Текст книги "Телохранители тройного назначения (ЛП)"

Автор книги: Лили Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 28 страниц)

Глава 21

Брайар

– Я, э-э, посмотрю, смогу ли изъять эти истории, – говорит Джули, нарушая неловкое молчание. Я вяло киваю, и она крадется к двери номера, тихо закрыв ее за собой.

Я оседаю на месте, гнев покидает меня.

Может быть, все эти журналы правы. Может быть, я и есть главная сука Британии. И Лос-Анджелеса тоже, по-видимому.

– Брайар, – тихо говорит Кента из-за стола.

Я качаю головой.

– Простите, – шепчу я, потирая лицо. – Это было грубо. Я не хотела на вас огрызаться.

Глен раскрывает объятия.

– Иди сюда, ласс.

Я делаю шаг назад.

– Не надо. Не нянчись со мной, не обнимай меня и не говори, что всё в порядке. Это не так. Я веду себя ужасно. – Я тру лицо. – Я сожалею, что прервала встречу. Я просто… устала чувствовать, что ничего не контролирую.

Я падаю на диван, вытаскивая свой телефон.

– Ну, то есть, посмотри на это. – Я открываю свой последний пост в Instagram. Это фотография, на которой я в бикини лежу у своего бассейна. Как обычно, всякий раз, когда я показываю более пяти сантиметров кожи, тонна парней тут же выплескивает свою сперму. – «Мне все равно, сука она или нет, – читаю я вслух, – я бы все равно ей вдул». «Спасибо за пополнение коллекции порно, любовь моя». «Ясно же, что я печатаю это одной рукой?». – Я с отвращением бросаю телефон на диван. – Это никогда не закончится. Никогда, никогда, никогда. Сталкеры, фотографирующие голую меня через окна. Целые команды людей, говорящие мне, что я могу делать, а что нет. И теперь, по-видимому, пресса узнала о взломе. Итак, ещё и журналы, зарабатывающие деньги на том, что я подверглась сексуальному насилию. Я просто хочу хоть толику контроля над своей, блять, жизнью и телом, понимаете?

– Нет, – мягко говорит Кента. – Не понимаем. Я даже представить себе не могу, каково это.

Я вздыхаю и поворачиваясь к Глену, когда он садится на диван рядом со мной.

– Слушай, я знаю, что мы переспали всего один раз, но не хочешь ли ты сделать это снова? Я думаю, что, если буду сверху, то почувствую себя намного лучше.

Глен давится воздухом.

– Я… эм… – Я пристально смотрю на него. – Я на дежурстве.

– Дерьмо. – Он снова раскрывает объятия, и я падаю в них. Он начинает разминать мои плечи. Это приятно, но от этого мне только хуже. Он такой милый, а я веду себя как избалованный ребенок.

– Мне жаль, – бормочет он мне на ухо.

Я фыркаю.

– Не извиняйся. Ты не обязан трахать меня каждый раз, когда я закатываю истерику. – Боже, хотя это было бы здорово. Забрать свое собственное тело у всех людей, которые постоянно объективизируют и унижают меня.

Он кусает меня за ухо.

– Если ты в таком отчаянии, ласс, я уверен, что Кента с радостью позаботится о тебе. Он любит, когда им командуют в постели.

Я хмурюсь.

– Что? Что это значит?

Он напрягается подо мной.

– Прости. Я не имел в виду, что ты…

Я поворачиваюсь к Кенте.

– Что это значит? – повторяю я, медленно.

Кента расслабленно сидит на диване, слегка закатывая глаза.

– Он имеет в виду тот факт, что я предпочитаю, когда главная – женщина.

– Что? Ты? – Кента вряд ли доминант, но он обладает спокойной властной аурой, которая даже более впечатляющая, чем размеры Глена или наполненный тестостероном голос Мэтта. Несмотря на то, что он обычно говорит тихо, все всегда слышат и делают то, что он говорит.

Он пожимает плечами.

– Я не возражаю, чтобы мной командовала красивая женщина. Это дает мне передышку от того, чтобы запихивать бедных девушек в машины и запирать их в гостиничных номерах на весь день.

Я облизываю губы.

– А ты хочешь заняться со мной сексом? – требовательно спрашиваю я. Я чувствую, как смех Глена грохочет в его груди.

– Что? – Я хмуро смотрю на него.

– Ты такая прямолинейная, ласс. Нам никогда не делали подобных предложений.

