Текст книги "Лучшая зарубежная научная фантастика: После Апокалипсиса"

Автор книги: авторов Коллектив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 72 страниц)

Лукас копал, пока не добрался до пластикового ящика. Огляделся, прежде чем его открыть, и стал перебирать лежащее внутри, присев по-лягушачьи и ощущая спиной горячее солнце.

Набор паспортов и удостоверений личности с фотографиями его молодой матери, на разные имена и страны. Туго свернутый рулончик старых банкнот крупного достоинства – юани, найра[3]3
  Найра – денежная единица Нигерии.


[Закрыть] и американские доллары, – более или менее обесцененные из-за инфляции и ревальвации. Кредитные карты – чистые и на различные имена, также бесполезные. Десятки инфоигл в чехольчиках. Очки «искусственной реальности».

Лукас присмотрелся к одному из удостоверений. Когда он провел по фото матери пальцем, изображение повернулось в профиль, а когда провел еще раз, мать опять посмотрела на него.

Он сунул в карман удостоверение, иглы и очки, затем пошел по вершине дюны к старой яблоне, росшей в дальнем конце. Постоял, глядя на Потоп, переливающийся в лучах солнца шелковым покрывалом. Мысли проходили сквозь его сознание торжественным и неторопливым парадом изображений, которые он мог рассмотреть во всех деталях, а потом и вовсе исчезли, и на какое-то время юноша слился с окружающим миром, солнцем, водой и жарким ветром, дующим сквозь кривые ветви дерева.

Вздрогнув, Лукас пришел в себя. Сбитые ветром яблоки валялись повсюду среди сорняков и крапивы, разросшихся вокруг деревьев, а между ними желтыми и черными пулями валялись дохлые осы и кузнечики. Он заметил и мертвую птицу, превратившуюся в комочек перьев на белых косточках. А вот еще одна и еще. Как будто ядовитое облако накрыло все вокруг.

Он поднял яблоко, раздавил его о ствол и увидел пронизывающие полусгнившую мякоть тончайшие волоски. Содрал кусок коры и узрел такие же нити, переплетающиеся в живой древесине.

Драконья мерзость, выросшая из посаженного им семени. И превращающаяся во что-то иное.

В древесине и валяющихся яблоках затаилось сокровище, ради которого люди готовы на убийство. Он сам из-за него убил. Здесь более чем достаточно, чтобы обеспечить себя до конца жизни, если Лукас продаст это правильным людям. Он сможет построить тут дом, купить креветочную ферму или основать собственную. Или приобрести билет на один из челноков, что летают через червоточину, заякоренную между Землей и Луной, и совершить путешествие в бесконечность и еще дальше…

Лукас вспомнил, как блестели надеждой глаза Дамиана, когда он говорил о новых мирах. Подумал о том, как осколок дракона убил или навредил всем, к кому прикасался. Представил, как больная мать работает за планшетом, споря с людьми, пытающимися создать нечто новое здесь, на Земле, давая им советы. Это было даже не состязание. И близко нет.

Он вернулся к домику. Глубоко вдохнул, открыл замок, вошел. Все внутри оказалось перевернуто или разбито. Зияли распахнутые шкафчики, матрац на кровати матери был разрезан и порван, пол завален мусором и обломками. Лукас порылся в мусоре, отыскал коробок спичек и пластиковую канистру с керосином для лампы. Половину он выплеснул на разодранный матрац, поджег скрученную полоску картона, бросил ее на кровать и выбежал, когда вспыхнуло пламя.

Минут за десять он обложил яблоню кучей сухой травы и веток, полил ствол остатками керосина и поджег растопку. Когда он поднял на лодке парус и развернул ее по ветру, по острову расползалось тонкое покрывало белого дыма.

Лукас правил на юг.

Дэвид Моулз
Городской Солдат

Эта динамичная история разворачивается в условиях войны между космическими цивилизациями будущего, где люди чтят и любят действительно существующих богов, которые зачастую оказываются недостойны ни почитания, ни любви.

Дэвид Моулз публиковал свои произведения в «Asimov’s Science Fiction», «The Magazine of Fantasy & Science Fiction», «Engineering Infinity», «Polyphony», «Strange Horizons», «Lady Churchill’s Rosebud Wristlet», «Say», «Flytrap» и других. Совместно с Джеем Лэйком он издал в 2004 году антологию «Звездный цеппелин. Приключенческие рассказы» («All-Star Zeppelin Adventure Stories»), хорошо принятую читателями, а в 2006-м оригинальную антологию «Двадцать эпических историй» («Twenty Epiсs») совместно с Сьюзан Мэри Гроппи. «Финистерра» («Finisterra») удостоилась премии Теодора Старджона за лучший фантастический рассказ года.

