Текст книги "Говорящая с лесом. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Марина Снежная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 29 страниц)

Не знаю, сколько просидела так, трясясь, будто вновь вернулась лихорадка, отправившая на тот свет бывшую хозяйку этого тела. В конце концов, Арна не выдержала и бросилась ко мне. Помогла подняться и дойти до кровати. А потом долго укачивала, как маленькую, и шептала что-то бессвязное, пытаясь успокоить. Я же снова и снова видела перед собой тех пятерых, что шли в сторону леса, возбужденные близостью кровавой охоты. Видела покорно бредущую, словно ягненок на заклание, девушку, к которой ни у кого из них не было ни капли жалости. И это зрелище выворачивало душу.

Глава 8

В конце концов, Арна не выдержала и напоила меня снотворным зельем, так что в сон я все-таки провалилась. Правда, действия его хватило ненадолго. В какой-то момент я осознала, что тело словно горит в огне. И особенно в районе запястья. Нестерпимый, уже знакомый зуд теперь чередовался с болью, словно в том месте был ожог. Пошевелившись, я повернула голову в сторону Арны. Девушка спала, нервно вздрагивая во сне. Видать, снилось ей что-то не слишком приятное. Мое же тело, охваченное слабостью и болью, почти не желало слушаться. Я даже не смогла протянуть руку к Арне или позвать ее.

А потом боль стала настолько нестерпимой, что меня буквально вытолкнуло из собственного тела. Уж не знаю, что стало причиной странного состояния: выпитое зелье или нечто непонятное, чему не могу дать объяснения, но я будто раздвоилась. С ужасом смотрела на собственное тело, лежащее внизу на постели. Меня же потянуло прочь какой-то неудержимой силой. Что странно, но физические ощущения полностью не исчезли, несмотря на то, что я больше не была материальной. Осталось почесывание в районе запястья и тянущее ощущение – тело буквально тащило куда-то, невзирая на мое собственное желание. Может, я сплю и вижу такой странный сон? По крайней мере, это единственное разумное объяснение, которое приходило в голову.

Я летела в темноте, лишь слегка разгоняемой светом луны и звезд, да огнями в окнах немногих домов, где еще не спали. И увлекало меня не куда-нибудь, а в сторону леса, куда направились оборотни со своей жертвой. Это открытие напугало так, что я попыталась закричать и прервать пугающий полет. Но не смогла. Тяга, увлекающая к лесу, была сильнее меня. Беспомощно оглядываясь, вдруг заметила, что запястье полыхает ярким зеленоватым светом. Уже знакомые очертания дубового листочка виднелись так четко, словно я видела это средь бела дня. Да что происходит, черт возьми?!

Мое тело плавно нырнуло за деревья, достигнув, наконец, цели. Особенно ужасало то, что далеко не всегда оно успевало огибать препятствия, и проносилось прямо сквозь них. Вместе с тем зуд и боль исчезли, хотя пятно в виде дубового листа продолжало светиться, словно указывая дорогу.

В какой-то момент я резко затормозила и оказалась на небольшом свободном пространстве. Вокруг в небо вздымались вековые деревья, и непонятно как, но я ощущала все запахи и звуки леса, даже лишенная физической оболочки. Некоторое время ошеломленно оглядывалась, а затем начала улавливать свечение, исходящее отовсюду. Оно будто проходило сквозь кору деревьев, светилось крохотными огоньками на маленьких растениях. Но я четко видела, что такой свет исходит от каждого из них. А еще в какой-то момент ощутила биение сердец, доносящееся отовсюду. С каждой секундой оно чувствовалось отчетливее. Разный ритм, разная сила звука, но я одновременно ощущала каждое из них, и в то же время они воспринимались как единое целое.

– Прими нас… – из множества звуков, доносящихся отовсюду, четко выстроился один. Это не были слова человеческой речи, но каким-то непостижимым образом я улавливала смысл. Именно такой. «Прими нас», – слышалось снова и снова, с каждой секундой все сильнее оглушая, заполоняя сознание.

