Текст книги "Кровавая ярость (ЛП)"
Автор книги: Дж. Уорд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)
Глава 39
Ново проснулась через десять часов. Она знала это по часам на прикроватном столике, естественно, не по дешевому цифровому куску дерьма с «Амазона», а по антикварным «Картье», которые, как оказалось, были сделаны из мрамора, а стрелки инкрустированы бриллиантами.
Она отвернулась от Пэйтона во сне, но нельзя сказать, что они спали раздельно. Он, все еще в халате, крепко прижимался к ее спине, они лежали поверх одеяла, а не между ним и невероятно мягкими простынями.
Черт, ей надо в туалет.
Ладно, это вряд ли было самой главной мыслью на тот момент, но с точки зрения срочности? И тот факт, что для решения этой проблемы надо просто встать и сходить в ванную комнату?
#цельжизни
Когда она осторожно выпуталась из объятий Пэйтона, он ненадолго выплыл из своего сонного состояния, чтобы пробормотать что-то вроде «Ты куда?».
– В ванную, – сказала она тихо. – Спи.
Он кивнул головой на подушке, и пробормотал что-то утвердительное.
Ново стояла над ним, и ей хотелось погладить его взлохмаченные светлые волосы и стереть черные круги под закрытыми глазами. Она была готова поспорить, что большую часть дня он не спал, присматривая за ней, и она ненавидела себя за то, что ввела его в такое состояние.
Но она была рада. Она… чувствовала облегчение, вроде того, как бывает, когда исцеляешься от какой-нибудь заразы. Было адски больно вскрывать нарыв, но потом? Очищение напоминало яркий солнечный свет в темной, сырой пещере.
– Ты намного больше того, что я о тебе думала.
И не только потому, что она недооценила Пэйтона с самого начала. А потому, как он общается с ней, как смотрит на нее, поддерживает, не подавляя.
Это прекрасно характеризовало то, кем он был для нее… ведь она отправилась со своей болью не к мужчине, от которого она зачала ребенка. Нет, это был Пэйтон.
Она хотела только Пэйтона. Только ему она доверяла. В нем нуждалась.
Она влюбилась в него.
И было не страшно признать это. Поразительно.
– Я дам ей имя и вернусь туда, – произнесла тихо. – И может, ты когда-нибудь пойдешь со мной, чтобы я могла вас познакомить.
Принимая его в свою жизнь, она хотела, чтобы он когда-нибудь побывал там вместе с ней. Это не просто часть ее… Долгое время оно задавало тон ее жизни.
Ново прокралась на цыпочках в туалет, закрылась, сделала все, что планировала, потом помыла и высушила руки. Посмотрев на свое отражение в зеркале, она удивилась, что осталась прежней. Хотя, можно подумать, что внутренние преобразования могли изменить цвет глаз, волос, поменять стиль.
Но да, это по-прежнему она.
В этом и суть, не так ли? После выкидыша в ней словно уживались две стороны, одна хранила все, что случилось: боль потери и связанное с ней горе; вторая – все остальное. Последняя – отвечала за жизненные процессы и перемещение по миру. Первая – была затаенной сущностью, что преследовала ее по пятам постоянно. И она защищала обе стороны возведёнными стенами.
Без вариантов: либо она удерживает все противоречия под контролем, либо она бы просто распалась на части и не смогла нормально существовать.
Пока она, рыдая, рассказывала Пэйтону свою историю, обе ее половинки почти соединились. Она не знала, как это объяснить.
Да и кто бы мог, черт возьми.
– Увидимся на учебе, – сказала она Пэйтону, вернувшись в спальню и надев ботинки.
Он снова пробормотал что-то во сне, а затем почти сразу проснулся, чтобы сосредоточить на ней взгляд:
– На учебе? Увидимся на учебе?
– Да, на учебе.
Когда она наклонилась и поцеловала его, у нее появилось желание сказать «Я люблю тебя»… импульс был настолько силен, что она почти произнесла слова вслух.
В конце концов, она остановила себя и сказала:
– Мне уже не терпится.
– И мне.
– Спи дальше. У тебя целый час, может быть, чуть больше, прежде чем придется вставать.
– Жаль, что тебе надо уйти.
– И мне, – повторила она его слова.
В дверях она взглянула на него. Он закрыл глаза и глубоко, медленно вздохнул, как будто в его мире воцарился полный порядке.
