Текст книги "Диктиона. Пламя свободы (СИ)"

Автор книги: Лариса Куницына

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 34 страниц)

– Всё! – счастливо улыбающийся Кибелл подошёл ко мне. – Перезарядился и восстановил экран-поле, как вы это называете… – он с хитрой усмешкой смотрел на меня. – Как тебе наша техника? Тысячи лет, а всё как новенький!

– Так это звездолёт Сынов Аматесу? – спросила я. – Тот, на котором прилетели старички с банком генетического материала?

– Именно… – он с обожанием взглянул в небо, на уже невидимый корабль. – И наши глаза и уши во вселенной. Он ведёт наблюдение и передаёт данные на планету. Он держит под контролем всю поверхность Диктионы. Потерять его – это значит не просто лишиться реликвии, а утратить столь необходимый нам контроль.

– Так это с его помощью вы узнаёте о том, что происходит в системе? Ну, и дура же я! – я стукнула себя ладонью по лбу. – Как я не додумалась! Конечно, экран-поле! Поэтому его и не видно. – И лишь в одном месте и в определённое время он создаёт окно в оболочке, чтоб иметь визуальный обратный контакт. Видимо это старая программа, заданная ещё во время первого десантирования. Он выглядит оттуда, из той долины в Оне, как нечто угловатое и металлическое.

– Они ему поклоняются! – рассмеялся Кибелл. – И ещё поражаются, почему Орден на них не в обиде. Господи! Да у нас же тоже есть чувство юмора!

Он вздохнул полной грудью и снова посмотрел в небо.

– «Донгран» уничтожил их крейсер. Старик внёс свою лепту в нашу победу! Кто мог подумать, что он ещё способен на такие выходки, но умели же строить наши предки!.. – он посмотрел на меня, а потом вдруг его лицо стало более серьёзным. – А Тахо я выдеру, не посмотрю, что сирота! И даст мне Аматесу, чтоб я и Кирсу мог всыпать за его фортель…

– Что ни делается, всё к лучшему… – философски заметила я. При воспоминании о Кирсе моё радостное возбуждение куда-то пропало. Да и насчёт Тахо, руки чесались вцепиться в его гордо стоящие уши и оттрепать, как следует, хоть это и непедагогично.

V

Тахо вернулся через час. Посадив на площадку «Хатху», он выполз через задний люк и пристыжено поплёлся к королевскому шатру. Приподняв полог, он смущённо заглянул внутрь и тут же наткнулся на взгляд короля. Кибелл стоял возле стола и исподлобья смотрел прямо на него. У Тахо было сильное желание сбежать, но он знал, что делать этого нельзя. Он нерешительно топтался на пороге, но король весьма недвусмысленно поманил его к себе пальцем, и анубис, вздохнув, направился к нему.

– Только за уши не дёргайте… – попросил он.

– Потеряв голову, об ушах не плачут, – прищурившись, заметил Кибелл.

– Всё так серьёзно? – Тахо искренне удивился.

– Ты едва не уничтожил «Донгран».

– Нет, – Тахо возмущенно мотнул головой. – Я и не хотел его уничтожать. Я вообще думал, что это всего лишь луна Диктионы! Я собирался уничтожить крейсер. И, кажется, у меня получилось…

Он заискивающе взглянул на короля. Тот усмехнулся и обернулся к Энгасу.

– Слышал? Это он уничтожил крейсер. Ты глупый мальчишка! – неожиданно рявкнул Кибелл, резко обернувшись к Тахо, и тот присел от испуга. Глаза лесного короля метали молнии, а голос гремел так, что его, должно быть, было слышно на другом конце лагеря. – Мало того, что ты рисковал своей жизнью в деле, которое было совершенно безнадёжным, что ты, будучи нашим подданным, сбежал на катере, имеющем для нас стратегическое значение в будущей битве, и чуть не погубил его. Ты спровоцировал ормийский крейсер на атаку против «Донграна», являвшегося тайной тайн Ордена. Из-за тебя мы едва не лишились уникального космического комплекса, который уже тысячи лет стоит на страже планеты и снабжает нас информацией. Он является кладезем технологий высочайшего качества, которые могут пригодиться нам именно сейчас, когда наша цивилизация оказалась на пороге вступления в космическое содружество.

– Я не хотел… – пробормотал Тахо, опустив голову.

