Текст книги "Между тьмой и пламенем. Часть 1 (СИ)"
Автор книги: Лина Элевская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 31 страниц)
А ведь правда… при всей своей упертости и твердолобости Ар'Стэкро никогда не покушался на жизнь Ассаэра, который у всех был бельмом на глазу.
Многие будут готовы бороться с Дахаэром… но политика в Террах такова, что от соратников приходится вечно ждать удара в спину. Если кому-то представится реальный шанс занять трон… простите, узурпировать – официальный наследник все-таки жив, хоть его и носит невесть где… коалиция распадется моментально, едва успев собраться.
– Об остатке не может быть и речи, – возразил Эр’Серх и неожиданно улыбнулся. – На вас четыре пятых, господа, и еще одну вложу я лично. У меня нет драконьих рудников, но есть средства… и кое-что не менее ценное.
– Мы рассчитываем на ваших мастеров, – поклонился ему Ашт’Альт. – Копию договора раздобыть будет не так уж сложно, да и примерные цифры На… великий лорд Ад’Сехти озвучил. Нужны будут не только материалы, но и готовые доспехи.
Верно, подумал про себя лорд Эн’Крарго. В конце концов, добыть – это только полдела. А грамотно распорядиться сырьем мог из них из всех только Эр’Серх, у которого были лучшие мастера и великолепнейшие мастерские.
– А что дальше? – негромко спросил Эс’Шэрос. – Так продолжаться не может. Я слышал, как полчаса назад король, – сказано с нескрываемым презрением, – отдал приказ утроить охрану…
– Дождемся возвращения всех наших воинов из Йерихо, разберемся с долгом перед Нариме и попытаемся отыскать Ассаэра, – решил Эр’Серх. – Тем временем нужно будет определить, кто еще из великих лордов готов выступить против короля в пользу наследника.
– Согласен, – бесстрастно кивнул Ашт’Альт. – Только… что, если наследника мы так и не найдем?
– Тогда посмотрим по ситуации, – ушел от ответа Сэйдер.
– Закон предписывает не идти на кровь, и на физическое устранение короля я никогда не соглашусь, – задумчиво произнес Ар’Стэкро, и у лорда Эн’Крарго нехорошо засосало под ложечкой – еще не хватало, чтобы излишне принципиальный старик их сам же и выдал! – Но первыми закон и традиции крови нарушили не мы. Тринадцать родов, объединившись, могут потребовать от короля ответа, это наше священное право, которое существует столько, сколько и сами Терры. Значит, нужно объединить всех.
Сложная задача… практически невыполнимая, учитывая, что у каждого рода свои интересы, которые нередко пересекаются.
– Предлагаю каждому сделать для этого все, что возможно – у всех нас есть союзники среди других великих родов. При умелом давлении можно урегулировать даже застарелые конфликты, хотя бы и временно. Этого должно быть достаточно для того, чтобы разобраться с королем.
Ашт’Альт прав. Если Дахаэр осуществит свои планы… от их королевства очень быстро останется лишь огромное пепелище.
– Поддерживаю, – согласились остальные.
– Сначала разберемся с первоочередными вопросами. Затем решим, что дальше, – подытожил Эр’Серх и повернулся к лорду Эн’Крарго. – Вы сильный маг, великий лорд, и у вас немало связей. Мы надеемся, вы сможете разыскать наследника. Если потребуются дополнительные средства…
– Мы, разумеется, их предоставим, – прервал его Ашт’Альт. – Но медлить больше нельзя. И… что будем делать с Ад’Сехти?
– Это теперь моя забота, – в темноте мелькнула белозубая улыбка Терраэра Эн’Крарго. – У меня действительно немало связей… как на Юге, так и на Севере.
– В таком случае, удачи нам всем, – хрипло сообщил Эс’Шэрос, и великие лорды, не прощаясь, разошлись.
– Удачи, друг мой, – негромко пожелал Сэйдер.
– Благодарю, – коротко отозвался лорд Эн’Крарго, снимая заклинание, и тоже удалился.
