Текст книги "Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа (СИ)"

Автор книги: Марс Букреев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 33 страниц)

Ничего не видать. Я поводил тростью, нащупывая дорогу. Вроде никаких ям, провалов или разбросанных кирпичей. Осторожно прошел до середины.

– Эй, Айгуль, где ты?

Голос заметался среди промерзших стен. Огляделся. Внезапно, в дальнем углу вспыхнул свет фонаря. Я насторожился. Фонарь замаячил, и я услышал шаги. Кто-то медленно приближался ко мне.

Глава 49

Я направил свет своего фонаря в сторону приближающегося человека. Но его свет, слишком слабый и рассеянный, не позволил разглядеть незнакомца.

– Это я, Миш.

Я узнал голос Айгуль. Когда она подошла ближе, я увидел на ней короткую куртку, с откинутым на спину капюшоном. Черные волосы обрамляли лицо, смотревшееся в свете фонаря бледным. Она остановилась шагах в пяти от меня.

– Рада тебя видеть.

Голос девушки полнился усталостью.

– Хотел бы я сказать, то же самое.

Мой взгляд метался по темному помещению, выискивая опасность. Вдруг удастся различить крадущуюся фигуру или услышать шаги. Но, похоже, Айгуль пришла одна.

– Где Кир? – напрямую спросил я.

– Его больше нет.

Внутри, словно все оборвалось.

– Ну, и зачем ты меня позвала, тогда? – сквозь зубы спросил я.

Мена накрывала волна холодной злости. Хотелось взять и ударить по Айгуль всей Мощью, что гуляла сейчас в моем теле. Оставить от нее лишь обожженные останки. Ведь из-за нее погиб Кир! Но что-то останавливало меня от расправы. То ли желание выяснить, кто и зачем сгубил моего друга. То ли воспоминания о ночи, проведенной с Айгуль.

– Давай по порядку, – глаза девушки мерцали в электрическом свете. – Учти, у меня с собой оружие.

Она двинула рукой, в кармане куртки.

– Попробуешь зачерпнуть Мощи, я выстрелю быстрее.

Или я убью тебя, а ты даже не поймешь что произошло. Мне не надо взмахивать рукой, чтобы зачерпнуть заряд.

Я не стал дожидаться продолжения:

– Сделаем проще, ты скажешь, кто виновен в смерти Кира, кто такой Корд, и какого черта, ты спелась с ним. Все. И тогда я не стану убивать тебя.

– Это не так просто объяснить. У меня не было другого выбора, кроме, как подчиниться тому, кого ты называешь Кордом. Выполнить все их требования. Если бы я даже знала, что мои действия приведут к смерти Кира, я бы все равно выполнила все, что они мне приказали.

Значит, Айгуль помогала Корду недобровольно.

– Они взяли в заложники твою семью?

– Не важно. Кто такой Корд? Насколько я знаю, он мелкая сошка, больше мне о нем ничего не известно. И главное, Кир не умер, он просто перестал быть Киром.

– Что ты несешь, Айгуль?

Я шагнул к ней, но она шарахнулась и крепче сжала предмет в кармане.

– Просто уезжай, Миша. Ты теперь не один из нас, ты патриций! Довольствуйся мыслью, что Кир не погиб, в привычном смысле этого слова. Просто уезжай, и не ищи больше, ни меня, ни Кира.

Я пытался сообразить, о чем говорит Айгуль? Может она, того, в уме повредилась? Что значит «не погиб в привычном смысле»? Значит, Кир жив. А если он жив, то я должен найти его. Хватит с меня потерь. Настя, уже мертва! Вполне в привычном смысле.

– Вот уж дудки! Если ты знаешь, где Кир, то сейчас же отведешь меня к нему. Если нет, то вали отсюда. Я уже понял, что ты навредила ему не со зла, тебя заставили. Поэтому, можешь жить. Поезжай к себе в Пермь или откуда ты там, или возвращайся в колледж. А мне не мешай искать друга!

Айгуль вздохнула. В синеватом свете я видел, как пар от ее дыхания, клубясь, потянулся к потолку. Сжала губы. Взгляд стал колючим.

– Поверь, ни ты, ни Кир не обрадуетесь, когда увидите друг друга.

Я хотел сказать, что разберусь без ее подсказок, но тут, спиной уловил чужое присутствие.

– Они здесь! – раздался крик.

По ступеням загрохотали шаги нескольких человек.