Мне же хотелось убежать – настолько охватил ужас от непонимания происходящего. Что за странный сон?! Не хочу! Хочу опять оказаться на постоялом дворе, лежать в постели рядом с Арной. Не хочу быть здесь! Не хочу всего этого слушать и ощущать. Из последних сил все же закричала, сама приходя в ужас от собственного крика. Это не было звуком в полном понимании этого слова. Казалось, кричит что-то внутри меня, исторгая не звуки, а волны энергии, заглушающие, протестующие против того, что происходит.

Все стихло так неожиданно, что даже не успела понять этого. Вокруг стояла такая тишина, что на какое-то время показалось, что лишилась слуха. Исчезло сияние вокруг растений и знак на запястье. Вся дрожа, я понеслась в ту сторону, откуда пришла. Теперь полет, который раньше казался таким легким, давался неимоверно тяжело. При попытке пройти сквозь деревья я испытывала почти ощутимую боль. Казалось, все вокруг стало недружелюбным и настороженным, не желая больше признавать и помогать. Но несмотря на все это, я ощущала, что двигаюсь в правильном направлении. Невидимая нить, связывающая с собственным материальным телом, трепетала, не позволяя заблудиться, влекла за собой вопреки всему.

Мой безумный полет, больше похожий на краткие прыжки и падения, когда я теряла высоту, прервал вдруг человеческий крик. И это не было странными полуреальными звуками, что я недавно слышала. В этот раз звук был вполне настоящим и оттого еще более пугающим. Женский крик, протестующий, полный ужаса и боли. В сознании отчетливо возникла жуткая догадка. Дария! Кричит именно она.

Не понимая до конца, чем и как могу помочь, я понеслась в ту сторону, боясь одного – не успеть. Наверняка игра в кошки-мышки закончилась, и оборотни уже поймали добычу. Страшно представить, что теперь собираются с ней делать. Послышался волчий вой, которому вторили еще четыре такие же, слившиеся в унисон.

Я вынырнула на еще одно небольшое открытое пространство и оказалась рядом с кучкой смеющихся ублюдков, перекидывающих друг дружке дрожащую от страха девушку. Они уже приняли человеческий облик, но их вид пугал не меньше, чем если бы по-прежнему оставались волками. Одежду, видать, бросили где-то на опушке, когда решили перекинуться. И теперь стояли абсолютно обнаженные, ничуть не стесняясь щеголять в таком виде друг перед другом и девушкой. Хотя наверняка такое зрелище было для оборотней привычным. Да и стыдиться им было нечего – идеально вылепленные мускулистые тела при других обстоятельствах заставили бы мое сердце замереть от восхищения. Но сейчас их вид вызывал только ужас.

Дария же выглядела плачевно – вся залита кровью от многочисленных царапин, платье местами разорванное и отчего-то мокрое – видать, пыталась перебраться через какую-то водную преграду, надеясь сбить преследователей со следа. Теперь она снова напоминала то несчастное существо, какое мы повстречали на дороге. Хотя сейчас бедняжка выглядела еще хуже. В ее глазах почти не было проблеска разума – только дикий, животный ужас, буквально выплескивающийся наружу. Не нужно было быть оборотнем, чтобы почувствовать эмоции, читающиеся на лице девушки невооруженным глазом. Этих же мерзавцев ее состояние только возбуждало. Ноздри мужчин хищно раздувались, глаза у всех горели яркими разноцветными огоньками, и я теперь находилась так близко, что могла видеть нечеловеческие вертикальные зрачки.

– Отпустите ее! – попыталась крикнуть, но лишенный физической силы голос не желал обретать материальность.

Попробовала ударить ближайшего оборотня, стоящего рядом, но рука прошла сквозь физическое тело. Он даже не почувствовал движения. От собственного бессилия хотелось вопить, крушить все вокруг, но даже это было мне не дано. Осознавая то, что сейчас здесь произойдет, я ощутила желание позорно сбежать. Не видеть ничего этого, спрятаться. Но ноги словно приросли к земле, и я не могла даже сдвинуться, окончательно ослабев от избытка обуревающих меня эмоций.