Перед отъездом ему предстояло еще взломать королевский архив, чтобы заполучить точную формулу возмутительно нечистой крови наследника, нежданно-негаданно ставшего их главной надеждой уже даже не на процветание, нет.
На выживание.
Дахаэр, сидевший у себя в покоях, недовольно хмурился. Среди великих лордов, прежде покладисто молчавших, появились недовольные? Значит, одной стражей тут не ограничиться, и пришла пора вызвать к себе огненных магов… Им-то он за исполнение приказов платил исправно. Если великие лорды попытаются его скинуть, им придется несладко…
Он покончит со всеми, кто вздумает противиться королевской власти!
Выполнять обязательства, взятые на себя Натором Ад’Сехти, Дахаэр не собирался. Как только воины вернутся, они быстро разберутся с Севером… а потом двинутся на это премилое княжество. Юг Йерихо, который им обещал Хассимэ, заполучить явно не удастся, но у них есть запасной путь.
У них будут новые земли – и работающие на них людишки.
Дахаэр презирал людей, но признавал, что из них получатся неплохие рабы. Север, житница королевства, станет втрое, если не вчетверо больше… А дальше северяне и людишки пусть скрещиваются как хотят. Рабочая сила лишней не бывает.
Голода и вольнодумства в Террах больше не будет. Никогда.
Только твердая королевская власть. Абсолютная.
За это он и осушил следующий кубок.
***
Кэллиэн с комфортом расположился у шпиля главной, центральной, башни замка, умиротворенно раскинул руки в стороны, вздохнул. Темная грозовая ночь – то, что нужно для его затеи.
Инерис бы позабавило то, куда он залез… Она наверняка успела сообразить, что высота была ему по нраву…
Кольнуло в груди, но теперь тревогу унять было проще, чем в первую ночь. Он знал, что она жива и здорова, что Ассаэр эффективно отвлекает ее от печальных размышлений… слишком эффективно. Маг нахмурился, ощутив укус гнева, и тут же, спохватившись, безжалостно оборвал ненужные и даже опасные сейчас размышления. Он залез сюда вовсе не за этим, а чтобы испытать пробный, чтоб не сказать черновой, вариант системы слежения.
На которую, разумеется, санкцию ему никто не давал.
Он и не спрашивал.
Кэллиэн принялся глубоко, вдумчиво дышать и, вновь приведя себя в нужное состояние умиротворения, выдохнул и погрузился в транс, выстраивая сложную матрицу. У него было уже два образца со следом неизвестной магии, посмотрим, определит ли ее система хаотично расползшихся по всему замку крошечных, исключительно сигнальных, а потому неощутимых черных «маячков». Если нет…
Маг расслабленно улыбнулся с закрытыми глазами, чувствуя, как чернильные ручейки игриво сбегают с пальцев.
Ни малейшей потребности во кислороде, ни удушья, ни паники, с которой приходится бороться чистокровным людям, ступившим на этот путь.
Все-таки иногда черная кровь – отличное подспорье.
Можно было, конечно, спуститься в подвал и проделать этот фокус снизу вверх… но магия, как и жидкость, как и тяжелые газы, стекала вниз, проникая во все щели, гораздо легче и охотнее, словно сила тяжести действовала и на нее.
Эти два дня Кэллиэн избегал разговоров с князем, предпочитая наблюдать со стороны и бдительно дважды в день выпуская импульсы, едва удавалось избавиться от компании других магов.
Бледно-оранжевый цвет медленно, но верно мерк. Если это означает, что сторонняя магия слабеет, то князь скоро сам дозреет до разговора с ним.
Он максимально абстрагировался от гнева и возмущения. Никаких лишних эмоций. Это просто научная проблема. Вроде вопроса о том, можно ли увидеть запахи. Сначала следует собрать больше сведений о неизвестной недомагии. А систему слежения, если что, всегда можно будет подкорректировать.
В худшем случае… Попробовать половить «на живца» он всегда успеет. Главное – поставить на этого «живца» хорошую, надежную защиту.
Маг замкнул контур, открыл глаза и глубоко вдохнул.
Первый ход сделан.
