Текст книги "Кровавая ярость (ЛП)"
Автор книги: Дж. Уорд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)
Глава 14
Материализовавшись на террасе небоскреба в разы больше поместья, в котором он когда-то жил, Ран мгновение пытался осознать, куда он пришел. Дом Сэкстона. Здесь жил этот мужчина.
Следовало подождать час и встретиться с адвокатом в Доме для аудиенций.
О чем он только думал…
Ты хотел увидеть его, раздался тихий голос в голове.
Наедине.
– Нет, не хотел.
Слова, произнесенные вслух, потерялись в холодном ветре, что дул ему в спину, бурные ледяные порывы, казалось, подталкивали его к дверям. Пару мгновений Ран противился потоку, подаваясь навстречу толкавшим его невидимым рукам… но отступать уже поздно. Иначе он натворит дел.
К тому же, это не частный визит. Они работали вместе.
– И я не хочу оставаться с ним наедине.
Определившись с этим, Ран попытался выяснить, куда стучать или звонить. Казалось, весь пентхаус был сделан из стекла, огромные панели шли одна за другой. Внутри местами горел приглушенный свет, мебель отбрасывала тени, дожидаясь электрического рассвета.
Все настолько роскошное и необычное, подумал он. Все казалось очень утонченным, под стать проживающему здесь мужчине.
С другой стороны, личное пространство должно отражать твою личность. Взять, к примеру, его. Он был проходимцем без перспектив, бездомным, если бы не чужая милость. Логично не владеть собственной крышей и четырьмя стенами, не имея ничего ни в настоящем, ни в будущем.
Подойдя к одной, как он надеялся, из раздвижных дверей, Ран задумался, кто жил с адвокатом? Он никогда не видел шеллан рядом с этим мужчиной, не слышал упоминаний о ней. С другой стороны, Сэкстон всегда соблюдал профессиональные границы, даже если было очевидно, что все его уважают.
Наверняка, где-нибудь найдется женская фотография. И от этого он чувствовал себя еще более дискомфортно…
Он застыл, когда Сэкстон уверенной походкой вышел в просторную комнату, его светлые волосы блестели даже в приглушенном потолочном освещении, безупречные брюки и кипенно-белая рубашка дожидались смокинга. Или что он там носил сверху.
Адвокат направился в кухонную зону, по пути задев рукой выключатель и зажигая больше света над головой. Он начал делать что-то за столом возле раковины… готовил кофе и доставал чашки, и поднос. Но Ран практически не видел этого. На что он обратил внимание? Кожа Сэкстона имела золотистый оттенок. У него было красивое лицо. Гибкое тело.
Что это, поражался Ран… особенно когда ощутил возбуждение в бедрах, словно к нему прикоснулись руки…
Сэкстон без предупреждения поднял взгляд и застыл, обнаружив, что за ним наблюдают.
Мгновенья растянулись в минуту.
А потом они оба начали действовать. Ран попытался притвориться, что ищет ручку, а Сэкстон устремился к двери и решил эту проблему за него.
– Добрый вечер, – сказал мужчина, отодвигая панель в сторону.
– Ты приглашал меня. – Услышав свои слова, Ран закрыл глаза. – В смысле, я пришел. То есть…
– Да, я ждал тебя.
Когда Ран не ответил, Сэкстон отступил в сторону.
– Проходи.
Одно слово. Три слога. Простое приглашение. Его постоянно предлагают, принимают и отвергают по всему миру, и люди, и вампиры.
Проблема в том, что Ран не мог избавиться от ощущения, что оно значит для него намного больше… и он не мог справиться с осознанием. Не мог справиться… со всем этим.
– Мне лучше уйти, – пробормотал он. – На самом деле. Да, мне жаль…
– Почему? – Сэкстон нахмурился. – Что случилось?
Кажется, я хочу тебя. Вот что случилось.
О, Дражайшая Дева в Забвении, о чем он только что подумал?
– Ран, заходи. Здесь холодно.
Отвернись, – сказал он себе. – Просто отвернись и уходи, скажи ему, что вы встретитесь в Доме для аудиенций чуть позже.
– Не стоило беспокоить тебя дома. – Он покачал головой, молясь, чтобы Сэкстон не почувствовал гулкое биение сердца в его груди. – Прошу прощения.
