Текст книги "Говорящая с лесом. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Марина Снежная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 29 страниц)

Глава 5

К полудню второго дня пути мы въехали в лесистую часть волчьих земель. Дома и поселения теперь встречались не так часто, как раньше, и по обе стороны дороги в отдалении можно было увидеть темно-зеленую громаду леса. Даже запах изменился, в него добивалась особая терпкость и горьковатая свежесть. Не знаю, почему мой организм так странно отреагировал на эту перемену. Высунувшись в окошко кареты, я вдыхала так жадно, словно не в силах насытиться. Может, конечно, всему виной разительный контраст с моим родным миром. Там воздух трудно было назвать свежим и целебным. И поэтому сейчас я упивалась невольной возможностью надышаться совершенно другим. Только вот почему чувствую себя при этом немного пьяной и какой-то излишне взбудораженной? А сердце колотится так, словно давление резко скакнуло.

– С вами все в порядке, госпожа Илина? – услышала встревоженный голос Арны. – Если вам плохо, можем попросить кучера остановиться.

К ней тут же подключился пресветлый Гринд, закудахтав надо мной, как наседка. Пришлось запихиваться обратно в карету, с тоской втягивая напоследок свежий аромат леса, и убеждать спутников, что со мной все в порядке. Постепенно дыхание и сердцебиение выровнялось, так что я перестала казаться чрезмерно возбужденной. И мои сопровождающие успокоились. Может, действительно, немного укачало в карете и, когда я попыталась надышаться свежим воздухом, на меня это так странно повлияло?

Я машинально почесывала запястье, которое ни с того ни с сего начало зудеть, и отстраненно смотрела вдаль. Мелькнула ироничная мысль, что вот и еще одна прелесть леса, в этот раз сомнительная – какие-то кусачие насекомые, одно из которых наверняка одарило своим вниманием мою скромную особу. Понимая, что неприлично постоянно чесаться, я то и дело одергивала себя. Но так просто посидеть и расслабиться не получалось. По телу словно проносились непонятные щемяще-покалывающие волны, от которых хотелось ерзать на месте. Да что ж со мной такое-то?

Запястье зачесалось настолько нестерпимо, что я не выдержала и в раздражении отодвинула рукав, чтобы посмотреть место возможного укуса. Ого! Нехило так кусаются местные насекомые! Закусив губу, уставилась на покраснение размером в крупную монету, по форме сильно смахивающее на дубовый листок. Опять уловила тревожный взгляд Арны и слабо ей улыбнулась.

– У тебя нет какой-нибудь мази от укусов? – шепнула девушке, показывая ей странное покраснение.

– Укусов, госпожа? – она удивилась и вскинула брови, непонимающе глядя на мою руку.

– Ну да! Вот, посмотри же, – я еще ближе придвинула к ней многострадальное запястье и опять наткнулась на озадаченный взгляд.

– Госпожа, – как можно осторожнее протянула девушка, – а где укус?

– Нет, ну ты что не видишь? – я уже начинала сердиться, хоть и понимала, что бедная Арна ни в чем не виновата.

Но как можно было задавать такие глупые вопросы, когда перед глазами очевидное доказательство того, что этот самый укус есть? Я в раздражении отдернула руку и откинулась на спинку сиденья.

Привлеченный нашими перешептываниями пресветлый Гринд тоже решился вмешаться:

– Что-нибудь случилось, дитя мое?

– Ничего особенного, пресветлый Гринд. Меня просто какое-то насекомое укусило.

Я опять развернула руку запястьем вверх, намереваясь продемонстрировать злосчастный укус, и в полном ошеломлении уставилась на совершенно чистую кожу. Зуд исчез, как ни бывало, и никакого красного пятна в форме дубового листочка я на прежнем месте не увидела. Что за чертовщина?! В замешательстве постаралась поскорее замять разговор. Тем более что непонятное состояние, наконец, покинуло, и я смогла на самом деле расслабиться. Уже через несколько часов совершенно выбросила из головы этот инцидент и задремала под мерное потряхивание кареты.