***
Шел третий день походной жизни. Несмотря на известные дорожные тяготы (долгие переходы, отсутствие каких бы то ни было удобств, непривычный режим и нагрузки), Инерис поймала себя на том, что могла бы, пожалуй, даже получить некоторое удовольствие от этого приключения, каждый день исправно щекочущего нервы и приносящего новые впечатления… если бы не проклятый демон!
На фоне его неиссякаемого красноречия меркли и болящие ноги, и зудящие комариные укусы (а этих кровососов в лесу до сих пор хватало), и ночевки в палатке (впрочем, уже на втором привале ей стало все равно, в лесу она или дома на мягкой перине, до того хотелось спать).
Привычная сдержанность тоже то и дело давала трещину. После того случая с леденцом она то и дело огрызалась на него в ответ. Задевала или нет, не поймешь, но толку было мало – демон сразу же начинал сыпать еще более изощренными и издевательскими шуточками. Инерис понимала ,что ведет себя по-детски, но не могла ничего с собой поделать.
В целом походная жизнь оказалась терпимой. Дважды в день – горячая еда, которую готовили на костре офицеры. Надо отдать им должное, готовили сносно, хотя и просто. С непривычки тяжелая, сытная пища вызывала некоторый дискомфорт, но этого следовало ожидать при резкой смене рациона. На третий день стало немного легче, и Инерис про себя порадовалась – привыкает… Ей на готовку, к счастью, даже не намекали… никто, кроме демона, ехидно сообщившего, что обычно это женская работа, но такую белоручку и к костру-то подпускать опасно…
Инерис снова скрипнула зубами. Похоже, появилась реальная опасность к концу похода сточить их на миллиметр-другой.
Лагерь разбивали тоже мужчины. Обычно они находили подходящее место, а потом делились на группы – трое ставили палатки, двое шли в лес за хворостом, трое становились на стражу, двое занимались костром и едой. Они все время менялись, видимо, подчиняясь хорошо знакомому распорядку. Как бы то ни было, споров на тему, кто что должен делать, не было ни разу. Капитан-полукровка, следовало отдать ему должное, от работы тоже не отлынивал, успевая в процессе уколоть ее или обменяться парой грубых шуточек с остальными.
И, как леди-наследница и предвидела, Каэр Раджат медленно, но верно захватывал роль лидера. В первый день Хартен пытался принимать решения в одиночку и командовать. Демон не оспаривал, упасите боги, и покладисто выполнял приказы… но при первой же оплошности старшего офицера, когда тот не смог быстро найти брод у реки, в два счета сориентировался – отмель оказалась блуждающей, и теперь переправа находилась в полутора километрах ниже по течению. Хартен, казалось, был смущен этим обстоятельством, но демон и тут повел себя на удивление корректно, никак не прокомментировав недостаточные познания главы эскорта.
Как и вчера, когда предложил сделать крюк, чтобы обойти странные груды хвороста, показавшиеся ему подозрительными. Но Хартен сказал, что опасности быть не должно… и просчитался. Они не успели подойти, как выяснилось, что там устроила берлогу на редкость хищная и зубастая тварь, от которой они улепетывали всем отрядом… хорошо еще умертвия с наступлением первых холодов становятся медлительными, готовясь впасть в анабиоз.
В итоге сегодня днем Хартен сам уточнил, не следует ли немного изменить маршрут, чтобы обойти опасные по осени болотистые низины…
Через пару дней наверняка уже демон будет их вести, а остальным будет лень даже с картой свериться!
И это ей катастрофически не нравилось. Их поведение, поведение демона настораживало и вызывало совершенно закономерные опасения. Офицеры вели себя с ней нейтрально, но охотно посмеивались, когда Раджат в очередной раз принимался ее шпынять. Да, она ничего не умеет из того, что могло бы пригодиться в походе. Но ее к тому и не готовили! Им бы следовало проявлять хоть толику уважения к наследнице Нариме...
Но делать замечания было бессмысленно. Она полностью зависит от этих людей и одного недочеловека, чтоб его. И с ними в любом случае безопаснее, чем без них.