Она чувствовала то же самое.
Выйдя в холл, Ново направилась к лестнице, ее мысли путались, но в голове было по странному ясно. Случилось столько всего, чего она никак не ожидала – ни от него, ни от себя…
Когда она подошла к лестнице, то поняла, что сделала ошибку. Отвлекаясь, она ушла не прямо, а влево, и оказалась не у служебной лестницы, а у главной.
– И кто, позволь спросить, ты такая?
Она обернулась. Эти слова сказал мужчина, одетый в костюм-тройку, и он был мрачнее тучи. У него были редкие волосы, такого же цвета, как у Пэйтона, и аристократические черты лица, которые можно было бы назвать красивыми, если бы не тонна презрения.
– Ну? – потребовал он, подойдя к ней. – Отвечай, уж будь так любезна.
В непосредственной близи она решила… нет, отец Пэйтона был не таким красивым, каким казался на расстоянии.
– Я подруга вашего сына.
– Подруга. Сына. Что ж. Он оплатил твои услуги, или ты планировала украсть серебро на выходе?
– Прошу прощения?
– Ты слышала, что я сказал.
– Я – не шлюха, – огрызнулась она.
– О, прости, – протянул он. – Значит, ты провела с ним день бесплатно? Видимо, ты надеешься стать его шеллан, но позволь мне пресечь твои стремления. На этой неделе он будет обручен с женщиной из достойного рода, поэтому я ужасно сожалею, дорогая, но с тобой у него будущего нет.
– Обручен? – прошептала она. – Что вы…
– Он дал свое согласие и уже виделся с ней. И не думай, что для тебя найдется роль любовницы на стороне, я должен тебя разуверить в этом убеждении. Иди и торгуй своими прелестями в другом месте. Вон. Доброй ночи.
Ново отшатнулась, смысл слов плохо доходил до нее.
– Не туда, – рявкнул мужчина. – Ты не заслужила уйти через парадный вход. Твое место на выходе с черной лестницы…
Ново повернулась и побежала по длинному красно-золотому ковру, ее ноги перепрыгивали ступени, а отец Пэйтона продолжал что-то кричать ей вслед. У парадной двери она долго возилась с запирающим механизмом, вырвавшись на свободу в тот момент, когда слуга выскочил откуда-то.
Оказавшись на холоде, она поскользнулась и упала в снег. Поднялась и продолжила бежать по газону, оставляя следы на нетронутом снегу.
Ее сердце колотилось, а мысли в голове плавали. В основном Ново осознавала, что снова оказалась в царстве боли, временная передышка закончилась… она лишь на мгновенье выплыла на поверхность, чтобы глотнуть немного воздуха, и вот, она снова погружается на дно.
Но она не заплакала.
Это холод спровоцировал слезы. Виноват холод, он один.
Глава 40
Сэкстон опаздывал на работу. Он бежал вверх по лестнице цокольного этажа фермы, на ходу натягивая пиджак и одновременно застегивая пуговицы на рубашке. Но все шло не так как надо, эффективность стремилась к нулю из-за попытки сделать два дела сразу.
– У меня твой тост! – крикнул Ран, стоя у раковины. – И я налил кофе в твою кружку!
Сэкстон остановился. Парень был абсолютно обнажен, и все, о чем Сэкстон мог думать сейчас – как он внимательно изучил этот… вид сзади… к своему очень большому удовольствию дважды в течение дня. Нет, трижды, включая тот, что в душе. Это и послужило причиной его опоздания.
– И как, по-твоему, я должен покинуть дом, пока ты расхаживаешь в таком виде?
Ран, всегда следовавший правилам, на этот раз решил не флиртовать.
– Эй, давай, ты же опоздаешь! И я не хочу быть виновным в этом.
Сэкстон мог бы пошутить по этому поводу, но его отношение и чувства были настолько серьезными, что такое легкомыслие казалось бы совершенно не к месту, независимо от намерения.
– Пообещай мне, что когда я вернусь, ты будешь одет точно так же.
– Сэкстон, ешь.
К нему подтолкнули тарелку и пихнули под нос кружку, а он просто стоял в наполовину застегнутой рубашке и в пиджаке наперекосяк.
И, кстати, какое прекрасное слово… «наперекосяк». Звучит отлично и прекрасно описывает беспорядок.