Очнулась от резкого толчка, громкого возгласа кучера и пронзительного женского крика. Едва не упала, но меня поддержал пресветлый Гринд. Арна же свалилась на пол кареты и теперь оттуда пыталась взобраться опять на сиденье, непонимающе хлопая глазами. Наверное, тоже дремала, как и я, когда наш сон так бесцеремонно прервали.

– Что случилось? Разбойники? – выпалила я, со страхом выглядывая в окошко.

Но тут же поняла, что опасения, к счастью, не оправдались. Разбойники здесь оказались совершенно ни при чем.

Просто прямо навстречу карете наперерез бросилась какая-то растрепанная девица, сидящая сейчас в дорожной пыли и судорожно обхватывающая плечи руками. Вокруг нее столпились наши воины, о чем-то переговариваясь и задавая ей вопросы. Девушка молчала, как партизан, и лишь округлившимися, совершенно безумными глазами смотрела на окружающих ее мужчин. Этот беспомощный, как у затравленной лани, взгляд тронул меня за живое. Никогда не могла пройти мимо того, кто нуждался в помощи, и в прежней жизни, когда мало что от меня зависело. А тут сам бог велел, раз теперь могу хоть на что-то повлиять.

Не обращая внимания на протестующее восклицание пресветлого Гринда, я решительно вылезла из кареты и подошла к девушке. Вблизи та имела еще более жалкий вид – платье простого покроя, но из неплохой добротной материи было грязным и местами разорванным, на обнаженных участках кожи царапины и кровоподтеки, словно она пробиралась сквозь самую чащу леса, не обращая внимания на боль и неудобства. Волосы – длиннющие и темные – растрепались так, что пришлось бы изрядно повозиться, чтобы привести их в порядок. В них запутались остатки пожухлой травы и листьев. Эта девушка, которой от силы можно было дать лет двадцать, выглядела безумной или чем-то настолько напуганной, что это чувство застилало разум. И почему-то кажется, что правильным будет второе предположение.

– Дайте мне флягу с водой! – я повелительно протянула руку к одному из воинов, стараясь не робеть перед громадным мужиком в кольчуге и при оружии. Приходилось постоянно напоминать себе, что я госпожа, а эти люди мне служат. Пусть формально не мне, а отцу, но не суть. В любом случае, плохого точно не сделают.

Мужчина спешился и с легким поклоном передал требуемое. Я опустилась на колени рядом с девушкой, не заботясь о том, что станет с моим платьем. Сейчас это меньшее, что волновало. Смочив собственный платок водой из фляги, осторожно вытерла грязное окровавленное лицо.

– Все хорошо, слышишь? Тебе никто не причинит вреда, – как можно мягче говорила, стараясь всем видом демонстрировать правдивость этих слов.

Девушка сначала продолжала трястись как осиновый лист и настороженно смотреть на меня, не делая, однако, попыток отстраниться. Потом немного успокоилась и прерывисто вздохнула.

– Хочешь пить? – спросила я, покончив с протиранием ее лица.

Она дергано кивнула, и я протянула бедняжке флягу. Девушка пила жадно, едва не захлебываясь. Вода проливалась на подбородок и платье, но она, казалось, этого даже не замечала.

– Как тебя зовут? – мягко спросила я, когда она напилась.

Поколебавшись, девушка все же ответила хриплым, будто сорванным голосом:

– Дария.

– А я Илина. Скажи, Дария, почему ты оказалась здесь совсем одна? Что с тобой случилось?

Девушка сразу замкнулась в себе и съежилась, словно ее ударили. Опять начала трястись, как заяц перед охотником, и теперь боялась даже взглянуть мне в глаза. Поняв, что толку не будет, я решила, что возьму ее с собой, а потом, когда окончательно успокоится, смогу расспросить.

– Ладно, можешь не говорить, – произнесла я, поднимаясь с колен и отряхивая запылившееся платье. – Но здесь я тебя точно не оставлю. Поедешь с нами. Надеюсь, возражать не будешь?