– Я требовательная дива, помнишь? Я хорошо умею просить то, что хочу. – Я поворачиваюсь обратно к Кенте. – Ну?

Глаза Кенты сверкают..

– Я бы, естественно, не отказался.

– Прямо сейчас?

Он выглядит довольным и наклоняет голову, предлагая мне свои губы. Желание пронзает меня, такое сильное, что я почти теряю сознание.

Я никогда особо не задумывалась о роли доминанта в сексе. Я знаю, что мне нравится быть сверху, но это всего лишь физиология; так легче кончить. Но прямо сейчас мой большой сильный телохранитель смотрит на меня сквозь ресницы, и это чертовски горячо.

Всё ещё сидя на коленях у Глена, я наклоняюсь вперед, кладу руку под подбородок Кенты и прижимаюсь своими губами к его. Его губы приоткрываются во вздохе. Он поднимает свою большую руку и мягко кладет её мне на поясницу. Я отстраняюсь.

– Никаких прикосновений, – приказываю я. Его зрачки расширяются. – Положи руки на диван.

Он делает, как я говорю. Дрожь возбуждения пробирает меня.

Наверное, это неправильно, что я завожусь от того, что кто-то слушается меня, когда я говорю им не прикасаться ко мне. Но люди постоянно прикасаются ко мне без моего согласия. Я не могу выйти из своего дома и не оказаться схваченной фанатами, умоляющими обняться и сделать селфи, или не оказаться в толпе папарацци, окружающих меня своими телами. Кента ничего не сделает, пока я ему не прикажу, и от этой мысли меня обдает жаром.

Я оглядываюсь на Глена.

– Ты не возражаешь?

– Почему я должен возражать? – бормочет он с выражением лица, которое я не могу прочитать. – Не мое дело.

– Я не хочу вызывать разногласия между вами тем, что пересплю с обоими.

Кента смеется.

– Мы к этому привыкли.

– Не так уж много девушек было в САС?

– Неа. Они позволили женщинам вступить в их ряды, только после нашей отставки. Но я не это имел в виду. – Его взгляд падает на мои губы. – Глен, Мэтт и я часто делили женщин.

Он произносит это так непринужденно, будто это не самое ошеломляющее предложение, которое когда-либо могло слететь с его уст. Я пристально смотрю на него.

– Вы что?

Он пожимает плечами.

– Это долгая история.

– У вас были групповушки. С женщинами. Регулярно.

– Не знаю насчет регулярно…

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Глена. Его щеки пылают, пока он смотрит на меня.

– Когда ты заканчиваешь дежурство?

Глен смотрит на часы.

– Через двадцать минут.

– Хочешь присоединиться?

Его губы приоткрываются.

– Да.

Святое дерьмо. У меня будет тройничок. День действительно становится лучше.

– Отлично. – Я хватаю Кенту за воротник, поднимая его с дивана. – Я просто буду держать его на грани, пока ты не придешь. – Кента стонет, низкий, глубокий звук вырывается из его груди, пока я практически тащу его в свою спальню. Отбросив в сторону свой чемодан, я веду его к кровати, кладу руки ему на плечи и толкаю на матрас. Он смотрит на меня, его глаза темнеют.

Глен делает шаг вперед, чтобы закрыть дверь.

– Могу я дать тебе совет? – спрашивает он с порога.

Я сажусь сверху на живот Кенты, расстегивая пуговицы на своей рубашке.

– Я знаю, в какую дырку нужно всунуть, спасибо.

Глен хихикает.

– Останься в каблуках. Они сводят его с ума.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть вниз на Кенту, который пристально наблюдает за мной.

– И сейчас тоже? – Я практически мурлычу. Он проводит рукой по моей ноге, не отрывая от меня взгляда.

– Ты потрясающая, – говорит он, его голос становится ниже. – Ты всегда выглядишь потрясающе.

Его глаза почти до боли искренние, и я чувствую, как сердце трепещет у меня в груди. Встряхнувшись, я протягиваю руку, чтобы распустить свой конский хвост.

Кента собирается снять свою рубашку, но я хватаю его за руки, останавливая.

– Нет, – приказываю я. – Я тебя раздену.

Он замирает, позволяя мне расстегнуть его белоснежную рубашку и стянуть её с его плеч. Я пробегаю глазами по его мощной мускулистой груди. Он немного худее Глена, но такой же подтянутый, а его кожа золотистого цвета. Я провожу кончиками пальцев по его прессу, наблюдая, как мышцы напрягаются под моими прикосновениями, затем тяну его за плечо. Я хочу получше рассмотреть его заднюю часть.

