Текст книги "Давние чувства (ЛП)"
Автор книги: Джанетт Ниссенсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 27 страниц)
Бен нахмурился.
– Ты пытаешься мне сказать, что у них был роман? Куинн же, черт побери, старше Лорен. Или он просто преследовал ее?
Карл зашелся смехом.
– Ты можешь себе представить хоть одного, кто бы преследовал Лорен, и смог бы остаться живым, поведав нам об этом. Нет, у них определенно ничего не было. Куинн почти на двадцать лет старше, начнем с этого, и у него есть постоянная женщина, причем уже давно. И несмотря на то, что Лорен флиртует, как сумасшедшая, она придерживается строгих правил – никаких отношений с женатыми. Кроме того, последнее, что могла совершить Лорен, это встречалась со своим начальником. Она не хочет, чтобы кто-то подумал, что она достигла успеха, потому что спала со своим боссом. Но ты же понимаешь, что особенно ни у кого не хватит смелости, даже если это произойдет, пустить слух об этом.
– Да. Я понимаю.
И все, что Карл только что ему рассказал, теперь имело для него больший смысл, соединив недостающие части головоломки. Это объясняло, почему Лорен старалась держаться с ним на расстоянии все эти дни, почему она фактически не задавала ему личных вопросов и даже старалась не находится с ним в комнате один на один. И тот факт, что он жил с Элли только подливал масла в огонь, давая Лорен дополнительный стимул поддерживать их отношения строго на профессиональном уровне.
Но Бен также понимал, что все выше сказанное выходило за рамки их отношений. Сам факт, что она категорически отказывалась выслушивать его объяснения и извинения, сообщал ему, что у него не имеется ни единого шанса вернуть ее. Он причинил ей огромную боль, слишком сильно ударил по ее гордости, а Лорен определенно была той женщиной, которая привыкла побеждать, поэтому обида была глубокой и долгой. И было совсем неплохо, что он, наконец, начал двигаться дальше по жизни, так же, как и она.
– Поэтому Куинна перевели в другое подразделение? – спросил Бен. – Лорен наконец-то подала на него жалобу о сексуальных домогательствах?
– Господи, конечно нет, – категорически ответил Карл. – Лорен слишком гордая, чтобы позволять кому-то другому сражаться в своих собственных битвах. Она сама решила проблему, вылив обжигающий кофе прямиком на промежность Куинна. Причем первоначально довела его в микроволновки до кипения. Если бы ты был здесь, то услышал бы его гребаный вопль – это было очень унизительно. Но после этого он оставил Лорен в покое, позволив ей делать все, что она хочет. И повышение он получил только лишь потому, что целовал слишком много задниц. Честно говоря, мы не особого грустили, лишившись такого начальника, которого перевели на повышение.
Бен содрогнулся от одной мысли, представив, как ему на промежность вылился огненный кофе, поэтому поклялся про себя никогда не злить Лорен до такой степени.
– Я даже не могу себе представить, что она встречается с парнями, учитывая те крайние меры, которыми пользуется, чтобы предотвратить нежелательный флирт.
Карл ухмыльнулся.
– Она притягивает парней, как магнит, и флиртует напропалую, дав фору целой комнате южных красавиц. Но лично я думаю, что она больше болтает, чем действует. По крайней мере, мы ничего не видели. Хотя она любит говорить, что на уме, то и на языке, свою личную жизнь Лорен хранит в тайне, вернее свою сексуальную жизнь, никто ничего не знает. Она ни разу не упоминала, что у нее есть парень. Мы с Крисом пришли к выводу, что когда-то ей разбили сердце и она поставила на отношениях крест.
В течение нескольких дней после этого разговора Бен задавался вопросом – не он ли разбил сердце Лорен, но обдумав насколько безразлично она относилась к нему сейчас, он решил, что она тосковала не по нему.
Он продолжал пялиться на номер телефона, записанный перед собой в блокноте, затем обвел взглядом небольшой стол в конференц-зале, за которым сидел Крис и Джордж. Поскольку они оба жили в Нью-Йорке, они всегда присутствовали на конференц-коллах лично, Карл и Лорен присоединялись из своих домов. Карл уже вышел на связь, теперь ждал вместе с другими, когда подключиться Лорен.
