Текст книги "Особняк Ева. Первый рассвет. Морфо (СИ)"

Автор книги: Ива Риа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 43 страниц)

– Я понял тебя, брат, – растянув губы в удовлетворенном оскале, произнес Эдди, услышав из трубки телефона все имеющиеся подтверждения сказанного девушкой от Мэтью. Этот же громила нашел в общежитие парней с татуировками лун и провел допрос. Ю Рин, конечно, верилось с трудом, что такой грозный и неуравновешенный парень как Мэтью Брок был способен вести стратегические допросы, но, кто знает, какие навыки прививают детям в Зубе дракона. В любом случае, для Кхао и в особенности Ферста вряд ли было большой проблемой заговорить Мэтью его звериные клыки.

Ю Рин, попивающая ароматный кофе, кротко улыбнулась, поймав на себе цепляющий взгляд старшего из братьев Броков, в котором выделялась новая искра – доверие. Эдди больше не ставил под сомнения ее слова, а значит можно переходить к финальной части

– Что ж, надеюсь, теперь ты мне веришь? – отставив на стол кружку, спросила Юра и тут же продолжила: – Сейнт в интернате банды Белого лотоса. И у нас будет лишь один шанс перехватить его и обхитрить ветров.

– Секрет за секрет, помощь взамен информации, – произнес Эдди, вставая с кресла и застегивая пиджак дорогого серого костюма. Ю Рин, следуя его примеру, так же поднялась и уверенно вложила свою ладонь в протянутую парнем. Наследник драконов сжал ее тонкие пальцы, скрепляя рукопожатием их словесную договоренность, и, прежде чем отпустить, мимолетом оставил на костяшках легкий поцелуй.

– Все прошло гладко, Юра? – взволновано спросил Прот, возникая за водительским креслом авто, когда его матка на скорости уезжала из богатого района с белыми особняками. Пока девушка молчала, парень полностью выбрался из экрана разложенного на сидении ноутбука, неслышно прикрыл его крышку и с беспокойством оглядел ее напряженные бледно-голубые глаза, которые сильно выделялись на неестественно спокойном лице.

– Думаю, да, – наконец тихо ответила Ю Рин и покрутила головой во все стороны, зажмурившись. Потребовалось время, чтобы скинуть с себя ту маску притворства, что успела намертво приклеиться к ней в доме Броков. Только после этого тело запоздало накрыло волной страха и паники, которые она запретила себе чувствовать до этого. Ладони вспотели, Юра по очереди отцепила их от руля, вытирая о закрытый костюм. Вырулив на трассу М-56 она все же собралась с силами, чтобы продолжить: – Эдди ничего не заподозрил, они согласились действовать по нашему плану. Вот только…

"– Здравствуйте, господин Амато, я – Кван Ю Рин, подруга Эдди и Мэтью."

Неожиданное знакомство и зловещая ухмылка в ответ от Папы Ару, как назвал его старший Брок…Взгляд прадеда Эдди в то мгновение заставил Юру вздрогнуть и моментально запаниковать, чуть не выдав свои истинные эмоции. Но эта энергия внутри никогда ее не слушалась, каким-то образом сразу различая среди бесконечного множества людей кого-то сильного и опасного.

"Не об этом сейчас нужно думать" – прервала сама себя Ю Рин и пару раз стукнула по макушке головы, стараясь вернуть концентрацию.

– Все получится, я чувствую, – дрожащим голосом продолжила Юра и быстро отвела взгляд от зеркала заднего вида, где отразились вдумчивые темно-синие радужки ее парта, который лишь сжал губы в тонкую линию и замолчал.

Отмытая и прибранная летняя гостиная в особняке молодого клана вновь принимала немало гостей в своих стенах. Наконец, спустя некоторое время после последнего происшествия она была похожа на жилое пространство, а не место сбора лиц с ограниченной социальной ответственностью. Разбитое окно, правда, так никто и не заменил, но хотя бы полностью исчезли все последствия перегрузки организма Сейнта, которые кислым запахом еще долго витали в стенах небольшой комнаты. Ю Рин с Протом приехали последними и теперь наблюдали весьма интересную картину взаимодействий всех собравшихся.

