Текст книги "Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа (СИ)"

Автор книги: Марс Букреев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 33 страниц)

– Извини, – сказал я, – мне жаль, что так вышло.

– Ай, ладно, – махнул рукой Кир. – Это же не ты пришел к Карпову, чтобы избить его.

Так, не шатко не валко, я дотянул до воскресенья. Само собой, больше всего меня выматывали занятия по физподготовке. Моя физическая слабость становилась предметом шуточек для парней и предметом, слабо скрываемого презрения, для девушек. Мой лучший результат по владению Мощью, группа молчаливо сочла за простое везение.

А еще, я каждое утро ходил на стадион. Теперь я не торчал на краю поля, как прошлый раз, а подходил к тренировочным мешкам. Нет, я не рвал их на лоскуты, а наоборот, пытался действовать Мощью с разной силой. Что в принципе получалось. Легко толкнуть, ударить, ударить с силой.

В пятницу я попробовал метнуть энергию, но ничего, кроме сведенной судорогой руки не вышло. Такой фокус пока рано проводить, если он вообще возможен. Я ведь из низшего сословия. Действовать Мощью на расстоянии – это уже уровень Опциона. Вон, как шутил, директор, когда я предположил, что после учебы можно достигнуть этого уровня. Может быть, действительно, в этом мире подобное невозможно?

В субботу вечером я выяснил, что местному Мишке ничего человеческое не чуждо. На смартфоне, в фотоальбоме «Сканны, копии 2» я обнаружил интересную коллекцию. Ну, чисто технически, их можно считать сканнами и копиями. Некоторые были очень даже ничего. Я увлекся просмотрам найденного «сокровища» и вовсе не ожидал, что над моим ухом кто-то возмущенно рявкнет:

– Онанизм приводит…

– Аааа! Ты чего подкрадываешься, Кир, офанарел совсем!

– Я только хотел сказать, что онанизм приводит к тяжелым последствиям, таким, например, как потеря зрения.

Я воззрился на его очки и выгнул бровь. Кир смутился:

– Кхм, существует такое поверье, но оно без сомнений ложное, так как не подтверждается ни одним научным фактом.

– Хорошо, что не подтверждается.

Я закрыл обнаженных девиц и, повернувшись к Киру, спросил:

– А что ты думаешь о девушках в группе?

– Мне некогда заниматься ерундой.

– А все же, вот Айгуль, например?

– Я не могу думать о старосте группы, как о женщине, это было бы неуважением к ней.

– Неуважением было бы, если бы о тебе так думали. А Машка вот, она и по росту тебе подходит.

Машкой, точнее Марией, звали высокую девушку. Она обладала тихим, едва слышимым голосом, и краснела при каждом случае, если слышала хоть что-то связанное с сексом.

– Не, она, не в моем вкусе.

Курчавая Танька тоже не нравилась Кириллу.

– А ты не из этих случайно, а то мне тогда лучше перебраться в другую комнату.

Свернув очками, Кир мрачно произнес:

– Не забывай, я физически сильнее тебя.

Он повалился со смеху:

– Видел бы свою рожу!

Я тоже заржал. Когда мы отсмеялись, Кир серьезно сказал:

– Та, которую мы в столовой встретили, помнишь?

– Эмм, Настя?

– Да, вот ее я бы пригласил в кафе, или ну, ты понял.

– Так, пригласи.

– Да не вижу я ее, где-то, наверное, с твоим другом Карпяном ходит. Кстати, ты не забыл, что тебе надо кроссовки покупать?

Верно. И не только кроссовки. Я поглядел на себя в зеркале. Парикмахерская тоже не помешает, а то оброс этот Шелестов.

– Слушай, Кир. Я вот в ценах ни черта не разбираюсь, сходишь со мной?

Кирилл уже перестал обращать внимание на мои странности. Но если я только про фундаментальные вещи не спрашиваю, на какой планете мы, например. Да и в денежной системе я разобрался, то же самое, что и у нас: один рубль равен ста копейкам. Просто в ценах плохо ориентируюсь. Да и не умел я этого никогда, жил-то как сыр в масле, не экономил. А в теле гладиатора мне деньги и вовсе ни к чему были.

– Схожу.

– Спасибо. Посмотрим завтра на Москву.