– Сэкстон…
– Обещай.
– Хорошо! Я буду голым, как ты просишь.
– Благодарю покорно. – Он слегка поклонился и быстро привел одежду в порядок. – И я жду нашего воссоединения, затаив дыхание.
– Я буду здесь, – улыбнулся Ран. – Сегодня я работаю в подвале.
– Благодаря тебе это место будет как новое к моменту нашего отъезда.
– Таков план.
Сэкстон замолчал.
– Я люблю тебя.
Поцелуй, что подарил ему Ран, напоминал дыхание, он был легким и жизненно необходимым.
– Я тоже тебя люблю, – сказал мужчина. – Ступай… Подожди, пальто возьми, оно там, на столе!
– Оно мне не нужно. У меня есть ты, чтобы согреться.
Спустя несколько минут Сэкстон дематериализовался… и принял форму у заднего входа в Дом для Аудиенций. Сразу же, как только он вошел на кухню, то понял, что выпал из жизни. Доджены уже выставили подносы с пирожными и включили огромный кофейник, отовсюду раздавались голоса, а гражданские уже прибывали на встречи.
– Проклятье, – выдохнул он, проскользнув через откидную дверь и запрыгивая в свой кабинет, словно в бассейн.
Кофейная кружка опустилась на стол, и лишь тогда он понял, что взял с собой еще и тост на тарелке. Ее поставил туда же, тост забросил в рот, схватил папки, с которыми, слава Богу, он разобрался еще перед уходом домой…
– Роф задерживается.
Сэкстон развернулся. Блэй стоял в дверном проеме, одетый в форму для караульной службы, его одежда была неофициальной – свободная, застегнутая на молнию кофта, скрывающая под собой все виды оружия. Его рыжие волосы были еще влажными, как будто он тоже только прибыл из своего дома, а вишневое пирожное в его руке мысленно вернуло Сэкстона в те далекие воскресные вечера, когда они вместе просыпались.
Но вот что странно: появление мужчины и воспоминания о прошлом не вызывали боли. На самом деле не было даже ностальгии. Скорее перечень прозаических событий, пережитых Сэкстоном в прошлом, среди которых также была покупка нового костюма у своего портного, пирожное, которое он в последний раз ел здесь, в Доме для Аудиенций… или даже тот факт, что, да, его собственные волосы тоже были немного влажными.
Он купался в спокойствии от осознания отсутствия боли.
Сэкстон вынул кусок тоста изо рта.
– Я рад. Сам опоздал. Я не мог выбраться… – Он замолчал. – В общем, у нас расписание забито полностью. Во сколько он прибывает?
Блэй пожал плечами и доел пирожное.
– Не знаю. Естественно, все прибывшие хотят попасть к нему на прием. Насколько я понял, Джордж выблевал завтрак, поэтому Роф вызвал ветеринара, чтобы убедиться, что с бедным псом все в порядке.
– О, нет. – Сэкстон похлопал вокруг в поисках своего телефона. – Я должен позвонить в дом… так, стоп. Я не хочу вмешиваться. Ничего не случится с этой собакой
– Ничего не случится с этой собакой.
Они оба засмеялись. Затем Блэй внезапно стал серьезным.
– Слушай, мои родители очень благодарны за то, что ты и… Ран… сделали для Минни. Думаю, вы позаботились о застройщике? Минни – замечательная женщина, и ситуация действительно очень беспокоит мамэн и отца. Ты же знаешь мою мамэн. Она реально волнуется.
Сэкстон подошел и сел за стол.
– Твои родители – самые лучшие.
– Они любят тебя.
– И я люблю их.
Повисло молчание.
– Кстати, я очень рад за тебя и Рана, – мягко сказал Блэй. – И я надеюсь, что это не прозвучало странно. Я не имел ничего такого в виду, клянусь.
– Я, эм… я не знал, что кто-то еще в курсе о нас. Не то чтобы я сознательно держал все в секрете.
– Минни рассказала моим родителям.
Сэкстон глубоко вздохнул. И затем потянулся за своей кружкой, снял крышку и сделал глоток. Кофе был по его вкусу, сладкий и не слишком крепкий.
Каким-то образом тот факт, что его сварил Ран, заставил Сэкстона почувствовать, словно парень был здесь, в этом кабинете.
– Могу я быть откровенным с тобой?
– Конечно. Всегда.
