Текст книги "Полет Стрижа"

Автор книги: Евгений Сартинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 37 страниц)

35

Поспать им удалось в эту ночь совсем мало, с пяти до девяти утра. И снова разбудил их Винтер. Несмотря на то, что он не спал совсем, выглядел капитан блестяще: элегантен, подтянут, весел. Вот только тени под глазами да рука на перевязи говорили о том, что далось это ему не легко. Преподнеся роскошный букет зардевшейся Елене и наговорив ей кучу комплиментов, Винтер прошел в зал, где парни сонно и хмуро поглядывали на часы, друг на друга и особенно неприязненно – на него. Не обращая внимания на общее отсутствие радости, Винтер с ходу начал рассказывать последние новости, расхаживая по комнате и довольно потирая руки.

– Дело близится к развязке. Как подсказывает мне интуиция, сегодня должно решиться все. Сегодня я его вычислю.

– Откуда такой оптимизм? – хмуро поинтересовался Стриж.

– Видишь ли, Анатолий… Всякая информация, она как атомная бомба. По капельке, по капельке накапливается, а потом критическая масса – и все это взрывается. Бабичев рассказал много интересного, хотя его и старались не посвящать в дела. Сам он попал на спасалку случайно, Беца подобрал его на местном вокзале, нужен был работник, покрасить забор в том доме, где вы прищучили Пежо и Федора. Горыныч разговорился с ним, узнал его историю. Беца сам по себе-то мужик добрый, пожалел его, Бабичев совсем уж до бичевских нравов опустился. Пригрел, сторожем оставил, а тут внезапно вакансия на Башне открылась, один из спасателей сам неожиданно умер, без их помощи.

– А, Санек Мархель, – припомнил Стриж, уже сбросивший с себя остатки сна и слушавший с интересом. – Лег спать и не проснулся, сердце.

– Да, верно, – подтвердил Винтер, – а у Бабичева документы водолаза-профессионала. Они вытравили его фамилию, вставили другую. Так он очутился на Башне.

Капитан сделал паузу, осмотрел взбодрившихся друзей и продолжил свой рассказ.

– Вся работа Бабичева заключалась в том, чтобы в определенное время ночью закрывать боковые ставни и включать свет на полную мощность. Вкручивалась еще одна киловаттная лампа и получалось что?

– Маяк, – первый догадался Андрей.

– Примерно, – подтвердил Винтер.

– А зачем там вообще нужны эти ставни? – спросил Сергей.

– Раньше не было, этой зимой сделали, – ответил Стриж. – Начальству надоело после каждого шторма вставлять новые стекла.

– Да, они не рассчитали размеры окон. Выглядит эффектно, но… Убытки, особенно зимой, ощутимы, – подтвердил Винтер.

– Понятно, – удовлетворенно кивнул головой Сергей.

– А вот покойный Овсеев в это же время на катере выходил в море, причем не один, а с кем-нибудь из других смен. Возвращались они часа через два, привозили с собой большой прорезиненный мешок, грузили его в машину к Горынычу, и тот отбывал.

– Опять одни загадки, – подал голос Илья.

– Да нет, тут уж многое понятно, – рассмеялся Винтер. – До нейтральных вод расстояние-то ерундовое.

– Завтрак готов! – прервала его хозяйка дома и поинтересовалась. – А вы с нами откушаете?

– Если накормите. Честно говоря, я уже и забыл, когда ел что-то горячее, – сознался ранний гость.

– Бедненький! – пожалела его Ленка. Стриж только хмыкнул.

После завтрака Анатолий спросил:

– Ну и что нам сегодня делать?

Винтер только пожал плечами.

– Пока отдыхайте. Я бы, конечно, запер вас в квартире, приставил караул и никуда не выпускал, но… Понимаю, что в такую жару это жестоко. Так что можете идти на пляж, гулять по городу, но не забывайте, что вы по-прежнему наживка. Так что с оружием не расставайтесь. И еще.

Он немного помолчал, потер характерным жестом правый висок.

– С сегодняшнего дня вы носите оружие, храните его и даже применяете на законном основании. Я убедил свое руководство, и оно выдало индульгенцию за все прошлые, нынешние и будущие грехи.

– Значит мы можем палить направо и налево, не волнуясь о последствиях? – первым догадался Андрей.

– Ну, не совсем так, главное, что вы теперь не художественная самодеятельность, а что-то вроде оперативной группы.

Винтер опасался реакции Стрижа, но тот остался внешне спокойным. Самое же главное заключалось в том, что именно Винтер получил карт-бланш провести операцию до конца. От ее успеха зависело очень много, слишком много, чтобы быть спокойным до конца.