Центром, по обыкновению, стала парочка тайцев, что вальяжно разлеглась на большом диване, попивая баночное пиво. Напротив них, опустив голову как можно ниже, сидел Синдри, и только слепой не обратил бы внимание на внешнюю слабость его побитого тела, а огромные мешки под глазами выделялись еще сильнее на фоне расширившихся лазурных гладей. В отличие от сгорбившегося подростка Алисия держалась стойко, с идеально прямой спиной и смиренно сложенными на колени руками, и смотрела точно в глаза старшим. Ни одна мышца на ее лице не двигалась, с какой бы строгостью ни прожигал ее в ответ Кхао.

Джи У, мирно курящая на подоконнике у пустого окна, где для удобства уже поставили стеклянную пепельницу, единственная обратила хоть какое-то внимание на вошедших и, потянувшись, заговорила:

– О вы вернулись. Ну как все прошло? Не обращайте на них внимание, тут происходит что-то вроде профилактической беседы с провинившимися подростками.

Ю Рин ничего не ответила, впиваясь глазами в трясущуюся спину рыжего солнца, который даже не посмел поднять головы, продолжая пялиться лишь перед собой. Ферст повернулся, чтобы поприветствовать матку, но та уже скрылась за его спиной, обходя диван сбоку и вставая около старшеклассника.

– Пойдем, Синдри, тебе нужно отдохнуть, – потянув его за руку, мягко проговорила Ю Рин, но тут же почувствовала сопротивление.

– Эй, лишенная, не лезь, куда тебя не просят, – как всегда в грубой манере влез Кхао, не переставая смотреть на детей напротив.

– Не надо, Юра, не надо, – тут же замельтешил Син, стараясь оторвать от предплечья пальцы своей матки, но наконец поднял на нее свой щенячий взгляд, тут же теряя все остатки сил.

– Я что-то не поняла, кто дал тебе право кричать на детей в моем доме? – строго проговорила Ю Рин, поворачиваясь к тайцу и тут же меняясь в лице. Все эти молодые студенты часто забывали, что перед ними была не молодая, неопытная девушка, а уже состоявшаяся в жизни женщина, которая ой как не любила любое проявление насилия над детьми, пусть даже иногда оно и могло иметь педагогический эффект. Но только не в случае с Синдри и только не после всего, что он пережил, находясь слишком близко к ним. – Думаешь, вправишь им мозги, если наорешь и прожжешь взглядом, Кхао? Так не работает!

Крик девушки разнесся по гостиной, заканчиваясь где-то в саду за пустым окном. Прот и Джи У замерли, удивленно переглядываясь, а Ферст тут же схватил, подскочившего Кхаотана за руку.

– Не работает? А что ты предлагаешь? Если такая вся из себя умная, то как допустила, что эти двое затянули нас в такую задницу?

– Для начала, не смей тут раскидываться обвинениями, – усмехнувшись, отрезала Юра, почувствовав, как пальцы подростка сильнее сжали ее ладонь. – В этой ситуации не может быть одного виноватого, и уж тем более нельзя нацеливать весь свой гнев на слабого подростка, Кхао. Не знаю, кто на законодательном уровне ответственен за Синдри, но раз его жизнь связана с моей, то это автоматически и моя обязанность. Так спрашивай все с меня, а не с него.

Низкий таец громко хмыкнул, сдерживая смех, смешанный с яростью, и, хлопнув пару раз в ладоши, неожиданно холодно и размеренно продолжил:

– Что ж раз ты так хочешь взять на себя ответственность за их проступки, пожалуйста, я тогда скину с себя это бремя и больше не буду лезть в дела Синдри, будем считать, что мы больше не его старшие товарищи. Но Сейнт – наш названный брат, и уже твой подросток и его подружка виноваты в том, что его похитили.

Ю Рин холодно усмехнулась и распахнула шире глаза, в которых до глубин замерз целый океан. Она погладила Сина по плечу свободной рукой и встала чуть впереди, вновь закрывая его своим телом.

