Текст книги "Боевой кузнец. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Евгений Аверьянов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 29 страниц)

– Не убивайте меня!

Я замер, потому что голос показался смутно знакомым.

– Я… я с информацией! Как ты и просил!

– Николай? – искренне удивился я. – Барсик, не ешь гостя, он невкусный.

Барсик недовольно фыркнул, словно я только что испортил ему весь вечер, но всё же нехотя отошёл в сторону и улёгся на землю, продолжая внимательно наблюдать за незваным гостем.

Из кустов осторожно выбрался Николай. Вид у него был такой, будто он только что лично сбежал от стаи волков. Парень нервно огляделся, убедился, что пума пока не собирается им ужинать, и только после этого немного расслабился.

– Так зачем ты припёрся ещё и ночью? – поинтересовался я.

– Матвей против тебя что‑то замышляет, – практически выпалил всё на одном дыхании Николай.

Я вопросительно поднял бровь.

– И откуда такая информация?

– Я… случайно подслушал его разговор с отцом. Матвей сказал, что во всём виноват ты… и что он найдёт способ отомстить.

Несколько секунд я молча смотрел на парня.

– Очень ценные данные, – наконец кивнул я. – Это всё?

– Да! – радостно закивал Николай, явно довольный тем, что выполнил поручение.

– Тогда дуй отсюда.

Уговаривать его не пришлось, и парень мгновенно развернулся и буквально нырнул обратно в кусты, при этом всё время опасливо косясь на Барсика.

Я проводил его взглядом и невольно усмехнулся.

– Чего вы все так мелкого боитесь? Обычный котёнок… размером с бульдога.

Барсик довольно фыркнул, словно услышал заслуженный комплимент.

Некоторое время я ещё смотрел туда, где исчез Николай, потом медленно перевёл взгляд на горн. Штырь уже раскалился до нужной температуры, оставалось всего несколько минут работы, но почему‑то желание продолжать куда‑то исчезло. Ещё совсем недавно я был готов возиться с железом до самого рассвета, а теперь даже брать в руки клещи не хотелось.

Я тяжело вздохнул. Нет… Новость сама по себе не стала для меня откровением. Я и без Николая прекрасно понимал, что Матвей ещё та сволочь. После всего случившегося он наверняка попытается подгадить мне при первой же возможности. Вопрос был совсем в другом: зачем он заявил об этом отцу?

Я машинально покрутил эту мысль в голове. Очень странное кино получается: совсем недавно вся деревня искала пропавшего сына старосты. Неужели уже вернулся? Или Николай говорил о каком‑то старом разговоре? Нужно выловить Николая и уточнить этот момент. Потому что картина получалась совсем безрадостной.

Я нахмурился. Если Матвей действительно объявился, то почему об этом никто не сказал? А если нет… Я снова вспомнил его исчезновение. Вдруг и правда парень психанул, ушёл куда глаза глядят… Может, вообще решил отправиться в монастырь грехи замаливать.

Хотя… Я невольно усмехнулся. Нет. Последнее звучало слишком неправдоподобно. Матвей и раскаяние существовали где‑то в разных вселенных.

Самого столкновения с ним я не боялся, да и последствий, если уж на то пошло, тоже, но внутри всё равно поселилось какое‑то неприятное чувство, словно не хватало одной маленькой детали, без которой вся картина никак не складывалась.

– Чёрт… – тихо выругался я, откладывая клещи в сторону. – Это ж надо было так настроение испоганить…

Глава 15

Утром я всё‑таки закончил возиться с крюками. Работа оказалась куда более нудной, чем казалось на первый взгляд. Каждый изгиб приходилось несколько раз разогревать, подправлять и снова охлаждать, пока четыре одинаковых крюка наконец не легли рядом друг с другом. Я удовлетворённо кивнул, понимая, что всё получилось. Для корабельного якоря, может, и слабоваты, а вот чтобы зацепиться за древний механизм – самое то.