Она замотала головой, давая понять, что согласна на что угодно, лишь бы поскорее убраться отсюда. Я хотела помочь ей подняться, но меня опередил все тот же воин, что подавал флягу. Ухватив девушку за плечи, рывком поставил на ноги и подтолкнул в сторону кареты. Она настолько испугалась, что даже сопротивляться не пыталась. В карете нас встретил возмущенный пресветлый Гринд.

– Дитя мое, я не думаю, что благоразумно с вашей стороны оказывать покровительство тому, о ком вы ничего не знаете! Неизвестно, чего можно ждать от этой несчастной!

– Долг всякого хорошего человека – помогать ближним, – едко возразила я. – Разве не этому учат заветы Даруна? – вовремя я вспомнила о том, что читала об особенностях местной религии.

Священнослужитель заткнулся, не найдя, что возразить, но от этого его взгляд не стал менее неодобрительным. Зато Арна искренне мне улыбнулась и тут же занялась приведением в порядок бедняжки. Я пересела на скамью рядом с пресветлым Гриндом, чтобы ей было удобнее позаботиться о нашей гостье. Арна достала из дорожной сумки гребень и стала осторожно распутывать волосы девушки. Та сидела напряженно, словно оглоблю проглотила, судорожно сцепив пальцы на коленях, но не сопротивлялась.

Внезапно Арна застыла, расширенными глазами уставившись на что-то, что обнаружила на шее девушки. По ее лицу пробежала тень. Она почти сразу опомнилась и продолжила свое занятие, но секундного замешательства оказалось достаточно, чтобы привлечь внимание пресветлого Гринда, все это время пристально наблюдавшего за ее действиями. Казалось, он считал, что найденная нами девушка в любой момент может превратиться в чудовище и напасть.

– Что там у нее? – хмуро бросил он, подаваясь вперед и отстраняя Арну.

Та со вздохом опустила руки, с сочувствием глядя на бедняжку. Я, тоже заинтригованная происходящим, последовала примеру пресветлого Гринда, желая рассмотреть, что же так напугало служанку. Едва разглядела, как не смогла сдержать удивленного возгласа. На правой стороне шеи виднелся отчетливый след от зубов – уже заживший, но оставивший вечную память о себе. Уродливый рубец с характерными очертаниями проколов от острых клыков багровел на фоне белой кожи своим страшным оскалом.

– Теперь все понятно, – проговорил пресветлый Гринд, прищурившись. – Беглая заклейменная.

Я вздрогнула при этих словах. Впрочем, как и сама девушка, по щекам которой тут же заструились слезы. То, что при этом она не издала ни звука, а плакала безмолвно и как-то совсем уж отчаянно, пугало еще сильнее. Казалось, девушка потеряла всякую надежду на спасение.

– Кем бы ни была, теперь она под моей защитой, – нарушила я воцарившееся тягостное молчание.

На меня одновременно уставились три пары глаз, смотрящие с разным выражением. Пресветлый Гринд – с нескрываемым изумлением и возмущением, Арна – с сомнением, Дария – со слабой надеждой.

– Вы не имеете права удерживать у себя чью-то беглую собственность! – послышался звенящий от негодования голос пресветлого Гринда. – Как только мы приедем в Лодар, нужно будет найти владельца этой заклейменной. Иначе вы навлечете гнев гатана не только на себя, но и на вашего отца. – Немного смягчившись, он добавил: – Думаю, виной вашему безрассудному поведению потеря памяти. Вы не помните наших законов, поэтому я вынужден указать на них сам. Конечно, можете пока позаботиться об этой девице, но по возвращению домой вы не должны укрывать ее от законного возмездия.

– Я уже сказала, – холодно откликнулась я, – девушка под моей защитой. А теперь просто помолчите. Разве не видите, что пугаете ее своими словами?

Пресветлый Гринд, явно не ожидавший такого непочтительного обращения, поджал губы и пробурчал:

– Ваш отец будет весьма недоволен столь неподобающим поведением, юная госпожа.