– А чего там смотреть-то?

Глава 7

Я поторопился с выводом, что до 16 века история этого мира ничем не отличалась от истории моего. В моем мире Москва – огромный мегаполис, столица страны и город мирового значения. Какие-то причины привели к тому, что здесь эту роль играл Владимир, древняя столица Северо-Восточной Руси. То ли, в свое время, тверские князья одолели московских, то ли другая ветвь Рюриковичей оказалась более жесткой и переиграла в междоусобной борьбе две первых, как знать. Разбираться в причинах было лень, да, в общем-то, ни к чему.

Город лежал почти в 180 километрах к западу от столицы. Жителей здесь – тысяч триста. И, наверное, логично, что один из центров подготовки аусилариев располагался именно здесь. Близко к Владимиру, но не так, чтобы будущих помощников пилотов СМД, отвлекали от учебы многочисленные соблазны стольного града.

Хотелось бы, конечно, посмотреть, как здесь выглядят Кремль и Красная площадь, но они располагались в историческом центре города. А наш колледж находился на самой окраине Юго-Запада. И откровенно говоря, сама география города была совсем другой, чтобы я мог проводить параллели с привычной мне многомиллионной столицей.

Выспавшись, мы с Киром двинули в город за кроссовками. Светило солнце, листья едва начали желтеть. На небе ни облачка. Живи и радуйся! Мы миновали несколько улиц, свернули на широкий проспект. Где-то здесь стояли несколько торговых центров. Кир, погрузившись в изучение маршрута на телефоне, прокладывал путь.

Решив срезать, мой сосед повел меня между домами. Затем, остановившись, снова сверился с картой. От нечего делать я принялся разглядывать цветастую афишу, наклеенную на дверь одного из подъездов. Темные цвета, устрашающие лики, готический шрифт текста. Сам текст сообщал, что в следующее воскресенье, ниже был приписан адрес, состоится невероятный концерт, еще более невероятной группы «Оркестр Тьмы». Судя по виду объявлению, зрителей ожидал жесткий металл, возможно даже трэш, с переходами в дум. Если, тут есть такая градация тяжелой музыки, конечно.

– Металлюги разбушевались, – я указал Киру на афишу.

Он с минуту смотрел на нее. Затем его челюсть отвисла, и он еще минуту смотрел.

– Да не может же быть!

Мне показалось, что сейчас он подпрыгнет. Вот уж не думал, что наш зануда – поклонник тяжелой музыки.

– Ты что, металл слушаешь?

– Выборочно. Но «Оркестр Тьмы» находится в моих предпочтениях.

– Они популярные?

– Нет, это малоизвестная группа, но их звучание! По-настоящему тяжелое, я дам тебе послушать в общаге. Совсем не то, что доходит до широкого слушателя. Там от металла остается только бронза на крэшах и райдах, слушать нечего.

Про крэши и райды я ничего не понял, но для поддержки разговора сказал:

– Бабло, побеждает зло.

– Причем тут зло?

Но ответа от меня Кир не дождался. Я увидел, что метрах в тридцати от нас, на скамейках, расположилась банда Карпова. Сам «правильный пацан», толстяк Лучанский и мелкий Кнехт. Карпов разговаривал с какими-то двумя типами неприятной наружности, а Лучанский и Кнехт сидели на лавочке вместе с Настей. И она здесь! Интересно, а как они ее называют?

Кир тоже их увидел. Но, похоже, его заботило только присутствие нашей знакомой.

Пока мы наблюдали за компанией, мимо них проехал автомобиль с затонированными стеклами. Да такой, что сразу бросался в глаза. Мне он напомнил БМВ Х7. С плавными обводами, оцинкованной решеткой радиатора, цвет – благородный серый оттенок металлика. У меня такой, кстати, был, только другого цвета. Пока я не переусердствовал и не отправился платить по счетам «Старт-Теху».

Автомобиль остановился недалеко от неприятной мне компании. Из него никто не вышел. Машина просто стояла.

– Это что, местный олигарх приехал? – спросил я.

– А?

Кир словно очнулся от своих мыслей.

– Я говорю, кто-то из местных олигархов приехал?

Он пожал плечами:

– Возможно. Но тут и от Владимира недалеко, возможно он из столицы.

