Текст книги "Между тьмой и пламенем. Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Лина Элевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 31 страниц)

При мысли об этом по коже пробежала странная дрожь, которую было бы так удобно объяснить прохладной водой и мелким течением. Или узостью неприметного бокового тоннеля, в который ее утянул демон – не по себе, когда задеваешь локтями за стены. Или прошмыгнувшей вплотную к телу невнимательной рыбкой. Или испугом из-за странной вспышки – словно они проплыли через светящуюся арку (видимо, источник той самой аномалии, греющей воду)…

Но Инерис знала, что причина в другом.

«Хороший правитель может и даже должен врать другим и скрывать от них то, что им не следует знать. Но с самим собой он должен быть кристально честным. За самообман в политике чаще всего платят собственной же жизнью». Наставление князя Ратри врезалось ей в память, и она всегда старалась оценивать собственные мотивы и поступки максимально объективно. Кэллиэн прибавил к этому другой урок. Честности мало. Нужно уметь понимать собственные чувства и желания.

И сейчас Инерис понимала, что воспоминания о происшедшем еще долго будут тревожить ее, не давая покоя.

Происшедшее было слишком сюрреалистичным. Она ненавидела этого демона… но он спас ей жизнь. Доверил свою тайну. Поэтому сердиться на излишнюю интимность было бы глупо – как еще можно было не дать ей умереть?

Но такое соприкосновение… такая близость…

Снова охватила дрожь.

Вода становилась прохладнее.

Демон снова потянул ее вверх. Там оказалась еще одна пещерка, только меньше предыдущей.

Вдох, выдох, вдох, выдох…

И дальше, среди колышащихся водорослей, в призрачном, тускнеющем голубом сиянии…

Воздух понемногу заканчивался, но чернильная мгла за пределами бледного ореола не посветлела ни на йоту. Демон резко ускорился, и Инерис снова стало не по себе. А вдруг спасительные пещеры закончились? А вдруг во второй раз демон не расщедрится?! Как же, осквернить себя прикосновением к женщине – да еще с низменной целью спасти ей жизнь…

Да нет, дурацкая мысль. Выручил один раз – выручит снова. Иначе зачем было огород городить?

И вдруг они оба вынырнули на поверхность.

Света не было, потому что они опять оказались в пещере – но на сей раз большой, просторной. И здесь в холодной воде чувствовалось слабое течение. Испытав искушение лечь на спину, уцепившись за демона (и пусть ее тащит!), Инерис героически поборола его и поплыла за ним, уже без боязни утонуть или потеряться.

Она не знала, сколько прошло времени, когда пещера снова раздалась вширь. И впереди что-то тускло засветилось…

Как оказалось, какие-то поганки на берегу. Здесь можно было выбраться из воды. Чувство облегчения и ликования, охватившее ее, стоило нащупать дно, было непередаваемым!

Но стоило сделать несколько шагов, как идти стало невероятно тяжело. Руки и ноги, только что двигавшиеся почти автоматически, разом налились свинцом, не шевельнуть… и в итоге Инерис плюхнулась на колени там,где стояла, снова погрузившись в воду по грудь и хватая ртом воздух. Оглянулась… демон остался за спиной, сияние корня угасало, отражаясь от влажно блестящих стен и пуская слабые блики по воде.

Кошмар…

Кажется, теперь беспечно купаться в озерах она никогда не сможет… никаких больше апрельских ритуалов!

Демон подождал, пока она отдышится, не спеша подниматься над водой, а затем потянул ее к берегу. Удостоверившись, что она стоит, посмотрел на нее и вдруг ушел под воду.

Темный силуэт, окруженный бледным светом, опустился на дно. Волосы, выбившиеся из косы, расплескались по воде, причудливо обвивая плечи и лицо. Она видела, что демон полностью расслаблен. Затем его тело вдруг выгнулось дугой, словно охваченное жесточайшей судорогой. Инерис собралась было кинуться вновь на глубину, чтобы попытаться помочь ему, как вдруг демон снова обмяк, а затем резко рванулся на поверхность.