Обернувшись, не раздумывая, я вытянул трость и с нее сорвался слепящий заряд. Он с гудением промчался к дверям и врезался в стену. Разбитый бетон посыпался на пол.

– С ней, какой-то благородный!

– Валим обоих!

И тут же от дверей загрохотали выстрелы. Мы с Айгуль упали на пол. Пули за нашими спинами врезались в стены.

– Ловушку устроила! – зло прошипел я.

– Нет, это люди Корда, они выследили меня!

В темном проеме, на мгновение мелькнул еще более темный силуэт. Я снова ударил Мощью. Человек слетел с крыльца и прокатился кубарем по снегу.

– Сука! Хрен благородный!

Выстрел. Вспышка мелькнула. И наступила тишина.

Айгуль ухватила меня за рукав:

– Бежим наверх! Там есть путь, к другому выходу.

Вскочив, мы бросились бежать. Мощь – вещь хорошая. Всегда под рукой. Но огнестрел, особенно, когда он не один, оказывается, куда эффективнее.

– У тебя же оружие, – сказал я ни бегу. – Стреляй!

Мы взбежали по лестнице и прислушались. Ничего не понятно. Сколько нападающих, где они?

– Из этого особо не постреляешь.

Айгуль держала в руке газовый баллончик.

– Блин!

Внизу послышались шаги. Загрохотали выстрелы. Невидимый стрелок бил наугад.

– Беги, – шепнул я Айгуль. – Я его придержу немного.

– Прямо по коридору, там лестница. Внизу дверь, – так же шепотом ответила Айгуль. – Я буду ждать тебя там.

Девушка скользнула в темноту и вскоре ее шаги затихли. Я сидел не шевелясь. Ждал, когда стрелок проявит себя. Еле слышимый звук коснулся моего слуха. Затем тишина. Снова звук. Ага, мой противник старается подойди ближе. Ну, давай, умник, я покажу тебе, кто тут благородный, а кто хрен с горы.

И тут у меня зазвонил телефон. Оперный провайдер! Я выбросил щит на мгновение раньше, чем грянул выстрел. Щит отразил пулю и схлопнулся. Вторая пуля пролетела у самого уха, я различил короткий свистящий звук, жар опалил кожу. Пуля ткнулась в стену позади. Я выкинул вперед руку. Огненный шар снес стрелка. Наступила тишина.

Больше, никто не пытался стрелять в меня. Не слышно ни ругани, ни звука крадущихся шагов. Я посидел, готовый, испепелить любого, кто появиться из темноты. Но никого не было. Значит, преследователей было двое.

Отлично! Можно последовать за Айгуль, и уж на этот раз, она мне расскажет все. Без всяких своих загадочных фраз.

Я двинулся по коридору. Включать фонарь не стал. Поэтому, шел медленно. Надо будет посмотреть, кто звонил и надавать этому любителю ночных разговоров по башке. Я ведь, чуть не погиб! Ладно, это потом. Сейчас, надо найти Айгуль.

В конце коридора действительно оказалась лестница. Стараясь не свернуть себе шею на ступеньках, я спустился. Внизу Айгуль не было. Наверное, вышла на улицу. Приметив вход, я направлялся к нему. Вышел. И замер.

На снегу, у крыльца стояли трое. Айгуль и двое отморозков. Один из них сжимал шею девушки сгибом локтя и держал возле ее головы пистолет. Второй, скалясь, целился в меня.

– Хе, эй, благородие, не трепыхайся! – крикнул тот, что держал Айгуль на мушке. – Бросай свою кочергу и иди к нам. Спокойно, и без всяких ахалаев-махадаев руками.

– И про каторгу нам не заливай, – усмехнулся второй. – Были уже там, терять нам нечего.

– Сюда, сказал, иди! Или бабе башку отстрелю! – психанул первый.

Я на секунду замер, решая, что же мне предпринять. Если я сдамся, думаю, нас убьют обоих. Не сейчас. Позже. И смерть наша легкой не будет. Я бы мог выбросить щит, сделать шаг назад и, уйдя с линии огня, прижаться спиной к стене. Но тогда урод выстрелит в Айгуль. В его намерениях, я не сомневался.

Мои колебания прервали тихие шаги за спиной. Взяли нас в простенькую ловушку! Пока одни загоняли, другие ждали у второго выхода. Черт! Вот и последний из «загонщиков» появился. Второй план отпадает.

– Живее, хрен благородный! – поторопил меня первый.