Он посмотрел на своего бывшего любовника.
– Я тоже рад за себя. Это было тяжело.
Блэй прошел еще глубже в кабинет.
– Я знаю, что было сложно. Но не знал, как помочь, что сделать. Было ненавистно наблюдать за твоими переживаниями. Это просто убивало меня.
– Я старался не показывать их слишком явно. И думал, что неплохо справлялся.
– Просто я хорошо тебя знаю.
– Да, так и есть. – Сэкстон провел пальцем по металлическому ободку кружки. – Я не ждал его. Рана, то есть. Вообще. Я не думал, что когда-либо… снова почувствую это, и что это все изменит. Он… да, конечно, это звучит банально, но он – моя вторая половина. Это случилось так быстро, что у меня до сих пор кружится голова и от этого порой становится страшно, но вместе с тем я чувствую радость и счастье.
– Нужно лишь мгновение, – тихо сказал Блэй. – Когда чувства настоящие, все происходит как по щелчку выключателя. Нажал – и вся жизнь освещена.
– Да. Так и есть. – Сэкстон улыбнулся мужчине. – В моей душе воцарился мир. Знаешь, я ведь подумывал об отъезде.
– Из Колдвелла? Правда?
– Меня мало что удерживало здесь. Вот это все… – он обвел рукой офис, – отлично отвлекало. Когда здесь наладилась работа, и забот поубавилось, я начал дрейфовать. Но, по всей видимости, мне еще раз повстречалась спокойная гавань.
– Ран – хороший парень. И я не знал, что он гей.
– Он тоже не знал.
Блэй тихо рассмеялся.
– Ты неотразим, перед тобой невозможно устоять. Знаю это по собственному опыту.
– Я безмерно польщен твоим комплиментом, дорогой друг, – Сэкстон положил руку на сердце. – Весьма.
Они оба засмеялись, но потом в коридоре мимо кабинета проскользнула пара додженов, они тащили пылесос, шланг которого волочился за ними по полу.
– О, Боже, нет, – нервно пробормотал Сэкстон и пересек офис. – Неужели снова эта ванная комната. – Он высунул голову в коридор. – Что стряслось?
Слуги остановились, поклонились, а тот, что слева, сказал:
– Туалет наверху.
– Мы все починили, – сказал второй. – Но на полу вода.
– Мы все там заменим. Спасибо. Продолжайте.
Пара раскрасневшихся довольных дожженов исчезла из вида, и Сэкстон вернулся в кабинет. Взглянув в глаза Блэю, он улыбнулся.
– Все в порядке.
– Все хорошо, действительно, – сказал мужчина, когда протянул руку и сжал плечо Сэкстона. – Очень хорошо….
– Прошу прощения. Я не хотел вас прерывать.
Сэкстон оглянулся. Один из стажеров, Пэйтон, сын Пейтона, стоял в открытых дверях с выражением нетерпения на лице, беспокойно покачиваясь взад-вперед, словно лишь верхняя часть его тела знала, что пора притормозить.
– Все нормально, – отозвался Сэкстон. – Входи. Тебе что-то нужно?
– У меня проблема.
Блэй дал пять стажеру, а затем взглянул на Сэкстона.
– Я дам тебе знать, как только прибудет Роф.
– И по поводу Джорджа тоже.
– Несомненно.
Сэкстон и Блэй махнули друг другу рукой, а затем он дал себе немного времени прочувствовать свое новое место в жизни, так называемый новый адрес, который не шел ни в какое сравнение с его предыдущей печальной обителью.
Все хорошо, что хорошо кончается.
Затем он изменил направление мыслей и вернулся в реальность.
– Рассказывай, что случилось, и как я могу помочь?
***
Пэйтон проснулся в одиночестве, но сразу вспомнил, как Ново попрощалась с ним. Ему пришлось собираться в спешке, потому что он проспал и не услышал трель будильника на своем телефоне. Он даже не потрудился побриться, просто принял душ, натянул одежду, открыл окно и дематериализовался в Дом для аудиенций.
Несмотря на то, что он опаздывал и, что более вероятно, уже пропустил автобус в учебный центр, первым делом он должен был позаботиться совсем о другом.
– Я могу закрыть дверь? – спросил он.
Сэкстон, личный юрисконсульт Короля, кивнул.
– Конечно.