По вечерам Инерис упрямо отсиживалась в своей палатке. Даже пытаться выстроить с офицерами какое-то подобие человеческих отношений не хотелось – особенно на глазах у проклятущего демона.
Тем более что в палатке было довольно уютно – в первую же ночь ей выдали маленькую походную лампу, которую можно было подвесить за кольцо в центре крыши.
Инерис, поколебавшись, расстегнула поясную сумку и достала маленькую плитку шоколада. Как она ни уговаривала себя экономить, без этого ежевечернего удовольствия девушка обойтись просто не могла – почему-то после каждой дольки становилось легче, словно Кэллиэн наложил на него заклинание хорошего настроения... Хотя дело, конечно, было не в заклятиях. Каждый кусочек напоминал ей о том, что есть один синеглазый маг, которому она дорога, и на душе становилось теплее.
Леди-наследница мрачно подумала, что если бы в обмен на компанию Кэллиэна в этом походе ей бы предложили продать душу Маверо, она бы, пожалуй, согласилась. Хотя бы ради удовольствия поглядеть, как он заткнет рот нахальному демону… А в том, что Кэллиэн бы в два счета поставил этого типа на место, она не сомневалась.
Растягивая удовольствие, Инерис принялась по маленьким кусочкам откусывать шоколад.
Обволакивающая, бархатная сладость, чуть жгучий привкус специй и невыразимо сливочное послевкусие…
Словно на миг перенеслась в другой мир, где не было ни палатки, ни запаха костра, ни мерзавца-капитана. Облизнув пальцы, Инерис потянулась за зеркальцем, чтобы, старательно расслабившись, вглядеться в его глубины – и полюбоваться танцем мелких искорок.
Ассаэр, уходивший, чтобы искупаться в протекавшем поблизости ручье, насторожился и замер, благословив про себя смуглую кожу, позволявшую эффективно сливаться с тенями.
К палатке леди-наследницы кралась темная фигура – та же самая, судя по ненормальной гибкости и изворотливости. Более того, мерзавец почти достиг цели…
В палатке горел тусклый светильничек, и девушку было хорошо видно.
Ассаэр выругался про себя. Именно поэтому он попытался помешать Хартену, выдавшему ей эту лампу в первый же вечер. Но тот сказал, что им будет проще самим уследить за ней, не нарушая лишний раз ее уединения.
Вопросов о том, как этому типу удалось миновать часовых, у демона не возникло.
Случайный луч мимолетно озарил худой, странно вытянутый, но совершенно точно не женский силуэт. Словно в замедленном темпе, Ассаэр увидел, как маслянисто блеснула длинная игла, как с нее сорвалась капля и полетела в траву.
Парализующее – или яд?
Теперь не осталось никаких сомнений – их «сопровождает» мужчина, и намерения у него самые что ни на есть недобрые.
Лунный луч вновь пробился между полуголыми ветвями деревьев и на миг выхватил из мрака лицо с блуждающим взглядом и застывшей, словно приклеенной жестокой усмешкой.
Безумец?..
Ассаэр нахмурился. С ним надо разобраться – немедленно.
Похоже, придется вспомнить все свои навыки и умения, чтобы перехватить этого типа – и самому не потревожить часовых.
Ваджес увернулся от очередного лунного луча, как от вражеского меча. Затем быстрым, почти нечеловеческим движением изогнулся, повторяя очертания тени от ближайшего куста. При необходимости он мог проделать и не такое.
Скользнул вперед, замахнувшись иглой, как дротиком…
В следующий миг его руку перехватили и безжалостно вывернули, сдавив так, что пальцы свело судорогой. Рот заткнула какая-то тряпка. Впрочем, эта предосторожность была излишней – кричать он бы не стал в любом случае.
Ваджес знал, что сможет вывернуться из любого захвата, а потому бессмысленно поднимать крик, которым он бы лишь обнаружил себя, что было бы весьма некстати
Страха тоже не было, только вопросы, совершенно не мешавшие телу методично перебирать способы освободиться.
Кто мог его выследить? На чем он прокололся? Капитан-полукровка, конечно, хорош, но даже ему не удалось бы так беззвучно подкрасться, а обычные люди… им до него было далеко. Неужели тут присутствует еще один человек вроде него? Вдруг кто-то подстраховался и нанял такого же, как он, чтобы защитить девчонку?