– Со своим отцом я как-нибудь сама разберусь, – отбрила я его и опять пересела на сиденье рядом с Арной, устроившись по другую сторону от Дарии. – Все будет хорошо, слышишь? – шепнула ей, погладив по уже собранным в косу волосам. – Я сделаю все, чтобы помочь тебе.

Девушка некоторое время со странным выражением смотрела на меня, потом опустила голову на мое плечо и приникла ко мне, как маленький зверек, доверчиво и трогательно. Сглотнув подступивший к горлу комок, я обняла ее крепче и вскоре почувствовала, как тело несчастной расслабляется. Дыхание выровнялось, и я поняла, что она уснула. Кто знает, сколько уже не спала до этого, спасаясь от своей страшной участи. Арна же тихо произнесла, стараясь, чтобы не услышал пресветлый Гринд:

– Я сразу и не узнала ее. Но теперь вспомнила, где видела раньше.

Я вопросительно посмотрела на служанку, ожидая продолжения.

– Есть в Лодаре один «благородный» мерзавец, – начала она с нескрываемой неприязнью и сразу осеклась, опасливо ожидая моей реакции.

– Продолжай, – ободряюще улыбнулась я. – Если человек мерзавец, то никакое благородное происхождение его от дурной славы не спасет. Уж я тебя точно ругать не стану за то, что называешь вещи своими именами!

Арна улыбнулась и продолжила:

– Зовут его Кристан дар Гадр. Он из свиты нашего теперешнего гатана, один из его друзей. Вообще эти самые друзья считают, что им закон не писан. Творят что хотят, – она вздохнула.

– Знакомая ситуация, – мрачно сказала я, вспоминая «золотую молодежь» в своем городке. Похоже, здесь придется столкнуться с такими же придурками.

– Конечно, когда на них подают официальные жалобы, гатан должен как-то реагировать и придумывать наказание, но в основном дело до суда не доходит. Те, кто имеет к этим сирнам претензии, или по-тихому исчезают так, что их больше никто не видит, запугивают или подкупают. По-разному бывает. Так вот, этот самый Кристан дар Гадр славится тем, что ни одной юбки не пропускает. Хоть и молодой еще, ему едва двадцать пять стукнуло, но на его счету уже столько ославленных женщин! – Опомнившись, Арна покосилась на пресветлого Гринда, но тот, к счастью, не слушал нас и смотрел в окошко. Правда, раздувающиеся ноздри и прищуренные глаза выдавали явное недовольство моим поведением. – Простите, не подобает вести с порядочной барышней такие разговоры.

– Все нормально, – поспешила уверить я. – Да и если придется столкнуться с этим самым Кристаном, лучше знать заранее, чего от него ждать.

Арна удовлетворилась моими словами и заговорила опять:

– Когда он совсем уж всякий стыд потерял и стал насиловать порядочных девиц и жен, на него подали коллективную жалобу. Даже не убоялись возможной расправы. Гатану пришлось вмешаться. И он под страхом тюрьмы запретил сирну дар Гадру связываться с добропорядочными женщинами. Так этот гад не нашел ничего лучше, как начать собирать себе гарем из заклейменных. На аукционе покупал самых красивых девиц и вовсю с ними потом развлекался. Но это еще ладно. Самое ужасное то, что если ему кто-нибудь уж слишком сильно нравился из свободных, так он делал все, чтобы довести женщину до заклеймления. Так и с этой бедняжкой случилось. Сирн дар Гадр довел до разорения ее семью и ей самой сказал, что если добровольно не захочет стать его собственностью, то и дальше житья не даст, еще и отца так подставит, что тому придется в тюрьму идти. Вот так и пришлось Дарии согласиться. А уж что он творил с этой бедняжкой! И на потеху друзьям отдавал, и в самом непотребном виде по городу водил на цепи, как собачку, когда отправлялся развлекаться. Наверное, девушка, в конце концов, не выдержала и решилась на побег.