– Повернись.

Он колеблется, небольшая морщинка появляется на его лице.

Я делаю паузу.

– Кента?

Он поворачивается, открывая моему взгляду свою спину. Мой рот приоткрывается.

Да, его татуировка великолепна. Это замысловато изображенный феникс, поднимающийся из столба дыма. Детальная проработка невероятна. Я вижу каждое отдельное перышко на крыльях птицы.

Но это не то, что привлекает мое внимание. Я наклоняюсь вперед, чтобы рассмотреть поближе. Под густыми чернилами кожа покрыта ужасного вида шрамами, пересекающими его спину крест-накрест. Некоторые из них толстые и вздувшиеся, а другие тонкие, словно от лезвия ножа. Едва ли миллиметр его кожи остался невредимым.

На секунду я застываю, гнев поднимается во мне. Тот, кто ранил Глена, добрался и до Кенты. Они порезали его. Они искромсали ему спину. Кипя от злости, я наклоняюсь и целую цветок огня, струящийся изо рта феникса. Кента расслабляется подо мной.

– Есть что-нибудь, чего я не должна делать? – тихо говорю я.

Я практически слышу как он улыбается.

– Я в порядке, Брайар. Правда.

– Хорошо. – Я опускаю руки к его ремню и тяну. – Тогда снимай свои штаны.

Он смеется, соскальзывает с кровати и сбрасывает брюки. У меня практически слюнки текут, пока я пялюсь на его мускулистые бедра и обтягивающее черное нижнее белье. Он хочет вернуться на кровать, но я кладу руку на его пресс, прижимая его к стене.

– Стой там, – приказываю я, мой голос внезапно охрип. – Сними свое нижнее белье.

Он молча скидывает свои боксеры, оставляя их на полу. Он большой. Наверное, не такой большой, как Глен, но все равно такой большой, что у меня от нервов сжимается живот.

– Не двигайся, – шепчу я, обхватывая пальцами его стояк. Я провожу кончиками пальцев по нежной, бархатистой коже. Кента вздрагивает, но остается неподвижным. Я чувствую, как он пульсирует в моей руке.

Взглянув на него, я падаю на колени. Он резко втягивает воздух. Я наклоняюсь вперед и целую каплю его возбуждения, блестящую на головке. Жар пронзает меня, когда я ощущаю пьянящий мужской вкус во рту. Я не ожидала, что он такой вкусный.

– Ты должен будешь сказать мне, если я сделаю что-то, что тебе не понравится, – мягко говорю я, щелкая языком, чтобы слизнуть следующую появившуюся капельку влаги. – Я никогда не делала этого раньше. – Он застывает, удивленный, и я смеюсь. – Я знаю, знаю. Все думают, что я следующая Вавилонская блудница^[32]. Но, честно говоря… – Я оставляю поцелуй под его стволом. – Мне никогда раньше не хотелось становиться на колени перед мужчиной.

– Я так не думаю о тебе, – говорит он хрипло.

Я поднимаю на него взгляд. Его взгляд темный и затуманенный, сфокусированный на мне.

– Я знаю это, – шепчу я, затем обхватываю его губами, заглатывая так глубоко, как только могу.

Реакция не заставляет себя ждать. Кента задыхается, отчаянно дергаясь на моем языке. Он удивительно приятно ощущается у меня во рту; восхитительно твердый и мягкий одновременно, как горячий железный прут, завернутый в бархат. Я радостно мычу и начинаю двигаться, двигая ртом вверх и вниз по его длине. Всё тело Кенты дрожит подо мной. Еще больше предэякулята появляется на его головке, и вместо того, чтобы лизнуть, я начинаю сосать, сильно.

Его руки опускаются к моей голове, пальцы запутываются в моих волосах, когда его колени подгибаются.

– Брайар…

– Тсс, – говорю я ему. – Не двигайся. – Звук, полный боли, исходит из его горла. Я сосу в течение следующих нескольких минут, сохраняя сильное давление своих губ. Ровные, непрекращающиеся толчки у меня во рту становится всё более отчаянным, и его бедра начинают дергаться под моими руками.