– Все-таки есть между вами с Иоко кое-что схожее, оба сначала говорите, а потом только думаете. Но от своих слов я не отказываюсь. Только вот хочу тебе напомнить, что твой, как ты сказал, названный брат попался Монкутам не только по вине Синдри. Если уж мы тут собираемся копаться в грязном белье всех участников, то подтянем сюда и Иоко, которая исчезла в Протексорате, действуя в одиночку, и их общее прошлое с Сейнтом, благодаря которому Белый лотос вообще узнал о его существовании, а закончим мной, которая оправила Алисию в Нару и непосредственной виной Сейнта, оказавшегося, о нет, по случайности в этом сраном Пакао и попавшегося на глаза одному из братьев Монкутов! Ну что дальше пойдем винить все бесконечное небо? Или может ваши кражи в прошлом, а Кхао? Или перестанем заниматься бесполезными вещами и поразмышляем над тем, что нам предстоит завтра утром?

Ладонь подростка бессильно упала на диван, спина задрожала, всхлипы участились. Ю Рин, резко махнув головой, будто сбрасывая с себя весь этот скопившийся гнев, что вырвался наружу, как можно нежнее обхватила плечи подростка и заставила его подняться. Волоча его ватное тело за собой в ближайшую спальню, которая давно стала ее собственной, она обернулась, кивнув вслед Алисии, и продолжила:

– Я все еще не снимаю прямой вины с них двоих, но задумайся хоть на мгновение, как твоему младшему сейчас тяжело от осознания, что всего одно его решение имело такие последствия. Неужели вы не чувствовали себя точно так же после той ночи? Разве не для этого пошли тогда к Ли Аре? И она же вам помогла. А вы?

Дверь в спальню захлопнулась за сиреневой юбкой девчонки, приводя в чувства всех остальных. Кхао грязно выругался и тут же выскочил в сад, за мгновение оказываясь на подоконнике и минуя пустую оконную раму. Джи У медленно выдохнула дым, размазывая в труху бычок о стеклянную поверхность пепельницы. Прот молча сел на освободившееся место около Ферста и вскоре по комнате разнеслось размеренное клацанье клавиатуры ноутбука.

– Наша главная задача – не позволить драконам увидеть портал в библиотеке до того, как туда заберется Сейнт, а дальше это уже будет вопрос удачи, успеет ли кто-нибудь забрать ноутбук оттуда, или мне придется полностью разрушить весь инпорталиум, закрыв его навсегда, – облизав пересохшие губы, наконец заговорил Прот, а Джи У с Ферстом тут же приступили к обсуждению деталей, делая вид что всего, произошедшего ранее, не было вовсе.

– Юра, прошу, будь завтра максимально аккуратной, – приобняв за плечи младшую сестру, тихо заговорил Чон Сок.

Алисию с Синдри брат отправил проводить Иоко, возвращающуюся в свою квартиру в дворце Аматерасу. Чон Сок пообещал помочь ей ненадолго уйти в тень, пропасть с глаз всей верхушки Протексората. Он так же предложил Иоко поучаствовать в расследовании дела Джоу, пока Харритт все еще блуждала в прошлом. Ю Рин была по-настоящему спокойна за девушку, доверяя опеке своего родного человека. Но Чон Сок еще не знал той одной детали, что стала Юре очевидна, стоило зайти в этот злополучный кабинет и обратить взор на картину.