– Хочешь, я могу ей позвонить, Бен? – предложил Джордж. – Должно быть, она проспала. Наверное, вернулась поздно ночью и теперь мучается ужасным похмельем.
Крис презрительно посмотрел на Джорджа.
– Я сомневаюсь. Биг Сур – не самое подходящее место на карте, чтобы выпить столько, сколько может принять Лорен, и потом я никогда не видел ее пьяной или мучающейся похмельем.
– Ну, как бы ты ее не оправдывал, она задерживает всех нас, – нетерпеливо заявил Бен. – Так давайте разбудим нашу Спящую Красавицу, а?
Он решительно набрал номер, раздраженно барабаня пальцами по столу, пока слушал гудки. И с каждым гудком он становился все более нетерпеливым, сильнее злился, и если бы эта бестия маленькая шалунья находилась бы сейчас в комнате, он бы встряхнул ее как следует или… или отшлепал. Или…
– Слу-шаю, – проворчал хриплый, сонный голос.
Именно такой голос, который он слышал всякий раз по утрам, когда он с нетерпением ждал, чтобы войти в нее и не мог уже сдерживаться ни минуты от ее тугой маленькой киски. И поскольку он уже успел разозлиться, вспомнив, как быстро она просыпалась после его первого голодного поцелуя, Бен даже не пытался затушить сарказм в своем голосе:
– Ну и доброе утро тебе тоже, Лорен, – произнес он совершенно неприятным тоном. – Я только могу предположить, что твое горячее свидание прошлой ночью не дало тебе возможности завести правильно будильник. Или ты просто забыла о конференц-коле, к которому должна была присоединиться пятнадцать минут назад?
– Что? – пробормотала она, явно еще не проснувшись. – Кто ты вообще такой? И почему ты звонишь посреди ночи?
Раздражение Бена усиливалось с каждой секундой.
– Это твой начальник. Помнишь меня? И вся остальная съемочная группа слишком терпеливо ждет, когда ты наконец вытащишь свою задницу из кровати и присоединишься к нам.
– Бен? – Голос Лорен теперь звучал более четко, но она все еще не проснулась окончательно. – Что… нет, я не забыла. Я даже поставила будильник на восемь часов, чтобы у меня было достаточно времени подготовиться. Во сколько… Господи, сейчас шесть пятнадцать?! Что случилось, что ты позвонил такую рань, а не в девять утра, как мы договаривались?
Он закрыл глаза, считая до десяти.
– В девять утра по восточному времени, Ваше Величество, – решительно ответил он. – Если ты собиралась подключиться к главному офису, находящемуся на западном побережье, то тебе необходимо адаптировать свое расписание под мой часовой пояс. Понятно? Сейчас же вытаскивай себя из кровати и подключайся к конференц-колу.
Он ожидал, что она будет ворчать, ругаться или очередной раз бросит ему вызов. Чего он совсем не ожидал, так это услышать хихиканье, почти мурлыканье, когда она ответила:
– Ой, да ладно, Голубые Глаза. Ты должен помнить, что я не ранняя птаха. И ты не должен так злиться из-за этого. Дай мне несколько минут, чтобы я смогла одеться и выпить кофе, и я вам перезвоню.
Он заскрежетал зубами, отбиваясь от растущего раздражения, не говоря уже о растущем возбуждении, которое вызвало ее соблазнительное поддразнивание.
– Нет. Сейчас же. Тебе придется обойтись без кофе. И всем плевать, что на тебе надето. Тащи свою задницу к монитору.
– Отлично, – выплюнула она. Он практически увидел, как ее зеленые глаза прищурились, как у кошки, когда она произнесла:
– Но не говори, что я тебя не предупреждала. Засранец.