И тут Настя поднялась и направилась прямо к нам. В этот раз, на ней была не форменная куртка, а легкая ветровка. Под ней платье, невообразимо короткое. Кира можно понять, девка красивая.

Но меня беспокоило совсем другое. Ведь следом за ней набегут ее дружки. Кир, конечно, разделался с ними в прошлый раз. Да и я немного поучаствовал. Но сейчас их больше, а место открытое. Могут зайти со спины.

На всякий случай, я поискал взглядом какого-нибудь представителя закона. Кто у них тут полицейские, милиционеры, городовые. Или, исходя, что здесь есть аристократы, вообще городская стража. Но никого похожего на полицейского я не увидел.

– Привет, мальчишки! – поздоровалась Настя.

– Привет, – буркнул я.

– Приииивет! – расплылся в улыбке Кир.

– Куда идете?

– Кроссовки мне покупать.

Настя усмехнулась:

– Здорово. Пойду с вами, а то вы тут ничего не знаете, купите втридорога.

– А друзья твои не расстроятся? – осторожно полюбопытствовал я.

Она обернулась. Карпов все так же разговаривал со своими знакомыми. А Лучанский и Кнехт злобно пялились на нас.

– Какие там друзья. Так, тусуюсь с ними просто.

– А без них никак?

– Ты чего привязался? Ну, не с такими же, как ты, мне общаться!

Стерва! Видимо, прочитав что-то на моем лице, она спохватилась:

– Извини. Просто не лезь в душу.

Я промолчал.

– Пойдем, выберем твоему другу кроссовки, может быть, еще мороженое ему купим.

Вот не понравилось мне, как Кир засмеялся вместе с ней.

Она повела нас к торговому центру. Я напряженно вслушивался, не бегут ли ее дружки за нами. Но услышал только, как заработал двигатель «бэхи».

Мы вновь вышли к проспекту.

– Как тебя, Миша, да? Извини еще раз, за резкость. Просто, вся на нервах. У нас ведь выпускной курс, а там, куда судьба занесет. А с Карпяном, Лучанским и Кнехтом я еще на первом курсе познакомилась. Как-то прикипели друг к другу. А то, что он шороху начал в колледже наводить. Ну, вот характер у него такой. Он же не убил никого!

Прям мальчик-зайчик, ага.

– А чего ты двоих по прозвищам называешь, а третьего по фамилии?

– Ну, фамилия у него такая, как прозвище.

– И чем Лучанский на прозвище похоже?

– Да не Лучанский, Кнехт – фамилия, а у Лучанского – Лазарев.

Они с Киром засмеялись.

– И какая связь между Лучанским и Лазаревым? – не понял я.

– Все просто, Миш, – это уже Кир. – Фамилия Лазарев созвучно со словом лазер, а что такое лазер? Это луч, вот поэтому и Лучанский.

Они снова засмеялись. Ну да, смешно прям.

– Догадливый ты парень.

Это уже Настя Киру. Похоже их симпатия взаимна. Что ж, совет да любовь.

Мимо нас пронеслась «бэха», у нее действительно на капоте стоял символ BMW. Лихо затормозил прямо перед нами. Из машины выскочил водитель, полный тип с маслянистыми глазками в форменной одежде и кепи. Распахнул заднюю дверь и замер на вытяжку.

Из машины вышел странно одетый человек, лет тридцати. Высокий, широкоплечий, усатый. На нем был сюртук в полоску с длинными полами, такие же брюки. Под сюртуком белая рубаха и бабочка вокруг шеи. На голове котелок, на ногах лакированные туфли, в руках трость. Что за чудик? Он словно явился из начала двадцатого века!

Но не успел пассажир автомобиля ступить на мостовую, как Кир и Настя склонились в поклоне. Я застыл, озадаченный происходящим. Настя сунула мне кулаком по животу:

– Поклонись, придурок, это же патриций!

Я согнулся. Раз принято у них такое, ладно. Со своим уставом в чужой монастырь не ходят.

Мужчина остановился, посмотрел на нас.

– Право, довольно, – произнес он глубоким голосом. – Здравствуйте, молодые люди.

Мы выпрямились.

– Здравствуйте, ваша милость, – ответил за всех Кир.

О как, милость!

– Простите моего друга, он немного не в себе.