И там наконец принялся жадно, сбивчиво хватать ртом воздух, хотя до этого…

Нет, до этого на поверхности он не дышал.

Хватит с нее на сегодня сюрпризов, пожалуй.

И, развернувшись, Инерис потопала к берегу, на каждом шагу поскальзываясь и оступаясь. Следом брел демон.

Не глядя друг на друга, они выбрались из воды и молча сели (а точнее, рухнули) на крупную гальку.

– Как ты… как ты это сделал? – не поднимая взгляда и вообще отвернувшись (чтобы он не увидел, как запоздалое смущение жжет ей щеки), спросила Инерис.

Для разнообразия он не стал притворяться, что не понял.

– Атавизм, – коротко произнес он. – Такой же, как мои зрачки. Ничего необычного. Секрет, успешно хранимый моей семьей на протяжении нескольких поколений, на мне вдруг выплыл наружу. В наш род в какой-то момент примешалась водная кровь, отсюда и эти странности. Я могу жить в воде. Недолго, но могу. Правда… одна форма сменяет другую только на грани утопления. Нужно осознанно вдохнуть воду в легкие, а это, сама понимаешь…

Инерис поежилась. Еще бы она не понимала…

То есть… это он ради нее?.. поняв, что она не доплывет?..

– Спасибо… – неловко произнесла девушка. – Ты поэтому… – она хотела сказать «смог узнать столько об этом озере?», но демон понял ее невысказанный вопрос иначе.

– Поспешил убраться с родины? – демон невесело усмехнулся. – В том числе. Южане таких, как я… недолюбливают, сама знаешь.

– Так ты не из Нариме? Ты из Терр?! – ужаснулась она.

Ассаэр запоздало сообразил, что прокололся.

– Какая теперь-то разница… – поморщился он. – Это было давно. И твоей стране я честно служил, несмотря на свое происхождение… Считай, что я просто изгнанник. Который возвращается домой.

– Что?

Как он ухитряется каждой своей фразой выбивать ее из колеи?!

– Это тайный переход, ведущий в обход границы в северные Терры. В этом озере какая-то пространственная аномалия. – Белозубая, но невеселая усмешка. – Добро пожаловать в мой мир, леди Ламиэ.

Инерис, разом встрепенувшись, в ужасе прижала руки к губам.

– Нет… нет! Огненные же ненавидят нас, людей, а уж меня… Демон, ты меня так старательно спасал, чтобы без помех угробить здесь?!

– Там тебя ждало то же самое. А здесь я могу тебя защитить и от лишнего внимания, и от чужих интриг… Это север, наследница. Ты здесь не навсегда, не волнуйся, а моя задача – сделать так, чтобы с тобой тут не случилось ничего страшного. Для тебя уже готово убежище… и в отличие от обителей ваших богинь – надежное.

Инерис осела на камни безвольной игрушкой.

Вот теперь его слова действительно не укладывались в голове.

Дома… в стране, которую она, оказывается покинула… но как?! До границы ведь далеко, это что за магия такая – та арка в тоннеле?.. кто-то хотел ее смерти? И демон, который врал всем о своем происхождении, хочет, чтобы она поверила, будто он будет ее защищать и сохранит ей жизнь?! Он, изгнанник?!

С другой стороны, слишком живо всплыла в памяти картина – арбалетные болты, отскакивающие от камней… и офицеры ее отца, которые стоят и равнодушно смотрят, как она тонет… точнее, как ее пытаются утопить.

– Но не обязательно было идти на такие крайности… Я могла бы вернуться в замок…

– Прямо в объятия неизвестного интригана? Да и поведение твоего отца вызывает подозрения. Дэтре согласился с тем, чтобы тебя спрятали именно здесь. А поскольку мы с тобой – официально утопленники… искать нас никто не будет. Тел тоже не найдут, даже если мои бывшие коллеги преодолеют свой страх перед рыбками.