– Все-таки я пропустила значительную часть твоей жизни, – с затаенной печалью в голосе, произнесла его младшая сестра, всматриваясь в фигуры на полотне. Улыбающийся глава клана Ночи с маленькой куколкой Алисией на руках. Ю Рин далеко не сразу узнала, что ее маленькая подруга родная дочь самого Ночи Кэзуки, но, учитывая плотную связь девчонки с ее молодым кланом, теперь считала их встречу благословением. Людей справа от матки Сиреневого ветра Юра никогда не видела, но зато без усилий узнала Чон Сока слева, он опирался на плечо члена своей новой семьи, брата по крови, но не энергии, а рядом с ним сидела красавица в традиционном китайском праздничном ханьфу. Ее длинные черные локоны были подобраны наверх и закреплены шпильками с сиреневыми камнями, так подходящими ее глазам. А за складками юбки матери пряталось личико, при одном воспоминании о котором Ю Рин начинала чувствовать себя неспокойно. Аим был таким крошечным и как будто действительно вместо кожи состоял из пластика. Сочетание изящной красоты жены Чон Сока и его собственная природная привлекательность сошлись во внешности Аима наилучшим образом, делая его невероятно притягательным. Лишь блекло-белые глаза и голубоватые волосы нарушали картину, заставляя Ю Рин возвращаться к ужасному кошмару, пришедшему из его прошлого. Волна дрожи прокатилась по спине Юры, которая почему-то, без причины, очень сильно хотела вновь попасть в то бесконечное пространство, где обитал настоящий Аим, и боялась этого одновременно.

– Красивая, – меж тем продолжила Ю Рин, вновь обращаясь к прекрасной девушке, сидящей на стуле. – Она часть Сиреневого ветра?

– Моя Синьхуа[1], – с нежностью в голосе произнес Чон Сок, указывая ладонью на портрет, будто знакомя младшую с новым членом семьи. – Она один из партов Кэзуки, раньше, чтобы укрепить свою позицию матки, он предложил всем своим самым близким родственникам и товарищам связаться браком по энергии, я был одним из них и поэтому женился на Синьхуа. Многие дети, рожденные в таких браках, оказывались частью клана Ночи, но мой сын…

– Аим, – на выдохе перебила Ю Рин и резко повернулась к брату, встречаясь с его ничего не понимающим взглядом. – Сначала я считала это совпадением, плохой шуткой судьбы, но теперь понимаю, что так сыграла наша связь с тобой, Чон Соки, ведь твой сын – член моего клана. Получается, жизнь племянника зависит от способности его тети к выживанию, так не должно быть, но…

Чон Сок резко обнял младшую сестру, обрывая ее на полуслове, его пальцы крепко сжали ткань ее толстовки, не давая возможности даже пошевелиться. Ю Рин обмякла, давая брату время смириться с открывшейся правдой, она мало что понимала в законах этого мира, не могла полностью осознать, что чувствует человек, рождаясь частью какого-либо клана, но прекрасно разбиралась, какой страх и боль предстоит испытать родителю, если его до этого пустой ребенок, внезапно становится соклановцем неопытной девушки, за которой по пятам следует смерть.

– Не волнуйся, сестренка, я сберегу вас всех, помогу, чем смогу, даже очень хорошо, что это оказался мой сын, очень хорошо, мы со всем справимся, – бубнил себе под нос Чон Сок, легко прикасаясь головой к белоснежным волосам Юры.

«Очень хорошо, конечно же, что может быть лучше, чем узнать, что жизнь твоего сына висит на волоске, ведь его матка на пути к спасению очередного пустоголового парта, постоянно попадающего в неприятности» – про себя язвила Ю Рин, сидя в темной подворотне между двумя одинаковыми грязными домами на окраине трущоб. Утренние светила только вступали в свои права, медленно поднимаясь и затмевая своей яркостью ночных хозяев, а юная матка уже чувствовала себя невероятно уставшей и разбитой.

После того как ей с трудом удалось остановить истерику Синдри и даже каким-то образом успокоить его энергию с подсказками Алис, она вернулась в гостиную и продолжила обсуждать детали спасения Сейнта. Так как ни один информатор Ферста не мог с точностью предсказать, что значат слова Хелы "на рассвете его будут перевозить" им пришлось выдвинуться на точки сбора сразу после полуночи и сидеть в засаде, пока тайцы не подадут сигнал к началу действий. С драконами они согласовали время просто как пять утра, которые должны были наступить уже совсем скоро.

