Текст книги "Дым и шрам (ЛП)"

Автор книги: Гретхен Пауэлл Фокс Гретхен Пауэлл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 31 страниц)

Никто не узнает.

Вот только… он-то будет знать.

И разве сам он не был так же близок к гибели из-за неожиданной встречи с жесткой тварью? Если бы Диссидуа не развернулся и не попытался убить его сам… Возможно, это благословение Аурелии – еще один шанс заполучить союзника?

Зефир всхлипнула, ее хватка на камне соскользнула. Седрик тяжело вздохнул. Превозмогая сомнения, он рванул вперед, и его меч вонзился в первое попавшееся создание. Клинок легко рассек чешуйчатую кожу, разрубая кости и жилы. Смерть наступила мгновенно.

Оставшимся пятерым тварям потребовалось время, чтобы понять: их атаковали. Седрик воспользовался их замешательством, отступив на несколько шагов. К тому моменту, когда монстры заметили убитого сородича, он успел отойти на приличное расстояние.

Двое повернулись, семеня на этих мерзких, паучьих лапах, чтобы сократить дистанцию. Губы вздернулись над острыми клыками, когда одна из тварей прыгнула.

Седрик крутанулся вправо. Тварь с воплем пролетела мимо, потеряв контроль. Она врезалась в заросли колючего кустарника, мгновенно запутавшись в острых ветках.

– Ха! – торжествующе хохотнул Седрик.

Рановато.

На спине вспыхнула боль, когда вторая тварь полоснула по стыку в доспехах. Так Седрик узнал, что на конце каждой паучьей лапы имелся массивный загнутый рог. Сжав зубы от жгучей боли, он взмахнул мечом и отрубил две лапы ближайшей твари.

Звуки, вырвавшиеся из монстра, были… жуткими. Даже когда раненая тварь уползла, оставляя за собой след черной крови, остальные трое устремились на Седрика – словно визг раненого был боевым кличем. Шум воплей и рычания отозвался вдали. Седрик застонал. Меньше всего ему нужно было, чтобы сюда сбежались остальные.

Пока внимание Седрика разрывалось между подбирающимися тварями и диким хором – пока далеким, но приближавшимся слишком быстро, – он не заметил, как одна из оставшихся трех тварей исчезла из виду. Не заметил, как она зашла со спины. Не заметил, как она поднялась на задние четыре лапы, став ростом почти с него.

Не заметил. Пока не ощутил горячее, вонючее дыхание на своей шее.

Седрик крутанулся, вскидывая меч в последний момент, чтобы защититься от передних лап с когтями. Но расстояние было слишком маленьким, и Седрику не хватало рычага, чтобы оттолкнуть тварь. Все, что он мог, – упереть лезвие меча в когти, не подпуская щелкающую пасть к лицу.

Пот лил со лба Седрика, мышцы окаменели от напряжения, пока он держал, держал, держал…

А затем тварь начала изгибаться, ее лапы подогнулись, и она рухнула на землю. Коротко остриженная макушка, зеленая, как лес, вынырнула из-за туши.

– Сзади! – крикнула Зефир, вырывая кинжал из ребер дохлого монстра.

Седрик развернулся, и его меч вонзился в брюхо еще одной твари. Она подохла с жалким писком. Но когда Седрик попытался выдернуть оружие обратно, оно застряло.

Последняя тварь рухнула на него мгновенно, клыки обнажены, бусины глаз впились в горло Седрика. Время растянулось в крошечную вечность, пока рыцарь взвешивал варианты. Затем тварь подалась назад, готовясь прыгнуть, укусить, убить.

Седрик действовал на инстинктах.

Бросив меч, он упал на колени, разворачиваясь, выхватил кинжал с пояса и вогнал его снизу вверх – ровно в тот момент, когда что-то просвистело у самого уха.

Брошенный кинжал Зефир вошел твари в лоб, а собственное оружие Седрика одновременно пробило ребра. Монстр даже не успел взвыть.

Несколько мучительных мгновений ни Седрик, ни Зефир не двигались. Дыхание было рваным, тяжелым, но они замерли, переваривая разгром вокруг. Горячая черная кровь заливала руку Седрика, все еще сжимавшую рукоять кинжала, вогнанной в грудь твари.