Она пробормотала последнее слово, но достаточно громко, чтобы он его услышал. Его ответ прервал звонок, сообщающий, что она присоединилась к видеочату, и он вздохнул с облегчением. Он думал, что Лорен начнем с ним спорить, выплескивая дерьмо, что он разбудил ее в такую рань. Он вспомнил, что она ненавидела вставать до восхода солнца, всегда заявляя, что ни один здравомыслящий человек никогда не вылезет из своей кровати в такой час.
Но его облегчение было недолгим, когда на экране появилось изображение Лорен, смотрящей на него с самодовольным, вызывающим выражением на лице и фактически мизерной одеждой на ее пышном изящном теле.
Бен не мог отвести от нее взгляда (также как Крис и Джордж), глядя на взъерошенную, сонную женщину, которая однозначно вызывала мысли о грязном и развратном сексе. На ней был крошечный черным хлопковый топ, плотно обтягивающий ее полную, округлую грудь, словно вторая кожа, достаточно открывая ложбинку и черные шорты из такого же материала. Стройные длинные ноги были голыми, как и ее маленькие, удивительно изящные ступни, и Бен про себя возблагодарил Господа, что на Лорен было хотя бы такая одежда, учитывая ее привычку спать голой.
– Думаю, мы можем… эм… подождать минуту или две, пока ты… эм, оденешься, – быстро произнес Бен, отчаянно пытаясь не замечать на ее выпирающие соски. И Крис с Джорджем тоже заметили их, и не пытались скрыть своего удовольствия.
Лорен, казалось, тоже наслаждалась своим видом, вызывающе провокационным. Она пожала плечами, отчего тонкая лямка топа сползла с плеча, обнажая верхнюю половину груди. У Джорджа чуть глаза не вылезли на лоб, Крис сидел с открытым ртом, а член Бена затвердел до боли.
– Неа. – Она махнула рукой. – Мне и так нормально. Кроме того, босс, я бы не хотела задерживать нашу встречу еще на минуту и выбиваться из вашего расписания. Давайте, продолжим.
Это была самая непродуктивная встреча, на которой Бен имел несчастье присутствовать. Каждый раз, когда он пытался обсудить тему, видел перед собой только сиськи Лорен на экране. А когда он пытался перевести свой взгляд в другую сторону, он сталкивался с Джорджем и Крисом, которые практически пускали слюни, ни на секунду, не отрываясь от монитора. Каждый раз, когда Карл говорил что-нибудь из Теннесси, в его голосе совершенно отчетливо слышался смех.
И все это время Лорен продолжала сидеть на другом конце монитора полуголая и крутая, как огурец, совершенно не чувствуя себя крысиной задницей от того, что четверо мужчин изнывали от похоти, глядя на нее. Конечно же она делала это специально, в качестве расплаты за ранний звонок Бена и его настойчивое требование, чтобы она сию же минуту присоединилась к чату без каких-либо задержек. И ее по-настоящему коварная месть сработала слишком хорошо, потому что вместо того, чтобы обсуждать важные моменты следующей командировки, он думал только лишь об одном, как спустить эту лямку пониже по ее руке, пока не окончательно не обнажится ее пухлая грудь, а затем начать сосать эрегированный розовый сосок, пока она не станет необузданной от ощущений. Он пожалел, что не может выдернуть ее прямо из экрана монитора в эту комнату, усадить к себе на колени, раздеть догола и позволить ей объезжать его, пока они оба не закричат от оргазма. Лорен нравилось быть сверху, контролировать, и у него не хватало сил каждый раз противостоять ей, когда она заваливала его на спину и садилась сверху.
Как раз, когда он был уже готов остановить встречу, полагая, что ничего продуктивного они все равно не сделают, изображение Лорен на пару мгновений исчезло с экрана. И когда оно опять появилась, Бен вздохнул с облегчением, увидев, что она натянула на себя свой старенький потертый халат, который так любила. С ее созревшим, соблазнительным телом, теперь полностью прикрытым, он, наконец, смог сосредоточиться на обсуждении и не беспокоиться, что Джордж и Крис обнаружат его массивную эрекцию.