– Нам и тебе повезло, что «Донгран» именно так отреагировал на атаку крейсера, – уже более спокойно произнёс король и, отойдя, сел в кресло. – Надеюсь, что происшедшее не нарушило его системы. Впрочем, это мы узнаем только после того, как он проведёт полную диагностику. И если даже для него подобный перерасход энергии не стал роковым, даже если учесть, что твоя глупая выходка привела к уничтожению крейсера, что сильно подорвало боеспособность нашего противника и улучшило наши шансы, я всё равно разочарован тобой.

Тахо тоскливо взглянул на него.

– Я знаю, милорд, – пробормотал он. – Но я был просто убит тем, что случилось с Кирсом. Я не мог сидеть…

– Ты думаешь, мне легче? – перебил его Кибелл. – Ты не просто компаньон моего сына. Ты – Друг принца. Этот титул ты принял без возражений, но ты забыл, что он не только дает права, но и налагает обязанности. Разве я не дал тебе понять, что ты дорог мне, как и мой сын? Разве я не заботился о тебе? Не учил тебя? Не прощал тебе оплошности и баловство, как прощают отцы своих детей? Почему ж ты бросил меня в такой ситуации? Почему ты поступил так со мной? Не посоветовавшись, ничего не спросив, не простившись даже, ты принял своё решение. Ты вправе распоряжаться своей жизнью, но почему ты пренебрёг моей любовью?

– Я знал, что вы не позволите… – проскулил Тахо, вытирая рукавом слёзы.

– Тем хуже, – вздохнул Кибелл и взглянул на Энгаса. Тот пожал плечами, но смотрел на молодого анубиса с сочувствием. – Все вы одинаковы, – проворчал король. – Может, мне и не стоит так злиться? Если мальчишка так любит Кирса, может, он будет ему таким же надёжным и самоотверженным другом, как ты мне?

– Похоже на то… – улыбнулся Энгас. – И, если говорить честно, если б не его дурость, крейсер до сих пор висел бы над нашими головами. А «Донгран»… Ты же знаешь, какая у него мощная система самообороны.

– Слышал, – пожал плечами Кибелл. – Но он очень стар. За всё время баларских войн мы ни разу не решились использовать его, чтоб не нанести урон.

– По-видимому, зря…

– Как знать… Сколько ещё времени пройдёт, пока мы снова сможем убедиться в том, что он полностью исправен. Для этого нам нужны собственные специалисты.

– «Донгран» уцелел, Кибелл, и он ещё обеспечит нам технический расцвет Диктионы. Секретов на нём хватит на несколько поколений инженеров.

– Размечтался… – усмехнулся король и снова взглянул на Тахо. – Ладно, ты прощён. Иди сюда.

Тахо подошёл и низко склонил голову. Король обнял его и поцеловал рыжую макушку между острыми стоячими ушами.

– Что бы ни случилось с Кирсом, не бросай меня, мальчик, – произнёс он. – Ты понял?

Тахо кивнул и измученно взглянул на короля.

– А что же с ним будет? Неужели мы ничего не предпримем, чтоб спасти его?

Кибелл со вздохом отстранился.

– Я не знаю, я без конца думаю об этом. Не считай, что я смирился с тем, что могу потерять единственного сына. Но мы должны действовать осторожно, чтоб не навредить ему. Может, они ещё не знают, кто попал к ним… Он достаточно умён, чтоб выбрать правильную манеру поведения. Я надеюсь… А потом… Мы же даже не знаем, где он. Куда его отвели? Конечно, если что-то удастся узнать нашим лазутчикам, они сообщат. При любой возможности они сделают всё, чтоб вызволить его, но… Я хочу, чтоб ты понял, – Кибелл положил руку ему на плечо, – эти люди не любят шутить и чужая жизнь для них – ничто… Только милость Аматесу помогла избежать смерти мне, Энгасу, Юнису и другим, кто ускользнул от них. Но уже слишком многие погибли от их рук. Будем надеяться и ждать возможности что-нибудь предпринять.

Тахо какое-то время смотрел ему в глаза, а потом порывисто обнял.

– Простите, отец, – пробормотал он. – Простите, что я заставил вас волноваться и бросил вас в такую минуту. Я всё понял и больше никогда не допущу такой ошибки. И простите, что я мог подумать, что вы смиритесь с тем, что случилось с Кирсом. Я не верю в ваших богов, но я буду молиться своим. Обещаю.

