Текст книги "Стать нижней"

Автор книги: Игорь Унин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 48 страниц)

Почувствовав интерес, Женя сделал акцент на материальную составляющую методом «от противного». Открыл на планшете сайты с «индивидуалками» и показал их расценки. В общем-то, расценки невысокие. А потом объявил, что его знакомый готов платить четыреста долларов за два часа непосредственно ей. Условие одно: человек не любит пользоваться презервативом и хочет всё чувствовать наживую. Противозачаточные таблетки он ей передаст самые эффективные. Платить ничего не надо. Ну, и анализы сдать, само собой. А дальше – как она решит. И она решила.

Встречи с клиентом проходили, как правило, утром. Она должна была прийти где-то к восьми утра в специальную квартиру, где всё было уже подготовлено и кровать была заправлена новым чистым бельём. Квартира находилась в самом что ни на есть спальном захолустье рабочей Москвы, в панельном доме с грязным подъездом, пахнущим дешёвым жильём. Но ремонт внутри апартаментов был вполне приличным.

Было видно, что квартира очень продуманно обустроена и явно использовалась исключительно для интимных встреч. В холодильнике всегда имелись на всякий случай свежие закуски, в вазе на кухонном столе – фрукты, в баре – дорогой алкоголь. Но её клиент выпивал редко.

Алиса переодевалась в красного или чёрного цвета спецодежду из секс-шопа. Ничего необычного и эксклюзивного, хорошие гарнитуры; у неё был свой ящик в комоде, где всё хранилось. Все полочки в этом комоде закрывались на замки, и её ключом открывался только один ящик. Во встроенном стенном шкафу в спальне хранились только чистое постельное бельё и халаты. В ванной наличествовали дорогие фирменные шампуни, душ-гели и дезодоранты, как женские, так и мужские; но Алиса не обнаружила там ни одной зубной щётки. Зато в шкафчике была стопка свежих белых полотенец.

После встречи она оставляла всё как есть на кровати и уходила; и каждый раз постельное бельё обновлялось, и она находила всё ей необходимое в своём ящике комода. Квартира убиралась идеально. Человека, который убирал и всё готовил, она так никогда и не увидела.

Приходивший к Алисе мужчина открывал дверь своим ключом. Он практически с ней не разговаривал. Одет был в классический костюм и белую рубашку с галстуком. Быстро раздевался, складывая свой солидный прикид на стуле. Алиса звала клиента по имени и отчеству. Встреча состояла всегда из двух этапов: сначала он бросался как голодный зверь и овладевал ею в миссионерской позе. Продолжалось это довольно жёстко и интенсивно минут десять. Затем он размякал, начинал улыбаться и мог приласкать. Они шли на кухню, где пили эспрессо. Он ещё глотал какие-то таблетки, запивая их соком. Но не сиалис, который, наверное, принимал ещё с утра. Потом у них был второй контакт, медленный и утончённый. Его движения были выверены и точны, он прекрасно понимал, как надо обращаться с телом любовницы, чтобы было приятно не только ему.

Их утренние встречи объяснялись ещё и таким обстоятельством: он сказал, что к вечеру настолько устаёт, что ему ни до чего. Кроме того, есть жена, и с ней тоже надо хотя бы иногда. Он уходил первым, ей разрешалось покинуть квартиру минут через пятнадцать. Этого времени как раз хватало, чтобы принять душ, выполнить интимную гигиену, привести себя в порядок. Единственный минус: приходилось прогуливать первую пару в университете, а иногда и опаздывать на вторую. Но она старалась и успешно сдавала сессии.

Встречи происходили два-три раза в месяц. Девочка одного клиента, за десять месяцев она привыкла, что ей перепадает восемьсот – тысяча двести долларов просто на карманные расходы. Она прекрасно и безмятежно себя чувствовала. Даже съездила в замечательный круиз по Италии.

Но неожиданно встречи прекратились. Её чиновник наконец свалил? Или его кто-то вычислил? Или же банально завёл с подачи Жени другую содержанку? Но Женя ничего не ответил по сути вопроса, только сказал, что встреч с этим господином больше не будет.