– Брайар, пожалуйста, милая… – Руки Кенты скользят по моим волосам. Я поднимаю на него взгляд. Его красивое лицо напряжено, искривлено от удовольствия и агонии. – Пожалуйста, просто… пожалуйста, позволь мне прикоснуться к тебе, – умоляет он. Горячее чувство силы захлестывает меня, и я улыбаюсь. Прямо сейчас я – та, кто всё контролирует. И это потрясающее ощущение.

Я слегка отстраняюсь, чтобы произнести:

– Скажи мне, – шепчу я. – Когда будешь близок к тому, чтобы кончить.

Он медленно кивает, его грудь тяжело вздымается. Я продолжаю отсасывать ему, двигаясь вверх и вниз по его длине, и просовываю одну руку между своих бедер.

Кента опускает взгляд и замечает, что я трогаю себя. Очевидно, это его переломный момент. Его бедра выгибаются, и он вздрагивает всем телом, сильно дергая меня за волосы.

– Брайар… – вскрикивает он. – Остановись! Иисусе, милая, я не могу…

Я осторожно отстраняюсь, пока он не выскакивает у меня изо рта. Тяжело дыша, Кента крепко сжимает основание своего влажно блестящего члена в кулаке. Я поднимаю на него взгляд.

Он на грани. Его щеки и губы покраснели, хвост растрепался, а золотистая грудь слегка блестит от пота.

– Пожалуйста, – снова говорит он низким и умоляющим голосом. – Позволь прикоснуться к тебе.

Я рассматриваю его мгновение, затем встаю, обвиваю руками его шею и притягиваю его рот к своему. Он стонет, крепко целуя меня в ответ, его язык проникает в мой рот. Я дрожу рядом с ним. Все мое тело словно в огне. Рука Кенты скользит вверх по моей спине, сжимая в кулак ворот моей рубашки.

– Могу я её снять?

Я поднимаю руки, позволяя ему стянуть рубашку через голову. Она падает на пол, и он молча смотрит на мой бюстгальтер. К счастью, сегодня он красивый: розовый, усыпанный маленькими цветочками. Он тянется, чтобы прикоснуться ко мне, затем останавливается, отдергивая руку. Я вижу, как бьется пульс у него на шее. Его темные глаза смотрят в мои, ожидая.

Боже, я люблю это ощущение. Кента намного крупнее меня, но это не имеет значения. Власть здесь у меня. Он будет делать только то, что я ему скажу.

– Потрогай их, – говорю я. Облегчение меняет его лицо. Он снова тянется ко мне, но я ловлю его за запястье прямо перед тем, как кончики его пальцев коснутся моей кожи.

– Только с помощью рта, – тихо говорю я.

Он стонет, утыкаясь лицом между моих грудей. Я вздыхаю, когда он проводит ртом по всей моей коже, обдавая меня горячим воздухом.

– Есть что-нибудь, чего я не должен делать? – бормочет он, покусывая кружево на одной из чашечек.

– Не кончай на меня. На мою кожу.

– Иисусе. – Он оставляет горячий поцелуй между чашками, заставляя меня вздрогнуть в его объятиях. – Я знаю, как чувствовать людей.

Я смеюсь, запрокидывая голову, и его улыбка становится ещё шире. Он притягивает меня обратно для ещё одного поцелуя. Его эрекция упирается мне в живот, и я наклоняюсь, чтобы погладить её. Каждая мышца в его теле напрягается.

– Брайар, – начинает он. – Пожалуйста, Боже, я больше не могу терпеть.

Раздается скрип, а затем позади нас открывается дверь в спальню. Я поворачиваюсь и вижу силуэт Глена, закрывающий свет из коридора. Он прочищает горло, его глаза пробегают по нам двоим.

– Спасибо, что присоединился к нам, – вежливо говорю я. – Твоя очередь.

Глава 22

Кента

Я никогда в жизни не был так рад видеть своего товарища по команде. Глен стоит в дверях, изучая нас обоих.

– Он всё ещё держится? – спрашивает он непринужденно.

Брайар легко проводит пальцами под моим набухшим стволом, смеясь, когда мои бедра непроизвольно выгибаются.

– Я говорила тебе, – шепчет она, ее дыхание щекочет мне щеку. – Что поиграю с ним.

Глен подходит ближе, изучая мое лицо.

– Всё в порядке, Ли?

Я зажмуриваюсь, задыхаясь, когда Брайар двигает своей рукой. Капелька пота стекает по моей шее сзади. Я едва могу говорить.