– Хорошо, Тахо, – король погладил его по голове. – А теперь иди к себе. Успокойся, приведи себя в порядок и можешь вернуться, если не захочешь спать.

– Мы обсудим, как нам вытащить Кирса? – спросил Тахо.

– Да. Может, нам что-то и придёт в голову.

Тахо с энтузиазмом закивал и выбежал из шатра. Кибелл вздохнул и поправил на плечах тёплую накидку. Взгляд его рассеянно скользил по плану столицы, лежащему на столе.

– Я ему завидую… – произнёс он, наконец. – Если б я мог вот так же сломя голову броситься на врага, а не сидеть тут, думая, жив ли сейчас мой сын…

– Судя по всему, ты тоже не собираешься полагаться на милость Аматесу… – заметил Энгас, тяжело поднимаясь. Опираясь на посох, он подошёл к королю и присел рядом.

– Аматесу не любит пассивных людей, ты же знаешь. Он помогает тем, кто действует. Нужно делать хоть что-то. Но что?

– Давай подумаем…

– Нам не хватает сведений. К тому же слишком много других вещей, о которых нужно подумать.

Энгас печально покачал головой, глядя на него.

– Ты человек, Кибелл, и ты имеешь право на собственные мысли и чувства. Ты не можешь постоянно быть королём и не давать себе ни минуты передышки. Сейчас нас здесь двое, и я прошу тебя расслабиться хоть ненадолго. Что тебе мешает?

– Я король, Энгас, – вздохнул тот. – Я король…

Кристоф

I

Кирс дважды пытался сбежать. То, что сперва выглядело совсем несложным делом, на поверку оказалось не таким простым. Его конвоир шёл чуть сзади, не отставая ни на шаг, и время от времени легко прикасаясь к плечу принца, направляя его. Он не был груб, не угрожал и не бряцал оружием, и его спокойная уверенность смущала мальчика, Первый раз он решился наудачу. По пути им встретился небольшой ручеек и, перепрыгнув через него, Кирс, не снижая скорости, понёсся по лесу. Его лопатки чесались и ныли от страха получить пулю или лучевой удар в спину, но он бежал, привычно петляя между деревьями. Он не слышал преследования позади, но слева вдруг что-то мелькнуло, и дорогу ему преградил наёмник. Кирс ошарашено смотрел на него. Его охранник даже не запыхался. Его взгляд был твёрдым и предостерегающим. Он вытянул перед собой руку и положил ладонь на грудь принца.

– Не так быстро, молодой господин, – произнёс он по-алкорски. – Иначе ты быстро устанешь.

То, что Кирс считал своим козырем, внезапно утратило значимость. Он в одно мгновение понял, что его спутник не хуже чем он ориентируется в лесу и владеет навыком быстрого и беззвучного движения, каким обладали лишь лучшие королевские егеря, и который никак не давался самому Кирсу. Он понял, что сбежать, полагаясь только на своё чутьё и лёгкость молодых ног, ему не удастся. И он стал ждать возможности перехитрить противника.

Довольно долго он шёл, тщетно пытаясь придумать что-нибудь, но вдруг показалась небольшая полянка, заросшая по краям высокой травой с алыми султанами цветов. Кирс улыбнулся. Он вспомнил, что это за полянка. Как наяву, он увидел то, что ему случалось наблюдать с борта идущего на посадку звездолёта: ровные желтоватые площадки, украшенные чёрными концентрическими кругами.

Раздвинув высокую траву, он смело шагнул на заросшую жёлтым мхом площадку. Как он и предполагал, нога тут же ушла вглубь, и топь с чавкающим звуком обхватила его сапог. Припав на одну ногу, он испуганно охнул и обернулся, протягивая руку за помощью. И конечно, он её получил. Почувствовав ладонью хватку сильных пальцев, он быстро перенёс центр тяжести на другую ногу и, рванув противника вперёд, направил его в болото, а сам, вскочив, понёсся прочь. Безусловно, он испытывал некоторые угрызения совести из-за того, что толкнул в болото человека, предложившего ему помощь, но война есть война.

На сей раз он не пробежал и пятидесяти метров, как на плечо ему легла рука, и сильные пальцы до боли стиснули его. Кирс замер, сжавшись в ожидании удара, но его не последовало, хватка ослабла, и за спиной прозвучал негромкий хрипловатый голос.

