Текст книги "Фантом. Инженер системы. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Артем Сластин

Соавторы: Игорь Ан
сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 66 страниц)

Рядом со мной топталась Таха. Когда успела подойти? Пока я был коптером?

– Матвей, ты в порядке? – с тревогой спросила она.

– Всё отлично! А в чем дело?

Таха пожала плечами.

– Говори.

– Я будто бы ощутила, что ты больше не с нами. Наверное, просто устала.

– Быть может, – я задумался.

Что могло вызвать такой эффект? И вообще, с каких пор Таха ощущает такое?

– Ладно, вижу, что ты в порядке. Пошла продолжу с Петровичем. Да и Теке требует моего внимания. Лечение еще не окончено.

– Как вообще Петрович? Что‑нибудь говорил тебе?

Таха опять пожала плечами.

– Ничего. Он вообще молчит, когда я им занимаюсь. Меня устраивает.

– Хорошо. Как думаешь, ты сможешь вырастить ему ноги?

Таха немного подумала, потом ответила:

– Сомневаюсь. Слишком слабый уровень навыка. Может быть когда‑нибудь позже.

– Ясно.

Я не собирался задерживать ее дольше. Было понятно одно, что Регенерацию Петровичу давать надо. Вот только поможет ли она? Даже с учетом того, что Таха продолжит процедуры.

Девочка ушла и практически сразу ко мне подошел Кан.

– Поздравляю!

– С чем? – удивился я.

– Система подчинилась тебе.

– Ты о чем?

Я не понимал, к чему он клонит.

– Это называется самосбывающееся пророчество. Когда во что‑то сильно веришь и это получается. Я не особенно знаком с вашей культурой, но этот эффект есть везде. Многие разумные даже дают ему имя.

– Хочешь сказать, что это не должно было вот так работать?

Я указал на парящий в воздухе дрон.

– Теперь работает, – усмехнулся гном. – Поэтому и поздравляю! Силён! Мне потребовалось на подобный трюк больше пяти лет.

Кан хлопнул меня по плечу, развернулся и пошел.

– Кажется, я уже не расстраиваюсь, что ты завалил Господина Ти!

Крикнул он, не оборачиваясь, и помахал рукой.

[Внимание, игрок!

Вы создали новое устройство: визуально‑телепатический блок управления

Примите чертеж: визуально‑телепатический блок управления

Описание: блок позволяет устанавливать связь на расстоянии и воспринимать окружающее пространство, как эффект непосредственного взаимодействия объекта и среды

Примите награду:

Опыт +300

7680 / 16000

Набор системных материалов – 1 шт

Удачи, игрок!]

Вывалила Система всё это как‑то запоздало, словно кто‑то долго думал и решал стоит ли признавать мою работу или отвесить пинка этому выскочке. Но в итоге, решение оказалось в мою пользу. Система подчинилась? Главное не словить звезду. То, что получилось раз, не факт, что получится во второй. Кан прав, это самосбывающееся пророчество, и я даже знаю, какое имя в нашей культуре дали этому – эффект Пигмалиона.

Но сейчас это было не важно. Главное, всё получилось!

Но я даже порадоваться толком не успел.

[примите сообщение от дрона № 1:

Обнаружено движение. Осуществить слияние?]

Глава 5
Хитрый сэндвич

Движение! Это враги? Снова кто‑то подбирается к нам?

Я быстро осмотрелся. Кто чем занят? Прямо сейчас дать отпор будет непросто. Требовалось срочно запихивать свою тушку в скелетоник, если хочу защитить лагерь.

Но для начала «быстрый взгляд» не помешает.

Слияние.

Картинка была слабой. Точнее нечеткой. Словно дрон страдал близорукостью. Внизу и рядом я видел отлично, но с каждым метром вдаль, размытие становилось всё сильнее. Мозгом я понимал в чем дело, но меня не слишком это устраивало.

Ладно. Полетаем.

Облако пыли, которое заметил дрон, виднелось в паре километров севернее.

Я отдал приказ, и коптер мгновенно сорвался с места, понесся в направлении потенциальной угрозы.