– И еще, – добавил капитан. – Я заберу у вас Сергея на денек.

– Зачем? – удивился Стриж.

– Мне все-таки трудно водить машину, а мотаться по городу сегодня придется много.

– Хорошо, – согласился Сергей. – Пушку взять?

– Пожалуй, не надо. У меня в «девятке» остались оба автомата.

– А что, ничего не удалось узнать про машину на набережной? – спросил Андрей.

– Нет. От домов ее загораживали деревья, а из гуляющих на автомобиль никто не обратил внимания.

Проводив Винтера и Сергея, остальная компания двинулась на пляж. Пока ребята купались, загорали и предавались другим радостям жизни, Сергей без устали крутил баранку, возя капитана по довольно странным, с его точки зрения, местам. Они посетили земельный фонд и здание торгового пароходства, налоговую инспекцию, несколько офисов. Винтер уходил, возвращался минут через десять-пятнадцать с какими-то бумажками. Наконец он плюхнулся на сиденье и с довольным выражением лица заявил:

– Ну, все, теперь домой.

Закуривая сигарету, он с досадой сказал:

– Завидую всем этим американцам и европейцам. Нужны какие-то данные – нажал на кнопку, и они у тебя на дисплее. А тут побегаешь, – и он тряхнул солидной кипой бумаг, собравшихся после набега на конторы.

Приехав домой, капитан попросил Сергея:

– Завари, пожалуйста, кофе покрепче, а то я боюсь, упаду раньше времени.

Винтер разложил на столе какие-то карты, привезенные бумаги, и пока Сергей возился на кухне, из кабинета слышался непрерывный стук клавиатуры компьютера. Когда он принес Винтеру кофе, тот поблагодарил и, сделав один большой глоток, произнес:

– Смотри, что получается. Я, конечно, не штурман, но если взять за начальные данные положение огней маяка и Башни, то получается прямой угол. Кажется, у моряков это называется траверса.

– И что? – спросил заинтригованный Сергей.

– Такие случаи уже были в истории контрабандистики в Америке в годы бутлегерства, в Испании лет десять назад. В определенной точке сбрасывается груз, а там его поджидает или позже забирает покупатель.

– Но ночью, в темноте? – засомневался Сергей.

– Прикрепят какой-нибудь радиомаячок ограниченного радиуса действия, метров на триста, не больше. Зато минуют и пограничников, и таможню. Очень удобно на подхвате держать как раз спасателей, люди как бы при исполнении. Кстати, Бабичев заметил, что в этом месте постоянно крутится какая-то яхта. При случае могла подать сигнал SOS.

– Понятно. А что же это за судно, с которого поступал груз?

– Сейчас посмотрим.

Он пробежал пальцами по клавишам, и вскоре из ряда названий выделил одно.

– Паром «Анталья», приписан к Стамбулу. Приходит раз в десять дней.

– Здорово! – восхитился Сергей. – Видели бы это парни!

А те в это время спокойно сидели на Приморском бульваре в небольшом кафе под открытым небом и терпеливо потягивали охладительные напитки. Пятнадцать минут назад, когда они уже возвращались домой, Ленка вдруг резко затормозила возле эффектно размалеванной витрины салона красоты.

– Я ужасно обросла и должна постричься, – заявила она тоном, не терпящим возражения.

– Что, прямо сейчас? – растерялся Стриж.

– А разве мы куда-то спешим?

– Да нет, – пожал плечами Анатолий.

– Ну тем более. Зоя, давай и тебе какую-нибудь прическу сообразим.

– Да я не знаю, – девушка нерешительно глянула на мужа.

– А что, обрежем волосы и сделаем химию, – продолжала настаивать Ленка. С ее напором и энергией она в пару минут добилась того, чего хотела.

– Ладно, Зоя, попробуй, – улыбнулся Андрей. – Все равно я тебя буду любить, какая бы ты ни была.

И торжествующая Ленка утащила подругу в прохладный зал салона.

– Это надолго, – меланхолично заметил Илья, наблюдая сквозь стекло витрины, как две феи в белых халатах порхают вокруг их Золушек.

– Ладно, нам все равно спешить некуда, – ответил Андрей, вроде бы с рассеянным видом оглядываясь по сторонам. Рядом с его правой рукой стояла открытая сумка с оружием, сверху скромно прикрытая газетой.

– Ребята, вам не кажется, что тот вон паренек нам знаком? – спросил он, завершив свой осмотр.

