Текст книги "Принцесса Сорви-голова в Особой академии (СИ)"

Автор книги: Лина Деева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц)

Глава 13

Коридоры и переходы академии были светлыми, гулкими, с высокими сводчатыми потолками, а мраморные лестницы – широкими, с удобными ступенями. Однако все они на удивление пустовали.

– А где курсанты? – спросила я, шагая рядом с Деми. – И поступившие?

– Курсанты на занятиях, – объяснила та. – Тренировочные залы и аудитории расположены во внешнем круге башен, а мы сейчас во внутреннем. Что до прочих поступивших, то я их уже проводила.

Я нахмурилась.

– У них испытание закончилось раньше?

– Раньше, позже. – Деми неопределённо повела рукой. – Для господина ректора это не имеет значения.

– Вы хотите сказать, – Берти, шедший по другую сторону от провожатой, заинтересованно блеснул очками, – мистер ди Сиано управляет временем?

– Естественно, – улыбнулась Деми. – Ведь то время, которое в академии, создано им специально.

– А? – Берти без преувеличения уронил челюсть, да и я пришла в немалое изумление. Мерджин тоже порой замедлял бег времени, но чтобы создать его…

С другой стороны, он ведь просто волшебник, не демиург.

– Вам об этом расскажут на общей магии, – успокоила Деми, и у Берти разочарованно вытянулось лицо.

Он машинально поправил ремень перекинутой через плечо сумки с учебниками, и я невольно покосилась на шевалье, беспечно шагавшего справа. Мою сумку нёс он – ухитрился так стремительно подхватить её в кабинете ректора, что я ахнуть не успела. Конечно, можно было бы возмутиться такому самоуправству, однако я предпочла сделать вид, будто не произошло ничего особенного. Принцессе не пристало спорить с телохранителем в присутствии посторонних (тем более я немного опасалась, что не сумею взять в споре верх).

«Но в приватной обстановке мы ещё поговорим», – мысленно погрозила я шевалье и подхватила разговор о времени:

– А зачем оно вообще нужно, специальное время? Почему его нельзя сделать, м-м, как везде?

– Во-первых, потому что везде по-разному, – начала объяснять Деми. – А во-вторых, так удобнее им управлять. Например, для того, чтобы собрать поступающих на одном временном отрезке и запустить новый поток без отставаний и накладок.

– Как всё продумано! – с восторгом выдохнул Берти, а я уточнила:

– Так мсье ректор поэтому уделяет столько внимания каждому поступившему? – поскольку сильно сомневалась, будто мы стали каким-то исключением.

– Да, – подтвердила Деми. – Ему это ничего не стоит, а курсанты после чувствуют себя увереннее.

Я по достоинству оценила ректорский подход и вдруг спохватилась, что за разговором совсем перестала запоминать путь, которым вела нас Деми. А поскольку коридоры и лестницы были очень похожи, то…

Я заозиралась в поисках каких-то опознавательных знаков, и провожатая, разгадав мои мысли, успокаивающе заметила:

– Не волнуйтесь, курсант д’Эрсте. В сумках лежат карты академии, так что не заблудитесь. И потом, вам вообще можно не тревожиться: шевалье Моро проведёт вас куда угодно.

Я сделала вид, будто не услышала последнюю фразу. Позволить другому водить себя по замку, зависеть от него? Вот уж никогда!

Между тем мы миновали открытую, залитую солнцем галерею, и попали на очередную лестницу в широкой прямоугольной башне из необычного красноватого камня.

– Красная башня, – пояснила Деми. – Здесь живут курсанты мечники. А Синяя башня, где расположены комнаты магов, следующая. Поэтому мы сначала проводим вас, курсант д’Эрсте, а затем уже я отведу курсанта Везеля. Запоминайте ваш этаж.