Понесся – это я сильно сказал. Скорость была не такой и большой, хотя ощущения были шикарными. Словно ты паришь, как птица, как дельтапланерист над землей.

Облако пыли стало меньше, будто бы кто‑то остановился, изучая обстановку. Нас заметили? Высматривают? Или же это было случайное движение? Не знаю, койот пробежал или адская гончая, если быть точным. Но тогда я заметил бы удаляющуюся тварь.

Дрон пролетел около километра, когда я понял, что связь слабеет. Черт!

У этого взаимодействия таки есть предел. И мы были близки к нему. Я снова ощутил себя стоящим на земле. Солнце пекло макушку, горячий ветерок забирался под робу, колючие пылинки неприятно клевали в глаза. Я моргнул. И… едва не потерял дрон.

Назад!

Приказ я отдал на самой границе контакта. Едва это произошло, связь исчезла.

Но через секунду возобновилась.

Снова такая же слабая, но она была. Видимо, дрон заложил вираж и возвращался.

Плохо то, что я так и не понял, кто к нам пожаловал. Издалека я не мог разглядеть, так как расплывалась картинка, а подобраться ближе не получалось из‑за связи.

Вернув полный контроль над дроном, я развернул его и заставил зависнуть.

Там, где была пыль снова кто‑то двигался. Я заметил, два силуэта, но не смог разобрать ни кто это, ни хотя бы люди или зомбаки. Но теперь эти двое двигались на запад. Они забирали сильно в сторону. Похоже, кто‑то заметил нас и не хотел связываться.

Смысла преследовать их я не видел. Они так и остались за пределами работы дрона, так что с него я ничего не рассмотрю. А если решу забраться в скелетоник и отправится выяснять – потеряю кучу времени. Решили обойти стороной? Их право. Пусть идут. Главное, чтобы не нападали. Но дрон один раз заметил их приближение, заметит и во второй. Так что дозорный получился неплохой. Пусть пока повисит в воздухе.

Кроме турели теперь был наблюдатель. Контролировать периметр было всё легче. Мне не нравилось, что турель расстреливала всех, кто не был своим. Теперь имелась возможность предварительно знать, что к нам гости и, поняв, кто идет, уже принимать решение, что с ними делать. В случае, если к нам снов пожалуют невидимки, пусть пеняют на себя. Тогда турель снесет их на ближних подступах. А уж следить за пополнением обоймы с болтами наша задача.

– Что там? – спросил Кан, заметив мои телодвижения.

– Какие‑то зеваки. Поняли, что тут им не светит и пошли в обход.

– Люди Амира?

– Если и так, то вдвоем нападать они не решились. Но нам всё равно надо выдвигаться.

Гном кивнул и отправился в гараж, сославшись на то, что он там присмотрел пару вещей, которые могут быть полезны. Для меня было странно, но прежде, Кан спросил разрешение может ли он что‑то взять. При этом пообещал использовать то, что возьмёт на благо нашего отряда.

При таком раскладе, я согласился. Пусть берет, что посчитает нужным. Весь хлам из гаража я не вытащу. А суперценных вещей я не заметил, побывав и порывшись там уже не один раз.

Итак, настало время прокачаться, насколько сможем. Дальше у меня было еще одно дело, которым я займусь, пока эссенции будут усваивать мои товарищи.

Так как Оля и Петрович не поднимали до упора только интеллект, их я решил пока не трогать. У Петровича не было ячейки под Регенерацию, и это отвратительно. К тому же, он сейчас практически не способен получать опыт, а значит добор тысячи очков, которых ему не хватает до уровня, может оказаться проблемой. Да, будем по возможности давать ему добивать подранков. Но как часто они будут возникать? В общем – засада! Но я не собирался сдаваться. Прорвёмся!

У Оли была свободная ячейка под навык, но у нас не было подходящих навыков. Так что ее прокачка тоже пока стоит на месте.

Дариану не хватало по шесть единиц в базовых характеристиках помимо интеллекта. Вот их он и получит. Но только четырнадцать эссенций! Этой цифры, при которой гарантированно не теряют сознания, я пока решил придерживаться.

– Дар! – позвал я, помогающего грузить в вездеход какие‑то вещи, мага.