Юра привалилась головой к сырой бетонной стене, стараясь охладить бушующие мысли. По телу постоянно пробегали волны мурашек, которые было трудно остановить. Она старалась держаться уверенно рядом с остальными, в особенности мнительными Протом и Джи У, которые то и дело задумывались об отмене их общего плана, но при этом выглядели куда спокойнее своей матки. Но варианта идти на попятную у них уже не было. Позволить себе полностью поддаться этому естественному страху, который не мог не возникнуть из-за всех обстоятельств, Ю Рин могла только здесь, подальше от остальных, ожидая сообщение, которое вновь натянет на ее лицо маску непроницаемости.

Джи У и тайская парочка располагались в непосредственной близости к интернату, просматривая территорию и замечая все изменения в поведении охранников. Ферст насчитал снаружи двенадцать мужчин с оружием, а Джи У сообщила, что внутри дома их еще как минимум тридцать, в том числе и младший брат Монкутов – Теофило, который теперь то выходил на крыльцо покурить, то заходил обратно, явно ожидая прибытия транспорта для перевозки Сейнта.

Время начала их опасной затеи подбиралось слишком быстро, уже дыша в спину могильным холодом. Или по крайней мере Ю Рин ощущала себя так, ожидая прибытия Эдди и его людей за ближайшими к интернату домами, которые разделяли лишь рядовые посадки деревьев и дорога. Почему-то она не сомневалась, что драконы придут, после разговора со старшим Броком ее женское шестое чувство было удивительно спокойным. Куда большие вопросы вызывала собственная физическая подготовка.

Она тренировалась даже вне занятий с Такецу и Даремо, старалась освоить эту странную энергию, наполнявшую ее тело. На вечеринке она показала себя вполне неплохо, но и противники тогда были совершенно иные, просто детишки. А сможет ли она отбиться от обученных бандюг?

"Скоро узнаем" – усмехнувшись, подумала Юра, поднимая взгляд голубых озер и встречаясь с хищной улыбкой дракона в идеально выглаженном сером костюме тройке, подающим ей свою руку с длинными когтями.

За спиной Эдди Брока помимо его брата стояли еще десять высоких, широкоплечих парней, возраста самих драконов. Их подтянутые, высушенные тела отлично просматривались сквозь расстёгнутые наполовину рубашки, делая образ больше развратным, нежели пугающим, этому способствовали и длинные кожаные хлысты, которые наемники драконов держали в руках. Ю Рин, теперь чувствовавшая себя частью дешевого стрип-клуба, раздраженно фыркнула, но избежала смотреть на Эдди, предпочитая не задумываться над тем, чьими руками будет достигнуто спасение Сейнта.

– Что там по разведке, Паперина? – прямо на ухо ей произнес старший дракон. Всей группой они переместились еще ближе к забору интерната Белого лотоса, прячась за углом дома, оставалось перебежать дорогу, и они будут на месте.

– Монкут мельтешит у входа, значит, скоро приедут, – запрещая голосу дрожать, прошептала Ю Рин, сжимая руки в перчатках в кулаки. Лицо под черной тканевой маской покрылось потом, несколько прядей волос вылезли из-под кепки, но девушка тут же заправила их обратно, возвращая своему камуфляжу идеальный вид. – Как только Ферст напишет сообщение, будем выступать, они попытаются вытащить Сейнта на улице любой ценой, поэтому необходимо обезвредить как можно большее число охранников, и, главное, Монкута младшего.

– Не бойся, Паперина, он не сможет нам помешать, главное, сама не попадись раньше времени, – смеясь, уверенно кивнул Эдди.

Ю Рин на мгновение замерла, чувствуя как к горлу подступает ком эмоций. Ей нельзя сейчас плакать, только не перед драконом, который может увязаться за ней и помешать всему плану. Точнее той легенде, что она выдумала для Эдди.

Так как о Проте, как о ее парте, знали все, в том числе и братья Броки, хорошим решением было проложить их выдуманный план через способности компьютерного гения, которые он и так продемонстрировал на вечеринке. Там Прот открыл перед драконами свой еще полноценный инпорталиум и сказал, что любой переступивший его границу окажется далеко в песках южных пустынь. А парты всегда имеют схожие по своей природе способности.