Я бросил трость.

– Не шевелись, – шепнули сзади.

Что-то холодно клацнуло за спиной.

В следующий миг моя голова взорвалась. Я, против воли, согнулся, хватаясь за голову. В ушах звенело так, что я ничего не слышал вокруг. Лишь мгновение спустя, я осознал, что стреляли не в меня, а рядом со мной.

Голова типа, державшего Айгуль в заложницах, разлетелась фонтаном кровавых брызг. Тело отступило на шаг и завалилось на спину. Второго выстрела я не услышал. Увидел лишь, как второй из Кордовских прихвостней, согнулся и повалился в снег.

– Поворачивайся…поворачивайся…

Сквозь оглушительный звон в ушах до меня долетали слова. Я начал поворачиваться, но тут же в затылок уперлось холодное и твердое.

– Не поворачивайся, говорю!

Голос знакомый. Я его давно не слышал, но не узнать его не возможно. Кир! Живой! Да еще, так вовремя появился!

– Не поворачивайся, или снесу голову. Ты ведь знаешь, я слов на ветер не бросаю.

Ну, точно Кир!

– Кир, ты чего? Кир, это же ты?

– Кира больше нет.

Звон отступал. Теперь я слышал, как тот, стоящий позади, дышит. Тяжело, надсадно, словно стоит в противогазе.

– Да, что происходит, Кир. Брось эти шутки. Ты что, не узнаешь меня?

– Узнаю, Миша.

– Ну, вот!

Я снова попытался повернуться, но ствол с силой надавил мне на затылок. Тут у меня мелькнула мысль. Ведь Кир стрелял. Значит, пистолет заряжен. Кто знает, вдруг, Кир случайно нажмет на спусковой крючок. Я не верил, что мой друг может намеренно выстрелить в меня.

– Стой. Запомни, Кира больше нет. Не ищи его. Пускай он останется в твоих воспоминаниях, таким, как был раньше. Я не Кир.

Безумие какое-то! Но вот я различил в голосе друга, странные, чуждые интонации. Словно его голос, смешали с чьим-то другим. Но это ведь невозможно!

– Кир, послушай. Кир, Настя погибла.

Тишина. Человек, стоящий за моей спиной, не отвечал. Наконец, прозвучали слова:

– Очень жаль. А теперь, слушай меня. Сейчас мы уйдем. Не вздумай преследовать нас. Еще раз повторяю, Кира больше нет. А тебе не следует лезть туда, где ты ничего не понимаешь.

Он отнял ствол от моего затылка. Медленно отошел назад.

– Повернешься, и я выстрелю. Пойдешь следом – выстрелю. Айгуль, давай за мной!

Айгуль юркнула мимо меня.

– Прощай, Миш.

Голос Кира затих, и я услышал удаляющийся звук шагов.

Я стоял, разглядывая тела мертвецов у моих ног. Подручные Корда. Но думал я сейчас не о том, как бы поскорее уйти отсюда, или, что будет, когда тут обнаружат побоище. В конце концов, я теперь патриций, а среди убитых есть бывшие, а то и беглые каторжники. Если скажу, что они напали на меня с целью ограбить, думаю, такое объяснение удовлетворит даже следователя Кадлаева. Или хотели похитить и требовать выкуп с Воронцова. Так даже интересней.

Думал я о другом. Что такого произошло с Киром, что он сам про себя говорит: «Кира больше нет». И почему в третьем лице? Что с ним сделали? Об этом знает Айгуль, но и она не хочет мне рассказывать.

Я подобрал трость. Вернусь в номер. Пока ничего понять не могу. Обдумать надо. И еще, пойду-ка я в полицию, напишу заявление, что на меня напали четверо отморозков. Все равно ведь выяснят, что двоих из них убил патриций.

* * *

Звонила, кстати, мне Лидия. Я очень рад, что «ее милость» вспомнила обо мне, но перезванивать не стал. У меня, тут, куча своих дел. Выбравшись из недосторя, я отошел от него на полкилометра и позвонил в полицию. Сообщил кто я, и что на меня было совершенно нападение бандой неизвестных.

Полиция приехала быстро. На двух машинах. Экипаж одной отправился в недостроенное здание, а во второй с меня брали показания. Скрывать я ничего не стал. Почти. Заявил, что в разгар ужина мне позвонила бывшая сокурсница Айгуль Халикова и пообещала предоставить информацию по пропавшему Кириллу Новикову.