– Куда ты так торопишься? Может быть, нам по пути…

И Кирс поплёлся дальше, снова обдумывая, как бы сбежать. Однако очень скоро он заметил, что они идут не в столицу. Направляя его, наёмник ошибался на несколько градусов, и они постоянно отклонялись на восток, и по расчётам Кирса, держа это направление, должны были миновать столицу. С замиранием сердца он ждал, что его конвоир заметит это, и свернёт к западу, но тот, как ни в чём не бывало, то и дело касался его плеча, направляя всё дальше и дальше от нужного маршрута. Время шло и уже начало темнеть. Кирс прикинул и решил, что как раз сейчас столица должна быть где-то справа, а ещё немного, и она останется позади. Его спутник просто обязан был забеспокоиться оттого, что они идут так долго, а цели путешествия всё не видно.

В лесу постепенно темнело. Кирс просто так, для пробы попытался ускорить шаг, но спокойное: «Не торопись, успеем…» заставило его вернуться к прежнему темпу. Они всё дальше продвигались на северо-восток, как раз в направлении пустоши Синего орла. Кирс внутренне ликовал. Если удастся вернуться и привести с собой в качестве трофея этого парня! Может, отец не станет так сердиться. Ему уже было ясно, что в лагере знают о том, что с ним произошло. Он заметил, что мальчишка-лесник в зелёной куртке сбежал до того, как появились наёмники, а значит, он устремился либо обратно в ставку, либо к лорду Битмору. И в любом случае отец должен был узнать о том, что Кирс ушёл без его разрешения и попал в опасную передрягу.

А потом небо ярко вспыхнуло. Испуганно замерев, Кирс смотрел на ярко-жёлтое пятно, расплывающееся над его головой. Сквозь запутанный шатер зелёных ветвей это зрелище выглядело невероятным и потому жутким. Кирс испугался. За последние дни он привык к тому, что на его планету одна за другой сыплются напасти, и от этого странного феномена не ждал ничего хорошего. Он обернулся к своему спутнику. Тот, не щурясь и не мигая, смотрел вверх. По его окаменевшему лицу невозможно было понять, о чём он думает, только Кирсу вдруг показалось, что в его глазах блеснули слёзы. Может быть, от яркого света…

– Что это? – спросил он, совершенно позабыв о бегстве и прочих пустяках.

– Взрыв на орбите, – чуть более хрипло, чем обычно, произнёс тот.

– Что взорвалось? – изумлённо уточнил юноша.

Наёмник в упор взглянул на него.

– Крейсер. Больше там так взрываться нечему.

– Крейсер? – что-то в голосе наёмника помешало Кирсу обрадоваться.

Он побрёл дальше, замечая, как меркнет вокруг неестественный свет. Он вдруг к своему удивлению подумал, что радоваться сейчас неприлично, потому что на крейсере должно было погибнуть много людей. В этом не было ничего весёлого. Кирс подумал, что ему иногда приходят в голову очень благородные мысли.

Так они и шли по прямой к пустоши Синего Орла. Кирс уже перестал опасаться, что его противник что-то заметит и куда-то свернёт. Наоборот, он вдруг понял, что такой опытный и умный человек никак не мог допустить такой глупой ошибки. Скорее всего, он намеренно держал это направление и знал, куда идёт сам и ведёт Кирса. Следующая догадка привела принца в дрожь. Он вдруг подумал, что врагам известно местонахождение лагеря, но потом сообразил, что они идут вдвоём, а не тащат за собой целый отряд. Какое-то время он прислушивался, пытаясь определить, не следует ли кто-нибудь за ними по пятам, но так и не услышал ничего подозрительного. Затем ему в голову пришло, что этот человек надеется с его помощью пробраться в лагерь и убить отца. Но следом он подумал, что Рахут считает, что отец мёртв, значит, его люди больше не могут ему угрожать. Кирс был в недоумении.

Тем временем совсем стемнело и он начал прислушиваться, чтоб не пропустить первые посты. Он заметил дерево с большим дуплом. Где-то здесь должен был находиться один из егерей, может, даже в листве над их головами.

Твёрдая ладонь снова легла ему на плечо. Принц замер от неожиданности.