Заперев их наедине, Пэйтон принялся мерить шагами узкий проход между архивными шкафами и встроенными полками.
– Мой отец хочет женить меня на девушке, и ни она, ни я на это не согласны. Мы это с ней уже обсудили. Я влюблен в другую, а она… – Он подумал, что будет неуместно рассказывать историю Ромины. – Она хочет остаться свободной. Проблема в том, что… наши родители пришли к какому-то финансовому соглашению, и мы обеспокоены тем, что они его выполнят, и мы попадем в западню.
– Твой отец платит приданое, я полагаю.
– Нет, ему платят.
Сэкстон не скрыл удивления.
– Серьезно? Ну ладно.
– Мой отец пытается избавиться от меня в течение многих лет, – сухо сказал Пейтон. – Это как продажа гаража. Только вот я сомневаюсь, что моя цена будет выше пяти долларов.
– И для полной ясности: вы оба, ты и эта девушка, не согласны. Она тоже в этом абсолютно уверена.
– Да. Но судя по тому, что она рассказала мне прошлой ночью, наши родители договорились о встрече с Королем. Они придут сюда. Я не знаю, когда именно, но точно знаю, что скоро. Мой отец уже несколько раз был в Южной Каролине, где проживает ее семья.
– Твоего отца зовут Пейтон?
– Да.
Сэкстон открыл ноутбук, что-то напечатал, затем откинулся в кресле.
– У них назначен визит к Королю.
– Когда?
– Я не могу тебе сказать. – Пэйтон хотел возразить, но Сэкстон вскинул руку. – По этическим соображениям я должен быть осторожным и не нарушать конфиденциальность. Но это не значит, что я не могу тебе помочь.
– Мы можем это остановить?
– Я так понимаю, что девушка прошла превращение. – Когда Пэйтон кивнул, Сэкстон продолжил: – Хорошо. Значит, вы оба по закону совершеннолетние. Моя первоначальная мысль заключается в том, что вы не являетесь третьими лицами в подобном договоре. Двое взрослых, которые пришли к взаимопониманию, могут связать друг друга узами по соглашению, но такое соглашение не должно обременять кого-либо, у кого нет интереса или выгоды по условиям подобного договора.
Пэйтон потер глаза пальцами.
– Ничего не понял.
– Ваши родители могут согласиться на все, что захотят, между собой. Но это соглашение не может быть использовано для принуждения тебя или девушки к действиям, которые вы откажетесь выполнять добровольно. Разве ты или эта девушка получаете часть платежа по договору?
– Нет. По крайней мере, мы не в курсе. Я не видел контракта, она тоже, но родители обычно не обращают внимания на наши интересы, если вы понимаете, что я имею в виду.
– Единственная загвоздка – Древнее Право и то, как оно соотносится с финансовыми траншами по брачному соглашению. Нужно подробнее изучить этот вопрос. Но не волнуйся. Я обо всем позабочусь.
У Пэйтона словно гора свалилась с плеч.
– Спасибо, огромное спасибо. И послушайте, c моей стороны, это не значит, что с самой девушкой что-то не так. Просто…
– Ты любишь другую. – Улыбка адвоката казалась старой и очень мудрой. – Я прекрасно тебя понимаю. Сердцу не прикажешь.
– В точку. И еще раз спасибо, я Вам жизнью обязан.
– Я еще не спас тебя. Но сделаю это. Можешь мне довериться.
– Я уже чувствую себя намного лучше. Теперь я должен идти на занятия.
– Береги себя, – произнес Сэкстон.
– Обещаю.
У стойки администратора Пэйтон попытался вызвать автобус и выругался, когда услышал, что придется прождать целый час. Но что он мог сделать…
– Эй, – сказал Блэй, – ты торопишься в учебный центр? У нас есть микроавтобус, один из наших додженов может подбросить тебя.
Дважды за ночь повезло, подумал он. Господи, все происходит так, как он хочет. Наконец-то.
– Было бы потрясающе, – сказал он бойцу. – Просто шикарно.
И правда заключалась в том, что он хотел не только выполнить свои обязанности в части учебной программы… на самом деле, он хотел увидеть Ново. Как можно быстрее.
И больше не покидать ее, никогда.
Глава 41
Ново сидела на диване и смотрела прямо перед собой. В голове было пусто, и это казалось настоящим благословением. В одном она точно была уверена: тяжкий груз вернулся и стал еще весомее, чем когда-либо, знакомое тянущее ощущение в центре груди затрудняло дыхание и мешало двигаться.