В полном ошеломлении я слушала этот шокирующий рассказ, и в душе крепла такая неприязнь к этим аристократическим мерзавцам, что самой хотелось их пристукнуть. Это ж насколько нужно увериться в собственной безнаказанности, чтобы творить такое! Да и гатан этот самый не лучше своих друзей, раз спускает подобное! Еще не видя правителя этих земель, я уже его заочно не одобряла и презирала. И мне все меньше хотелось вращаться в таком вот благородном кругу. Нет уж, лучше буду сидеть в доме отца отшельницей и носу не казать оттуда. Скажусь болезной или слишком благочестивой, если понадобится.

Только вот что делать с этой бедняжкой? Отдавать обратно жестокому ублюдку, который явно придумает какое-нибудь чудовищное наказание за побег – это все равно что собственноручно затянуть петлю на шее. Как же помочь-то? К гадалке не ходи, что как только мы доберемся до Лодара, пресветлый Гринд отправится к властям и все им расскажет! Или сразу отцу настучит? А даже если и второе, то кто поручится, что Томиан захочет навлекать на себя гнев влиятельных сирнов? Из того, что я о нем слышала, явственно видно, что этот человек хитер, как лисица, и никогда не сделает того, что может ему навредить. И кто для него эта девушка, чтобы ради нее ставить на кон свое положение и будущее? Да сто процентов сдаст с рук на руки Кристану, еще и его благодарность за это поимеет! Своего точно не упустит.

Я вздохнула, с жалостью глядя на склоненную темноволосую голову, доверчиво лежащую на моем плече. Нет уж, в Лодар Дарию везти точно не вариант. А что если устроить побег? Когда доберемся до очередного постоялого двора, можно будет по-тихому приобрести у хозяина лошадь и провизию, и отправить девушку восвояси. Судя по тому, что рассказывала Арна, такой беспредел, как заклеймление, действительно только на землях волков. Если девушке удастся выбраться на другие земли, то сможет начать новую жизнь. А на лошади больше шансов укрыться от преследователей.

Единственная проблема – где взять деньги, чтобы помочь ей. Наличности у меня никакой. Видать, что отец, что госпожа Сарне считали, что мне это ни к чему, раз живу на всем готовом. Правда, в шкатулочке, которую укладывала на дно дорожной сумки, были кое-какие безделушки. Нужно будет получше к ним присмотреться. Вдруг чего-то да стоят. Так, в раздумьях, я и провела остаток пути, благоразумно пока не став посвящать Арну в свои планы. А то вдруг у Гринда окажется чрезмерно острый слух и он что-нибудь услышит. И тогда все планы затрещат по швам. На том и порешив, я постаралась придать лицу как можно более бесстрастный вид и стала ждать наступления вечера.

Глава 6

Сильно облегчило дело то, что на следующем постоялом дворе нас троих поселили в одной комнате. Теперь можно было без чужих ушей посвятить девчонок в мой план. Чем больше я говорила, тем сильнее округлялись глаза обеих. На меня смотрели так странно, что, в конце концов, я прервала свою возбужденную речь и умолкла.

– Вы чего так смотрите, словно инопланетянина увидели?

– Кого? – раздалось одновременное растерянное, и я мысленно чертыхнулась.

Вот зарекалась же сначала думать, потом говорить! Еще несколько таких прокольчиков, и моя легенда про потерю памяти затрещит по швам. Ага, где такое видано, чтобы потерявшие память взамен начали говорить о совсем уж странных вещах и понятиях, недоступных этому миру? Судя по тому, что в этом мире все же верят в демонов, то могут счесть одержимой какой-нибудь. Или за умалишенную принять. А для таких тут существовали закрытые лечебницы под патронажем все тех же дарунитов. И попадать туда не слишком-то хотелось, учитывая то, какие там могут быть средства лечения. Насколько помню из прошлого собственного мира, те еще пытки. И лоботомия, и кровопускание, и удаление различных органов, в которых подозревали очаг болезни. Брр! Меня передернуло от подобной перспективы.

– Ну, в смысле маленькое существо из древних легенд. Очень злое и вредное, – попыталась я выкрутиться.

– Никогда о таком не слышала, – Арна почесала затылок.

– А это я в одной книге читала в библиотеке госпожи Сарне. Думаю, те легенды совсем уж старые и почти никто о них не помнит.