Новая страшная мысль. Эти же расскажут о том, что она погибла… Господи, как-то эту новость воспримет отец?! Он ведь даже не узнает, что его дочь жива и находится… да демон знает где! Интересно, а Кэллиэн поймет? Демон сказал – он знает, что ее переправят сюда… а знает ли, каким способом?!

Анджи… о всеблагая Фотия, смилуйся…

– Причинить всем столько боли, чтобы спасти свою жизнь?..

Губы демона искривились в насмешливой улыбке, и она умолкла.

– Можешь вернуться и умереть по-настоящему, если считаешь, что от этого всем станет легче, – с сарказмом предложил он, сделав широкий жест в сторону озера. – До тебя там все равно рано или поздно доберутся. Так что лучше доверься мне.

Инерис передернуло.

Чудовищным усилием воли девушка взяла себя в руки. Главное – она жива, а значит, приложит все силы к тому, чтобы узнать правду… Всю правду. Может, он с собой ее тянет в качестве ценной заложницы? Вдруг и с теми типами сговорился, чтобы они сделали вид, что хотят ее убить?!

Но пока делать нечего. Одна она отсюда ни в жизнь не выплывет.

Понятно, почему Каэр сказал ей о конечной цели только сейчас… демона-с два бы она с ним поплыла!

Слишком много было недомолвок, слишком много тайн у этого типа. Доверять ему? Разбежался!

Благо…

Она украдкой коснулась поясной непромокаемой сумки, с которой не расставалась ни на миг все время этого перехода. Подарок, преподнесенный ей жрицами Хозяйки Нероэ, в благодарность за восстановление старинного алтаря в гроте. Вроде как из кожи священного угря…

И наполненный заботливо собранными Кэллиэном эликсирами.

Инерис решительно поднялась на ноги.

Она узнает правду.

Из пещеры, в которую они попали по подводному пути, уводили в неизвестность и кромешную тьму ветвящиеся чудовищным лабиринтом извилистые, запутанные переходы, по которым демон, жестом фокусника доставший из-за высокого сталагмита свой мешок, передвигался легко и непринужденно, словно знал тут каждый камень. Светящаяся палочка, которую он периодически натирал о какую-то материю, не столько разгоняла мрак, сколько его подчеркивала, но хотя бы его было видно.

Необитаемыми эти пещеры тоже не были. Что-то попискивало, изредка шуршало, порой порыкивало, но в основном подземная тишина нарушалась звуком их шагов. Инерис было жутко до дрожи, да и шнырять по пещерам на боги ведают какой глубине в мокрой одежде – удовольствие маленькое.

Демон молчал, как воды в рот набравший. Впрочем, ее это устраивало. Если тут от шагов такое причудливое эхо, во что превратятся их голоса?..

Потом началось скалолазание.

Демон отрывисто бросил:

– Вверх.

А затем ловко полез на неправильной формы сталагмит. Инерис кое-как вскарабкалась следом, отгоняя от себя кошмарную картинку – как она падает в темноту и красиво нанизывается на сталагмиты помельче и поострее. Дальше обнаружился более-менее широкий и ровный проход, заставивший ее воспрянуть духом…

Зря.

При первом же взгляде на узкую расщелину, радостно ощерившуюся навстречу гостям острыми кристаллическими наростами, Инерис ощутила острый приступ ранее незнакомой ей клаустрофобии. Она мигом преисполнилась уверенности в том, что они застрянут здесь, и так и истлеют, умрут от голода или жажды (что куда вероятнее), и когда-нибудь их высохшие тела кто-то…

Девушка даже не поняла, что попятилась прочь от пролома, пока демон не поймал ее за руку. Она дрожала всем телом, и заледеневшей коже его прикосновение показалось действительно огненным.

– Совсем замерзла… Или ты боишься?

Помедлил, внимательно глядя на нее, отметил, как начинают постукивать зубы… ну и непривычная молчаливость тоже оказалась красноречивой. По крайней мере, тон сразу смягчился.