К счастью, запас прочной верёвки у меня ещё оставался. Выбрасывать её после испытаний танка я не стал, и теперь это решение оказалось весьма кстати. Я быстро привязал к каждому крюку по длинной верёвке и только после этого задумался над главным вопросом.

– Зацепить‑то я его зацеплю… А дальше?

Тянуть руками даже не стоило пытаться. Если механизм не поддался тогда, когда я висел на нём всем своим весом, сейчас тем более ничего не изменится. Я несколько минут сидел прямо во дворе, машинально перебирая в руках кусок верёвки. Потом взгляд остановился на деревянном колесе от старой телеги, и в голове наконец‑то сложилась нужная картинка.

Следующие пару часов снова превратились в сплошную мастерскую. Из обрезков металла, пары штырей и нескольких деревянных чурок я собрал примитивный полиспаст. Ничего сложного: взял ровный пенёк и вырубил в нём глубокие канавки под верёвку. Особой гладкости добиваться не стал, потому что на пару часов работы его точно хватит. Для постоянного использования подобная конструкция, конечно, не годилась, но сейчас мне требовалось всего несколько мощных рывков.

Потом настала очередь противовеса. Тонких стволов возле сарая после заготовки древесного угля осталось предостаточно. Я быстро сколотил широкий деревянный поддон с высокими бортами. Получилось что‑то среднее между большой корзиной и грузовой платформой. Особое внимание уделил креплениям. Верёвки закрепил так, что вырвать их было довольно сложно.

– Вот теперь другое дело. – Я ещё раз осмотрел свою конструкцию.

Выглядело всё довольно странно, зато вполне могло сработать. Погрузив всё хозяйство на телегу, я отправился к руинам.

Настроение за ночь заметно улучшилось. Вчерашний разговор с Николаем уже не казался таким тревожным. Ну сказал Матвей, что собирается отомстить. Так я и без него прекрасно понимал, что подобный человек обиду просто так не проглотит, даже если сам нарвался. Да и Николай ничего конкретного не сообщил, одни эмоции.

– Ладно… – пробормотал я. – Будут проблемы – будем решать.

Добравшись до развалин, я неожиданно поймал себя ещё на одной мысли. Прошла уже почти неделя, а отряд Кристины так и не появился. Я машинально посмотрел в сторону дороги, но никого не заметил. Неужели они нашли себе другое занятие? Или что‑то задержало их в городе?

В целом это было замечательно. Пока они не вернулись, никто не мешал мне заниматься собственными исследованиями.

Спустившись в подземелье, я сразу направился к ближайшему копьеметателю. Крюки подошли почти идеально. Каждый уверенно зацепился за массивные выступы корпуса. Я тщательно проверил все четыре крепления и только после этого начал собирать остальную конструкцию. Полиспаст установил на одну из полуразрушенных стен, где нашлось достаточно крупных камней. Пришлось потратить ещё несколько минут, чтобы надёжно расклинить основание.

Убедившись, что механизм никуда не денется, я перекинул верёвки через ролики и вывел их на другую сторону стены. Там как раз оказалось достаточно места для противовеса.

Я подвесил изготовленный накануне поддон, заставив верёвки натянуться. Конструкция слегка перекосилась, прижавшись одним краем к каменной кладке. Я внимательно посмотрел на получившийся угол и пришёл к выводу:

– Не идеально… Но жить можно. Главное, чтобы выполняло поставленную задачу.

Я нагнулся, поднял первый крупный камень, осторожно уложил его в поддон и начал равномерно распределять груз по площадке. Корзина становилась всё тяжелее. Верёвки натягивались сильнее, начиная тихонько поскрипывать. Где‑то впереди едва слышно скрипнул металл. Я сразу насторожился.

Копьеметатель словно на секунду задумался, но покидать своё место пока явно не собирался. Я молча поднял ещё один увесистый камень и положил его сверху. Верёвки натянулись ещё сильнее, а древний механизм продолжал упрямо держаться за стену, будто за сотни лет успел стать её частью.