Дариан взглянул на меня вопросительно. Я махнул ему рукой. Он кивнул и подошел, как только закончил погрузку.

– Держи.

Я протянул ему шесть выносливости и по четыре силы и ловкости.

– Прими и посиди в теньке. Паёк возьми у Оли.

Она заведовала нашими припасами с тех пор, как мы покинули комплекс. Надо бы выяснить, что с ними. А то окажется в один прекрасный момент, что мы без еды. Хотя я был уверен, что Оля скажет, когда ситуация будет ухудшаться. Если молчит, значит пока все в порядке. Сам же я прикидывал запасы и понимал, что на две‑три недели нам их должно было хватить. Это с момента выхода из комплекса. Так что до Буале мы обеспечены, а там посмотрим. Город большой, пополним запасы, прежде чем двигаться дальше.

Дариан забрал эссенции и ушел. Ладно, не мальчик, справится сам.

Следующей в очереди была Таха.

Я вошел в каюту, когда девочка как раз заканчивала возиться с Теке.

– Как они?

– Все хорошо, – откликнулась Таха. – Теке в полном порядке. Петрович… – она взглянула на лежащего на кровати. Петрович был мрачнее тучи, но молчал. – В общем, он, как всегда. Но ему точно лучше. Организм практически полностью здоров. Кроме… кроме… ну, ты сам знаешь.

– Знаю. Идем.

Мы вышли в рубку.

– Держи. Съешь эссенции. За едой к Оле.

– Матвей, – Таха забрала отсыпанные ей горошины. – Теке тоже нужно немного эссенций. Он… как бы это сказать, тоже развивается.

Интересно. Да, Теке теперь пет девочки. Значит, она знает его характеристики. Отлично!

– Сколько.

– Четыре на выносливость и три на силу. Остальное у него полное.

Я выдал кроме четырнадцати (семь на ловкость и семь на силу) еще семь, как просила Таха. Она сказала спасибо, но вместо того, чтобы идти и прокачиваться, почему‑то в нерешительности топталась на месте.

– Хочешь о чем‑то поговорить? – догадался я.

– О маме, – тихо произнесла Таха.

Я слушал.

– Она… – девочка задумалась. – Она немного не в себе. И я боюсь, что может оказаться не просто вести её с собой.

– Ты предлагаешь бросить её? – я едва не охренел от этой догадки.

– НЕТ! Конечно, нет! – воскликнула Таха и с испугом уставилась на меня.

– Прости.

Я вдруг понял, что транслировал свои мысли. От этого стало немного стыдно. Это что же значит? Я на каком‑то подсознательном уровне подумывал не оставить ли блаженную Хусни в саванне? На растерзание мутантам? Черт!

И вдруг я отчетливо понял, что с ней произошло.

Связь. Связь, которую Система устанавливает между человеком и человекам, человеком и механизмом. Та самая, о которой я совсем недавно размышлял. Тот, кто отправил Хусни следить за отрядом, предположительно Амир, оказался точно так же далеко от нее, как я от дрона, и связь утратилась. Значит этот кто‑то, управлял ей, как марионеткой. А собственные мозги Хусни, скорее всего, давно уже были выжжены. Катом или навыком. Не всё ли равно? Можно ли вернуть ей личность? Вернуть способной действовать самостоятельно? Черт! Раньше я бы сказал, что нет. Сейчас, после прихода Системы… Кто знает? Но прямо сейчас мы все равно не в силах это сделать.

– Я хотела сказать другое, – продолжила Таха. – Может быть надо ее связать или как‑то по‑другому не дать возможности навредить нам. Ведь если мы доберемся до Буале, Амир снова сможет управлять ей. Так?

Умная девочка. Недаром интеллект прокачан до упора. Меньше, чем у меня, но похоже, не я один догадался, как действуют системные навыки. Что ж, Таха права. Если здесь Хусни и не представляет для нас опасности, то кто сказал, что она не набросится на нас по приезду в Буале, подчиняясь приказу своего кукловода. Черт! А ведь он мог заслать ее наблюдать за нами. Это в точности, как с дроном. Как только мы вместе с Хусни приблизимся, связь возобновится, и тот, кто ей управляет, узнает об этом.