ИСИН 12: 709 13" N:10 18" / 34821.1.9 10:24:5:19.21

Цветное неподвижное изображение, снятое ландшафтной стационарной камерой, запад парка Гуланнабиштюдинам.

Футбольное поле на вершине холма, сетка почти новая, но кирпичи на площадке неровные, из щелей между ними торчат пучки травы. По одну сторону от сетки мужчина и девочка. Полый ротанговый мяч взлетает над головой девочки и почти достигает верхней точки траектории; удерживаясь на мыске босой правой ноги и подняв левое колено, девочка глядит на мужчину.

Мужчина смотрит в сторону.

Сопоставление с храмовыми записями позволяет идентифицировать мужчину как Ишмениненсину Ниннадийиншуми, двадцати восьми лет, храмового солдата 219-й пехотной тактической роты, сержанта третьего класса, а девочку – как его дочь Маратиршитим девяти лет.

Увеличение отражения в роговице левого глаза мужчины подтверждает, что он смотрит на шестидесятилоктевое изображение Гулы, Владычицы Исина, проецируемое над каналом Карумишбийра.

Сравнение отражения с записями церемоний Шествия Зерна предполагает задержку передачи приблизительно в три грана.

I
Шествие Зерна

В момент взрыва Иш смотрел вниз, на канал, где шла прямая трансляция кульминации Шествия со ступеней храма. Он видел, как богиня вдруг замерла; с ее вечно юного лица сошла благосклонная улыбка, а темные глаза округлились от удивления и, возможно, испуга и обратились – Иш навсегда это запомнил – прямо на него. Губы приоткрылись, словно она хотела что-то сказать Ишу.

И вдруг весь восток засиял ярче, чем Дом Владычицы в полдень. Раздался глухой, пробирающий до костей рокот, наподобие грома, и много позже Иш думал, как странно, что у такого исключительного события такой обыденный звук, но в тот момент его мысли были заняты лишь тем, какой он громкий. А звук все нарастал, становился сильнее, громыхал громче артиллерийского огня, громче ракетных залпов, громче всего, что Иш когда-либо слышал. Земля содрогнулась. Проекция стала бледнеть, задрожала и пропала, горячий ветер обдал холм, сорвал сеть со стоек, сбил с ног Мару, подхватил ее мяч и понес его над крышами на запад.

В десяти лигах, в храмовом квартале, очень яркая точка поднялась по дуге к ослепительному оку Дома Владычицы – траектория искривлялась из-за сильно вращающейся системы координат города, но привычная к этому часть сознания Иша откорректировала ее до прямой. Однако тут Мара заплакала, жена Иша, Тара, и вся его родня с воплями кинулись бежать, бросив решетку для гриля и складные кресла, а столб коричневого дыма, багровый снизу и грозно распухающий вверху, стал расти над храмом богини, который Иш, как городской солдат, присягал защищать, поэтому он уже не думал о геометрии и физике силы Кориолиса. А думал Иш – точнее, осознавал с тошнотворной ясностью, – что самый важный момент его жизни только что настал и минул, а он его пропустил.

34821.1.14 10:9:2:5.67

Аннотированное изображение города Исина, составленное на КРС «Независимость» [4]4
  КРС – сокр. Корабль Расширения Содружества, по аналогии с USS (United States’ Ship) для американского флота, например.


[Закрыть] на станции Гавгамела, Вавилон, переданное по ОТ в архивы Расширения Содружества, в Уризене. Временная метка с учетом погрешности скорости света в 13 часов 51 минуту.

Через пять дней после атаки спектр излучения на месте взрыва изменился с яркого красно-оранжевого на инфракрасный. На остывание потребуется много времени. За поврежденным городом, как кровь по воде, тянется шлейф мусора и обломков, в котором смешалось все, от металла до водяного пара. Сама сопоставимая по размеру с планетной градосфера Исина структурно представляется неповрежденной, утечка азота и кислорода, которая последовала бы в случае утраты первичной атмосферы, не зарегистрирована.