Поддон уже заметно потяжелел. Я даже перестал считать, сколько камней успел туда перетаскать. Каждый следующий казался тяжелее предыдущего, а верёвки натянулись так, что уже не внушали доверия.

– Ну давай… – пробормотал я, глядя на неподвижный копьеметатель.

Тот продолжал изображать памятник древнему инженерному искусству. Я поднял ещё один камень и уложил его сверху. Эффект был прежним, зато спина уже недвусмысленно намекала, что подобные тренировки ей совершенно не нравятся. Я вытер пот со лба и устало огляделся.

– Похоже, идея была не лучшей…

И тут мой взгляд зацепился за здоровенный булыжник, лежавший прямо на остатках полуразрушенной стены, совсем рядом с полиспастом.

Я прикинул его размеры и понял, что эта штука тяжелее всего, что уже лежит в корзине, зато до неё буквально пара шагов. В голове сразу возникла вполне логичная мысль, что резкий рывок может помочь сдвинуть ловушку с мёртвой точки. Конечно, существовал шанс, что вся моя конструкция развалится к чёртовой матери. Но с другой стороны… Я уже столько времени потратил на эти камни, что хотелось хоть какого‑нибудь результата.

– Ладно… Была не была.

Я навалился плечом на булыжник, однако тот сначала даже не шелохнулся. Пришлось упереться ногами, напрячься изо всех сил, заставив камень медленно сдвинуться, а ещё через мгновение – сорваться вниз.

БУМ!

Поддон содрогнулся от удара, верёвки мгновенно натянулись, а одна из них не выдержала и с громким хлопком лопнула. Освободившаяся нагрузка мгновенно легла на оставшиеся три. Поддон ещё раз резко дёрнулся вниз. Полиспаст жалобно заскрипел, а через мгновение позади раздался оглушительный грохот, заставив меня резко обернуться.

В районе ловушки висело приличное облако пыли, которое быстро оседало, и я увидел лежавший на полу копьеметатель. Вернее, не только его. Вместе с механизмом из кладки вырвало здоровенный кусок стены. Несколько каменных блоков ещё продолжали катиться по полу, поднимая вокруг густое облако пыли.

Я даже рассмеялся.

– Получилось!

Бросившись вперёд, я буквально подбежал к своей добыче. И только тогда радость начала быстро улетучиваться. Корпус копьеметателя заметно перекосило. Одна направляющая оказалась согнута почти дугой, кассету заклинило, несколько металлических деталей вообще отломились и теперь валялись рядом. Даже прочный древний металл не выдержал такого варварского обращения. Я медленно провёл рукой по искорёженной конструкции.

– Ну… – тяжело вздохнул я. – Работать ты уже точно не будешь.

Впрочем, расстраивался я недолго, потому что не собирался устанавливать этот механизм обратно в стену. Мне нужен был не исправный копьеметатель, а понимание, как он устроен. И с этой задачей лежащая передо мной груда искорёженного металла вполне ещё могла справиться.

Первые минуты я ещё ходил вокруг своей добычи, не скрывая довольной улыбки. Получилось, пусть и не совсем так, как хотелось. Потом взгляд сам собой скользнул к соседнему копьеметателю. Я уже начал мысленно прикидывать, как повторить всё ещё раз, но довольно быстро понял, что второй раз этот трюк вряд ли сработает. Полиспаст пришлось бы переставлять. Верёвки теперь неизбежно тёрлись бы о каменные края и выступы стены. Я даже представил, что произойдёт: дам немного нагрузки, и верёвка лопнет ещё до того, как механизм хотя бы подумает сдвинуться.

– Нет… – покачал я головой. – Первый раз просто повезло.

Повезло, что верёвки шли почти прямо, возможно, кладка возле этого копьеметателя уже успела ослабнуть и вырвало именно стену, а не мои крюки. Испытывать удачу ещё раз желания не возникло.

– Ладно… Одного пока хватит.