– Слушай меня, – негромко произнёс человек за его спиной. – Я привел тебя сюда, потому что не хочу, чтоб тебя убили. Я вообще не хочу ничьих смертей, это тебе, надеюсь, ясно. Но я пришёл сюда с тобой, имея определённую цель. Я ведь не сомневаюсь в том, что, отпусти я тебя, ты и сам нашёл бы дорогу. Просто я подумал, что мне не пройти туда в одиночку. Ты проведёшь меня в лагерь через посты.

– Нет! – резко обернувшись, воскликнул Кирс,

– Т-ш-ш! – незнакомец приложил палец к губам. – Не шуми и не отказывайся, пока не понял в чём дело. Я спас тебе жизнь, не так ли? И в благодарность хочу получить лишь небольшую услугу. Мне нужно найти одного человека. Он должен быть рядом с твоим отцом. И я знаю, что он там.

– Мой отец погиб… – решительно возразил Кирс.

– Нет, – покачал головой тот. – Я хотел, чтоб он был жив, и потому он должен быть жив. Меня не интересует твой отец. Меня не интересует завоевание этого мира. Я не трачу время на подобные вещи. Сейчас мне нужно найти одного человека. Я отдам тебе свой кинжал. У меня нет другого оружия, которое бы я мог отдать тебе. А ты проведёшь меня в лагерь. Можно даже в сопровождении ваших воинов. Мне всё равно. Я только не хочу, чтоб мне связывали руки. Я ведь не связывал тебя, верно? Я даю тебе слово, что никому не причиню вреда. Мне только нужно увидеть…

– Кого? – спросил Кирс, невольно проникаясь доверием к этому спокойному и сильному человеку.

– Лору… – тихо произнёс он. – Лорну Бергару.

II

Мне не спалось, хотя уже наступила ночь. В маленьком уютном шатре золотистого цвета, который поставили чуть в стороне от королевского, было уютно, хотя вся обстановка состояла из узкой койки, небольшого столика и двух походных кресел. Я могла бы пойти в салон «Демона пучин», но он слишком долго простоял с открытым люком, и там всё пропиталось туманом и запахом сырости.

Я попробовала лечь спать, но уснуть мне не удалось. Я пересела в кресло, накинула на плечи тёплую шерстяную накидку и зажгла светильник. Какое-то время я смотрела на огонёк за желтоватым стеклом, а потом со вздохом поднялась. Мне было неспокойно. Более того, я чувствовала себя отвратительно оттого, что проворонила Кирса и теперь сижу, ничего не предпринимая, чтоб хотя бы попытаться спасти мальчика, который просил у меня помощи и поддержки.

Откинув полог шатра, я вышла на улицу, и тут же душный от сырости воздух хлынул мне в лёгкие. Может быть, благодаря туману здесь и было безопасно, но он мне надоел. Хотелось чистого воздуха и просто взглянуть на прозрачное небо и звёзды над головой. Я медленно пошла в сторону леса.

Пройдя мимо группы воинов-монахов, стоявших на границе пустоши, я вошла в перелесок и, подняв голову, наконец-то увидела ту глубокую прозрачно-чёрную и ясную бездну, в которой неподвижно застыли звонкие огоньки звёзд. В мою грудь вливался чистый лесной воздух, наполненный ароматами деревьев и трав. Я была почти счастлива. Если б не тревога за Кирса. Я пыталась думать, что можно сейчас предпринять, чтоб помочь ему? Что? Если б хотя бы знать, где он…

– Не спится? – услышала я за спиной негромкий звучный голос короля. Он стоял в нескольких шагах от меня. На его плечи был небрежно накинут подбитый мехом плащ. Королевский венец он, видимо, оставил в своём шатре. Задумчиво взглянув на небо, он вздохнул. – Я тоже не могу уснуть, – произнёс он, подходя ближе. – Тахо вернулся, ты знаешь?

– Я заметила «Хатху».

Кибелл кивнул, глядя на меня. Его глаза были усталыми и печальными. Мне снова захотелось помочь ему, но что я могла сделать? И что можно сказать отцу, который так боится за попавшего в беду сына? Я коснулась его руки. Он кивнул, а потом подошёл и обнял. Он не пытался даже поцеловать меня. Просто прижал к себе, словно выражая благодарность и ища поддержки. Я не успела ничего сказать, как вдруг он резко разжал руки и обернулся в сторону леса. Его глаза прищурились, я взглянула туда и обмерла.

Там, совсем недалеко от нас стоял Кирс и рядом с ним другой человек, который прямо впился в нас пронзительным взглядом тёмных глаз. И узнав его, я не испытала обычной в таких случаях радости. Вместо неё меня снова захлестнула непонятная тревога.

