Текст книги "Чужие люди (СИ)"

Автор книги: Крис Ковалева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц)

24. Леон

Едва успеваю открыть дверь, как в квартиру влетает маленькая бандитка с двумя смешными хвостиками и виснет на моих ногах, как обезьянка. А следом заходит её мать.

– Привет, не могла до тебя дозвониться. Фил сказал, что на работе ты не появлялся сегодня, – Дина целует меня в щеку и принюхивается к ароматам, доносящимся из кухни. – Ты что, готовишь? – её идеальная бровь ползет вверх, но сестрица не дает вставить и слова.

Опускает взгляд на входной коврик и обнаруживает рядом с моими туфли Софии.

– Ты не один… – выдает она свою догадку с нескрываемым изумлением и прищуривается. – Мы помешали?

Тея карабкается ко мне на руки и обнимает за шею, я поудобнее перехватываю её и говорю:

– Не один. Но вы не помешали, – конечно, я нагло вру, потому как планировал весь день провести вдвоем с Софией, только Дина просто так бы не заявилась с утра. – Что случилось?

– Ничего, – отмахивается она, заглядывая мне за спину, – можешь пару часов посидеть с Теей? Артура срочно вызвали в клинику, а мне нужно согласовать с агентством все детали предстоящего праздника. Ты ведь знаешь, что с этой егозой мне некогда будет этим заниматься, – она умоляюще хлопает глазами и поправляет заколку на голове Теоны. – Вот её рюкзак с игрушками, – протягивает мне.

– У меня есть выбор? – хмыкаю я, прикидывая, как на это отреагирует София. С моей стороны получается не очень красиво, но куда от этой хитрой заразы, с которой у нас одно отчество, денешься?

– Спасибо! – расплывается в белозубой улыбке сестра и шепчет, прислонив ладонь тыльной стороной к губам: – у вас как, всё серьёзно?

Не успеваю ответить.

– Леон, – слышу позади голос Софии и оборачиваюсь. Она стоит с широко распахнутыми глазами и кусает губы от смущения. – Здравствуйте, – обращается к Дине и переводит испуганный взгляд на меня.

– Знакомьтесь, это София. А это моя сестра Дина, – представляю девушек друг другу.

– Очень рада знакомству, София, – с довольным лицом отвечает Дина, бесстыдно разглядывая её, что хочется дать подзатыльник младшей сестрице.

– Взаимно. Может быть позавтракаете с нами? – любезно предлагает София, но смотрит в упор на меня, будто ждёт моего одобрения.

Дина бросает взгляд на свои наручные часы и говорит:

– У меня как раз есть в запасе полчаса. Не откажусь от чашки кофе.

Кто бы сомневался, что Динка упустит такой момент. Сейчас все разузнает, а потом обязательно доложит матери, что у меня в квартире девушка.

Не так я планировал знакомство со своей семьёй, но что уж теперь. Отхожу в сторону и пропускаю Дину вперёд.

От потрясающих запахов в кухне спазмом сводит желудок. Не помню, когда последний раз в моей квартире пахло домашней едой.

София ставит еще одну чашку и тарелку с приборами для Дины и говорит:

– Вы извините. Я отлучусь на минутку. Переоденусь.

Чёрт. Вспоминаю, что она без белья, и кровь в венах закипает от одной только мысли. Нас отвлекли от горячего. Только присутствие Теи позволяет держать себя в рамках.

– Не заморачивайся даже, – по-свойски говорит Дина, усаживаясь на стул. – Это мы к вам нагрянули, как гром среди ясного неба, так что садись, – успокаивает Софию. – И давай на «ты»?

Судя по всему, Дине она понравилась, потому что моя сестра совершенно не умеет лицемерить, и если человек ей не приятен, она дает это понять с первых секунд.

Садимся за стол и все кажется пребывают в небольшом шоке от этой ситуации. Всё слишком внезапно.

Пока мы беседуем, а если быть точнее удовлетворяем любопытство моей сестры, Тея развлекается. Вываливает всё свое добро из рюкзачка на ковер, отыскивает среди кучи игрушек восковые карандаши и бежит к белоснежной стене с кровожадным видом, высунув язык.

