль и на то, как комната кружилась, и поползла прочь на коленях, все еще держа пальто в руках.

Чье-то тело врезалось в нее, сбив с ног. Шулка, выпотрошенный от бедра до бедра, залил Тиннстру кровью. Она оттолкнула его и поползла к люку. Там еще было чисто. Она могла выбраться. Сбежать.

Затем она увидела Аасгода. Из его брови торчала щепка. Он стоял перед Зорикой, защищая ее, из его рук вырывались молнии. Он выглядел непобедимым, сражаясь с Черепами. Затем он повернулся, и она увидела, что задняя часть его черной мантии разорвана в клочья, обнажая окровавленную и изодранную плоть. Как он вообще держится?

Череп бросился на мага, но Аасгод выставил ладонь, и человек остановился как вкопанный. Сам воздух прогнулся, вдавливая тело Черепа внутрь с хрустом костей. Безжизненный, он рухнул на пол.

Слева от нее Харка пал под шквалом клинков. Маджас убила Черепа, а затем сразу же расправилась еще с двумя. Избранный взорвал одну из шулка, превратив ее в пепел. Тиннстра проползла мимо Розины, наполовину погребенной под обломками, с безжизненными глазами. Молния просвистела мимо ее головы, опалив волосы. Кровь брызнула на пол. Другие ханраны сдерживали Эгрил, но долго им не продержаться.

Она огляделась и увидела Зорику. Девочка окаменела, присев на корточки позади мага. Аасгод отражал атаку за атакой Черепов, но и он долго продержится. Только не против такого натиска, только не выглядя таким бледным. Девочка должна была умереть. Они все должны были умереть.

Тиннстра схватилась за ручку люка. Убежать. Все, что я могу сделать, это убежать. Другого выбора нет. Она приоткрыла люк на дюйм, затем остановилась. Она оглянулась на Зорику. Такая испуганная, такая неуместная. Прямо как я. Не имело значения, какой у нее был титул. Она была просто испуганной маленькой девочкой. Зорика смотрела на нее расширенными от страха и слез глазами, умоляя о спасении. Дорогие Боги, я должна ей помочь.

Тиннстра бросилась обратно через комнату, чтобы схватить девушку. Когда она потянулась к Зорике, Аасгод развернулся, его глаза горели, вокруг рук потрескивали молнии. Тиннстра вскрикнула и отшатнулась, но маг прекратил атаку, признав в ней союзницу:

– Уводи ее отсюда.

Тиннстра уже двигалась. Она подхватила Зорику, завернула ее в свое пальто и побежала, в то время как Аасгод защищал их отступление. Теперь люк был завален обломками, но Тиннстра откуда-то нашла в себе силы, отодвинула в сторону разбитое дерево и распахнула стальную дверь. Она спустилась вниз вместе с Зорикой, оглянулась и увидела, что Аасгод следует за ней. Она спрыгнула с последних ступенек на пол туннеля. Ей больше не нужно было видеть, как умирают люди. Когда Аасгод захлопнул за собой люк, Тиннстра на секунду почувствовала абсолютное облегчение. Я жива. Я жива. Она посмотрела на девочку у себя на руках и не могла поверить в то, что сделала. Она спасла королеву. Каким-то образом ей это удалось.

Сверкнула молния, на мгновение заставив темноту отступить. Тиннстра закричала и закрыла глаза руками.

– Возьми себя в руки, – рявкнул Аасгод, спускаясь к ним. Его лицо превратилось в кровавую маску. – Я запечатал дверь, но это не задержит их надолго.

Облегчение Тиннстры испарилось. Это была всего лишь отсрочка казни. Она опустила Зорику на землю, освобождая ее от пальто. Не зная, что еще сделать, она снова его надела. По крайней мере, письма все еще у нее.

– Куда? – спросил Аасгод. Он навис над ней, с глазами, полными огня и залитыми кровью, такой же страшный, как и враг.

Там было четыре туннеля. Она не могла вспомнить, через который прошла. Кровь залила ей глаза. Было трудно сосредоточиться. Звуки битвы над ней становились громче. Времени нет. Все ее тело сотрясалось от страха и потрясения, в то время как паника продолжала нарастать.

– Куда? – Глаза Аасгода горели. От его одежды поднимался дым, вокруг рук вспыхивали искры.