Он заговорил первым. Взглянув на короля, он подтолкнул к нему Кирса и глухо проговорил:

– Это – ваше. И я его возвращаю. А это, – он указал на меня, – моё…

Посмотрев на короля, я вздрогнула, таким жёстким, если не злобным стал его взгляд.

– Он обещал, что не сделает ничего дурного… – пробормотал Кирс, с беспокойством взглянув на отца.

– Ты привёл его в лагерь… – тихо произнёс Кибелл.

– Это я привел его, – возразил Кристоф. – Вместо того чтоб отвести в ставку Рахута. Забирайте своё сокровище и дайте нам поговорить.

– Всё в порядке, – я поспешно коснулась плеча Кибелла, готового взяться за меч. – Я прошу тебя, если ты прощаешь некоторую дерзость мне, то прости и ему.

Кибелл посмотрел на меня. Его губы сжались в тонкую линию, а глаза метали молнии, но он сдержался. Чуть заметно кивнув, он развернулся и пошёл обратно в лагерь. Кирс направился следом, то и дело оглядываясь назад.

Мы с Кристофом остались один на один. Он подошёл ближе и протянул мне руку. Я обняла его и прижалась к его груди, чувствуя его губы на своем виске. На какое-то мгновение мне показалось, что вся моя тревога – это ничего не значащий пустяк, но только на минуту. Оторвавшись от него, я взглянула ему в глаза.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я.

– Я привёл вашу пропажу, – пожал плечами он. – Разве это не достаточный повод?

– Я не о том. Что ты делаешь на Диктионе?

– Отрабатываю контракт, – он снова пожал плечами.

– Ты с ними? – я мотнула головой в сторону столицы.

– Да.

– Почему? – я вглядывалась в его глаза, и хоть он не отводил их, я чувствовала, что на откровенность он не настроен. – Трудно поверить, что тебя заинтересовал поход с целью завоевания мирной планеты.

– Ну, почему же… Прекрасная возможность сохранить для света и для тебя несколько душ.

– О чём ты?

– Неважно… – он покачал головой. – Я сразу почувствовал, что ты появилась здесь, и мне стало не по себе, хоть я и предполагал, что это возможно. Ты так прикипела к этому миру… и к этому королю… – он взглянул на меня.

– Ты ревнуешь? – удивилась я.

– Не знаю. Ты же тоже иногда… Впрочем, дело не в этом. Так или иначе, но я оказался на этот раз по другую сторону баррикад. Очень странное и непривычное чувство. Мы с тобой всегда были заодно.

– Тебе нужна помощь? – спросила я.

– Пока не знаю, – он задумчиво смотрел куда-то мимо меня. – Это моё дело.

– Но если я могу… – начала я, но Кристоф покачал головой.

– Не сейчас. Может, я справлюсь сам. Это сложное дело… – он как-то напряжённо взглянул на меня. – Я начал ошибаться.

– Что ты имеешь в виду? – пробормотала я, чувствуя, как холодеют руки от его тона.

– Я не уверен… Я словно потерял ночью дорогу в лесу, – он поморщился, заметив, как я кивнула. – Всё куда хуже. Ты же знаешь, что я просто не в состоянии потерять дорогу, тем более в лесу.

– Кристоф… – начала я, но он покачал головой.

– Это всё не важно… – он взглянул в мои глаза и положил мне на плечи руки. – Я хотел увидеть тебя. В этом есть что-то неестественное, когда я чувствую тебя, но не могу увидеть. Как Алик?

– Он в полном порядке. Я отвезла его на Рождество к братьям.

– Хорошо. Береги себя и помни… – он внезапно замолчал.

– Что помнить? – спросила я.

Он улыбнулся. Впервые за всё время этого странного свидания.

– Ты итак всё помнишь… Ты – это единственное, в чём я могу не сомневаться. Я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, – улыбнулась я.

– Тогда всё будет хорошо. Мне пора возвращаться.

– Ты уходишь? – насторожилась я. – Почему бы тебе не остаться с нами?

– У вас тут и без меня подобралась неплохая компания, – Кристоф усмехнулся. – А я должен быть с теми, кто на меня надеется. Полагаю, ты не думаешь, что я просто решил поучаствовать в захвате чужой планеты?

