Текст книги "Принцесса Сорви-голова в Особой академии (СИ)"

Автор книги: Лина Деева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)

Глава 88

– Так откуда вы меня знаете?

Пиво было вкусным, как и чудом уцелевший в свалке жареный каплун, от камина тянуло приятное тепло, а лицо собеседника выражало дружелюбие и искреннюю заинтересованность. И всё равно Антуан сидел, как на горячих углях.

Рассказать правду? Ведь шевалье тоже известно об умении Мерджина создавать фальшивки и менять внешность жертвам. Но Создатель Безымянный, как же не хочется признаваться в своей беде и просить помощи у человека, с которым поступил… Да несправедливо, что уж отнекиваться!

Вот только Антуан не в том положении, чтобы идти на поводу у королевской гордости. Шевалье – серьёзный союзник, и даже то, что они с Агнесс вновь увидятся… Придётся смириться.

И, не давая себе возможности передумать, он наконец заговорил:

– Поначалу вы наверняка сочтёте мои слова безумием или наглой ложью. Однако прошу: выслушайте до конца и лишь тогда принимайте решение.

Сделав такое вступление, Антуан принялся рассказывать, не забыв упомянуть и те моменты, которые невозможно узнать постороннему: например, учёбу Агнесс в Особой академии. Шевалье слушал внимательно и молча, только морщинка у него в межбровье становилась всё глубже и глубже.

Наконец Антуан замолчал, не без волнения ожидая ответа. Однако шевалье прежде достал из-за борта дорожной куртки маленькое овальное стёклышко в оправе из светло-серого матового металла и внимательно посмотрел через него на Антуана. После чего поднялся из кресла и поклонился:

– Ваше величество, буду рад быть вам полезным.

У бывшего короля не по-королевски перехватило горло. Он тоже выбрался из кресла и сдавленно произнёс:

– Поверьте, шевалье, ваша помощь не останется без вознаграждения. Деньги, дворянский титул…

Во взгляде собеседника отразилась неподдельная укоризна, и Антуан замолчал.

– Ваше величество, я делаю это не ради наград, – со спокойным достоинством ответил шевалье. – А потому что таков долг каждого порядочного человека. Теперь же предлагаю нам обоим подкрепиться и отправляться отдыхать. Если удастся купить для вас лошадь, в столице мы будем уже завтра утром. Осмотримся и на месте решим, как действовать дальше.

Не в силах говорить, Антуан кивнул и с внезапной грузностью опустился на стул.

Он не просто получил помощь там, где не ожидал. Впервые с того момента, как очнулся с чужой внешностью, он до конца поверил, что кампания по возвращению ему трона и облика имеет шансы на успех.

Хозяин постоялого двора чрезвычайно неохотно, но продал им смирную кобылку и сбрую к ней. Выехали после сытного завтрака, и путешествие наконец-то стало доставлять Антуану удовольствие.

Лишь одно маленькое облачко затеняло его приподнятое настроение.

– Кстати, вы не знаете, где гвардейцы? – поинтересовался он у спутника. – На постоялом дворе я их не заметил.

– Уехали рано утром, – беспечно отозвался шевалье. – Не волнуйтесь, к нам они не сунутся.

– В самом деле? – У Антуана не получилось воздержаться от скепсиса. – Хотя они так слушались вас вчера…

Шевалье тонко улыбнулся.

– Потому что узнали. У нас уже возникал, м-м, небольшой спор пару дней назад.

– Вот как, – протянул Антуан и непроизвольно сжал поводья, вспомнив о причине вчерашней драки. – Надеюсь, у этого мерзавца хозяина хватит совести не вымещать злость на служанке.

– Я поговорил с ним, – успокоил шевалье. – И с ней тоже. Объяснил, что стоит рассказать о случившемся жениху – он, кстати, деревенский кузнец. Думаю, если он тоже возьмётся поговорить с неуважаемым Гастоном, работа у девушки станет полегче.

– Отличное решение! – вырвалось у Антуана, и спутник наклонил голову:

– Благодарю, мсье.