Она указала на золотую цифру 3, искусно вышитую на украшавшем стену гобелене, и повела нас вверх. Пролёт, пролёт, пролёт, и наконец мы остановились на площадке, отмеченной вышитой семёркой. Как и на прошлых этажах, на неё выходили четыре двери, и Деми подошла к той из них, что была ближе по правую руку. Дважды повернула вставленный в замок ключ и тихо отворила дверь.

– Прошу, курсант д’Эрсте.

И опять, только я сделала шаг вперёд, как шевалье уже был в комнате.Окинул её быстрым, но очень внимательным взглядом, опустил мою сумку у порога и вышел со словами:

– Всё в порядке, мадемуазель.

– А могло быть нет? – На этот раз я не удержала язвительную отповедь. – Это же Особая академия, которую вы прекрасно знаете!

Телохранитель легко улыбнулся:

– Таковы мои обязанности, мадемуазель. Хоть в академии, хоть в королевском дворце.

У меня дёрнулась щека: вот к чему он упомянул дворец? А затем я поймала безмятежный взгляд Деми и вдруг чётко поняла: моё инкогнито не секрет ни для неё, ни для ректора.

Но, с другой стороны, в тайне, по большому счёту, уже не было необходимости. Даже если отец узнает, где я, забрать меня отсюда всё равно не сможет.

– Ваш ключ. – Деми протянула мне его. – Постарайтесь не терять, но если такая неприятность всё же случится, позовите меня.

– Спасибо, – поблагодарила я. – А позвать вас?..

– Просто назовите моё имя и скажите, что нужна помощь.

Затем Деми открыла для шевалье дверь рядом с моей (не скажу, что мне очень понравилось такое соседство), напомнила о времени, когда зайдёт за нами, чтобы отвести в столовую, и они с Берти отправились по лестнице вниз.

Мы с телохранителем проводили их взглядами, а затем он вежливо произнёс:

– С вашего разрешения, мадемуазель, – собираясь уйти к себе.

Вот только я этого сделать не позволила.

– Подождите, шевалье Моро. – Удивительно, как от стужи в моём голосе каменный пол не покрылся изморозью. – Вы задолжали мне объяснение, и я хочу получить его немедленно.

Глава 14

– Полностью в вашем распоряжении, мадемуазель.

И фраза, и поклон были преисполнены почтительности, однако смешинка в сером взгляде портила всё впечатление.

«Ах, тебе забавно?»

Я сузила глаза и, резким жестом велев телохранителю следовать за собой, вошла в комнату.

Обстановка здесь была аскетичной: стол, стул, шкаф да узкая, застеленная однотонно бордовым покрывалом кровать. И всё-таки, несмотря на голый каменный пол и стены, комната не производила впечатления бедности. Может, из-за золотисто-коричневой, вскрытой лаком мебели, а может, из-за щедро лившихся в окно солнечных лучей. Кроме входной, в комнату вели ещё две двери, и если о назначении одной ещё можно было догадаться, то куда вела вторая, я представления не имела.

Впрочем, исследование в любом случае откладывалось. Я повелительно указала шевалье на стул, а сама, оставив котомку у ножки кровати, отошла к окну и встала так, чтобы солнце било мне в спину.

– Итак, – голос мой по-прежнему кололся острыми льдинками, – для начала я жду рассказ, как вы сумели меня обнаружить.

Непринуждённо сидевший на стуле шевалье легко улыбнулся и попросил:

– Проверьте левый карман вашей куртки.

Это ещё зачем? Однако я без лишних вопросов опустила в карман руку и на самом дне нащупала плоский кругляшок.

«Что?»

Я вытащила находку и с недоумением уставилась на золотую монетку, на аверсе которой были отчеканены наши с шевалье профили, а на реверсе…

– Герб академии?

Я вскинула на телохранителя требовательный взгляд.

– Поисковый маячок, – послушно объяснил шевалье. – У меня нет магических способностей, однако артефакторику я всё-таки посещал вольным слушателем.

Я сжала монетку с такой силой, что в ладонь впился рубчатый край.

– И как же вы создали эту… вещь без магии?