– Боишься? – неожиданно ласково проговорил Кристан, отодвигая остальных и хватая девушку за подбородок. Развернув ее лицо к себе, улыбнулся такой очаровательной улыбкой, что его лицо стало почти что ангельским.

– Пожалуйста, – слабо выдохнула Дария, – простите меня! Я больше никогда не попытаюсь убежать.

– Конечно, не попытаешься, – мягко откликнулся мужчина. – В этом даже не сомневаюсь, – его глаза сверкнули опасным блеском.

Девушка судорожно сглотнула, осознавая, что он имел в виду, и с жалобным всхлипом попыталась высвободиться из его рук.

– На колени, сучка! – лицо Кристана перестало казаться ангельским, его исказила похотливая усмешка.

Перед лицом Дарии оказался член – не столь внушительный, как у приятелей блондина, но довольно большой. Мне же от этого зрелища стало дурно. Наверное, будь у меня физическая оболочка, вывернуло бы наизнанку.

– И не вздумай показывать зубки, а то выбью, – жестко хохотнул Кристан, сжимая ее за подбородок так, чтобы открыла рот.

Дария какое-то время пыталась сопротивляться, но когда мужчина схватил ее за волосы и, намотав на руку, изо всех сил дернул назад, застонала и все же разомкнула губы. В ее рот немедленно устремился член Кристана.

– Соси, тварь!

Дария послушно начала делать это, хотя все ее тело сотрясалось, и видно было, что она с трудом сдерживает рвотный позыв. Когда Кристан отошел от нее, уступая место другому приятелю, заставляющему делать то же самое, я снова попыталась сдвинуться с места. Бесполезно! Смогла лишь рухнуть на землю и, дрожа всем телом, смотреть отвратительную сцену от начала и до конца.

Вдоволь поиздевавшись над девушкой таким образом, ее грубо толкнули на спину и развели ноги в стороны. Первым к ней пристроился Кристан. Я пришла в ужас, когда он вместо того, чтобы взять девушку в человеческом обличье, принял половинчатую трансформацию. Выглядело это просто устрашающе: все тело стало шире и мускулистее, челюсть выдвинулась вперед, приобретя сходство с волчьей пастью. Нужно ли говорить, что мужское достоинство мерзавца тоже увеличилось в размерах и теперь больше напоминало небольшую дубинку. Когда этот извращенец вошел в Дарию одним резким движением, она издала нечеловеческий вопль, разрываемая на части. Пыталась сопротивляться, но ее слабый отпор, казалось, лишь раззадоривает насильника.

Когда Кристан все-таки встал с нее, я заметила текущую по внутренней стороне бедер кровь. Этот гад наверняка все порвал у девушки внутри. Дария полными ужаса глазами смотрела на следующего мерзавца – кудрявого и довольно привлекательного, лишь немногим уступающего в красоте Кристану. Но все, что он вызывал сейчас у меня – да и у Дарии, думаю, тоже – это отвращение и ненависть. Когда же и этот подонок принял половинчатую трансформацию, я ощутила, как сердце сжалось в тугой комок. Он так же грубо и, не церемонясь, засадил гигантский член внутрь Дарии, и бедняжку просто выгнуло. Крик, раздавшийся из ее горла, больше напоминал звериный.

– Одлин, оставь и нам что-нибудь, – хохотнул еще один из оборотней – темноволосый и сероглазый.

Кудрявый утробно зарычал, на миг вскидывая на приятеля загоревшиеся коричнево-алым светом глазами, и чуть ослабил напор, но продолжал размашистыми движениями врезаться в истерзанное тело девушки. В какой-то момент она потеряла сознание, и я порадовалась этому – по крайней мере, так не будет испытывать боли. Но ее привели в чувство сильными пощечинами, заставляя снова раскрыть глаза. И пока еще один оборотень устраивался сверху, Кристан опять схватил Дарию за подбородок и развернул к себе лицо девушки.

– Ты прочувствуешь каждую минуту своего наказания, тварь! За то, что не ценила хорошего обращения.

Хорошего обращения?! Во мне от возмущения всколыхнулась обжигающая злость. То, что рассказывала Арна о жизни бедной девушки, трудно было назвать таким образом. Сомневаюсь, что с ней поступали лучше, чем сейчас. Может, разве что, брали в человеческом обличье.