Я принялся разбирать завал. Каменные блоки, вылетевшие вместе с механизмом, пришлось раскидывать по одному. Некоторые оказались настолько тяжёлыми, что приходилось сначала перекатывать их, а уже потом сталкивать в сторону. Минут через двадцать копьеметатель наконец полностью освободился. Я ухватился за корпус. Даже повреждённый механизм оказался неожиданно тяжёлым. Но это не помешало его погрузить на телегу. Когда конструкция наконец легла на дно, я облегчённо выдохнул.

– Одной проблемой меньше.

Только сейчас я заметил, что следом за копьеметателем из стены вырвались несколько толстых кабелей. Они волочились по полу, словно корни огромного дерева. Я присел рядом и проследил взглядом, куда они уходят, пошёл вдоль стены. Кабели тянулись к тому самому распределительному шкафу.

Недолго думая, я ухватился за ближайший жгут и потянул, тот неожиданно легко поддался. Часть креплений давно сгнила или рассыпалась, поэтому кабели выходили из своих каналов почти без сопротивления.

Я продолжил вытаскивать всё, что удавалось снять без особых усилий. Добравшись до шкафа, остановился возле конструкции, удерживавшей эфирный кристалл. Несколько массивных металлических пластин, контакты и какие‑то подпружиненные зажимы. Немного повозившись с креплениями, я сумел выдернуть всю контактную группу целиком. Она оказалась значительно легче, чем выглядела.

– И ты тоже поедешь со мной, – оповестил я древний механизм.

Через минуту деталь уже лежала рядом с копьеметателем. Я ещё раз посмотрел на пролом в стене. Любопытство снова взяло верх, я подошёл ближе и попытался заглянуть внутрь. За механизмом действительно находилось какое‑то свободное пространство.

Я осторожно просунул сначала руку и попытался протиснуться целиком, но безуспешно. Каменный проём оказался слишком узким: плечи намертво застревали между камнями. Я несколько секунд безуспешно пытался протолкнуться глубже, после чего сдался, выбрался обратно и стряхнул с одежды каменную пыль.

Наверняка пролом можно было расширить, разобрать несколько камней или вовсе аккуратно выломать часть кладки, но на это ушёл бы ещё не один час. Я посмотрел на солнце. Время снова работало против меня. Взглянув на копьеметатель, я заключил:

– А с тобой мы уже спокойно познакомимся в кузнице… Или, если Грег опять не пустит, прямо у меня во дворе. Думаю, внутри ты окажешься куда интереснее, чем снаружи.

До деревни я добрался только к вечеру. Телега сегодня весила заметно больше обычного, поэтому последние несколько сотен метров пришлось буквально выцарапывать у дороги. Когда впереди показалась кузница, я невольно прислушался. Тишиной там и не пахло, видимо, Грег по‑прежнему работал.

– Понятно… – только и вздохнул я.

Просить его освободить кузницу сейчас было бессмысленно. Судя по всему, бесплатные ремонты ещё не закончились. Я лишь махнул рукой и свернул к своему двору.

– Разберусь и без тебя.

Докатив телегу под навес, я некоторое время просто смотрел на искорёженный копьеметатель.

– Ну… Посмотрим, что ты скрываешь.

Стащить механизм с телеги оказалось задачей не из лёгких. Пришлось понемногу сталкивать его вниз и придерживать, чтобы вся эта груда железа не рухнула мне на ноги. Наконец копьеметатель тяжело плюхнулся на землю. Я обошёл его кругом. Повреждения выглядели серьёзными: корпус перекосило, направляющую согнуло, несколько пластин вообще завернуло винтом.

Я упёрся ногой в корпус и обеими руками ухватился за погнутую часть. Металл нехотя поддался, правда, совсем немного. Я сменил хват и потянул сильнее. Что‑то внутри жалобно заскрипело. Ещё усилие, и корпус медленно начал выпрямляться.

Я уже собирался порадоваться, когда услышал совершенно другой звук: тонкий и очень неприятный. Тр‑р‑р…

– Не нравится мне…

Договорить я не успел, но это бы и не помогло. Корпус неожиданно лопнул, словно внутри всё это время сжималась огромная пружина. В следующую секунду внутренности копьеметателя с громким треском разлетелись во все стороны.

