Текст книги "Чужие люди (СИ)"
Автор книги: Крис Ковалева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 28 страниц)
– И что дальше? – тоже злобно стрельнула в него глазами, показательно повернув к нему руку и загнув все пальцы, кроме безымянного.
– Не жмет, не спадает? – с иронией спросил он, покосившись на мой палец. Оно сидело как влитое, даже при тусклом свете фонарей красиво переливаясь.
– Нет, – очевидный факт было глупо отрицать. Размерчик мой. И под глаза должно подходить, мысленно отметила сорока внутри меня.
– Ну, хоть с размером не прогадал, – хмыкнул он язвительно.
– Может уже объяснишь, что все это значит?
Театральная пауза. Не торопится говорить, но вижу по лицу, сейчас будет какая-то сенсация, судя по всему.
– Это значит, что я тебе не изменял, София. И в тот день, в ювелирном выбирал кольцо для тебя. А с Аней совершенно случайно встретился у торгового центра, у ее дочери был день рождения, они пригласили меня в кафе. Мы немного посидели, и я попросил их помочь с выбором кольца. Всё! – последнее слово произнес так громко, что я вздрогнула и на месте подпрыгнула, едва макушкой в потолок не врезавшись.
– И ты думаешь, я с охотой поверю в твою сказку? – изумилась искренне.
Леон сатанел прямо на глазах, всё сильнее стискивая челюсти и продолжая дыру во мне взглядом прожигать. Потом резко открыл дверцу, обошел машину спереди и распахнул теперь уже дверцу с моей стороны, рявкнув грозно:
– Выходи!
С таким Леоном мне в свое время как-то познакомиться не довелось. Он всегда отличался сдержанностью и тактичностью, но сейчас походил на разъяренного зверя, кажется, даже глаза светились от злости как у оборотня из фильма ужасов.
И если минуту назад я мечтала поскорее выбраться из машины, то в этот момент готова была вцепиться в неё руками и ногами, лишь бы никуда с ним не идти.
Пока я пыталась возобновить свои мыслительные процессы в голове, чтобы достойно дать отпор, Леон силой вытащил меня из машины и закинул на плечо, одной рукой придерживая мои ноги, видимо, чтобы я лягаться не смогла, а вторую по-хозяйски на мою пятую точку пристроил.
Резво донес меня до крыльца и остановился, спросив:
– Внутрь так же зайдём или своими ножками?
– Своими! – нервно выкрикнула. Не хватало еще на людях опозориться кверху задом.
Он опустил меня на землю, но сразу же за запястье схватил, не давая мне возможности сбежать, и кивнул на дверь.
– Устроим гостям представление? – угрожающе оскалился.
– Ты не посмеешь! – глаза мои округлились до невозможности.
– Сейчас проверим.
– Леон, не надо, пожалуйста, – обреченно выдала я, наступив себе на горло, понимая, что он пойдет на всё, чтобы надо мной поизмываться. Былое благородство испарилось также быстро, как и его любовь.
– Я подумаю, – заявляет самодовольно. Сволочь.
50.
Едва мы успеваем переступить порог ресторана, к нам подлетает взбешенный Фил и настроен он весьма недружелюбно, судя по тому, как сильно глаза у него выпучились. Леон так и продолжает крепко держать меня за руку, как нашкодившего ребенка, будто я куда-то денусь, особенно после его угроз. Я же не враг сама себе.– Только молчи сейчас, – успеваю шепнуть Леону и выдернуть свою руку, прежде чем, Коваль оказывается рядом. Понимаю, что если буду идти на поводу своих эмоций, грядет что-то страшное, как в фильмах про постапокалипсис
– Всё в порядке, мы просто поговорили, – спешу его успокоить, но вижу, что мои слова не возымели должного эффекта. Фил пыхтит недовольно, еще немного и пар из ушей повалит.– Забирай свою Аню и валите отсюда, – обращается к Леону, опасно приблизившись к нему. Нервы просто на пределе, они оба непредсказуемы, и мне только и остается с замиранием сердца наблюдать за их противостоянием. Боже, дай мне сил!Ведь и подумать не могла, что буду вынуждена сдерживать горячие нравы двух взрослых мужиков. Зачем только связалась с ними. Жила бы себе спокойно, занималась кофейней и проблем не знала, но нет же, закрутилось так, что теперь приходится крутиться, как ужу на сковородке, лишь бы они друг друга не поубивали. Укротительница тигров, твою мать
– Уйдем, не переживай. Тебе тоже будет полезно послушать, – отвечает ему Леон с усмешкой.