– Отвали, – выдавливаю я.

Брайар улыбается, притягивая мое лицо к своему для долгого слюнявого поцелуя, затем отходит и указывает на матрас.

– Сядь, – говорит она мне. Я с благодарностью опускаюсь на простыни, разгоряченный и весь дрожащий. Она поворачивается к Глену. – Раздевайся.

Глен бросает на меня веселый взгляд.

– Я так не думаю, ласс.

– Разденься, пожалуйста? – пробует она. – Поверь мне, тебе это понравится намного больше, если ты будешь голым.

Он просто смеется, хватая подол своей футболки и стаскивая её через голову.

– Ты – та ещё штучка, – бормочет он, надвигаясь на неё. – Но, боюсь, я не такой, как Кента, любовь моя. Мне не очень нравится, когда мной командуют.

Она открывает рот, но прежде чем успевает сказать хоть слово, Глен обнимает её и притягивает к своей груди, одной рукой легко расстегивая её лифчик сзади. Она взвизгивает от удивления – на самом деле взвизгивает, что совершенно очаровательно, – затем с тихим вздохом прижимается к нему, когда он начинает ласкать её груди, сжимая и перекатывая их в своих руках. Она так отвлечена, что, я думаю, даже не замечает, как он быстро расстегивает молнию на её розовой мини-юбке. Она падает на пол, собираясь лужицей вокруг её лодыжек и открывая вид на пару миниатюрных белых трусиков. Я пробегаю глазами от её туфель на шпильках до её округлой задницы. Каблуки делают её подтянутые, гладкие ноги невероятно сексуальными.

Глен легонько шлепает её по одной из ягодиц.

– На кровать, – говорит он ей на ухо, мягко толкая на матрас. Она обвивает руками его шею и тянет его за собой вниз, так что они оба валятся на простыни.

Я скатываюсь с кровати и, пошатываясь, бреду к чемодану Глена, роясь в поисках коробки «Trojan»^[33], которую засунул туда, пока мы собирались в путь. Я, конечно, не думал, что буду тем, кто воспользуется ими, но очень рад такому развитию событий.

Позади меня раздаются тихие стоны и вздохи, и я поворачиваюсь, чтобы увидеть Брайар, сидящую на коленях у Глена, её руки обвивают его шею, пока она трется о его промежность. Они целуются так страстно, что практически поглощают друг друга, их руки вцепляются в тела друг друга.

– Я скучала по тебе, – выдыхает она ему в рот, запуская пальцы в его волосы. – Я думала, ты меня больше не хочешь.

– Я очень сильно хотел тебя, ласс. Я просто… – Он вздрагивает, когда она проводит языком по его горлу. – Я предполагал, что это была разовая акция.

– Почему?

Он пожимает плечами.

– Я не из тех мужчин, с которыми женщины трахаются дважды.

Она отстраняется, нахмурившись.

– Что это должно означать?

Он не отвечает, притягивая её для ещё одного поцелуя. Она сдвигается, и я вижу блестящую влагу, мерцающую на внутренней стороне её бедра. Такое чувство, что вся кровь в моем теле приливает к яйцам. Я больше не могу сдерживаться. Если я не кончу в ближайшее время, я действительно могу взорваться.

Я разрываю упаковку презерватива и надеваю его, забираясь обратно на кровать. Глен кивает мне через плечо Брайар.

– Оседлай его, – хрипит он. – Я хочу посмотреть, как ты выглядишь в такой позиции.

Она прищуривает глаза, услышав команду, но не может скрыть жар, поднимающийся по её шее.

– Тебе повезло, что ты такой чертовски красивый, – бормочет она, заставляя Глена покраснеть. Она забирается ко мне на колени и берет моё лицо в ладони. Её бирюзовые глаза сталкиваются с моими, цвета солнечного света, пробивающегося сквозь море. Она гладит мои щеки большими пальцами, не отрывая от меня взгляда, когда приподнимает бедра и скользит вниз по моей длине. Меня переполняет ошеломляющее чувство облегчения, когда я погружаюсь в её пылающий жар. Она сжимается вокруг меня, и мои глаза плотно закрываются.

– Иисусе, – хриплю я. Она крепче сжимает мои плечи и медленно начинает двигать бедрами, покачиваясь. Я откидываю голову на спинку кровати, когда на меня накатывает волна слабости. – Господи.