Я инстинктивно попытался закрыться руками и краем глаза успел заметить, как прямо в мою сторону летит какая‑то массивная металлическая деталь. Увернуться уже не получалось и эта хреновина с силой ударила меня в грудь, мгновенно заставив выплюнуть весь кислород, чуть ли не вместе с лёгкими. Я пошатнулся и сделал несколько шагов назад, судорожно пытаясь вдохнуть.

– Кха…

В этот же момент взгляд случайно выхватил Барсика. Тот оказался в самом центре настоящего металлического дождя. Вот только… ни одна деталь в него не попала. Пума двигалась с такой скоростью, что я едва успевал следить за её силуэтом. Шаг в сторону, лёгкий прыжок, поворот корпуса. Самый настоящий танец! Какая‑то железяка просвистела буквально в нескольких сантиметрах от морды. Барсик лениво качнул головой, словно заранее знал, куда она полетит.

Через пару секунд всё закончилось. Последняя деталь со звоном ударилась о забор, а во дворе снова воцарилась тишина. Барсик невозмутимо сел, облизнул лапу и принялся умываться так, будто ничего необычного только что не произошло. Я же продолжал держаться за ушибленную грудь.

– Нет… – с трудом выдохнул я. – Ты сейчас… серьёзно?

Пума вопросительно посмотрела на меня, словно не понимала, чему именно я так удивился. Я ещё несколько раз глубоко вдохнул, осторожно ощупал грудь и с облегчением понял, что отделался всего лишь хорошим ушибом.

– Ну спасибо… – проворчал я, глядя на раскуроченный метатель. – Умер красиво.

Барсик тем временем уже потерял интерес к происходящему. Убедившись, что хозяин жив и больше ничего опасного по двору не летает, он снова растянулся неподалёку, прикрыв глаза.

Я же медленно прошёлся по двору, собирая разлетевшиеся детали: направляющие, несколько непонятных пластин, какие‑то ролики, пружины. Часть корпуса и вовсе улетела почти к самому забору. Надо у Барсика взять пару уроков танцев.

Чем больше деталей я складывал в одну кучу, тем отчётливее понимал: собрать эту штуку обратно уже не получится. Корпус треснул сразу в нескольких местах, а часть внутренних элементов вообще разорвало. Если бы это произошло много лет назад, когда подобные устройства ещё производили, возможно, их бы просто отправили в ремонт или заменить на новые. Но сейчас…

– Всё, приехали.

Я присел рядом с грудой металла и несколько минут молча рассматривал добычу. Странно, но вместо разочарования внутри постепенно просыпалось совсем другое чувство – любопытство. Я осторожно взял в руки одну из деталей, повертел её, затем другую. Что‑то здесь явно служило фиксатором. Вот эта пластина ограничивала движение. Я поднял ещё один элемент. Похоже, именно через него передавалось усилие. Не совсем так, как в привычных мне механизмах, но общий принцип угадывался.

– Значит, не всё потеряно. – Я невольно улыбнулся.

Ну сломался метатель, и что? Инженер я всё‑таки или мимо проходил? Любой механизм можно разобрать, понять, а потом попытаться сделать что‑то своё: проще, слабее, зато работающее. Я ещё раз внимательно посмотрел на разложенные детали.

– Если не получится восстановить тебя… – тихо произнёс я, – … значит, придётся изобрести собственный вариант.

От этой мысли настроение неожиданно поползло вверх. В конце концов, я ведь не первый день жил по принципу: если готового решения нет – его нужно придумать самому. И почему‑то именно это всегда нравилось мне больше всего.

Глава 16

Утром я проснулся с одной‑единственной мыслью: необходимо восстановить метатель, точнее, собрать свою версию. Другие моменты сейчас не казались настолько важными. Если удастся разобраться в принципе работы этой штуки, многие мои проблемы могут решиться сами собой. Я вытащил останки механизма на середину двора и принялся раскладывать детали в том порядке, в каком, как мне казалось, они должны были находиться изначально.