Пускай-ка, господа полицейские поищут Айгуль и ее спутника «Некира». Мне эта клоунада уже порядком надоела, да еще она ставит под угрозу мою жизнь. Про то, что некий человек убил двоих из банды, я сообщать не стал. Просто сказал, что когда отбился от нападавших, выбежал через другой вход и нашел тела остальных злоумышленников. Благо, там я Мощью не раскидывался.

Наверное, не имей я патрицианского статуса, меня бы заперли в камеру, до выяснения обстоятельств. Но сейчас, просто поинтересовались, где я живу в Москве и скоро ли собираюсь покинуть ее. Попросили быть на связи, когда прояснятся новые обстоятельства, следователь, кому будет поручено это дело, свяжется со мной.

В Москве я задержался, правда, вовсе не из-за интересов следствия. Сначала, я раздумывал, что могло произойти с Киром. И с Айгуль. Единственной ниточкой, способной дать мне разгадку, являлся, ни много, ни мало, таинственный Корд. Он же Максим. Интересно, Максим Корд – его настоящее имя? Или он просто пользуется этим именем?

Попытался выяснить про Корда в Сети. Но там ничего про него не было. Да и действительно, Корд ведь преступник, а не суперзвезда.

А потом, понимая, что я совершенно бессилен в этом вопросе, я достал из гостиничного бара бутылку. Налил полный бокал жидкости карамельного цвета и выпил. Вкус напитка вполне совпадал с его цветом.

Пару дней я провел в обнимку с разномастными бутылками. Мне это напомнило разудалую жизнь в прошлом. Давным-давно, когда я вытянул счастливый билет от «Старт-Теха». Тогда, дни и ночи были наполнены алкоголем и женщинами.

Звонил телефон. Но я не отвечал. Кажется, несколько раз звонила Лидия. Но, это не точно. Точно я помнил, только, как орал во всю глотку, обращаясь к стенам номера:

– Думаете, я просто патрицый! Аристократ, вашу мать! Да я БМСДМ, БСДМ, БДСМ. Тьфу, мля! Боевая машина! Син-те-ти-чес-ка-яаа!

Некрасиво вышло. Я ведь не алкоголик. Но, вот так вот!

Проваливаясь в крутящуюся темноту, я клялся, что с завтрашнего дня не притронусь к зеленому змию. Когда темнота перестала вращаться, я нащупал зыбкую почву сновидений. Там я видел и Кира, и Настю, и Айгуль с Танькой. Таких же, как полгода назад, когда мы только встретились. И еще не произошло ничего страшного. Мерзкий усач, безголовые Идолища, странные исчезновения и вал живой плоти – все это было неправдой. Вымыслом из другого мира, а у нас такого никогда не случится. И в будущем нас ждало, только хорошее.

Сквозь сон я слышал, как щелкнул дверной замок.

– Прошу вас, ваша милость, – голос мужской, тихий, угодливый. – Ой! Свят-свят!

Раздался звук, словно кто-то неспешно и размеренно бьет по полу маленькими молоточками. Потом снова голос. Но уже женский:

– Ты чего, господин патриций, совсем волю почувствовал?

Открывать глаза не хотелось. Кто бы там не пришел, пускай идет обратно. Мне день тяжелый предстоит, надо со змием бороться. Пока еще не знаю, одолеть мне его, или поддаться.

Что-то острое уперлось мне в живот. Больно, блин.

– Эй, твоя милость, вставай.

Неа! Буду спать.

– Боец, подъем! Тревога!

Тревога! Наверняка, Кайдзю Шибуши снова растекается по земле, подминая под себя все, что окажется на его пути!

Открыл глаза. Первое, что я увидел – лакированные женские туфли на каблуках. Это, как так? Попытался понять свое местоположение в пространстве. Да, я же на полу!

В туфлях оказались женские ноги, затянутые в колготки. Затем я увидел юбку в сборках, короткий жакет с крупными блестящими пуговицами, а венчало все это – голова Лидии. В шляпке с круглым верхом, кокетливо сдвинутой на бок.

– О! – сказал я. – Какая встреча! Видишь, я теперь аристократ, как ты и хотела. Теперь не пора ли вам, Лидия Афанасьевна, скинуть одежду и принять то самое положение, в котором я видел вас осенью. Здесь же, в «Континентале». Шляпку можете оставить!

Но она почему-то не поняла меня.

