Текст книги "Потерянный альбом (СИ)"

Автор книги: Эван Дара

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц)

…два стука…

…затем секунда…

…два стука…

…затем и так далее…

…Это продолжалось несколько минут…

…пока я в каких-то двадцати метрах от него…

…продолжал наблюдение…

…понемногу проникаясь интересом…

…Необоримым интересом…

…И когда этот необоримый интерес достиг своего пика, я медленно открыл дверцу, оставил «Волкмен» в машине и вышел…

…всеми силами стараясь не потревожить лесного коленопреклоненного…

…К счастью, когда я бережно прикрыл дверцу, краснолицый человек пребыл неподвижен…

…и спокоен…

…не считая двух барабанящих пальцев…

…пока ветер вокруг кувыркал листья…

…и бросал на него и вокруг него лоскуты солнечного света…

…И тогда он произнес Может ли быть величие без неумеренности?..

…Что ж, я испугался…

…удивился и испугался…

…поскольку он совершенно не шелохнулся…

…Даже не открыл глаза…

…И я сделал к нему пару шагов…

…всего пару…

…и тактично, почти трепетно, спросил Прошу прощения?..

…И тогда он сказал Хорошо…

…Сказал Это хорошо…

…и потом открыл глаза и встал…

…и расслабленно потянулся…

…И тогда, отряхнув верх штанов одним энергичным движением сверху вниз от себя…

…он повернулся и пошел в лес…

…А скрываясь в туманной дали…

…произнес…

…не оборачиваясь…

…Можешь пойти за мной…

…И я последовал…

…Стронулся с места и последовал…

…Так я и сделал…

…Ибо что мне еще оставалось?

…Сперва я двигался споро, стараясь нагнать его…

…но затем, приблизившись, решил держаться в нескольких шагах поодаль…

…Человек, как выяснилось, был существенно ниже, чем я предполагал…

…и румяным, как темная мякоть персика…

…с широкими могучими плечами…

…и массивными руками…

…Шаги его были размашистыми…

…энергичными и размашистыми…

…хотя и пружинили на небольших боковых подкручиваниях…

…а дыхание сопровождалось заметным шипением…

…Я ищу уже несколько недель, сказал он затем…

…не сбиваясь с бойкого шага…

…средь переплетений веток…

…Вот как? сказал я…

…Именно, отозвался он, отодвигая горизонтальную ветку…

…затем вернулся и всмотрелся в ствол, на котором она росла…

…Хотя равнозначно будет сказать, что я ищу уже три-четыре года, продолжил он…

…Все еще разглядывая дерево…

…Ясно, сказал я…

…постепенно замечая…

…в его голосе некую угрюмость…

…Тогда я нашел это впервые, сказал он…

…угрюмо…

…Надо же, сказал я…

…И должен заметить, это было настоящей наградой, сказал он…

…Наградой немалой…

…Нечасто натыкаешься на чагу, что так точно напоминает лицо Джона Кейджа…

…Могу себе представить, сказал я…

…Совсем нечасто, сказал он…

…Ее нужно осмотреть вновь, сказал он…

…после чего с рывком сдвинулся с места…

…глубже в лес…

…Что ж, я последовал за ним…

…Ибо что еще здесь оставалось?..

…Мы шагали через редко освещенную чащу…

…Первым он, затем я, пробираясь мимо сучков и шипов…

…и поглядывая налево и направо…

…пока из-под ног прыскала палая листва…

…И всякий раз, когда мы замечали на дереве бледный заскорузлый нарост…

…мы останавливались…

…и присматривались…

…Это происходило регулярно…

…даже часто…

…Оказывается, белая чага хорошо прижилась…

…в здешнем нежном климате…

…Один такой белесый нарост, повстречавшийся всего спустя несколько минут лесных поисков, оказался приятен глазу…

…Своими спиралями и уступами…

…он вызывал в памяти крохотную террасу на вспаханном склоне холма…

…долгое время спустя после того, как плодородный слой смыло дождями…

…Очень, очень интересно, произнес затем он…

…глядя с прищуром на нарост…

…Отдельные съедобные виды чаги, насколько я понимаю, съедобны…

…Ого, сказал я…

…и кивнул…

…Но мой источник может быть не вполне надежным, сказал он…

…Ясно, сказал я…

…после чего он снова сорвался с места…

…Затем безо всякого предупреждения повел меня через мелкий галечный ручей…

…Мои кроссовки промокли…

…потом согрелись…

…Вслед за чем мы вильнули к небольшой поляне, не больше десяти метров в диаметре…