Зефир поднялась на дрожащих ногах, протягивая ему руку:

– Спасибо.

Ее голос звучал звонко и чисто, хоть она и задыхалась, пытаясь перевести дыхание. Она казалась совсем юной, хотя Седрик знал: это ничего не значит. Она могла быть девчонкой, а могла быть старше его прадедушек. С арканийцами угадать невозможно.

– Думала, мне конец, – произнесла она.

С влажным чавканьем Седрик выдернул кинжал из мертвого монстра. Другой, чуть менее окровавленной рукой он вытащил кинжал Зефир из лба твари:

– Мог бы сказать то же самое, – проговорил он, возвращая ей оружие. – Хоть мне и тошно это признавать, под конец я сам слегка увяз.

– Не увяз бы, если бы не пришлось помогать мне отбиваться от этих загрызней, – возразила сильвана, надув нижнюю губу.

Вопреки всякой логике Седрик почувствовал, как уголок его рта ползет вверх:

– Загрызней?

Зефир ткнула кинжалом в павшую тварь, прежде чем убрать его в ножны на бедре:

– Мы их так зовем в Вердентии. Сама я их за пределами лесов не видела, но… – Она пожала плечами.

– Загрызни, – повторил Седрик, пробуя слово на вкус. Он небрежно взмахнул рукой: – Что ж, узнал кое-что новое. Будем считать, мы в расчете.

Уголок ее рта дернулся в легкой улыбке:

– Думаешь, придут еще?

Седрик замер, прислушиваясь:

– Не знаю, – признался он. – Но рычание, похоже, стихло.

– Двое удрали, – ее взгляд упал на мокрый след черной крови, уходящий прочь с поляны.

– Возможно, побежали предупредить сородичей.

Ее улыбка стала шире:

– Логично. Мы ведь довольно грозный дуэт.

Уголок губы Седрика дернулся:

– Воистину. В любом случае я бы предпочел не выяснять, спешат ли сюда новые твари. Надо двигаться дальше.

Зефир замешкалась:

– Ты… ты предлагаешь двигаться дальше… вместе?

Седрик смерил взглядом миниатюрную чемпионку. Она едва ли была бы его первым выбором в союзники. Слишком мала и слаба, чтобы отбиваться от тварей и скотов, особенно учитывая полное отсутствие магии. Но надо отдать ей должное: она оказалась достаточно быстрой, чтобы сбежать от загрызней.

Глянув на срубленного ею монстра, он должен был признать, что бросок кинжала у нее поставлен отлично. И хотя она легко могла сбежать в тот момент, когда Седрик отвлек тварей на себя, она осталась и приняла бой – проявление твердости и решимости, которое Седрик нашел… восхитительным.

К тому же в ее вопросе звучала уязвимость, отозвавшаяся в его сердце.

«Ты слишком, мать твою, мягкосердечный», – Седрик снова услышал голос Тристана в голове. Друг постоянно пилил его за излишнее милосердие.

Седрик откашлялся:

– Признаю, ты первая сильвана, которую я встретил, – проговорил он. – Но поскольку ты не вогнала свой кинжал мне в спину при первой же возможности, думаю, мы поладим. И разве не об этом нас просил Арбитр?

Зефир кивнула, но ее лицо все еще было искажено тревогой. Она прикусила темно-зеленую нижнюю губу. Седрик решил дать ей время подумать и нагнулся, вытаскивая застрявший меч из грудины мертвого монстра.

Движение отозвалось болью в ране на спине. Седрик зашипел от дискомфорта – в пылу боя он совершенно о ней забыл.

– Ты ранен! – воскликнула Зефир.

Седрик попытался пожать плечами, но от этого рана лишь сильнее запульсировала:

– Ты тоже.

Зефир качнула головой:

– Теперь уже почти нет.

– Теперь?

Она указала на ногу, где рана ниже колена была перевязана каким-то растительным бинтом:

– Не хочу показаться хвастуньей, но у меня талант к лечению легких и средних ранений, – пожала она плечами.