– Так… Начнём сначала.

Барсик лениво наблюдал за мной с крыльца, явно не понимая, зачем человек добровольно разбирает то, что и без него уже прекрасно развалилось.

Я же постепенно складывал картину воедино. Больше всего моё внимание привлекли пружины. Я несколько раз сжал одну из них руками и удовлетворённо кивнул.

Всё получалось довольно просто: несколько мощных пружин одновременно выталкивали копьё вперёд. Сам по себе принцип не представлял ничего невероятного. Главная сложность заключалась в другом: после каждого выстрела эти пружины необходимо было снова сжимать. Я перевёл взгляд на зубчатые детали привода и понял, что этим занимался уже механизм взведения… Несколько шестерён, рычагов и направляющих постепенно складывались во вполне понятную схему. Никакой магии, а обычная механика, пускай и очень качественная.

Оставалась последняя загадка. Я поднял небольшой металлический блок, к которому ещё вчера подходили вырванные кабели. Именно его мне удалось выдернуть вместе с частью проводки.

– А вот ты уже значительно интереснее…

Я покрутил деталь в руках. Внутри что‑то едва слышно постукивало. Получалось, именно этот узел и приводил весь механизм в движение. Что‑то вроде небольшого электрического двигателя, только работал он не на электричестве, а на эфире.

– Неплохо придумано… – я уважительно хмыкнул.

Если предположение окажется верным, то древние сумели заменить привычные мне электромоторы чем‑то куда более универсальным. Именно это открытие окончательно убедило меня попробовать собрать собственный вариант метателя. Благо материала теперь хватало с избытком.

До обеда я почти не отходил от горна. Уголь как раз успел полностью прогореть, жара хватало с запасом. Пенёк, который совсем недавно служил приспособлением для гибки крюков, неожиданно оказался весьма неплохой наковальней. Конечно, до настоящей далеко, но для грубой работы его прочности вполне хватало.

Я постепенно собирал новый каркас. Нагревал заготовки, подгонял их друг к другу и снова разогревал, после чего соединял кузнечной сваркой. Иногда приходилось несколько раз переделывать отдельные элементы, потому что они получались чуть длиннее или короче необходимого. Если меня что‑то не устраивало, очередная деталь отправлялась обратно в горн.

Через несколько часов непрерывной работы передо мной лежало уже не нагромождение железяк, а вполне узнаваемое устройство. Пусть грубоватое и далеко не такое аккуратное, как творение древних, но очень похожее.

Я установил направляющие, следом заняли свои места пружины, после них – механический привод. Несколько раз вручную провернул механизм, и ничего не заклинило, что было само по себе неплохо. Теперь оставалась самая сложная часть. Я взял в руки тот самый небольшой блок с вырванными кабелями. Именно от него зависело, превратится ли моя поделка в настоящий метатель или так и останется красивой кучей железа.

– Ну что… – тихо произнёс я, внимательно рассматривая оборванные жилы. – Посмотрим, как вы там всё устроили.

Судя по всему, без полной разборки этого узла уже не обойтись. Кабели были вырваны буквально с корнем, а значит, сначала предстояло понять, куда они вообще подключались, и только потом пытаться собрать всё заново.

Я ещё раз внимательно осмотрел металлический блок и только потом решился его вскрыть. Корпус оказался собран на небольших защёлках. Похоже, древние всё‑таки рассчитывали, что кто‑нибудь когда‑нибудь будет его обслуживать. Пришлось немного повозиться ножом, прежде чем первая крышка тихо щёлкнула и отошла в сторону.

Внутри всё оказалось намного сложнее, чем я ожидал. Никаких привычных шестерён. Вместо них – множество тонких металлических пластин, небольшие рычажки, пара миниатюрных валов и десятки контактов. Между ними тянулись уже знакомые кабели, собранные в аккуратные жгуты.

– Да вы издеваетесь… – я тяжело вздохнул.