– У тебя миссия? – уточнила я.

– Как серьезно это прозвучало, – заметил он. – Нет, всего лишь небольшой должок. Поцелуй меня и проводи за посты. Я не хочу драться с этими ребятами. Им итак достанется в своё время.

– Ты что-то не договариваешь…

– Не спорю. Но только потому, что, на сей раз, это действительно только моё дело. Я рад, что увидел тебя. Мне стало легче.

Я погладила его по щеке, ощутив пальцами жесткую щетину, – он усмехнулся и, схватив меня за руку, резко притянул к себе. И снова все тревоги унеслись куда-то далеко.

– Я люблю тебя, – шепнула я, прежде чем прижаться губами к его губам.

Потом мы пошли в лес. Я понятия не имела, где расположены посты, да я и не думала об этом. Мы просто шли по лесу и где-то высоко над нами полыхали яркие звёзды.

– Ну, вот, – он остановился возле большого дерева с дуплом. – Дальше чисто, и я пойду один, – он обнял меня и прижал к себе. – Хорошо, что на свете есть чудесная женщина, которая в меня верит и меня любит. Так можно жить.

Мы снова целовались, а потом он нехотя оторвался и отступил на шаг, не выпуская из пальцев мою руку.

– Вернёшься одна? Не заблудишься?

– Постараюсь… – шепнула я.

Он кивнул и разжал пальцы. Моя рука упала вниз, а он развернулся и, не оборачиваясь, зашагал в лес. Уже спустя минуту я потеряла его из виду и не слышала ни звука вокруг. Я побрела обратно, стараясь не сбиться с пути. Мне снова стало тревожно. И я ничего не могла с этим поделать.

IV

Я вернулась в королевский лагерь и сразу же направилась в шатёр Кибелла. Меня удивило, что он был там один. Я надеялась расспросить Кирса о том, что произошло.

– Я сказал, что не хочу его видеть! – отрезал король в ответ на мой вопросительный взгляд, а потом сразу же перешёл в наступление. Он был в гневе. – Значит, это и есть военный король баларов? И ты знала это с самого начала?

– Да, – подтвердила я, садясь в кресло. – Мы чувствуем друг друга, находясь на одной планете.

– Зачем он здесь? Ты, наверно, была рада его видеть? – в голосе короля послышался сарказм.

– Нет, и это меня беспокоит, – призналась я. – И я не знаю, зачем он здесь. Он не сказал. Это меня тоже тревожит.

– Он поддерживает наших врагов? – взгляд чёрных горящих глаз впился в моё лицо.

– Смотря в чём… Мы иначе живём, иначе чувствуем и иначе думаем. У нас иные ценности. Его не интересует власть, не заботят деньги, и он болезненно относится к чужим смертям. Он будет защищать своих, но постарается не проливать кровь. Я уверена, что в смысле войны он совершенно нейтрален.

– А в остальном? Он может быть опасен, верно?

Я взглянула на короля. На его лице появилось мрачное выражение. Как ни неприятно было признавать это, но оно было почти зеркальным отражением того, что я чувствовала сама.

– Как ты узнал его? – спросила я, только теперь сообразив, что не представляла их друг другу.

– Аура, – ответил Кибелл уже спокойнее. Он медленно подошёл к креслу напротив и сел. – У него очень мощная аура, похожая на твою, но более насыщенная и с ярко выраженным золотым оттенком. Ореол святости и наставничества… – король поморщился. – Он как факел горел в темноте. Если б я не видел сам, то никогда бы не поверил, что такое возможно.

– Вы сильно не понравились друг другу, – задумчиво поговорила я. – Интересно, почему…

– Самые умные мужчины глупеют, когда любят, – небрежно пожал плечами он. – Обычная ревность. Он появился, когда я обнимал тебя.

– Может быть, и так… – с сомнением произнесла я. – А тебе почему не понравился мой муж?

– Он опасный противник. Во всех смыслах. Он чужак. И я чувствую, что он мой враг.

Я не знала, что возразить. Я могла бы попытаться убедить его, что знаю Кристофа, и что он не может быть врагом тому, кто стоит на стороне Света. Но Кибелл был не глупым воинственным мальчишкой. Его мудрость порой превосходила человеческую, и он видел ауру Воина Света. Его чувства были тоньше и чувствительность выше, чем у меня. Он пережил самый жуткий и самый действенный опыт ученичества: опыт медленного умирания и смерти. Для его натуры это было не просто житейским опытом, он переступил грань, за которой уже вполне мог доверять предчувствиям и ощущениям. К тому же я не могла избавиться от тревоги по поводу присутствия здесь Кристофа.