– Всё так, – ответил я. – Мы так и сделаем.

– Матвей, обещай, что постараешься, чтобы ей было не больно.

Я подошел к Тахе и обнял её.

– Обещаю, малышка. Я всё сделаю.

Будь у нас менталист, стоило бы вообще придумать способ вырубить сознание Хусни. Но у нас нет такого класса, а значит будем действовать по старинке – связывание и обездвиживание.

– Спасибо! – поблагодарила Таха, выскользнула из‑под моей руки и убежала в каюту. Видимо, принимать эссенции и прокачивать медоеда.

Ладно. Там Петрович. Если что‑то будет не в порядке, он крикнет. Я понимаю, что его состояние не лучшее, но за девочкой он присмотрит.

Мне же осталось отсыпать дозу эссенций себе и… Хотя нет. Было еще одно дело. Заодно, разойдемся по времени приема витаминок с остальными.

Путешествие через опаленную солнцем саванну – это вам не прогулка в парке. Тут нет отбрасывающих тень деревьев. Нет фонтанчиков с водой, где можно утолить жажду. Днем обжигающие солнечные лучи, а ночью духота, не успевающая развеяться даже к утру. И сквозь этот ад нам предстоит пробираться несколько дней.

Наш вездеход на одной зарядке может двигаться двадцать‑тридцать километров. Скорее двадцать, так как нагрузили его, как бедного ослика. Сдвинулся бы с места. Запаса больших батареек у нас нет. Может стоит поискать еще? Или попробовать соорудить из нескольких малых источников? Это мысль. Проблема в том, что гнездо для батарей там ограниченного объёма. Гроздь батареек не запихаешь. Вот же, незадача!

Была одна мысль, но сначала займусь тем, что точно могу сделать. Заряженные батареи сейчас у нас есть. А значит тронуться в путь мы можем. Не хочу оставаться у корабля еще на ночь. Нет уж. Даже выехав после обеда, те самые двадцать километров, мы легко покроем до заката. Но вот добавить немного комфорта нашему путешествию – не помешает.

Я‑то буду передвигаться в скелетонике. Тоже то еще приключение, но у меня хотя бы есть небольшая защита от солнца – пластины брони, создают минимум тени. А вот ребятам ехать в открытом ровере… может и головы напечь.

Собственно идея пришла мне, когда я наплавлял изоляцию на моторчики дрона. Эта желеобразная штуковина не только экранировала поле… или что там делает Система, чтобы у нас не работали кофеварки, но и неплохо задерживала тепло. Мой Универсальный инструмент, работающий в режиме технического фена, плавил и изоляцию, и системное волокно. Но при этом, во время работы, я почти не чувствовал жара на ладони, когда прижимал слой к слою, чтобы удобнее было сплавить их между собой. А значит… Я все равно хотел забрать максимальный запас изоляции. Увезти сколько смогу. Теперь же, это инопланетное желе не будет мертвым грузом, а выполнит роль защиты. За неимением у меня пористого материал, где роль теплоизолятора играет воздух, пусть этим займется полупрозрачное хреновина.

Часть изоляции уже была срезана с двигателя корабля. Я дорезал всё под остаток. Старался делать это широкими и длинными полосами. Так, чтобы потом было проще укладывать.

Когда закончил, занялся каркасом. Собрал все, что нашел в гараже, годное для этих целей: трубки, тонкие металлические шины, даже арматуру. Набралось не так уж и много, но должно хватить.

Собирать решил на болты. Они у меня еще были. Кое‑где прихватывал на взрывные заклепки.

Каждый раз, когда ударом я взрывал заклепку, превращая её в распустившийся цветок, Кан морщился. Гном наблюдал за моей работой, но помогать не лез. Я думал, что у него в закромах есть какой‑нибудь сварочный аппарат системного происхождения, но видя, какое выражение лица он строил при утрате каждой заклепки, засомневался. Наверняка он бы предложил им воспользоваться в обмен на произведение искусства древних советских инженеров. Уж не знаю, чем гному так приглянулось это изобретение, но он явно жалел, что мне приходится тратить заклепки на такую ерунду.

В итоге, к моменту, когда я закончил, гном отвернулся, не выдержав зрелища, и ушел.