…На опушке он осмотрел кору нескольких деревьев…

…изгибаясь вокруг телом, чтобы охватить всю окружность…

…И снова двинулся дальше…

…шагая направо от нас, в более густые заросли…

…Так наше занятие продолжалось около двадцати душистых минут…

…пока мы углублялись в лес дальше, все дальше…

…Однажды, пробравшись под веткой чего-то колючего, я обернулся, чтобы оценить наш прогресс…

…Когда и задумался…

…Или, скажу так, задумался и озаботился…

…Поскольку становилось ясно, что в решительном предприятии этого человека слабо виделся метод или закономерность…

…крайне слабо…

…Скажу больше, никакого метода или закономерности откровенно не было…

…Он просто ломился через подлесок…

…Сперва налево…

…потом направо…

…а потом прямо…

…не предпринимая заметных попыток решать поставленную задачу…

…систематически…

…На поверку он подчинялся совершенно случайному движению…

…не оставляя пометок…

…не занося маршрут на карту…

…Его это, очевидно, не заботило…

…Но по мере продвижения…

…Я заметил, что я…

…я…

…на поверку несколько озабочен…

…в самом деле несколько озабочен…

…И вот так после где-то шести минуты подобных блужданий…

…и осмотра чаги…

…я набрался смелости…

…заговорить…

…Извините, что спрашиваю, сказал я, пока он заглядывал за ствол вяза…

…А вы имеете представление…

…где мы находимся?..

…Определенно, ответил он…

…осматривая дерево…

…Определенно…

…Мы прямо здесь…

…А, сказал я…

…Где же еще нам быть? сказал он…

…и потопал к ивовой роще где-то в двадцати метрах слева от нас…

…Я продолжал следовать позади…

…в основном потому…

…что к этому моменту…

…к этому самому моменту…

…был не совсем уверен…

…куда мне идти еще…

…Затем человек остановился посреди ив и положил руку на поясницу…

…и затем начал осматривать близстоящие стволы с этой точки…

…И вот тогда, только тогда…

…я призвал всю смелость…

…Вы…

…живете …

…где-то…

…в округе?..

…спросил я…

…Внутри округи, ответил он…

…Внутри…

…А, сказал я…

…и кивнул…

…Да, это мое убежище, сказал он…

…глядя на верхушки деревьев…

…Убежище? переспросил я…

…Именно, ответил он…

…Это единственное строение, что оберегает меня…

…Единственное строение, что не подпускает монотеистов! сказал он, все еще не опуская глаз…

…Кого? спросил я.

…Твоих соотечественников, сказал он, теперь с легким оскаленным шипением…

…А, сказал я…

…Врагов имманентности! воскликнул он…

…Авторов людей-сирот!..

…Родителей однонаправленного времени!..

…Им никогда не войти сюда! сказал он…

…Вот одно из великих преимуществ свободы от координат, сказал он…

…его губы сложились в полуулыбку, продемонстрировавшую два ряда кривых зубов…

…после чего он зашагал в другую часть леса…

…Я последовал за ним…

…минуя больше, все больше деревьев…

…и все время…

…слыша, как мои сбивчивые шаги синкопируют с его более бодрым ритмом…

…Ну а что не так с монотеизмом-то? спросил я затем, нагнав его…

…Что не так?, проскрипел он…

…а потом развернулся и скривился…

…Лучше спросить, что такого замечательного…

…в бюрократии…

…в индустрии косметики…

…в концептуальном альбоме…

…Тьфу, сказал он…

…Оси и иерархии, вот и все, что собирает монотеизм! проревел он…

…Убийственные вертикали!..

…Нездоровые конфигурации личности и структуры…

…Фетиши чувств и страстей…

…Исторически монотеизм означает одно, продолжал он…

…только одно…

…Империю, сказал он…

…Это вероисповедание в том виде, в каком оно нам известно, в первую очередь происходит от Эхнатона, сына Аменхотепа III, из ХVIII династии…

…и развивалось во времена египетского Нового царства, когда местный правитель впервые объединил всю страну, покорив земли от четвертого порога Нила до Верхнего Евфрата…

…Соответственно, Эхнатон во время своего правления – в четырнадцатом веке до так называемой нашей эры – провозгласил себя единственным сыном и манифестацией первого универсального и всеобъединяющего бога…

…Атона, сказал он…

…ранее – бога солнца, но ныне – единственного бога…

…Впоследствии Эхнатон решил уничтожить все остальные культы – и одновременно объявил, что вся человеческая истина должна измеряться его предпочтениями…