– Чего ты там бормочешь? Вставай, давай. Марш в ванну, приведи себя в порядок. А я пока закажу завтрак и кофе.

Не имея собственной воли, я подчинился. Поднялся, хватаясь за мебель. И как умелый пилот на вираже, точнехонько вписался в дверь ванной. И только потом открыл ее.

Минут через двадцать я, умытый и почистивший зубы, сидел перед яичницей с беконом и дымящейся чашкой кофе. Лидия благоразумно села от меня подальше. Видимо, мятная зубная паста плохо помогала скрыть следы вчерашних возлияний.

– И часто у тебя так? – спросила Лидия.

– Неа, – замотал я головой, пережевывая яичницу.

Проглотив кусок, добавил:

– Только по важному поводу.

– Понятно.

– А ты чего приехала? Ты ведь в Японии была.

– Хватит с меня Курильской губернии. Дела мы там закончили. Идолище уничтожен.

– Поздравляю.

– Ты, давай-ка, приходи в себя быстрее.

– А за мной кто-то гонится?

– Можно и так сказать, его сиятельство Алексей Воронцов, хочет тебя видеть.

Глава 50

Автомобиль Audi Q8, цвета мокрого песка, мчался по трассе в сторону Владимира. Лидия уверенно управляла машиной, успевая на ходу, поглядывать на себя в зеркало заднего вида. Иногда кидала взгляд на меня. При этом, на лице женщины, появлялось плохо скрываемое выражение насмешливого превосходства.

Еще бы, она вся такая расфуфыренная, при параде, за версту видно – истинная патрицианка. И я, в мятых пальто и шляпе. Пальто, к тому же, в серых пыльных следах от бетонных стен – следы схватки в недострое. Да и сам я, такой же мятый, как моя шляпа – злоупотребление алкоголем даром не прошло.

– Когда приедем, приведи в себя в порядок и смени одежду.

– Где ж я другую возьму? Все свое ношу с собой, придется его сиятельству лицезреть меня в таком виде.

– Я уже распорядилась, чтобы тебе приготовили новую одежду в особняке.

– Распорядилась? Там, что каждый, кто хочет, может приказывать? А, ну да. Ты же, там почти хозяйка.

Лидия недовольно нахмурилась. Ага, не до внутреннего превосходства уже?

– А зачем меня Старик вызывает?

– Старик?

– Ну, да. Ты же сама сказала.

– Вообще-то, ты говоришь о боярине и главе рода! – возмутилась моя попутчица. – Хотя, его все так называют. А зовет он, чтобы сообщить хорошую новость.

– Это какую еще? – насторожился я.

– Учиться тебя отправить. Кстати, это я предложила.

– Спасибо за заботу, но у меня своих дел навалом. Не нужна мне учеба.

– Вот сам Старику и скажешь об этом.

– И скажу!

Я откинулся на спинку кресла. Делать мне больше нечего, ага! Знания получать! В своем мире в двух ВУЗах отучился, тут в колледже, и еще куда-то. Пускай, идут они лесом. Мне надо разобраться, что тут с Киром происходит. И с Айгуль теперь.

– Да и какая учеба? Мне же Старик сам сказал, порвут меня на лоскутки патриции, как только увидят.

– Его сиятельство немного преувеличил. Он ведь из тех времен, когда дуэли были делом обычным и по любому поводу. А теперь, одна в год – уже событие! Да и разрешение императора, для этого требуется.

Вон как. Старик-то оказывается заправской дуэлянт в прошлом. И, как называется наш поединок с Ильей, у него в особняке? Что-то не видел я императора, с разрешением в руках.

Я задремал. Проснулся через пару часов, уже возле особняка. Меня снова поселили в тех же комнатах. Там я обнаружил чистую одежду. Принял душ, выпил кофе и переоделся. Как раз, вовремя. В комнату, постучав, вошла Лидия.

Вместе мы прошли по коридорам особняка. Но на этот раз, мы двинулись не к кабинету Алексея Воронцова, а к тому самому залу, где Илья «бросал» мне вызов.

В зале уже сидел Старик и какой-то тип, скользкой наружности. Когда мы появились, тип вскочил и поклонился. Значит, плебей. Интересно, что он тут делает.

– Присаживайся, внучек, – зло усмехнулся Старик.

Как же он заколебал с этим «внучком». Мы с Лидией сели на диван. Старик, немного помолчав, спросил женщину:

– Ты уже сказала ему?

– Да.

Старик кивнул.