– Какой? – дернулся было обернуться Илья, но Андрей его успокоил.

– Тише ты, спугнешь. Как раз у тебя за спиной. Тот самый с плейером.

– Да, он, – чуть покосившись, подтвердил Стриж.

– Может, тряхнем его? – предложил Илья.

– Можно. Хоть и мелкая сошка, но нам сейчас и такая плотва сгодится, – согласился Анатолий.

– Зайди к нему с тылу, а мы шуганем его отсюда, – посоветовал Андрей.

Илья, не торопясь, встал и удалился в сторону, противоположную той, где восседал меланхоличный, как Будда, паренек с плейером. Вскоре его кудрявая голова мелькнула из-за угла арки проходного двора. Андрей и Стриж, прихватив свои тяжелые сумки, встали и прямиком отправились на рандеву с филером. Тот пару секунд еще выжидал, но потом не выдержал и, стараясь сохранить невозмутимый вид и неторопливость движений, поднялся и стал отступать назад. Друзья ускорили шаг, затем побежали. Все это синхронно повторял и парнишка. На полном аллюре он влетел под арку, оттуда послышался какой-то вскрик, шум борьбы. Стриж с Андреем застали уже последний акт комедии. В самом конце арки виднелась фигура бегущего человека, а с пола поднимался скорее удивленный, чем раздосадованный Илья.

– Ты чего, Илья? Такого хлюпика тормознуть не сумел? – обратился к нему с выговором Стриж.

– Ты знаешь, с виду хлюпик хлюпиком, а крутанул меня, как борцовское чучело. Я и чухнуться не успел. Это не самбо и не дзюдо, что-то вроде айкидо, или русского стиля самообороны.

– А это что? – Андрей поднял с земли небольшой продолговатый предмет.

– Мобильный телефон, – в один голос сказали друзья.

– Ну вот видите, нет худа без добра. По крайней мере связи мы его лишили. Пошли к нашим красавицам.

Они не спеша вернулись на свои места, оглядели салон. Ленка как раз переходила из одного кресла в другое, сделала им ручкой. Голова ее была замотана полотенцем.

– Химия – это еще не скоро, – снова вздохнул Илья. И подозвав официантку, сделал заказ. – Три пепси и три крем-брюле. Я сегодня, кажется, первый раз в жизни наемся мороженого.

Занятые мороженым, пепси и разглядыванием проходящей мимо публики, они не обратили внимания на то, что проезжавшим мимо длинный черный «мерседес» в редком двухместном исполнении вдруг резко тормознул и, свернув к обочине, остановился в неположенном месте. Высокий, худощавый парень, вышедший из машины, одет был совсем не по погоде. Строгий темный костюм прекрасно смотрелся на нем, хотя и был расстегнут, но свежей белизны рубашка вкупе с элегантным цветным галстуком никак не вязались с полуденной жарой. Он шел и улыбался, но Андрей, первым обративший на него внимание, никак не мог понять эту улыбку. Стриж, заметив настороженность Андрея, также обернулся в ту сторону и несколько секунд разглядывал подходившего человека. Вдруг он резко вскочил, опрокинув при этом белый пластиковый стул, и с криком "Игорь!" рванулся навстречу элегантному красавцу. Они обнялись, покрутились так несколько секунд, потом, смеясь, долго разглядывали друг друга.

– А ты изменился, Игорек, – наконец промолвил Стриж, вдоволь наглядевшись на друга. – Лощеный стал, форсистый. И тебе не жарко в этом всем?

– Сейчас жарко, а в машине у меня кондишн.

– Ясно. Знакомьтесь, – обратился к друзьям Анатолий. – Многократный чемпион Союза, пятикратный чемпион Европы, чемпион мира, призер Олимпиады Игорь Шаховской.

Бывший боксер чуть поморщился.

– Ты меня прямо как царя представил, со всеми титулами. Детские еще забыл.

– А еще наш земляк и друг моего детства, – дополнил свою информацию Стриж. – Знакомься, это мои друзья: Илья, Андрей.

Пожимая руку Шаховскому, Андрей как-то обратил внимание на несоответствие рук внешнему имиджу этого человека. Кулаки были громадные, с большими шишками разбитых костяшек. Как ни странно, на них и теперь имелись какие-то царапины. Но обаяние бывшего боксера было невероятным. Худощавое, немного скуластое лицо с небольшим вздернутым носом, аккуратные пшеничного цвета усы, светло-карие глаза с чуть-чуть по-азиатски раскосым прищуром, словно всегда улыбающиеся – все это располагало к себе.