– Некоторые артефакты позволяют, чтобы их не доделывали до конца, а оставляли в виде своеобразной болванки, – охотно пояснил шевалье. – Просто незавершённая структура заряжается чуть большим количеством магической энергии. Тогда достаточно лишь воли и концентрации, чтобы завершить создание и заставить артефакт работать.

– Понятно. – Какие бы чувства ни бушевали в груди, ни единому из них я не дала вырваться наружу. – А подбросили вы его, когда поймали меня ночью, верно?

– Да, – с возмутительной откровенностью подтвердил шевалье. – И всё равно успел лишь чудом: вы очень быстро подготовились к магическому переходу.

Ну да, Мерджин ведь тормозил время, чтобы дать мне отдохнуть.

При воспоминании о домике волшебника я невольно сжала губы: а ведь меня спрашивали насчёт магических вещей! Как же жаль, что ни я, ни Мерджин не догадались хотя бы проверить карманы!

Впрочем, толку сожалеть о случившемся. И, возвращая себя в настоящее, я продолжила допрос:

– Хорошо, а что вы делали под окном моей спальни?

Тут шевалье просто развёл руками:

– Всего лишь шёл мимо, когда услышал подозрительный шум.

Я наградила его крайне недоверчивым взглядом, и телохранитель прибавил:

– Слово чести, мадемуазель. Больше на вас никаких следящих меток нет.

– И не будет.

Монетка искоркой мелькнула в воздухе, однако шевалье поймал её с завидной лёгкостью.

– Понимаю ваши чувства, – мягко сказал он и положил монетку на стол. – Но всё же прошу ещё какое-то время носить её с собой. Конечно, в Особой академии вам ничего не угрожает, однако мне так будет спокойнее.

Сделав вид, что не расслышала его просьбу, я продолжила разговор (а вернее, допрос), зацепившись за вторую интересовавшую меня тему.

– А теперь я хочу услышать подробный рассказ об этой академии. Чего мне ждать от учёбы здесь? К чему быть готовой? Чего остерегаться?

Губы шевалье тронула загадочная улыбка.

– Скажите, мадемуазель, вы обратили внимание на девиз академии? – вопросом на вопросы ответил он.

Я грозно свела брови: это здесь при чём?

– Quisque erit sua. – Телохранитель благоразумно не стал раздражать меня ещё больше. – Каждый получит своё. Поэтому вам нет смысла слушать моё впечатление об этом месте – у вас оно всё равно будет иным. Я могу лишь посоветовать всегда помнить девиз и на всё происходящее смотреть исключительно с такой точки зрения. А ещё держать в уме, что несмотря на то, чему здесь учат, академия – одно из самых безопасных мест Веера миров.

Я даже не стала прятать презрительную гримасу: сколько дешёвой таинственности! И сухо уточнила:

– Это всё, что вы можете сказать, шевалье?

– Боюсь, что да, – склонил голову тот.

– Тогда, – моя осанка сделалась ещё более горделивой, – выслушайте меня внимательно и запомните хорошенько. Несмотря на то, что для мсье ди Сиано моё происхождение не секрет, я не желаю раскрывать инкогнито перед остальными курсантами. И уж тем более не желаю, чтобы надо мной потешались из-за телохранителя в боевой академии. Потому я запрещаю вам даже намёком озвучивать или демонстрировать оба этих момента. Более того, я, как вы могли убедиться, в принципе не нуждаюсь ни в телохранителях, ни в слугах.

Шевалье прочистил горло.

– Простите, мадемуазель, но сумка и впрямь была тяжёлой.

Я чуть зубами не заскрипела от воспоминания и отрубила:

– Тем не менее впредь так не делайте. Я более чем самостоятельна.

На этот раз уже шевалье сделал вид, будто не расслышал мои слова. Несколько ударов сердца я полосовала его взглядом, а затем сквозь зубы сказала:

– Вы свободны, шевалье. И заберите свой артефакт.