Его, несмотря на тихое, но яростное сопротивление, неумолимо утаскивали в лес, беззвучно и неотвратимо… Ваджес извивался змеей, пробуя то один, то другой прием, но напавший каждый раз успевал его перехватить. Более того, очевидно, заметил иглу, так как не давал возможности даже шевельнуть рукой, онемевшие пальцы которой по-прежнему цепко держали ее. Что же это за…
Обманный маневр, выдернуть левую руку, перехватить иглу, контратака…
Он даже не успел удивиться.
Шея сломалась с характерным хрустом… но этим звуком в лесу, где по сухим прошлогодним ветвям снует немало живности, никого не удивишь.
Игла со всеми предосторожностями была найдена, завернута в рукав, без всяких сантиментов оторванный от обтягивающей туники неизвестного, и закопана поглубже. Конечно, проще всего было бы избавиться от нее, воткнув в тело… но тогда погибли бы и животные, польстившиеся на эту падаль.
А чужую жизнь надо ценить.
Эта мысль заставила демона усмехнуться.
Он пригляделся повнимательнее к отвратительной физиономии, с которой даже после смерти не сошла безумная усмешка... и понял, почему.
Шрамы – не то от ожогов, не то ритуальные, вздернувшие уголки губ чуть вверх. Лицевые мышцы вокруг них были твердыми как камень, словно каким-то непостижимым образом их свело судорогой – раз и навсегда.
Сломать ему шею оказалось весьма нетривиальной задачей, с учетом аномальной гибкости субъекта. Но он справился.
Разобраться с ним по-другому и допросить не вышло бы. И так все мышцы ныли, как после трехчасовой тренировки.
Остается одно – оттащить подальше и быть в дальнейшем втрое осторожнее.
Через несколько минут к костру вернулся рассеянно вытирающийся полотенцем капитан, присел, привычно позубоскалил с Хартеном и Солом, а затем лениво бросил, повысив голос:
– Леди-наследница, будете и дальше прихорашиваться, останетесь без ужина!
– Леди-наследница, будете и дальше прихорашиваться, останетесь без ужина! – донесся от костра громкий, наглый голос капитана, заставив ее вздрогнуть. Отвечать на сей раз Инерис не стала – еще чего не хватало! – и выходить из палатки тоже не спешила. И зеркальце назло полукровке не убрала.
– Я не доверяю этому демону, – горько прошептала Инерис, ощущая острую потребность выговориться, пусть даже чуть слышно и куску стекла. – Да я им всем не доверяю! Они слишком странно ведут себя для тех, кому поручена охрана наследницы… а демон вообще постоянно унижает меня и ведет себя так, словно я ему как в горле кость, и он бы меня прикопал под первым же кустом…
На глаза вновь навернулись слезы.
И вдруг раздался тот же шелест:
«Верь ему».
Девушка грустно улыбнулась. Она успела немного привыкнуть к подобным выходкам артефакта, предположив, что зеркальце настроено так, чтобы поддерживать ее в трудную минуту – возможно, оно реагировало на самые эмоциональные фразы из сказанного. Так стоит ли полагаться на эти искусственные слова?
– Не могу… не могу ему верить. Он слишком…
– Леди-наследница! – полог ее палатки бесцеремонно отдернули, и внутрь заглянул тот, кого лучше было не поминать всуе.
Первым порывом Инерис было спрятать зеркальце за спиной. Но она вовремя сообразила, что это покажется демону подозрительным – а вот девушка, проверяющая прическу или наносящая на лицо крем, напротив, выглядит совершенно естественно. И невозмутимо обернулась на голос.
– Какого демона, капитан? – холодно поинтересовалась она, разозленная бесцеремонным вторжением.
С удовольствием увидела, как полукровку перекосило. Он скрипнул зубами, но ничего не сказал на это, только отрывисто бросил:
– Вы будете ужинать?
– Да, вы очень любезны, – с сарказмом бросила Инерис.