Она была дьяволом, мрачно подумал он после видеочата, когда остался один в своем офисе. Зеленоглазым, длинноволосым дьяволом с лицом и телом, способного соблазнить святого. И она постоянно искушала, постоянно провоцировала, неважно за сколько миль она находилась или как прохладно с ним общалась.
Однако только должностные обязанности во время рабочей недели, помогали не думать о Лорен. Бен совершенно не по-детски рассматривал свою работу, и понимал, что ему многому придется еще научиться, до сих пор до конца не понимая, всех своих обязанностей. С самого начала, как он только согласился на эту должность, он понял, что будет выглядеть в совершенно не выгодном свете, и что ему придется потрудиться, чтобы доказать, что он соответствует этому месту. А это означало проводить многие часы в офисе, брать работу с собой домой, при часто и на выходные.
И хотя прошло всего три месяца с тех пор, как Бен оставил свои путешествия, он очень скучал по ним и тому волнению, которое было связано с новыми местами, написанием статей и даже ожиданием в аэропортах, поджидая рейса на пересадку или из-за задержки. Большинство дней, похожих на этот, ему хотелось разгромить в пух и прах очередную статью, которую давали ему на согласование, или смыться с очередной встречи по планированию командировки, в которую он точно не поедет, или еще хуже, выдерживать еще одну утомительную беседу по поводу финансов и бюджета с ужасно раздражающей Надин.
Но он принял на себя соответствующие обязательства (перед своими новыми боссами в этом журнале и перед Элли), и он был не склонен совершить профессиональное самоубийство, так быстро бросив новую должность. Или расстроить Элли, сказав ей, что это место совсем не то, чего он хотел бы для себя.
Элли и так проявляла недовольство по поводу того, что он слишком много времени уделял работе, и его постоянной усталости из-за этого. За последнее время ему пришлось отказаться от достаточного количества вечеринок, включая ужин два дня назад с подругой по университету Элли и ее новым мужем. Элли была в равной степени раздражена и разочарована, и он даже сначала не заметил мерцания слез в ее глазах, отчего потом почувствовал себя бесчувственным идиотом.
– Послушай, Элли. Прости, – начал он извиняться. – Но я должен подготовить эти отчеты к утру, и мне придется работать до двух или трех часов ночи, чтобы их сделать.
Она всхлипнула, ее губы при этом задрожали:
– Я понимаю, что ты очень занят, – произнесла она. – Но Антония и Оскар будут в городе только два дня, и завтрашний день у них распланирован. И я очень хотела бы, чтобы ты с ней познакомился.
– Мне жаль, – снова произнес он, обняв ее. – Но эта работа прямо сейчас дает мне пинок под зад. Мне кажется, что я слишком много на себя взял, не думаю, что смогу справиться.
– Что? – с тревогой спросила Элли. – Бен, ты не должен так думать. Ты работаешь всего несколько месяцев, нужно время. Я хочу сказать, что даже несмотря на твою сверхурочную работу, это все равно лучше, чем твои частые путешествия.
Он кивнул.
– Я знаю. Нужно к этому привыкнуть. Все несколько по-другому… ну, однообразно, что ли.
И выражение ее лица от расстроенного сменилось на тревожное.
– Ты хочешь сказать, что скучаешь по путешествиям? Скучаешь по своей старой работе? – спросила она, ее голос звучал выше, чем обычно. – Что ты сожалеешь о том, что сделал этот шаг?
Бен вздохнул.
– Я не говорил этого, Элли. Просто... по-другому. И мне потребуется некоторое время, чтобы приспособиться. Не беспокойся об этом, ты можешь опоздать на встречу с друзьями.
– Ты уверен, что не сможешь выкрасть хотя бы часик и присоединиться к нам? – умоляя спросила она. – Просто выпить коктейль?
– Как бы мне не хотелось, – мягко произнес он. – Но каждая минута на счету сегодняшним вечером, если я уж ввязался.
Элли раздраженно произнесла:
– У тебя всегда имеется время встретиться со своими подчиненными, чтобы пропустить стаканчик. На прошлой неделе ты опоздал на ужин, потому что засиделся с Крисом, Карлом и этой ужасной Лорен.