…Более того, также Эхнатон постановил, чтобы его облик служил неизменной нормой для всех изображений людей – не только царей, но и простолюдинов…

…Из-за этого и многого другого египтолог Джеймс Генри Брэстед назвал Эхнатона, цитата, первой личностью в истории человечества…

…Первой личностью…

…Но одно Эхнатон, вне всяких сомнений, понял очень рано…

…сказал он…

…Эхнатон понял, что будет полезнее, если все многочисленные подданные Египта будут поклоняться исключительно тому, кому приносят дань и налоги…

…Это будет очень полезно…

…Но здесь это не пройдет! сказал он…

…Меня никогда не колонизирует этот cauchemar[15]15
  Кошмар (фр.)


[Закрыть]…

…Уж на это можешь рассчитывать!..

…И потом он потопал дальше…

…прямо в скопление деревьев где-то в десяти метрах слева от нас…

…Скоро я его догнал…

…и увидел, как он поводит ладонями по коре высокого вяза…

…просто скользит и ласкает…

…вверх-вниз по грубой, неподатливой коре…

…Вспомни Эйнштейна, добавил он затем, все еще потирая ствол…

…Вспомни!..

…Вспомни, что сказал Эйнштейн в Берлинском университете…

…на коллоквиуме весной 1926 года…

…Это именно теория определяет, что мы можем наблюдать…

…Теория…

…Что мы можем наблюдать…

…Вот что он сказал…

…Вспомни Эйнштейна, сказал он и перешел к следующему дереву…

…которое тоже начал томно ласкать…

…Вспомни и узри сон, сказал он затем…

…Узри тот же сон, что и я, продолжил он…

…Сон не столь уж фантазийный…

…Сон об игре в музыкальные стулья, сказал он…

…и перешел обследовать новое дерево…

…Сон об игре в музыкальные стулья, который начинается с того, что в комфортабельной комнате на стуле сидит один человек…

…просто один человек сидит в комнате…

…А потом звучит музыка…

…и играет, и играет…

…А когда прекращается, второй человек ставит стул рядом со стулом первого и садится…

…И музыка начинается заново…

…И, когда музыка снова прекращается, еще один приносит стул и садится…

…и вот уже трое сидят бок о бок…

…в комнате…

…И тогда музыка начинается заново…

…И игра продолжается в том же духе…

…в том же самом духе…

…пока в комнате не сидят все…

…сидят вместе…

…Все вместе…

…И все улыбаются…

…И звучит музыка…

…И все – победители…

…И что они слушают? продолжал он…

…Сейчас ты узнаешь это первым…

…Сверхдушевную музыку…

…И тогда он перешел к новому дереву…

…Ну, а я остался там, где был…

…и тихо стоял в тенистой тиши…

…раздвигая ногой листья и опавший древесный мусор…

…вороша…

…шурша…

…А когда поднял взгляд, увидел, как он уходит направо от меня…

…Так что поспешил за ним…

…Поспешил, а когда нагнал, сказал Но, сэр…

…Кто? огрызнулся он, развернувшись, пронзая пылающими глазами…

…И потом отвернулся и продолжил путь…

…Прошу прощения, сказал я со своего места…

… Прошу прощения…

…И все же снова сдвинулся…

…пока снова не нагнал его…

…Но как же древние греки? сказал я…

…и как же римляне, и индусы, и синтоизм, и митраизм, и даосизм, и вишнуизм – по сути, практически любая религия кроме христианства, иудаизма и ислама, трех религий Писания…

…в этот момент он сплюнул с пеной у рта…

…Никто из них не ограничивает себя всего одним божеством, продолжал я, и все они – едва ли образцы морали и поведения…

…У них были и милитаризм, и рабство, и непреодолимые кастовые системы, и коррупция, и фаворитизм, и экспансионизм, и жестокое обращение с женщинами, и…

…Знаю, тихо сказал он на ходу…

…Знаю…

…И общеизвестно, продолжал я, что религию и инновации Эхнатона целиком отменили почти сразу после его смерти…

…Знаю, сказал он…

…Знаю…

…и замедлился до остановки…

…Что ж, сказал он затем, это один взгляд…

…и споро устремился к очередной группе деревьев…

…на ходу мешая ногами лесной войлок…

…Я остался сзади…

…и слышал, как его шум рассеялся во всепоглощающих дебрях леса…

…Я не последовал за ним…

…ведь казалось, что он хочет побыть один…

…по крайней мере, пока…

…Так что я остался…

…и размышлял…

…и лаконично проверял бесчисленные бликующие поверхности несметных листьев, веток и деревьев…