– Туда, – сказала она, указывая налево.

– Ты уверена?

– Да, да. – Теперь она это поняла. Она всегда знала, как бежать.

– Зорика. – Голос Аасгода был мягче, но все еще повелительный. Девочка подняла глаза, смахивая слезы. – Нам нужно проползти по туннелю, чтобы оказаться в безопасности. Ты должна лезть первой, но я буду прямо за тобой.

Девочка покачала головой:

– Я боюсь.

– Я тоже, милое дитя, но в этом случае у нас нет выбора, – ответил Аасгод, поглаживая ее по лицу. Кто-то закричал над ними, и о люк ударилось чье-то тело. – Мы должны идти сейчас.

Тиннстра понятия не имела, где девочка набралась смелости, но, слава Четырем Богам, ей это удалось. Она нырнула в туннель, как мышка.

– Я не позволю им ее забрать, – сказал Аасгод, присаживаясь на корточки. – Она значит для нас больше, чем кто-либо может себе представить. От нее зависит будущее мира.

Тиннстра кивнула, не понимая, больше боясь за себя, чем за принцессу. Она даже не была уверена, почему вернулась, чтобы помочь. Это было не то, что она обычно делала. По крайней мере, она знала, как убегать и прятаться:

– Да защитят нас всех Четыре Бога.

Аасгод фыркнул и последовал за Зорикой в туннель, Тиннстра – за ним. Зорика задавала темп. Недостаточно быстро. Дорогие Боги, нам нужно быть быстрее, иначе мы покойники.

Тиннстра попыталась услышать, следует ли за ними Эгрил. Все остальные к этому времени должны были быть уже мертвы. Или захвачены в плен. Вопрос был только в том, как скоро Эгрил обнаружит люк.

Кровь капала с ее головы, пока она ползла, маленькие красные точки забрызгали ее грязные, пыльные руки. Она слышала, как впереди плачет Зорика, но, по крайней мере, они все еще двигались. Все было бы кончено, если бы они оказались в ловушке в туннеле. Грубый камень давил ей на спину, царапал и рвал кожу. Она вдохнула спертый воздух, горячий от ее собственной паники, отчего во рту пересохло еще больше.

Сзади раздался треск, звук сминаемого металла. Люк сломался.

Она продолжала ползти. Она не могла остановиться. Она не хотела умирать здесь, внизу, в темноте, на четвереньках.

Голоса эхом разносились по туннелю позади нее.

– Мы должны двигаться быстрее, – настойчиво прошептала она. – Черепа приближаются.

Дюйм за дюймом туннель расширялся, позволяя им набирать скорость. Давай, уговаривала она себя.

Свет заполнил туннель впереди. Аасгод и девочка стояли в комнате за туннелем, перепачканные кровью и грязью. Чья-то рука помогла Тиннстре подняться на ноги. Это был шулка, которого она встретила раньше. Она упала в его объятия, ей нужно было почувствовать его силу:

– Враг следует за нами.

– Я их остановлю. – Шулка прикоснулся своей головой к голове Тиннстры. – Поторопитесь.

– Спасибо, – ответила Тиннстра, когда он ее отпустил.

– Мы мертвые, – сказал мужчина с улыбкой на лице, вытаскивая свой меч. Он знал свою судьбу, принял ее и нашел в этом утешение. Тиннстра позавидовала ему, жалея, что у нее нет хотя бы доли его храбрости. Она кивнула Аасгоду. Маг снова подхватил девочку на руки, и они отправились вниз по туннелю.

Пока они бежали, Тиннстра слышала, как молится шулка, его голос был громким и ясным.

Мы – мертвые, которые служат всем живым.

Мы – мертвые, которые сражаются.

Мы – мертвые, которые охраняют завтрашний день.

Мы – мертвые, которые защищают нашу землю, нашего монарха, наш клан.

Слезы бежали по лицу Тиннстры. От страха и печали, от боли и ужаса. Ее отец обычно говорил, что в молитве есть магия, но какой бы силой она ни обладала, это было ничто по сравнению с могуществом Эгрила. Сколько времени пройдет, прежде чем не останется никого, кто мог бы произнести эти слова?

Мы – мертвые, которые стоят в свете.