Седрик коснулся тотема:

– Но наша магия…

Склянки звякнули, когда она похлопала по кожаному поясу на бедрах:

– Конечно, с магией было бы куда проще, но в данном случае она не так уж необходима. Разрешишь посмотреть?

– Ладно, но не здесь. Нам нужно найти место менее…

– Месиво-подобное? – предложила Зефир.

Седрик хмыкнул:

– Да. Месиво-подобное. Именно то слово, которое я бы выбрал.

Громовой рев сотряс землю под ногами, когда двое чемпионов возобновили бег. Зефир резко замерла, из-под ее лодыжек взвилось облачко пыли, и Седрик едва затормозил, чтобы не врезаться в нее.

– Четыре ада, смотри куда прешь! – Седрик качнул головой. – Твоя целебная мазь, может, и сотворила чудо с порезом на спине, но от вывиха лодыжки она вряд ли поможет!

Сильвана виновато глянула на него:

– Извини, но… ты ведь тоже это слышал? – Ее голос звучал тревожно.

– Слышал, – ответил Седрик. – Начеку.

Зефир серьезно кивнула. Седрик вынужден был признать: ее общество оказалось весьма кстати, пока они неслись по арене, избегая тварей, когда получалось, и рубя их, когда пути назад не было. Ее чутье на местность было безупречным – как и слух. Будь он один, Седрик был уверен, что потратил бы на пересечение арены минимум вдвое больше времени… и наверняка привлек бы по дороге куда больше темных тварей. Возможно, в этой идее с командной работой все-таки что-то было.

Арка находилась неподалеку. Седрик пока не видел ее – ее скрывали утесы над головой, пока они пробирались по затопленной долине. Но он чувствовал ее. Она звала его, манила.

Седрик подал руку Зефир, когда они карабкались на плоское плато, с которого открывался вид на дальний край арены.

– Вон там! – Указывая вперед, она пыталась перевести дыхание. Светящаяся арка стояла всего в каких-то тридцати метрах, зазывая своим свечением.

Еще один рев сотряс землю – да так, что Зефир пошатнулась. Взгляд Седрика взметнулся к небу: он прищурился, пытаясь найти источник звука, и тут же отскочил от изумления, когда над их головами пронеслась огромная туша.

Его глаза расширились, когда монструозное создание приземлилось прямо перед ними, полностью преграждая путь к арке. Ряд за рядом иссиня-черных чешуек отражали сияние, заставляя их переливаться пурпуром и зеленью. С одной стороны – длинная острая морда. С другой – длинный хвост с массивной булавой на конце.

Воздух с выдохом вырвался из груди Седрика, когда могучая тварь еще раз взмахнула колоссальными крыльями и сложила их по бокам.

– Дракон, – шепот Зефир был полон трепета. И священного ужаса.

Узкие черные зрачки в обрамлении золотых звезд пылали первобытной яростью, когда Седрик встретил взгляд дракона. Он знал, что нужно отвести взор. Нужно отвернуться. Нужно сделать буквально что угодно, только не продолжать смотреть на это невероятное, кошмарное создание – такое поведение, дракон гарантированно сочтет вызовом.

Но Седрик не мог оторвать глаз. Он смотрел, как струйки дыма вились из косых щелей его ноздрей. Как взгляд дракона, казалось, проникает в самые глубины его души. Как тварь поднялась во весь рост, прежде чем издать еще один сотрясающий землю оглушительный рев.

Зефир сделала шаг ближе к Седрику – то ли от страха, то ли по глупому инстинкту защитить его, он не знал. Сам же он подался вперед, намереваясь задвинуть миниатюрную девушку за спину, когда до ушей донесся посторонний голос:

– Эй! Ну давай, поганая тварь! – Чемпион-гном, Трайгг, стоял в одиночестве по другую сторону от дракона. Его пронзительные синие глаза сузились в вызове, пока он размахивал молотом размером с мамонта. – Покажи, на что способна! Я как раз мечтал отведать драконьей кропушки!