– Наслышан, как же. На родине о вас легенды ходят. Но только, мне помнится, у тебя было три мушкетера? – обратился Шаховской к Стрижу.

– Одного сейчас нет, Серега будет ближе к вечеру, – пояснил Анатолий. – Ты каким это ветром в наших краях?

– Бываю иногда, по делам фирмы.

– Ишь ты, бизнесмен! – Стриж, похоже, никак не мог насмотреться на друга. – Давно приехал?

– С неделю. Я знаю, что ты живешь в этом городе, но в адресном столе тебя не нашли.

– А, да! – вспомнил с досадой Анатолий. – Я сейчас как бы между небом и землей, мы сделали довольно сложный размен, квартира записана на фамилию жены, я все никак не выберусь сходить прописаться. А что мы стоим? Садись, – опомнившись, показал на стул рукой Стриж.

Они уселись за стол и оказались друг против друга. По лицам старых друзей было видно, что они никак не могут насмотреться друг на друга. Андрей ощутил в душе что-то вроде укола ревности, и очень удивился этому странному чувству. Очевидно, он просто привык считать себя самым близким из друзей Стрижа, и вот теперь оказалось, что есть и другие с общим прошлым и судьбой.

– Сколько мы не виделись, Игорь? – спросил Стриж.

– Много, лет пятнадцать, это еще до армии, да, пятнадцать.

– Ты мало изменился. В плечах раздался, да чуть-чуть заматерел. И усы тебе идут.

– А ты и изменился, и нет, – признался Игорь. – Я чуть было не проехал мимо, хорошо знал, что ты в этом городе, все приглядывался, не промелькнет ли где Толян.

Он хотел что-то добавить, но тут на его руке зазвенел солидный золотой хронометр. Шаховской с досадой взглянул на часы.

– Что, куда-то спешишь? – с сожалением спросил Стриж.

– Да. Чертовы эти дела! Ты не представляешь, как мало они оставляют времени для личной жизни.

– Приезжай вечером к нам домой. Сможешь? – предложил Стриж.

Игорь с огорчением покачал головой.

– Вечер у меня расписан по минутам, а завтра лечу в Москву.

Он немного подумал, по привычке разглаживая свои усы.

– Слушай, дело у меня вообще-то минутное, но ехать туда долго, – наконец нашел он выход. – Поехали, поговорим по дороге?

– Поехали, – легко согласился Стриж.

– Только машина у меня маловата, – засмеявшись, показал Игорь на свой роскошный двухместный кабриолет, – все не поместятся. О, а там уже и голубь сизокрылый пасется.

Действительно, около «мерседеса» топтался милиционер с полосатой палочкой и бляхой ГАИ на груди. Все невольно рассмеялись.

– Часа через три я вам его верну, – пообещал Игорь, пожал на прощанье руки друзьям и, обняв Стрижа за плечи, повел его к машине. Илья с Андреем растроганно смотрели им вслед. Шаховской головы на две возвышался над низкорослым Стрижом, они о чем-то уже говорили друг другу. Подойдя к машине, Игорь небрежно сунул принявшему под козырек гаишнику светло-зеленую купюру, отчего тот совсем встал во фрунт. Стриж, усаживаясь, махнул на прощанье рукой, и «мерседес» тронулся с места.

– Эх, Сереги, нет, – пожалел Илья, – он давно мечтал с ним познакомиться.

– В самом деле? – спросил Андрей.

Тот только кивнул головой. Из всех учеников старого тренера именно Игорь Шаховской добился наибольших успехов. Один из самых одаренных спортсменов за всю историю российского бокса он рано, в семнадцать лет, покинул маленький родной городок, и его пример во многом способствовал привлечению пацанов в боксерскую секцию «железного» тренера. В свое время это повлияло и на их с Сергеем выбор.

36

А Сергей в это время, борясь с зевотой, разглядывал коллекцию холодного оружия Винтера-старшего. Ему надоело таскать капитану чашку за чашкой безмерно поглощаемого тем кофе, и сварив очередной кофейник, он просто принес и поставил его на огромный стол Винтера. Хозяин поблагодарил его, как раз в это время зазвонил телефон, капитан поднял трубку.

– Да, Винтер. Говорите, – подержав несколько секунд ее около уха, он положил трубку. – Странно, позвонили и молчат.

Уставившись на дисплей, Винтер тут же забыл про звонок, близился момент истины. Теперь он имел все данные, чтобы высчитать Князя.