«И солдат, и дипломат, – размышлял бывший король, пока лошади бодро несли их по тракту. – Разбирается в магии, как бы ни отрицал это – вспомнить то же волшебное стёклышко, способное показывать истинное обличье. А ещё, без сомнения, настоящий человек чести. М-да, не зря маэстро Рауль дал ему столь высокую оценку, предлагая на службу телохранителем. И совсем неудивительно, что Агнесс отдала ему своё сердце…»

***

День прошёл без происшествий, и когда останавливались на ночёвку в небольшой деревенской гостинице, Антуан чувствовал себя вполовину менее уставшим, чем обычно. Горячий ужин, тёплая вода для умывания, сон на кровати, застеленной свежим бельём – настоящий парадиз после стольких дней бродяжничества. Правда, платил за всё шевалье, но крайне неловко чувствовавший себя Антуан не раз заявил, что сторицей возместит траты.

В отличие от многих монарших собратьев он придерживался мнения, что королю не пристало иметь долги, особенно перед подданными.

Как и было задумано, ворот Сен-Данэ – южного входа в столицу – они достигли ранним утром следующего дня. Вместе с крестьянскими обозами и каретами путешественников беспрепятственно въехали в город и разместились в одной из гостиниц на площади Арчибальда Великого. Позавтракали, после чего шевалье сказал:

– Отправлюсь на рекогносцировку – у меня остались знакомые в королевской страже. А вы побудьте здесь и постарайтесь как следует отдохнуть. Все решительные действия будем предпринимать ночью.

– Хорошо, шевалье. – Антуан запнулся, однако продолжил: – Я считаю, надо обо всём рассказать Агнесс. Если бы я не встретил вас, то, попав сюда, в первую очередь постарался бы увидеться с ней.

При упоминании принцессы лицо шевалье осветила нежность влюблённого, однако он немедленно вернул себе прежнее серьёзное выражение.

– Согласен, мсье. Мадемуазель Агнесс – лучший союзник, какого можно желать. Жаль Берти… мсье Везель уехал.

– Жаль, – не удержал вздох Антуан. Будь все трое выпускников Особой академии здесь, в столице, у Мерджина точно не осталось бы шансов.

На этом и расстались: шевалье отправился на разведку, а бывший король, пользуясь возможностью, – отдыхать за все дни скитаний.

Глава 89

– Стражники говорят, что король изменился после возвращения с большой охоты. Отослал из дворца маэстро Рауля, сменил капитана стражи. Все последние указы подписывает без обсуждения с советниками, а прислушивается, похоже, только к фаворитке, мадам Элиз.

Антуан слушал сжатый доклад вернувшегося шевалье и темнел с каждой новой фразой. Он понимал, зачем самозванцу понадобилось удалять от себя тех, кто хорошо знал его величество. Но вот Элиз… Антуану до последнего не хотелось верить, что вдова – пособница предателя-волшебника. Увы, теперь доказательства были неопровержимы.

– Что мы будем делать? – хмуро спросил бывший король.

– Для начала снесёмся с мадемуазель Агнесс, – ответил шевалье с уверенностью, которой можно было лишь позавидовать. – Как вы, чувствуете в себе силы перебраться через стену королевского дворца?

У Антуана вырвался смешок: король, тайком пробирающийся в свой дворец – это ли не нонсенс? А затем он сказал:

– Этого не понадобится. Во дворец есть тайный ход, о котором не знает никто, кроме меня. Потому с тем, чтобы проникнуть за стену, трудностей не будет.

– Отлично, мсье! – Шевалье не скрывал, насколько он доволен. – Тогда выдвинемся перед полуночью, а пока расскажите мне, пожалуйста, где этот ход начинается и куда ведёт.

***

После дня отдыха Антуан чувствовал себя полным сил и здорового авантюризма и не мог дождаться наступления ночи. Пускай никаких действий против Мерджина они пока не предпринимали, а планировали лишь пробраться в покои принцессы и поговорить с Агнесс, бывший король всё равно воспринимал это началом свержения узурпатора.

Гостиницу покинули незадолго до того, как часы на ратуше городского магистерия пробили двенадцать. Бодрым шагом (и стараясь не попадаться на глаза патрулировавшей улицы ночной страже) добрались до чистого и опрятного района позади холма, на котором возвышался королевский дворец. Домики здесь стояли одноэтажные, утопавшие в зелени, а через каменные, заросшие диким виноградом и плющом заборы перебраться было легче лёгкого.

Что Антуан с шевалье и сделали: убедившись, что их никто не видит, перемахнули через ограду одного из домиков и крадучись двинулись в глубину старого сада. На их удачу, половинка растущей луны давала достаточно света, и шевалье не пришлось зажигать прихваченный с собой потайной фонарь.