…Но тут мне кое-что пришло в голову…

…Кое-что довольно тревожное…

…Мне тут пришло в голову, что я в самом буквальном смысле этого слова…

…потерялся…

…Другими словами, потерялся окончательно…

…Поскольку не знал, как со своего места…

…в лесу…

…найти дорогу назад…

…то есть назад к своей машине…

…я полностью потерял тропу…

…Не было никаких ориентиров, которые я мог бы с уверенностью назвать известными мне…

…Другими словами, мне оставалось ждать…

…Мне оставалось ждать и надеяться, что этот человек…

…что этот человек…

…Другими словами, неприятность…

…Тревожная…

…Даже…

…немного страшная…

…Так, столкнувшись с этой страшной тревогой, я рассудил, что мне остается только одно…

…только одно…

…а именно – ускорить процесс…

…В надежде, что если так и идти вглубь, то в конце концов…

…я определенно выберусь наружу…

…И так я со своего места осмотрел ближайшие окрестности…

…и сделал вдох…

…и затем еще один…

…и затем нырнул вглубь…

…Один…

…совсем один…

…Начал я с осмотра рощи где-то в двадцати метрах справа от меня…

…рощи приятной, со свежим ароматом…

…со множеством красивых ветвей…

…Теперь, двигаясь среди них, я приглядывался к их разнообразной коре…

…к одному дереву за другим…

…кружил и искал…

…и кружил вновь…

…И все же через какие-то несколько минут мне кое-что пришло в голову…

…кое-что с заслуживающим внимания аспектом…

…тревожным…

…Поскольку я осознал, что не уверен…

…совершенно не уверен…

…новые ли эти деревья…

…которые я осматривал…

…или они из того миллионно цветущего множества, которое мы уже охватили…

…Другими словами, я вовсе не был убежден…

…что мы вообще сдвинулись с места…

…То есть что мы проделали путь…

…хоть какой-то…

…Потому что деревья казались разными…

…и в то же время одинаковыми…

…Другими словами, неприятность…

…И все же, не найдя других вариантов, я продолжал путь…

…от одного ствола к следующему…

…и к следующему…

…обозревая бледные бугристые наросты…

…ибо что мне еще оставалось?..

…И тут произошло нечто неожиданное…

…нечто крайне неожиданное…

…Исследуя сколотый узел на одной, вероятно, ели…

…я заприметил уголком восприятия торчащий на соседней иве пузырь бледной расцветки…

…всего в нескольких метрах слева…

…И я подошел…

…подошел прямо к нему…

…И был удивлен…

…Удивлен до глубины души…

…Ведь это в самом деле был комок белой чаги…

…повисшей застывшей пеной на коре…

…И ее рябь и вмятины, разбросанные по овальной форме…

…в самом деле напоминали…

…человеческое лицо…

…Нос картошкой, и впадины глаз, и волнистая теневая линия рта…

…тогда как другие неровности губчатого вещества рисовали в воображении морщины…

…врезанные в грибные щеки и грибной лоб…

…Что ж, само собой разумеется…

…я был доволен…

…удивлен и доволен…

…На самом деле я пребывал едва ли не в изумлении…

…Вот оно!..

…С той единственной возможной претензией…

…что лично мне губка больше напоминала актера Уильяма Димареста, а вовсе не Джона Кейджа…

…Тем не менее я выпрямился…

…и прислонился рукой к дереву-носителю…

…и почувствовал, как меня наполняют светлые чувства и чаяния…

…Тогда я поискал глазами человека…

…И увидев его, склонившегося у другого дерева, где-то в двадцати пяти метрах…

…я окликнул…

…..Эй! позвал я…

…Хо! позвал я его…

…Эй, кажется, у меня здесь что-то есть!..

…И он поднял глаза и ответил: Что там?..

…И тогда я позвал: Кажется, я нашел вашу чагу!..

…Кажется, я нашел ее на этом дереве!..

…Что-что? ответил он…

…Я нашел вашу чагу! воскликнул я…

…И тогда он ответил О, да я тебя умоляю:…

…Скажи, когда найдешь текстуру коры, напоминающую рисунок эрозии человеческой надежды!..

…И затем исчез за деревом…

…и лес погрузился в тишину…

…И тогда на миг…

…на беспокойный миг…

…пока в разуме звенел сильный слог Ай-й!..