– Я никуда не поеду! – заявил я.

Старик снова кивнул. Затем обратился к скользкому типу:

– Давай, вот тот, третий вариант, который мне понравился.

– Слушаюсь, ваше сиятельство.

Тип откашлялся и заговорил:

– Когда Идолище, своим безразмерным, чудовищным, всеуничтожающим телом заполнил все вокруг, его сиятельство, неустрашимый и благородный, Ингвар Воронцов…

– Давай, вот без украшательств, – перебил его Стараик.

– Слушаюсь. Когда тело Идолища заполнило все вокруг, на маленьком пятачке земли, по случайности оказавшимся свободным, от тошнотворной массы монстра, остались только Ингвар Алексеевич и Михаил…эээ…

Тип вопросительно посмотрел на меня.

– Короче, давай, – снова повелел Старик. – Остались Михаил и Ингвар.

– Они наблюдали чудовищную картину…

– Дальше!

– Слушаюсь! Они вместе решили пробиться к СМД, и взявшись за руки…

– Чего? – это уже не выдержал я. – Какие руки?! И, что это за радиоспектакль?

– Руки, действительно, лишние, – рассудил Старик. – А это, официальная версия того, как Ингвар усыновил тебя. В подробностях. Будешь придерживаться ее, так что, запоминай лучше.

– А почему Ингвар не снами? Он о ней как узнает?

– Уже знает, – прошипела Лидия. – Он сейчас на лечении.

– Ладно. Только вот таких «подробностей», пускай там не будет.

Режиссер, сценарист или кто он там, может спец по рекламе, продолжил свое повествование, то и дело, срываясь в цветастые описания. Все сводилось к тому, что мы героически прорывались к СМД, и в особо трудный момент, когда казалось, надежды для нас нет, Ингвар сказал мне: «Ты достоин, быть моим сыном». И тут же, возложил на меня знак усыновления.

Но мы с ним так яростно бились с Идолищем, что тварь отступила, и мы смогли добраться до СМД. После чего Воронцов влез в Доспех и вынес меня с поля боя.

Ну, да, похоже на правду. Ага. Сам чуть не поверил.

– Печатный текст будет готов к вечеру, – сообщил сценарист-режиссер-рекламщик.

Воронцов-старший повелительным взмахом руки отпустил сочинителя.

– Запомнил? – спросил меня Старик.

– Потом прочту.

Старик снова кивнул.

– Эту официальную версию, при необходимости, озвучишь в Томске, в университете.

– Где?

– В Томске. Город такой в Сибири, поедешь учиться туда.

– Так меня в Сибирь ссылают? Только я не поеду. И почему в Томск?

– Зря я тебя с Ильей познакомил, – вздохнул Старик, – видимо, его упрямство воздушно-капельным путем передается.

Точно. Мы же с ним капельки, друг в друга, метали.

– Не спорь, – тихо произнесла Лидия. – Это для твоей же пользы. Владение Мощью прокачаешь, хотя бы.

Вот чем, здесь, в университетах занимаются, оказывается!

– Так, а в Томск-то почему? – не унимался я, прикидывая, что добраться из сибирского города до Москвы будет куда сложнее, чем из Владимира.

– Потому что, там патриции пожиже учатся, – усмехнулся Старик. – Непрямые линии, дальние родственники и тому подобное.

– А какая разница, между непрямыми линиями и дальними родственниками?

– Представь, – в голосе Лидии появились язвительные нотки. – Не все представители рода, связаны родственными связями.

А, это она про себя и Ингвара! Ну, ясно-понятно.

– Если тебя смущают соседства с второсортными аристократами, – усмехнулся Старик, – то там же, учится там одна молодая особа, княжеских кровей.

– Искренне рад за нее, и за университет Томска, но мне это не нужно, разрешите откланяться.

Я встал. Никто мне ничего не сказал в ответ, а я не ждал. Повернулся и направился к выходу. Захочет Воронцов-старший разделаться со мной, да черт с ним! Справлюсь.

У самой двери меня догнал голос Старика:

– В обмен на что, ты бы согласился поехать в Томск?

Я замер. Простое любопытство или щедрое предложение? А, что если, потребовать денег, доходов, собственности? Если Воронцову-старшему, так необходимо затолкать меня в Сибирь, хотя непонятно зачем, он запросто может мне все это дать. Буду бароном Сибирским, первым парнем от Урала до Енисея.