Впрочем, последний должен был им понадобиться позднее. А пока они без помех добрались до стоявшего в саду мраморного павильона – запущенного, как и всё остальное здесь.

– За этим домом присматривает чета старых слуг, – объяснял Антуан, когда они с шевалье обсуждали в гостинице план действий. – Их считают хозяевами, но на самом деле домом владею я. И когда старики отправятся в Чертоги Создателя, на их место вселится кто-нибудь ещё.

– Но они не знают, что это за дом? – уточнил шевалье.

– Нет. Официально это и небольшое денежное довольствие – награда за долгую и верную службу.

И вот теперь старики мирно спали, даже не подозревая, что у них в саду бывший король мерит шагами павильон, высчитывая нужное место на полу.

– Вот она! – наконец шёпотом воскликнул Антуан и обеими ногами прыгнул на мраморную плитку, ничем не отличавшуюся от своих товарок.

Однако разница была, пусть и скрытая от чужих глаз. Иначе часть пола перед ней не ушла бы под землю, открывая чернильный зев потайного хода. Оттуда пахнуло сыростью и затхлостью, но убегавшие вниз каменные ступени выглядели вполне надёжными.

Антуан повернулся к спутнику:

– Спускайтесь. Когда окажетесь внизу, я побегу за вами – если сойти с плитки, проход начнёт закрываться.

Шевалье без лишних вопросов зажёг фонарь и начал осторожно спускаться, не забывая внимательно осматривать стены и ступеньки. Наконец до Антуана долетел его приглушённый голос:

– Внизу! – и бывший король заторопился следом.

Он успел спуститься где-то до середины лестницы, когда дыра над головой мягко закрылась. И если бы не фонарь в руке шевалье, они оба остались бы в могильной тьме.

– Ход прямой. – Несмотря на то что здесь некому было их услышать, Антуан предпочёл произнести это вполголоса. – Где-то с полгода назад я ходил по нему, правда, в обратном направлении, и могу уверенно сказать: пройти можно беспрепятственно.

– Превосходно, – отозвался шевалье. – Я иду первым, если не возражаете.

Антуан не возражал, и они гуськом двинулись вперёд. Ход был не особенно высокий и широкий – шевалье, например, приходилось пригибаться, – однако воды на полу не было и с потолка не капало. Идти же оказалось и впрямь немного: бывший король, интереса ради считая шаги, насчитал порядка двухсот. Затем ход начал забирать вверх и вскоре закончился очередными ступенями.

– Теперь осторожно, – тихо предупредил Антуан. – Конечно, ни слугам, ни страже сейчас нечего делать в винном погребе, но мало ли.

Шевалье кивнул, бесшумно поднялся по лестнице до круглой дверцы в стене и надавил на неё обеими руками.

Дверца сдвинулась – медленно-медленно.

– Привезли вино нового урожая, – предположил Антуан, присоединяясь к шевалье. – Наполнили бочку, поэтому так тяжело.

Вдвоём они всё же сумели приоткрыть дверь настолько, чтобы можно было пробраться в щель, и бесшумно выбрались из хода.

Ход и впрямь привёл их в винный подвал, заставленный бочонками и козлами с тусклыми от пыли бутылками. Сдвинутая бочка, маскировавшая дверцу, была возвращена обратно, и Антуан со спутником тихо подошли к выходу из подвала, где очутились в затруднительном положении: дверь, вполне логично, оказалась заперта.

Однако затруднением это выглядело лишь для Антуана. Шевалье без малейшей заминки, извлёк из кармана куртки хитро скрученную проволочку и вмиг отпер замок.

«Этому тоже учат в Особой академии?» – не без настороженности подумал Антуан.

Но расспросы сейчас были неуместны, потому он осторожно выскользнул вслед за спутником, и они заспешили наверх – к комнатам принцессы.

***

Расписание караулов не изменилось, иначе как объяснить то, с какой ловкостью шевалье провёл спутника на три этажа вверх, не столкнувшись со стражей? И вот они уже стояли перед дверью в спальню Агнесс, за которой была полнейшая тишина.

Набрав воздуха в грудь, Антуан поднял руку, чтобы постучать. Однако шевалье жестом остановил его и стукнул сам: тихо и отрывисто.

«Если спит, не проснётся», – мелькнула мысль у Антуана.