"– Самый быстрый и безопасный способ вывести Сейнта из логова Белого лотоса это просто нам с Протом открыть там портал, загвоздка только в том, что для этого я должна находиться внутри интерната, а он где-то за его пределами в точке, куда мы хотим, чтобы попал Сейнт, иначе он переместит вошедшего в случайное место."

Дракону этот план очень понравился. Джи У девушка Прота, поможет Ю Рин пробраться вглубь комнат особняка и найти подвалы, где держат взбалмошного парня, а там его умная Паперина откроет портал и затолкает в него Сейнта, который тут же окажется в машине Зуба дракона.

Эдди верил в это и поэтому легко впустил Прота в салон микроавтобуса, на котором они приехали из своего коттеджа, оставив парня в компании всего одного водителя. Он предполагал, что Сейнта Монкуты выведут закованным как минимум в наручники, и поэтому дополнительных людей для его удержания не потребуется. Его самоуверенность играла им на руку.

– Не беспокойся, у меня же есть они, – пытаясь придать своему голосу хоть каплю веселости, произнесла Юра, вытаскивая из-под толстовки одного довольно крупного железного паука, размером с обеденную тарелку. Она специально произносила "они", стараясь запудрить Эдди мозги, ведь на самом деле Прот смог починить всего одного паучка, да и на того полагаться было нельзя, все же энергию Юры для активации они использовали всего раз и то в качестве эксперимента. Прот сказал применять его только в самых экстренных ситуациях, а вместо этого полагаться на Джи У и свои силы.

"Если таковые имеются" – хотелось добавить Юре, которая в настоящем вздрогнула от сигнала вибрации на телефоне.

– Ферст написал, выступаем, – неожиданно твердо, даже для самой себя, произнесла матка и сорвалась с места, следуя за унесшимися вмиг вперед парнями.

Довольно спокойное и мирное утро для трущоб одномоментно зазвучало громче и опаснее. Спящие улочки и подворотни разрезали крики, лязг металла и звуки выстрелов. А интернат Белого лотоса заволокло густым слоем тумана, через который можно было разглядеть лишь редкие всполохи разноцветных линий энергетических сил.

Юра неслась со всех своих обычных человеческих ног, не видя перед собой ничего, кроме широкой полосы куртины и еле заметной бело-черной макушки в ее глубине. Лишь добравшись до Джи У, она громко выдохнула и со страхом посмотрела на картину, разворачивающуюся на зеленых склонах холма, где стоял интернат.

Все же люди Эдди Брока оказались не обычными стриптизерами, а их хлысты не были частью реквизита. Несколько из наемников раскрутили их вокруг себя, создавая практически защитное поле, через которое не пролетала ни одна пуля, пока один в центре замер, выдыхая из своего рта странный белый туман, густым полотном накрывающий всю территорию. Остальные во главе с братьями драконами уже отбивались от охранников, что хлынули на них с разных углов территории и парадных дверей. Юра в страхе отвела взгляд, вновь различая размытую фигуру звероподобного тела Мэтью, разрывающего кого-то на части.

Через один удар сердца Джи У похлопала ее по плечу, приводя в чувства, и указала на черный микроавтобус, остановившийся сразу у поворота на подъездную дорогу к интернату. На водительском кресле сверкнули ярко-зеленые глаза, которые показались Юре отдаленно знакомыми. Но метиска вновь дернула ее за руку, заставляя вскарабкаться себе на спину, и после этого тут же побежала, держа путь к неприметной стеклянной двери на летнюю кухню.

Такого ужаса Джи У не видела в логове Белого лотоса, пожалуй, никогда. Хотя на Монкутов ни раз кто-то пытался напасть. Пока она была заточена в интернате, таких стычек с другими бандами произошла масса, часть из них Джи даже умудрилась проспать, так и не покидая жилой половины здания. Сейчас же на уши был поднят не то что весь интернат, все трущобы. Бандиты Монкутов во главе с Тео с яростью вываливались из окон и дверей своих владений, Джи У просчиталась, ведь их оказалось куда больше, чем те тридцать, что насчитала карта, но десяток людей Зуба дракона все равно продавливали их, заставляя отступать и менять позиции. Но расслабляться было еще рано, время поджимало, неизвестно, насколько долго эти наемники с энергетическими хлыстами могли биться против пусть и не самых серьезных, но многочисленных противников.