– Вот блин… – глаза Дины становятся размером с чайные блюдца. – Теона! – восклицает она, – если ты будешь рисовать на стенах, дядя Леон больше нас не пустит к себе в гости!

Я успеваю перехватить маленькую бандитку в нескольких сантиметрах от стены и усаживаю за журнальный столик, положив перед ней чистый лист.

– Для ваших художеств, – смеюсь я и хочу вернуться за стол, но меня не отпускают.

– Лисуй со мной! – командует племянница, и я сдаюсь без боя, поглядывая на Софию.

Она вроде бы расслабилась и охотно общается с Диной. Только ноги держит крепко зажатыми, закинув одну на другую.

В следующий раз нужно сказать, чтобы оставила у меня какие-то сменные вещи во избежание подобных казусов. Хотя я очень даже не против, если София так будет ходить при мне.

Пока мы с Теей занимаемся искусством, и надо заметить, художественные навыки у нас практически на одном уровне, Дина уже собирается уходить.

– Тея, ради всего святого, веди себя хорошо и не донимай Леона с Софией. Ладно? – с безнадегой в глазах смотрит на дочь.

Теона на это хитро улыбается и кивает в ответ, лишь бы мать отстала со своими наставлениями.

– Всё, я побежала, спасибо, что согласились посидеть с Теей, – Дина шлет мне воздушный поцелуй. – Кстати, ждем вас двоих на нашем первом юбилее через неделю. Отказы не принимаются.

Когда моя взбалмошная сестра уходит, София убирает со стола и смотрит на меня с загадочной улыбкой.

– Я не знал, что они приедут, – оправдываюсь я.

– У тебя очень классная сестра. Она вся искрит позитивом, и это, похоже, заразно, – с восторгом говорит София.

– Этого у нее не отнять. Значит, ты согласна пойти со мной на день рождения Теи? – прищуриваюсь и выжидающе смотрю на неё.

– А кто ещё там будет?

– Без понятия. Но зная Дину, народу должно быть много. Она привыкла всё делать с размахом. Иногда мне даже становится жалко Артура, как он выносит эту неугомонную женщину, – усмехаюсь и опускаю взгляд на увлекшуюся Тею, – и она растет точной копией своей матери.

Обещанные Диной «пару часов» растягиваются на полдня. И всё это время нам приходится на пару с Софией развлекать Теону всевозможными способами, потому что если хоть на секунду позволить себе расслабиться, эта маленькая хулиганка находит себе занятие поинтереснее.

Не удивительно, почему ни одна няня не задерживается у них дольше, чем на неделю. За ней нужен глаз да глаз, даже когда кажется, что она сейчас сладко уснет. Только стоит отвернуться – Тея разве что на голове не стоит.

Когда Дина наконец-то возвращается и забирает дочь, мы с Софией обессиленно падаем на диван, как два пенсионера, и смеемся. Кажется, это нервное.

– Иди ко мне, – притягиваю её поближе и запускаю руку в темные волосы, перебирая пальцами пряди.

София прикрывает глаза и блаженно стонет от удовольствия, на что мой член моментально реагирует.

– Я проголодался, – говорю низким голосом.

– Я сейчас что-нибудь приготовлю по-быстрому, – подрывается она, но я возвращаю её обратно и кладу ладонь себе на пах. – Ах, вот оно что… – с изумлением изрекает она. – Ну и аппетит у вас, Леон Тагирович.

Накрываю сладкие губы поцелуем и сминаю руками обнаженные бедра, нетерпеливо вжимаясь в её плоский живот.

София оттягивает резинку штанов и легко прикасается к пульсирующей головке, а мне от одного этого прикосновения крышу сносит. Хочу её всю, но понимаю, что мне всё равно будет катастрофически мало.

Тяну за края футболки, чтобы освободить её тело от мешающей детали, и в этот момент у Софии звонит телефон.

Не хочу её отпускать, но она выскальзывает из моих рук и тянется, чтобы ответить.

– Привет, мам! У меня всё хорошо, я в кофейне, скоро буду дома, – с ухмылкой косится на мой стоящий колом член, но потом хмурится и отводит взгляд. – Что у тебя с голосом?

Не слышу, что говорит Ира на том конце провода, но София заметно напрягается, и закончив разговор, обращается ко мне с сожалением:

– Прости, мне надо домой.