Вдали от эпицентра удара множество микроволновых приемников, покрывающих поверхность города, как чешуя, по-прежнему колеблются, поворачиваясь по направлению силовых лучей со сверхпроводящего кольца Нинагаля, поглощающего энергию из огромной черной дыры под названием Тиамат, массой в три тысячи солнц, вокруг которой вращаются все города Вавилона. Пространство вокруг Исина заполнено кораблями: местными орбиталыциками, зерновыми контейнерами с электромагнитными ускорителями, что идут по медленным транспортным орбитам, доставляя мясо и зерно из Исина в более урбанизированные города, движущимися по лучу пассажирскими перевозчиками сообщением Исин – Лагаш, Исин – Ниппур, Исин – Вавилон – Борсиппа и с остальными городами, однако ни массового бегства, ни эвакуации не наблюдается.

Стратеги Расширения в Уризене и Ахании, миссионеры на борту «Освобождения» и «Независимости», а также те, кто живет под прикрытием среди обитателей городов, могли вздохнуть с облегчением и убедиться, что, каков бы ни был вред, нанесенный населению городов Вавилона, геноцида, по крайней мере, не случилось.

На борту КРС «Мятеж», уходящего из Вавилона к Зоа, одной из планет Содружества, со скоростью в четыре десятых световой и стабильным ускорением, добросовестные наблюдатели из тех, кто предпочел не оставаться, а работать над следующим этапом вторжения в Вавилон, получив эти добрые вести, отметили не без цинизма: надеемся, это их взбодрит.

II
Люди, отдающие приказы

Иш вел свою команду по улице без названия в районе Имтагарбейлти, которая сейчас превратилась в трясину без названия. Весь квартал к северо– западу от храмового комплекса был по колено залит солоноватой водой, прибывавшей через разрушенную волноотбойную стену и из разбитых акведуков. Иш видел за воротами затопленные сады, где плавали детские игрушки и поломанная мебель, как будто их бросили в воду специально, чтобы искажать и коробить отражение небес, а в окнах с вырванными ставнями и выбитыми взрывной волной стеклами в комнатах без потолков, словно на снимках, застыла обычная жизнь в момент своего конца.

За прошедшие после Шествия Зерна пять дней Иш спал всего десять или двенадцать часов. Большая часть двести девятнадцатой погибла в храме, как и весь сплоченный контингент Исина, стоявший вдоль пути Шествия, облаченный в длинную голубую форму и золотые доспехи для безвоздушного пространства, – просто они или еще не обзавелись женами, или не поддались уговорам своих жен отправиться на пикник с родней, или же не воспользовались полномочиями младшего офицера и не продлили тем самым свою жизнь, когда у других и вовсе не было такой возможности. Множество храмовых солдат были мертвы, и в первые три дня Иш, став обычным добровольцем с лопатой, боролся с пожарами, насыпал заграждения из песка и расчищал завалы. На четвертый день выжившие жрецы и храмовое военное руководство объединили людей в подобие организованных групп, и теперь Иш возглавлял набранный наспех маленький отряд, состоявший, кроме него, из трех солдат различных подразделений, и выполнял задачу картирования зоны затопления – для чего, Иш понятия не имел, да и не интересовался. Им выдали оружие, но Иш конфисковал у подчиненных весь боезапас, оставив только одну обойму себе.

– Там тело? – вдруг спросил один солдат.

Иш не помнил, как его зовут. Это был служащий инженерной компании с нашивкой в виде стилизованной корзины на плече.

Иш глянул туда, куда тот показывал. За разбитым окном виднелась кушетка, на которую было что-то свалено – может, и человек.

– Ждите здесь, – бросил Иш.

– Мы не должны заходить внутрь, – сказал другой, разведчик с пухлым атласом и блокнотом, когда Иш полез через ворота. – Нам надо только отметить дома для гражданских.

– Кто сказал? – спросил служащий.

– Командование, – ответил разведчик.

– Нет больше командования, – внезапно вмешался четвертый. Это был артиллерист, вдвое старше Иша, грузный и хмурый. Он заговорил впервые за весь день. – Владычицы больше нет. Командования нет. Офицеров нет. Есть только люди, отдающие приказы.

Служащий и разведчик посмотрели на Иша, а он промолчал и перевалился через ворота.