***
В другой части города, Пэйтон спустился на первый этаж ровно через десять минут, его волосы, все еще влажные после самого быстрого на восточном побережье душа, были зачесаны назад, он также нацепил смокинг… который немного жал в плечах, руках и бедрах – благодаря регулярным тренировкам.
Зайдя в гостиную, он сразу же бросил взгляд на бар, удостоверившись, чтобы тот был забит до отказа и открыт для общего пользования. Ага, вон там, в углу на антикварной медной тележке выстроились высокие фужеры с «Мимозой»[40]40
Напиток шампанское+апельсин. сок
[Закрыть] и низкие бокалы с «Маргаритами».
Друзья, не могу дождаться нашего воссоединения, подумал он.
Но сначала о главном.
– Ах, да, мой первенец, – сказал на Древнем Языке Пейтон, сидевший в кресле у камина… и, хэй, старина, держи очки за улыбку, она вышла практически искренней. – Сэлон и Идина, могу я представить вам Пэйтона, сына Пейтона.
Пара сидела на диване напротив их жертвенного ягненка… простите, дочери… и Пэйтон, подойдя к ним, низко поклонился, сначала мужчине, который был типичным, ничем не примечательным представителем Глимеры, а потом женщине, одетой в цвет платья ее дочери. Выглядело жутковато. Он также не узнал их, и это странно. Класс аристократии весьма узкий, все приходятся друг другу родней в той или иной степени. Должно быть, они не местные. Может, с Юга?
– Рад знакомству с вами, – сказал он. – Прошу простить меня за опоздание. Это непростительно грубо с моей стороны.
Бла-бла-бла.
– Ты намного красивее, чем мне о тебе рассказывали, – сказала мамэн, округлив глаза. – Такой красивый. Разве он не красавчик? Очень красивый мужчина и совсем недавно прошел превращение.
Ты же не милфа[41]41
Сокращение аббревиатуры mom i'd like to fuck – привлекательная женщина зрелого возраста
[Закрыть], так прекрати пожирать меня взглядом, подумал Пэйтон.
Боже, как его все бесило.
– Идина, хватит, – проворчал Сэлон, а потом переключился на английский. – Пэйтон, твой отец упоминал, что ты участвуешь в учебной программе Братства Черного Кинжала… мы узнали об этом только сегодня. Полагаю, в этой связи мы можем забыть про твое опоздание.
Пейтон самодовольно улыбнулся.
– Воистину, Пэйтон вносит значительный вклад в дело защиты расы. Но он не любит хвастаться.
А, ну да. Тооооочно.
Устроив руки у декольте, Идина подалась вперед так, словно собиралась посплетничать о тайном… или, может, она хотела показать ему все свои прелести.
– Ты должен рассказать мне о Братстве, какие они? Они такие таинственные, впечатляющие, пугающие. Я видела их издалека на встречах Совета. Расскажи мне, ты просто обязан.
Так, эта женщина не нравилась ему целиком и полностью. Все, начиная от ее алчных глаз, до огромных бриллиантов и акцента. Боже, что за фигня творилась с ее произношением? На девяносто процентов правильное, но что-то неясное с буквой «р». У нее не получалось выговорить ее правильно. А еще был этот отец. При близком рассмотрении его черты казались грубее, а его смокинг… ткань будто натирали до блеска.
Пэйтон не понимал, что задумал его отец. Из всех семей, с которыми они могли породниться, почему именно эти люди?
С другой стороны, Семьям Основателей, проживающим в Колдвелле, известна его репутация. Может, никого лучше отец не смог подыскать… лучшего его сын недостоин.
– Так что? – Идина-Либидо не отставала. – Расскажи мне все о них.
Ну вас нахрен.
Пэйтон повернулся и посмотрел на молодую девушку.
Это заткнуло всех в комнате, молчаливое неодобрение перекрыло социальный словесный понос.
Дочка отшатнулась, но быстро взяла себя в руки и устремила взгляд вперед, как и было положено, учитывая его социальный прокол: они не были представлены должным образом.
Женщина отличалась неяркой красотой, которая не бросалась в глаза, скорее открывалась постепенно, чем дольше ею любуешься. Черты лица были ровными и аккуратными, длинные и изящные руки-ноги, тело, упакованное в бледно-голубое платье, со всеми нужными формами.
Какой-то шорох сбоку привлек его внимание. Это были ее руки… ее руки дрожали… и, словно она не хотела, чтобы он это заметил, женщина сжала их на коленях.