Разбирать подобную конструкцию вслепую очень не хотелось, потому пришлось действовать медленно. Сначала я внимательно изучил расположение всех деталей, стараясь запомнить, что и где находилось, потом начал извлекать их по одной. Каждую складывал отдельно.

Барсик несколько раз подходил посмотреть, чем именно занимается хозяин, но быстро потерял интерес. Наверное, со стороны это выглядело крайне странно. Человек сидел посреди двора и с серьёзным видом разбирал какую‑то металлическую коробочку. Минут через сорок передо мной лежали практически все внутренности устройства. Теперь всё стало значительно понятнее.

– Так… вот вы как работаете…

Кабель, который раньше уходил куда‑то в стену, заканчивался небольшой контактной площадкой. Стоило замкнуть её, как подпружиненный механизм освобождал фиксатор. Остальную работу выполнял уже сам привод.

– То есть это всего лишь кнопка…

Я даже немного разочаровался. Впрочем, именно такой простоты я и не ожидал. Оборванные кабели пришлось заново зачищать ножом. Часть жил помялась при вырывании. Несколько концов пришлось укоротить. После этого я постепенно вернул их на прежние места, стараясь повторить расположение, которое успел запомнить ещё до полной разборки.

Работа оказалась ювелирной. Несколько раз приходилось всё переделывать. Один провод никак не хотел держаться, а другой постоянно норовил выскочить, но постепенно блок снова приобрёл почти первоначальный вид. Последней осталась длинная жила, именно она раньше уходила к месту активации.

– Значит… ты у нас будешь спусковым крючком.

Я специально вывел этот провод отдельно. Теперь достаточно было просто замкнуть два контакта, чтобы привести механизм в действие. Оставалось проверить питание. Я взял снятый ранее контактор, аккуратно закрепил его на каркасе, после чего осторожно вставил внутрь целый эфирный кристалл. Тот вошёл неожиданно легко, что логично, ведь именно здесь ему и полагалось находиться.

Я несколько раз вручную провернул привод. Пружины уверенно сжимались, фиксатор удерживал их без малейших проблем.

– Попробуем… – выдохнул я и замкнул контакты.

Механизм тихо загудел. Несколько шестерён плавно провернулись. Привод полностью взвёл пружины, после чего самостоятельно остановился. Я даже замер на несколько секунд.

– Работает…

Настоящий выстрел делать прямо во дворе совершенно не хотелось. Пришлось вынести конструкцию подальше от дома. Я закрепил метатель между двумя толстыми брёвнами, чтобы отдача не перевернула его. Шагах в тридцати поставил мишень – толстый чурбак. В направляющие легло первое трофейное копьё. Я ещё раз проверил крепления, после чего отошёл в сторону, глубоко вдохнул и снова замкнул контакты.

БАХ!

Копьё сорвалось с направляющих с такой скоростью, что глаз едва успел заметить размазанную тень. Вот только… мишень осталась целой. Я недоумённо посмотрел немного правее и увидел, что снаряд глубоко вошёл в землю.

– Мимо…

Пришлось немного изменить положение направляющих: чуть поднять переднюю часть и совсем немного довернуть корпус. Вторую попытку я делал уже значительно спокойнее.

Контакты сомкнулись, раздался знакомый хлопок. Копьё с громким треском ударило точно в середину чурбака. Бревно диаметром сантиметров двадцать словно вздрогнуло. Наконечник прошил его насквозь и ещё почти на ладонь выглядывал с другой стороны. Я несколько секунд просто молча смотрел на результат, после чего медленно подошёл ближе.

– Однако… – такой мощи я даже не ожидал.

Выдернуть копьё удалось далеко не с первой попытки. После этого я решил проверить последний элемент конструкции – кассету.

Уложил сразу несколько копий и снова замкнул контакты. Привод уверенно взвёл механизм, выстрелил, а затем автоматически подался следующий дротик, который полетел следом. Всё происходило именно так, как и должно было, без лишних усилий с моей стороны. Я довольно улыбнулся, понимая, что самое сложное осталось позади. Теперь можно было переходить к следующему этапу. Но прежде необходимо разобраться с последней мелочью. Хотя… назвать её мелочью язык уже не поворачивался.