Седрик не понимал, во что играет Трайгг, пытаясь привлечь внимание твари, когда у самого гнома был чистый путь к арке. Но жалеть о неожиданном отвлечении он явно не собирался. Дракон наклонил голову – кошачье движение, заставившее Седрика поверить: тварь просчитывает, бросить ли закуску перед собой ради более мелкой и шумной сзади.

К сожалению, расчет оказался не в пользу Седрика.

Он едва успел толкнуть Зефир в сторону до того, как огромная пасть дракона обрушилась на него. Подавшись вбок, Седрик выхватил меч в самый последний момент, и тот с грохотом встретился с белыми клыками – каждый зубец размером с его ладонь. Дыхание существа было обжигающим, пропитанным серным зловонием горящей земли.

– Беги к арке, Зефир! – крикнул он сдавленным голосом, изо всех сил упираясь пятками в землю под напором дракона. – Беги!

– Я не могу бросить тебя здесь! – Едва ли можно было разобрать ее ответ сквозь скрежет стали о зубы.

– Слушай его, девка! – зарычал Трайгг, рванув вперед с занесенным молотом. – Я проведу твоего рыцаря мимо этой паскудной твари!

Дракон откинулся назад, фыркнув, словно его позабавила мысль о поражении. Его хвост рассек воздух с бешеной скоростью; гул пронесся над Трайггом и устремился к Седрику. Рыцарь заметил удар мгновением позже, чем нужно. Хотя он успел увернуться от шипастой булавы на конце, тяжесть самого хвоста врезалась ему прямо в корпус, отправив в полет. С глухим ударом он врезался в каменный пик, и меч выскочил из пальцев.

Боль вспыхнула в ребрах, белые вспышки затянули края зрения. Ему показалось, что на затылке расплывается что-то теплое и липкое.

Впрочем, времени проверять не было: огненный взгляд дракона намертво зафиксировался на Седрике, скрючившемся у основания скалы. За спиной твари Зефир кралась вперед, словно собираясь броситься ему на помощь, и его глаза расширились в немом предупреждении. Что она делает?! Никто из них не был соперником этой твари, это было очевидно. Лишь благодаря чуду грудь Седрика не проломило силой этого удара. Зефир нужно было воспользоваться тем, что тварь отвлеклась на него, и прорываться сквозь арку!

Трайгг выбрал именно этот момент для атаки. Подняв молот высоко над головой, он заорал:

– Попробуй проигнорировать меня теперь, уродливая ящерица!

Дракон взвыл, когда гном обрушил свое оружие на его заднюю лапу. Тварь мотнула головой к источнику боли, даруя Седрику заветную секунду, чтобы отползти.

Он цеплялся за эту возможность, игнорируя расплывающиеся перед глазами звезды, и рванул к месту, где упал меч. Пальцы сжали рукоять ровно в тот момент, когда хвост дракона сметнул Трайгга с ног, отправив его прямо на Зефир. Оба рухнули на землю клубом спутанных конечностей и оружия.

Затем дракон снова повернулся к Седрику, фыркнув звуком, подозрительно похожим на насмешку.

Седрик встал в стойку, вскидывая меч. Зверь рванул к нему, когти рассекли воздух. Ребра кричали от боли, но Седрик развернулся, подставляя лезвие под удар. Сталь со скрежетом прошлась по чешуе, снопы искр озарили ночь, пока он отбивал атаку.

Рыча, дракон поднялся на дыбы, заставив Седрика отступить, чтобы не быть раздавленным, когда тяжелые лапы рухнули на землю с громовым треском. Стоило ему коснуться почвы, как Седрик перекатился вперед и вогнал меч снизу вверх – прямо в мягкое брюхо.

Вопль боли вырвался из пасти звера, и на секунду показалось, будто он может отступить, сбежать.

Он не сбежал.

Он замахнулся. И прежде чем Седрик успел сообразить, что происходит, его снова впечатало в скалу, а тяжелая лапа дракона прижала его поперек груди. Он захрипел, когда давление выбило весь воздух из легких. Тьма поплыла перед глазами. Меч выпал из ослабевших пальцев.

Седрик был уверен, что кто-то (Трайгг? Зефир? Оба?) что-то кричит, но звук казался далеким, приглушенным. Все, на что его хватало, это продолжать дышать.