Поэтому весь путь до библиотеки Джи У пришлось преодолеть на собственном пределе, сочетая одновременно говорящие слова для нескольких карт. Еще никогда до этого она не увеличивала собственную скорость семеркой бубей, мышцы болезненно скрипели и напрягались, так и норовясь разорваться и прекратить свои мучения, а кожа накалилась, неприятно обтягивая все лицо и тело. От превращения в обугленный труп Джи У спасло лишь ее энергетическое тело, которое в присутствии Юры могло работать на полную мощность и защищать ее. Да, выпускать энергию во время такого побоища было опасно, все же это могло привлечь куда больше внимания со стороны сильных противников, но на скорости ее все равно мало кто мог заметить.

Пролетев и пристроенную кухню, и тайный проход из кладовой, Джи У на скорости влетела в узкий коридор, соединяющий кабинеты верхушки банды и библиотеку. Там она немедленно сбросила Ю Рин со спины и приложила очередную карту к двери, ее темно-синие глаза тут же вспыхнули легким синим огоньком. Дверь растворилась, открывая все, что сейчас происходило по ту сторону. Джи до крови прикусила губу и резко схватила свою матку за ткань толстовки, практически приподнимая ее над землей.

– Там внутри, три мужика из Белого лотоса, поднимаются из подвала, явно выводят Сейнта, я сейчас же нападу на них и задержу, а ты должна схватить этого придурка и бежать к столу по середине, в нем под крышкой ноутбук, ногтем поддеваешь и все, поняла меня?

Ю Рин рассеянно кивнула, часто дыша практически ей в лицо, но и такой готовности для Джи было достаточно. Она толкнула матку в сторону и, поместив между пальцев рук несколько карт, с ноги выбила дверь библиотеки, стремительно начиная движение прямо в глубь помещения. Конечно, ее заметили и по глупым взглядам, она поняла сразу, даже узнали, а может подумали, что уже видели когда-то нечто подобное. И Джи У быстро доказала неопровержимость всех их подозрений. Лестница из подвала была всего в десять ступеней, но бандит спереди не успел сделать и шагу, когда его грудь пронзила металлическая карта, тело тут же объяло парализующим ядом смерти, что подобралась так близко и шептала на ухо одно единственное "морте". Мужчина завалился на бок и упал, через его быстро охлаждающийся труп тут же перескочили два других охранника и понеслись на Джи У.

Одного она так же смогла различить, это был соратник Монкутов, их близкий товарищ, который как нельзя лучше подходил концепции группировки. На бегу он создал длинный клинок, будто вырезанный из дерева, но Джи раньше уже видела, как он поражает тело жертвы и выпускает внутрь множество молодых веточек, рождая новое в остатках утраченной жизни.

Спасаясь, она резко прыгнула вправо, заходя под левую руку мужчины и проводя дамой червей по его свободной кисти. Кожа в месте соприкосновения резко покраснела и запеклась, охранник закричал от боли, от неожиданности теряя равновесие, моментально одна из его конечностей пережила серьезный ожог, выходя из строя.

Джи У, забравшись на бьющееся в агонии тело, тут же положила сверху на целую руку с деревянным клинком даму бубей, ее любимую карту, способную воздать провинившемуся за все его прегрешения сполна, но не принося взамен простую смерть. Она сжала пальцы в кулак и несколько раз ударила мужчину в челюсть, с затаенной радостью наблюдая, как ее давний знакомый пытается подняться, но не может, ощущая на себе вес в несколько тонн. Глаза ее блестели от алой ярости, что еле заметными искорками проглядывала в глубоком синем тумане. Джи У слезла только убедившись, что мужчина потерял сознание, и удивленно вскинула голову, запоздало различая еще один крик.