Это был второй раз, когда Элли упомянула Лорен в разговоре. Первый раз было тем вечером, когда они присоединились к съемочной группе, и Элли пребывала в ужасе от откровенной манеры Лорен изъясняться и сколько та выпила, как была одета, и, конечно, от ее татуировок.
– Думаю, для такой, как она, татуировки и пирсинг не большая беда, – фыркнула Элли. – Она очень резкая, не так ли?
Бен пожал плечами, доблестно пытаясь сохранить непринужденный, беззаботный вид.
– Она жесткая леди, без сомнения. Но она не может быть другой, учитывая профессию и тот факт, что все время работает с мужчинами.
– Леди? – пренебрежительно переспросила Элли. – В ней нет ничего от леди. Даже Джордж это сказал.
– Джордж – задница, – категорически заявил Бен. – И он точно так не думает, хотя и сказал. Ему просто повезло, что Лорен его как следует на осадила. Она настоящий эксперт в боевых искусствах, как мне сказали. – Он не добавил, что сам видел ее в действии, и то, что он видел, однозначно, впечатляло.
Элли содрогнулась от его слов.
– Это всего лишь только подтверждает мою точку зрения. Ни одна женщина, которую я знаю, никогда бы не стала заниматься боевыми искусствами. И у нее вообще нет никаких границ, а также манер. Ты видел, как она задрала рубашку, чтобы показать эту уродливую татуировку у себя на спине? Неужели она на самом деле предполагает, что мужчинам может понравится нечто подобное?
– Некоторым мужчинам может, – ответил Бен нейтрально. – И из-за того, что у нее имеются татуировки, она не становится автоматически не леди. Многие люди – мужчины и женщины делают сейчас татуировки.
Элли поморщилась.
– Не напоминай мне об этом. По крайней мере, большую часть времени твою никто не видит. Ты никогда не хотел ее свести?
– Нет. – Он редко резко отвечал Элли, вернее безапелляционно совсем никогда, но сейчас он совершенно ясно дал понять, что этого не будет. – Мне нравится моя татуировка, и я не собираюсь ее удалять. Но я хорошо знаю твое отношение к подобным вещам, поэтому стараюсь в твоем присутствии ее скрывать. – Он, естественно, не упомянул, что Лорен была очарована его татуировкой, несколько раз обводила замысловатый дизайн и даже сфотографировала, прежде чем заменить свои пальцы языком.
Возмущение Элли усилилось, это было слышно по ее тону.
– Вероятно, ты и относишься к тем мужчинам, о которых говоришь, которые считают татуировки Лорен привлекательными? Они ведь тебе понравились?
– Лорен – красивая женщина, – спокойно заявил он, осознавая, что раздражение Элли медленно увеличивается. – И несмотря на то, насколько она тебе не нравится, думаю этот факт ты отрицать не сможешь.
Элли пожала плечами.
– Да, она достаточно хороша, несмотря на то, что совершенно не беспокоится о своей внешности. Полагаю, она относится к тому типу женщин, с которыми ты встречался? Та была похожа на Лорен?
У Бена кровь буквально заморозилась, и он пришел в ужас от того, что сам себя выдал этим глупым, неумным замечанием о красоте Лорен. Но прежде, чем он смог подобрать ответ, его спасло настоящее провидение – или, вернее, сотовый телефон Элли. И так как звонок был от ее отца (она бросала все и устремлялась к телефону), и в этот раз она выбежала из комнаты, чтобы с ним поговорить.
Он дал себе пинок под зад за то, что чуть не опростоволосился. Совершенно было очевидно, что Элли ревновала к Лорен и удивляться тут было нечему. С тех пор, как они стали парой, ревность и неуверенность самой Элли вырвались наружу. Несмотря на ее собственную не яркую красоту, утонченность и уравновешенность, она не обладала достаточным опытом с мужчинами, а тем более опытом отношений, отсюда и появлялась ее склонность цепляться за мужчин и чуть ли не душить их своей заботой, причем довольно-таки часто. Но время от времени ее ревность становилась утомительной и раздражала, и Бен иногда терял терпение. Хотя он уверял ее снова и снова, что не заинтересован в других женщинах, и что он всего лишь улыбнулся официантке, чтобы поблагодарить ее, а ни в коей мере не флиртовал с ней, и что между ними все по-прежнему, но...