– Сейчас идём за наш столик, ты садишься и молча слушаешь, поняла? – это уже мне над ухом рычит.
– А потом уже вопросы задаешь.Я киваю и скрепя сердце направляюсь к их столику, за которым одиноко сидит дизайнерша и потягивает красное вино с бокала. Как-то подозрительно спокойно выглядит для женщины, чей мужчина ушел с другой в неизвестном направлении.Но при моем появлении осуждающе качает головой и глаза демонстративно отводит, всем своим видом показывая свою неприязнь.«Не переживай, это взаимно!» – хочу сказать, но прикусываю язык, ощущая на себе тяжелый взгляд Леона. Не лучшее время, чтобы его нервировать...Он отодвигает мне стул, я послушно опускаю на него свою пятую точку, а Фил от такого моего поведения, мягко говоря, охреневает
– Садись уже, – смотрю на него умоляюще и приглашающе киваю на стул рядом. Понимаю его недоумение как никто другой, но хочу, чтобы это поскорее закончилось для всех нас малой кровью. А лучше вообще без неё.После наших долгих переглядок Фил нехотя устраивается рядом, а Леон садится напротив, поставив локти на стол, всё также не выпуская меня из под прицела темных омутов. Чувствую себя как на допросе. Не хватает яркой лампы и наручников.От абсурдности ситуации хочется рассмеяться, прямо-таки встреча закадычных друзей.
Только в воздухе такое напряжение висит, что при малейшей искорке ресторан заполыхает как Москва в 1812, без преувеличения.Начинаю нервно теребить салфетку, лежащую на столе, совсем позабыв о внушительном кольце на своем пальце. Зато Коваль его замечает, и в глазах его немой вопрос читается.
– Он меня заставил его надеть, – оправдываюсь виновато, а то сейчас не дай бог подумает, что при одном виде драгоценности я сразу растаяла и простила Леона, хотя он вроде бы прощения и не просил, только утверждал, что никакой измены не было. А Фил и так женщин всех продажными считает, я не хочу этот список пополнять, тогда дружбе нашей конец придёт
.– Не поздно ты спохватился, Леон Тагирович? – спрашивает Фил со смешком. – Дорогая цацка, но тебя уже не спасет. Поезд ушел, – и приобнимает меня за плечи специально. Назло всё делает, как обычно. Но не все это понимают.Замечаю, как воинственно выпрямляется Леон в этот момент, уже готовясь встать, и нервно передергиваю плечами, скинув руку Коваля, чтобы не усугублял ситуацию.
Когда все немного привыкают к странному обществу друг друга, Леон просит рассказать дизайнершу, как на самом деле в тот день всё было, когда я увидела их в торговом центре вместе. Она задумывается лишь на мгновение и начинает повествование, в принципе все тоже самое, что я уже слышала от Леона, но с присущими для женщин подробностями.Конечно, все выходит очень складненько и вполне правдоподобно, но я всё равно не могу поверить, что между ними ничего нет.
Своими глазами видела, как она на него смотрела тогда и буквально светилась от счастья, флиртовала. А сейчас у неё вид такой, будто под пытками заставили всё это говорить. Для чего только? Уже мозг вскипает от этих интриг.Смотрю на Леона, он на меня. Выглядит невозмутимым и совершенно уверенным, что доказал свою невиновность.