Вот только, он на это и рассчитывает. Просто хочет купить плебейского выскочку.

Я повернулся, посмотрел прямо в глаза Старику:

– Найдите моего друга. Я говорил про него в прошлый раз. Кирилл Новиков.

Брови Старика немного приподнялись. Удивлен, старый хрыч? Думал, все-таки обойтись покупкой. К тому же, с его богатством-то, не особенно дорогой.

– Боюсь, Михаил, у меня нет такой возможности. Это дело полиции.

Лжет ведь! Врет, как сивый мерин! Это с его-то властью, у него нет возможности? Ну и что мне сказать? Заявить прямо в лоб, что он лжец? Боюсь, дела так не делаются.

– Тогда, я хочу узнать, кто такой Корд, чем он занимается и зачем он хотел убить Ингвара, моими руками!

По изумленному лицу Лидии я понял, о попытке убить ее любовничка она не знала.

– Корд, – медленно произнес Старик. – Корд – наемный убийца. Специализирующийся на убийствах аристократов. Время от времени, не особо щепетильные в вопросах чести патриции, обращаются к нему, заказывая своих недругов. Убивает не сам. Но нельзя сказать, что его руки не испачканы кровью. У него целая сеть исполнителей. И он всегда достигает результата. В этот раз, он хотел воспользоваться для убийства тобой.

– А почему Ингвар?

Старик пожал плечами.

– Мой сын многим не по нраву.

– Но если Корд так опасен, почему его еще не поймали.

– Хороший вопрос. Могу сказать, что у этого негодяя, всегда находятся высокие покровители. Не понимаю я людей, общающихся с таким животным. Он чистый безумец. Я однажды имел возможность поговорить с ним. Кажется, я уже рассказывал об этом.

Я кивнул, про себя переваривая информацию.

– Если Корд перешел тебе дорогу, то тебе никогда не добраться до него без связей. Учитывая твое происхождение, ни во Владимире, ни в Петербурге, связями тебе не обрасти. Начни с малого. А там, кто знает. Так что, решай сам. Можешь идти.

– Ладно. Я поеду.

За дверями, когда мы вышли, Лидия набросилась на меня:

– Почему ты ничего не говорил, что тебя заставляли убить Ингвара?

– Ну, не убил же.

– А если бы, убил?

– То сейчас не стоял бы тут, и не разговаривал с тобой. Лежал бы где-нибудь на райском острове, с бокалом и наслаждался гонораром.

– В канаве бы ты лежал, без головы!

– Успокойся ты уже, подлечится твой Ингвар. Будет, как новый. Я тоже за него переживаю, он же мне как отец.

Я мерзко захихикал.

– Идиот. Тебя бы в исправительную колонию, а не в университет.

– А каторгу уже отменили?

– Говорю же, идиот. Каторга – для плебеев. Ну, или для патрициев, которые очень постараются, чтобы попасть туда.

Как твой братец-маньяк, подумал я, но вслух сказал иное:

– Вот и отправьте меня на юридический, чтобы не путался в таких простых вещах.

А что, юридическое образование будет мне не лишнем, во всем этом хитросплетении сословий, благородных родов и пережитков устаревших традиций.

– Растащило тебя, юридический. Поступишь на последний курс общеобразовательный. А потом, по результатам, выберешь специальность.

– То есть, учиться я буду не с самого начала? – с радостью спросил я.

Тратить несколько лет и проходить то, что давно уже пройдено, мне ни капли не хотелось.

– Конечно, ты же вундеркинд! Колледж свой экстерном закончил.

Тут уже, Лидия мерзко захихикала. Фу, как она при этом противно выглядела!

– Давай, не затягивай. Составь список, что тебе надо. Если своих денег нет, я тебе все куплю.

Конечно, их нет! Их все Танька выпила, в Московском «Континентале». Кстати, надо ей позвонить. А то вдруг, тоже исчезла, как Кир и Айгуль.

– И повторяю, не затягивай. Едешь ты уже завтра, и не один. Еще один студент поедет с тобой.

* * *

Весь остаток дня прошел в суете. Суетился я, сидя на диване в своих комнатах, со стаканом бренди. Прикидывал в уме, что мне надо. Искал все это во Владимирских магазинах по Сети, и раздавал указания. Мне выделили почти легион слуг, на самом деле всего троих, и они метались по огромному городу, в поисках моих заказов.

Руководителем этого процесса, и моим советником, выступила Анна – горячая горничная! Она оказалась толковым мажордомом, и явно заслуживала повышения.