Однако Агнесс не спала. Не успел нервничавший король досчитать до десяти, как замок негромко щёлкнул. Дверь приоткрылась, и в проёме возникла Агнесс, одетая в сарацинский домашний наряд и с кинжалом в руке. Но стоило ей увидеть шевалье, как оружие неуловимым движением скользнуло в ножны, а принцесса просияла совершенно счастливой улыбкой.

– Вы?!

Шевалье прижал палец к губам, призывая её к молчанию, и подвинулся, чтобы можно было заметить Антуана. Увидев незнакомца, Агнесс нахмурилась, и тогда шевалье подал ей волшебное стёклышко. Один взгляд через него – и дочь ахнула, прижав ладони к губам. Впрочем, в следующее мгновение она совладала с собой и отступила в глубину комнаты, безмолвно приглашая войти. Антуан и шевалье последовали приглашению, и дверь тихо и плотно закрылась за их спинами.

Глава 90

– Отец!

Агнесс бросилась к нему, и король крепко прижал дочь к груди. В горле опять стоял ком, мешая выдавить из себя хотя бы звук в ответ на девичий лепет:

– Но как, что с вами случилось? Вы ведь ещё несколько часов назад… Или погодите. – Агнесс отстранилась и посмотрела ему в лицо. – Это были не вы, правда? И с охоты вернулись не вы, а… – Черты её вмиг стали жёстче. – Новая марионетка Мерджина?

– Хуже, дочь. – К Антуану вернулся голос, однако прозвучал он хрипло, как после долгого молчания. – Это сам волшебник, принявший моё обличье.

Агнесс сжала кулачки.

– Так вот почему он побоялся поговорить со мной лично, а прислал эту мерзавку Элиз! И убрал из дворца маэстро Рауля и капитана Боуи!

– Поговорить с тобой лично? – Это было что-то новое, и Антуана кольнуло нехорошее предчувствие. – О чём?

Дочь скривилась.

– О замужестве. Элиз сообщила, что король написал письма правителям Ромаэ и Дойча, предлагая династический брак. Разумеется, я выгнала нахалку с напутствием, что подобное буду обсуждать только с отцом. Однако он так и не пришёл.

– Не удивительно, – подал голос шевалье. – Вы бы наверняка заметили перемену в его поведении и манере разговора. И новый виток истории с замужеством тоже закономерен: Мерджину нужно отправить вас подальше от Фракии, чтобы уж точно никто не начал задавать неудобные вопросы.

– А теперь куда-нибудь подальше отправится он! – мстительно подхватила Агнесс. – Жаль, Берти нет, а вызвать его означает потерю времени… Но мы справимся и сами.

– Уверен, – согласился шевалье. – Ведь по сути, всё, что нам нужно, это оказаться с самозванцем лицом к лицу.

Антуан вспомнил, как произошло обратное превращение дочери и Адальберта, и уточнил:

– Но точно ли хватит просто схватить Мерджина за руки?

– Вполне, – подтвердила Агнесс. – Берти объяснял, что заклятие обмена внешностью очень сложное и нестабильное. Потому лучше всего отправить отдавшего внешность как можно дальше, чтобы он своим присутствием не вносил дисгармонию в нити плетения.

– А физический контакт, – продолжил шевалье, – рвёт их, как паутину. Таким образом, задача сводится к тому, где и как застать Мерджина врасплох.

И они оба посмотрели на Антуана. Тот недолго подумал, затем кашлянул, прочищая горло, и начал:

– С одной стороны, хорошо бы сначала узнать, не изменил ли он королевский распорядок…

Увы, Агнесс в ответ на вопросительный взгляд лишь с виноватостью пожала плечами.

– Не знаю. Я, к своему стыду, почти не следила за происходившим во дворце.

Антуан кивнул и продолжил:

– Но если всё осталось по-прежнему, то вариантов три. Ночью в спальне, в купальне во время омовения или в молитвенную паузу, когда король находится в одиночестве перед началом ежедневного приёма в тронном зале.

– Завтра проверю все возможности, – серьёзно пообещала Агнесс. – От принцессы не заподозрят подвоха.

– Если дать этому естественное объяснение, – поправил шевалье. – Вы ведь все эти дни провели затворницей?

Агнесс отвела глаза.

– Можно и так сказать.

– Тогда нужна причина, почему вы решили выйти из комнат.

Дочь взмахнула рукой.

– О, это легко! Слова Элиз о замужестве. Король не пришёл сам, и я решила сама поговорить с ним.