– Пожалуйста, пощадите меня! Остановитесь! Я больше не выдержу, – снова жалобно пролепетала Дария, расширенными глазами глядя на Кристана.

– Может, и пощадил бы, – криво усмехнулся он. – Но уж слишком меня разозлила твоя новая подружка. Конечно, я бы предпочел сейчас видеть на твоем месте эту дерзкую тварь, но теперь тебе придется отдуваться за двоих. Выживешь – так уж и быть, прощу. А нет – таких, как ты, пруд пруди. По-моему, у тебя и сестренка довольно симпатичная есть. Сколько ей уже? Тринадцать? Как раз подходящий возраст, чтобы узнать, что такое настоящий мужчина.

Лицо Дарии превратилось в жуткую маску отчаяния и ненависти. Даже страх, казалось, ушел, сменившись яростным порывом. Миг – и в ухмыляющуюся рожу Кристана полетел плевок. От ужаса я перестала даже дышать. По исказившемуся до неузнаваемости лицу мужчины я отчетливо поняла – теперь Дария точно не жилец. Столкнув с нее темноволосого, Кристан снова навис сверху и схватил девушку рукой за горло. Его аристократические пальцы начали меняться, вытягиваясь и заостряясь на конце. В моем горле задохнулся крик, когда острые, как бритва, когти прорезали нежную кожу и погрузились внутрь шеи. Миг – и он вырвал у нее язык изнутри вместе с гортанью и хрящевой тканью. Последний конвульсивный хрип, измученное тело девушки дернулось, и полные слез и ненависти глаза навсегда потухли.

Послышались недовольные возгласы приятелей Кристана, которым не удалось в полной мере удовлетворить похоть.

– Не мог подождать немного? – проворчал самый громадный из них, с грубым суровым лицом. – Убил бы сучку чуть позже!

– Молчать! – рявкнул Кристан, заставив всех четверых передернуться.

Несмотря на то, что выглядел он самым хилым из них, похоже, именно его считали главным. Хотя, судя по разочарованному виду, он уже сам жалел, что так быстро оборвал мучения Дарии. Но уж слишком она задела самолюбие. Похоже, это у него самое уязвимое место – стоит задеть гордость, как с катушек слетает. Кое у кого сильнейший комплекс неполноценности, судя по всему. Дария сделала единственное, что могла в этой ситуации – спровоцировала быструю смерть, предпочтя мнимой надежде на то, что ей оставят жизнь. Да и насколько ценной была бы такая жизнь в руках похотливого садиста?

Наверное, я и сама на ее месте поступила бы так же. Хотя не приведи бог оказаться в схожей ситуации! Я до сих пор не могла прийти в себя от ужаса, словно все это происходило отчасти и со мной. Только когда оборотни вновь перекинулись в волков и скрылись в ночи, обрела способность двигаться. Перелетела к тому месту, где бесформенной окровавленной грудой осталась лежать мертвая девушка, и опустилась на колени. Из груди рвались рыдания, но мое бесплотное тело не могло плакать.

Невесомо коснувшись рукой окровавленного лица с навсегда застывшей на нем маской боли, я ощутила, что никогда не смогу забыть о том, что видела. А еще поняла, что с этого дня возненавижу волков и постараюсь держаться от них как можно дальше. Они все чудовища! Безжалостные, считающие себя выше всех, кичащиеся своей силой. Ненависть и в то же время затаившийся в глубине души страх – теперь я всегда буду ощущать это, видя перед собой одного из них. Знать, что на самом деле скрывается под мнимой человеческой оболочкой, которая в любой момент может слететь и обнажить чудовищный звериный оскал.

Внезапно меня резко потянуло обратно – настолько быстро, что мир вокруг завертелся, как на карусели. А потом со всего размаху швырнуло в собственное тело. Задыхаясь и испытывая дурноту от такого стремительного полета, я распахнула глаза и увидела над собой встревоженную Арну. Девушка трясла меня, пытаясь, по всей видимости, привести в чувство. Заметив, что я очнулась, Арна с облегчением отпустила мои плечи и выдохнула:

– Как же вы меня напугали, госпожа! Я проснулась, а вы лежите холодная-холодная и не дышите.