– Не бойся, Иней, здесь спокойно прохожу я, чего уж говорить о тебе. Идем, не застрянешь.

Шагнуть за ним оказалось неимоверно тяжело. Заставить себя разжать пальцы и отпустить его руку Инерис так и не смогла. Как и возмутиться обращением. Что еще за дурацкая кличка?..

Каждый шаг – борьба с собственным страхом и вполне реальными опасностями – острые камни, скользкие склоны, мерзкие твари, рыщущие в темноте. Благо с последними легко разбирался демон, даже когда на них кинулась гибкая многоножка, хищно щелкая жвалами. Он еще и яйца ее собрать успел…

Хозяйственный, чтоб его.

Инерис при встрече с этой тварью уверилась в том, что визжать здесь не надо. Когда пещера возвращает тебе этот милый звук из каждого перехода, искаженным до скрежета и упыриных завываний, по спине начинают нервно танцевать крупные мурашки, а волосы на затылке сами собой встают дыбом.

Мысль о конечной цели путешествия тоже не придавала оптимизма.

После узкого лаза, выведшего их в очередную пещеру, где они наконец остановились, чтобы отдохнуть немного и перекусить, и плутаний по изломанным коридорам, которые казались уставшей девушке одинаково неуютными, такой же нерукотворный, природного происхождения туннель с неровными сводами наконец повел их вверх. Уклон оказался довольно крутым, и вскоре Инерис не было дела уже ни до чего, она полностью сосредоточилась на том, чтобы переставлять ноги. Даже демон дышал тяжело.

По мере того, как они поднимались, становилось все теплее и теплее. Сперва Инерис списываала это на собственную усталость. Пот с нее лил градом, но одежда… постепенно высыхала. И тогда девушка поняла, что на самом деле становится все жарче.

Сколько же часов они уже идут?..

Можно было спросить у демона…

Тупик? Она перевела взгляд на своего спутника.

Но бывший капитан, не остановившись ни на секунду, ухватился за край неприметного уступа и вскарабкался на него.

Измученная, она нащупала рукой край уступа, на который еще предстояло влезть… Сильная рука цепко схватила ее за запястье и подняла на уступ. Затем второй. Третий. Наконец демон плюнул, усадил ее себе на спину с раздраженным «Держись крепче!» и бодро полез вверх, словно не чувствуя ее веса.

Наконец они выбрались на ровную площадку, где Инерис осмелилась встать на ноги, а затем осторожно глянуть вниз.

Отсюда подъем казался совершенно отвесным.

В придачу к клаустрофобии у нее были, похоже, все шансы заполучить еще и боязнь высоты.

Долго медлить демон не стал. Они двинулись дальше – и вскоре совершенно неожиданно вышли из тоннеля в тень от массивной скалы, оказавшейся не чёрной, а темно-красной. Как спекшаяся кровь.

Девушка вслед за ним повернулась к краю, думая, что после пещер вид открытого пространства ее успокоит…

Как бы не так.

Перед ними простирались чужие и чуждые пейзажи.

Инерис пошатнулась и беспомощно осела на колени, невольно прикрыв рот рукой.

У их ног лежала алая пустыня.

***

Доблестные офицеры четвертого форта долго стояли на берегу, не в силах поверить в происшедшее.

Где-то очень глубоко подавала голос придушенная совесть, порываясь царапаться и кусаться – слабенько так. Девушка на них полагалась, а они спокойно смотрели, как ее убивают…

Зато тот факт, что демон тоже не выплыл, их очень порадовал.

– Что ж… Всё. Наше дело сделано, – наконец резюмировал Хартен. – Печально, конечно, что полукровка оказался… таким рьяным… но, во-первых, девица действительно попыталась сбежать, как и опасался князь… Во-вторых, в ее смерти виноват только он. Любое заклинание видения правды подтвердит наши слова. Нам остается лишь отнести скорбную весть в замок.

– Поищем тела? – негромко предложил Мелес, бледный и нервно подрагивающий.