Она ощущается невероятно. Шелковистой, гладкой и горячей вокруг меня. Каждая мышца в моем теле дрожит, когда я начинаю входить в нее, подстраиваясь под её ритм. Идеальное трение посылает сквозь меня искры.

Минуту или около того мы не разговариваем, наша кожа соприкасается, пока мы двигаемся всё более и более неистово. Я так долго был на грани, что с трудом сдерживаюсь. Моя челюсть сжата так сильно, что зубы скрипят друг о друга, и я чувствую, как у основания шеи собирается капля пота.

Брайар наклоняется вперед и дергает за резинку, удерживающую мои волосы, позволяя им упасть мне на лицо. Я убираю их из поля зрения, и она запускает руки в длинные пряди.

– Я люблю твои волосы, – выдыхает она.

– П-правда? Мнения о них разнятся.

– Когда я была моложе, мне всегда нравился Леголас^[34], – признается она, сжимая пальцы и сильно дергая меня за волосы.

Я шиплю, когда электричество пробегает по коже моей головы. Мои бедра беспомощно прижимаются к ней, наши тазы соприкасаются.

– Иисусе, они не такие уж длинные. Я стремился к Арагорну^[35].

Она фыркает, поворачиваясь, чтобы посмотреть через свое плечо.

– Ты там в порядке? – спрашивает она Глена. – Ты ужасно тихий.

Я поднимаю взгляд на своего товарища. Глен стоит на коленях на матрасе позади Брайар, его взгляд прикован к её заду.

– У тебя великолепная задница, – рычит он. – В форме маленького сердечка.

– Я передам отзыв своему личному тренеру, – говорит Брайар. Раздается звук шлепка, и она вскрикивает, прижимаясь ко мне. Я приподнимаю бедра, слегка меняя угол проникновения, и её великолепный маленький розовый ротик раскрывается в форме буквы «О». Она стонет, потираясь своими мягкими сиськами о мою грудь.

– Кента, – бормочет она снова и снова. – Кента. Боже.

– Вот так вот, милая, – хриплю я, когда её бедра начинают дрожать. – Возьми то, что тебе нужно.

Она издает тихий мучительный стон и наклоняется вперед, прижимаясь своим лбом к моему, пока мы движемся вместе. Своей рукой я обхватываю её затылок, а ртом ловлю её рот. Я уже чувствую, как напрягаются мои яйца.

– Глен, – предупреждаю я. – Поторопись. – Если это первый её тройничок, то я ни за что на свете не могу кончить прямо сейчас. Я слышу шуршание одежды и щелчок ремня, когда он начинает раздеваться, затем Брайар вздыхает, когда он обхватывает руками её талию, сжимая её груди.

– Боже, – выдыхает она сквозь стиснутые зубы, выгибаясь между нашими телами. – Зачем вообще кому-то заниматься сексом всего с одним мужчиной за раз? То, что происходит сейчас, великолепно.

Глен смеется.

– Ты в порядке, Кенни?

– Не надолго, – выдавливаю я.

Он кивает.

– Переверни её.

Я в последний раз целую Брайар, затем беру её за бедра и осторожно снимаю с себя. Она скулит, и я стону, когда чувствую, как её мышцы жадно сжимаются вокруг меня, как будто она хочет удержать меня внутри себя.

– Но…

– Тсс. – Я кладу руки ей на плечи и переворачиваю её так, чтобы она оказалась на четвереньках.

– Ну, – выжидающе спрашивает Глен.

– Ты прав, – соглашаюсь я. – Абсолютно великолепная, – я глажу одну из её ягодиц, затем слегка сжимаю её. – Хотя я бы сказал, что больше похоже на персик, чем на сердечко.

Брайар рычит.

– Я никогда не думала, что вы, ребята, чертовы поэты, – выплевывает она, вжимаясь в меня.

Я наклоняюсь вперед и провожу рукой между её ног. Она дрожит подо мной. Я облизываю губы, чувствуя, как её влага покрывает мои пальцы.

– Ох, сладкая, ты промокла насквозь.

Глаза Глена темнеют. Он немедленно тянется вперед, его рука присоединяется к моей. Мы оба гладим её горячие складочки, потирая, лаская и пощипывая в тандеме. Она извивается и мяукает, покрывая все наши руки своим соком.

– О Боже. Пожалуйста. – Она трется об обе наши руки, отчаянно желая ощутить настоящее давление. Когда это не срабатывает, она стонет, бросается вперед и хватает член Глена. Его рот приоткрывается, когда она начинает покрывать небрежными, голодными поцелуями всю его длину.