– Ничего, бывает. Кто вы такие?

– Мы студенты Технического колледжа ауксилариев.

– Как замечательно, вы выбрали благородное занятие! Я рад, что такие замечательные молодые люди, будут сопровождать наших храбрых пилотов в их нелегкой борьбе с Идолищами.

Он еще раз осмотрел нас. Задержал взгляд на Насте. Неудивительно. Улыбнулся:

– Приятного дня, молодежь.

Он прикоснулся к котелку на голове и зашел в ближайшее здание. Водитель вернулся на свое место.

– Ты чего, совсем, что ли? – накинулась на меня девушка.

– Правила требуют, чтобы мы оказывали почтение представителям благородного сословия, их игнорирование может привести к печальным последствиям, – вторил ей Кир.

– Повезло, что мужик нормальный попался, без загонов. Так бы, вызвал полицию!

Да, что за фигня, они отчитывают меня словно ребенка! Спелись, блин. Быстро!

– Да, ладно-ладно, – отбивался я. – Думал чудик какой-то.

Настя округлила глаза:

– Ты ненормальный что ли, по одежде же видно!

– И что, нацеплю я котелок и сразу стану патрицием?

Настя задохнулась от возмущения.

– Миша, это уже не смешно. Выдавать себя за человека из благородного сословия, прямой путь на каторгу. Ты ведь понимаешь?

Надо как-то выбираться из сложившейся ситуации.

– Понимаю, Кир, понимаю. Ну, удивился я. Не часто благородных вижу, вот и растерялся.

– Он из детдома, – пояснил Кир, повернувшейся к нему Насте.

– А, понятно, – в ее голосе мелькнули нотки сочувствия. – Ну, пойдем за кроссовками.

– И в парикмахерскую.

Чую я, не раз мне еще придется попадать в ситуации, где я буду выглядеть полнейшим идиотом. Что для местных привычно, для меня выглядит дикостью. Вот с этими поклонами, например. Или с запретом носить определенную одежду. Вот интересно, если простолюдинам нельзя одеваться, как древнеегипетскому моднику, то аристократу можно носить одежду низших сословия. Да и говорят-то как, «низших»!

Или вот еще, Кир обращался к этому денди «ваша милость», а так надо ко всем патрициям обращаться, или у них там своя ранговая система обращений? А то брякну кому-нибудь «милость», а он «светлость», например. На лбу-то у них не написано.

Ну и то почтение, с каким Кир с Настей, приветствовали аристократа, тоже заставляло задуматься. Интересно, а как стать аристократом? Если это вообще возможно. Много еще предстоит мне узнать о местных порядках.

В торговом центре мы провели часа полтора. Мой счет на банковской карте заметно поубавился. В основном из-за покупки кроссовок. Выбрать их тоже получилось нелегко. Качество никак не билось с ценой, точнее количеством денег на счету. Кир ратовал, за качество.

– Высокое качество обеспечит тебя спортивной обувью на весь учебный год, тебе больше не надо будет беспокоиться о покупке спортивной обуви, – вещал он.

Так-то он прав, конечно. Он вообще всегда прав, как я заметил. Да вот только, для покупки таких кроссовок, мне бы пришлось занимать денег у него. Поэтому я остановился на бюджетной модели. Настя, кстати, подсказала, что «вот эти ничего и стоят нормально», а еще у нее оказалась скидочная карта обувного отдела. Двадцать процентов, для моего тощего кошелька, это целое состояние!

Потом, я зашел в парикмахерскую, состричь торчащие во все стороны волосы. Попросил парикмахера сделать мне нормальную стрижку. Тоже не бесплатно. Но тут я ни капли не сожалел. Слава богу, мне перестало казаться, что я ношу на голове птичье гнездо.

Ну, и уже собираясь уходить из центра, Настя спросила:

– Может по пивку?

Кир свел брови к переносице:

– Алкоголь не только вреден для организма в целом, но он туманит сознание, и имеет долговременный негативный эффект для когнитивных функций мозга.

– Ладно, – махнула она рукой, – давай по мороженому, педант.

А она ничего, все-таки. И ее предложение о пиве мне тоже понравилось. Но спорить с Киром я не стал. Вот еще минус со счета, но то копеечки.