«Владычицы больше нет». Слова, сказанные артиллеристом, или почти такие же уже несколько дней крутились на границе сознания Иша и выскакивали, стоило ему лишь немного ослабить бдительность. «Гула, Владычица Исина, мертва». Всякий раз, как Иш вспоминал Шествие, он как будто впервые это осознавал, и земля уходила из-под ног, а горе и стыд наваливались неподъемной ношей. Но затолкнуть это понимание поглубже с каждым разом получалось все хуже, и мир, в котором еще можно было дышать, думать и чувствовать, все больше съеживался. Иш старался сильнее загружать себя, чтобы не спать, потому что, закрывая глаза, видел перед собой молящее лицо Владычицы.

Он влез в дом через окно.

Внутри лежал скрюченный труп древнего старика; на нем была только грязная белая набедренная повязка, почти такая же по цвету, как волосы на голове, подбородке и узкой груди. Костлявые руки сжимали икону с изображением Владычицы Гулы, дешевенький керамический рельеф, окрашенный промышленным способом, и краска не совсем совпадала с выпуклым изображением. Одежда Владычицы скорее синяя, чем пурпурная, а геральдический пес у ее ног зеленоватый, а не желтый; такую вещицу можно было купить в любой заштатной питейной. Уголок отбит, и Владычица осталась без правого плеча и почти без лица, только один глаз виднелся между стариковскими пальцами. Иш протянул руку, чтобы взять иконку, но пальцы старика вдруг сжались сильнее, веки дрогнули, и с губ сорвался слабый вздох.

Иш убрал руку. Глаз богини смотрел на него с укором.

– Все в порядке, – мрачно сказал он. – Все в порядке, дедушка.

ВАВИЛОН 1:1 5" N:1 16" / 34821.1.14 7:15

ВЛАДЫКА НИНУРТА КЛЯНЕТСЯ ОТОМСТИТЬ ЗА ВЛАДЫЧИЦУ ИСИНА

ПОЛИЦИЯ ЗАЩИЩАЕТ КОЧЕВНИКОВ. ЧТУЩИХ ЗАКОН

БЕЗЗАКОНИЕ В СИППАРЕ

Заголовки храмовой газеты «Мардукнасир», город Вавилон

ВАВИЛОН 4:142 113" S:4 12" / 34821.1.15 1:3

БЕССМЫСЛЕННАЯ ОПЕРАЦИЯ ВОЗМЕЗДИЯ

БЕЗЗАКОННЫЕ РАСПРАВЫ В ВАВИЛОНЕ: ЖЕРТВЫ – ИММИГРАНТЫ

СИППАР БУНТУЕТ

Заголовки радикальной газеты «Ийншушакий», город Вавилон

ГИШ, НИППУР, СИППАР (РАЗЛИЧНЫЕ РАЙОНЫ) / 34821.1.15

ИХ МОЖНО УБИТЬ

Граффити, распространенные в рабочих и рабских кварталах после удара кочевников по Исину

III
Кинетический проникатель

Вернувшись домой, Тара обнаружила на скамье во дворике Иша, склонившегося над разбитой иконой, а рядом с ним плошку с клеем, зажимы и эластичные ленты из ее стола. Когда они переехали в этот дом вскоре после рождения Мары, то договорились, что одну комнату первого этажа превратят в мастерскую для Иша, но он так редко и так недолго бывал дома, что они этого так и не сделали. Теперь Тара хранила там садовый инвентарь.

Проектор во дворе показывал какие-то храмовые новости. Демонстрировали сложную подвижную схему оружия кочевников: «кинетический проникатель», как назвал его исследователь («Подходит для какой-нибудь штуки из секс-шопа или с пилорамы», – подумала Тара), ударил во внешнюю оболочку города, пронзая железо, лед и камень, и разорвался, подняв раскаленный фонтан, на ступенях у самых ног Владычицы.

Тара выключила проектор.

Иш поднял глаза.

– Ты вернулась, – произнес он.

– С языка снял, – сказала Тара. Она села рядом с ним на скамейку и посмотрела на икону. – Что это?

– Дал один старик, – ответил Иш. – Ну вот. – Он последний раз обернул керамическую вещицу эластичной лентой и положил ее рядом с плошкой с клеем. – Будет держать.

* * *

Отбитый уголок он нашел на полу рядом с кроватью старика. По приказанию Иша подчиненные прекратили бессмысленную экспедицию по картированию и доставили старика в пункт помощи, где наседали на врачей, пока один наконец не занялся им.