Она слышала, как ходят люди этажом выше, готовясь к ночи. Часы говорили, что уже почти десять вечера, и невозможно было не думать о времени, с точки зрения занятий в учебном центре и того, чем бы она сейчас занималась, не притворись она больной.
Они должны заниматься в тренажерке в начале вечера. А затем собрались бы в классе, чтобы получить новые задания для вылазки на улицы.
Она бы попросила не ставить ее в паре с…
Она будет выходить на поле только с Пэрадайз, Крэйгом, Аксом или Буном.
Согнув ноги, Ново обняла колени и положила подбородок на запястье. Боже, разве можно быть такой глупой.
Нет, решила она. С самобичеванием покончено навсегда. Ни при каких обстоятельствах она не будет убиваться лишь из-за того, что очередной парень оказался куском дерьма. И, к тому же, она уже пережила сердечную реабилитацию. Нужно просто взглянуть на ситуацию с этого угла. Сердце разбито. Его надо снова собрать в одно целое. Снова стать сильной.
Это было так просто.
Ново какое-то время думала об этом и понимала, что пытается убедить себя в правде, в которую сама до конца не верила, но неважно. Это – единственный способ все скорректировать: завтра вечером, с наступлением темноты, она вернется к учебной программе, и снова наденет маску.
Она не могла все бросить лишь потому, что роман, который, по сути, и не начинался, взял и лопнул как мыльный пузырь прямо у нее перед лицом.
Это было так по-девчачьи. А она давно взрослая женщина.
Она борец…
Стук в дверь заставил ее поднять голову. Это был не арендодатель, он обычно приходил первого числа. И не Пэйтон, его бы она почувствовала сразу.
– Да? – ответила она.
– Это Доктор Манелло.
Нахмурившись, она встала и подошла к двери. Открыв, спросила:
– Эй, что ты здесь делаешь?
– Визит врача на дом. – Человек прошёл мимо нее в квартиру. – Как дела?
По какой-то причине она выглянула в коридор, чтобы посмотреть, нет ли подкрепления. Не-а.
Закрыв дверь, Ново перекинула косу через плечо.
– Я не понимаю.
Хирург поставил свою маленькую черную врачебную сумку на столик для двоих, за которым она всегда сидела одна. Она обратила внимание, что на нем врачебные брюки. Сверху пуховик, на голове бейсбольная кепка «Mets»[105]105
Нью-Йорк Метс (англ. New York Mets) – профессиональный бейсбольный клуб, выступающий в Восточном дивизионе Национальной лиги Главной лиги бейсбола (МЛБ). Клуб базируется в Квинсе (Нью-Йорк).
[Закрыть], а на ногах – ничего себе! – ядовито-желто-синие кроссовки.
– Ты позвонила и сказала, что заболела, – заявил мужчина, – пожаловалась на тошноту. Поэтому я и пришел проверить тебя.
Проглотив раздражение, Ново покачала головой.
– Слушай, я ценю внимание, но ничего серьезного не произошло. Я просто чувствую себя немного…
– У тебя была серьезная травма сердца…
– Сто лет назад.
– Всего лишь несколько дней.
Боже. А казалось, будто вечность прошла.
– Но я в порядке.
– Хорошо, тогда давай все быстро проверим? – Он выдвинул один из разномастных стульев из-за стола и развернул к себе. Похлопал по жесткому сиденью и сказал: – Если ты в полном порядке, это займет не больше минуты.
Ново скрестила руки на груди.
– Я в порядке.
– Когда ты в последний раз была на осмотре у врача? – Он закатил глаза. – И, кстати, ты не представляешь, как часто я говорю эту фразу людям вокруг.
И человек просто посмотрел на нее так, словно собирался стоять здесь, пока один из них не скончается от старости.
Ново выругалась и подошла к нему.
– В этом нет необходимости, – проворчала она, садясь.
– Надеюсь. Тошнит?
– Нет.
– Температура, знобит?
– Нет.
– Боль в животе или в руках?
– Нет.
– Голова кружится, в обморок падала?
– Нет.
Ну, по крайней мере, с тех пор, как отец Пэйтона бросил топор ей в спину в том коридоре. А потом? Ничего подобного.