Мы – мертвые, которые смотрят в лицо ночи.

Мы – мертвые, которых боится зло.

Мы – Шулка, и мы – мертвые.

Аасгод внезапно остановился, притянул Тиннстру к себе и сунул девочку в ее руки:

– Продолжай двигаться. Я запечатаю туннель.

Тиннстра посмотрела мимо него, туда, откуда они пришли:

– Но шулка...

– Он уже мертв, – сказал Аасгод. – Теперь двигайся. – Тиннстра сделала несколько неуверенных шагов вперед. Она не хотела покидать мага. – Двигайся! – Его голос потряс ее до костей, у нее не было выбора. Она побежала.

Взрыв сотряс туннель. Тиннстру бросило к одной стене, затем к другой, но она сумела удержаться на ногах, сумела защитить принцессу. От шума и ярости взрыва у нее заложило уши. Дым и пыль окутали ее и украли свет от факелов. Ее охватила ужасная паника —никогда раньше она такой не испытывала. Был ли маг жив? Что она будет делать с принцессой, если он погиб? Она крепче прижала девочку к себе, сдерживая рыдания. Затем появился Аасгод, потрескивающий энергией. Его красные глаза горели яростью, когда он увидел ее, стоящую там. Страх Тиннстры перед этим человеком рос, но, когда он прошел мимо, она за ним последовала. С ним было безопаснее, как бы сильно он ее ни пугал.

Они двигались быстро, освещаемые только энергией, исходящей от Аасгода, поворот за поворотом, пока у них не закружилась голова от всего этого. Затем Аасгод остановился, протянул руку. Тиннстра резко остановилась.

– Это тупик, – сказал Аасгод.

Тиннстра попыталась отдышаться:

– Там есть кольцо. Потяни за него.

Со скрипом и стоном дверь открылась.

– С другой стороны этой комнаты есть лестница, ведущая наверх, – сказала Тиннстра, возвращая Зорику магу. Она пошла впереди, спотыкаясь, продвигаясь вперед, шаря рукой. Облегчение захлестнуло ее, когда она добралась до ступенек.

Она заколебалась наверху, опасаясь, что эгрилы будут ее ждать, но выбора не было – надо было идти вперед. В темноте появилась полоска света, которая становилась все шире, пока Тиннстра не смогла разглядеть кухню гостиницы. Она заползла внутрь, дрожа от страха, высматривая врага. На кухне было пусто. Она схватила разделочный нож и бросилась к входной двери гостиницы. Пожалуйста, пусть снаружи никого не будет. Даже с ножом в руке она понятия не имела, что будет делать, если Черепа будут ее ждать.

Она вглядывалась в темноту, прислушивалась к тишине. Ничего. Они были одни.

Она вернулась на кухню и подала знак остальным подниматься. Они ввалились в комнату, тяжело дыша. Аасгод опустил девочку на землю и навалился на стойку, пытаясь отдышаться.

Тиннстра закрыла за ними люк. Эгрилы никоим образом не могли последовать за ними – не после того взрыва, – но она все равно поставила буфет над люком. Лучше быть в безопасности, чем мертвой.

– Здесь есть еда, кое-что из одежды, во что можно переодеться, – сказала она, пытаясь отдышаться. – Но нам нужно поторопиться. Эгрил, возможно, уже на пути сюда.

– Пошли, – сказал Аасгод. Он сделал шаг вперед и остановился, его глаза закатились. Ноги мага подкосились, и он врезался в стол, заставленный посудой.

20

Джакс

Киесун

Джакс и еще трое бывших шулка сидели на пустых ящиках в задней части пустого склада рядом с пустыми доками. В одном углу на веревках со стропил свисала маленькая рыбацкая лодка. Участок темного дерева показывал, где ее ремонтировали перед вторжением. Джакс не удивился бы, если бы это оказалась последняя уцелевшая лодка в Киесуне. Эгрилам доставило огромное удовольствие уничтожить все рыбацкие лодки города после вторжения, а военные корабли Шулка лежали затонувшими в гавани.

Ворота, выходящие на океан, были открыты, позволяя ночному бризу проникать внутрь. Не было видно даже корабля Эгрила. Порт Киесун был закрыт для всего мира.