Там, в медицинской палатке, старик сунул оба куска иконы в руки Иша, чуть задержав их в трясущихся пальцах.

– Благослови тебя Владычица, – прохрипел он.

Артиллерист за плечом Иша горько усмехнулся, но промолчал. И хорошо. Может, он и прав, пусть нет ни командования, ни контингента, а сам Иш, наверное, уже больше не сержант, а просто человек, отдающий приказы. Но Иш был и остается солдатом Владычицы, солдатом города Исин, и если у него нет законного приказа, значит, ответственность он будет брать на себя.

Хорошо, что артиллерист промолчал, потому что, если бы он снова сказал «Владычицы больше нет», Иш бы его пристрелил, он в этом не сомневался.

Расстегнув молнию на клапане левого нагрудного кармана комбинезона, он сунул туда оба осколка. Потом застегнул карман и впервые за прошедшие пять дней отправился домой.

* * *

– Раз ты вернулся. – сказала Тара. – то поговорил бы с Марой. Ее мучают дурные сны. Из-за Шествия Зерна. Боится, что кочевники могут взорвать ее школу.

– Могут, – подтвердил Иш.

– Утешил. – Тара выпрямилась, взяла его рукой за подбородок и повернула лицом к себе. – Когда ты спал последний раз?

Иш высвободился.

– Я таблетки пью.

Тара вздохнула.

– Когда ты принял последнюю таблетку?

– Вчера, – ответил Иш. – Нет. Позавчера.

– Пошли спать, – сказала Тара.

Она встала, но Иш не двинулся. Он смотрел на икону. Неприятное выражение скользнуло по лицу Тары, но он этого не заметил.

– Пошли спать, – повторила она и взяла его под локоть.

Иш уступил и позволил увести себя вверх по лестнице.

* * *

Ночью они занимались любовью. Ни ему, ни ей это не доставило радости, как, впрочем, уже давно. Но в этот раз было еще хуже. Потом Тара заснула.

Когда она проснулась, Иш уже оделся и запихивал одежду в свой вещмешок.

– Ты куда? – спросила она.

– В Лагаш.

– Что?

Тара села. Иш на нее не смотрел.

– Владыка Нинурта снаряжает экспедицию, – сказал он.

– Экспедицию, – машинально повторила Тара.

– Чтобы найти кочевников, убивших Владычицу.

– И что потом? – спросила Тара.

Иш не ответил. Из ящика он достал личную печать – цилиндр с изображением Владычицы с геральдическим псом, именем Иша и регистрационным храмовым номером – и надел на шею.

Тара отвернулась.

– Наверное, я никогда не знала тебя по-настоящему, – проговорила она. – Но я всегда понимала, что не смогу соперничать с богиней. Когда я за тебя вышла, то сказала друзьям: «По крайней мере, он не будет бегать за другими юбками». – Она невесело рассмеялась. – А теперь ее нет, но ты все равно куда-то бежишь.

Она подняла глаза. Иш уже ушел.

* * *

Снаружи, под низким небом, было жарко и безветренно. Ни дуновения. Весь сектор засыпала тонкая серая пыль – Иш слышал, что люди называли ее «пепел Владычицы». Он шел к железнодорожной станции со своим вещмешком, и его парашютные ботинки оставляли отпечатки в пыли.

Экспрессом он добрался к подножию ближайшей опоры, откуда, благодаря солдатскому удостоверению, несколько подъемников поочередно доставили его к южному полярному доку. Когда синий и белый цвета обитаемой зоны города уступили черному полированному металлу южной полусферы, Иш поглядел на безмятежные облака и моря, кольцом охватывающие экватор города, и подумал, что все это так привычно, словно он, как обычно, приступил к службе после отпуска.

Как просто и успокоительно было бы делать вид, что так и есть: притворяться, что Шествие Зерна благополучно завершилось, Владычица, как всегда, благословила урожай, ее изваяния вернулись в святилища, а танцы, музыка и веселье не прекращались с наступления сумерек, когда Дом Владычицы неярко светится, до самого рассвета, когда он начинает сиять.

Но Ишу не хотелось так себя утешать.

34821.6.29 5:23:5:12.102

Выдержка из доклада, подготовленного жрецами-астрономами Ура под руководством Шамаша, Владыки Сиппара, по запросу Нинурты, Владыки Лагаша.