– Господи. Ласс. Тебе не обязательно…

– Не обязательно, – фыркает она, открывая рот и заглатывая его член. Он хрипло стонет, его голова откидывается назад, а глаза закрываются, когда она принимает его глубоко.

Пока она отсасывает Глену, и её голова восторженно движется вверх-вниз, я поворачиваю руку и погружаю два пальца глубоко в её влажную, пульсирующую сердцевину. Её бедра тут же сжимаются вокруг моего запястья, как тиски, удерживая меня на месте.

– Ещё, – бормочет она.

– Сейчас будет. – Вместо того, чтобы добавить ещё один палец, я прижимаюсь к её пульсирующему входу и погружаюсь в неё. Она тугая и горячая, растягивается, чтобы приспособиться ко мне. Она ахает, её рука тянется назад, чтобы бесцельно схватить меня.

Я замираю, наполовину погребенный внутри неё.

– Это слишком? – спрашиваю я, стараясь не шевелиться.

Она качает головой, дрожа всем телом.

– Я… Ты так глубоко, – бормочет она. – Боже. Нет. Ты можешь продолжать двигаться.

Я наклоняюсь, чтобы поцеловать её в бедро, и толкаюсь вперед, на этот раз медленнее. Она стонет, когда я, наконец, полностью оказываюсь в ней, мои яйца прижимаются к её заднице. Жар заливает мое лицо.

– Это не займет много времени, милая, – выдавливаю я, она кивает, снова хватается за Глена, направляет его обратно в свой рот и начинает грязно сосать. Я принимаюсь входить в нее. – Ты выглядишь так сексуально, – бормочу я. – Иисусе. Ты выглядишь потрясающе, когда берешь его в свой рот, милая.

Она ничего не говорит, просто прижимается ко мне и обхватывает пальцами основание члена Глена.

Глен издает сдавленный звук.

– Остановись. Остановись, ласс, мне нужно…

– В рот можно, – бормочет она. – Я просто проглочу всё.

Он стонет, когда она сжимает свой кулак вокруг него. Я стискиваю зубы, всё ещё врываясь в неё. Пот струится по моей спине, моя кожа липнет к её. Я так близко, что у меня начинает темнеть в глазах. Я не могу дышать из-за стеснения, охватившего мою грудь. Я вытягиваю руку вперед, засовываю её между её ног и сжимаю её набухший бугорок, перекатывая его между пальцами.

Брайар просто распадается на части.

Всё начинается медленно; сначала я чувствую, как напрягаются её ноги, затем её зад, затем её руки. Всё ещё посасывая член Глена, она начинает брызгать слюной и давиться, когда кончает. Это словно цепная реакция. Когда она вскрикивает, задыхаясь и постанывая, Глен стонет в последний раз, крепче сжимая её волосы, и кончает ей в рот. Ощущение того, как её киска пульсирует и сжимает мой подрагивающий член, доводит меня до края. Я ударяю рукой по стене и вскрикиваю, когда, наконец, взрываюсь, адреналин и удовольствие захлестывают меня дикой, горячей волной.

Бог знает, как долго я кончаю. Я практически покидаю свое тело, пока вхожу, вхожу и вхожу в неё, чувствуя, как она дрожит и извивается подо мной, опустошая меня досуха.

В конце концов, сияние, наполняющее мой мозг, угасает, и я возвращаюсь на Землю. Глен тяжело прислонился к стене, с трудом дыша. Брайар опускается между нами на четвереньки, всё ещё слегка дрожа. Я наклоняю голову вперед, оставляя длинную цепочку медленных, посасывающих поцелуев вниз по её позвоночнику. Она ахает, и я успокаивающе провожу рукой по её коже, пытаясь успокоить её.

Глен двигается первым, вытаскивая член у неё изо рта. Он наклоняется и обхватывает ладонями её щеку.

– Ты в порядке? – проверяет он её, его голос низкий.

Она кивает. Он осторожно вытирает каплю своей спермы с ее распухшей нижней губы, затем выпрямляется и направляется в ванную, чтобы привести себя в порядок. В последний раз поцеловав её в бедро, я медленно выхожу из неё, и она безжизненно падает на простыни. Я завязываю презерватив и бросаю его в ближайшую мусорку, а затем обнимаю её за плечи и прижимаю к себе.