Бедняжка, и за что я тебе достался, подумал он.
– Меня зовут Пэйтон, – сказал он к ужасу своего отца.
В этот момент женщина подняла на него взгляд, и в ее глазах читалось изумление. Но она тут же перевела взгляд на родителей.
Ее отец неодобрительно прокашлялся… словно надеялся, что сейчас все пойдет как надо, но понимал, что ожидать этого бесполезно.
А потом он пробормотал:
– Это моя дочь, Ромина.
Английский, не Древний Язык. Кому предназначено оскорбление, ему или отцу? – подумал Пэйтон.
В любом случае, он низко поклонился.
– Приятно познакомиться с вами.
Выпрямившись, Пэйтон попытался передать ей послание телепатически: Все будет нормально. Я вытащу нас из этого дерьма.
Будто они были заключенными.
Уберите слово «будто».
И, очевидно, их ждал сметный приговор, по крайней мере, по мнению женщины.
Девчонка была в откровенном ужасе.
Глава 15
Стоя возле открытой раздвижной двери в пентхаус, Сэкстон не чувствовал обжигающего холода, порывов ветра или голода в желудке. Мужчина перед ним все забрал, огромное тело Рана было напряжено, будто он в любой момент собирался сигануть с Коммодора, ветер сдувал волосы назад, а его глаза были слишком яркими и крайне настороженными. Но этот запах… этот аромат.
Темные специи. Возбуждение.
Сексуальная нужда.
Что это за грезы? – гадал Сэкстон. Ему это снится?
– Не уходи, – сказал он хрипло. Но потом взял себя в руки, пытаясь убрать умоляющие нотки из своего голоса – В смысле, заходи и расскажи, что произошло. У Минни. Прошу.
Ран переместил взгляд, казалось, он заглядывал внутрь.
– Там никого нет. – Сэкстон отступил еще назад. – Мы одни.
Милостивый Боже, почему это звучит как приглашение?
Потому что это и есть приглашение.
– Прекрати… – А потом он осознал, что говорит вслух, и, закрыв глаза, попытался взять себя в руки. – Прости. Прошу, на улице ведь холодно.
А, может, по знойному жарко. Невозможно сказать.
– Хорошо, – сказал Ран низким голосом.
Когда мужчина прошел боком мимо него, Сэкстон, не в силах сдержаться, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Ни разу в жизни он не обонял ничего столь чувственного. Никогда.
Он закрыл их вдвоем, сдвинув дрожащими руками стеклянную панель.
– Я… я как раз собирался приготовить кофе… желаешь чашечку?
Ран оглянулся по сторонам и скрестил руки на груди.
– Нет, спасибо.
– Присядешь?
– Я ненадолго.
Но мужчина не начал свой рассказ. Он просто стоял рядом с выходом, упершись ногами в бледно-серый ковер, его черная кожаная куртка и джинсы словно насмехались над тщательно продуманным минимализмом интерьера, он казался гигантом в кукольном домике.
– Расскажи, что случилось? – Сэкстон подошел к дивану и сел. – Что-то плохое?
Ран сделал глубокий вдох, грудная клетка так расширилась, что куртка запротестовала.
– Я отправился туда, к тому фермерскому дому, чтобы убедиться, что Госпожа Минайна в порядке. На подъездной дорожке был припаркован грузовик, прямо перед тем кругом. Черный, с тонированными стеклами. Я выждал, и спустя минуту двое людей вышли из грузовика и посмотрели на деревья. У одного из них был какой-то датчик.
– Они в курсе, что мы сняли камеры.
– Да. – Ран спрятал руки в карманы кожаной куртки. – Да, в курсе.
– И?
– И я не мог их просто оставить там.
Приехали, подумал Сэкстон.
– Что ты сделал?
– Я материализовался с задней стороны дома и подошел к ним так, будто вышел из-за дома. Мужчины были удивлены. Я сказал, что живу со своей тетей, и что я колол дрова во дворе, когда услышал, что кто-то подъехал к дому. Я спросил, что они делают на участке. Один сказал, что они с приятелем беспокоились о ней, учитывая, что она живет одна. Когда я отметил, что она не одна, я был с ней, они сказали, что знали, что она жила одна. Потом они заговорили о том, что район меняется, и что ей стоит подумать о продаже дома. Я сказал, что им больше незачем беспокоиться, ведь я займусь всеми делами по дому и разберусь со всеми злоумышленниками. Потом я поинтересовался, как их зовут и что они вообще делают на этом участке, и тогда дела приняли интересный поворот.