– Не стоит благодарности, подходите к костру, горничных здесь нет, – елейным голосом отозвался он и ретировался.
Инерис чуть не запустила зеркальцем в стенку палатки, но вовремя одумалась.
– Надменный чурбан! – выругалась она. – Ненавижу… Отродье демонов! Как он смеет врываться ко мне, словно я… беспутная девка! Самодовольный осёл!
«Это точно».
Эта фраза заставила ее выронить зеркальце. По счастью, оно упало на лежак и не разбилось.
– Прости, – почему-то произнесла она. – Так ты все-таки со мной разговариваешь? У тебя есть сознание? Отвечай!
Но зеркальце таинственно промолчало.
– Да, Инерис, совсем у тебя нервы сдают, – расстроено покачала головой девушка. Выходить теперь не хотелось совершенно, и на миг она испытала сильнейшее искушение гордо остаться в палатке… но в животе предательски забурчало. Днем она даже не намекала на перекус, хотя сегодня, приглядевшись, заметила, что все они что-то жевали. Но задавать на эту тему вопросы и терпеть новые насмешки демона не было ни малейшего желания…
Стоп.
Можно же оставить с ужина часть хлеба, который полагался каждому с похлебкой. Лепешки пек на камнях северянин, офицер Таек! Можно припасти половину и сгрызть по пути, чтобы не мучиться резью в желудке… Фляга у нее своя, запить будет чем.
Почему она не подумала об этом раньше?!
Потому что не приучена думать о хлебе насущном, вот почему! Когда у тебя всю жизнь расписаны все приемы пищи, даже мысли не возникнет о том, что нужно оставить что-то про запас…
Инерис стиснула зубы. Ничего, этому несложно научиться. Даже полезно. Многие ведь из ее подданных живут каждый день с мыслью о том, чем прокормиться завтра… Они справляются – справится и она…
Осень ведь! В конце концов, она изучала ботанику – в лесах Нариме полно съедобных растений, и орехи есть, и грибы… На легкий перекус этого хватит за глаза. Просто не надо во время привалов все время сидеть в палатке и жаловаться себе и зеркальцу на жизнь! Можно попроситься с офицерами, которые идут за дровами и попутно поискать провиант…
Она решительно сдвинула брови и отдернула полог.
На следующем привале она так и поступит.
Пусть демон подавится своим превосходством! Она больше не будет жаловаться! Не будет ни о чем его просить! Ни за что!
***
Князь обдумывал сложившуюся ситуацию… точнее, пытался отвлечься на насущные вопросы, чтобы не окончательно не погрязнуть в сомнениях, которые возвращались с новой силой, стоило ему вспомнить о хаосе, воцарившемся в замке. Такой волны возмущения Дориан не мог припомнить за все время своего правления…
Он покачал головой, вспомнив, в каких выражениях выразил свое неодобрение князь Ратри. Кэллиэн на его фоне был донельзя тактичен…
Что есть, то есть. Дело сделано. Теперь думать надо о другом.
Огненные пока не нарушали договор, но вместо того, чтобы успокоиться на этот счет, князь все больше нервничал, ожидая от них подвоха. Поток переправляемых через его земли южан не иссякал… И почему-то лорд Дариэт не делал ничего, чтобы помешать им.
Видимо, был занят подготовкой к своей коронации… Которая, по сообщению лорда Палтера, получившего весточку от одного из своих осведомителей, будет максимально сдержанной и скромной – настолько, что даже приглашения правителям соседних стран не отправлялись.
Сегодня пришла гневная нота от князя Тессерийского – правитель Тессеме был недовоен тем, что Нариме в одиночку приняли решение касательно перехода южан, не уведомив его даже письмом… Придется съездить в столицу Тессеме, обсудить происшедшее с глазу на глаз и заодно напомнить милейшему князю, что Нариме имеет право проводить самостоятельную политику во всем, что касается рогатых.
Надо, но… уезжать из замка, по которому совсем недавно прокатилась волна возмущения, не хотелось.
Впрочем, военные вопросы можно спокойно оставить на капитана Мельдера. Всех демонов из фортов столичного региона убрали – весьма своевременно, можно хотя бы на их счет не переживать…
Вздрогнул, вспомнив, куда именно отправился один из них.