– Глупости, – возразила я, с трудом приходя в себя, но понимая, что нужно успокоить девушку. Пока не разберусь в том, что только что со мной было, не стоит говорить об этом ни одной живой душе. Иначе точно примут за сумасшедшую. Вряд ли даже тут считается в порядке вещей покидать собственное тело и шляться где-то бесплотным духом. – Я просто крепко заснула. А дыхание было, видать, такое слабое, что ты не услышала.

Последнее, впрочем, вполне могло быть правдой. Скорее всего, я впала во что-то наподобие транса, когда едва прослеживаются физические показатели. Если бы на самом деле умерла, вряд ли смогла вернуться в тело после такого продолжительного путешествия. И все же даже этот странный транс вызывал непонимание и тревогу. С моим новым телом явно происходит нечто для него нетипичное, а разобраться в этом пока не получается. Взгляд снова упал на запястье, и я увидела на нем красное пятно в виде листка. Интересно, Арна его все еще не видит? Но задать этот вопрос я не решилась. А потом перед глазами опять возникло лицо умершей в лесу девушки, и о собственных переживаниях я вмиг забыла.

– Дария! – глухо выдохнула, болезненно скривившись, и, наконец, смогла дать волю слезам, благо в физическом теле это труда не составило.

Арна обняла меня, и я услышала ее прерывистый вздох.

– Мне тоже жаль бедняжку. Но мы с вами ничего не можем для нее сделать.

– Можем, – глухо сказала я. – Хотя бы похоронить по-человечески. И помочь ее семье, чтобы с ними больше подобного не случилось. У нее ведь есть тринадцатилетняя сестра. Не хочу, чтобы мерзавец Кристан решил и с ней поступить так же.

– Откуда вы знаете? – Арна замерла и осторожно отстранилась.

– О чем?

– О том, что у нее есть сестра?

Я лишь устало махнула рукой и солгала:

– Она мне рассказывала перед побегом. Просила позаботиться о девочке.

Арна, похоже, удовлетворилась ответом и кивнула.

– Да, это с вашей стороны будет очень хорошим поступком.

Меньше всего я думала сейчас о том, как кто-нибудь интерпретирует мой поступок. Испытывала жгучее чувство вины и хотела хоть как-то искупить ее. Кристан сам признался, что именно моя дерзость заставила его поступить так жестоко с Дарией. Я вмешалась в судьбу этой несчастной и только все ухудшила. Осознание этого жгло хуже раскаленного железа. И пусть я понимала, что на самом деле виноваты во всем оборотни и дурацкие законы этих земель, поставивших их выше остальных и позволяющие творить подобную жестокость, избавиться от чувства вины не получалось.

На следующее утро я первым делом заявила пресветлому Гринду о своем желании найти тело Дарии и похоронить.

– Милое дитя, – приняв самую благостную физиономию, проговорил дарунит, – без сомнения, ваша доброта заслуживает всяких похвал. Но вряд ли мы сумеем отыскать в лесу тело бедной девушки. Сами подумайте: оно может быть где угодно! Да и его вполне могли уже растерзать дикие звери. К тому же сирну дар Гадру может не понравиться то, что вы задумали.

– Да плевать мне на его мнение! – не выдержала я, хотя внутри все сжалось при воспоминании о жестоком блеске светлых глаз. – Но если так боитесь его гнева, подождем, пока сирн с приятелями уберется с постоялого двора.

– Дитя мое, до Лодара всего три часа пути. Если мы прямо сейчас уедем, то уже скоро вы увидите вашего отца. И он наверняка и ожидает нас примерно к полудню. Не думаю, что будет доволен задержкой, – попытался он воззвать к моему дочернему долгу.

– Не думаю, что отец осудит мой порыв достойно проводить в последний путь несчастную девушку, которая в какой-то степени пострадала именно из-за меня.