…я вовсе не видел его…

…Другими словами, он пропал…

…стал невидимым и пропал…

…Пока, возможно, спустя полминуты…

…я не увидел, как по бокам далекого вяза появляются две бледные руки…

…и ползут по темной коре…

…Хотя в этот момент…

…все, что меня волновало…

…все, что могло меня волновать…

…это поиск выхода…

…к черту отсюда…

…Я имею в виду – я сделал свое дело…

…исполнил свою функцию…

…и ради чего? спрашивал я себя…

…Ради чего?..

…Добился я всего-навсего…

…осознал я…

…того, что потерял машину…

…целиком и полностью потерял машину…

…И я подумал: Я уделил этому человеку свое время…

…уделил добровольно…

…не ожидая благодарности…

…или вознаграждения…

…А взамен…

…был позабыт, оставлен в листопадной бездне…

…окруженный бесконечными дремучестями деревьев…

…Во всех направлениях…

…Если направление еще что-то значит…

…Ведь к этому времени…

…для меня…

…оно уже ничего не значило…

…Ведь к этому времени в лесу…

…направление могло лишь неубедительно притязать на существование…

…Ведь все, что осталось…

…с моей точки зрения…

…это недифференцированность…

…с комком нервозности посередине…

…Другими словами…

…с моей точки зрения…

…у леса было направление внутрь…

…но не направление наружу…

…центр повсюду…

…и окружность нигде…

…На это могут уйти часы…

…услышал я свои мысли…

…между обрывистыми пиками адреналина…

…Когда без предварения…

…услышал что-то еще…

…снаружи меня слышалось что-то еще:…

…Вон там…

…услышал я…

…знакомый непринужденный голос…

…И взглянул в направлении голоса…

…и увидел торчащую из-за тополя…

…руку…

…одну бледную руку…

…указующую налево от меня…

…И я взглянул в направлении, обозначенном указующей рукой…

…Сперва мой взгляд мазнул по роще высоких, колонноподобных деревьев…

…прежде чем опустился на неглубокий просвет в чаще…

…Не более чем лесной альков…

…И тут я увидел…

…посреди усеянного листьями лоскута тени…

…одинокую…

…«тойоту»…

…мою собственную «тойоту»…

…мою личную…

…Что ж, конечно…

…я был доволен…

…обрадован и доволен…

…Ощущения, компас, смысл – все немедленно вернулось…

…И так я направился к своей машине, прильнул к ней…

…и потер выступающий край крыши у водительского окна…

…и дал руке опуститься на торчащее, целеустремленное зеркальце заднего вида…

…и услышал счастливый звон освобожденных ключей, выскочивших в руку из глухого переднего кармана справа…

…И так я спешно крикнул «Прощайте!» тому человеку…

…теперь совершенно невидимому в собрании деревьев…

…Но не дожидался ответа…

…Нет, ни секунды…

…Ибо я уже был в машине…

…уютно устроился внутри с закрытой дверцей…

…и устраивался в резных объятьях своего ковшеобразного сиденья…

…и положил руки на рубчатый руль…

…и улыбался одинокому сучку, примостившемуся в жилах моего дворника…

…Вставил ключ в зажигание…

…и знакомый жест скользящего вложения ключа и ощущение щелчка…

…принесли удовольствие…

…И я повернул ключ, и поддал газа, и запустил двигатель…

…и это принесло удовольствие…

…И даже поворот торсом, чтобы взглянуть на зеркальце заднего вида…

…был удовольствием…

…Мышечным и удовольствием…

…Ибо подо мной рокотала машина…

…рокотала, гудела…

…и была сильна, и переполнена энергией, и готова к дороге…

…И я надел свой «Волкмен», и поднял глаза на зеркальце заднего вида…

…и положил руку на рычаг переключения передач…

…и тут замер…

…замер в сиденье как вкопанный…

…Быстро выключил двигатель…

…и дождался, пока полностью уляжется пыхтение машины…

…И тогда подождал еще немного…

…И тогда прислушался…

…Прислушался изо всех сил…

…и тогда встряхнул плеер…

…Но это была правда…

…Ничего…

…Там не было ничего…

…Мой сигнал прекратился…

…Мой сигнал пропал…

…Из «Волкмена» исходило только молчание…

…Молчание, царапанье ушей и лесные приглушения…

…Но заметнее всего…

…молчание…

… И я был оглушен…

…удивлен и оглушен…

…Поскольку такого я не ожидал…

…Так я сидел в машине, окруженный жужжанием, и просеиванием, и чириканьем снаружи…

…И гадал, куда я попал…

…«Волкмен» все еще работал…

…каждый диодный огонек, роторное движение и соленоидная кнопка были еще в деле…

…все это я проверил…

…Но я погрузился в молчание…

…И я сидел в своем ковшеобразном сиденье, и слушал свое молчание, и не знал, как это понимать…