Горячий, зловонный воздух обжег кожу, когда дракон приблизил морду настолько, что Седрик увидел свое отражение в блестящей черной чешуе. Кровь струилась по шее, окрашивая воротник под доспехами в багровый. Его глаза потемнели, щеки впали.

Первое испытание. Он не смог пройти даже первое испытание. Тоже мне, чемпион.

Дракон откинул голову назад, и Седрик четко услышал звук высекаемой искры в глубине его глотки. Ему почти захотелось рассмеяться. Пожалуй, из всех способов, которыми монстр мог оборвать его жизнь, сгореть в драконьем огне – не самый худший. По крайней мере, это быстро. Лучше так, чем быть съеденным заживо и задохнуться в брюхе твари или быть медленно разорванным зубами и когтями. И, возможно, Зефир и Трайгг все еще успеют прорваться к воротам, пока дракон занят своим рыцарским обедом.

Признаться, эта мысль не принесла особого облегчения.

Послав немую молитву Аурелии в пустоту, Седрик собрал волю в кулак и впился взглядом в дракона, даже когда огненное сияние разгоралось в пасти монстра. Он надеялся, что лорд Черч поймет: он пытался. И надеялся, что готовность встретить смерть с открытым забралом зачтется ему в Потустороннем мире.

Но прежде чем пламя успело вырваться из пасти дракона, что-то пронеслось перед глазами Седрика. Осколки камня и пыль обдали лицо, когда резной посох вонзился в скалу прямо над его головой. Силуэт перемахнул через него со спины. Обутая в сапог нога врезалась в челюсть дракона. Голова твари дернулась вбок.

Мучительный рев вырвался из глотки зверя, едва пламя вырвалось из его открытой пасти. Жар опалил кончик уха Седрика, когда оранжевый драконий огонь пролетел мимо – в каких-то двух шагах от того, чтобы испепелить его целиком.

Дракон пошатнулся назад с воплем, выпуская Седрика из хватки. Пламя угасло, а из его морды торчал кинжал. Седрик повалился вперед, когда его таинственная спасительница приземлилась на корточки прямо перед ним.

Дыхание перехватило в груди.

Ослепительные крылья, точь-в-точь повторяющие сияние в небесах, взмахнули один раз и сложились за спиной. Волосы цвета барвинка развивались на ветру, а тонкий запах миндаля перебивал серную вонь.

Элирия.

Призрак пришла.

Она не остановилась. И не оглянулась, ринувшись вперед; ее посох закружился во вспышке дерева и металла. В прыжке Элирия оказалась прямо напротив морды дракона, вырывая кинжал обратно, пока тварь завывала от боли. С капающих клыков сорвалась слюна, дракон попытался цапнуть ее в ответ, но она обратилась в едва различимую тень, легко уйдя из-под удара.

Движения воительницы-фейри были текучими, изящными. Она плясала вокруг хлещущего хвоста и уклонялась от когтей. Она управляла крыльями словно плавниками – расправляла их по очереди, когда требовалось резко повернуть, и била ими, чтобы подпрыгнуть выше. Она разила наповал: твердый металлический набалдашник посоха находил уязвимые места в бронированной чешуе, словно она видела дракона насквозь.

Это было невероятное и жуткое зрелище.

Седрик оторвал взгляд от прекрасного и смертоносного танца и, спотыкаясь, подошел к своему мечу, хотя тот ему едва ли требовался. К тому моменту, когда его пальцы сомкнулись на рукояти, расчетливый град ударов Элирии уже заставил тварь отступать.

– Хватит работать на публику! – крикнул знакомый голос. Чуть подальше стояла Кит: ее серебряные волосы светились в лучах сияния, а золотистые крылья нервно поддрагивали.

Элирия закатила глаза, но отступила. Одним взмахом мощных крыльев дракон взмыл в небо, улетая с пронзительным порывом воздуха, который снова сбил Седрика на одно колено. Он вогнал меч в землю, чтобы не повалиться окончательно.