Он вздохнул, уставший после полубессонной ночи, за которой последовал еще более длинный день. Смерть Хэстера повлияла на него сильнее, чем он хотел бы признать. Владелец таверны был хорошим человеком, он и его семья не заслуживали такой участи. И теперь все должно стать еще хуже:

– Ты уверена, что они собираются повесить в отместку тридцать заключенных?

– Это то, что сказала наша девушка в Доме Совета. – Кара протянула сложенный лист бумаги. – Это она тоже взяла из кабинета губернатора.

– Что это? – спросил Бетос. Хороший боец, высокий, с достаточно широкими плечами, чтобы сразиться с целым миром.

Кара отдала лист Джаксу:

– Список подозреваемых бойцов Ханрана в городе.

Джакс просмотрел список:

– У них нет ни одного правильного имени.

Кара кивнула:

– Я знаю.

Джакс вздохнул:

– Отправь кого-нибудь к нескольким из них – предупреди, что им нужно спрятаться на некоторое время. Однако будь умницей. Расскажешь слишком многим, и Черепа поймут, что у нас есть кто-то внутри.

Кара кивнула:

– Будет сделано, босс.

– А как насчет тех, кого собираются повесить? Пленники, которые у них уже есть? – спросил Бетос. – Мы должны им помочь.

– Наступит утро, и Дом Совета будет кишеть Черепами, высматривающими любые признаки неприятностей. Это будет кровавая бойня, если мы что-нибудь предпримем, – сказала Кара. – Чтобы иметь хоть тень шанса, нам понадобится больше солдат, чем у нас есть. Больше оружия.

Последний из группы, мужчина-гора, ничего не сказал. Не то чтобы Джакс от него этого ожидал. Гринер довольствовался тем, что просто выполнял приказы и позволял своим действиям говорить за себя. Не было лучшего Шулка, чтобы быть рядом с тобой, когда начнется любое дерьмо. Если бы Джакс сказал, что они должны атаковать Дом Совета, он бы первым перелез через стену. Если бы Джакс сказал атаковать море, Гринер бы прыгнул. В любой ситуации Джакс поставил бы деньги на то, что Гринер выйдет победителем. Он всегда находил способ.

– Сколько у нас мечей? – спросил Бетос.

– Половина того, что у нас была, когда Черепа нашли наше укрытие на Бликер-стрит, – сказала Кара.

Джакс потер культю, ему не нравилось то, что он собирался сказать, но другого выхода не было:

– Мы ничего не можем сделать. Не сейчас.

– Не говори так, – сказал Бетос. – Не говори так. Мы говорим о тридцати людях. Только потому, что этот проклятый мальчишка разнес на куски несколько Черепов.

– Полный бардак, этого нельзя отрицать, – сказал Джакс, – но ты знаешь, что происходит. Король и его семья должны быть у врат в ближайшие несколько дней, и это должно быть нашим единственным приоритетом. – Джакс переводил взгляд с одного лица на другое. – Я не хочу, чтобы кто-то умирал, но Кара права – сейчас у нас нет достаточного числа бойцов. Нам нужно, чтобы каждый помогал королю сбежать. Как только он и его семья отправятся в Мейгор, мы сможем снова ударить по Эгрилу. А до тех пор сидим и не высовываемся.

Даже Бетос смог увидеть логику в этом. Его плечи поникли:

– Что мы собираемся делать с Дреном?

– Я послал Монона поговорить, – ответил Джакс. – Дрену нужно остановиться. Это единственный способ всех обезопасить.

– Это не способ победить в войне, – сказал Бетос.

Джакс на мгновение прикусил губу, затем повернулся к Каре:

– Эта девушка. Та, что внутри. Как много она знает о нас – если все пойдет не так?

– Она знает мое имя и мое лицо, – сказала Кара. – Но это все. Недостаточно, чтобы они меня нашли. Мы в безопасности.

Джаксу нравилась Кара. В этой женщине не было ложной бравады. Она всегда выполняла работу быстро и эффективно.

– Скажите ей, чтобы она не делала ничего, что может ее скомпрометировать. Мы все равно ничего не можем предпринять, пока король не будет в безопасности.

Кара кивнула:

– Я уже говорила ей, но повторю еще раз. Я попросила ее найти Тонин.