Третий охранник, убежавший за ее спину, истошно орал от боли, пока в его лицо вцепился металлический паук, которого Прот давал Ю Рин как самый запасной вариант. Он, следуя своей программе, впивался острыми лапками-клинками в глаза и щеки противника, разрывая мягкие ткани. Джи У присвистнула, наконец замечая и свою матку, которая, прячась за центральными диванами, с огромными ярко-голубыми глазами пялилась куда-то за ее спину. Она медленно начала поворачивать голову, но почувствовала металлический холод у затылка.

– Кто это у нас тут? – произнес вкрадчивый, немного хриплый голос, который Джи У не могла не узнать. Сердце тут же заходило ходуном, дыхание сбилось, а вся покрасневшая энергия волной страха выплеснулась наружу. – Неужели, малышка Джи, решила нас навестить?

Ее надзиратель, ее каратель, ее ночной кошмар. Виктор Майер[2]. Третий по влиянию человек в Белом лотосе и по совместительству глава всех в пыточной. Ну конечно, кто еще мог охранять такой важный товар, как Сейнт, только Майер. И сейчас его черный, как смоль, револьвер был приставлен к ее шее, открывая на запястье слишком яркую и топорную татуировку алой розы.

Джи У с досадой фыркнула, отмечая как непроизвольно затряслись руки и губы. Она попыталась вернуть себе уверенность, идти на поводу адреналина, но тело отказывалось подчиняться.

Со стороны Майера донесся слабый писк, переросший в невнятные ругательства. Ю Рин тем временем спряталась за диван, не давая Виктору прямой возможности стрелять в себя. Все же матка их клана не была настолько идиоткой, чтобы кидаться на заведомо сильного противника лишь бы спасти ее. Джи У даже смогла задышать немного спокойнее. В руках она все еще удерживала последнюю атакующую карту, даму пик, Кагеару, которая могла не только открывать путь к теням и скрытым во тьме тайнам, но и сводить человека с ума, погружая его в самые затаенные кошмары.

– Не будешь говорить? – со смешком в голосе меж тем продолжил Майер, сильнее надавливая дулом пистолета. – Со Юн так по тебе скучает.

– Ее зовут не Со Юн, – вздрогнув от произнесенного имени, прошипела Джи У, чувствуя как к глазам подбираются слезы. Все же она не была железной и потратила немало собственной энергии на работу карт. Раньше за один раз она не могла активировать больше пары железок и редко могла сочетать их силы. Сейчас же она была мощнее в сотню раз, но от этого испытывала не меньшие последствия своих способностей, которые истощали ее намного быстрее.

Проживая собственную беспомощность, девушка почти пропустила, как еле слышимая возня Сейнта за спиной внезапно стала куда отчетливее и разборчивее. А следом дуло пистолета у ее шеи внезапно дернулось.

– Ах ты, сученыш, – злостно выругался Майер, заламывая руки Сейнту, который каким-то образом сумел освободить свой рот от кляпа, что все это время сдерживал порывы его чистейших ругательств.

– Тварь, что не ожидал? А я не настолько беспомощный, как вы все думали! – истошно орал Сейнт, шатаясь из стороны в сторону как пьяный. Его бирюзовые глаза пылали от действия, по-видимому, какого-то наркотика, тело было мягким и неповоротливым, но это не мешало ему все еще оставаться несносной версией себя.

Он начал вырываться из рук своего надзирателя, активно пинаться, не разбирая куда попадают ноги. Джи У наконец начала приходить в себя, еще рано было уходить в чертоги подсознания. До боли сжав металлическую карту в руке, она резко развернулась и без разбега запрыгнула на широкую спину мужчины, заставая того врасплох.

Ю Рин, смотрящая на все происходящее в библиотеке со стороны, пребывала в полнейшем ужасе, она была здесь лишней, бесполезной. Паук выскочил из-под толстовки внезапно даже для нее самой. Как только Юра забежала в комнату и отыскала взглядом тот самый стол, о котором говорила Джи, к ней уже несся мужчина с пистолетом в руке. Первая пуля просвистела где-то рядом с правым ухом, охранника отвлек крик его союзника, на которого напала метиска, а вторая пришлась уже на металлический корпус паука, который, почувствовав мощный страх своей хозяйки, тут же выпрыгнул на противника, захватывая его клинками-лапками.