К вечеру у порога стояли три чемодана. В основном с одеждой. Рассудив, что за то, что Ингвар Воронцов остался жив, и практически невредим, благодаря мне, удовольствие расплатиться за покупки я оставил Лидии.

Так же, я решил сменить и смартфон. Мой был старенький, еще тот, что местный Мишка Шелестов привез из детского дома. Думаю, статус обязывает меня владеть более качественным гаджетом. И ноутбук, обязательно игровой. Я ведь, учится еду!

Утром, ни свет, ни заря, меня разбудили. Быстрый завтрак. Еще быстрее одеваюсь. И вот, я уже на крыльце особняка, в окружении чемоданов. Там меня поджидал мой попутчик – Илья.

Глядя на мои пожитки, он произнес:

– Проще было, Томск сюда перевезти.

Кто бы, говорил! Чемодан у Ильи был один, зато сумок целых три.

Отправили, в этот раз, нас без помпы. То ест, никаких частных самолетов, личных стюартов и прочих атрибутов богатой жизни. До аэропорта нас довезло такси, правда, шикарное. А вот самолет оказался обычный. Но летели мы бизнес-классом, поэтому жаловаться не приходилось.

– А тебя чего, в даль такую, отправили? – спросил я Илью.

– Тебе ли не знать? – иронично ответил он. – Ты ведь, так бился со мной, что не оставил мне выбора, кроме, как подчиниться воле Старика.

– Решили упрятать подальше?

– Ага, наверное, надеются, что я отморожу в Сибири все мозги и пойду у них на поводу.

Я помолчал. Но потом спросил:

– Это из-за того, месторождения нефти?

– Ага, Старик хочет и рядом с императором сесть, и корону ему помыть. Вот только, не за мой счет! Плевал я на этих Рюриковичей, могли бы и поделиться, скряги!

– Речь идет о таких деньгах?

– Ты не представляешь каких! Я бы купался в них, в прямом смысле слова. Но не это главное.

Тут Илья понизил голос, хотя никого кроме нас, в бизнес-классе не было.

– С такими доходами, можно вести свою игру?

– Игру?

– Да, политическую! Стать, как кость в горле и Рюриковичам, и Воронцовым. Так сказать, играть на противоречиях. А на остальных и вовсе поплевывать.

– Планы-то, какие у тебя!

– Угу. Вот, представь, если бы у тебя денег было, как, ну не знаю, как у всего нашего рода, например. Чтобы ты делал?

Я задумался. Был я богат, утопал в удовольствиях, вине и женщинах. Но вот, то, что мне выделял «Старт-Тех» – сущие копейки, по сравнению с богатством рода Воронцовых. Тут, действительно, можно двигать историю, так, как хочешь. Какое уж вино и женщины. Хотя, нет – женщины пускай останутся!

И Кира бы я нашел, на раз-два, и до Корда бы добрался.

– Голова закружилась, от таких мыслей? – усмехнулся Илья. – То-то же! А если учесть, что дела будешь иметь с Рюриковичами, то и к трону ближе. Такого можно наворотить! Но ты и без этого влияешь на политику.

– Ты про что это?

– Да из-за тебя, в Сенате прошение к императору готовят, чтобы он указом запретил усыновлять простолюдинов.

– Так даже.

– Так. Думаю, вскоре сам его величество захочет с тобой познакомиться.

– Неужели!

– Не исключено. Слишком уж ты громко, заявил о себе!

Я прикрыл глаза. В голове закрутились шестеренки. Кто я сейчас? Аристократ, полноправный. Ни в какое сравнение с обычным плебеем. Но чувствую, положение у меня шаткое. Может, например, император лишить меня патрицианского статуса? Спросить у Ильи, что ли? Да нет, он откуда знает.

Не получается у меня отсидеться потихоньку, не привлекая внимания. Вон, что из-за моих действий вышло, прошение готовят, целому императору. Не так уж и не прав был Старик, когда говорил, что патриции готовы меня, со всем внутренним содержимым, сожрать. По любому, какой-нибудь особо одаренный аристократ, вкинет идею – лишить меня патрицианского статуса. Тут вся надежда на Старика. Для него ведь, это будет знатный пинок, под его знатнейший зад. Может поэтому, Воронцов-старший и засуетился, отправив меня учиться, как настоящего патриция, да еще история эта, с усыновлением, выдуманная.