– Всего лишь исполняю свой гражданский долг, – протянула Элирия, и в этот момент ее взгляд упал на Седрика. – О. Это ты. – Ее губа искривилась, а крылья плотнее прижались к телу. – Эй! Дракон! – крикнула она, вскинув глаза к небу. – Можешь возвращаться! Продолжай как ни в чём не бывало.

– Обхохочешься, – буркнул Седрик, снова поднимаясь на ноги. Он не мог отрицать, что она спасла его от весьма… зажаристой… участи, но обязательно ли это должна была быть она? Мысль о том, что он обязан ей жизнью, скрутила в узлы что-то глубоко в груди, вызвав клубок противоречивых чувств, от которых доспехи показались слишком тесными.

Ему хотелось огрызнуться, отмахнуться от ее помощи как от совершенно ненужной, доказать, что он не беспомощный дурак, нуждающийся в спасении. Но это было неправдой. Ни в малейшей степени. Щеки Седрика вспыхнули: он вынужден был с неохотой признать, что она не просто спасла его, но сделала это с таким мастерством и точностью, перед которыми он почувствовал себя… ничтожеством.

И от того он ненавидел ее еще сильнее, чем прежде.

– Вот и я так подумала, – с ухмылкой сказала Элирия. – В следующий раз, кстати, рекомендую не подставляться под драконий огонь.

Седрик сжал челюсти, заставляя себя выдержать ее изумрудный взгляд:

– Что ты здесь делаешь? Я думал, ты выше подобных игр, – выдохнул он, с глухим звуком вытягивая меч из каменистой почвы.

Она изогнула бровь:

– Интересный способ сказать «спасибо».

Седрик раскрыл рот, и на языке у него крутилась совсем другая фраза, но грубый голос Трайгга перебил его раньше, чем представилась возможность ответить.

– Эй! – Гном слега сипел, помогая Зефир подняться на ноги. – Вы двое позже закончите? Не знаю, как вы, а я хочу убраться отсюда к чертовой матери. – Он ткнул молотом в сторону светящейся арки.

– Верно, – отозвался Седрик, шагая к парочке. – Ты в порядке, Зефир?

Сильвана кивнула:

– А ты?

Седрик осторожно потрогал затылок и поморщился:

– Ничего такого, с чем ты не смогла бы помочь.

Элирия фыркнула, проходя мимо, и ее миндальный аромат снова коснулся его ноздрей. Он напомнил Седрику свежий марципан – сладкий, с ореховой ноткой, оттенком терпкой вишни… и едва уловимым намеком на что-то цветочное. Но в нем таилась и опасность. В конце концов, слишком большая доза горького миндаля способна убить человека.

С бешено колотящимся сердцем он снова сосредоточился на светящейся арке впереди. Элирия, Кит и Трайгг уже шагали к ней; только Зефир задержалась, с тревогой глядя на Седрика.

– Я правда в норме, – заверил он ее, не сводя глаз с троицы и устремляясь следом. Гном буркнул что-то, отчего обе фейри расхохотались, и во рту у Седрика появился кислый осадок. – Как они могут вести себя так, будто мы не были…

– В шаге от того, чтобы стать кормом для дракона? – предложила Зефир.

– Именно.

Она пожала плечами:

– Возможно, они привыкли к подобному.

Седрик нахмурился. Какую жизнь нужно было прожить, чтобы сохранять такое хладнокровие после подобного кошмара? Он тренировался большую часть жизни, чтобы войти в Испытания, и сколько раз он уже был на волосок от смерти?

Он поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы лорд Черч поручал ему больше заданий за пределами Кингсхелма и отправлял в более опасные странствия. Его жизненный опыт неожиданно показался ему слишком скудным.

Седрик плелся впереди, Зефир шла на пару шагов позади. Он настолько ушел в свои мысли, что не услышал взмаха крыльев и не почувствовал порыва воздуха. Зато пронзительный рев дракона услышали все: монстр вернулся, расправив перепончатые крылья, почти заслонившие сияние в небе.

Седрик прибавил шаг, сердце стучало в ушах:

– Бегом! – крикнул он. – В арку!

Элирия и Кит рванули вперед. Трайгг вопреки всякой логике затормозил и развернулся к Седрику и Зефир:

– Быстрее, балбесы! – зарычал он, дико махая молотом и подгоняя их.