Обойдя стол и встав перед ней, врач достал из сумки стетоскоп и вставил наушники.
– Я послушаю твое сердце.
Она небрежно убрала руки от груди, опустила их вдоль тела, и доктор приложил маленький металлический диск к ее коже. Когда он несколько раз протянул «ммм-хмм», она поняла, что мужчина убедился в ее словах.
Ничего страшного или особенного. В физическом смысле, по крайне мере.
– Теперь давление, – сказал он радостно. – Твое сердце работает идеально.
– Я знаю.
Его голова оказалось прямо перед ее лицом.
– У тебя отвратительные манеры, ты в курсе?
– Разве ты не страдаешь от той же беды?
– Квиты.
Пока доктор осматривал ее, Ново уставилась перед собой, в ее голове снова воцарился вакуум. На самом деле, она подозревала, что собственное подсознание готовит заговор против нее, планируя на ближайшее будущее пробуждения с криками и составляя график ночных кошмаров аналогично тому, как записывают пациентов к дантисту.
– Ново? Алло!
Она очнулась.
– Что, прости?
Доктор Манелло мгновение смотрел на нее. Затем опустился на корточки.
– Не хочешь рассказать, что на самом деле происходит?
– Я уже сказала: ничего. Просто съела что-то не то.
– И что именно?
– Не помню. – Когда на его лице появилось выражение «да-я-все-понимаю-на-самом-деле», она встала и обошла стол. – Правда, завтра я буду в полном порядке.
– Если тебе надо с кем-то поговорить…
– Я абсолютно точно, стопроцентно не нуждаюсь в разговорах.
– Хорошо. – Он выставил перед собой ладони. – Оставляю тебя в покое.
Доктор Манелло собрал свою маленькую черную сумку, а затем вернулся к двери.
– Позвони мне, если вдруг на самом деле поднимется температура или начнет тошнить.
– Это ни к чему. – Ново подошла к двери, чтобы выпустить его. – Спасибо, что пришел…
– Я беспокоюсь о тебе. И не только как медик.
По какой-то причине она подумала о том пациенте в клинике, который все время кричал. По крайней мере, если она сойдет с ума, у доктора Манелло был опыт общения с сумасшедшими.
Но этого с ней не произойдет. Только не с ней.
– А я нет, – сказала она ему. – Я о себе совсем не беспокоюсь.
Если она смогла пережить то, что произошло ранее? Тогда она без проблем сможет принять тот факт, что Пэйтон оказался именно тем, за кого она его принимала.
В этом у нее достаточно опыта.
***
Где же она, черт побери!
Когда через сорок минут Пэйтон зашел в тренажерный зал учебного центра, он внимательно пересчитал тела на тренажерах и матах… и снова задался вопросом, куда же подевалась Ново.
Нахмурившись, он подошел к Брату Куину:
– Эй, ты не видел Ново?
– Она позвонила и сказала, что заболела. Чувствует себя не очень.
Первым порывом Пэйтона было запрыгнуть в ракетный корабль и рвануть через весь город к ней. В чем проблема? Ракеты не было, и он не знал ее адреса… хотя, погодите, он же кормил ее, не так ли?
– Она сообщила, что с ней?
– Нет. Просто сказала, что что-то с животом, и что она не придет. Голос у нее был слабый, но не смертельно.
– Это может иметь отношение к ее сердцу? Проблемы после…
– Я сказал Мэнни, поэтому он поехал ее проверить. Сказал, что это пищевое отравление немытыми овощами или что-то в этом роде. Не проблема. – Разноцветный взгляд Брата остановился на лице Пэйтона. – Ты думаешь, ее беспокоит что-то другое?
– Когда она уходила от меня вечером, я… – Он зажал рот ладонью. – Нет, не сказал бы.
– Может, она по достоинству оценит смс или звонок от коллеги? – протянул Брат. – Или визит после занятий?
– Да. Это вариант… я могу выйти?
– Ага. Потом вернешься к работе.
– Без проблем.
Пэйтон со всех ног кинулся в раздевалку, туда, где оставил на полу свою сумку, даже не потрудившись положить ее в шкафчик. Перерыв одежду и оружие, он нашел свой телефон. От Ново – ничего.
Первый звонок переключился на голосовую почту. Второй… черт, и второй тоже.
Он набрал короткий и милый текст: «Ты норм? Привезти ч-нить?»