– А что насчет Дайджаку? Мы нашли способ проникнуть в их логово? – спросил Джакс.

– Мы не смогли подобраться близко, – ответил Бетос. – Их убежище запечатано крепче, чем кошелек Монона. Толис был последним, кто попытал счастья, и вы знаете, что с ним случилось.

Повешен, расчленен и четвертован на глазах у всего города. Бедный ублюдок. Джакс покачал головой:

– Мы все равно должны попытаться. Пока Черепа контролируют небо так же, как и все остальное, мы ничего не добьемся. Но если мы сможем уничтожить Дайджаку и Тонин одновременно, Черепа в Киесуне будут искалечены.

Их прервал долгий, протяжный свист. Один из дозорных. Кто-то приближается к складу. Все вскочили на ноги, и Джакс потянулся бы за своим мечом, если бы он у него был, или даже потянулся бы правой рукой, если бы она у него была. Кровь хлынула через него, когда его тело приготовилось сражаться или бежать.

Последовал второй свист. Короче. Друг. Они все расслабились, хотя и не вернулись на свои места.

Секундой позже появился Монон, войдя на склад через заднюю дверь. Он пожал руки остальным, кивнул Джаксу.

– Ты видел мальчишку? – спросила Кара.

– Да, – ответил Монон, не выглядя слишком довольным.

– Что он сказал? – спросил Джакс, уже зная ответ.

– Он сказал нет, – ответил Монон. – Хотя и не так вежливо.

Джакс сел:

– Только этого нам и не хватало.

– Я же говорил тебе – этот парень зол на весь мир, – сказал Монон. – Он был бы отличным помощником, если бы мы могли его контролировать, но мы не можем.

Джакс взглянул на своего друга, который выглядел таким же усталым, каким он себя чувствовал:

– Если он не собирается слушать, тогда нам нужно держать его под контролем до тех пор, пока мы не закончим наши основные дела. Возьми Гринера и еще пару человек и заберите его.

Монон кивнул:

– И что нам нам с ним делать?

– Приведи его сюда, – ответил Джакс. – Может быть, беседа с глазу на глаз поможет ему привыкнуть к нашему образу мыслей.

– А если он не придет тихо?

– Сделай то, что должен.

21

Дарус

Айсаир

Дарус стоял на развалинах убежища Ханран, пока его солдаты обыскивали тела. Его бесило то, что недавно Аасгоду удалось сбежать из за́мка с ребенком, но, похоже, Дарус только что уничтожил ключевую группу ханранов в Айсаире. Если еще Аасгод и ребенок будут среди мертвых, император будет счастлив, и слава будет принадлежать ему, Дарусу.

Потери Эгрила едва ли стоили внимания; восемь солдат погибли, сражаясь с Шулка в комнате, и еще пятеро – в туннелях, когда прогремел взрыв. Не из-за чего терять сон. Дураки заслуживали смерти. Никто не должен был сбежать. Им придется объясниться с Кейджем в Великой Тьме.

– Ты. – Он махнул пальцем ближайшему солдату, и тот вытянулся по стойке смирно. Хорошо. Дарус любил послушание. – Проверь всех здесь. Мне нужны имена. И сообщи мне, как только найдешь Аасгода и ребенка.

– Сэр. Да, сэр. – Солдат отдал честь, прежде чем резко повернуть направо и зашагать прочь.

Уже заскучав, Дарус нашел стул, у которого все еще было четыре ножки, поставил его вертикально и сел. Он ненавидел эту часть – ожидание. По крайней мере, у него есть немного времени для себя. Он вытащил из кармана тонкий томик «Испытаний Кейджа», красивое издание в кожаном переплете, написанное от руки и проиллюстрированное верховным жрецом из храма в горах Ролшвик. Это было одно из его любимых сокровищ – после ножей, конечно.

Дарус устроился читать, вытянув ноги и поставив ступни на лоб мертвеца.

Книга рассказывала, как Кейдж схватил проблеск света, затерянный в Великой Тьме, и превратил его в мир, напитав его своей кровью, чтобы он рос как подарок его детям: Ало, Сини, Руусу и Насри.

Он вдохнул жизнь в мир и создал пять наций: Эгрил, Джия, Мейгор, Дорнуэй и Чонгор, чтобы у всех них были королевства, которыми они могли бы править.