Еще я заметил, что Кан несколько странно реагировал на мучительный процесс усвоения эссенций. Он некоторое время наблюдал за Дарианом, который принял витаминки, сидя в тени палубы корабля. А когда через двадцать минут его накрыло, Кан словно бы удивился происходящему. Это было странно. Неужели, мелкий засранец что‑то знает? Умеет облегчать боль или же все неприятные процессы от поглощения эссенций, но молчит?

В общем, эту деталь я тоже отметил и запомнил. Позже понаблюдаю за ним. Тем более, что мне и самому до отъезда надо будет подзарядиться.

Крыша получилась такой, как я и планировал. Плоская решетка с крупными ячейками, закрепленная на шести стойках. Так конструкция будет продуваться встречным потоком воздуха, при этом создавая достаточно тени над сиденьями.

Спереди я сделал небольшой козырек и загнул его чуть вниз. Аэродинамические эффекты не слишком беспокоили меня на таких скоростях, какие мог выдать вездеход, но не хотелось бы чтобы на мою конструкцию действовала даже небольшая подъёмная сила. Потерять крышу по дороге – неприятно.

Закончив каркас, я перешел к укладке теплоизолятора. Желеобразные ленты ложились отлично. Консистенция их то ли от жары, то ли от способа нарезки стала чуть жиже, и теперь они собирались практические в единое полотно, но без спайки.

После «утепления», вездеход стал походить на работу художника‑футуриста из середины двадцатого столетия. Примерно так в то время представляли себе технику будущего. Или даже не технику человеческого будущего, а то, что могли бы сделать братья по разуму с далеких звезд. Что ж, они были почти правы. Техника инопланетян в моей доводке очень походила на фантазии художников.

Но это было не всё.

Собственно, изоляцию я не просто так решил уложить на крышу. Основной её задачей было спасти тех, кто будет находится в вездеходе, но не от солнечных лучей – изоляция полупрозрачная и особым препятствием для них не будет, а от возможного теплового переизлучения пластин внешней обшивки корабля. Из них‑то я и собирался сделать крышу.

А что? Серебристая, почти зеркальная обшивка однозначно будет хорошо отражать лучи. Исходя из того, что она легко выдерживала температуру посадки, уж с нашим солнышком‑то справится. Но я не представлял куда отводилось тепло с ее поверхности. Может быть, эти цветные проволочки‑нитки в толщи стенок корабля как‑то отвечали за это, но перетащить все тридцать сантиметров на крышу я не смогу. Да и будет ли эта хрень работать без питания – тоже большой вопрос. А еще запас прочной брони, тоже не помешает. Сейчас она – крыша, а потом можем и по назначению воспользоваться.

В общем, пришлось решать вопрос как обычно – колхозным методом.

Делать сэндвич. Сверху отражающий материал, затем теплоизоляция, на случай если часть энергии перейдет в инфракрасное излучение и пойдет вниз. Проще говоря, нагреется обшивка, и от нее станет жарко сидящим в вездеходе. Вот для этого я и уложил изоляцию. Да, это немного ухудшит отведение тепла воздухом, но точно сохранит макушки пассажиров. К тому же, ни о какой плотной и герметичной укладке речи не идет, так что сквозь щели воздух все равно будет сквозить, а значит и отведение тепла будет. Вот и отлично!

Провозившись час, я нарезал и уложил нужное количество кусков обшивки, закрепил их, чтобы не болтались и не слетели во время движения.

Что же, вездеход готов. Груз весь собран. Осталось принять эссенции и напихать всё, что смогу в системное хранилище. Причем я планировал загрузить не только своё, но и хранилище Тахи. Не оставлять же полезный хлам просто так валяться в корабле. Нам он может еще пригодиться.

Эссенций я отсчитал, как и планировал, четырнадцать штук. По семь на силу и ловкость. Параметры надо было выравнивать. Но кроме них у меня было три навыка более высокого уровня, которые тоже стоило бы подтянуть.

Я достал Рывок, Баланс и Трансмутацию. Последний навык сейчас был не критичен. Но раз уж начал закидываться, чего тормозить?