«Что хуже? Ждать и не дождаться или иметь и потерять?» (А. Н. Островский). Иметь и потерять больно. Предсказуемо выяснилось, что без карманных денег уровень жизни существенно другой. Алиса уже без них не могла. Женя через месяц предложил продолжить работу. Второй мужчина сразу ей не понравился, её ждало горькое разочарование. Она быстро поняла, чем отличается благодушный папик от мужика, привыкшего ценить свои инвестиции и требовать отработки.

Помимо того, что новый дядя оказался дико болтливым занудой и очень неприятным в постели, после удовлетворения своих потребностей он начинал сожалеть о потраченных деньгах и склонять к бесплатному продолжению общения. «Тебе ведь и так хорошо, я вижу». Кроме того, если первый относился к ней с элементами отеческой заботы, то второй – как барин к холопке.

Она в ужасе сообщила Жене: нет, это не то, хватит с неё. И вообще, она вся в благородных терзаниях. Тот, первый, не унижал и не относился как к проститутке. Она себя чувствовала больше как содержанка, как гейша. Как бы любовница с доплатой деньгами эквивалента за разницу в возрасте. Женя успокоил: ничего страшного, она в свободном полёте. Её не вывезли в чужую страну и не отобрали паспорт, она вольна в своём выборе. Он будет знакомить только с теми, которые её устроят. Обычных девочек хватает, а вот с уровнем, как у неё, маловато. И Алиса согласилась продолжить сотрудничество.

Женя передал Алису другому человеку, который стал для неё чем-то вроде куратора. Ставки по-прежнему были в три-четыре раза выше, чем у профессионалок. Как выяснилось, сумма вполне достаточная, чтобы у девочки из хорошей, но не особо богатой семьи были преодолены предубеждения. Хотя, зная Алису, ещё стоит подумать, кто здесь любитель, а кто – профессионал.

Куратор как-то пригласил её для короткой беседы. Сообщил, что есть один очень-очень важный клиент, который просматривает девушек с целью найти себе среди них будущую спутницу жизни. Якобы редкое явление в наши дни, но и запросы у него специфические. Но он всё сам объяснит. Надо только обязательно сообщить ему, что она в этом бизнесе только начинающая, а не с опытом в полтора года. Алиса прямо сказала, что замуж она ни за кого пока не собирается. «Никто не принуждает. Ты сама смотри».

Алиса удивилась, что встреча была назначена не в квартире, а в дорогом ресторане. Когда она пришла, столик уже был уставлен дорогими закусками, а сам клиент опоздал минут на сорок. Мужчина ей сразу не понравился. Ему было лет сорок пять, он был лысоват; и в целом, и в частности вкусам Алисы ни в чём не соответствовал. Было видно, что с людьми он привык общаться прямолинейно и в командном тоне.

Он учинил Алисе форменный допрос, причём вопросы задавал быстро, не давая подумать и вообще не делая пауз. К еде он так и не притронулся. Алиса чувствовала изрядное раздражение, перенервничала и проголодалась, а темп допроса исключал возможность попробовать поданные блюда. Но она уже вошла в роль представительницы самой древней профессии и доброжелательно улыбалась, скрывая досаду за благодушной гримасой.

А потом мужик уже совершенно по-хамски, с точки зрения Алисы, прервал застолье, заявив, что у него крайне мало времени. Он предложил… да нет, приказал проехать к нему; уточнил, что недалеко. Это действительно было рядом, водитель вёл «Мерседес» всего минуты три, можно было и пешком пройти.

Они вошли в офисное здание, весьма представительное, с помпезным холлом, затем поднялись на лифте, дальше по коридору, мимо предбанника с секретаршей, через огромный кабинет со столом для заседаний, в итоге оказавшись в комнате для отдыха, с диваном и телевизором. Там мужчина коротко приказал: «Раздевайся!»