– Стоило бы, конечно… чтобы убедиться в бесславной кончине… но видите вон их? – бесстрастно уточнил Сол.

Рыбины с хищными, тупыми мордами и острыми, как иглы, зубами, отбивали всякую охоту лезть в воду. Как выглядела рана на плече у капитана, все прекрасно помнили… да хранит его искру Шаэли, хе-хе…

– Если уж делать, так до конца, – неожиданно возразил Хартен. – Чейдер, нырни-ка пару раз, для очистки совести. В тебе вроде, как и в нашем обожаемом капитане, есть водная кровь? Не найдешь попыток за пять – возвращайся.

– Конечно! Как совесть очищать у рыбок в пасти, так Чейдер?!

– Это приказ, младший офицер, – отчеканил Хартен.

Сплюнув, тот начал раздеваться.

Рыбы на Чейдера, к его немалому облегчению, не покусились. Да и вообще вели себя так, словно уже были сыты. Тел тоже не нашлось… но мало ли куда их могло отнести подводным течением?

– Выходим? – спросил Сол, когда уставший парень принялся натягивать форму.

Хартен кивнул.

– К Серым скалам. Там возьмем точки переноса и двинем к четвертому форту.

– Не к замку?

– Встреча назначена там. Штатный менталист наверняка уже вернулся. К тому же, отдавая этот приказ, князь тоже приезжал в форт, – он пожал плечами. – Не думаю, что он хочет, чтобы в замке о его затее узнали… во всех подробностях.

– Не будем мешкать, – подытожил Сол.

Хартен кивнул.

– Чем быстрее доложим о происшедшем, тем лучше.

***

Кэллиэн мрачно сидел у постели князя.

Новый защитный полог он сплел незамедлительно, но тот уступал прежнему в эффективности. Два заклятья такого уровня поддерживать было бы крайне тяжело, не раскрывая при этом себя как черного мага… не перед эльфом, а перед тем же Тельсом.

Уходить отсюда он упрямо отказывался. Впору попросить лорда Рагора перенести сюда зеркало из его кабинета… только вот ту дверь никто, кроме него самого, не отопрет.

Недавно князь был абсолютно здоров и вовсю махал мечом на границе. Почему же теперь вдруг превратился в старика?

Землистый цвет лица, резко прорезавшиеся морщины, до тех пор едва заметные… Седых волос словно стало вдвое больше.

И ведь никаких отклонений – сердце в порядке, мозг в порядке, сосуды в порядке. Целители не нашли никаких заболеваний, для которых было бы характерно такое состояние. Для своего возраста князь был просто на удивление крепок и здоров.

Но при этом он умирал.

Это можно принять за нежелание жить – люди, бывает, угасали так от тоски…

Но беда в том, что Кэллиэн хорошо знал князя. До тех пор, пока оставалась последняя надежда, он бы держался. До тех пор, пока он был нужен княжеству, он бы перенес любые потери и тяготы.

А значит, его убивают. Невесть как. Невесть чем. Невесть кто.

Он не смог сдержать слово, которое дал Инерис. Не смог уберечь князя, хотя говорил, что все будет хорошо…

Может, вмешалась сама Шаэли-Смерть? И решила забрать жизнь князя?..

Но нет, эта дама действует иначе. Уж ее-то влияние он бы почувствовал…

И ведь ни один толковый ритуал не провести! Во-первых, в замке эльф, во-вторых, сюда постоянно бегают все кому не лень, в-третьих, для этого ему понадобится немало странных вещей, а отлучаться отсюда рискованно.

У него окончательно связаны руки. Даже попросить принести книги некого…

А затем Кэллиэну в голову пришла новая мысль.

Да какая разница, даже если его и раскроют? Толку в сохраненном инкогнито, если князь умрет? Он все равно не сможет здесь остаться. Так лучше попытаться его спасти! Эльфу, если что, он сумеет заткнуть рот. Тьма в нем только порадуется…

– Я могу помочь, лорд Дэтре?