…совершенно не знал…

…Впрочем, немного погодя…

…я обнаружил, насколько…

…впечатлен…

…впечатлен до глубины души…

…Да: впечатлен до глубины души скрытыми способностями моего магнитофона…

…Оказывается, инженеры «Ревокса» даже умнее, чем мы думали…

…чем мы мечтали…

…Ведь, очевидно, они предвидели такие ситуации…

…очевидно…

…Очевидно, они встроили в диктофон какую-то функцию отключения…

…в его режим воспроизведения…

…во избежание избытка, забывчивости или злоупотребления…

…для сбережения головок…

…И в самом деле, это было единственным объяснением…

…моей ситуации…

…Эта автоматическая функция отключения, рассуждал я, должно быть, находится…

…в глубине механики «Ревокса»…

…в самой глубине…

…глубине, целиком скрытой от потребительского внимания…

…Инженеры «Ревокса» явно понимали, что на самом деле никому не надо, чтобы программа повторялась бесконечно…

…продолжалась всегда…

…Что это только реклама, понимали они, а не практичная потребность…

…И потому создали ограничивающую схему…

…в аппарате…

…для аппарата…

…не поделившись с нами этими сведениями…

…Они позволили нам сохранить свои жалкие иллюзии…

…Другими словами, они разработали нечто…

…нечто искусное и скрытое…

…в нутре техники…

…чтобы защитить нас…

…от нас же самих…

…за что, разумеется, нам остается испытывать лишь благодарность…

…хотя, подозреваю, «Волкмен» и остался в результате немного голодным…

…Так я направился домой…

…в молчании…

…в самомолчании…

…То есть свободным…

…свободным для подготовки…

…этой программы для тебя…

…Свободным работать над этим увлекательным развлечением…

…для тебя…

…Ведь, как ты хорошо понимаешь…

…все это мы делаем…

…для тебя…

…Чтобы сплотить людей…

…поделиться простыми удовольствиями…

…благодаря волшебству общения…

…Ведь сейчас это и есть волшебство…

…и впервые…

…настоящее общение…

…Ведь эту передачу…

…каждый ее слог и вздох…

…смакует…

…как тебе хорошо известно…

…каждый носитель «Волкмена» в твоей окрестности…

…Лишь задумайтесь, о слушатели, лишь задумайтесь об этом чудесном союзе…

…Задумайтесь и возрадуйтесь…

…Да, возрадуйтесь…

…Ибо такова сила…

…мощь…

…пиратских коммуникаций…

…Она пронизывает…

…затем объединяет…

…Сокрушает…

…затем бичует…

…Неизбежно…

…Неоспоримо…

…Более того – давайте…

…давайте, оглянитесь вокруг…

…Да, взгляните, о слушатели, взгляните на всех своих коллег по «Волкмену»…

…где бы вы ни были…

…В очереди на взвешивание…

…на конце скамьи на автобусной остановке…

…в ландромате…

…везде…

…Узрите вокруг себя народ «Волкмена»…

…А затем…

…а затем содрогнитесь…

…да, содрогнитесь…

…Ибо вы знаете, наконец вы знаете…

…что все вы…

…все вы…

…облаченные в «Волкмен»…

…обрели связь…

…солидарность и связь…

…Знайте, что все вы слушаете – по отдельности, вместе…

…Да!..

…Но погодите…

…Погодите…

…Что это я принимаю…

….Что это я слышу?..

…Иначе говоря, я слышу…

…Я слышу сомнение?..

…Я слышу сомнение в том, что эту связь можно обрести?..

…будто это по определению невыполнимо?..