– Но тебе лучше не встречаться с узурпатором. – Антуан не на шутку встревожился. – Мало ли что придёт ему на ум!

– В последний момент я якобы передумаю, – успокоила Агнесс.

– И всё же будьте предельно осторожны. – Шевалье тоже не нравилась предложенная «разведка боем».

– Не тревожьтесь, – тепло улыбнулась ему Агнесс, и Антуан вдруг подумал, что будь они вдвоём, дочь взяла бы бывшего телохранителя за руку. – Со мной ничего не случится. Давайте лучше подумаем о другом: когда отец вернёт себе внешность, что мы будем делать с Мерджином? Мы ведь не маги.

– Его по-прежнему можно отправить в Басталью, – предложил Антуан, за время пути в столицу немало размышлявший об этом. – Главное, довести его до глушащей магию камеры.

Шевалье и Агнесс переглянулись, и первый предположил:

– Снова удар по темечку? И побыстрее оттащить волшебника в тюрьму.

– Пожалуй, – неуверенно отозвалась вторая. – Только бы успеть.

– Постараемся. – Шевалье задумался и внёс новое предложение: – Как считаете, не привлечь ли на нашу сторону маэстро Рауля и капитана Боуи? Волшебное стекло поможет убедить их, что на троне сидит самозванец.

– Хорошая мысль, – одобрил Антуан. – И я заранее подготовлю приказ о заключении волшебника в Басталью. Вот только нужна гербовая бумага.

– Я достану, – кивнула Агнесс. – И знаете, мне пришла одна мысль… А что, если перед операцией я якобы сбегу?

– Зачем? – удивился Антуан.

– Чтобы отвлечь стражу, – объяснила дочь. – В прошлый раз вы ведь отправили почти весь гарнизон на поиски.

– Да, но Мерджин может так не поступить, – возразил шевалье. – Ему, наоборот, выгодно удалить вас от королевского двора.

Агнесс мотнула головой.

– Ему выгодно отправить меня в соседнюю страну в качестве жены какого-нибудь принца. А если я просто буду разгуливать где-то на свободе, его это станет нервировать.

– Пожалуй, ты права, – протянул Антуан, и шевалье кивнул, соглашаясь.

После чего прибавил:

– Однако в любом случае сначала нужно составить план действий. Потому пока расходимся, а завтра в это же время мы придём сюда и, надеюсь, приведём с собой новых союзников.

– Буду ждать, – серьёзно ответила Агнесс.

И то, как она при этом посмотрела на шевалье, заставило сердце Антуана дрогнуть.

Бедная влюблённая девочка. Как-то она переживёт новое расставание с этим человеком?..

Если, конечно, их рискованное предприятие увенчается удачей.

Глава 91

Маэстро Рауль и бывший капитан королевской стражи поверили в настоящую личность Антуана не сразу: мол, стёклышко и стёклышко, кто знает, какие чары на него наложены? Однако несколько упомянутых бывшим королём фактов, о которых неоткуда было узнать постороннему, переубедили скептиков. Они с пылом согласились участвовать в кампании по возвращению трона законному хозяину, и поздним вечером уже четыре тени крались по старому саду в заброшенный павильон.

Как и вчера, они без осложнений пробрались в замок и аккуратно, стараясь не оставлять на пыли следов, выбрались из винного погреба. Поднялись на третий этаж, но стоило шевалье осторожно выглянуть из-за угла, чтобы оценить ситуацию перед дверью в покои принцессы, как он тут же подал знак замереть.

– Что там? – выдохнул встревоженный Антуан, и шевалье уступил ему место.

Бывший король опасливо выглянул в коридор и скрипнул зубами. У покоев Агнесс стояли два стражника с алебардами.

«Неужели Мерджин о чём-то догадался?» – ёкнуло сердце.

А выглянувший следом капитан Боуи говорящим жестом ударил кулаком по раскрытой ладони и вопросительно указал в сторону охранников (или, скорее, тюремщиков).

«Оглушаем?» – расшифровал его знак Антуан.

И к удивлению остальных, шевалье качнул головой: «Нет», – и маэстро Рауль кивком согласился с ним. А затем сделал знак взглянуть на стражников ещё раз.

Антуан бросил ещё один осторожный взгляд из-за угла и понял, что имели в виду соратники. Солдаты не просто стояли – они спали стоя, и не падали лишь благодаря тому, что удачно прислонились к стене и опирались на алебарды.