Но он также понимал беспокойство Элли, потому что он так и не произнес те заветных три слова, которые она жаждала услышать – «Я тебя люблю». Она сказала ему эти самые слова вскоре, как они переспали в первый раз, при этом заверила его, что не ждет от него того же. По крайней мере не сразу.
Но проходили недели и месяцы, а он все еще не произнес эти волшебные слова, и неуверенность Элли росла и иногда казалось, что она необоснованно завидовала почти каждой женщине, на которую он бросал свой взгляд, независимо случайно встреченная женщина или нет. Поэтому неудивительно, что она испытывала ревностью к Лорен – великолепной, сексуальной и нахальной, сильной и уверенной в себе, которой было чуждо такое понятие, как «неуверенность».
Если бы Элли когда-нибудь узнала, что Лорен была той женщиной, в которую он был так сильно влюблен, разразилась бы настоящая катастрофа. Он несколько раз подумывал рассказать Элли. Но по тому, каким мрачным взглядом она смотрела на официантку или продавщицу, или даже на незнакомку, проходящую по улице, почему-то полностью убежденная, что они улыбаются и флиртуют с Беном, он отмел эту идею. Поскольку ему и так приходилось тратить достаточно много времени, успокаивая и заверяя ее, что ничего подобного не было, пока она, наконец, не поддавалась его убеждениям. До следующего раза, потом повторялась все сначала.
Поэтому, в конце концов, он решил сохранить подробности своих отношений с Лорен в секрете, зная, как расстроится Элли, узнав правду. Тем более, что он точно знал, что не сможет ей откровенно солгать, заявив, что больше не любит Лорен.
Глава 11
Апрель
– Я все же хочу сказать, что ты должен был мне позволить замазать тоном эти синяки. Никто бы даже ничего не заметил.
Крис уставился на нее наполовину распухшим закрытым глазом и зашевелил в ответ распухшими губами:
– Не думаю, что даже профессиональный визажист сможет замазать такой синяк.
Лицо Лорен осветилось, как только у нее появилась новая идея.
– А как насчет лыжной маски? Их носят, чтобы прикрыться от холода, иногда от солнца… пахлава.
– Пахлава – это восточная сладость, сделанная из теста, – поправил Карл, подмигивая, и поморщившись от боли в сломанных ребрах. – Ты имеешь ввиду балаклаву. Это не плохая идея, Крис.
Крис покачал головой.
– За исключением того, что снаружи семьдесят градусов. Плюс, я понятия не имею, где мы сможем купить нечто подобное за пять минут. Нет, на это не стоит рассчитывать. Нам просто нужно поговорить с боссом.
Выражение лица Лорен заметно потемнело.
– Ага, особенно, когда глашатый раскололся, не успев войти в кабинет. Я все же по-прежнему настаиваю, что вы, парни, должны были мне разрешить немного его припугнуть, чтобы он хотя бы на этот раз держал свой рот на замке.
Карл легонько похлопал ее по спине, еще больше сморщившись от боли в ребрах.
– Думаю, что мы достаточно уже подрались. И Джорджу совсем не обязательно ничего говорить Бену о том, что произошло, достаточно всего лишь, черт побери, посмотреть на нас троих. Даже тебе досталось.
Лорен нахмурилась еще больше, как только они подошли к конференц-залу.
– Единственная причина, по которой появился этот синяк, потому что я слишком сильно двинула тому жирному ублюдку головой. Мне следовало просто пырнуть его в горло ножом, результат был бы гораздо лучше.
Крис тихонько застонал.
– Что нам действительно следовало сделать, это пойти в другой бар. Тогда бы не начались все наши беды.
– Ты имеешь в виду, не начались бы все твои беды, Кристина, – поправила Лорен. – Мы с Карлом втянулись в драку, чтобы спасти твою жалкую задницу. Теперь, давайте будем крутыми, но опустим головы вниз, и возможно, Бен слишком занят другим, что даже и не заметит.