– Вовсе не из-за вас, – возразил пресветлый Гринд, но встретившись с моим решительным взглядом, вынужден был отступить. – Хорошо, мы попробуем отыскать ее тело. Но если до полудня это сделать не получится, то простите, дитя мое, но буду вынужден настаивать на отъезде.

– Согласна, – глухо сказала я.

– Тогда я пошлю троих наших воинов, чтобы начали поиски. Велю им похоронить девушку прямо в лесу, если найдут тело. Вряд ли тогда сирн дар Гадр узнает о нашем самоуправстве.

– Я поеду с ними.

Пресветлый Гринд возмущенно воскликнул:

– Нет, это уже все рамки переходит! Об этом не может быть и речи!

– Без меня они не найдут тело, – оборвала я его резко и поймала озадаченный взгляд как дарунита, так и Арны, сидящей с нами за столом и без аппетита поглощающей завтрак.

– Но откуда вы можете знать, где искать? – справившись с изумлением, спросил пресветлый Гринд.

– Просто знаю и все, – не желая вдаваться в объяснения, я поднялась и обратилась к сидящему за соседним столом капитану отряда. – Возьмите еще двоих воинов и ждите во дворе.

Возражать никто не стал, хотя капитан все же вопросительно посмотрел на пресветлого Гринда. Тот устало махнул рукой – мол, пусть делает, что хочет, а я уже устал от этой взбалмошной и непокорной девчонки. Думаю, дарунит только и мечтает поскорее сплавить меня с рук на руки дорогому папочке.

– Госпожа, можно мне с вами? – услышала за спиной, пока решительно направлялась в свою комнату.

Поколебавшись, кивнула Арне через плечо. И уже пять минут спустя мы, накинув плащи, выходили из постоялого двора к ожидающим нас мужчинам. Понимая, что сейчас не время осваивать навыки верховой езды или надеяться на память тела, я попросила капитана посадить меня к себе в седло, а Арну взять одному из воинов. Разумеется, никто не имел ничего против. Тот, кому поручили Арну, даже расплылся в довольной улыбке и попытался ущипнуть ее за ягодицу, когда подсаживал в седло. Девушка перехватила наглую конечность и свирепо на него глянула.

– В следующий раз получишь в морду! – предупредила она, чем вызвала смешок второго воина и сдержанную улыбку капитана.

Сам он со всей возможной почтительностью помог мне взобраться на лошадь и потом придерживал за талию, стараясь едва касаться. Опасаясь, что из-за такой вот деликатности вполне могу свалиться на землю, я сама ухватилась за его пояс и прижалась крепче. Поймала немного ошарашенный взгляд и увидела, как щеки бравого капитана окрасились румянцем. А ведь он совсем еще молодой, – отметила я. Не старше двадцати пяти. Только держится так церемонно и сурово, что кажется старше. Порывшись в памяти, вспомнила, что другие воины обращались к нему «капитан Мерн». Он с самого начала казался поприятнее остальных из-за всегдашней сдержанности и воспитанности. Теперь же, когда даже не попытался воспользоваться ситуацией и полапать смазливую девицу, и вовсе к нему прониклась. Хороший, серьезный парень. Пожалуй, его избраннице повезет с ним. Заметив, что я его разглядываю, капитан еще больше смутился и напрягся.

– Что-нибудь не так, госпожа? – спросил он, стараясь говорить безукоризненно вежливо.

– Нет, все хорошо, – я слегка улыбнулась ему и отвернулась, чтобы больше не смущать.

Когда мы доехали до леса, пришлось оставить лошадей на опушке – на них среди таких зарослей мы вряд ли бы смогли пробраться. Пока воины привязывали коней, я напряженно прислушивалась к собственным ощущениям. Нужно вспомнить, в какую сторону летала ночью и где обнаружила Дарию. Опять появился ноющий зуд на запястье, и по телу пронеслась жаркая волна. Замерев и не зная, чем на этот раз грозят тревожные симптомы, продолжала стоять, вдыхая терпкий запах леса и ощущая, как кружит он голову и какие странные чувства вызывает. Хотелось броситься сломя голову в самую чащу, полностью отдаться этим ощущениям, отпустив на волю привычную сдержанность. С трудом подавив это желание, я сосредоточилась на цели.