Обратно мы прошли по проспекту. Возле места, где мы с Киром свернули во дворы, когда шли сюда, Настя остановилась.

– Приятно прогулялись, мальчики. Пойду к своим!

– Спасибо за скидочную карту, – ответил я.

– Не за что, обращайся.

Кир кашлянул, как-то странно посмотрел на меня, поправил очки указательным пальцем. Кашлянул еще раз. Да, понял я, понял. Я отошел от них подальше. Покрутив головой, вновь увидел серый BMW. На этот раз, он стоял возле тротуара. Интересно, чего этот дядя в древнем одеянии крутиться на этом пятаке.

Увидел, как Настя перебегает дорогу. И тут мне в глаза бросился Карпов. Точнее, сначала я увидел водителя BMW, его трудно было не заметить, благодаря форме и кепи. Пухлый тип с маслянистыми глазками разговаривал с Карпяном. Интересно о чем?

Ко мне подошел Кир и отвлек от наблюдения за Карпяном в естественной среде.

– Я пригласил ее!

Он сказал это так, словно только что вынырнул из проруби с ледяной водой.

– Поздравляю, куда пойдете, снова по центру ходить?

– Нет, на концерт.

– Мм, филармония, все дела.

– Да, нет, на «Оркестр Тьмы».

– Она тоже металлистка?

– Да не металлисты мы, просто любим хорошую музыку.

– Как же у вас много общего оказалось, просто невероятно.

– Ты тоже можешь пригласить девушку, сходите вместе с нами, чтобы Настя себя неловко не ощущала.

Ха-ха, я чуть не засмеялся в голос. С трудом я представляю ситуацию, чтобы эта Настя чувствовала себя неловко. Скорее, Кир будет смущаться. Вон он, бедняга, кашлял, как чахоточный, чтобы я отошел. Только тогда Настюху смог пригласить на свидание. Как будто, я мешал ему сказать ей об этом. Хотя, наверное, мешал.

– Подумаю, может быть, Айгуль приглашу.

– Айгуль?

Кир помрачнел.

– Что не так?

– Ничего. Ты вправе приглашать кого угодно, я не смею вмешиваться в чужие отношения.

– Конечно, я ведь взрослый, и полностью состоявшийся человек.

– Не считая того, что тебе требуется помощь в выборе кроссовок.

– Хм, а вот вы обещали мне мороженое, но купил я его сам!

Мы рассмеялись.

– Ладно, – сказал я. – Подумаю над твоим предложением.

Но подумал я совсем о другом. Приглашать Айгуль мне не хотелось. Может быть, то, что о драке в общежитие узнали на следующий день, после того, как я проговорился об этом Айгуль – просто совпадение. Но вот, если это не совпадение, то о чем еще узнает преподавательский состав, после посещения рок-концерта? У Кира и так из-за меня проблем прибавилось, не стоит больше подводить его.

Да и Айгуль, как представительница противоположного пола, нравилась мне куда меньше, чем остальные девушки. Стоит, наверное, пригласить одну из двух оставшихся в нашей группе. Но вот представить Машку, скромную и вечно стесняющуюся, размахивающей гривой под тяжелые рифы, я не мог. Может, тогда Танька? Светленькая и курносенькая. Но если собрался, действовать надо быстрее, не один я такой умный, решивший пригласить девушку на концерт.

А еще, между прочим, такое мероприятие требует денег, которых у меня в обрез. Тоже вопрос. Напомню, Киру и Насте, что они обещали мне мороженое, пускай теперь покупают два! Ха-ха!

Кстати, об Анастасии. Точнее, о ее дружках. Еще точнее, о Карпяне. О чем с ним мог разговаривать водитель BMW? Какие могут быть дела у его хозяина, патриция-небожителя, и у школьного задиры Карпова, так и не выросшего из коротких штанишек? Но с чего я взял, что дела у патриция? Может быть, пока усатый-полосатый ходил по своим делам, шофер решил поболтать со студентом. Закурить спрашивал или дорогу? Но, пожалуй, с дорогой, водитель сам бы справился, навигаторы в этом мире есть.

Странно, короче. Хотел сказать об этом Киру, но тот шел настолько довольный и счастливый, что грузить его своими не обоснованными тревогами не хотелось. Да и виновато в этом, скорее всего, мое отношение к Карпову. Хотя, какое оно у меня должно быть, этот крендель собирался избить меня ни за что, ни про что. Да еще не один, а с дружками.