– Они и тебя запугивали?
– Они дали мне это. – Ран достал какие-то бумаги, свернутые в два раза. – И сказали, что это для Госпожи Минайны. Они сказали, что в течение дня стучались пару раз в главную дверь.
Подавшись вперед, Сэкстон протянул руку.
– Ты показывал ей бумаги?
– Я не умею читать. – Ран подошел к нему на расстояние, достаточное для того, чтобы передать ему бумаги, а потом сразу же вернулся назад. – Не зная, что там написано, я не хотел показывать ей это, чтобы не расстраивать понапрасну. Я не знал, как лучше поступить. Поэтому позвонил тебе.
Развернув бумаги, Сэкстон бегло изучил содержимое и тут же подскочил с дивана. Потом прошелся туда-сюда, перечитывая более внимательно.
– Что там? – спросил Ран.
Остановившись, Сэкстон посмотрел на мужчину.
– Они обвиняют ее в незаконном заселении в дом.
– В смысле? Это ее собственность.
– Да, но она со своим хеллреном совершила ошибку при оформлении документов. Вампирам, как правило, примерно каждые двадцать лет приходится притворяться, что они продают свой дом или землю будто бы ближайшему родственнику. Иначе возникает ситуация как у Минайны… по документам у дома с тысяча восемьсот двадцать первого года был всего один владелец. Нечего и говорить, что это невозможно для человека, и, по всей видимости, застройщик обнаружил эту ошибку, пусть он и не догадывался о существовании нашей расы. В любом случае, скажи… ты дождался, когда они уедут? Люди?
– Да. Передав бумаги, они сразу же уехали. – Ран нахмурился. – Ты сможешь помочь ей?
Сэкстон зашел в кухонную зону, направляясь прямиком к кофемашине. Наливая себе чашку «Старбакс Брекфаст Бленд», он судорожно соображал.
Документы задним числом. Да, ему нужно создать поддельную цепочку документов…
Обернувшись, он заметил, как Ран, морщась, ухватился за подмышку и, казалось, разминал торс.
– Ты в порядке? – спросил Сэкстон.
– В норме.
– Тогда почему у тебя на лице болезненное выражение?
– Это не важно.
– Это важно для меня.
Ран открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
Сэкстон печально покачал головой. Он бы измотан, сексуально возбужден, этот мужчина сбивал его с толку… о, а еще его до чертиков бесила человеческая раса и их постоянные вмешательства. Поэтому да, его достало соблюдать социальный этикет.
– Слушай, – пробормотал он, – в чем бы ни было дело, просто скажи. Мы же работаем вместе? И я не хочу, чтобы ты участвовал в этом, если ты страдаешь от определенных ранений.
Повисла долгая пауза. А потом Ран снова скрестил руки на груди, на этот раз почти не морщась.
– Я всегда знал, что не нравлюсь тебе.
Сэкстон отшатнулся.
– Прошу прощения?
***
– Я не вижу проблемы.
Говоря это, Ново старалась выглядеть максимально сильной и полной энергии. Ну, ладно, она все еще лежала на больничной койке с кучей проводов и трубок в тех местах, где она их видеть не желала, и действительно была одета в больничную сорочку с принтом в виде розовых цветочных букетиков, но, черт возьми, она чувствовала себя отлично.
И у нее были все права на…
– Ты не покинешь эту палату. – Доктор Манелло стоял над ней, улыбаясь так, словно держал на руках все козыри. – Мне жаль.
Чтобы сдержаться и не влепить этому человеку по роже, Ново посмотрела на себя… и обругала гребанные розовые бутоны, покрывавшие всю сорочку. Ну почему на больничной одежде нельзя печатать маски «Дедпула»[42]42
[Закрыть]? Ножи? Бомбы с горящим фитилем? Склянки с ядом?
– Нет, тебе не жаль, – проворчала она.
– Ты права, мне твоя злость до фени. Меня волнует одно – твое сердце. Я избавлю тебя от наставлений в стиле «будь хорошей девочкой», ведь мне ни к чему кастрация… но сделай одолжение, не испогань мою ювелирную работу и оставайся в койке, хорошо?