Склоняет голову чуть набок и прищуривается, будто пытается мои мысли прочесть. Только там сам черт ногу сломит. Даже мне не под силу этот клубок распутать
.– Не веришь? – спрашивает с наигранным спокойствием, а у самого вена на лбу вздулась и желваки ходуном ходят. Психует.– Верю, – выдавливаю я, даже не подумав, потому что он мне выбора не оставляет. Скажу, что не верю, и он весь ресторан нам разнесет. Нет уж, увольте
.– Серьёзно, Софи? Ты веришь в этот бред? – таращится на меня Фил.– По крайней мере, увиденное мною сходится с рассказом, – пожимаю плечами. Это давление со всех сторон вообще не помогает. Словно между двух огней лавирую.– Потому что я тебе не изменял никогда, – цедит Леон, склонившись ко мне через стол. Вижу, что его эта ситуация бесит не меньше моего, и задаюсь немым вопросом, можно так сыграть правдоподобно?
– Посмотри на свою руку и подумай, с какой целью я его покупал.Я опускаю взгляд на свою руку, кручу на пальце колечко, и сознание пронзает мысль, что это не просто щедрый жест с его стороны в знак примирения. Неужели он хотел сделать... предложение!?Мне резко дышать становится тяжело, потому что сердце грохочет где-то в горле. Если всё так, то я даже не знаю, что в свое оправдание сказать. Что я из-за своих долбаных страхов и ревности придумала то, чего на самом деле не было? Хотя эти страхи вполне обоснованы.
У меня уже был неудачный опыт, когда я безоговорочно доверяла человеку, и чем всё закончилось? А Леон так-то тоже не до конца со мной честен был, собственно, из-за этого я и ушла. И как только снова поддалась собственным чувствам, готова была заново всё начать – получите, распишитесь.Понимаю, что Леон ждёт от меня сейчас каких-то слов, ждёт, что я признаю свою неправоту, извинюсь в конце концов, но мне будто язык отрезали. Не могу даже звука издать и пошевелиться тоже не могу. Не готова к такому серьезному потоку информации оказалась моя тонкая душевная организация.На него больше не смотрю, потому что боюсь.
И поверить в это страшно, но и не верить уже не получается. Словно замкнутый круг.Пока я нахожусь в глубокой прострации, отчаянно пытаясь мысли в кучу собрать, он поднимается, резко стул отодвинув, ножки которого с противным звуком прокатываются по керамограниту. И молча уходит, оставив нас втроем.Одна моя часть хочет за ним сорваться, а вторая упорно твердит, что сказать можно, что угодно.
И от этого у меня душа на куски разрывается. Когда и хочется, и колется...Эта Анна встаёт следом, берет свое пальто с вешалки и перед тем, как уйти, ладонь мне на плечо кладет и говорит так, чтобы только я слышала:– Между нами ничего не было и не будет. Он тебя любит. И даже за него готов простить, – стреляет глазами в сторону Фила.Уж от кого я не ожидала подобных откровенностей, так это от неё, но до конца эту женщину всё равно понять не могу. Что-то меня настораживает, а что именно, в толк не возьму никак.Когда остаемся с Ковалем вдвоем, ищу в нем поддержку, но он лишь глаза закатывает и плечами пожимает
.– На меня не смотри, тут я тебе не советчик. Поступай, как подсказывает сердце, Софи.Да ни черта не подсказывает, оно в конвульсиях бьется. У меня такая каша сейчас в голове, что хочется от всего мира спрятаться где-нибудь на необитаемом острове посреди океана, чтобы никто меня не трогал.Остаток вечера проходит словно в вязком тумане. Смотрю на счастливые лица людей вокруг, и вообще не понимаю, что я здесь делаю.Этот день должен был стать началом нового этапа в жизни.
Толчком к покорению новых вершин, но на деле вернул меня к исходной точке. К тому, от чего я так рьяно желала убежать и поскорее забыть, как страшный сон, только был ли он таковым?Мне понадобилось несколько дней, чтобы прийти в себя, собраться с мыслями и найти в себе мужество, чтобы решиться на разговор с Леоном.
На этот раз без лишних эмоций, без обвинений, без упреков и наедине. Конечно, я знала, он будет непростым для нас обоих, и о его исходе даже не думала на тот момент.Я не готовила заранее речь и понятия не имела, что скажу ему при встрече. Захочет ли он вообще меня видеть? Велика вероятность, что нет.