Я задумчиво покрутил в руках одно из копий. Сам наконечник меня полностью устраивал. Острый, прочный, прекрасно пробивал дерево. Проблема заключалась совсем в другом. Если даже такую тушу, как речное чудовище, удастся пробить, что дальше? Копьё вполне может просто выскочить обратно при первом же рывке.

– Нет… Так не пойдёт.

Я ещё раз внимательно осмотрел наконечник. Перековать его целиком было практически невозможно. Металл древних оказался слишком прочным. Даже после хорошего нагрева он сопротивлялся куда сильнее обычной стали. Пару раз попробовав изменить форму лезвия, я только махнул рукой.

– Значит… будем хитрее.

Мой взгляд остановился на хвостовой части наконечника – том самом месте, которым он входил в древко.

Вот её‑то изменить было значительно проще. Я выковал несколько небольших колец, с одной стороны которых располагалось что‑то среднее между крючками и зубцами. После чего надел их на древко, раскалил и немного расплющил, чтобы они зафиксировались сразу за наконечником. Теперь, если копьё полностью войдёт в цель, эти крючья должны будут раскрыться внутри раны и не позволить оружию легко выйти обратно.

– Посмотрим…

Первый опыт оказался… не слишком удачным. Копьё вообще отказалось нормально проходить по направляющим. Крючки просто цеплялись за внутренности метателя. Пришлось снова разогревать металл и чуть уменьшать выступающие элементы. Почти два часа ушло только на то, чтобы найти форму, при которой копьё свободно скользило по направляющим, но при этом сохраняло свои новые зубцы.

– Вот теперь другое дело…

Я снова установил метатель, поставил новое бревно, зарядил переделанное копьё, после чего замкнул контакты.

БАХ!

Копьё с привычным хлопком исчезло с направляющих. Удар оказался настолько сильным, что бревно едва не опрокинулось. Я довольно кивнул и подошёл ближе, чтобы увидеть, что наконечник прошёл почти насквозь.

– Отлично… – улыбнулся я и ухватился за древко обеими руками, попытавшись выдернуть оружие.

Однако к нужному результату это не привело. Я попробовал ещё раз, но и эта попытка оказалась провальной. Крючки сделали своё дело – копьё сидело внутри дерева так, словно успело пустить корни. В итоге пришлось взять топор. Минут десять я раскалывал несчастное бревно, прежде чем удалось добраться до наконечника и освободить его.

Улыбка сама наползла на моё лицо.

– Именно этого я и добивался.

Если такая штука войдёт в живую цель, просто выдернуть её уже не получится. Оставалось лишь подготовить достаточный запас.

До самого вечера двор наполнялся звоном металла. Работа была однообразной, но неожиданно приятной. Каждое новое копьё становилось немного лучше предыдущего. К тому моменту, когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, возле стены аккуратной стопкой лежал десяток готовых боеприпасов. Я ещё раз внимательно осмотрел их. Самое главное, что все свободно проходили через направляющие, и каждый наконечник теперь имел небольшие обратные крючья.

– Ну вот… – довольно выдохнул я. – Теперь можно и познакомиться поближе.

Перед глазами сразу всплыла огромная зубастая морда речного чудовища. На этот раз улыбался уже я.

– Посмотрим, кто из нас окажется на обеденном столе.

Я убрал готовые копья под навес, накрыл их от любопытных глаз, затушил горн и только теперь почувствовал, насколько сильно устал за последние дни. Руки гудели, спина ныла, а глаза буквально слипались.

Я широко зевнул, понимая, что заслужил законный отдых, да и продолжать всё равно нужно завтра. И с этой мыслью наконец отправился спать.

* * *

Утро началось слишком рано. Я проснулся ещё до того, как солнце выглянуло из‑за края леса, несколько секунд полежал неподвижно, прислушиваясь к тишине, а потом всё‑таки заставил себя подняться. Сегодняшний день обещал быть непростым.