– Иди сюда, милая.

Она прижимается ко мне, устраиваясь у меня под мышкой. Всё её тело всё ещё вздрагивает и подергивается. Когда я провожу рукой по её груди, притягивая её ближе, она стонет так громко, как будто я всё ещё внутри нее.

– Как ты себя чувствуешь? – тихо спрашиваю я.

– Намного лучше, – выдыхает она. – Спасибо.

– Поверь мне. Удовольствие получили все.

Она радостно мурлычет, прижимаясь ближе.

– Глен, – зовет она. – Иди сюда. У меня мерзнет спина.

Из ванной комнаты доносится приглушенное ругательство.

– Проблема? – спрашиваю я, зарываясь носом в волосы Брайар.

Глен возвращается в спальню, держа в руках свой телефон.

– Мэтт беспокоится о завтрашнем дне. Он хочет проверить прессу до того, как мы туда доберемся.

Я фыркаю.

– Удачи. Максимум, чего вы добьетесь, это проверка паспорта.

Он хмурится.

– Он хочет провести их всех через металлоискатель.

– Я уверен, что всё пройдет хорошо.

Глен стучит по своему телефону. Несколько секунд спустя он жужжит, и он вздыхает, поднимая с пола свои боксеры и натягивая их обратно.

– Я должен обсудить всё это с ним.

– Не стесняйся присоединиться к обнимашкам после секса, когда вернешься, – бормочет Брайар. – Мы будем прямо вот тут.

Глен целует её в щеку, натягивает одежду и уходит, закрыв за собой дверь.

Брайар извивается спереди.

– Ммм, – бормочет она. – Перевернись. Я хочу обнимать тебя. – Я не двигаюсь, вдыхая цветочный, сладкий аромат её волос. Она хмурится, затем толкает меня в плечи. Я только крепче прижимаю её к своей груди.

– Кента.

Вздыхая, я отпускаю её, позволяю ей перевернуть меня и прижаться к моей спине. Её маленькие ручки обвиваются вокруг моей талии.

– Не думаю, что я когда-либо раньше был маленькой ложкой^[36], – размышляю я.

– Мне тоже нравится обнимать кого-то. – Она отодвигается назад, чтобы занять более удобную позицию, а затем замирает. Дрожь пробегает по мне, когда её рука скользит по моему плечу, просто касаясь моей кожи. – Могу я потрогать?

– Конечно. – Она проводит пальцами по моей спине, прослеживая изгибы чернил, затем поглаживает неровные линии рубцовой ткани. Я позволяю своим глазам закрыться. – Я предполагаю, что у тебя есть парочка вопросов, – говорю я беспечно.

– Глен рассказал мне, что произошло во время вашего последнего задания.

Я удивлен. Я не думал, что Глен с кем-нибудь говорил о нашем пребывании в плену. Даже со мной, а я был там.

– У Мэтта нет никаких шрамов, – продолжает Брайар. Её шелковистые волосы скользят по моей коже, вызывая мурашки. – Если только они не, ну, на его заднице. Я видела его в бассейне.

– Нет, – мурлычу я. – Наши похитители едва прикоснулись к нему.

Её пальцы замирают.

– Что? Почему?

– Они решили, что, поскольку он был командиром отряда, у него будет больше информации, поэтому они использовали причинение нам вреда в качестве рычага, чтобы заставить его говорить. Они заставляли его сидеть и смотреть, как они режут нас, поджигают и все такое.

– О Боже мой.

Я киваю.

– Я бы ни за что не поменялся местами с Мэттом. Одно дело сопротивляться собственным пыткам, но совершенно другое – наблюдать, как люди, которых ты любишь, подвергаются им за твои поступки. Наши похитители заставили его почувствовать, что он несет ответственность за всё, что с нами случилось. Он уже чувствовал себя сильно виноватым в том, что позволил нам попасться, а они наживались на этой вине. Это разорвало его на части.

Брайар ничего не говорит, рисуя узоры на моих руках. Я вздрагиваю.

– Прости. Это не очень-то интимный разговор после секса.

Она секунду молчит, затем тяжело вздыхает.

– Ладно.

– Ладно, что?

Её губы щекочут мне ухо.

– Ты можешь обнять меня.

Я не могу сдержать улыбку. Я переворачиваюсь и заключаю её в свои объятия. Она сворачивается калачиком у меня на груди и закрывает глаза.