Ладно, к черту забивать голову глупостями. Предстоит новая учебная неделя. И физподготовка с понедельника по пятницу, аааа! Но надо, Миша, надо. Слабаком жить нельзя. А про концерт, посмотрим-подумаем, деньги дело наживное, возьму вот, и вправду, приглашу девушку на концерт. Плевать, что они обо мне думают, как о немощном придурковатом типе.

Глава 8

Мои надежды, пригласить одну из девушек в нашей группе, на концерт «Оркестра Тьмы», разбились в понедельник. Точнее их разбил добрый тренер Сладов Илья Андреевич. Он так обрадовался моим кроссовкам, что тут же загнал меня на турник.

– Шелестов, подтянись хотя бы раз.

Его невозмутимый голос, мне никак не помогал. Я корчился на перекладине, изо всех сил тянул себя наверх, кряхтел, сопел, краснел. Но все впустую.

– Хорошо, – сказал тренер. – Внимание! Все сюда. Вашему товарищу требуется помощь. Пока Шелестов делает одно подтягивание, остальные отжимаются. Упор лежа принять. Девушки тоже.

Не помогло. У меня болели плечи, ныла спина, а руки, казалось, вот-вот оторвутся, уронив мое хилое тело на землю. Первыми сломались девчонки, и только потом я. Можно засчитать за прогресс. Я свалился с турника, прямо на спину и остался лежать.

В раздевалке мне хотели надавать тумаков. Если бы не Кир, мне, наверное, пришлось бы пускать в ход Мощь, не смотря на угрозу уголовного наказания. Просто так избить себя. позволить я не мог. Но спасибо моему соседу. Его рост и сила охладила пыл самых горячих голов, а долгая нудная речь, на тему «мы одна группа и обязаны хорошо относится друг к другу, так этого требует чувство общности, приличия и лучшие человеческие качества» утомила всех остальных. Но наслушался я про себя разного.

После такого провала, разумеется, не могло быть никакой речи, чтобы кого-то приглашать. Девчонки смотрели на меня волчицами.

В плюс можно было записать две вещи. Еще вечером в воскресенье, когда мы с Киром ходили в город, я разобрался, кто есть кто. у патрициев. Но перед этим пришлось прослушать первый, и пока единственный. альбом «Оркестра Тьмы». Не любитель я тяжелой музыки, но играли ребята хорошо, прям жозенько так. Заверив Кира, что никогда не слышал более прекрасных звуков, извлекаемых людьми из музыкальных инструментов, я погрузился в Имперскую Цифровую Энциклопедию.

Для начала, решил изучить вопрос, может ли простолюдин стать патрицием. И оказалось, что может. Теоретически. Для этого были три пути. Первый, указом императора, за какие-либо заслуги. Но при условии, что один из родов, боярских или княжеских, согласиться принять этого человека. Такого в Третьем Риме не происходило уже лет сто.

Второй, усыновление. Здесь был один интересный момент, документы тут значили меньше, чем сам факт усыновления. Для того, чтобы кого-либо усыновить, аристократ ставил ему, с помощью Мощи, нечто вроде отметки на теле. Интересно они тут Мощь используют. И если род был не против нового члена, оформлялись бумаги и новоявленный патриций получал все причитающиеся ему права.

Но случалось, что род не одобрял усыновления. Тогда, удостоенный усыновления, не обладал никакими имущественными правами, но зато получал следующие плюшки: мог не кланяться другим аристократам, к нему должны были обращаться «Ваша милость», имел право носить винтажную одежду, с помощью которой патриции отделяли себя от презренного плебса.

Проблема тут в том, что последнее усыновление, и то неполное, случилось лет двести назад.

Ну, и третий вариант, оказался тоже связан с личностью монарха. Император, с одобрения Сената, мог возвести простолюдина в боярское звание. Последнего случая такой щедрости не было, по той причине, что никогда не было первого.

Потом, я решил выяснить, как к кому обращаться. А то вдруг, Сенат будет решать принимать ли меня в патриции или нет, а я кого-нибудь вместо «светлости», назову «милостью», и все, рухнет мое будущее.