– Я прекрасно себя чувствую.
– Ты потеряла сознание по пути в ванную.
– Голова закружилась, не больше.
– Я обнаружил тебя на полу враскорячку.
– Я была с капельницей.
– Но ты вытащила катетер. – Он вскинул руку, обрывая все возражения. – Слушай, я выпишу тебе награду «Пациент Ночи» за твои жертвы. Мои поздравления, твой приз – пончик с джемом и запрет на выход из палаты.
Стиснув зубы, Ново попыталась скрестить руки на груди… что вызвало аритмию и спровоцировало сигнал тревоги, поэтому пришлось снова вытянуть конечности вдоль тела.
– Я в норме.
– Нет, ты будешь в норме. – Доктор Манелло сбросил данные на вопившем мониторе. – Через пару ночей. Если, конечно, будешь соблюдать режим.
– Я накатаю о тебе отвратный отзыв на YELP[43]43
Yelp (yelp.com) – веб-сайт для поиска на местном рынке услуг, например ресторанов или парикмахерских, с возможностью добавлять и просматривать рейтинги и обзоры этих услуг. Для популярных бизнесов имеются сотни обзоров. Для обозревателей на сайте предусмотрены элементы социальной сети.
[Закрыть].
– Приму за честь. – Положив руку на сердце, доктор поклонился. – Благодарю… кстати, звонила твоя мама.
Ново попыталась сесть и с шипением рухнула на спину.
– Моя мать?
– Да, она пыталась дозвониться до тебя. Боялась, что ты умерла. Разумеется, я сказал ей, что ты дышишь. Не стал упоминать, что знаю это, судя по данным кислородного датчика на твоем пальце, но, по крайней мере, я сообщил ей правдивую информацию.
Ново попыталась выглядеть так, будто ей плевать. Но гребаный датчик – тот, что считывал показатели сердца – снова взревел.
– Что она сказала? Точнее, что ты сказал ей? – Ново закрыла глаза. – Не сказал же, что я ранена?
– Я не уполномочен распространяться о состоянии моих пациентов. – Мужчина подался к пикающему оборудованию и снова утихомирил его. – Я сказал, что ты на занятиях до конца ночи. И что, возможно, ты перезвонишь ей, когда у тебя будет желание.
«Никогда» – как такой вариант?
– Можешь дать мне врачебное предписание, что я не обязана перезванивать?
– Обещаешь остаться в койке?
– Конечно, но вряд ли сдержу слово.
– Хотя бы честно. Быстрый вопрос: если ты не торопишься перезванивать персональной Кэрол Брэди[44]44
«Фильм о семейке Брейди» (англ. The Brady Bunch Movie) – кинофильм, экранизация комедийного телесериала 1969-74 годов «Семейка Брейди».
[Закрыть] из твоей семьи, то сомневаюсь, что записка от твоего лечащего хирурга положит конец тому, что там у вас происходит, ведь так?
– Слушай, Док, если ты продолжишь щеголять логикой и здравомыслием, я попрошу назначить на мое дело кого-нибудь психанутого.
– Конечно, ведь зачем идти трудной дорогой, когда можно забить на здравый смысл.
– Вот именно.
Доктор Манелло улыбнулся ей, а потом направился к двери, но помедлил, прежде чем открыть ее:
– У вас в семье все нормально? – Он снова вскинул ладонь. – Не обязательно вдаваться в подробности, если нет желания. Просто… она была на взводе, и очевидно, что ты избегаешь ее.
– Моя мать всегда на взводе по той или иной причине… как правило, из-за моей сестры. Которая выходит замуж. А будучи ее подружкой невесты… а, нет, похоже я все-таки свидетельница или как там их называют… я должна планировать мероприятие, а не заниматься своей работой, то есть защитой расы. Да, ведь ежу понятно, что подбор платьев и организация девичника намного важнее сражений с лессерами.
– Не думал, что вампиры занимаются подобной чушью. Девичники и все такое.
– А мы не занимаемся. Моя сестра хочет привлечь внимание всего мира, поэтому традиций одной расы для нее мало. Ей нужен микс.
– Какая прелесть. – Ее хирург расплылся в улыбке, красивое лицо пошло морщинами вокруг глаз и рта. – Позволь сказать и не пойми неправильно, но ты будешь плохо смотреться в кружеве с бантами. Особенно если речь о ядрено-розовом.