Но я обязана была попробовать, потому что это единственное, о чем думала все эти дни, постоянно крутила в голове, глядя на свой палец с кольцом. Надо было снять его давно, но у меня рука просто не поднималась.Сначала хотела позвонить, попросить Леона о встрече, а потом решила, что лучше так заявлюсь, без предупреждения."Потому что боишься, что он откажет" – гаденько отозвался мой внутренний оппонент.
Возможно, это тоже сыграло свою роль...Специально встала пораньше, чтобы застать его дома, всё-таки спокойная обстановка больше располагает к нормальному разговору.Влезла в первые попавшиеся вещи, ими оказались джинсы, одни из немногих выживших при разборе гардероба, и вязаный свитер.
Макияж делать не стала, не хотелось, да и не смогла бы, потому что руки тряслись, как при болезни Паркинсона. Накинула парку, сунула ноги в любимые угги, мысленно пожелала себе удачи и отправилась сдаваться с повинной.За руль сесть не рискнула, сосредоточиться на дороге в таком состоянии вряд ли получится, взяла такси. Дорога заняла около тридцати минут, но мне они показались целой вечностью.Не выпускала телефон из рук, постоянно на время смотрела, чтобы успеть. Рабочий день у Леона с девяти, но иногда он мог уехать гораздо раньше.Водитель такси охотно пытался заговорить со мной пару раз на разные темы, только я была не расположена к беседам.
Воткнула наушники в уши и мечтала поскорее добраться до пункта назначения, потому что от нервов меня стало подташнивать.Расплатилась с таксистом наличными и пошла к подъезду. Постояла несколько минут в метре от крыльца, задрав голову на окна его квартиры, набралась духу и пошагала внутрь. Перед смертью всё равно не надышишься.Не успела позвонить в домофон, дверь открыл кто-то из выходящих соседей, и я смогла попасть прямо к порогу триста шестой.
Когда занесла руку над звонком, сердце колотилось как у зайца, медленно выдохнула через рот и нажала на кнопку. Потом еще два раза – на всякий случай.Дверь долго не открывали, затем я услышала тяжелые шаги и уставилась себе под ноги. Никогда ещё такой ущербной себя не чувствовала да и перед мужчиной извиняться как-то не приходилось.Щелкнул замок на двери, я немного отошла назад, чтобы дверью по лбу не получить ненароком, и грубый мужской голос спросил:– Вам кого?Я часто-часто заморгала в надеже, что мне это снится, но картинка не поменялась, на меня недовольно смотрел мужчина лет пятидесяти в шелковом черном халате
.– Мне? – дебильнее вопроса просто не придумать в данной ситуации.Он оглядел меня с головы до ног и сказал с раздражением:– Ну не мне же! Вы вообще время видели, девушка? Нормальные люди ещё спят. Опять какую-то лабуду будете предлагать? Как же вы надоели! Кто вам только двери открывает!?– Нет-нет, – я усиленно замотала головой, – послушайте, тут раньше мужчина жил. Леон. Может знаете? – с надеждой взглянула на него
.– Так я у него эту квартиру купил ещё месяц назад. А что такое? – напрягся он и прищурился.– Понимаете, я его дальняя родственница, в городе проездом, вот хотела повидаться, а контакты все потеряла, – нашлась я.
– Случайно не знаете, куда он переехал?– Понятия не имею, – пожал мужчина плечами и хотел ещё что-то спросить.– Очень жаль, извините, всего доброго! – скороговоркой выпалила и поспешила убраться, а то мужик больно нервный.Ехала в лифте и рыдать хотелось от досады. Ну почему всё так, опять какие-то препятствия на пути. Ничего мне не дается легко в этой жизни.Понимала, что если не поговорю с Леоном в ближайшее время, то буду себя изводить морально до тех пор, пока в психушку не попаду.Если квартиру он продал, то офис-то никуда не делся, поэтому вызвав такси, отправилась к нему на работу.