Похоже, выкрутилась. Девушки утратили интерес к странному понятию и вернулись к обсуждению более животрепещущей темы.

– Вы правда хотите устроить мой побег? – еле слышно пролепетала Дария.

– Ну, я же сказала, – постаралась улыбнуться как можно искреннее. – Догадываюсь, что если тебя вернут владельцу, ничего хорошего точно ждать не стоит. Так что нужно что-то придумать.

– Но вы ведь понимаете, что если об этом узнают, вам самой может не поздоровиться? – встряла в разговор Арна.

Похоже, она считала, что я просто не понимаю всей серьезности того, что собираюсь сделать ввиду моей потери памяти. Что и постаралась объяснить. Терпеливо выслушав, я пожала плечами.

– Я все прекрасно понимаю, но не оставлять же бедную девочку на произвол судьбы!

– Зачем это вам, госпожа? – вздохнула Дария. Видно было, что хоть она до глубины души благодарна мне за желание помочь, подставлять так не хочет.

– Просто потому что мы, женщины, должны помогать друг другу! – решительно заявила я. – Любая из нас могла бы оказаться в такой ситуации. И довольно! Не желаю больше слушать никаких возражений!

Не обращая внимания на растроганно сопящих девушек, я побрела к дорожной сумке и вытащила из нее шкатулку с украшениями Илины.

– Идите лучше сюда, – поманила девчонок, – и помогите понять, что из этого чего-то стоит. А то из-за потери памяти я даже этого не знаю, – опять перевела я стрелки на свою любимую отмазку.

Девушки едва ли не с благоговением перебирали мои украшения, которых, к слову, было не так уж и много. Видать, в заведении госпожи Сарне воспитанницам стремились прививать скромность и не позволяли кичиться богатством. По крайней мере, из тех образов, что замелькали в голове, было явно видно, что Илину не так часто баловали драгоценностями. В основном здесь были недорогие безделушки, но встретилось и несколько дорогих вещей: золотые сережки с бриллиантами, браслет и кулон на цепочке с сапфировой капелькой. Вот эти-то три вещи я решительно положила на стол и посмотрела на Дарию.

– Возьмешь это себе. За сережки я попробую купить у хозяина постоялого двора лошадь для тебя и немного еды в дорогу. Остальное продашь, когда доберешься до безопасного места. Тебе ведь нужно будет на что-то жить.

– Вы что, госпожа?! – голос бедняжки дрожал от подступивших слез. – Я не могу это принять! Вы слишком добры…

– Пустяки! – я сделала вид, что для меня все это мелочи. – Отец на радостях от того, что вернулась, еще накупит. А тебе пригодится.

– Но я…

– И слушать ничего не желаю! – я решительно прервала поток бессвязных возражений и двинулась к двери.

– Вы куда? – крикнула Арна, подскакивая ко мне.

– Я ведь сказала, – немного удивилась я. – Нужно с хозяином постоялого двора переговорить.

– Не чета барышне в такое время по коридорам шастать, – нахмурилась Арна. – Сама договорюсь. Да и мне с простыми людьми сподручнее общаться, чем вам. И с меня он вряд ли сумеет содрать что-то сверх положенного. Уж я знаю, что сколько стоит!

Я не могла не признать, что Арна права. Оставалось благодарно кивнуть.

– Только будь осторожна! Любой порядочной девушке в такое время опасно шастать в заведении, где полно мужиков.

Служанка просияла улыбкой, явно польщенная тем, что я о ней беспокоюсь, и уверила, что все будет в порядке и она сможет за себя постоять.

Когда Арна скрылась за дверью, мы занялись подбором для Дарии более подходящей одежды. В таком рванье, что на ней сейчас, далеко не уйдешь. Обязательно вызовет подозрения. Так что я со вздохом отдала ей второе приличное платье из тех двух, что были в гардеробе Илины. Ничего, потерплю как-нибудь, пока не приедем в Лодар, и поношу более легкомысленные наряды. А девушке пригодится.