Застонав, Ново закрыла глаза.
– Можешь меня просто вырубить?
– Не, боюсь, если я ударю тебя по лицу, твои одноклассники надерут мне задницу.
– Я имела в виду лекарства.
– А, ну так неинтересно. – Но потом мужчина стал серьезным. – Отдыхай. Если к концу ночи будешь стабильна, я подумаю о том, чтобы отпустить тебя домой, ясно? – Когда Ново распахнула глаза, мужчина посмотрел на нее. – Но ты должна взять вену. Неважно, у кого, но это обязательное условие.
После ухода доктора Ново подумала о невестнике или как там называлась эта вакханалия, решив, что нужно сводить девчонок в «Ключи».
Да-да, сюрприз! Это секс-клуб! Юные леди, надевайте зажимы на соски и отправляйтесь на поиски «дыры славы»[45]45
«Дыра славы» – дырка в стене общественного туалета для анонимного секса.
[Закрыть].
Представляя, как ее сестра пытается выстоять очередь на входе, Ново рассмеялась… но резко вспыхнувшая боль навела на мысль, что у нее могла открыться рана.
Однако аппаратура не била тревогу. Звучало лишь размеренное пиканье, означавшее течение неких естественных процессов…
Внезапно Ново мысленно вернулась в тот пустой холодный дом, на пол ванной комнаты, когда между ее ног шла кровь. Глубоко в животе поселилась боль, отличная от той, что она испытывала сейчас; ее скручивало, и в итоге она согнулась пополам.
Тогда она не получила медицинскую помощь. Не было хорошего доктора с острым умом и добрым взглядом, медоборудования, лекарств. Не было четкого понимания, что именно с ней происходит, пока что-то не вышло из нее.
Ее малыш. Не живой, но идеально сформировавшийся.
Было так много крови. Она верила, что умрет.
Однако у Судьбы на ее счет были иные планы. Она выжила. Как выяснилось, даже если ты хочешь открыть дверь в Забвение, еще не факт, что твои молитвы будут услышаны. Нет, она выжила, но полноценной так и не стала.
Минутку… это не так. Она не была полноценной и до выкидыша, ну а после? Разве она могла не винить себя в потере ребенка? Ее тело подвело малыша, позволило невинному умереть…
Нет, не тело. Это разум, ее характер. Она была убита горем, когда Оскар бросил ее ради Софи, и эмоциональная катастрофа стала причиной выкидыша: она не была достаточно сильной ради своего малыша, жесткой, твердой. Она потерпела крах.
– Перестань, – выдавила Ново. – Твою мать, просто… прекрати.
Чтобы отвлечь мысли от прошлого, она сосредоточилась на том, чтобы как можно скорее вырваться из клиники. Кормление, напомнила она себе. Ей нужно договориться о кормлении.
С хрипом – похоже, док был прав относительно своего «еще рано» – Ново потянулась к откатному столику возле себя. Отмахнувшись от банки имбирной газировки, пластиковой розовой утки, коробки «Клинекс» и пульта от ТВ, который она еще не включала, Ново наконец-то нашла телефон.
Мобильный был выключен, когда она выходила на дежурство, и как же чудесно, что кто-то решил не включать его. На экране появилась вереница сообщений. По большей части – от одноклассников… одно от Джона Мэтью… парочка от Братьев. Одно от Рейджа – парень хотел получить от нее официальный отчет о произошедшем, когда она оправится в достаточной степени для этого.
А потом… о, семь с половиной сотен от ее сестры.
Еще голосовые сообщения. И от их матери.
Ново закрыла глаза, испытывая желание закричать. Потом снова сосредоточилась. Кормление. Ей нужна вена.
И раз уж речь зашла об этом, сейчас самое время сделать правильный выбор, сказала Ново себе. Нужно позвонить Крэйгу, Аксу или Буну, и попросить одного из них о помощи.
Да. Она напишет кому-нибудь из этих парней, и они появятся, как только смогут организовать доставку к Братству. И она еще на один шаг приблизится к тому, чтобы оставить все позади… на шаг дальше от ненужных ей осложнений.
Под которыми имеются в виду Пэйтон и его голубая кровь.
Да, она свяжется с Крэйгом…
Аксом…
Или… Буном.
Они отлично подойдут ей, – сказала себе Ново, заходя в список контактов.
На все сто.