Дождусь там его прихода. Конечно, для такого разговора не самое подходящее место, но что уж теперь.Я бывала в офисе у Леона всего несколько раз и то, большую часть времени проводила у Фила в кабинете, поэтому кроме Анны и секретаря никого не знала.Сегодня в приёмной, как назло, сидела совершенно другая девушка. Молоденькая и очень симпатичная. Печатала что-то на компьютере, активно стуча по клавиатуре длинными ногтями, пока я не подошла. "Хорошо живетё, Леон Тагирович" – ревность проклятая опять свои когти запустила в душу, но на этом я себя одернула, так и до паранойи недалеко
.– Здравствуйте, вам помочь? – спросила девушка дружелюбно.Я немного замялась, зачем-то по сторонам огляделась и только потом сказала:– Доброе утро, а вы не знаете, Леон Тагирович сегодня во сколько будет?– Минутку, – девушка глянула на меня с интересом и полезла в компьютер, я почему-то подумала, что сейчас пошлет меня куда-подальше, но нет.
– У него на девять утра встреча назначена в городе, думаю, в офис приедет ближе к одиннадцати. Ему что-то передать?– А можно я здесь его дождусь? Не помешаю? – в наглую напросилась и улыбнулась
.– Конечно, присаживайтесь, – она кивнула на диванчик, – чай, кофе?– Нет, спасибо большое.Я разместилась на небольшом кожаном диване и глянула на часы, висящие над входом. Ждать полтора часа, как минимум, но я была твердо настроена дождаться его прихода.Время тянулось как жвачка, невероятно медленно, будто нарочно, от этого нервы натягивались ещё сильнее.
Ожидание – самое мучительное состояние для меня, никогда не могла похвастаться терпеливостью, а сейчас и вовсе хоть на стену лезь.Чтобы хоть немного отвлечься, стала листать каталоги, которые лежали на кофейном столике рядом. Прикинула в уме, сколько денег мне понадобится, чтобы обставить квартиру такой мебелью, и сразу же закатала губу.
Цены кусались, но они были оправданы. Дизайн продуман до мельчайших деталей, и каждое изделие можно смело назвать произведением искусства.В какой-то момент вдруг ощутила, что сердце снова стало заходиться в приступе тахикардии, наверное, сказываются бессонные ночи и отсутвие нормального питания.
Стрелка часов показывала без пятнадцати минут одиннадцать.Я даже подумать не успела о том, что Леон уже скоро должен приехать, как он показался в приёмной, а на меня сумасшедшая паника накатила мгновенно. Мысли, как тараканы, расползлись в разные стороны и обратно в кучу собираться никак не хотели. ения.
Прижала к себе каталог двумя руками и уставилась на Леона, широко глаза распахнув.Он поздоровался со своей помощницей и только потом меня заметил, мазнув по моей фигуре равнодушным взглядом, от которого у меня внутри всё инеем покрылось. А на что я, собственно, надеялась? Что он с распростертыми объятиями меня примет после всего?– Мы можем поговорить? – спрашиваю его и сама свой голос не узнаю, словно чужой. Севший
.– Проходи в кабинет, – ответил, даже не глядя на меня, и вновь переключил внимание на секретаря.Я встала с дивана и направилась к двери, стараясь не анализировать его действия и выводов поспешных не делать. Дверь в кабинет была закрыта, но не заперта на ключ. Нажала на ручку и вошла внутрь, срочно захотелось найти точку опоры, потому что ноги не держали совсем. В обморок бы не рухнуть перед ним от волн
51.
С горем пополам дошла до его стола и очень медленно опустилась на стул для посетителей. Собственное тело совершенно не слушалось и стало каким-то деревянным. Не знала, куда деть руки, они почему-то страшно мешались в данный момент, и вообще какую позу принять, чтобы не выглядеть глупо.
Внутри всё лихорадочно клокотало и вибрировало от волнения и напряжения, даже монотонное тиканье часов казалось до одури громким и нервирующим. Но я старалась себя утешить хотя бы тем, что раз он сразу меня не прогнал поганой метлой и дал возможность высказаться, то мои дела не так уж плохи. По крайней мере, у меня есть шанс, а это уже немало.
Когда дверь позади захлопнулась, и Леон вошел в кабинет, не рискнула обернуться.