На лице мага отразилось облегчение, едва он услышал этот голос.

– Лорд Рагор… мне нужны кое-какие книги из библиотеки… по ритуалам темной магии.

– Полагаете, вы сможете что-то сделать? – в голосе старика отчетливо сквозило отчаяние.

– Я не знаю, – честно признался маг. – Но я попытаюсь сделать все, что в моих силах.

Через двадцать минут редкие тома уже были у него.

***

Хартен опешил, когда на назначенную встречу в лесу близ четвертого форта пришел не князь.

– Вы здесь? И без документов от матери-настоятельницы? Что произошло? – требовательно, холодно спросила королева, выйдя к нему из-за дерева.

Без привычного сопрождения Ваджеса Ральде было не по себе, но того в хижине не оказалось… и тот факт, что эти типы вернулись, а он – нет, очень настораживал.

Офицер гарнизона выглядел растерянным, и королеве это понравилось еще меньше.

– Простите, миледи, но поручение было дано пресветлым князем, и я не уверен, что…

Взгляд женщины стал жестким, тон – ледяным.

– Как вы считаете, Хартен, я бы могла задать подобный вопрос, если бы была неосведомлена о весьма… специфическом поручении, данном вам моим, позвольте напомнить, супругом? Князь и так, узнав о том, что ваша группа сбилась с пути, слег, поручив мне все дела.

Офицер стушевался, но упрямо промолчал.

Раздраженно вздохнув, Ральда показала ему княжеское кольцо-печатку, которое было ей безбожно велико и потому висело на цепочке на шее.

– Этого достаточно для того, чтобы вы наконец ответили на вопрос своей королевы?!

– Б… более чем… простите мне излишнюю подозрительность, – сглотнув, отозвался Хартен.

– Докладывайте, – повторила Ральда. – Что с моей дочерью?

– Э… все прошло не совсем по плану, миледи.

Её взгляд мог бы заморозить океан.

– Поясните.

– Видите ли, мы немного сбились с курса – нашу карту постигла неприглядная участь, и дальше нас вел демон-полукровка, капитан второго гарнизона Раджат. Он стал заменой лорду Сантусу, буквально в последний момент. А у озера Леста леди-наследница неожиданно попыталась сбежать…

Сердце Ральды сладостно екнуло. Неужели?..

– И, прежде чем мы успели вмешаться… В общем, на нее неожиданно накинулся полукровка – выследил леди-наследницу, когда она, удрав из лагеря, кралась по скалистому берегу. Недаром офицер Сол за ним присматривал полдороги, сказав, что этот тип ведет себя подозрительно…

Ещё лучше… Офицеры останутся вне подозрений и будут полностью зависимы от нее… если проронят хоть слово – лишатся всего. Поддержка военных в текущих условиях может оказаться нелишней, даже если будет оказываться вопреки их желанию.

– Что дальше?

– Она кричала, ругалась, отбивалась, даже укусила. Но демон сдавил ей горло… придушил, то есть… и, пообещав убить, нырнул в озеро. Тут она пришла в себя, опять начала бороться, ударила его по голове каким-то камнем… даже до берега попыталась добраться, но он ее опять попытался задушить… – увидев потрясенное выражение на лице королевы, Хартен жестоко себя обругал: хоть и неродная, но мать же! К чему все эти подробности?!

– В итоге они оба пошли ко дну, миледи, – скомканно закончил он. – Демон утянул ее за собой. Мы, как опомнились немного, стали искать тела, но вода в озере чернильная, дно далеко, да еще и рыбы эти зубастые… словом, не нашли. Выбраться незаметно демону и вашей пад… дочери бы не удалось, берега хорошо просматриваются. Мне очень жаль, – завершил рассказ офицер, поклонился и замер, страшась королевского гнева.

Женщина помолчала, тщательно следя за тем, чтобы на лице не отразилось злорадное ликование, от которого сейчас пела ее душа.

– А эти… плотоядные рыбы… Активно на вас нападали?