Дария едва ли не с благоговением приняла темно-серое строгое и элегантное платье, которое наверняка ей казалось верхом роскоши. Даже не сразу решилась надеть его на себя. Но когда с моей помощью все-таки сделала это, мы обе так и застыли перед небольшим зеркалом, висящим на стене комнаты. Даже царапины и ссадины не могли скрыть того, насколько же девушка красива! Она и Илине могла бы фору дать во внешней привлекательности. Думаю, сложись ее жизнь иначе, обязательно нашла бы хорошего мужа и забот не чаяла. Хотя, скорее, наоборот.

Мое лицо в зеркале невольно омрачилось. Из-за этой самой красоты она и оказалась на положении игрушки испорченного бездельника. Не будь Дария такой, он бы вряд ли на нее внимание обратил. Еще одно доказательство того, насколько же я ошибалась, когда думала, что красота – это благо. Далеко не всегда и не для всех. Да и в моей душе шевельнулись нехорошие предчувствия относительно собственной судьбы. Разумеется, свои сомнения я оставила при себе и постаралась улыбнуться Дарии как можно беззаботнее.

– Отлично выглядишь!

Та улыбнулась в ответ и опять рассыпалась в благодарностях. В ожидании Арны мы занялись обсуждением того, куда Дария может податься в поисках лучшей доли. В принципе, вариантов было два: или отправиться в земли котов-оборотней, которые вели с волками что-то вроде холодной войны и, несомненно, приняли бы беглянку. Уж слишком сильно ненавидели таких, как ее хозяин. Или податься вглубь Одмии и устроиться в одном из людских поселений. Сама Дария предпочитала второе, хотя там ее с большей вероятностью могли найти и вернуть, если Кристан окажется слишком упорен в желании заполучить беглую собственность. Но после близкого общения с оборотнями она была сыта ими по горло. Не факт, что коты чем-то лучше волков. А об их порядках мы мало что знали. Не исключено, что и у них существует что-то вроде заклеймления. Во второй раз встревать в такое Дарии совершенно не хотелось. Так что сошлись на том, чтобы девушка уехала как можно дальше вглубь страны, где меньше вероятность ее найти.

Вскоре вернулась довольная Арна и затрясла кошельком. Как оказалось, она выбила из хозяина постоялого двора еще и деньги, чтобы покрыть разницу в стоимости покупки. Конечно, не реальную цену, но все же и это радовало. Я вот сомневаюсь, что смогла бы выжать у него даже это. Торговаться никогда не умела, пусть в прежней жизни такое свойство мне ой как бы пригодилось. Но чего нет, того нет.

Дарию мы провожали вдвоем, дождавшись, когда на постоялом дворе все уснут. А потом долго еще смотрели на дорогу, по которой скакала в ночи одинокая всадница. Держалась в седле она, конечно, плохо – все же простую девушку такому не обучали. Но я бы на ее месте и так вряд ли бы держалась. Хотя… Когда жизнь прижмет, и не такому в ускоренном темпе научишься.

Осенив Дарию напоследок крестом, я мысленно пожелала ей счастливого пути и снова поймала задумчивый взгляд Арны. Наверное, опять что-то не то сделала – я закусила губу. Понять, что именно, было нетрудно. У них-то никто не крестился таким образом. Знаком Даруна считался круг с завершающей точкой вверху. Делая вид, что ничего не произошло, и радуясь, что в этот раз Арна удержалась от вопросов, я с самым невозмутимым видом развернулась и побрела обратно в комнату.

Девушка заговорила со мной снова только через полчаса, когда мы уже лежали в кровати и пытались уснуть:

– А расскажите мне о том маленьком существе, которое вы упоминали сегодня.

Вопрос оказался настолько неожиданным, что я вздрогнула.

– Об инопланетянине, что ли? – вот с чего у нее такой интерес к этому проснулся-то? И что говорить, чтобы не засыпаться?

– Ага, – подтвердила Арна и повернулась ко мне лицом.

Я чувствовала в темноте ее внимательный взгляд, хотя очертания лица рассмотреть толком не могла – слабого лунного света на это не хватало.