– Ну что ж, начнем, – обратился сам к себе Винтер и зачем-то перекрестился. – Список фирм, зарегистрированных в городе за последние семь месяцев, а также их владельцев. Данные на фирмы, занимающиеся экспортными перевозками, в том числе и на пароме «Анталья». А это что? Список владельцев вилл по дороге в горы. Стоп, что это такое: вилла «Ключи»? Теперь назад.

Он, постучав по клавиатуре, вернул предыдущие таблицы, выделил одну фамилию.

– Сергей, – начал он странным, приглушенным голосом. – Залезь в шкаф, там на верхней полке "Гербы старинных российских родов", достань мне эту книгу.

Сергей подставил стул, отыскал с верхней полки солидный альбом и подал его Винтеру. Тот сразу открыл последние листы, и ведя пальцем сверху вниз, начал искать что-то. Наконец палец его замер, он откинулся на спинку кресла и посмотрел на Сергея. Высказаться ему не дал резкий звонок, прозвучавший в прихожей.

– Я открою! – метнулся в прихожую Сергей. Секунду Винтер еще пребывал где-то в себе, затем взгляд его упал на телефон, он рванулся из-за стола с криком:

– Стой, Сергей, не надо!

Выскочив в прихожую, он застал того уже у двери, с недоумением смотревшего назад. Винтер схватил его за руку, оттащил от двери и укрывшись за углом коридора, ведущего на кухню, крикнул:

– Кто там?

И в ту же секунду все помещение наполнилось грохотом выстрелов, от двери полетели щепки, пули разнесли вдребезги жалобно зазвеневшую стеклянную дверь в зал и нещадно раскромсали отозвавшуюся хрустальным звоном битой посуды полированную стенку. Когда грохот умолк, Сергей с Винтером посмотрели друг на друга, бледность лиц обоих странным образом сочеталась с тяжелым, как после долгого бега дыханием.

– Пошли! – рванулся в кабинет Винтер, выхватил из своей хитроумной кобуры пистолет и помчался обратно в зал. Сергей, по инерции заскочивший с ним в кабинет, бестолково крутанулся по комнате, затем сорвал со стены самое грозное оружие – хитроумный самурайский меч – и со свирепым лицом последовал за Винтером. Тот был уже на балконе. В ту секунду, когда на нем появился Сергей, капитан начал стрелять вниз. Сергей увидел солидную черную машину и двоих рядом с ней. Один как раз упал, другой поднял автомат в их сторону, Винтер отпрянул и оттолкнул локтем Сергея. Пули, зазвеневшие по ажурной решетке балкона, впивались у них над головами, осыпая пылью и кирпичными крошками. Когда автомат смолк, Сергей мгновенно выскочил к перилам и увидел, как черная машина тронулась с места. Из открытой дверцы еще торчали безжизненно свисающие ноги, затем их втянули внутрь, и автомобиль, резко прибавив скорости, свернул за угол дома.

– Эх, ушли! – с досадой вымолвил Сергей. Он обернулся к хозяину разгромленной квартиры и увидел, что тот сидит на полу, зажимая правой рукой место своей прежней раны.

– Что, ранили? – кинулся к нему Сергей.

– Нет, – морщась от боли, выдавил Винтер. – Об тебя ударился, об эту вот штуковину, самурай хренов!

Сергей с удивлением посмотрел на зажатый в руках меч, он как-то уже забыл, что держит что-то в руке.

– Я не хотел… – начал было оправдываться он, но Винтер сразу оборвал ненужные разговоры.

– Ладно, спасибо, что не рубанул сплеча. Помоги лучше подняться.

Поддерживаемый обескураженным «самураем», он прошел в кабинет и кивнул тому на телефон:

– Звони на квартиру Стрижу.

Сергей занялся телефоном, а Винтер поднял левую руку и увидел с внутренней стороны небольшое кровавое пятно.

– Не отвечают, – доложил Сергей и обеспокоено спросил: – Что, может, в больницу отвезти?

– Некогда. В машине есть бинты, там перевяжем. Поехали.

Они вышли на лестничную площадку. Там уже толпился встревоженный народ. Винтер попытался закрыть квартиру, но остатки двери с покореженным замком оставляли мало надежды на ее сохранность. Тогда он оглянулся по сторонам, и увидев поднимающегося наверх старого полковника, обратился к нему:

– Иван Петрович, присмотри за квартирой, а мне надо отлучиться часа на два.

– Хорошо, Саня, мы с Валентиной присмотрим. Ну, чего выпялились, расходитесь по квартирам, это вам не кинотеатр, кина не будет, – обрушился на любопытных полковник, а Винтер с Сергеем рванули на улицу.