Офицер выпрямился, поняв, что экзекуция откладывается. Нахмурился.

– Я бы не сказал… Да и не так чтоб всерьез нападали, больше испугали. Мы подумали, что они сыты уже… – снова кашлянул, понимая, что сбивается на не подходящие для женских ушей подробности. – Полагаю, Раджат хотел таким образом выслужиться, лично исполнить приказ князя… Но проявил весьма пагубное для себя самого рвение.

Нельзя, нельзя победно потирать ладони, нельзя…

Какие возможности открываются перед ней благодаря этому рассказу… Наследница княжества погибла от рук демона… Можно развязать такую интригу…

Но утрату дочери требуется оплакать.

Подбородок жалко дрогнул. Королева отвернулась, подняла голову, словно сдерживая слезы. Затем глухим голосом заговорила:

– Слушайте меня внимательно, Хартен. Вы проявили преступную халатность, положившись на полукровку… Однако, – ее тон неожиданно смягчился, и королева повернулась к офицеру, – такой поворот было невозможно предусмотреть. Он ведь был вашим капитаном, и вы выполняли его приказы, а потому… виновны не вы и не ваши люди. Я уверена, что тот демон – предатель. Вместо того, чтобы отвести вас, честных офицеров, к убежищу, заготовленному для наследницы, он обманом затащил вас невесть куда. И едва всех не отправил к праотцам, оказавшись диверсантом с той стороны. Вы яростно защищались, естественно, но спасти наследницу не сумели… как и пресечь попытку побега с ее стороны, вызванную, несомненно, страхом перед полукровкой. Наверняка он ей угрожал – иначе с чего бы моей дочери… Над такими обстоятельствами никто не властен, верно? А ваша верная служба заслуживает не порицания, капитан второго гарнизона четвертого форта Таймар Хартен. Я ясно выражаюсь?

– Б… более чем, – жалко пробормотал Хартен, огорошенный и этой честью, и тем, что она с такой легкостью повернула ситуацию в их пользу.

– Через три дня я жду визита вашей группы для подробного отчета. Вы и Римар Сол за свою бдительность и отвагу официально получите повышение. А пока… моя дочь… леди-наследница… погибла из-за огненного, и не так уж далеко от границы с Террами. Если это сговор... нужно выслать разведчиков и если они виновны в смерти моей дочери… – лицо королевы на миг исказилось, но она тут же взяла себя в руки и холодным тоном закончила: – Они заплатят.

Хартен поклонился, не в силах побороть невольное восхищение королевой – до чего же решительная, хладнокровная женщина! И план мудрый… Вдруг полукровка действительно действовал в союзе с другими?

Жаль, последняя группа рогатых уже переправлена… Ценные бы вышли заложники…

Как бы то ни было, леди-наследница погибла не зря – ее смерть, возможно, наконец поможет призвать демонов к порядку. Она всегда пеклась о народе, особенно на приграничных территориях. Фактически Инерис Ламиэ отдала за них жизнь…

И что греха таить, он был очень рад тому, что ее смерть осталась целиком и полностью на совести демона.

***

Только уединившись в княжеских двухкомнатных апартаментах в четвертом форте, Ральда наконец позволила себе улыбнуться, но улыбка не смогла выразить охвативший ее восторг.

И она закружилась по спальне.

С настырной девчонкой покончено!

И у нее появился шанс сменить титул королевы на куда более привлекательный… и весомый. Который поможет ей осуществить другую, куда более масштабную задумку…

Мешает лишь одно маленькое, не слишком значимое препятствие… но с ним она легко разберется. Просто… чуть-чуть попозже. Не стоит торопить события, князь должен долго и мучительно болеть, чтобы все выглядело достоверно. А она тем временем приберет власть к рукам окончательно, правя от имени обожаемого супруга… и устроит в Нариме полнейший кавардак. Ее никто не сможет ни в чем обвинить. Любой лакей скажет, что их королева не создана для трона и никогда не стремилась к власти… Правила по поручению князя, согласно своему разумению…

Хотя Кэллиэна Дэтре, пожалуй, не стоит сбрасывать со счетов. Маг бдителен, подозрителен и непредсказуем, а потому опасен – и так притягателен.