Дария. Нужно ее найти!

Несколько секунд – и рука, на которой алело пятно в виде дубового листа, сама взметнулась, будто указывая дорогу. Пораженная до глубины души, я попыталась ее опустить, но далось это действие с трудом. Обернулась к воинам, которые молча смотрели на меня, ожидая распоряжений.

– Туда, – хрипло выдохнула, указывая направление, в котором только что вздымалась собственная рука.

Капитан пожал плечами, хотя на его лице мелькнуло сомнение, но протестовать не стал. Впрочем, когда один из воинов указал на найденные следы – обрывок волчьей шерсти и сломанные ветки, сквозь которых явно кто-то не так давно пробирался, моя правота подтвердилась. Каждый раз, когда возникали вопросы, куда идти дальше, рука сама взметалась в нужную сторону. Я лишь надеялась, что это не выглядит совсем уж странно и никто не поймет, как именно я получаю информацию.

Через час мы с Арной уже совершенно вымотались, но старались не показывать этого. Мужчины же, привычные к физическим нагрузкам, двигались все так же бодро. А я из чистого упрямства не решалась попросить о передышке. Да и чувствовала, что нужно спешить. Пресветлый Гринд не придет в восторг, если не появимся в нужное время на постоялом дворе. Трудно сказать, сколько еще идти до того места, где я в последний раз видела Дарию. Когда летела, расстояние не казалось таким уж значительным. Но пешком идти гораздо дольше.

В какой-то момент лес ненадолго прервался. Мы наткнулись на речушку, громыхающую крутыми порогами с небольшой возвышенности, на которой мы оказались. Здесь следы, которые мы иногда все же находили, обрывались. Неизвестно, в каком месте перешли реку Дария и оборотни, и куда двигаться дальше. Да и перебираться через достаточно бурный поток опасно. Капитан Мерн осторожно сказал:

– Думаю, стоит повернуть обратно. Вряд ли удастся найти тело девушки. Мы сами, конечно, можем перейти реку, но вы вряд ли справитесь. А разделяться в незнакомом лесу не стоит. Не исключено, что тогда придется вместо тела девушки искать уже друг друга.

Я не ответила, наблюдая за тем, как водный поток начинает искриться странным светом. Пораженная, восхищенно смотрела на сияющие голубоватые переливы. Но похоже, никто, кроме меня, этой красоты попросту не видел. Опять зачесалось запястье, и я вдруг заметила, как в одном месте сияние сменяется черной полосой, ведущей на противоположный берег. Мне словно указывали дорогу.

– Там можно перейти вброд, – сказала я, откуда-то точно зная о том, как именно трактовать открывшееся передо мной зрелище.

Не обращая внимания на реакцию спутников, направилась в нужную сторону и, подхватив юбки, двинулась по камушкам. Вода здесь и правда едва доходила до колен. Только оказавшись по ту сторону, обернулась и увидела ошарашенные лица. Никто не проронил ни слова, пока все не перебрались через реку. Только потом капитан Мерн осторожно спросил:

– Вы уже бывали здесь раньше?

– Нет, – откликнулась, понимая, что вряд ли обойдется без объяснений.

– Тогда как вы узнали, где лучше перейти?

– У меня хорошая интуиция, – произнесла как можно беззаботнее.

– Что такое интуиция? – последовал новый вопрос настырного мужчины, и я мысленно чертыхнулась.

– То же самое, что «чутье», – сказала таким тоном, словно вынуждена объяснять невежественному идиоту очевидные истины. Тон подействовал, и дальнейшие вопросы капитан оставил при себе.

Сама же думала о том, как бедная Дария вчера ночью переплывала эту реку. В отличие от меня, она не знала, где именно лучше всего переходить, но непостижимым образом сумела преодолеть преграду. Сильная, храбрая девочка! Как же не повезло ей в жизни, и чего она могла бы достичь, если бы родилась не здесь, а в другом, менее жестоком мире!