Дариан как раз полностью пришел в норму. Да и Таха уже вышла из каюты, и сейчас вместе с медоедом, сидели на краю палубы, греясь на солнышке. Что для меня было палящим зноем, для местных казалось вполне комфортной температурой.

Набрав себе еды и воды, я перебрался в тень, уселся на землю и прислонился к корпусу корабля. Выложил на ладонь, всё, что собирался принять, и одним резким движением забросил в рот.

Вот тогда ко мне и подошел Кан.

– Позволь вопрос?

Я кивнул.

– Зачем нужны страдания?

Глава 6
Вор должен страдать!

Хорошо сидеть в тени и смотреть на залитую солнцем саванну. На неспешные движения ветерка, колышущего невысокий жесткий кустарник. На поднимающееся от земли марево горячего воздуха, плавно расплывающееся вокруг.

Макушку не пекло, хотя жара чувствовалась. Под комбинезоном инженера тело прело, но терпимо. Пот градом не лил – и то, дело. Так можно было бы сидеть и приятно проводить время в ожидании пока не накроет волна боли от усвоения эссенций и навыков. Можно было, если бы не зеленый коротышка, задающий какие‑то странные вопросы.

– Ты знаешь, как принимать эссенции и навыки без боли? – спросил я, стоящего передо мной в ожидании ответа Кана.

– Нет, конечно! Боль – неотъемлемая часть! Её можно снизить, но не избавиться полностью.

Ну, это я и так знал. Плюс одна эссенция выносливости сверх лимита – и дело в ажуре.

– Страдания закаляют, –продолжил Кан. – Я просто задал философский вопрос. Зачем, по‑твоему, система сделал так, чтобы мы чувствовали боль?

– Ты же сам ответил, – удивился я. – Страдания закаляют.

– Это понятно… и примитивно.

Примитивно для него, видите ли. Я ухмыльнулся.

– Ладно. Предположу, что при усвоении эссенции или навыков болит то, что в данный момент получает усиление. Этакая система дублирования. Если мы что‑то пропустили и забыли для чего та или иная эссенция, то так нам дают понять, что происходит. Если же не будет реакции организма, то мы не только не поймем, что улучшаем, так еще не почувствуем границ. Могу даже предположить, что по мере приближения к максимальному значению характеристики болевые ощущения уменьшаются. Так можно сделать вывод, что мы рядом с пределом. Но это не точно.

– Не люблю шибко умных! – недовольно проскрежетал гном, развернулся и ушел.

Я рассмеялся в голос, чем вызвал недоумённые взгляды со стороны товарищей.

А что ещё делать, пока ждешь «прихода», как не подтрунивать над окружающими? Кан просто слегка нарвался, решив, что он тут самый мудрый. Может он и много знает, но так как не слишком горит энтузиазмом делиться с нами информацией, отнекиваясь и уповая на то, что все сдохнут, пусть сам страдает.

И тут меня накрыло.

Тело болело, голова рассказывалась, связки ныли. Всё, как обычно. Ничего нового. Надо просто перетерпеть. Я и терпел пока боль не отступила. Не знаю, прав ли я насчет замысла Системы, но могла бы и не напрягаться с таким резервированием. Как‑нибудь без боли и страданий обошлись. Но как уж есть.

Меня крыло с полчаса, как обычно, а потом резко отпустило.

Я легко поднялся на ноги, подпрыгнул. Без применения навыков, просто так, совсем легонько. Вышло неслабо! Метра на два, может и больше. С места! Круто!

Силы и ловкости явно прибавилось, я ощущал это телом, которое готово было сожрать бизона или динозавра. Так что пришлось немного успокоиться и перекусить. Всё, что я припас для себя, я слопал за пять минут. Хотелось еще, но я понимал, что до Буале наши запасы ограничены. Ничего, не помру. Основные запросы организма я закрыл, дальше, будем считать, небольшая голодовка. С ног я не валился, а значит сдюжим.

Пора было заканчивать приготовления, и, как бы ни был мне приятен наш лагерь, покидать это место. Тем более, что всё было почти готово.

Я позвал Таху, и мы вместе пошли в гоблинский гараж, заполнять системные хранилища. Я старался брать только то, что может пригодиться, но в итоге всё равно осталось много чего полезного, что не влезло.