Интересно, почему он так предан князю?

Впрочем, в ее распоряжении есть подходящий инструмент, который может подчинить даже его… и пожалуй, скоро придет время им воспользоваться.

Но это потом. Пока же можно торжествовать – ведь муженек, поддавшись наваждению, сам отослал свою доченьку прочь и тем самым развязал ей руки!

– О, благодарю тебя, великая богиня Смерти! Прими в свои объятия мою великую жертву – наследницу княжества, и ниспошли мне свое благословение!

***

Безглазая, но видящая суть мира и вещей богиня нахмурилась. Эта женщина не имела никакого права обращаться к ней с этой молитвой. Жертва не была принесена…

Из чистого любопытства Шаэли коснулась зеркала, которое не показало бы ничего никому, кроме нее.

Искра рядом с полыхающим огнем. Яркие, молодые, жаркие. Жаль гасить…

Да и к чему? Хотя девчонку обещали ей в жертву…

Она погладила зеркало, приближая золотистую искру, и вдруг напряглась.

Знакомая аура… Но откуда?

А. Он.

На ней его отпечаток. Его ауры и его силы. Хорошо узнаваемый… и теплый.

Тонкие бескровные губы растянулись в улыбке.

Жертва?

Та, к которой настолько привязан ее лучший жрец, не может быть ее жертвой. А значит той, другой, молившей, придется однажды ответить за свои слова…

Он наверняка сам позаботится об этом. Хотя…

Безглазая с сожалением покачала головой.

Он ведь отошел от дел…

Ничего. Она посмотрит, как будут развиваться события. И если понадобится, поможет своему возлюбленному жрецу – пусть он не называл себя жрецом, но был им, по сущности и призванию. Он достаточно послужил ей, чтобы надеяться на лояльность своей госпожи.

Шаэли помнила, каким впервые увидела его в своем зеркале.

Рожденный с печатью смерти в уже тогда ярких синих глазах, он не мог не заинтересовать ее. Не заплакал, а коротко рявкнул, перепугав повивальную бабку…

Она наблюдала за ним – сперва с вялым интересом, затем с вялым сочувствием, едва стало ясно, что печать тьмы пробудится в нем слишком рано. Кровь полукровки коварна и непредсказуема. Да еще такая кровь… Маверо не из тех, кто способен на сострадание.

Ему очень не повезло…

Но в ее силах было кое-что изменить. Да, боги не должны были вмешиваться в жизнь смертных. Но ради интереса благословить того, кто и так уже проклят, а затем чуть-чуть ускорить развитие событий, подтолкнуть магию к пробуждению на пару-тройку лет раньше положенного… Это другое. Это допустимо.

Если бы после его первого укуса она не пробудила в нем эту опасную, голодную пустоту, именуемую магией смерти – его бы убили задолго до того, как ее дар успел бы проснуться и окрепнуть.

Жадный до власти вампир с пустым сердцем, черным, как ее ониксовый шар, не смог устоять против такого «подарочка» – как она и ожидала.

Его нить продолжила виться… и даже Ллиатели не смогла возразить.

Шаэли действовала не ради выгоды, не ради власти. Этот смертный просто был ей… интересен.

Ее жрецом он стал куда позже, по собственному призванию, хотя так себя им и не признал.

И теперь, похоже, ему придется вспомнить былое. Жаль, конечно, мальчика, но…

Надо бы посмотреть, как у него идут дела. После той последней памятной жертвы с его стороны она сознательно оставила своего подопечного в покое, но теперь… с его защитой на самой обычной смертной, чистокровной человечке… жизнь которой другая смертная просила принять как великую жертву…

В пустых глазницах Шаэли-Смерти зажглись яркие синие искры интереса.

Конец первой части