Преодолевая отвращение (куратор предупредил: что бы ни произошло, оплата двойная и лично от него), Алиса разделась, как призывник на медкомиссии, стараясь делать это плавно и красиво. Она недоумевала: всё её естество призывало немедленно послать неприятного дядю по известному адресу, но что-то абсолютно доминирующее в его голосе заставляло подчиняться. А потом ещё и сесть на диванчик голой с разведёнными ногами.

«Внешне и по всем параметрам подходишь», – резюмировал мужик. Ему почему-то и в голову не приходило, что Алиса может отказаться, потому что искренне не захочет такого спутника жизни.

Когда много позже Алиса пересказывала мне этот эпизод, она даже спустя годы пришла в волнение и курила одну сигарету за другой. До того момента среди клиентов ей такие не попадались. Мужчина был настолько самоуверенным, настолько чувствовалась выработанная привычка к абсолютной власти над людьми, что это парализовывало. Ну как можно так вести себя с женщиной, которую наметил ни много ни мало – в жёны? Как будто крепостную покупает или рабыню. Она представляла себе, как его боятся подчинённые, как трясутся перед ним на докладе и как он их грубо обрывает, если они начинают говорить не по существу.

Хозяин жизни бесхитростно и прямолинейно, безо всяких пауз, начал рассказывать про её перспективы. А перспективы, как оказалось, были самые что ни на есть тематические. Короче, позиция нижней в БДСМ, во всех тяжких.

Тут дадим возможность интерактивному читателю дофантазировать то, что не получится написать в форме диалога. Он расписал её обязанности: начиная от встречи в коридоре со снятием с него обуви и кончая границами фантазий интерактивного читателя. Вот так, буднично, как будто диктовал сотруднику список заданий. Всё прямолинейно, прямым текстом. Сплошной DS с элементами SM. «Ёбнутый, короче, – однозначно решила про себя Алиса. – Живёт в мире, где все беспрекословно подчиняются и трясутся».

Минут через десять она решительно встала и, смотря мужику в глаза ледяным взглядом, с некоторой издёвкой произнесла сквозь зубы: «Извините, не моё». Это его удивило. Гримаса удивления – первое человеческое чувство, отразившееся на его лице. Видимо, соображал, чья недоработка, что ему прислали девку, которая изначально не подготовлена к тому, что её ожидает. В этот момент у него зазвонил телефон, и он отвлёкся.

«Пока он рявкал на кого-то в телефон, я решительно стала одеваться, – рассказывала мне Алиса. – И тут вспомнила о Юле. Она мазохистка, ей такие вещи могут понравиться».

«А в чём она мазохистка?» – спросит интерактивный читатель.

«А как получилось, что она мазохистка?» – перебил тогда Алису и я. Но не получил ответа на этот вопрос ни тогда, ни до сих пор. Далее будет понятно почему.

Мужчина явно отвлёкся на разговор и в первый момент, переведя взгляд на Алису, похоже, даже не вспомнил, что делает полуголая девица в его офисе. И Алиса перехватила инициативу: «А что, если я вам найду такую, которая согласна? У меня есть одна подружка, симпатичная. Кроме того, она, скорее всего, ещё и девственна. В отличие от меня, проститутки».

Про проститутку сказала намеренно, чтобы отстал и выкинул из головы. И задумался, что таким способом себе подругу по жизни не ищут, пусть даже намекая на то, что клетка будет золотой. Даже у самых добропорядочных – по сути, а не в манере поведения – девушек есть своя жаба в душе, которая мешает быть до конца добросердечными, если дело касается лучшей подруги. Жаба давно исподволь душила Алису – с тех пор, как попала в финансовую зависимость от платного интима. Первые деньги хотя и показались шальными, были вовсе не халявой. А вот у Юли богатые и успешные родители, дочке не отказывали ни в чём, она получала сопоставимые блага совершенно даром. И в Италию тогда с ней за компанию поехала без проблем – на родительские.