Решила дождаться, пока он тоже сядет, и тогда уже разговор начинать, чтобы глаза его видеть. Они лучше слов передают его настроение, это я давно подметила и надеялась, что сейчас выступят в роли своеобразного маяка, на который смогу ориентироваться при разговоре.
Только Леон стол свой обошел и остановился у большого окна напротив, повернувшись ко мне спиной и сунув руки в карман брюк.
Будто мысли мои прочел и сделал с точностью наоборот. Хотя я этому не удивляюсь, между нами с самой первой встречи возникла какая-то необъяснимая связь на ментальном уровне. Он чувствовал меня, как никто другой. Без слов.
Я взгляд осторожно подняла, оглядела его напряженную фигуру и поняла, что требовать от него чего-то просто не могу, не в моем положении. Разговаривать со спиной, конечно, не очень, но если ему так проще, то ладно. Главное начать…
– Леон, я тебе верю. Верю, что у вас с Анной ничего не было, – сказала тихо, не надеясь особо, что он ответит, но сделала небольшую паузу, показывая тем самым, что все-таки жду диалога.
– Я рад, что смог донести это до тебя. Жаль, что так поздно. Если бы ты не бегала от меня и объяснила причину своих поступков, я бы сделал это гораздо раньше, когда ещё всё можно было исправить, – с сожалением в голосе отозвался он, задумчиво глядя куда-то в даль.
Что ж, теперь пришла моя очередь оправдываться. Только у меня доказательств нет. Остается надеяться, что он мне на слово поверит.
– Всё на самом деле не так, как ты думаешь… Нас с Филом связывает только дружба и совместный бизнес. Ничего больше. Это я попросила его тогда так сказать, потому что не могла тебя видеть… – на этом хотела остановиться, но решила идти до конца. Пора свою душу раскрыть перед ним, момент более чем подходящий. Да и смысла вокруг да около ходить не вижу. – Мне было больно. Невероятно. Я только отошла от нашей последней ссоры и снова увидела тебя с ней... С копией твоей жены, – голос предательски дрогнул на последней фразе, мне меньше всего на свете хотелось ковырять его старые раны, но это было важно, ведь именно с разговоров об Алёне всё началось. Она была повсюду, пусть лишь в воспоминаниях людей, которые её знали, но мне и этого хватило. А потом появилась Анна. Я ведь действительно думала, что Леон к ней что-то испытывает, поэтому и реагировала столь бурно, когда рядом их видела. – Со стороны вы выглядели как счастливое семейство. Ты шел за руку с её ребенком, вы мило общались, потом ещё этот поход в ювелирный… Это теперь я понимаю, что просто ревнивая идиотка, а тогда всё казалось иначе…
– Почему ты сразу не подошла и всё не выяснила? В конце концов, съездила бы мне по роже. Девушкам после такого обычно становится легче, а потом бы уже вместе разбирались за что. Поверь, я бы слова не сказал, потому что очень хорошо тебя понимаю. Некоторые эмоции неподвластны контролю. И в этом нет ничего постыдного. Но вместо этого ты предпочла просто уйти, ничего мне не объяснив. Я же, блять, с ума сходил, места себе не мог найти, загонялся до такой степени, что психушка по мне плакала, да я Фила готов был убить, понимаешь? – у меня сердце кровью обливалось, пока он всё это говорил. Хотелось уши заткнуть и не слышать, но лишь от того, что правда глаза колет. – Когда увидел вас в ресторане за завтраком, у меня башню окончательно сорвало. Знаю, что тебя в жизни бы не тронул и пальцем, но впервые мне было страшно, что я вообще отчета своим действиям не отдаю. Словно бес вселился.
Никогда не смотрела на ситуацию глазами Леона и не задумывалась о том, что он чувствовал в тот момент, а сейчас вдруг осознала, каково было ему всё это время.
Получается, я не только свою жизнь в ад превратила, но и его, причём совершенно незаслуженно. И тут никакие слова не способны передать, как сожалею, что заставила нас через это пройти. Даже не представляю, что в свое оправдание сказать. Он прав во всём. Если бы я тогда не тешила свою гордость и по «горячим» следам выяснила у Леона, почему он с этой Анной в торговом центре прогуливается, то не пришлось бы скрываться и врать тоже не пришлось.
– Леон, прости меня, если сможешь, конечно… Знаю, что очень виновата перед тобой и искренне раскаиваюсь, – опустила голову и глаза прикрыла, потому что теперь всё было разложено по полочкам в моей голове, и я ясно видела всю картину в целом, а не отдельные её фрагменты.
Леон вздохнул тяжело и рукой о стекло оперся, голову вниз склонив. Безумно захотелось подойти к нему сзади, обнять и щекой к широкой спине прижаться, но понимала, что нам нужно поговорить. Попытаться друг друга услышать и понять.
– Я не держу на тебя зла, София. И хочу, чтобы ты была счастлива. Если бы знал сразу, чем все обернется, то никогда бы не стал тебя в это втягивать. Я тоже виноват перед тобой, что не рассказал с самого начала, хотел уберечь, а может, просто боялся тебя потерять и поэтому молчал… Но, всё тайное рано или поздно становится явным. Я должен был об этом подумать, Коваль меня предупреждал столько раз, и самое смешное, он оказался прав. Во всём. Если отбросить в сторону все эмоции, то я даже рад, что Фил был рядом и заботился о тебе всё это время. Он, конечно, бывает тем еще мудаком, но на него можно положиться, – Леон усмехнулся после этих слов. – Никогда бы не подумал, что Коваль после стольких лет дружбы против меня пойдет, чтобы девушке помочь. Ты открыла его с совершенно неожиданной стороны.
– Я ни о чем не жалею, слышишь? – заявляю уверенно. – И не буду счастлива без тебя. Да, это был очень непростой период для нас обоих, но теперь он закончился. Мы можем начать всё сначала, хотя бы попытаться, Леон. И с Филом вы обязательно помиритесь, знаю, что он тоже скучает по вашему общению, но никогда этого не признает.
– А со мной ты будешь счастлива? – спрашивает, но ответить не позволяет. – Да, на этот раз мне удалось до тебя достучаться, но это только капля в море. Знаешь, сколько ещё раз в жизни тебе предстоит разочароваться в людях? Если завтра тебе вдруг скажут, что меня видели в компании какой-то посторонней женщины, ты опять сбежишь? Или будешь молча терзаться в сомнениях, не изменяю ли я тебе? Ты мне не доверяешь, София. С самого первого дня. Что сейчас изменилось?
– Дело не в тебе… Я никому не доверяю, но очень хочу научиться тебе доверять. Очень, – отвечаю с придыханием.
Я понимаю, что моя проблема с доверием возникла уже давно и актуальна по сей день. Мне тяжело кому-то довериться, я всегда жду какого-то подвоха или ножа в спину. И первым человеком, который поспособствовал этому был мой отец, но тогда рядом со мной оказался Матвей, в котором я искала утешение, поддержку и опору. И почему-то именно ему я слепо верила и даже не подозревала, что он может так со мной поступить. Мы были идеальной парой, как мне казалось. Молодые, красивые, целеустремленные. Мы даже ссорились с ним редко, потому что смотрела на него сквозь розовые очки, наивно думая, что у нас будет по другому. Проживем до самой старости и умрем в один день.
Дурацкое заблуждение юной девчонки «он не такой» в одночасье рассыпалось, как хрупкий хрусталь.
Теперь мне нужна помощь психолога, чтобы вытравить из своей головы все страхи, которые мешают нормально жить.
– Мы с ума друг друга сведем, ты ведь сама знаешь. Меня клинит на тебе, это факт, я не могу его отрицать, как бы не старался. Но я не хочу, чтобы спустя два года или пять лет, ты вдруг поняла, что я не тот, кто тебе нужен, и ты меня за это возненавидела. Всё задавался вопросом, почему у нас с тобой не складывается, оказалось, ответ лежал на поверхности… Ты молодая, амбициозная, у тебя всё только впереди и ты должна наслаждаться этим временем, не уверен, что со мной получится. Видимо, годы всё-таки берут своё. Я старше тебя почти на целую жизнь, если в двадцать хочется ярких эмоций, драмы, ссор с жаркими примирениями, то в тридцать семь начинаешь думать о спокойствии и размеренности. Вот и я все чаще задумываюсь о покупке дома, где-нибудь подальше от города, заведу собаку, будем гулять с ней по лесу, рыбачить на берегу небольшого озера. Зачем тебе такая жизнь?
Я понимала, к чему он ведет, понимала и не хотела с этим мириться. Не после всего, что мы прошли.
Мне плевать на разницу в возрасте, хотя ещё совсем недавно я думала иначе. Но всё познается в сравнении.
Один нужный человек оказался способен полностью перевернуть все мои жизненные установки и убеждения, и я этому рада.
Рада, что пошла в тот вечер в «Нирвану» и встретила там Леона, а потом повела себя как девица без принципов и сделала этот первый шаг. Черт возьми, да я даже готова Матвею сказать спасибо, что он меня бросил. Ведь иначе ничего бы этого не было.
Не раздумывая больше ни секунды подскочила со стула и подошла к нему вплотную, заставив посмотреть мне в глаза.
– Я уйду отсюда одна только в том случае, если ты скажешь, что не любишь меня. Скажешь так, чтобы я в это поверила. Остальное меня не волнует, Леон.
Он рассмеялся с отчетливым оттенком горечи в голосе и ответил мягко:
– Ты ведь знаешь, что это не так. Я никогда тебе такого не скажу.
– Тогда зачем ты это делаешь? Зачем сознательно отталкиваешь меня? Может сейчас вообще первый раз в жизни, когда я признаю, что была не права, – пытаюсь шутить, а у самой слезы медленно с ресниц срываются. Мне так хочется всё исправить, но я понятия не имею как.
– Не плачь, – Леон большими пальцами нежно стирает слезинки с моего лица и говорит: – потом еще скажешь мне спасибо, что не стал рушить твою жизнь и рядом с собой удерживать. Ты заслуживаешь гораздо большего, поверь.
– Леон, пожалуйста… – прошептала в отчаянии и отвернулась, теперь уже слезы бешеным потоком лились из глаз, совершенно неконтролируемо. – Я тебе не говорила, но я никого никогда так сильно не любила и знаю наверняка, что уже не полюблю. Дай нам шанс. Помнишь, ты сам меня когда-то об этом просил? Просил не рубить по-живому и сам же сейчас это делаешь! Откуда ты знаешь, что мне нужно? За последний год я пережила столько, что мне до конца дней хватит, драмами я сыта по горло. А теперь просто хочу быть с тобой. Хочу вместе с тобой гулять по лесу, загорать на берегу озера, пока ты будешь рыбачить, подальше от всех! – ощутила себя маленькой девочкой, которая требует от родителей новую игрушку. Не хватало еще ногой топнуть для убедительности.
Он улыбнулся, и наверное, первый раз за всё это время, что мы были в разлуке, посмотрел на меня с той теплотой, которая и раньше была в его взгляде, склонился ко мне и поцеловал в макушку, давая надежду, что это не конец для нас, а только начало.
Я прильнула к его груди и обняла изо всех сил, запустив руки под ткань пиджака и уткнувшись носом в рубашку, пропитанную его парфюмом. Стояла и не могла надышаться им, хотелось, чтобы этот аромат навсегда остался в лёгких.
Он нежно провел ладонью по моим коротким волосам, аккуратно пропустив их между пальцев, подбородком уперся о мою голову, и мы простояли в объятиях друг друга, слушая размеренный стук наших сердец, какое-то время.
Я была самой счастливой в этот момент, отчетливо понимая, что больше мне ничего и не нужно. Только любимый мужчина рядом.
А потом как гром среди ясного неба прозвучало глухо, почти шепотом:
– Беги, моя девочка. Прости, что причинил тебе так много боли, не смог уберечь. В этом только моя вина. Моя.
– Нет…нет… ты не можешь так со мной поступить! – я часто замотала головой, не желая верить в такой исход. Расставаться вот так, когда мы оба любим друг друга по-настоящему. Это несправедливо и невыносимо больно.