Пэйтон подождал пять минут. Потом ему пришлось вернуться в класс.
Час спустя, в перерыве между тренажеркой и стрельбой в тире, он снова проверил свой телефон. Ничего. Поэтому позвонил. Отправил еще одно сообщение.
И затем сделал то же самое через полтора часа, когда они перешли к занятиям в классе. Ничего. Даже после того, как он снова позвонил. Еще раз отправил сообщение.
Что, если она потеряла сознание…
Он был на грани того, чтобы выбежать на хрен из класса и вызывать гребаный автобус, когда его телефон пискнул. Смс от нее: «Норм. До завтр».
И все.
Его пальцы стучали по экрану телефона, отбивая текст: «Я заскочу на минутку, привезу суп, грелку и тд и тп».
Ответа не последовало.
– Как дела? – Крэйг вышел в коридор. – С Ново все в порядке?
Пэйтон откашлялся.
– А, да, все в порядке. У нее все отлично. Она будет завтра вечером.
И хотя мобильные нельзя было выносить за пределы раздевалки, он положил свой в карман флисовой кофты.
Что, черт возьми, происходит?
Необходимость высидеть занятия оказалась сущей пыткой, но он с облегчением услышал, что на следующий вечер их с Ново приставили к Блэю и Куину. Они будут первой группой, что вернется на поле – Братство словно хотело сделать перезагрузку, стереть из памяти произошедший инцидент и начать все с чистого листа.
Такими темпами раньше этого момента он ее не увидит.
Когда ночь, наконец, подошла к концу, Пэйтон едва не затоптал одногруппников, пытаясь скорее забраться в автобус – что было глупо. Быстрее он все равно отсюда выбраться не мог. И Господи, этот дворецкий не может ехать еще медленнее?
Он не слышал разговоров вокруг, а окружающие, казалось, понимали, что сейчас в он в полном раздрае, и не лезли к нему.
В ту самую секунду, когда автобус остановился, Пэйтон был у двери, но, вырвавшись в ночь, понял, что не знает, куда направляется. Закрыв глаза, он отпустил свои инстинкты, пока его коллеги-стажеры дематериализовались один за другим.
Он уловил сигнал своей крови где-то на западе. Недалеко.
Путешествуя россыпью молекул, Пэйтон принял форму перед четырехэтажкой без лифта в промышленной части города. Не свалка, конечно, но явно не кандидат на попадание в «Архитектурный дайджест»[106]106
«Архитектурный дайджест» – ведущий журнал об архитектуре и дизайне интерьеров.
[Закрыть]. Цокольный этаж… он почувствовал ее в цокольном этаже. Но как туда попасть?
Как по заказу, наружную дверь в вестибюль открыл какой-то человек, и Пэйтон бегом бросился к нему.
– Привет! Пустишь внутрь…
– Не вопрос. – Парень откинулся назад и придержал дверь. – Свои ключи забыл?
– Ключи своей подружки.
– Знаем-плавали. Покеда.
– Спасибо.
Пэйтон вошел внутрь и огляделся по сторонам. Должен был быть способ добраться до нижнего этажа… а вот и он. Дверь в дальнем углу.
Вокруг никого не было, поэтому он мог просто разблокировать замок силой мысли… черт, почему он не додумался до этого снаружи?
Ну, потому что его голова сейчас занята совершенного другим, черт возьми.
Подходя ближе, Пэйтон опробовал этот умственный трюк, но тот не работал с тем, что на проверку оказалось медным засовом. Это был знак, что здесь среди людей живут вампиры.
Он подумал позвонить ей, но все было так странно, и у него возникло стойкое ощущение, что Ново не собирается его впускать. Может, это паранойя. Кто, черт возьми, знал…
Дверь широко распахнулась, и он отскочил назад. Когда он увидел, кто это, то почти бросился с объятьями.
– Ново! Это ты!
– Что ты здесь делаешь?
Ее голос звучал так же безжизненно, как цифровая копия, она была бледной, как призрак, а глаза – мертвыми.
– Ты в порядке? – спросил он, протягивая к ней руку.
Она сделала резкий шаг назад.
– В порядке. Что ты здесь делаешь?
– Что не так? Что… Я не понимаю, что происходит?
– Мне было плохо. Но уже лучше. Завтра я вернусь на учебу. Я тебе уже говорила.