Алиса долго искала доводы, чтобы легитимировать себя в собственных глазах; показать всем, что не одна такая на свете и в её поведении нет ничего особенного. Что сказали бы её однокурсницы из числа лицемерных моралисток? Такая подработка унижает достоинство? А разве не унижение достоинства – раздавать рекламные проспекты на улице, чем занималась парочка знакомых? Прохожие смотрят порой брезгливо и могут послать. Или, опять же, пристают: «Девушка, и сколько вам платят? Не желаешь, красотка, заработать больше? По-другому…» Впрочем, никто не знает, насколько они все моральны. Если и аморальны, то не выпячиваются; да и ей не стоит этого делать.

Между тем на лице мужчины изобразилось нечто похожее на высокомерное презрение. И досада человека, зря потерявшего драгоценное время. Алиса невозмутимо достала пятый айфон (на тот момент – самая передовая модель), нашла фотографию Юли в купальнике в Турции и протянула телефон мужчине. А дальше произошло то, что привело Алису в ступор. У неё аж челюсть отвисла от удивления!

Мужчина некоторое время внимательно рассматривал фотографию и вдруг произнёс: «Очень интересно. Надо же. Её зовут Юля». И, посмотрев на Алису вполне добродушно, добавил: «Ну что ж, знакомь меня с ней. Только все условия честно ей сообщи».

Алиса обладала быстрой реакцией, шок от услышанного преодолела моментально. Не произнесла: «Откуда вы её знаете?»

Вместо этого предупредила: «Есть условие. Девушка не в курсе, что я тут знакомлюсь за деньги. И вы знаете, по-видимому, что Юля не шалава. Она на самом деле из очень приличной семьи. Заканчивает медицинский и сейчас в ординатуре, или как оно там? У известного профессора…»

«Я знаю, чем она занимается», – прервал её мужчина.

«Так вот. Не рассказывайте ничего про меня. Познакомились случайно, и у нас с вами ничего не было. Ни платного, ни бесплатного. Просто поговорили по душам. Юля хотела попробовать побыть чьей-то рабыней. Сама так говорила. Но, может, она всего лишь фантазировала…»

«Как с ней договоришься, позвонишь по этому номеру. Я скажу, когда и где встретимся», – мужчина достал визитку и написал на ней ручкой ещё одну строчку. После чего достал портмоне и, отсчитав, протянул пятьсот долларов. «Своим скажи, что мы в расчёте».

«Всё-таки жмот, о восьмистах речь шла», – подумала Алиса.

«Ну что, Юленька, получи! Как раз по тирану скучаешь. И ты, садист конченный. Пойди вымести на ней свои желания, а я посмеюсь. И волки сыты, и корм доволен. Встретьтесь, две душеньки», – так думала Алиса, возвращаясь домой. В тот момент она даже и подозревала, что сводит двух прекрасно подходящих друг другу людей. Правда, потом посмотрела более внимательно на визитную карточку и тихо выпала в осадок. Уровень хамского мужика был серьёзный. У такого, конечно, нет времени на поиск достойной невесты, если не хочет брать её из своего окружения.

Показать друг другу под несколько иным углом двух изначально знакомых людей никаких сложностей не вызвало.

Где-то через полгода Юля с безмятежной улыбкой Мадонны попросила у Алисы загранпаспорт и вернула его с немецкой визой и билетами «Люфтганзы» до Мюнхена. На небольшом закрытом мероприятии, прошедшем в элитном отеле в Гармиш-Партенкирхене, собралось чуть более двадцати человек. Алиса выбрала свои лучшие туалеты, но сразу поняла, что её шмот не на уровне. Юля на месте презентовала ей пару приличествующих нарядов. Но бриллиантов от Cartier у Алисы не водилось, и она очень комплексовала по этому поводу.

После свадьбы супруги переехали в пентхаус в только что отстроенной в Юлином дворе башне. Других подробностей, как всё там произошло, у меня нет, тем паче тематических. Не рассказывает мне этого Алиса, даже если знает. «А откуда крутой мужик знал Юлю?» – спросит интерактивный читатель. Будет объяснено в самом конце.