Изотопный анализ обнаруженных фрагментов проникателя показывает, что оружие кочевников изготовлено в Апсу, вблизи пояса скопления космических обломков, и предположительно оттуда же и было использовано. Астрономические данные, относящиеся как к ближайшим звездам шарового скопления Вавилона, так и к удаленным звездам Старой Галактики, изучаются на предмет подозрительных окклюзий и сверяются с записями передвижения судов, чтобы исключить зарегистрированные корабли кочевников. За период в сто тридцать два года зафиксировано пятнадцать аномальных окклюзий, одиннадцать из которых привязаны к нанесенной на карты точечной массе Синкаламайди-541. Представлена предполагаемая область нахождения преступников. совершивших нападение во время Шествия Зерна.

IV
Преданный пес

С глухим стуком платформу Иша установили на трек. Затем включилась катапульта Шарура. и сила, превышающая центробежную силу Исина сначала в два. потом в три, пять, восемь, тринадцать, двадцать раз, вдавила Иша в капсулу: еще миг – и он полетел.

В наушнике голос корабля произнес:

– Первая рота, разброс завершен.

На приборной панели, залитая в кусок резины, была закреплена икона Гулы. Иш подумал, благословила бы она это.

Голос Нинурты добавил для одного лишь Иша:

– Доброй охоты, преданный пес.

* * *

В Лагаше Ишу предложили стать городским солдатом, что давало ему возможность побороться за место в элитном подразделении Нинурты Крылатые Львы. Иш отказался, приняв сочувствие этих воинственных людей воинственного города за презрение. По сравнению с другими вавилонскими городами Исин был малонаселен – среди его полей, парков и садов обитало около пятидесяти миллиардов, но даже для этого количества его контингент был очень скромен. Если бы военные чины Ашшура или статистики Вавилона-Борсиппы, ведя учет защитников городов, забыли посчитать солдат Владычицы Гулы, этого могли бы и не заметить. То, что подчиненным Нинурты казалось великодушием по отношению к скорбящему служителю супруги их хозяина, Иш принял за насмешку чванливых вояк над парнем из захолустья. И для примирения потребовалось вмешательство самого бога. Это случилось после того, как Иш, выйдя из себя, сломал об колено табличку вербовщика и опрокинул его стол.

– Ты любил ее. преданный пес.

Иш развернулся посмотреть, кто это говорит, и впервые в жизни увидел бога во плоти.

Владыка Лагаша был высок, ростом по меньшей мере в пять локтей – выше любого человека. Но что-то в самом его облике, в сложении тела, закованного в медного цвета панцирь, ясно говорило: это бог, и само его присутствие все делает презренным – и вербовочную контору, и Крылатых Львов, готовых уже схватить Иша, а сейчас простершихся ниц на ковре, и обломки стола, и самого Иша. Как и у Владычицы Гулы, темноглазое лицо Нинурты было лишено возраста; однако то, что в ней Ишу представлялось детской безмятежностью, сохранившейся у взрослого, у ее супруга больше походило на преждевременную зрелость, вековую мудрость на лице, не тронутом морщинами.

Иш вытянулся в струнку.

– Владыка, – сказал он и отдал честь, как старшему офицеру.

Распростертые на полу Крылатые Львы негодующе зароптали. Бог не обратил на это внимания.

– Ты любил ее, – повторил он и, протянув руку к цилиндрической печати на шее Иша, повертел ее, внимательно разглядел изображение пса, прочитал имя и номер.

– Нет, Владыка Нинурта, – сказал Иш.

Бог перевел взгляд с печати на лицо Иша.

– Нет? – переспросил он, и голос его прозвучал угрожающе. Он сжал цилиндр в кулаке.

Иш выдержал взгляд бога.

– Я по-прежнему ее люблю, – сказал он.

Иш был готов к тому, что возненавидит Владыку Лагаша, супруга Владычицы Исина. Когда он представлял себе бога и богиню вместе, в нем все переворачивалось, и он гнал от себя эти мысли; и когда он прочитал, что бог возвестил свое намерение найти кочевников, убивших «его» богиню, губы Иша поневоле искривила презрительная ухмылка. Если Владыка Лагаша сейчас пожелает сорвать с него печать, он будет сопротивляться и умрет.

Но бог разжал кулак и, еще раз глянув на цилиндр, отпустил его.

И, когда глаза бога встретились с глазами Иша, в них была боль не меньшая, чем его собственная.

– Я тоже, – произнес Нинурта.