Тут оказалось все сложнее и проще, чем я думал. Я уже знал, что вся аристократия делиться на княжеские и боярские роды. По сути, никакой разницы между ними нет, кроме особых случаев, когда представители княжеских родов считаются выше патрициев из бояр. Но, да там сам черт ногу сломит.

В княжеских и боярских родах есть семьи, относящиеся к основной линии и побочным. Так вот, к тем, кто состоит в основных линиях княжеских родов, требуется обращаться «Ваша светлость», а тем, кто числиться в основных линиях у бояр «Ваше сиятельство». К остальным обращаются «Ваша милость».

Так же «Ваша милость» можно обращаться, если не знаешь, кто перед тобой. Такое обращение не порицается, но даже служит своего рода показателем, что вот, мол, мы с народом накоротке. Ну и последнее, так, как глупые простолюдины, такие как я, не умеют на глаз отличать «светлостей» от «сиятельств», а их обоих от «милостей», то основной формой обращения к патрицию служит все та же «Ваша милость».

Чего я так прицепился к местной аристократии? Да все просто, хочу получить компенсацию от жизни за десятилетие рабства в «Старт-Техе». За годы боли, бесправия и унижений. Кто-то скажет, да ты же жил без забот и хлопот, вот и расплачивался за это. «Старт-Тех» выставил свои условия: физическая форма, крепкое здоровье и отсутствие мозгов. Ну, о последнем умолчим. Я во всем соответствовал. Но никто не говорил, что я должен буду продать себя в вечное рабство. Так что, я искренне считаю, что заслужил компенсацию. А самый короткий путь в этом мире, стать патрицием. А вот как это получится, и получится ли вообще, большой вопрос.

Ну, и второй плюс. Я все так же ходил по утрам на стадион. Правда, иногда мое тело выбрасывало фокус и отказывалось вставать с постели до шести утра. Тем не менее, я сделал радостное открытие. Чем чаще я, подчерпнув Мощь, катаю ее по телу, тем большее количество я могу использовать. И еще, мне удалось сформировать ее.

Перекатив энергию в ладонь, я решил попробовать сделать щит. Он вспыхнул мгновенно. Я даже испугался, что кто-то увидит и тут же убрал его. Потом попробовал еще раз. Получилось! Еще вышло сформировать хлыст. Не такой длинный, каким мы пользовались на полигонах, всего метра два. Но его можно было удерживать и даже управлять. Здорово!

Правда, потом болело все тело, но оно того стоило.

В среду, когда мы учились управлять Мощью, я решил не выпендриваться и подстроиться под общее мнение, что в прошлый раз мне просто повезло. Бить я старался не сильнее Кира, но и не слабее тех, кто мог хорошенько ударить Мощью по мешку.

Вот так, потихоньку, я добрался до пятницы, когда банда Карпова опять проявила себя. Точнее, отдельный ее член. Во всех смыслах этого слова.

Происшествие в понедельник, когда из-за меня пострадала вся группа, потихоньку забывалось. Сладов больше не тиранил меня. И все начали считать виновником происшествия не столько меня, сколько скверный характер тренера. И следуя принципу «а почему бы и нет», я решил пригласить на воскресный концерт Татьяну.

Выждав момент, когда девушка осталась одна, я решился и подошел к ней. Хм, а кто-то недавно потешался над Киром, что он не пригласил свою ненаглядную Настюху на свидание при мне. И кто это интересно был?

– Привет, – сказал я.

– Да вроде, здоровались сегодня.

Девушка смотрела на меня напряженно. Вот, что за предвзятое отношение к парню, ну подумаешь он ростом не под два метра, не силен и иногда тупит в самых обычных вещах. Нуу, определенное недоверие тут возможно, совсем немного.

– Не буду ходить вокруг, да около, приглашаю тебя сходить со мной на концерт, в воскресенье.

На ее курносом лице возникали, сменяя друг друга, различные выражения. Я расшифровал их так: сначала удивление, потом неверие собственному слуху, возмущение, смущение, и остановилось все на благосклонном интересе.

Меня это порадовало. Я мало на что надеялся, приглашая ее. Кто-нибудь другой мог опередить меня и пригласить Таньку, если не на концерт, то в кафе или просто, прогуляться по парку. Девчонок– то у нас мало.