– Ну, древние верили, что на других планетах тоже есть жизнь. И что с них могут прилетать разумные существа, которые изучают нас.

– Никогда о таком не слышала, – протянула Арна. – А тот знак, которым вы осенили Дарию? Это какая-то магия?

– Что ты! – с жаром воскликнула я. – Да я и магией-то не владею никакой! Это просто… – запнулась, чувствуя, как предательски пылают щеки. В голову не приходило никакого мало-мальски подходящего объяснения. – Ну, об этом знаке я тоже в книге одной прочитала, – наконец, выпалила я. – Это на удачу.

– Странная вы, госпожа, – резюмировала Арна, и я поняла, что полностью избавить ее от подозрений не удалось. А что если рассказать все, как есть? Внезапно настолько захотелось поделиться хоть с кем-нибудь частью своей нелегкой ноши, что внутри все прямо заныло от этого желания. Только вот поймет ли? Или испугается и решит, что я сумасшедшая? И все-таки осторожно сказала: – Скажи, а ты веришь в то, что можно волей высших сил перенестись из одного мира в другой? Об этом я читала в той же книге, где про инопланетян говорилось.

– Чего только не бывает в мире, созданном волею Даруна, – философски заметила Арна.

Так, уже хорошо. По крайней мере, категорически она такую возможность не отрицает. Хотя чему тут удивляться? Арна ведь не человек моего мира, который верит в основном лишь в то, что может пощупать и увидеть собственными глазами. Да и в их мире привыкли к магии и тем вещам, которые у нас посчитали бы сказками. И меня будто прорвало. Повернувшись на спину, чтобы не видеть пока ее лица – вряд ли вынесла бы выражение ужаса и недоверия на лице той, к кому уже относилась, как к единственной подруге – заговорила о том, что со мной произошло:

– Представь себе мир, полностью лишенный магии, но в котором существуют технические устройства, еще более удивительные, чем то, на что способна любая магия. Повозки, которые ездят без лошадей, с такой скоростью, что покрывают огромные расстояния всего за день. Для сравнения: если бы мы ехали на такой повозке, то еще в первый же день достигли бы Лодара. А еще есть летающие аппараты, которые действуют по тому же принципу. И управляют ими обычные люди. Не с помощью волшебства, а силой науки.

– Разве такое бывает? – услышала взволнованный голосок Арны и улыбнулась.

– Ты сама говорила: чего только не бывает в мире. И то, что для тебя воспринимается сказкой, там самая настоящая реальность. А вот то, что обыденным кажется тебе, наоборот, вызвало бы шок у людей того мира.

– Что вы хотите всем этим сказать, госпожа? – напряженно спросила девушка.

– Хочу рассказать тебе историю об одной девушке, жившей в том мире.

– Вы ее тоже прочитали в той книге?

– Можно и так сказать, – уклончиво отозвалась я. – Так что, хочешь услышать эту историю?

– Хочу, – что-то в ее голосе заставило мое сердце сжаться. Она еще не понимала, но чувствовала, что то, что я хочу рассказать, имеет для меня какое-то особое значение.

И я рассказала ей все, стараясь объяснять те понятия, какие она вряд ли поймет, подходящими для этого мира словами. О девушке-сироте, некрасивой и невезучей, которая мечтала изменить свою жизнь к лучшему. И о том, как в день рождения, словно в ответ на ее молитвы, жизнь и правда изменилась. Хотя не зря говорят: будьте осторожны с желаниями. Вот и она не предполагала, что для того, чтобы обрести то, чего хотела, придется умереть и навсегда отказаться от возможности вернуться в привычный мир. Когда я дошла до того момента, как девушка открыла глаза в ином мире и осознала, что обрела другое тело и новую жизнь, услышала судорожный вздох Арны. Поняла, что она догадалась, о ком я говорила.

– Ты думаешь, я сошла с ума? – грустно спросила, ощутив, как в горле застревает комок.

– Нет, – поколебавшись, сказала она. – Но я не знаю, что мне думать.