– Вопрос в том, на чьей стороне будешь ты, – негромко произнёс он, глядя на меня.

Это был действительно важный вопрос, и он мне не понравился. Я уже привыкла к тому, что Кристоф вершит правое дело, и всегда старалась поддерживать его, но я теперь знала и Кибелла, и не могла понять, что он может сотворить такого, что Кристоф ополчится на него. Нужно было признать, что я уже давно попала под обаяние незаурядной личности лесного короля. Он стал моим другом, а для меня друзья всегда значили очень много.

– Я поддержу того, кто будет прав, – наконец, решила я, но решение оказалось неверным.

– У каждого своя правда, – возразил он. – Каждый может быть прав по-своему.

Я вздохнула.

– В любом случае, я займу ту позицию, какую посчитаю верной в тот момент. Ещё ничего не случилось.

– Не знаю. Не уверен… – Кибелл продолжал смотреть на меня. – Он появился здесь, и я не могу признать его частным лицом, как тебя. Его потенциал слишком силён. Может, по вашим меркам ты и сильнее его, может, просто не слабее, но я вижу разницу. В тебе превалирует женское начало, начало миротворчества и сбережения. А он – мужчина и воин. Он агрессивен, даже если сам так не считает, И он пришёл сюда, имея цель, и его цель может идти в разрез с моими интересами. А я не остановлюсь, даже если у меня перед глазами возникнет ангел с огненным мечом. Это мой мир, и здесь я имею право. Диктиона – эта не просто уголок вселенной, где кто-то может решать свои проблемы, будь этот кто-то хоть богом. Мы – не муравьи под ногами. Я это говорю тебе и скажу кому угодно. Если у тебя будет такая возможность, посоветуй ему убраться отсюда, если он действительно не хочет стать моим врагом.

Я была подавлена. Самое ужасное, что Кибелл совершенно верно уловил один из основных и весьма печальных принципов Вечной битвы: мир, где она происходит, превращается в ристалище, где решаются глобальные задачи, и потому нередко она идёт в ущерб жителям этого мира. Я всегда выступала против этого, да и Кристоф считал, что так быть не должно. Что толку уничтожать Тьму, если погибшие в огне битвы не увидят Света? Но когда доходит до драки, кто из нас вспоминает об этом? Но он сказал, что это не миссия, значит, поединка не будет. Я ухватилась за эту мысль.

Кибелл по-прежнему смотрел на меня и ждал ответа.

– Я люблю Диктиону и тех, кто живёт здесь, – произнесла я. – И я как защищала, так и буду защищать вас, даже от него, потому что он действительно чужак здесь. Но я не обнажу против него меча. Я могу только убеждать. Что же касается совета покинуть планету… Ты сам сказал, что он мужчина и воин, он сам принимает решения.

Кибелл нахмурился. Мне показалось, что он сейчас заявит, что разочарован мной, но он промолчал.

V

Утро вставало над Диктом, когда Крис Джордан вышел из леса. Ему не хотелось покидать прохладную сень деревьев, где уже начинали звучать птичьи трели. Он бродил по лесу всю ночь, отчасти чтоб не наткнуться на отряды местных, которые подходили к столице и разбивали свои лагеря на полянах и в чащобах. Но, кроме того, ему просто нравилось идти по едва заметным звериным тропкам, встречать животных, которые смело смотрели на него поблескивающими во тьме глазами, слышать лесные звуки, разносившиеся на целые километры, и вдыхать густой запах хвои, листвы, трав, ягод, грибов, мха, мокрых камней. Он влюбился в этот лес, потому что он напомнил ему тот, что был его домом на заре его бесконечной жизни. Он то снова ощущал себя ребёнком, то вдруг начинал думать, что прожил столько лет и жизней, что на самом деле уже давно является стариком. И, может быть, не зря он оказался здесь, и его жизнь сделала виток, он пришёл к чему-то, что должен понять, чтоб жить дальше и идти вверх, а не возвращаться на уже пройденный путь. Он даже пытался понять, что бы это могло быть, но двери перед ним были закрыты, и он так и не смог уловить и намёка на то, что должен был усвоить.