– Они нас не услышат? – недоверчивым шёпотом уточнил капитан Боуи.

Шевалье легко улыбнулся и мягкой походкой хищника выскользнул в коридор. Подошёл к стражникам, внимательно вгляделся в их лица и негромко стукнул в дверь.

Антуан и остальные затаили дыхание, но единственным ответом на стук стало то, что дверь осторожно приоткрылась. Из неё выглянула Агнесс, счастливо разулыбалась при виде визитёра и отступила, подавая знак войти. В свою очередь шевалье вопросительно посмотрел на прятавшихся соратников, и те, возглавляемые Антуаном, покинули укрытие и на цыпочках прокрались в комнату принцессы. Замыкающим стал шевалье, который, войдя, не забыл запереть дверь на замок.

– Идёмте в гостиную, – тихо предложила Агнесс. – Сонное зелье, конечно, надёжное средство, однако не стоит рисковать быть услышанными.

И маленькая «армия освобождения» перебралась в смежную комнату, где принцесса с большим чувством обняла сначала маэстро Рауля, а затем капитана. Последний при этом жутко смутился, а Агнесс от души произнесла:

– Господа, очень рада видеть вас в добром здравии и среди защитников королевской чести!

– Мы там, где место всякому уважающему себя подданному его величества, – ответил маэстро. – Однако, ваше высочество, мы ждём от вас рассказа, почему к вам вдруг приставили стражу.

– Чтобы не сбежала. – Агнесс состроила презрительную гримасу. – Спустя сутки Мерджин наконец сообразил, что меня может посетить подобное желание. Караульные стоят и под окнами, вот только, – она горделиво расправила плечи, – я не собираюсь повторяться. У меня достаточно сонного зелья, чтобы усыпить дюжину тюремщиков.

От последнего заявления капитан Боуи крякнул, а на лице маэстро Рауля отразилась гордость за ученицу.

– Но вам удалось разузнать, чем занимается король в течение дня? – Шевалье не дал разговору отойти от насущных дел.

– Да. – Агнесс посмурнела. – Он перестал посещать купальню, а караул у королевской спальни увеличен до пяти человек и сменяется каждый час.

Бывший капитан стражи прицокнул:

– Как он, однако, боится за свою шкуру!

– Можно понять, – наклонил голову маэстро. – Но, насколько я помню королевский распорядок, есть ещё «время тишины», когда король остаётся в тронном зале один.

– Ненадолго – полчаса от силы, – уточнил Антуан. – Больше времени мы получим, если устроим нападение ночью.

– Сначала придётся вырубить стражу. – Шевалье как будто разговаривал сам с собой.

– Опоим их снотворным, – немедленно предложила Агнесс.

Шевалье задумчиво посмотрел на неё.

– Кстати, как вам это удалось?

Дочь повела плечами.

– Мне принесли ужин, и я разыграла, будто боюсь отравления. Стражники, конечно, были в изумлении, но всё-таки съели по кусочку от всего, а кувшин с морсом вообще забрали полностью. Туда-то и было подмешано снотворное.

– Вы рисковали, – спокойно заметил маэстро Рауль. – Морс не пиво, охранники могли его и не выпить.

– Пиво бы они точно не выпили, – спокойно возразила Агнесс. – Всё-таки на службе.

– Это точно, – подтвердил капитан Боуи. И, забыв, что он уже бывший капитан, погрозил: – За пиво бы им от меня ух!

– В любом случае это риск и потери времени, – произнёс шевалье. – Выпьют или нет, как быстро подействует снотворное… – Он немного помолчал и обратился к Антуану: – Скажите, ваше величество, в королевскую спальню не ведёт никакой потайной ход?

– Ни в коем случае! – ответил Антуан. – И как раз потому, чтобы по нему не могли забраться, м-м, люди с недобрыми намерениями. Зато, – вдруг осенило его, – должен быть ход в тронный зал! Как запасной путь отступления в непредвиденных обстоятельствах.

– Тогда, полагаю, – сказал маэстро Рауль, – выбор места для решающей схватки очевиден.

– Пожалуй, что так, – кивнул шевалье. – Тем более на двери зала есть внутренний запор.

Он обвёл взглядом собравшихся:

– Возражения?

И когда стало ясно, что возражений не будет, Агнесс указала на стол у окна, где предусмотрительно лежали бумага и письменный прибор.

– Раз так, господа, приступим детальному обсуждению.