В сердце снова кольнуло.
Даже сейчас Дориан продолжал сомневаться – а вдруг он все-таки совершил чудовищную ошибку? Но он был так уверен, что Инерис… военные тоже ведь послушались ее… А она взялась за командование так уверенно, так…
Нет, он правильно поступил. Внутренние бунты ни к чему. Наследники есть… Есть время воспитать их менее вольнодумными, чем Инерис… Да и ее, возможно, еще удастся наставить на путь истинный.
Но родная дочь… Вдруг она и не помышляла ни о чем подобном, а в пути что-то случится, с чем не смогут справиться офицеры?..
Без нее в замке стало пусто. Он знал, что она ушла, и вместе с тем казалось, что вот сейчас распахнется дверь, и непокорное дитя окажется на пороге, упрямо поджав губы…
Инерис, ну почему ж ты такая…
Была такая?..
Он стер невольно выступившие слезы.
Князь Ратри после своей экспрессивной тирады ушел со встречи приближенных, хлопнув дверью, и с тех пор упорно отказывался говорить с ним. Советники тоже все как один, едва узнав о происшедшем, выразили горячее неодобрение. Но он ледяным тоном сообщил, что это паломничество должно стать хорошим уроком для его дочери и, возможно, научит ее больше ценить собственную жизнь.
Получается, из-за нее рассыпается и совет, и круг приближенных…
Или Кэллиэн был прав, и так получается из-за него самого?..
Да и с Кэллиэном он поступил… Маг, видимо, в этот раз всерьез оскорблен. Даже не попытался поговорить с ним ни разу за эти три дня, что Инерис нет в замке.
– Муж мой, – прожурчал мелодичный голос королевы.
Дориан моргнул и снова незаметно смахнул с лица слезы, прежде чем повернуться к ней.
– Ральда, – спокойно поприветствовал он вошедшую в его рабочий кабинет жену.
– Вы задержались здесь… не пойдете на ужин? Вас что-то тревожит?
Приятное тепло в душе. Она всегда так тонко чувствовала его настроение…
– Немного, – признал он. – Я все думаю, верно ли поступил, приказав…
Она прекрасно поняла, что он имеет в виду.
– О том, конечно, не мне судить, – мягким тоном отозвалась Ральда. – Однако… я понимаю, чем вы руководствовались. Вы правитель, муж мой. Вы обязаны думать не о себе и своих детях, а о своей земле. К тому же… Вам в последнее время все чаще нездоровится. Вдруг, не приведите боги, вы бы заболели, что тогда? Вам будет не до непокорной дочери, а воспользоваться моментом и перехватить власть ей было бы легче легкого. Вы же жаловались на головокружения… боль в груди…
Как по заказу, вернулись знакомые симптомы, о которых он и думать забыл за неделю, проведенную в седле.
– Впрочем, я уверена, что ничего серьезного в них нет. Вам нужно немного отдохнуть, муж мой, и перестать изводить себя. Тогда все пройдет, – ласково улыбнулась Ральда. – Постарайтесь смирить тревоги. С Инерис все будет в порядке.
И действительно, стало легче. Наверное, она права… нужно немного передохнуть. Такой стресс, такие переживания в его возрасте…
– Да. Пожалуй, так будет лучше, – согласился князь.
Поразмыслил немного. Если Ральда права, и это все от нервов… Пожалуй, нужно наконец побеседовать с придворным магом. Чем больше он думает о происшедшем, тем меньше оно ему нравится. Извиниться – не извиниться, но объяснить свое поведение будет не лишним. Хотя бы совесть перестанет мучить…
– Вызови ко мне лорда Дэтре, Ральда.
Она недовольно нахмурилась.
– Чем вам может помочь темный? Может, лучше я приглашу доверенного це…
– Лорда Дэтре, Ральда, – непререкаемым тоном бросил князь. – И немедленно.
– Хорошо, – неохотно уступила она. – Сейчас распоряжусь.
И его королева вышла.
***
По поведению Ральды никто бы этого не заподозрил, но тревога терзала ее не меньше, чем князя.
...Почему? Прошло уже три дня! Почему по-прежнему нет никаких вестей от Ваджеса?! Он обещал, что этого времени хватит!
Возможно, ему что-то помешало. Или он решил, что стоит выждать. Или просто местность неподходящая для нанесения решающего удара…
Но в итоге у нее тоже связаны руки. Остается лишь постепенно подталкивать события в нужном направлении и ждать…
***
Кэллиэн был несколько удивлен, когда лакей, постучавший в дверь его кабинета, подобострастно дрожа и лязгая зубами, сообщил, что ее величество просила лорда мага уделить ей несколько минут. Чуть приподняв бровь, он встал из-за стола, вышел и, поклонившись, пригласил королеву в кабинет, но она, смерив его пристальным взглядом влажно блестевших темных глаз, отклонила предложение, сказав, что дело, с которым она пришла, не займет много времени. Лакей понятливо поспешил убраться подальше, но они по-прежнему оставались в зоне видимости.
В отличие от Инерис, леди Ральда придавала соблюдению приличий большое значение.
Новый взгляд из-под пушистых ресниц, неожиданно задумчивый.
Странное ощущение. Не то она изучает его, не то просто о чем-то задумалась… не то оценивает, пытаясь понять, насколько ему можно доверять.
Интересно, зачем она пожаловала?
– Мой супруг просил вас подойти, – нежным голосом произнесла женщина, и в нем послышались нотки тревоги. – Боюсь, он тяжело переживает последствия принятого решения, лорд Дэтре… Я хотела просить вас поговорить с ним. Вы один из немногих людей, кому мой муж доверяет, и хотя он никогда в этом не признается, сейчас ему отчаянно нужен надежный, честный собеседник.
Бровь изогнулась словно сама собой. Раньше королева не удостаивала его такими комплиментами.
– Почему вы не поговорите с ним сами о том, что его тревожит? – закономерно спросил он.
– Я женщина, лорд Дэтре, – отозвалась она с грустной улыбкой, которая – пришлось признать – шла ее чертам. – Он может обсудить со мной семейные дела, но не политические… И если вы могли бы сделать мне такое одолжение, вызвав его на откровенный разговор, пусть даже в ущерб собственному спокойствию… моя благодарность не знала бы границ.
– Могу вас заверить, что и без просьб вашего величества я бы сделал все, чтобы облегчить тревоги князя, – прохладно заверил ее маг. – Это мой долг.
В темных глазах промелькнуло сдержанное любопытство.
– У вас странные отношения с моим мужем, – неуверенно начала она, – и я не до конца понимаю их суть… Простите, если невзначай, поддавшись порыву, обидела вас.
– Ну что вы, леди Ламиэ. Меня, признаться, немного удивило, что вы лично решили передать просьбу князя… и что он именно к вам обратился с ней. Обычно о вызовах мне сообщал лорд Рагор.
Как Ральда порадовалась в этот момент тому, что решила пока не пытаться приручить придворного мага! Подозрителен, бдителен… неотразим.
В темных глазах выражение простодушного удивления.
– Милорд, вы же не думаете, что я могла отправить с такой личной просьбой одну из своих камеристок? Это семейное дело, и вы здесь выступаете скорее в роли друга семьи, нежели придворного мага…
...Вот я уже и друг семьи? Князь действительно настолько встревожен чем-то?
– Мне льстит столь высокое доверие с вашей стороны, – снова поклонился Кэллиэн. – Но, боюсь, вы переоцениваете мою значимость. Я всегда был и остаюсь лишь подчиненным, ваше величество, и не склонен забывать о своем месте и своей роли.
Какой непрошибаемый… Против воли Ральда испытала прилив азарта.
– Скромность делает вам честь, – после мгновенной заминки улыбнулась она. Вздохнула. – Что ж, я пойду, простите, если побеспокоила вас… вы отправитесь к моему мужу, надеюсь, незамедлительно?
– Если у вас не найдется иных поручений.
... Найдутся… пройдемте в вашу спальню, развлеките меня там …