Таха ушла сразу, её позвала Оля с чем‑то помочь, а я остался в гараже.

Хотелось в самый последний раз осмотреть его. Я почувствовал себя старьевщиком, не желающим избавляться от хлама. Но тут ничего не попишешь, по сути, так оно и было. Просто я понимал, что смог бы много чего соорудить, будь у нас больше времени. А с учетом гнома и новых навыков… но нет! Пора в путь дорогу!

Вот только…

Я решил нарезать немного внутренней обшивки корабля. Внешняя была прочнее, но при этом и сложнее поддавалась обработке. А мне хотелось сделать чуть более плотную защиту на скелетонике. Да, основную работу выполняли элементы внешней обшивки, но там, где требовалась тонкая подгонка, нужно было что‑то «помягче».

Так что я достал Универсальный инструмент и поискал место, где будет проще всего срезать несколько заготовок.

Первые три детали я вырезал быстро и так, как хотел. А потом… Что‑то пошло не так.

Диск резака вдруг провалился внутрь, словно за обшивкой была пустота.

Я аккуратно расширил прорезь. На всякий случай, не погружая инструмент слишком глубоко. Да, ушло больше времени, зато я точно ничего не задел.

Убрав кусок обшивки, я замер, глядя на открывшуюся передо мной лакуну.

Здесь был тайный схрон. Или секретный сейф. Не знаю, как лучше это назвать. Наверное, всё же, не сейф. Его стенки обычно прочнее. Тайник! Место для контрабанды. Вот, что это было. Аккуратно выстеленная мягкой подложкой кубической формы выемка. Может быть не разглядывай я её так пристально, то и не заметил бы… но она оказалась не пустой.

На подложке лежала темная штуковина и едва заметно мерцала.

Я вытащил предмет и рассмотрел. По форме очень похоже на семечко подсолнуха, только размером чуть меньше ладони. Темно‑графитовая, почти черная шершавая поверхность, рассеченная изогнутой литией, которая будто тлела темно‑зеленым. Завораживающее зрелище. Я пялился на это тление минут пять, прежде чем понял, что завис.

Я положил семечко на ладонь, и оно очень удобно устроилось там. Будто его специально под мою руку делали. На ощупь шершавая поверхность оказалась приятной, её не хотелось выпускать из рук. Семечко слегка холодило ладонь, как вода комнатной температуры на жаре, но от этого хотелось продолжать держать его и дальше.

Странная штука.

Если из неё вылупится маленький дракончик, я не удивлюсь. Что‑то было в этом семечке такого… что сложно передать словами.

Но главное – Система молчала.

Значит, предмет не системный. Тогда что это? Гоблины провозили контрабанду? Именно так я и решил, когда обнаружил тайник. Сейчас это ощущение лишь окрепло. Интересно, для чего и кому нужна эта штука?

Подумав и поразмышляв немного, я призвал и без того переполненное хранилище, вынул из него пару куском алюминиевого лома, а вместо них аккуратно положил новую находку. Пусть будет. Даже, если того, кто мог бы заинтересоваться этой штуковиной, я не встречу, будет у меня, как украшение или редкая диковинка. Может быть, когда всё это закончится, и цивилизация снова сможет возродиться, я стану коллекционером. А это – будет первым экспонатом моей коллекции.

Я закрыл хранилище и внимательно осмотрел тайник. Больше в нем ничего не нашлось.

Дорезав нужное мне количество заготовок, я вышел на улицу. Тут уже все были готовы.

Дариан с Олей посадили Петровича на заднее сиденье вездехода и закрепили его ремнями. Рядом с ним усадили Хусни и тоже пристегнули. Причем так ловко, что она даже не поняла, что оказалась полностью связанной.

Я только сейчас понял, что забыл переговорить об этом с ребятами. Но видимо, Таха сама рассказала им и передала мое согласие со своими выводами. Отлично!

У нас остались только два места, а усадить нужно было пятерых. Но и это ребята предусмотрели. Позади турели они приладили что‑то типа скамейки, где можно было сидеть. В качестве спинки использовали куски обшивки. Похоже, гном помогал их вырезать, потому что всё, что срезал я, уже было на крыше.