Но Лорен была слишком оптимистична настроена, потому что первое, что произнес их босс, войдя в конференц-зал, было:
– Что, черт возьми, случилось со всеми вами? Я хочу, чтобы Карл мне все рассказал. Сомневаюсь, что поверю в какую-нибудь дикую байку Лорен. А Крис… судя по твоей распухшей губе, думаю, говорить тебе сейчас не так-то просто.
Они втроем нерешительно посмотрели друг на друга, пока Бен практически не рыкнул:
– Сядьте. Сейчас же. И объясни мне, пожалуйста,.. Карл.
Лорен опустилась на один из стульев, стоявшим, как можно дальше от Бена, который хмуро и сердито осматривал на каждого из них.
– Я удивлена, что Джордж до сих пор ничего тебе не рассказал, – пробормотала она.
Глаза Бена опасно сузились, когда он бросил на Лорен взгляд, который вызвал холодок по ее позвоночнику, что было редкостью.
– Джордж написал, что опаздывает, но прибудет с минуты на минуту. Он написал, что ему нездоровиться. Но увидев вас троих, я предполагаю, что это очередная байка. Насколько плохо он выглядит?
– О, он выглядит хорошо, – быстро заверила его Лорен. – У Джорджа нет ни царапины. Ему действительно нездоровиться. Он что-то съел в Хорватии, а затем наш рейс домой часто попадал в зону турбулентности, поэтому он провел большую часть полета в туалете. Он не участвовал, когда мы…
Бен поднял руку, давая понять, чтобы она остановилась.
– Кажется, я попросил Карла рассказал мне, что произошло. Так что, если ты не хочешь попасть в еще большие неприятности, чем уже есть, я настоятельно рекомендую тебе помолчать хотя бы раз.
Лорен пристально посмотрела на него, скрестила на груди руки, но все же замолчала, хотя всем своим видом выражая не согласие.
Карл глубоко вдохнул, что ему далось нелегко, учитывая его сломанные ребра.
– Все не так плохо, как кажется, Бен, – начал он спокойным тоном, его южный акцент, немного ленивый, растягивал слога, проявился более отчетливо в этот раз, нежели обычно. – И прежде чем ты спросишь, никто там не узнал, что мы были в командировке или работаем на журнал. Не говоря уже о том, что мы убрались оттуда до прибытия полиции.
Бен озадаченно покачал головой.
– Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Ты пытаешься мне сказать, что вас всех избили, пока вы делали репортаж? Насколько я помню, ваш репортаж в Хорватии был связан с гонками на каяках и рафтингом. Поэтому, если вы все трое не наехали при сплаве на камни, думаю ваши синяки и больные ребра были приобретены каким-то другим способом.
Карл взглянул на Криса, потом на Лорен, прежде чем произнести:
– Э-э, ты правильно думаешь. Мы все сняли без сучка и задоринки. И синяков. Они появились из-за небольшой ссоры в одном из пабов Дубровника. Не самое лучшее заведение, могу добавить.
– Крис получил так называемую «подсказку», – вмешалась Лорен, показывая кавычки в воздухе, подчеркивая последнее слово. – Какой-то местный житель сказал ему, что этот бар одно из лучших мест в городе. К сожалению, там ужасная музыка 80-х и дешевая выпивка. Не говоря уже о некоторых по-настоящему уродливых женщинах, включая ту, которую выбрала Кристина. А у нее оказался парень, копия брата-близнеца Халка.
Крис выглядел немного растерянным.
– Эй, честно говоря, единственное, что я сделал, это просто сказал что-то вроде «Как дела, детка?». И в следующий момент этот огромный парень направляется ко мне и ударяет меня в челюсть.
Бен указал пальцем сначала на Лорен, а затем на Криса.
– Я по-моему ясно выразился, что хотел бы услышать версию произошедшего от Карла. И чем больше вы говорите, тем больше я прихожу к выводу, что это полный п*здец. Так что вы двое держите свои рты на замке, если я не попрошу вас ответить. Ясно?