– А у нас что, где-то концерт намечается?

– Ну да, «Оркестр Тьмы», говорят, крутая металл-группа.

– А ты металлист у нас? – усмехнулась девушка.

– Металлист не металлист, а в группе играл.

Я и вправду играл в группе. Правда, в своей. И, не играл, а пытался играть. На басу. Выучил я только одну комбинацию на четвертой струне. Типа, тум, ту-ту-тум, ту-ту-тум, ту-ту-ту-ту-ту-ту-тум и заново. Но играть ее мог недолго и никогда не попадал в ритм с барабаном.

Тут ее брови взлетели наверх.

– Ну, не знаю.

Любят женщины, чтобы их уговаривали.

– Будет весело, там и Кир будет и, наверное, еще кто-нибудь из наших.

– Я подумаю, – уклончиво ответила Таня. – Но, если соглашусь, то это будет просто поход на концерт, без всяких там этих вот.

– Ладно, давай и без тех, и без этих.

Она улыбнулась, и поспешила уйти. Согласиться ли? Завтрашний день покажет.

Последней парой у нас стоял ООУСМД. Директор принес схематичное изображение мобильного доспеха и, тыча в него указкой, объяснял важнейшие узлы. Мне легче было понимать через аналогию с гладиаторами. Доспех состоял из легкого металлического каркаса обтянутого какой-то разновидностью кевларовой ткани. Сверху крепились титановые пластины. А вот тушка пилота играла двойную роль, с одной стороны он управлял всей этой конструкцией и одновременно, играл роль проводника для Мощи. Что в гладиаторе выполняла биосинтетическая плоть.

Для этого, в СМД предусматривались места постоянного контакта тела пилота и доспеха. Разумеется, через сложную систему проводников. Основным считались подошвы ног, контакт там мог прерваться только в экстренных случаях. Так же существовала уйма дополнительных мест контакта: на голове, руках, груди и спине. Все это для того, чтобы пилот сохранил способности управлять Доспехом, если например, потеряет ноги.

Я увлекся сравнением Силового Мобильного Доспеха и Биосинтетической Боевой Машиной, и даже не заметил, что Петр Сергеевич остановил лекцию. Пока я сравнивал и пытался понять для себя, что в каждой конструкции лучше, а что хуже, директор смотрел на меня в упор. Вскоре, и все остальные уставились на меня, негромко хихикая.

– Очнись ты! – Кир толкнул меня в бок.

Я вздрогнул и наткнулся на взгляд Савельева.

– Вижу, моя лекция тебе неинтересна, Шелестов. Может быть, ты знаешь о предмете больше меня?

Больше, конечно, нет, но знаю кое-что, о чем вы, Петр Сергеевич и представления не имеете. Вслух, понятно, я такого не сказал.

– Нет, Петр Сергеевич.

– Раз, не знаешь, то надо узнать. Так, Шелестов?

Я промолчал.

– Завтра, моя пара стоит так же последней. И у меня для тебя задание. К завтрашнему дню предоставишь реферат, на тему «Роль связи и ее виды в СМД». В сети искать его не надо. У нас прекрасная библиотека. А библиотекарь, чудесная женщина, поможет тебе. Реферат должен быть снабжен ссылками на книги, которые ты будешь использовать. И не пытайся хитрить, я их все знаю наизусть.

Когда пары Савельева закончились, Кир сказал мне:

– Тебе в библиотеку надо, она через полчаса закончит работу.

– Да я думал, завтра.

– Завтра суббота, библиотека не работает, надо идти прямо сейчас. Да и некогда завтра будет, пары никто не отменял.

Вот же! И я поспешил в библиотеку. Несмотря на визит перед самым закрытием, библиотекарша, приятная полная женщина в очках, обрадовалась:

– Сейчас, все предпочитают искать информацию в сети. У всех компьютеры, ноутбуки, смартфоны никому нет дела книг. А ведь в них есть многое, чего в сети днем с огнем не сыщешь. Или найдешь, но столько времени потратишь, ужас! А у нас здесь, пожалуйста, каталог по алфавиту, по темам. На каждой карточке все написано, название книги, авторы, категории. Да и мы, библиотечные работники всегда рады помочь любознательным студентам. Какая у тебя тема?