– С вашего позволения, – телохранитель поднялся на ноги, – пусть он всё же побудет у вас. На всякий случай.

Поклонился и вышел, не побоявшись повернуться ко мне спиной.

Глава 15

Когда дверь за ним мягко закрылась, я подошла к столу и опустила взгляд на монетку. Приступ желания схватить её и швырнуть в стену, чтобы искры выбило, был настолько острым, что пришлось сжать кулаки. И всё же я совладала с собой: просто выдвинула верхний ящик стола и брезгливо стряхнула в него кругляшок. Затем длинно выдохнула, тряхнула головой и подтащила к столу и впрямь тяжёлую сумку, полученную в ректорском кабинете.

Прежде всего, достала из неё с десяток томиков разной степени толщины, но все написанные на классическом фракийском языке. Я полистала верхний – «Искусство войны» – и решила, что здесь наверняка замешана магия: таких книг в нашем мире совершенно точно не было. И постфактум сообразила: то же самое наверняка относилось и к пониманию речи. Вряд ли Берти, судя по обращениям прибывший в академию из Альбы или похожего государства, разговаривал на чистейшем фракийском.

– Всё-то он продумал, – пробормотала я, имея в виду ди Сиано, и продолжила исследование сумки.

Толстые тетради, дорожный письменный прибор с чернилами трёх цветов, обещанная Деми карта, расписание занятий с указанием аудиторий, распорядок дня и даже тонкая брошюрка под названием «Кодекс академии».

– Надо будет почитать. – С этими словами я отложила книжицу и занялась изучением ящиков стола.

Здесь всё было пусто, только в самом нижнем нашёлся прозрачный кристалл на подставке. Я покрутила его в руках и водрузила на стол, решив позже уточнить у Деми, зачем он нужен. Вряд ли в академии выдавали что-то просто для красоты.

В платяном шкафу, в дверцу которого изнутри было вделано ростовое зеркало, меня ждали два новеньких комплекта военной формы красного цвета с красивой золотой окантовкой. Достав один, я приложила его к себе – хм, вроде бы размер в размер. Впрочем, могло ли здесь быть иначе?

Форма отправилась на кровать, а я вернулась к шкафу. Без удивления нашла на его вешалке тёплый и тонкий плащи, а на полках – бельё и две ночные сорочки.

– Полный пансион, – прокомментировала я. – Теперь бы ещё оружие выдали. – И машинально коснулась ножен с верным баселардом.

Закрыла шкаф и обвела комнату взглядом: что же, остались только двери. Одна из них наверняка ведёт в уборную, а вот вторая…

Пожав плечами – сейчас выясню, – я подошла к той, что была рядом со шкафом, и повернула ручку.

Я верно угадала назначение комнатушки, в которой не иначе как благодаря магии умещались не только фаянсовый ватерклозет, но и умывальник с овальным зеркалом, и даже сидячая ванна. Из латунного крана с двумя причудливыми вентилями текла холодная и горячая вода, полочка была уставлена разнообразными флакончиками и баночками, а на крючках кроме пушистых белоснежных полотенец висел длинный банный халат.

– Мне определённо нравится здесь всё больше и больше, – усмехнулась я, отчётливо чувствуя, с каким удовольствием искупалась бы сейчас.

Хотя что мне мешало?

Я бросила взгляд на часы: до момента, когда за мной должна была зайти Деми, времени хватало.

– Вот и прекрасно.

И больше не медля, начала раздеваться.

Выкупавшись и надев удивительно приятный к телу халат, я вышла из ванной, вытирая волосы и мурлыкая под нос простенькую мелодию. Подошла к кровати, раздумывая, какое бельё надеть – своё или то, что мне выдали в академии, и тут мой взгляд упал на дверь, о назначении которой мне пока известно не было.

– Сейчас исправим, – сказала я сама себе.