Теперь вернёмся в тот самый московский двор, что был описан раньше. Следующее звено в цепи случайностей состояло в том, что знакомый по предыдущему рассказу Алекс, с которого мы начали эту историю, поселился в одной из упомянутых девятиэтажек. После окончания университета – нельзя сказать, что блистательного, – Алекс нашёл работу в одной достаточно нудной конторе и проработал в ней почти два года. Потом до него дошло, что там кормят только завтраками. Как, впрочем, и везде, если без блата. Сделай сегодня больше за те же деньги во имя перспектив, которых не будет. Единственный приятный момент – соблазнил нескольких девушек из конторы, но это так себе достижение, только добавило проблем. Ему всё равно не хватало денег, приходилось играть роль альфонса с дамами, они и подкидывали подарки, иначе все прелести жизни – мимо.

Но Алексу по жизни везло, и гадание на картах тут ни при чём. Лёгким, ничем не обременённым людям везёт чаще. Для начала помог случай.

Алекс со студенческих лет очень азартно играл в преферанс – с вечера и до утра следующего дня. Играл по-крупному и почти всегда выигрывал. Как-то один из знакомых два раза подряд, как говорится, «сел на паровоз на мизере», проиграв Алексу и второму партнёру очень солидную сумму. У парня был еврейский дедушка в Израиле, беззаветно увлекающийся футболом и тотализатором. В тот год он прислал внуку билет – ставку в лондонской букмекерской конторе на победу в чемпионате по футболу то ли мира, то ли Европы. Дедушка сделал рекордную ставку, которая была неочевидна.

С точки зрения внука, дедушка – неадекват. Лучше бы деньги просто так дал. Шансы выиграть были, но в число безусловных фаворитов та команда не входила. Расстроенный внучок ничего в тотализаторе не понимал и вовсю прикидывал, за сколько и кому перепродать такую ставку или как-то, хоть частично, вернуть наличными. У него даже и в мыслях не шевельнулось, что ставка может выиграть.

Когда он крупно проиграл в карты, то предложил билет в качестве компенсации, хотя номинал ставки во много раз превосходил даже его крупный проигрыш. Алекс тут же почувствовал шанс. В душе он игрок.

Он забрал билет, выплатив другому партнёру его номинальную долю выигрыша. Алекс ещё пошутил, что коли это всего лишь игра, то иметь слабый шанс выиграть по-крупному больше щекочет нервы, чем спустить выигрыш за несколько посещений кабаков. В случае чего выигранные деньги – easy come, easy go. Типа, буду за футболом теперь с большим удовольствием следить, и появилось, за кого болеть на чемпионате.

Но то, что дедушка был израильский, взывало к осторожности. Чего доброго, его товарищ скажет в случае выигрыша, что билет у него украли или что он лишь оставил билет в залог. Всяко может быть, сумма немаленькая, а тут коэффициент ещё весьма солидный. Поэтому Алекс предусмотрительно стребовал с товарища расписку в том, что тот продал билет и получил за него соответствующую компенсацию. Получилось так, что ставка сыграла… Дедушка явно не лох: имел интуицию и хорошо разбирался в футболе. Как разбирался потом с ним, кусая локти, нерадивый внучок – история умалчивает.

Алекс получил выигрыш и для начала уволился из нудной конторы. Он подсчитал, что если снять жильё среднего класса, то хватит на два-три года весьма безбедной жизни. Гулять, пока молодой, а там видно будет. Можно себе кое-что позволить, потусоваться и заняться спортом. Он ходил по клубам, играл в теннис, участвовал в каких-то тренингах, чтобы побольше познакомиться с людьми, смотрел фильмы, сидел в компьютере и слушал музыку. Каждый день начинал с занятия спортом. Ну тут, конечно, не совсем правда: кроме тех дней, когда где-нибудь зависал на ночь или с утра был сильно с похмелья. Так что, по факту, дня четыре в неделю.

Утром Алекс совершал пробежки по окрестностям своего района, благо, есть тропки вдали от выхлопных газов. Повышенное внимание к своему здоровью и внешности вроде как один из основных современных трендов. Была на его маршруте спортплощадка, каких сейчас в Москве чуть ли не в каждом дворе. Там он подтягивался на турнике и крутил силовую рукоятку.

Алекс не только не стеснялся своего тела, но даже всячески выставлял его напоказ. Майка с открытыми плечами, спортивные шорты. Маршрут всегда один и тот же, время на фитнес – двадцать пять минут, потом в душ. Помимо трёх занятий в неделю в World Class. Пробежка не просто доставляла физиологическое удовольствие тренированному телу. Ещё он ощущал – чего скрывать – внимательные и подчас завистливые взгляды со стороны женщин, мужчин, подростков и бабушек на лавочках. Внимание других людей поднимает самооценку до нарциссической, заряжает позитивом на целый день.

Алекс позитивен уже хотя бы тем, что на него приятно смотреть, и у многих он вызывает невольный поток мысли – от самокритичного сравнения с собой до совсем уж неприличного… С таким эмоциональным настроем удобно начинать утро, даже если нет никаких грандиозных планов. Он всегда верил в удачу и воспринимал жизнь легко. Чужая кровь очень гармонично вписалась в русскую и породила нестандартный подход к жизни. Если бы не безусловная яркость темперамента отца, то его ждали бы вялый пофигизм, русская хандра, резонёрство, футбол по телевизору и алкоголь. А южная кровь создала пофигизм особый – деятельный. Всё пофиг, но как Обломов на диване валяться не буду: посильно испытаю всё, что доставляет удовольствие телу и духу.

Он и квартирку снял в надежде пожить пока без родителей, а потом наверняка что-нибудь произойдёт. Это лучше, чем сидеть в тухлой конторе. Правда, если всё время сидеть в квартирке, то эффект, конечно, будет хуже, чем от протирания штанов в конторе. Но Алекс был активен, располагал к себе и постоянно искал новых знакомств. В крайнем случае всегда можно вскружить голову какой-нибудь обеспеченной девушке и немного пожить альфонсом. А если у неё родители, имеющие связи, то и устроят куда-то. Вариант на крайний случай, свобода всё-таки дороже.

В тот летний день Алекс проснулся с мучительного перепоя, от жары и солнца. В его съёмной квартире никакого кондиционера не наблюдалось; окна были не пластиковые; а вернувшись поздно, он даже не задёрнул занавески. Наверняка есть интерактивные читатели, которые имели опыт таких пробуждений – после излишних возлияний и в жаркой духоте. Алекс – спортсмен и сильно напивается крайне редко. С утра ему бывает нехорошо, опохмеляться он не умеет и разводит в воде несколько выдавленных капель лимона. Когда есть лимон.

Преодолевая тошноту, Алекс поплёлся в санузел и залез под холодный душ. Немного полегчало и, обтираясь полотенцем, он ощутил довольно приличную эрекцию. Потом сообразил, что в холодильнике есть апельсиновый сок. С наслаждением выпил. Стало вполне сносно. Алекс вспомнил, что клин клином вышибают, и решил, несмотря ни на что, пробежаться. С потом алкоголь выйдет быстрее. Надел беговые шорты и вышел из подъезда, но дальше его решимости не хватило.

Около элитного дома башни примостилось небольшое кафе.

Алексу захотелось кофе. Он сунул руку в задний карман шорт и обнаружил завалявшуюся тысячу рублей. Конечно, вид в беговых шортах несколько экзотичный, но и кафе без претензий. В понедельник там не было посетителей, только одна симпатичная блондинка, причём тоже в шортах, сидела в углу. Алекс сел в противоположный угол и стал её рассматривать. Она тоже стала рассматривать его.

Алиса приехала в район своего детства навестить родителей и хотела дождаться, пока дома появится Юля, которая возвращалась с дачи. После свадьбы Юли прошло уже два года. Алиса продолжала свою карьеру «гейши», несмотря на то что подружка Юля, узнавшая всё-таки о способах её доходов, не раз предлагала варианты соскочить. В благодарность за оказанную услугу Юля имела возможности её неплохо устроить через мужа, но у Алисы были другие жизненные планы, о которых мы ещё расскажем…

Алиса оценила Алекса, едва он переступил порог кафе. Прекрасная спортивная фигура, интересные черты лица. Плейбой. Она вдруг подумала, что у неё никогда не было красивого парня. Уровень «лодера» Жени неплох, ну а этот реально красавец. Возрастные, волосатые, коротконогие, лысоватые, брюхатые клиенты не вызывали никаких чувств, а после них уже ничего не хотелось. Решение построить глазки возникло подсознательно. В конце концов, что она теряет?

Был последний год, когда в кафе ещё разрешали курить. Алиса нагло развернулась в сторону парня и картинно закурила сигарету а-ля Марлен Дитрих. Но и Алекс не привык прятать глаза, если чувствовал, что кому-то нравится. Он отнюдь не из тех, кто, почувствовав интерес к себе от такой красивой девушки, сделает вид, что не замечает, и из приличия отвернётся.

Диалог взглядов продолжился ровно столько, сколько потребовалось Алисе, чтобы докурить сигарету. Потом она встала и направилась в туалет, пройдя мимо Алекса. Он не повернул головы. Всё остальное произошло естественно. Алекс рассмотрел девушку со спины, когда она устроила дефиле в обратном направлении. А что это ещё, как не дефиле с целью привлечь внимание? Попка в джинсовых шортах выглядела потрясающе.

Алекс встал и уверенно подошёл к её столу, едва она успела присесть. Наглости ему не занимать, а что он теряет? Алекс вообще придерживается правила: меньше слов – больше дела. А тут ещё с похмелья. Первая фраза была такой: «Девушка, у вас такая красивая попка, что хочется выпороть. По крайней мере, слегка».

«За что?» – поинтересовалась Алиса.

«За что-то порют человека, а такую красивую попку – за красоту. Комплимент такой».

«Комплимент какой-то… неоднозначный». В принципе, по ответам уже всё ясно.

«Я здесь живу, вон в том доме, – и он показал на девятиэтажку в окно. – В гости пойдёшь?»

«А пойду!» – подумала Алиса. Ей никто так прямо не намекал. Вот так, в открытую: идёшь понятно за чем. И она согласилась. А чего ей при её профессии терять? С таким парнем можно попробовать и без денег.

Даже клиенты гладят, кто-то даже поцелует. А этот наглый красавчик без лишних слов провёл в спальню. Квартира холостяка. Разгром и беспорядок. Пустые бутылки и грязная тарелка рядом с монитором. Между тем парень безо всяких церемоний посадил Алису на неубранную кровать, взял за шею и просто пригнул лицом к тёплой синей ткани. Приятный запах остатков дезодоранта. И она подчинилась.

Спустя минут двадцать он откинулся рядом с ней на кровать и приказал: «Достань из моих джинсов ремень. И дай мне. Попу твою пороть буду».

«Я думала, это всего лишь комплимент…»

«Да, но я же сказал не тебе в целом, а ей одной. Комплимент красивой попе говорят ремнём. У неё ушей нет, и слов она не слышит».

«А так она услышит?»

«Ремень она слышит всегда».

Её заднице таких комплиментов до сего дня не говорили. Алиса встала, горделиво выпрямилась. Алекс оценил её голую: «Очень недурно!»

«Рост – метр семьдесят восемь, вес – пятьдесят пять. Жира нет, ноги и живот подкаченные. Размер груди – два. Грудь равномерно стоячая, под ней нет складки, обрати внимание, – отозвалась Алиса. – Пропорции модельные. Могу демонстрировать модную одежду».

«Костюм Евы моден всегда», – откликнулся Алекс.

«У тебя в квартире жуткий срач», – сказала Алиса, подавая ремень.

«Ты и уберись. Я даже знаю, за что ты сейчас получишь».

«За что?»

«А ты куришь. Тебе не идёт», – и он ощутимо сильнее потянул её ремнём.

«Только дамские сигареты под настроение».

«И я тебя тоже – исключительно как даму и под настроение».

Но Алекс был настроен так: девок полно; если брать ещё и её, то надо сразу «проверить на сабу». А если к тому же убираться будет, вообще класс.

Властный, спокойный голос. Шарм мужской силы. Её иногда шлёпали, но никогда не пороли. Час назад она была уверена, что никогда на такое не согласится, а теперь лежала поперёк его колен. Было непривычно больно, хотя не экстрим. В том, что с ней делал такое именно этот парень, было что-то особенное.

Носом она уткнулась в простынь. Странно, простыни чистые. У неё очень хорошее обоняние. Но хорошее обоняние дало сбой: она не почувствовала женщину в этой кровати до себя, которую вчера с утра на чистые на тот момент простыни завалил Алекс.

Размер Алекса был впечатляющий даже для её опыта. И она ощущала низом живота, как по мере экзекуции его орган вновь твердел. И кайф, который она потом ощутила, был самым глубоким за всю жизнь. Секс не повод для знакомства, как утверждает какой-то умник, обогативший этой мудростью фольклор. Но хороший секс – вполне уважительная причина.

«Меня зовут Алиса».

«А меня – Алекс. Очень созвучные у нас имена».

«Девушек у тебя, очевидно, много…»

«Ты не представляешь, как выматывают бабы. Они почему-то начинают во мне видеть принца из своих дебильных подростковых мечтаний. И очень выносят мозг требованием внимания и глупой ревностью. Хочется так: щёлкнул пальцами – пришла. Желательно безо всякого общения, чтоб не забивать мозги её планами на жизнь. Вот прямо как ты сейчас».

«Извини, уберусь в следующий раз, – сказала Алиса, одеваясь. – Подруга ждёт. Вон в том доме живёт».

«Непростая подруга, видимо».

«Видимо. А ты, как я поняла, хату снимаешь. Слишком много хлама. Уж на “Икею” заработал бы».

«Да на итальянскую бы хотелось заработать. Что-нибудь в стиле Людовика Шестнадцатого».

«Запросы однако! Но не комплексуй, я тоже свою снимаю».

«Мы увидимся?»

«Кто знает? – сказала Алиса. – А вот скажи, садо-мазо тебя серьёзно привлекает?»

«Много кого привлекает».

В момент прощания повисла напряжённая пауза. Оба ждали, что неожиданный партнёр попросит телефон. Но никто не хотел делать первый шаг. Алиса вообще пребывала в некотором шоке: первый раз за несколько лет «за так». Тяжёлый удар для психики. Алексу же мешал его нарциссизм, он видел, что произвёл впечатление, но привык, что девушки должны немедленно осознать, с каким подарком судьбы им посчастливилось столкнуться, и пламенно его возжелать. Так они и расстались, оба с ущемлённым самолюбием.

А дальше Алиса пошла к Юле в её роскошный пентхаус. Они сидели на кухне, совмещённой со столовой, а в огромной квартире в это время делала уборку помощница по хозяйству. Алиса не удержалась:

«Слушай, в нашем доме поселился парень, раньше тут не жил. Ну, чистый плейбой, такой классный…» И она в самых мажорных тонах описала своё приключение, немного покривив душой: сказала, что парень настолько на неё запал, что стал чуть ли не на коленях умолять её познакомиться, а она не смогла устоять.

Юля неожиданно проявила повышенный интерес:

«А я его видела, внимание обратила. Его весь микрорайон знает, он тут всё лето в шортах бегает. Действительно, очень красивый парень, редкий».

«Тебе бы особо понравился. Он тоже это самое любит». И выложила интимные подробности, недвусмысленно намекнув ещё и на размер.

Через неделю после описанных событий, во время утреннего моциона, Алекс застал около турника сидящего на лавочке мужчину где-то сорока с лишним лет. Алекс про себя подумал, что уже видел этого мужчину здесь пару дней назад, когда тот сидел на лавочке и курил.

Алекс промолчал, хотя и покосился неодобрительно. Сегодня мужик устроился там же, курил и назойливо пялился на Алекса, наблюдая, как тот подтягивается. Алекс наконец спрыгнул с турника и посмотрел на мужчину тяжёлым взглядом.