Крис кивнул, а Лорен саркастически пробормотала:
– Да, сэр, – чем вызвала еще один темный блеск глаз Бена. Он устремил свой взгляд к Карлу, выжидая.
– Собственно, больше и добавить нечего, – произнес Карл. – Этот парень начинает бутузить Криса, я попытался его оттащить, в итоге получил три сломанных ребра за свои усилия. Тогда Малыш Кунг-Фу решила попробовать и двинуть ему головой в живот, чем еще больше разозлила парня, и Ее Величество получила синяки на своем хорошеньком лбу. И к этому времени некоторые друзья Халка уже были готовы присоединиться к драке, поэтому Лорен достала свое секретное оружие. Не образно выражаясь, а буквально.
Бен прикрыл глаза, массируя виски, как будто ослепляющая головная боль накрыла его.
– И что это за секретное оружие?! – спросил он, щурясь, словно от боли. – Только прошу тебя, не говори мне, что она сверкнула своими сиськами.
– Боже правый, конечно, нет! – категорически заявила Лорен. – Я не идиотка, Бен. Я бы ни за что не спровоцировала бунт, демонстрируя свой товар кучке странных засранцев-пьяниц. Вот оно – это оружие, о котором говорил Карл.
Молниеносно она вытащила ужасающий нож из своего черного кожаного сапога и с гордостью стала вертеть его всеми гранями, показывая Бену.
– Никогда не выхожу из дома без него, – заявила она. – Лучший подарок на мое пятнадцатилетие для девочки – «Микротех ОТФ Скарабей». Мой дядя Мэл подарил мне его… тайком от родителей, потому что мама точно была бы против. (Microtech OTF Scarab – нож автоматический, лезвие достигает 89 мм, такими ножами пользуется спецназ и его стоимость 41 920 в рублях. – прим. пер.)
Бен таким взглядом смотрел на автоматический нож, словно это была настоящая граната, готовая взорваться в любой момент, которую Лорен держала в своей руке.
– Выглядит смертельно. И совершенно незаконно.
Она махнула рукой, давая понять, чтобы он не паниковал.
– Нож подобного военного образца не легко найти. Он так мне дорог, я использовала его все детство, нарезая филе рыбы, перерезая веревку, убивая отвратительных пауков, открывая разные банки и коробки. Он много раз сослужил мне отличную службу, я даже не могла на это рассчитывать.
Бен провел рукой по лицу, явно борясь и пытаясь восстановить свой контроль.
– И ты решила, что в тот момент был самый подходящий случай… угрожать трем, четырем парням… в баре в совершенно чужой стране? Я прошу тебя успокоить меня и сказать, что ты никого не порезала.
– Она никого не порезала, Бен, – быстро заверил его Карл. – Одного вида этого ножа хватило тем парням… и их было больше шести или семи к тому времени… И появление этого ножа перед их глазами дало нам время, чтобы убраться из этого бара, пока не появился вышибала. Лорен снова спасла наши задницы.
– Снова? – Голос Бена уже вибрировал от гнева. – Ты хочешь сказать, что вы трое привыкли устраивать драки в баре, да?
– Нет-нет. – Яростно покачал головой Карл. – Я не то имел в виду. Не совсем. Я имею в виду, было несколько раз, когда… ах, черт, мне кажется, что я все сделал только хуже? – пробормотал он с отвращением.
И Джордж выбрал именно этот момент, чтобы войти в конференц-зал, все еще бледный, если не сказать зеленый. Он тут же содрогнулся, увидев наполовину съеденный сэндвич Криса, который пытался откусить небольшой кусочек своей опухшей губой, прежде чем занять место подальше от него.
Бен выгнул бровь на явно болезненного вида продюсера.
– Члены твоей команды только что рассказали мне о своих приключениях в Дубровнике. Но я до конца не понял, где ты был, когда все случилось.
И тошнотворный цвет лица Джорджа быстро сменился на ярко-красный.
– Я… эм, был там, когда все началось, но… эм, я…