Седрик выкрикнул сдавленное ругательство, требуя, чтобы Трайгг поторапливался, пока пробегал мимо, но у гнома, похоже, были другие планы. С боевым кличем он выхватил топорик из-за пояса и швырнул его в небо. Топор закружился, устремляясь к дракону, и вогнал лезвие точно в мягкое брюшко стыка, где крыло соединялось с туловищем.

Последовавший за этим вопль шока и боли едва не разделил барабанные перепонки Седрика. Дракон покачнулся в воздухе и рухнул на землю, одно крыло бесполезно повисло.

– Я же говорил тебе не игнорировать… – победный клич Трайгга оборвался, когда падающий дракон полетел ровно в то место, где ошеломленно стоял гном.

Не думая, Седрик совершил рывок назад, подхватил Трайгга под руку и оттащил в сторону. Огромный хвост твари прошмыгнул в сантиметрах от гнома, впечатавшись в землю и подняв тучу камней и грязи.

– Шевели ногами! – крикнул Седрик, подталкивая Трайгга к арке. Элирия и Кит почти пересекли черту, Зефир не отставала.

Разъяренный рев ударил по нервам Седрика. Он обернулся и увидал хромающего дракона – глаза выпучены, дикие, пылающие яростью и болью.

Морда твари откинулась назад.

– Нет! – Седрик перекатился по диагонали, уходя с линии огня других чемпионов, пытаясь увести поток драконьего огня от них. Жар дыхания снова опалил кожу, и его накрыла тошнотворная уверенность, что во второй раз ему так не повезет. Дракон был слишком близко, слишком быстр…

Вспышка движения зацепила его взгляд. На этот раз не человек – оружие.

Огромный молот Трайгга пролетел по воздуху, с крушащим хрустом врезавшись в нижнюю челюсть дракона и захлопнув пасть твари до того, как огонь вырвался наружу. А затем молот вернулся в вытянутую руку гнома.

Седрик не стал терять времени и вскочил на ноги:

– Полезный трюк! – крикнул он, кивнув на молот, прибавляя ходу к выходу. Всего пять метров. Три. Один. Трайгг оскалился в зубастой улыбке, сравнявшись с Седриком, и оба они с последним рывком влетели в светящуюся арку.

Мир качнулся, знакомое ощущение перемещения сквозь пространство накрыло Седрика. И вот они прорвались: земля под ногами снова стала твердой.

– Они успели! – закричал кто-то, когда Седрик пошатнулся вперед, едва удержавшись на ногах. Трайгг выскочил следом за ним.

Зефир первой подошла к Седрику, лицо ее было бледным:

– Ты сделал это, – прошептала она, переводя взгляд с него на арку, словно не веря собственным глазам.

Седрик смог только кивнуть: сердце колотилось слишком быстро, чтобы язык выговорил хоть слово. Жадно ловя воздух, он огляделся. Зефир, Элирия, Кит и еще несколько чемпионов рассредоточились по каменному вестибюлю. Большинство выглядели не лучше Седрика: он отметил кровь и грязь, покрывавшие почти всех, хотя настроение у всех разнилось. Гаэль Уинтерс хлопала своего друга Пэйлина по плечу с громким, полным неверия смехом. Светлая голова Олдена Эшфорда была склонена, он шептал благодарственные молитвы Аурелии. Единственный оставшийся чемпион-ноктеррианец, Тенебрис Нокс, просто прислонился к стене, недвижный и тихий, словно статуя.

Седрику удалось замедлить дыхание. Сердце перешло на ровный ритм. А затем оно замерло, когда на долю секунды он встретился взглядом с Элирией – выражение ее лица было совершенно непонятным. Это длилось мгновение, улетучившись слишком быстро, чтобы Седрик успел разобрать эмоции, промелькнувшие на ее лице. Неужели она… была рада видеть, что он прошел?

Он снова посмотрел на арку и вспомнил, как она спасла его – как он сам уже несколько раз ускользнул от смерти на волосок. Сердце Седрика сжалось от осознания: это было только начало.

И худшее еще впереди.