Уронила полотенце на кровать, подошла к двери и без тени колебаний повернула ручку. Сделала шаг через порог и…

И застыла, встретившись глазами с надевавшим рубашку шевалье. Машинально отметила его влажные волосы – должно быть, тоже принимал ванну – и длинный шрам, перевязью пересекавший грудь, а затем шагнула назад и совсем по простонародному хлопнула дверью.

Смежные комнаты? Это что ещё за новости?!

Первым моим порывом было запереть дверь, но увы, замка на ней не было. Я гневно раздула ноздри, окинула комнату взглядом и остановилась на платяном шкафе.

Отлично!

В два шага подошла к нему и навалилась всем весом, сдвигая с места: совсем чуть-чуть, затем ещё чуточку, и ещё…

– Мадемуазель, я прошу прощения, но что вы делаете?

Раздражённо сдув с глаз упавшую прядь, я сердито посмотрела на шевалье, вошедшего в комнату без стука.

Причём вошёл он через злосчастную общую дверь.

– Хочу оградить себя от незваных гостей. – Яд в моём голосе был густо замешен на злости. – Выйдите, я вас не приглашала.

С утроенной силой навалилась на шкаф, и он сдвинулся ещё немного.

– Вы так надорвётесь! – Телохранитель решительно упёрся в шкаф с другой стороны. – Мадемуазель Агнесс, я вас очень прошу: давайте без глупостей!

– Это не глупости! – пропыхтела я. – Это полнейшее нарушение приличий! Как вообще можно было поселить меня почти… почти в одной комнате с мужчиной!

– Вы преувеличиваете и сами это понимаете, – немедленно возразил шевалье. – Уверен, Деми не хотела вас оскорбить. Она просто сочла, что раз я ваш телохранитель, то должен иметь проход в вашу комнату.

– А я считаю, что не должны! – рыкнула я и, поняв, что противостоять одновременно и шкафу, и шевалье не смогу, гневно приказала: – Не мешайте! И вообще, выйдите вон!

Тяжёлый вздох телохранителя сказал больше, чем любые слова. Однако вместо того, чтобы меня послушаться, он громко позвал:

– Деми! Будь добра, появись. Нужна твоя помощь.

Глава 16

– Слушаю вас, шевалье.

На этот раз не было никакого мерцания – Деми просто возникла рядом с нами.

– Я понимаю, ты хотела как лучше, – это звучало почти извинением, – но дверь между нашими комнатами лишняя.

– О. – Деми посмотрела на гневно сопящую меня, на шкаф и безмятежно улыбнулась. – Хорошо, курсант д’Эрсте. Сейчас всё уберу.

Не успело отзвучать последнее слово, как дверь раздора замерцала и исчезла, оставив глухую каменную стену. А шкаф с неожиданной для его веса лёгкостью скользнул по полу и вернулся на место, с которого я с такими усилиями его сдвигала.

– Так хорошо? – спросила у меня Деми, и несмотря на то, что я была полностью права, в груди шевельнулась неловкость.

– Да. Спасибо большое.

– Не за что, курсант. – Деми как будто была ни капли не задета этой историей. – В следующий раз просто позовите, и мы решим любой вопрос.

Она тепло улыбнулась нам с шевалье и исчезла. В свою очередь телохранитель поклонился и с традиционным:

– С вашего разрешения, мадемуазель, – тоже вышел из комнаты.

Я осталась одна – с непередаваемым чувством, что повела себя, как полная истеричка. А уж когда вдобавок обнаружила, что во время попыток двигать мебель полы халата разошлись самым неприличным образом и всё это видели шевалье и Деми, вообще захотелось провалиться под пол.

Беда только в том, что там тоже была чья-то комната.

– Надо лучше держать себя в руках, – пробормотала я, плотно запахиваясь. – Не забывать, что здесь сплошь и рядом магия… И в принципе одеваться.

Вздохнула и начала собираться.

***

Деми зашла за нами ровно в полдень по здешним часам и повела сначала в Синюю башню магов, где мы забрали Берти, а затем дальше – в столовую.

– Это потрясающе! – преисполненный энтузиазма Берти восторженно жестикулировал. – Я успел прочесть несколько параграфов из учебника по общей магии, и это… Ох, как я рад, что учитель убедил меня отправиться сюда!

«Ну вот, – кольнуло сожаление, – он тратил время с пользой, а не истерил и двигал шкафы. А я даже карту толком не изучила».

– Рада, что вам здесь нравится, курсант Везель. – Своим искренним удовольствием от услышанного Деми невольно насыпала целую горсть соли на мою душевную рану. – Надеюсь, это впечатление сохранится до самого выпускного экзамена.

Камень на сердце стал ещё тяжелее, но, к счастью, наша провожатая немного отвлекла меня от самобичевания.

– А теперь внимание, курсанты! – звонко сказала она. – Мы выходим в Круглый холл Хрустальной башни. Если вы когда-либо заплутаете в академии, воскресите его образ в уме, и коридоры приведут вас сюда. А уж потом можно будет добраться куда угодно.

Под эти слова мы вышли из очередного перехода и очутились в поистине впечатляющем месте.

Круглый холл и впрямь имел форму идеального круга, куда выходило десятка два дверей и коридоров. Пол его был выложен разноцветной мозаикой, а высокий купол потолка – совершенно прозрачен, и стоявшее в зените солнце било сквозь него наотмашь. Всё это вкупе с белоснежными гладкими стенами создавало впечатление, что мы попали в гигантский калейдоскоп. И я чуть не охнула, когда прямо под моими ногами яркий узор сменился, полностью подтвердив это ощущение.

– Рисунок меняется каждую четверть часа, – пояснила Деми, уверенно ведя нас через холл к двустворчатой двери на противоположной его стороне. – Если будете достаточно внимательны, однажды научитесь понимать по нему время.

Это что же проторчать здесь целый день, запоминая? Как будто больше заняться нечем!

– Есть определённые закономерности. – Провожатая бросила на меня добродушный взгляд, словно прочитала мысли. – Стоит их осознать, и хаос станет порядком.

Хм.

Последняя фраза показалась мне важной, и я постаралась отметить её в памяти. А Деми уже была возле двери, и высокие створки приглашающе распахнулись сами собой, выпустив наружу весёлый гомон голосов и звяканье посуды.

– Прошу, – улыбнулась наша провожатая, и мы вошли внутрь. Берти – робея, я – делая вид, что спокойна, шевалье – спокойно по-настоящему.

Я думала, что здесь, как на гербе академии и в башнях общежития, будет чёткое разделение на магов и мечников. Однако за стоявшими каре столами одинаково мешались и синие, и красные мундиры, а на стенах чередовались алые гобелены с орлом и лазурные с совой.

– У преподавателей отдельная столовая, – сообщила Деми, пока мы оглядывались. – Однако нарушать здесь правила всё равно не советую: я присматриваю за всем, что происходит в академии.

Правила.

– А можно будет услышать о них поподробнее? – Это были мои первые слова за весь путь от Красной башни.

– Всё написано в Кодексе, – пожала плечами Деми. – Но если захотите, позже я коротко расскажу обо всём.

– Да, было бы отлично! – подхватил Берти и немного смутился: – Я хотел почитать Кодекс, но увлёкся «Общей магией».

Деми ободряюще улыбнулась ему и повела рукой, указывая на столы:

– В первые дни новички традиционно садятся в ближнем левом углу. Это своеобразный знак, что в академии пополнение.

Мы с Берти дружно посмотрели в ту сторону и увидели четверых курсантов (двое в красном, двое в синем), и впрямь сидевших как-то особняком от прочих. И, разумеется, все они были парнями.

– Приятного аппетита, – пожелала нам Деми, давая понять, что хватит торчать у входа (на нас и так бросали любопытствующие взгляды). – После обеда настанет время…

– Кого я вижу! – прервал её восторженный возглас. – Рён, дружище! Неужели ты наконец-то согласился, что на всём Веере нет места лучше академии?