Он повернулся к своим солдатам:

– Вольно! – И, когда они поднялись на ноги, добавил, указывая на Иша: – Ишмениненсина Ниннадийиншуми – солдат города Исина. Им он и останется. Он ваш брат. Все солдаты Владычицы Гулы – ваши братья. Относитесь к ним соответственно.

А Ишу сказал:

– Мы вместе найдем этих кочевников, преданный пес.

– С радостью, – ответил Иш. – Владыка.

По лицу Нинурты скользнула улыбка, и Иш вдруг понял, за что Владычица Исина могла любить Владыку Лагаша.

* * *

Большую часть года охотники закалялись, тренировались, развивались и претерпевали различные усовершенствования: жрецы-инженеры, служившие Нинагалю, владыке Аккада, и жрецы-врачи, прежде служившие Владычице Гуле, укрепляли их сердца и кости, чтобы они могли выдерживать ускорения и перегрузки, способные убить обычного человека, изменяли их нервную систему и обмен веществ, чтобы они сражались быстрее, эффективнее и дольше любого смертного, уступая в этом лишь богам.

Точечная масса, где, как предполагали урские жрецы-астрономы, охотники могли бы обнаружить лагерь кочевников, находилась глубоко в Апсу, обширном скоплении льда, кусков породы и планетного вещества, которое отделяло Вавилон от ближайших звезд. Состав Апсу был известен, Син и Шамаш давным-давно нанесли на карты все, вплоть до малейших обломков, и обладавшие этим знанием могли вычислить след кочевников.

Объект, на который указывали сведения об оружии кочевников, был одним из самых крупных в ближайших областях Апсу. Сверхплотное ядро гигантской звезды, потерявшей большую часть массы задолго до Потопа, представляло собой переродившуюся, медленно остывающую сферу едва ли в лигу диаметром. Боги давно уже ориентировали ее так, чтобы потоки излучения от ее бешено вращавшихся магнитных полей не достигали городов, и пустили ее по такой орбите, чтобы она не влияла на Вавилон собственной гравитацией и не могла воздействовать на траектории движения комет и планетезималей, тем самым представляя угрозу для Вавилона.

Охотники добрались туда за двести дней.

Огромный корабль Шарур, Булава Нинурты, сам по себе бог, был по поверхности Лагаша отбуксирован к экватору города, загружен топливом, вооружен, укомплектован охотниками с оружием и снаряжением и запущен.

Он медленно отчалил и, только достаточно удалившись от города, раскрыл паруса, и во всех городах Вавилона будто тень прошла между землей и сияющими домами богов, поскольку вся энергия кольца Нинагаля была брошена, чтобы вывести Шарур на орбиту. Потом Булава Нинурты сложил крылья, как готовящийся пикировать орел, и стал падать, набирая скорость. Черный круг горизонта событий Тиамат рос, пока не поглотил полнеба, пока солдаты, размещенные вплотную друг к другу в своих капсулах в центральном отсеке корабля, не потеряли сознание, пока даже феноменально крепкая конструкция Шарура не затрещала от перегрузки, пока они не приблизились к Тиамат настолько, что пространство-время закрутилось водоворотом вокруг нее. Кольцо Нинагаля промелькнуло в одно мгновение, и лишь Владыка Нинурта и сам корабль были в сознании и заметили это. Шарур бросился вперед, используя для рывка крошечную частицу невообразимого вращательного момента черной дыры.

Тиамат сразу осталась позади, а они понеслись прочь.

ВАВИЛОН 1:1 5" N:1 16" / 34822.7.18 7:15

ВСЕ ГОРОДА МОЛЯТСЯ ЗА ВЛАДЫКУ ЛАГАША ПОЛИЦИЯ РАЗЫСКИВАЕТ АГЕНТОВ КОЧЕВНИКОВ В ВАВИЛОНЕ ВЛАДЫКА ШАМАШ ПРОСИТ ВЛАДЫКУ АНШАРА ВОССТАНОВИТЬ ПОРЯДОК

Заголовки храмовой газеты «Мардукнашир», город Вавилон

ВАВИЛОН 4:142 113" S:4 12" / 34822.7.16 1:3

ОКО ЗА ОКО

ШОВИНИСТСКАЯ «ОХОТА НА ВЕДЬМ»

АШШУР ГОТОВИТСЯ ЗАХВАТИТЬ СИППАР

Заголовки в радикальной газете «Ийншушакийи», Вавилон