Таха с медоедом забралась первой и сейчас сидела, смотрела на меня и болтала ногами. Теке устроился рядом с ней и улегся на разогретую солнцем поверхность. Ехать придется спиной вперед, но их это не смущало. Как и Кана. Он тоже забрался на место, проверил пристяжные ремни Тахи, уселся и пристегнулся сам.

– Готовы! – отрапортовал он, подняв вверх большой палец.

Ко мне подошла Оля.

– Ты чего так долго? Мы уж думали идти вытаскивать тебя оттуда. Прощался со своими железками?

Она усмехнулась.

– Как долго?

– Да, ладно, не переживай. Мы как раз закончили сборы.

Я взглянул на солнце и понял, что оно уже начинало клониться к горизонту. То есть, мы с Тахой пошли в гараж, когда оно было в зените, а сейчас заметно сдвинулось к западу. И впрямь, долго. Даже не заметил, как время пролетело.

Черт! Сколько же меня не было?

Я собирался спросить об этом Олю, но она уже забиралась на водительское сиденье вездехода.

– Мы готовы отчаливать, – произнесла она, усевшись за руль. – Ты будешь прятать корабль?

– Что значит прятать? – по‑деловому спросил Кан, развернувшись в пол‑оборота, будто хотел помочь.

– Матвей хотел воспользоваться кнопкой и «утопить» корабль под землю.

– Зачем? – удивился Кан.

– Затем, чтобы никто не воспользовался этим ресурсом. Но я передумал, – Кан смотрел на меня не понимающе. – Сначала хотел спрятать, но понимаю, что я сюда не вернусь в ближайшее время. Да, рядом есть древний артефакт. Но когда я еще соберу полный ключ? А возвращаться только ради корабля точно не стоит. У нас намечается очень дальняя дорога. Так что, пусть остается, как есть. Может быть, наоборот, поможет кому‑нибудь выжить? Мы собрали тут всё, что могли. Пора сваливать.

– Погоди, – Кан уже выпутался из ремней. – А поподробней про артефакт?

Я усмехнулся и достал из кармашка на поясе сдвоенную часть ключа, показал его Кану.

– У тебя есть такое? Или может быть целый? Знаешь, что это?

Кан внимательно рассматривал две треугольные призмы, сцепленные друг с другом, Он не попытался их взять, просто смотрел.

– Нет, – наконец произнес он. – Даже не представляю, что это.

– Значит, с объяснениями и рассказами можем повременить. Сначала сваливаем, а потом, вечерком, у костра, под ягер, я расскажу.

– Под ягер? Это можно!

Кан довольно облизнулся, как сытый кот, только что сожравший хозяйскую сметану, и уселся на место.

Вот и отлично!

Я подошел к скелетонику, где меня уже заждался Дариан, вызвавшийся помочь мне забраться в экзоскелет. Я принес нарезанные заготовки внутренней обшивки, и мы по‑быстрому закрепили их на спине скелетоника. Вездеход и так был перегружен. Ничего не случится, если я потаскаю их сам.

Затем я забрался внутрь, и Дариан помог мне пристегнуться.

– Готово! Выдвигаемся!

Оля медленно подвела вездеход ближе, Дариан запрыгнул на место пассажира, и мы отправились в путь.

* * *

Гаркилн стоял с поднесенной ко лбу ладонью и внимательно рассматривал горизонт.

– Чта тама? – спросил, подходя Капитан.

– Птичка какаята. Может эта, показалась.

– Ты, а чём?

Гаркилн вытянул руку и показал на висящую в небе точку.

Капитан принялся всматриваться в указанном помощником направлении.

– Йо, Капитан, она движется! Быстра!

Капитан и сам видел это. Птица летела в их сторону. Но самое плохое, что летела она оттуда, где были обломки их корабля. А если прикинуть, то и висела она практически над ними. Что там могла забыть птица? И как она могла висеть, замерев на одном месте?

– Капитан, валим! Эта никакая не птица! Эта наблюдатель! Нас заметили!

Гаркилн заметался на месте, как взбесившийся трук: туда‑сюда, туда‑сюда!