Постаравшись отогнать мрачные мысли, вновь сосредоточилась на собственных ощущениях, что вели в нужном направлении. Может, и правда у этого тела оказалось феноменальное чутье? Или какие-то особые магические способности типа поисковых. Надо будет все-таки ознакомиться с книгами о магии, чтобы хотя бы в теории разобраться, каких сюрпризов можно ждать. Но определенно, то, что происходит со мной, ненормально.

Я даже не сразу заметила, что путь закончился. Только вынырнув из-за очередного скопления деревьев, ощутила, как на меня будто удар молота обрушился. Тяжело дыша, смотрела на лежащую на ставшей бурой от крови земле девушку с остекленевшими глазами, устремленными вверх. Платье неприлично вздернуто и открывает залитые кровью и спермой бедра, грудь обнажена и испещрена укусами и кровоподтеками, горло разодрано. При свете дня зрелище оказалось еще более ужасным, чем я запомнила вчера. Впав в ступор, смотрела на девушку и ощущала, как по щекам катятся бессильные слезы. Арна отмерла быстрее меня и, подбежав к телу Дарии, оправила ее платье, как могла, стараясь не смотреть на мужчин. Ее глаза тоже блестели от слез.

– Странно, что дикие звери ее не тронули, – пробормотал стоящий за моей спиной капитан.

В тот же момент мое зрение опять перестроилось, будто давая ответ на эту загадку, и я увидела, что вокруг тела Дарии словно расползается зеленоватый свет. Проморгавшись, с ужасом увидела, что моя собственная рука с красной отметиной залита таким же. Нервно сглотнула, чувствуя, как в мозгу выстраивается ответ. Я не хотела, чтобы ее мертвое тело осквернили. Каким-то непостижимым образом, пытаясь дотронуться до девушки вчера, я поделилась с ней этим непонятным светом. И это оказало странный эффект на лесных обитателей. Ни один из них не посмел тронуть отмеченную моим прикосновением девушку. Да что ж такое происходит?

Происходящее пугало все сильнее, поскольку я совершенно не понимала, как объяснить все эти странности. Да еще вдруг почувствовала себя полностью опустошенной, как будто из меня весь воздух выпустили. По-видимому, поиск дался мне не так уж легко. Ноги начали подкашиваться. Наверное, я бы упала, если бы капитан Мерн вовремя не отреагировал и не подхватил.

– С вами все в порядке? – озабоченно спросил, бережно усаживая на землю.

– Да, просто устала, – едва слышно сказала, испытывая жгучее желание уткнуться лицом в сильное мужское плечо и нарыдаться всласть. Плечо капитана казалось вполне подходящим для этих целей. С трудом удержалась от такого порыва и сказала: – Похороните ее, как подобает.

– Прямо здесь, госпожа? – уточнил капитан, и я кивнула.

Отчего-то чувствовала, что это место самое подходящее. И сила, словно очистившая страшное место, и дальше будет защищать могилу от осквернения. Не знаю, откуда взялась странная уверенность, но я была убеждена в этом.

Мужчины молча достали из наплечных сумок взятые с собой ручные лопаты и начали копать. Уже через полчаса под раскидистым деревом виднелся небольшой холмик с начерченным на нем знаком Даруна.

– Пусть светлый Дарун примет ее в своем небесном жилище! – сказал первым капитан ритуальные слова, и мы по очереди повторили их за ним.

На обратном пути капитану Мерну пришлось нести меня на руках – ноги совершенно отказывались двигаться. Бессильно положив голову на его плечо, я безразличным взглядом смотрела вокруг, чувствуя опустошенность. Так, словно исчерпала весь запас душевных сил. И только аромат леса, продолжающий щекотать ноздри, еще удерживал на грани сознания и капля за каплей вливал крупицы жизни.

Старалась не замечать любопытных взглядов спутников, у которых явно накопилось немало вопросов за время нашего пути. Вероятно, у них возникли вполне понятные сомнения. Каким образом я безошибочно находила путь в незнакомом лесу, ни разу не сбившись с дороги, и сумела отыскать тело девушки? Хотела бы я сама знать ответ на этот вопрос! И еще на много других, тоже не дающих покоя. И еще все сильнее тревожил то появляющийся, то исчезающий на запястье знак, который никто, кроме меня, не видел.