…Ну хорошо же…

…Да, хорошо же…

…Мы предоставим…

…подтверждение…

…Железное подтверждение солидарности обступающего вас народа «Волкмена»…

…Всего-то нужен…

…жест…

…простой единственный жест…

…небольшой и тайный знак…

…дабы развеять все сомнения…

…все сомнения…

…в том, что народ «Волкмена» наконец-таки вместе…

…непобедимо вместе…

…перекрестно слушает один и тот же пиратский сигнал…

…молча, но вместе…

…Так оглянитесь…

…и найдите ваших сородичей по «Волкмену»:…

…на эскалаторе…

…у автомата с сигаретами…

…где бы они ни были…

…А теперь утвердите истину, что вы вместе…

…по-пиратски вместе…

…при помощи Универсального Волкменовского Жеста:…

…Положите левую руку высоко на правую сторону груди…

…прижмите к теплому зыбящемуся себе…

…и постучите двумя пальцами по ключице…

…Два стука…

…затем пауза…

…Два стука…

…затем и так далее…

…Затем дождитесь ответного сигнала…

…Никому не нужно знать…

…что вы вместе…

…Никому…

…Никогда…

…Но вы узнаете…

…вы все узнаете…

…наконец-то…

…убедительно…

…что это так…

…Узнаете – при помощи того, что отныне мы будем звать…

…Фараоновым Стуком…

…Теперь вперед…

…Давайте…

…Давайте, вперед…

…Давайте, подайте Фараонов Стук…

…Утвердите свою тайную молчаливую сеть…

…Вот…

…Вот…

…Отлично…

…Сделано…

…Отлично сделано…

…Но…

…Но что это?..

…Что это ты видишь?..

…Тот господин…

…вон там…

…тот господин с «Волкменом» у журнального киоска…

…в синем костюме из сержа…

…Он не ответил на твой Фараонов Стук…

…Более того, он отвернулся…

…отвернулся, даже не признав твой жест…

…вовсе не признав…

…Так что же теперь…

…Что?..

…Как это объяснить?..

…Как объяснить его молчание?..

…Почему нет заговорщицкой связи?..

…Не позволяет его подготовка?..

…Отрицают его стандарты?..

…Может ли дело быть в этом?..

…Может ли?..

…Или же…

…Может быть, он не состоит в нашей пиратской конфедерации…

…его «Волкмен» не нашептывает ему тайные частоты…

…более того, он вообще не слышит ничего необычного?..

…Тогда погодите…

…Погодите-ка!..

…Может ли еще быть…

…может ли еще быть…

…Мыслимо ли, что и ты не можешь меня слышать?..

…что ты меня не слышишь прямо сейчас?..

…Другими словами, что твои наушники не захвачены…

…что я не могу пробиться через твои подъемные ворота…

…что что-то фундаментально не так?..

…Или даже невыполнимо?..

…Может ли дело быть в этом?..

…Может?..

…Так опровергни…

…Давай, опровергни…

…Попробуй опровергнуть…

…В смысле, ты считаешь, этот голос у тебя в голове не прислан кем-то другим?..

…Так ты думаешь?..

…Ну тогда попробуй его остановить…

…Вот именно, останови его…

…Попробуй его остановить!..

…Попробуй от него уйти…

…Ты!: просто попробуй…

…Попробуй уйти…

…Попробуй сбежать…

…Вот именно, беги…

…Беги…

…Не иди, беги…

…Ты – тот, кто все это слушает…

…Вот именно, ты…

…Ты, тот, кто слушает…

…Попробуй сбежать…

…Попробуй сбежать от того, что, как ты знаешь, ты слышать не можешь…

… Попробуй сбежать от того, что, как ты знаешь, не может быть правдой…

…Беги…

…Беги…

…Точно – беги…

…Попробуй сбежать…

…Жалкие сволочи!.. но нет…; погодите…; прошу, просто погодите…; только послушайте…; просто погодите и послушайте…; потому что я теперь хочу кое-что сказать, кое-что должен сказать я, а где найдешь время для таких раздумий в разгар этой непрестанной, самодовольной, обиженной тирады…; когда перед лицом ваших безграничных заклинаний и предложений мне – да кому угодно – можно вставить хоть слово, когда можно вставить хоть слово о чем угодно настоящем…; о прошлом и настоящем; о нежности; об уступчивости; о бесконечных хрупких вещах; о Равеле – да, о Равеле, потому что я хочу вам сказать: человек и вправду меняется, когда работает над хитом; это правда; я это чувствую, даже когда еду по Парма-Хайтс, где я живу: просто даже нога на педали газа кажется какой-то нервной, и ребра, не знаю, как будто щекочет, и просто хочется поскорее уже добраться, добраться до театра; даже сама машина как будто ускоряется – даже «тойоте» передалось волнение, она словно так и летит; а потом, когда я наконец добираюсь до 85-й улицы, а потом сворачиваю на Евклид и вижу театр, старый добрый «Афанасьевский», то даже раньше, чем приезжает кто-нибудь еще, – когда еще нет очередей, и нет лимузинов, и нет билетных спекулянтов, и нет счастливых и, типа, ожидательно одетых людей – даже тогда чувствуешь, как в воздухе что-то разливается; видишь даже в непричастных людях, которые просто идут по своим делам по улице, просто случайно проходят под неосвещенным козырьком, но как-нибудь да реагируют на развешанные растяжки с темными буквами:

УСТРАШАЮЩИЙ И УМОРИТЕЛЬНЫЙ:

ЭНЕРГИЯ ЧЕРЕЗ КРАЙ!