– За что ты извиняешься? – недовольно свожу брови. – Я тебя отвезу. Что случилось?

– Не знаю, мама говорит, что всё в порядке, но слышу по голосу, что она чем-то сильно расстроена. Может с Павлом поссорилась… – предполагает она.

Собираемся довольно быстро. София порывалась вызвать такси, но я не хотел отпускать её одну, особенно без белья. Поэтому доставляю её прямо до подъезда.

– Позвони мне потом, хорошо? – беспокоюсь я.

– Конечно, – она целует меня в губы и машет рукой на прощание, а я понимаю, что не хочу возвращаться в пустую квартиру.

С появлением в ней Софии она будто ожила, снова наполнилась теплом и домашним уютом. Даже чертова ванная в которую я старался не заходить больше не пугала меня своим арктическим холодом и пустотой.

25.

К сожалению, у всего хорошего есть свойство быстро заканчиваться. Эти сутки с Леоном были самыми счастливыми и самыми короткими в моей жизни. Мне так не хотелось с ним расставаться, но и проигнорировать нехорошее предчувствие по поводу мамы я не могла. Будто бы подсознательно знала, что ей сейчас очень нужен кто-то рядом.

Пока поднималась по ступеням с моего лица не сползала глупая улыбка, а душа пела. Неужели так бывает? Чтобы один человек полностью изменил твое сознание, заставил заиграть жизнь новыми красками, в которой оказывается есть не только черное и белое, но и куча других цветов.

Отыскала в сумочке ключи и открыла дверь. В квартире подозрительно тихо, но мама сказала, что будет дома.

Я быстро скинула обувь, сняла тренч и сунула ноги в тапочки. Глянула на своё отражение в зеркале и поняла – врать, что я была вчера у Ксюхи больше смысла нет. От подруги с такими глазами не возвращаются, а они у меня буквально светились от счастья. Да я вся светилась, чего уж тут.

Заглянула в мамину комнату, там оказалось пусто, и направилась в кухню, где горел приглушенный свет.

Мама сидела на стуле, подперев щеку рукой и задумчиво глядя в одну точку, а на столе перед ней стояла початая бутылка вина и бокал.

– Мам, я дома… – дала о себе знать, потому что она никак не реагировала на мое присутствие.

Только тогда она вздрогнула и поспешно смахнула с лица слезинку, думая, что я этого не замечу.

Я опустилась на соседний стул, хмурясь. Не припомню, когда видела эту женщину такой подавленной и беззащитной. Это вообще не про мою мать. Сколько себя помню, ни разу не было такого, чтобы она показала свою слабость.

– Что случилось? – нервно облизнула губы и уставилась на неё.

– Не бери в голову, – отмахнулась она, натягивая вымученную улыбку. – Просто осенняя хандра.

– Раньше ты подобной ерундой не страдала, – прищурилась я и придвинула к себе бокал с вином, приподняв его за ножку. – Что за повод?

Мама отвела взгляд в сторону и и закусила нижнюю губу. Невооружённым глазом было видно, что её что-то сильно терзает, но делиться со мной она не спешит.

– Мам, я всегда с тобой делюсь своими проблемами. Теперь твоя очередь изливать душу. Ты же сама говорила, что у нас не должно быть секретов друг от друга, помнишь?

После затяжной паузы она наконец-то выдала:

– Игорь не дает развод.

Из моей груди вырвался непроизвольный смешок, хотя мне было не до смеху. Папаша в очередной раз отличился...

– С чего это?

– Не знаю. Я была уверена, что мы обо всем с ним договорились. Но сегодня его словно какая-то муха укусила. Когда я сказала, что завтра нам надо быть в ЗАГСе, чтобы подать заявление на расторжение брака, он заявил, что передумал разводиться. И добавил, если я вдруг всё же решусь, то всё имущество будем делить через суд, и чтобы я сильно не обольщалась.

– Ну какая же свинья! – разозлилась я, но на самом деле всё-таки ждала от него чего-то подобного. Мой отец последняя сволочь, Захаров просто нервно курит в сторонке по сравнению с ним. Для меня было крайне удивительно услышать, что он так быстро согласился на развод, когда мама мне об этом рассказала. – И что ты собираешься делать?

– Видимо, искать хорошего адвоката… – неуверенно сказала она, растерев ладонями лицо.

– Это разумно. Хочешь, я узнаю у Захарова, кто у нас самый лучший адвокат по бракоразводным делам? Он теперь в этих кругах вращается. Думаю, не откажет в помощи, – это, конечно, удар по самолюбию, но я была готова даже на то, чтобы обратиться к своему бывшему.

Мама с удивлением посмотрела на меня и, кажется, совсем сникла.

– А что делать с “Континентом”? Я всего лишь зам, если я пойду на такой шаг, то Игорь меня сразу вышвырнет, – с отчаянием сказала мама. – Найти нового бухгалтера не такая уж проблема. А вот мне остаться без работы...

Я понимала, “Континент” для нее много значит. Она посвятила этой компании практически всю свою сознательную жизнь и в один миг отказаться от своего детища ей будет очень сложно.

– Час от часу не легче, – я перевела взгляд на окно и сказала, подумав: – я с ним поговорю. Воззову его к совести, если хоть немного там её осталось.

– Не надо. Прошу, – она с мольбой заглянула мне в глаза. Боится, что я сделаю хуже, учитывая наши "теплые" отношения с Решетниковым. Называть его отцом мне больше не хочется. – Мне нужно собраться с мыслями…

– А что твой Павел? Неужели он не сможет найти тебе приличное место, у тебя ведь два высших образования. Ты высококлассный специалист. Я уверена, что тебя быстро приметят солидные фирмы.

– Я не хочу его в это посвящать. Он сам прошел через достаточно трудный развод. Не хочется выглядеть в его глазах женщиной, которая жаждет оттяпать у мужа побольше имущества. Тем более, у нас еще не настолько близкие отношения.

В моей голове оставался один вариант, но озвучить его я не решилась. Маме лучше об этом не знать. А мне придется переступить через себя, чтобы на него пойти.

– Как у тебя дела? Ты из-за меня так рано вернулась? – расстроенно спросила меня.

– Всё хорошо, – туманно произнесла я. – Мам…

– А?

– Я влюбилась, – выпалила я, сама от себя не ожидая.

Она удивленно хлопнула глазами и улыбнулась, на этот раз искренне.

– И кто он?

– Он старше меня... Значительно, – осторожно ответила я, не решаясь обрушивать на маму такой шквал информации за один раз.

Мама забрала у меня свой бокал и сделала большой глоток вина. Немного помолчала.

– Так… Значительно, это на сколько?

– Пятнадцать лет.

Она шумно набрала воздуха в легкие и спросила с опаской:

– Женатый?

– Нет, что ты… – я ошарашенно замотала головой. – Он очень хороший. Правда.

– Все они по началу хорошие, – скептически отозвалась мама.

– Если ты будешь не против, я вас познакомлю.

– А он? – хмыкнула она.

– Он не против.

Мама истерически хохотнула, подливая себе еще вина, и посмотрела на меня совсем другими глазами, переварив услышанное.

– Вот это новости. Почему-то я была уверена, что моя дочь предпочитает ровесников. Неужели я настолько плохая мать?

– Что ты выдумываешь? – цокнула я. – Я сама не ожидала от себя подобного, если тебе станет от этого легче. Но знаешь, я вдруг поняла, что Захарова никогда не любила... Это совсем другое. Понимаешь?

Мама поджала нижнюю губу и протянула мне руку.

– Конечно, я приму любой твой выбор, Соф. Ты у меня мудрая девочка. Так что я не против познакомиться.

– Спасибо! – я улыбнулась и крепко сжала её в объятиях. Мне было важно, чтобы мама меня поняла, потому что выбирать между ней и Леоном я бы не смогла, даже если бы мне приставили к виску дуло пистолета...

После нашего разговора я всё думала, как же сделать так, чтобы Решетников дал свое согласие на чертов развод. Без долгих судебных заседаний и войны с мамой. Знаю, что она не хочет идти против него, и он этим охотно пользуется.

Но почему он вдруг так резко изменил свое решение? Они давно уже не живут вместе. У него новая любовь. Должен быть рад, что мать не устраивала из этого шоу. Приняла его выбор. Осталась в "Континенте". Ничего не понимаю.

26. Леон

Ночь проходит суматошно. Разговор с Софией перед сном только этому поспособствовал.

Слышал по грустным нотам в её голосе, что-то у них дома произошло, но она категорически отказалась говорить об этом по телефону. А мне оставалось только гадать, не из-за меня ли у нее появились проблемы.

Нужно было давно поговорить с Ирой на чистоту, как и планировал, но я поддался уговорам Софии, что она сперва должна подготовить почву, а уж потом можно вываливать всю правду на голову её матери. Как по мне, рубить хвост по частям – гораздо хуже, нежели сделать это за один раз.

Хотя я допускал возможность, что София просто не уверена, нужны ли ей эти отношения так, как нужны были мне.

Давить на нее тоже не хотелось, ведь понимаю, между нами разница длиною почти в целую жизнь. Она сама должна прийти к этому решению. Осознанно.

Я могу только поспособствовать, чтобы оно все-таки оказалось в мою пользу.

Только с этим чертовым пожаром геморроя в моей жизни значительно прибавилось.

По счастливому стечению обстоятельств, огонь не добрался до того крыла, где находилась изготовленная мебель, пострадал только так называемый хозяйственный блок, в котором один из моих работников успешно скрывался от разъяренной жены, спалившей его на измене. Не до конца потушенная сигарета и стала причиной пожара. Сам он не пострадал, я успел его вытащить, но рабочего места он, конечно, лишился. Хотя надо признать, руки у него, действительно, росли откуда нужно.

По итогу в нашем штате остро не хватает дизайнера и мастера по сборке мебели, что никак не вписывается в мои планы. Нам бы ускориться, чтобы уложиться в срок, но теперь я сильно в этом сомневаюсь.

Фил трезвонит мне с семи утра, только мой мозг не желает решать проблемы на работе, пока я не узнаю, что случилось у Софии.

Выехал специально с небольшим запасом времени и решил наведаться к ней домой с утра пораньше.

Ира как раз выруливала с паркинга, когда я подъехал, поэтому не переживал, что мы случайно столкнемся с ней в дверях. А вот знакомый «Ниссан» все еще стоял на своем месте.

Попасть в подъезд не составило труда. Кто-то из соседей выходил и любезно придержал входную дверь.

Зато звонить в их дверь пришлось настойчиво. София не открывала. И когда я увидел её сонную физиономию, то понял почему.

– Доброе утро, спящая красавица, – иронично усмехнулся, упершись рукой о стену. – Впустишь?

– Леон? – от удивления она открыла рот и хлопнула ресницами. – Ты как здесь? – и завертела головой, вероятно, переживая, что нас застукает Ира.

– Она уже уехала, не волнуйся. Так и будем стоять на пороге?

– Проходи, – София тряхнула головой и пропустила меня внутрь. – Я просто немного в шоке и еще не до конца проснулась. Что-то случилось?

– Вот ты мне сейчас и расскажешь, что у вас случилось вчера. Раз по телефону не захотела говорить.

София тяжело вздохнула и ответила:

– Дай мне хотя бы умыться. Ты завтракал? – по моему выразительному взгляду, видимо, всё стало ясно. Она недовольно цокнула. – Включи тогда чайник, я быстро.

Я скинул пальто и прошёл в кухню. Клацнул клавишей на чайнике и решил, что приготовить яичницу мне под силу. Сковорода удачно стояла на плите, а яйца нашлись в холодильнике.

Понятие «быстро» у мужчин и женщин, судя по всему, очень отличается в значении. За это время я успел приготовить завтрак, налить нам чай и даже заскучать.

Пришлось включить телевизор, чтобы не сидеть в тишине, пока София была в ванной.

Я бездумно щелкал каналы, когда хлопнула входная дверь, уже мысленно готовясь объясниться с Ирой. Ситуация, конечно, вырисовывается на редкость хреновая, но не прятаться же мне как подростку, в конце концов.

Принял непринужденную позу, в ожидании неизбежного, но даже для меня дальнейшее развитие событий стало полной неожиданностью.

– Так вот значит, что за бизнесмен спит с моей женой, – Игорь зло прищурился и окинул взглядом комнату, задержавшись на столе. – Хорошо устроился, смотрю?

Разве можно, блять, придумать что-то дебильнее в этой жизни, чем эта ситуация? Фил будет долго ржать, когда узнает. Мне и самому смешно от абсурдности. Чёрт.

Ладно. Поговорим.

Я лениво поднимаюсь со стула и ровным голосом отвечаю, встав напротив него:

– Здравствуй, Игорь. Откуда такая информация?

– Птичка на хвосте принесла, – огрызнулся тот. – Где она?

Я криво усмехаюсь.

– Если ты об Ире, то она уехала.

– А ты, значит, здесь прописался?

– Не переживай, на твою жилплощадь я не претендую. И на жену тоже.

– Не думал, что Ирка такая дура.

Только собрался ответить ему, как за спиной Игоря возникла София с ошалевшими глазами.

– Ты здесь какого хрена забыл!? – зарычала она с лютой ненавистью.

Решетников обернулся.

– И тебе, здравствуй, дочь. Скажи мне, давно эти двое снюхались?

Она переводит непонимающий взгляд на меня. Значит, не слышала нашего разговора. Оно и к лучшему, по крайней мере у этого идиота есть шанс еще сильнее не испортить отношения с дочерью.

– Игорь, пойдем поговорим на улице. – с нажимом говорю я.

– Он того не стоит, Леон. И уже уходит, – влезает София. – Выметайся, – кивает ему на дверь. – Тебе здесь не рады.

Игорь сканирует нас цепким взглядом. Молчит. Что-то обдумывает.

– Так это ты с ним спишь? – изумленно выдает Решетников, а я скриплю зубами. Придурок, блять. Зачем?

– Тебя это не касается, – зло цедит София.

– Это мой дом. А ты моя дочь. Меня касается всё, что касается тебя.

Её начинает потряхивать от его присутствия, даже я это замечаю. Но все ещё надеюсь, что у него хватит ума заткнуться. И мы спокойно поговорим.

– Не поздно ты об этом вспомнил, папаша? Почти год ты старательно делал вид, что у тебя её нет. И знаешь, у тебя это получилось. Я тебя всей душой ненавижу. Просто оставь нас в покое и все!

Вижу, что у нее глаза на мокром месте, но пытается храбриться. Сжимает руки в кулаки и воинственно поднимает голову. Зная её крутой нрав, запросто может на него кинуться в таком состоянии.

Этот идиот сам себя топит все глубже и глубже. Но меня теперь беспокоит только судьба Софии.

Подхожу к ней и обнимаю одной рукой, а она как слепой котенок жмется ко мне, утыкаясь носом в грудь.

– Можешь обижаться сколько угодно. Ведешь себя, как капризный ребенок. Ира вообще в курсе, что ты вытворяешь? – он качает головой и смотрит на меня в упор. – Ну, ладно у нее мозгов нет, но ты неужели не мог найти другую бабу для траха, Леон? Заморочил ей голову или ещё не успел?

– Заткнись, Игорь, – из последних сил держусь, чтобы не съездить ему по роже. Только присутствие Софии меня останавливает.

– А что я не так сказал? Думаешь, не знаю? Она же тебе надоест через несколько месяцев, ладно, максимум полгода. А девчонка потом будет слезы лить, когда ты её бросишь.

– Не суди по себе.

Он усмехается. Вижу по лицу, что прав оказался. Только чего этим добиться хочет? Если решил вернуться в семью, то хреновую тактику выбрал. Сцена ревности не удалась, так решил дочь уму-разуму научить.

– Уйди! – шипит София. – Ради бога, уйди. Не доводи до греха.

Решетников проходит прямо в обуви в комнату и по-хозяйски падает на диван.

– Мне Ира нужна. Разговор к ней есть. Так что подожду, пока она не вернется.

– Я не останусь с ним, – шепчет мне София.

Я киваю и говорю:

– Иди собирайся. Мне надо кое-какие вопросы на работе уладить, поедешь со мной.

Не вижу смысла больше вести диалог с Решетниковым, и рожу его противную видеть тоже не хочу, поэтому пока София собирается, я жду в прихожей.

Да уж. Позитивно утро началось, ничего не скажешь. Еще и чувствую за собой вину. Не заявись я к ней домой, этого семейного скандала можно было бы избежать. Хотя, с другой стороны, хорошо, что я был рядом. Не представляю, что бы он ей наговорил наедине.

– Прости за это представление, – уныло говорит София, пока едем ко мне в офис. – Мне жаль, что тебе пришлось в нем участвовать.

– Брось, – отрезаю я, – тебе не за что извиняться. Твоей вины здесь нет.

По пути сворачиваю к ресторану, позавтракать нам так и не удалось. Прежде чем выйти из машины, спрашиваю:

– Что тебе взять?

– Спасибо, я не голодна, – смотрит на свои руки и шмыгает носом. Расстроена. Я злюсь, но не на нее, а на Решетникова. Каким же мудаком надо быть, чтобы довести свою дочь до такого состояния. Если хотел мне что-то сказать, сказал бы лично, не вмешивая сюда её.

– Сонь, – смотрю на неё и язык не поворачивается сейчас назвать Софией, хоть она и страшно не любит это сокращение. Выглядит маленькой и беззащитной. – Посмотри на меня, – прошу я, подбирая нужные слова, хотя психолог из меня так себе. – Он сейчас бесится из-за Иры в первую очередь. Им надо поговорить и решить проблемы между собой. Думаю за столько лет у обоих найдётся, что сказать друг другу. А потом я обязательно объяснюсь перед ней лично. Не терзай себя. И пока ты не поешь, я от тебя не отстану.

Она несколько секунд молчит, даже не мигает, а потом обнимает меня крепко, будто боится, что я испарюсь. И в этот момент четко понимаю, что все готов отдать, чтобы она была рядом и обнимала вот так, как сейчас. Отчаянно и жадно.

Как бы сказал Коваль: «вот ты и окончательно поплыл, Алиев». И ведь так оно и есть.

– Ну так что на счет завтрака?

– Я буду капучино и блинчики.

– Хорошо, – целую её в висок и иду в ресторан.

В офисе меня уже поджидает злой Фил. Обещал ему, что приеду вовремя, но возникшие обстоятельства вынудили задержаться.

– Ну наконец-то! – гневно кричит он, – я же тебе говорил, что назначил собеседование на девять утра. Между прочим, ты меня просил кровь из носу найти тебе нового дизайнера. Он уже двадцать минут ждет.

– И тебе доброе утро, Фил, – веду бровью, Коваль порывается сказать что-то в ответ, явно не очень приличное, но при виде Софии лишь открывает и закрывает рот.

– Здравствуйте, – кивает ему, – это я задержала Леона, простите, – решила прикрыть мою задницу перед этой истеричкой в костюме.

Фил переводит растерянный взгляд на меня и сбавляет пыл.

– Здравствуйте, – протягивает ей руку и сверкает зубами с большим удовольствием, – в прошлый раз мы не успели познакомиться, зато успели пообниматься, – что он несет? – Меня зовут Филипп Коваль, но для вас можно просто Фил.

– София, – протягивает руку в ответ и смущенно отводит взгляд. – Приятно познакомиться.

– А теперь поподробнее про момент с объятиями, – хмыкаю я и поочерёдно смотрю на этих двоих.

София поднимает глаза на Коваля, тот подмигивает ей и спроваживает меня. И когда успели спеться? Очень интересно.

– Ты какого хрена еще тут? Давай быстро в кабинет дуй. Иначе останешься без дизайнера. У нас сроки горят, – напоминает мне в сотый раз. – Не переживай, за Софией я присмотрю.

Я недовольно вздыхаю и спрашиваю:

– Только один претендент на это место нашелся? Вот как раз оставлять её с тобой мне кажется очень не целесообразно, Коваль.

– Нет, еще баба… пардон, девушка должна была прийти, но видно передумала. Так что пока только он. Найти толкового дизайнера оказалось не так уж просто, знаешь ли.

– Посмотрим, толковый ли, – хмыкаю я.

Перед тем как уйти, смотрю на Софию и хочу забрать её с собой.

– Иди, со мной всё в норме, – успокаивает она меня, а Коваль расплывается в довольной улыбке.

– Ты за нее головой отвечаешь, – бросаю напоследок.