и

ПОЕЗДКА ЧЕРЕЗ ЗАДВОРКИ

СОВРЕМЕННОГО РАЗУМА…

ОПУСТОШИТЕЛЬНО!

рядом с

ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС (С ПОЛОВИНОЙ) КЕННИНГА ФЛЭКА…

РАСКАЛЕННЫЙ ДОБЕЛА И КРОМЕШНО-ЧЕРНЫЙ

и еще полдесятка; даже Кен, привыкший к таким отзывам, и то на сей раз оказался малость не готов к реакции: уже два продления, и оба – полные аншлаги, и, говорят, люди так и слетаются, просто чтобы лично увидеть этого засранца; хоть мне и кажется – если кому-то вообще интересно мое мнение, – что последняя постановка, которой он занимался около двух лет назад, будет получше: посмешнее и поразнообразнее, и отдельные персонажи на сей раз не такие свежие – но это все на мой взгляд, сами понимаете; и может – пришло мне тут в голову, – может, вся эта шумиха – просто реакция на заявления Кена, что это его последняя такая постановка – хотя никто из нас в его команде, конечно, больше не верит его привычным посулам «пора-собирать-чемоданы»; ну, может, сам Кен и верит – пока, понятно, снова не попытает удачу в Стране кино и не получит там свое обычное ни хрена: Слышь, чувак, мрачноватый ты для нас, какой-то у тебя Неформат, в театре это еще прокатывает, но на экране – да ни в жизнь, на экране это непредставимо, но в любом случае спасибо, а теперь пойди прогуляйся…; вот он и прогуливается – обратно, сюда, где все начиналось…

…И все-таки вряд ли многие ожидали, что он сделает еще один моноспектакль…; типа – блин, для Кена это хренова туча работы: написать, потом реально довести до ума, чтобы каждая реплика пела, все одному, когда даже на секунду положиться больше не на кого и не с кем готовиться во время репетиций, кроме режиссера…; забот полон рот; так что, наверное, Кен правильно раскручивал это шоу, объявляя, что оно его последнее – событие с большой буквы «С»; типа, почему нет: несмотря на свой образ правдоруба, он все же заучил, что первый персонаж, которого приходится играть в любом его представлении, – это Рекламщик…

…Вообще, будет даже забавно, если он добавит в спектакль и такую часть: часть о парне, каком-нибудь страдающем актере, который настолько беден, что под другим именем сам выступает собственным рекламщиком; и мы видим, как он говорит по телефону с агентом по кастингу, лихорадочно расхваливает другое имя, которое принадлежит ему же, – а потом, когда проваливает прослушивание, разрывает сам с собой контракт…; а что, может и сработать…; я бы подсвечивал снизу, красным и пурпурным, и это бы как влитое встало между Крикуном и Двойным Дриблером – просто как влитое…; вообще, я ему теперь это даже и предложу, правда…; хотя не знаю, принимает ли Кен чужие идеи для сюжетов, даже если они хорошие; типа – очень сомнительно; вряд ли принимал хоть раз, но, должен сказать, недавно он правда стал в чем-то помягче, расстался со своей гребаной иллюзией, типа, железного контроля: как вот, пример, в среду вечером, все мы как бы удивились, скажем так, вольностям Кена…: Кен пришел вовремя – как обычно – пропустить стаканчик на дорожку в подсобке, и там были я, еще звукач Билли и Натали, которая у нас по гриму Кена (Марио, наш бесстрашный режиссер, давно перекочевал на свою следующую постановку); Кен все еще был в уличном, в своих обычных джинсах и ботинках, хотя уже в гриме, и мы просто трепались о пустяках – кажется, главной темой было адище Натали из-за ее домовладельца, – когда Кен с бухты-барахты достает из джинсовой куртки жестянку из-под леденцов, полную кокса; ну, тут уж речь Натали о домовладельце иссякает, спонтанно затихает, не только из-за священного явления, но и потому, что это же такой сюрприз: типа, у Кена есть политика: во время представления – ни граммульки, и, хоть он об этом ни слова не говорил, предполагалось, что от нас ожидается то же самое; однако вот она, земная милость божья, да еще в таком объеме – просто мое почтение, и мы все так и захихикали, потому что, ну, просто не верилось…; и вот мы все там стоим, мозги у нас слюни пускают, и тут Кенни, как бы, при этом потупившись, Кенни такой берет и говорит: