Текст книги "Адель Бокори. Безопасная невеста (СИ)"

Автор книги: Алла Эрра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 32 страниц)

19.

Кажется, у меня завёлся личный будильник. Ранним утром проснулась я оттого, что Адель внутри меня… смеялась. Причём, судя по интенсивным эмоциональным волнам, делала это громко. Конечно, если такое определение можно применить к бесплотному духу, время от времени проявляющему свою сущность в моём теле.

– Ну да, – согласилась я с Адель. – Нелепо и смешно вышло. Представляю лицо Герхарда за завтраком. Заодно посмотрю на его реакцию. Проигрыш иногда о человеке может сказать намного больше сотен слов. Интересно: злится или просто недоумевает?

Соседка хотела что-то ответить, но в этот момент в комнату вошла служанка.

– Ваше Высочество, – с поклоном произнесла она. – Через час завтрак, на котором вы должны присутствовать. Горячая купальня уже готова. Осмелюсь спросить, какое платье вы намереваетесь сегодня надеть.

– Настроение хорошее и хочется чего-то солнечного, – ответила я. – Давайте жёлтое.

Водные процедуры, массаж, макияж, причёска… Даже с профессиональными помощницами в час еле уложилась. И это несмотря на то, что толстый слой грима на лицо я накладывать отказалась, всего лишь освежив губы маслянистой помадой, наносимой кисточкой. Ну и чуть-чуть румян добавила.

Проводить на завтрак явилась сама баронесса Бельфо. Окинув критическим взглядом мой образ, она осторожно сказала:

– Ваше Высочество. Ещё вчера я заметила, что вы недостаточно сильно украсили своё лицо.

– А зачем? – пожав плечами, спросила я. – Своё настоящее прятать за нарисованной маской не собираюсь. И если король Герхард Аварро считает, что женщина, претендующая на роль матери его наследника, должна выглядеть иначе, то у него всегда есть выбор из двух других претенденток.

– Вы не должным образом относитесь к представлению себя перед Его Величеством. И не сильно дорожите честью стать его бумажной женой, – нахмурилась Бельфо.

– Я думаю, что так честнее. И вы правы, баронесса. Я не считаю особой честью пытаться разделить ложе с человеком, с которым нас не связывают романтические чувства. Важное государственное дело? Да. Но ничего сверх этого. Моя миссия жертвенна и необходима, а в остальном… Поэтому давайте не будем делать вид, что она почётна. Не приказываю, а прошу вас об этом не как княгиня, а как нормальная женщина.

Смотрительница ничего не ответила, но, кажется, в её взгляде промелькнул намёк на уважение. Или мне опять подобное лишь показалось? Дворцовые эмоции слишком мимолётны и частенько лживы, чтобы делать по ним выводы. Так что даже широкая дружелюбная улыбка может таить в себе совсем иной смысл, а каждое произнесённое слово иметь несколько подтекстов. Это я хорошо усвоила из памяти Адель.

И снова за королевский стол я уселась последней. Этим не преминули воспользоваться мои соперницы.

– Дорогая госпожа Бокори, – проворковала темноволосая Софи Гелаж, – как вижу, вы любите поспать. Надеюсь, сны были интересны, раз заставили вас задержаться.

– Спасибо, дорогая герцогиня, – не менее слащаво ответила я. – Сны действительно были прекрасны. Мне снилось, что Его Величество всю ночь искал встречи со мной.

После этих слов Герхард внезапно поперхнулся, но быстро взял себя в руки и сделал привычное невозмутимо вежливое лицо. Видимо, мой намёк основательно задел его за живое.

– К тому же, – оставив в покое бедного короля, продолжила я размазывать ильцийку, – моё чувство голода не так сильно, чтобы бежать к еде, как следует не приведя себя в порядок. С детства люблю здоровый цвет лица и предпочитаю ухоженность толстому слою пудры.

– Но, – подключилась к разговору рыжая Нея Фурэ, – наш всеми любимый король Герхард пришёл первым. Или вы считаете, что он тоже постоянно одержим голодом? Простите, если неправильно истолковала ваши слова. Просто я по утрам слишком романтична и из-за этого иногда бываю слегка рассеянна.

– О нет, любезная госпожа Фурэ! Не наговаривайте на себя. Ваш романтизм виден не только по утрам. Мы знакомы всего лишь сутки, но я успела заметить эту вашу “изюминку”. Признаюсь, очень прелестную! А что касается Его Величества, так он у себя в доме, поэтому всегда поступает так, как посчитает нужным . И обсуждать его действия со своей стороны считаю неэтичным. Мы все всего лишь гостьи, а не хозяйки здесь.

К тому же, если в моём сне милейший король Герхард искал встречи со мной, то почему бы ему не проголодаться и наяву? Извините, Ваше Величество, – рассмеялась я, – это всего лишь невинная шутка! Надеюсь, вы поняли её без всяких двойных смыслов. Просто настроение сегодня замечательное. Оказывается, стены вашего дворца очень благотворно влияют на гостей. На меня, во всяком случае, точно.

Выдав этот спич, я замолчала, ожидая ответного хода от присутствующих. Но недовольные очередной неудавшейся пикировкой герцогини решили больше не испытывать судьбу. А Герхард не менее фальшиво и любезно в ответ лишь предложил оценить искусство повара.

Во время еды обратила внимание, что конкурентки опять предпочли пить лёгкое вино, закусывая его различными морскими деликатесами и сыром. А вот сам король ел простую кашу. Причём от неё пахло так аппетитно, что у меня сразу слюнки побежали. Почему-то вспомнилась молодость. Как мы с отцом варили в походе нечто похожее из перловки и армейской тушёнки. За всю жизнь пришлось перепробовать много всяких вкусностей, но эту кашу, сдобренную дымком и счастливыми детскими воспоминаниями, до сих пор считаю самым любимым блюдом.

– Ваше Величество, – осмелилась спросить я, – а что это за такое восхитительно пахнущее блюдо у вас? Не будет ли с моей стороны наглостью попросить слуг принести и мне тарелочку?

– Каша, – коротко ответил король, потом подумал секунду и решил дать пояснения: – Ничего примечательного, достойного вашего утончённого вкуса. Я привык к ней, охраняя северные рубежи королевства. Но если вы хотите понять, чем питаются простые воины, то почему бы и нет.

– Простые воины и король, – уточнила я. – А различные деликатесы? Если их есть каждый день, то вкус приедается.

Принесённая в тарелке каша действительно оказалась выше всяких похвал. Из-за незнакомых мне специй она немного отличалась от той, что мы варили с отцом в старом, слегка помятом котелке. Но в ней присутствовало главное – вольные эмоции походной жизни. Когда нет ни стен, ни условностей. Когда человек, разделивший с тобой еду, искренен и как никто близок среди высоких деревьев дикого леса. С трудом сдержалась, чтобы не замурчать от наслаждения и, послав к чертям весь этот дворцовый этикет, по-солдатски не начать орудовать ложкой.

В самом конце завтрака Герхард, сделав очередной глоток кофейного напитка, произнёс.

– Милые дамы. Нам пора начинать знакомиться в неофициальной обстановке. Поэтому сегодняшний день я хочу посвятить одной из вас. Герцогиня Нея Фурэ. Не соблаговолите ли вы совершить в моей компании небольшую конную прогулку?

– Это великая честь и настоящее счастье для меня, Ваше Величество! – окинув нас с брюнеткой победным взором, манерно ответила рыжая. – Я всецело в вашем распоряжении!

Снова оставшись одна, я устроила себе небольшую экскурсию по уже залитому солнцем парку. Правда, вышла из дворца привычным для нормальных людей способом, а не через окно. Поэтому за мной по пятам постоянной следовал один из дворцовых стражников. Днём парк уже не казался таким таинственным, но приобрёл иную романтическую приятность.

Ровные мощёные дорожки вели к очень живописным местам, на которые я с удовольствием подолгу любовалась. Сходила даже к старому пруду. К сожалению, как ни высматривала свою знакомую камышовку увидеть не смогла. В принципе, нет ничего удивительного. Уверена, что змейка, если и была на берегу, то, услышав человеческие шаги, тотчас кинулась в своё укрытие под водой.

– Интересно, – спросила я у сопровождающего. – Почему весь парк облагорожен, а тот пруд выглядит, словно находится не рядом с дворцом, а в гуще дремучего леса?

– Так приказала покойная королева Элиана Аварро, – пояснил солдат. – Почему-то ей нравилась эта частичка дикой природы посреди парковой идиллии. Сам я этого не видел, но говорят, что мать нашего короля часто приходила сюда, чтобы расслабиться после тяжёлых забот по управлению страной. Ваше Высочество, прошу вас быть осторожной и не касаться воды. В пруду водятся камышовые гадюки. Их яд очень опасен.

– А королева змей разве не боялась?

– Нет, госпожа. Ходят легенды, будто бы Её Величество даже дружила с ними. Но я считаю, что это людские выдумки.

Почти два часа прогулки пробудили во мне зверский аппетит. С трудом дождалась обеда. Правда, на нём Герхард не присутствовал. И рыжая Нея тоже. Видимо, свидание у них задалось. И на ужин эти двое не явились, так что мы с ильцийкой Софи Гелаж просидели за столом в полном молчании, начисто игнорируя друг друга. Вроде бы должно было плевать, где там шляется король, но отчего-то в душе появилось лёгкое чувство раздражения.

Готовилась ко сну не в самом лучшем расположении духа. Почему-то представлялись навязчивые картинки, как Герхард развлекается с этой рыжей гадиной. Не то чтобы ревновала: этого чувства от меня король не дождётся, но всё равно было неприятно.

Уже собиралась раздеться, как услышала лёгкий шорох. Будто бы кто-то пытается проникнуть в моё окно. Тайно, воровато. Добра от такого непрошенного гостя ожидать не приходится.

Недолго думая, схватила со стола большой расписной поднос, на котором стоял графин с водой. Замерла сбоку от окна, ожидая, когда ночной визитёр проникнет внутрь спальни.

20.

Ждать долго не пришлось. Как только из-за штор появилась мужская макушка, я не стала медлить и с размаху влепила подносом. Мужик явно не ожидал подобного приёма, поэтому, вскрикнув, отшатнулся назад. Я услышала звук ломающихся веток и глухой удар о землю. Буквально за секунду перевела дыхание и стала обдумывать свои дальнейшие действия. По идее, нужно позвать охрану. Но как только открыла рот, чтобы закричать, внизу под окном раздалась негромкая брань.

Прислушалась. Кажется, этот голос я где-то слышала… Матерь божья! Голос, как у Герхарда! Неужели это он пытался вломиться в мою спальню?! А вот это уже плохо. И будет вдвойне хуже, если король основательно покалечился.

Быстро забравшись на подоконник, я спустилась по дереву на землю. Так и есть! Сидит красавчик на пятой точке, что-то гневно бурчит и потирает лоб.

– Ваше Величество?

– Моё, чьё же ещё? – зло проговорил Герхард. – Ты совсем ополоумела?!

– Я?! – возмущение моему не было предела. – Я всё, конечно, понимаю! Это ваша страна и ваш дворец! Но вламываться ночью к девушке через окно – это слишком даже для короля!

– Да никто никуда не взламывался… – уже смущённо пояснил он. – Просто решил проверить, действительно ли можно по дереву залезть и вылезть из вашей комнаты. Думал, вы ещё с этими двумя внизу пьянствуете, и никого в спальне нет. Я же прошлой ночью почти два часа прождал, пока вы сдадитесь или попадётесь при входе во дворец. А потом вдруг служанка заявила, что спите. Тут либо кого-то из стражников подкупили, либо действительно умеете лазить по деревьям.

– Убедились? Могли бы и вчера не в игры играть, а просто попросить продемонстрировать.

– Аде… Госпожа Бокори. И как вы себе это представляете? Целый король стоит внизу и пялится, как не менее целая княгиня лезет, словно белка по дереву. А вы ещё, между прочим, в платье. Догадываетесь, какой вид мне бы снизу открылся? Вы хоть и одна из претенденток на бумажную жену, но ещё не до такой степени. Зато теперь верю, что умеете не только бродить по тёмному парку. Так что пари осталось за вами, как ни прискорбно это признавать.

– Ну, спасибо хоть на этом, – усмехнулась я. – Не сильно ушиблись?

– Приземлился удачно, но затылок трещит после вашего удара. Чем это вы меня так? – уже совсем миролюбиво поинтересовался Герхард.

– Подносом.

– Я смотрю, что это ваш любимый вид оружия. Вначале им капитана пиратов к морским демонам отправили, а теперь и до королевских особ добрались.

– Не льстите себе. Пирата я серебряным подносом била, а вас всего лишь деревянным. Хотя и красивым очень, если это вас утешит. Дайте кинжал.

– Хотите добить? С вас станется.

– Нет. Он холодный. К голове приложу, чтобы шишка не мешала вам корону носить.

Герхард хотел что-то ответить, но внезапно согнулся и стал ржать, молотя кулаком по траве. Кажется, с ударом я перестаралась. Вон как венценосного “накрыло”. А если до конца жизни так смеяться будет?

– У-ф-ф-ф… – выдохнув через пару минут, объяснил он свой припадок. – В таком глупейшем положении я впервые! Всякое бывало, но чтобы вот так?! Правитель целой страны, как последний идиот, лезет по дереву в окно к даме и получает от неё по своей дурной голове не каким-нибудь благородным оружием, а подносом! Позорище! Слава Единому, никто не видел, а то бы этот случай историческим стал. А мне такой славы не нужно. Вы ведь будете молчать? Да, княгиня?

– Да уж деваться некуда, – с деланной грустью в голосе согласилась я. – А то ведь ещё и покушение на вашу причёску мне припишут.

После этих слов не выдержала и сама рассмеялась, представив всю сцену со стороны. Герхард тем временем поднялся на ноги, отряхнулся и действительно, приложив холодное лезвие кинжала к затылку, предложил:

– Раз уж мы всё равно на улице, то предлагаю немного прогуляться под луной. Учтите, ничего романтического не намечается: мне немного в себя прийти нужно.

– Почему бы и нет? – легко согласилась я.

Король подошёл к ближайшему кусту и, к моему изумлению, вытащил из него эхотонию.

– А вы, смотрю, подготовились, Ваше Величество.

– Я обещал вам сыграть на этой деревяшке, если проиграю спор. Я его проиграл.

– А если бы не смогли по дереву добраться до моего окна?

– Тогда бы отправился один в беседку и продолжил свои музыкальные занятия. Получается, что в любом случае эхотония не лишняя.

– Логично, – согласилась я, уже шагая вместе с Герхардом вглубь парка. – А куда вы герцогиню Фурэ подевали? Я думала, что она вместе с вами сегодняшнюю ночь проведёт.

– Ночь или несколько ночей проведёт со мной лишь та, что окажется наиболее подходящей кандидатурой для зачатия наследника, – резко помрачнел король. – Мы с герцогиней после сложного дня вместе всего лишь отужинали в моей библиотеке, ведя разговоры на литературные темы. Вернее, она вела, а я больше ел, стараясь особо не вслушиваться. Потом отправил её спать и решил проверить правдивость ваших слов… На свою голову в прямом и переносном смысле.

И давайте больше не будем об этом. Хочется хотя бы ночью немного отдохнуть. И ещё… Раз уж мы с вами настолько близко познакомились, то можете сегодня называть меня по имени. Я слишком долго был среди простых воинов и от всех этих дворцовых манер сильно утомляюсь.

– Хорошо, Герхард. Тогда и я пока не княгиня, а всего лишь Адель.

– Смотрю, вы тоже не очень жалуете этикет? Странно для девушки, воспитанной в высшем обществе.

– Ну должен же у меня быть хоть один недостаток… Поднос не считается.

– Не хотите объяснять? – правильно понял король мою отмазку. – Понимаю.

Так, за непринуждённым трёпом мы и дошли до беседки. Герхард жестом предложил мне присесть на деревянную скамью. Сам же сел напротив и стал настраивать свою эхотонию, слегка бренча струнами и подкручивая колки на грифе.

Потом он заиграл ту же самую мелодию, что я слышала прошлой ночью. Только теперь, когда я находилась рядом с инструментом, музыка показалась мне немного другой: более насыщенной, глубокой. Неожиданно для себя самой стала тихонечко подпевать, выудив из памяти Адель стихи местного поэта.

Ночь нежна и тиха землю сном накрывает, Лес безмолвный стоит, ожидая восход. Только волны на море покоя не знают, Отражая в себе ярких звёзд хоровод.

А над миром летит Фея Полной Луны, В лёгком платье из кружев и с розой в руке. Что бедняк, что король – для неё все равны. Свет её разливается в каждой реке.

Она дарит покой, она дарит мечты, И надежду, что в сердце забьётся опять. В её взгляде хранятся все тайны, что ты Не успел или не захотел рассказать.

Музыка внезапно стихла на последней строчке стихотворения.

– Адель… – тихо произнёс король. – У вас изумительный голос. А стихи прямо рождены для этой мелодии… Поразительно. Кажется, у нас сейчас родилась песня.

– Стихи не мои, – на всякий случай пояснила я.

– Так и музыка тоже не моя. Но почему-то песня родилась именно у нас.

– Скажите, Герхард. Почему, чтобы поиграть на эхотонии, вы забираетесь ночами в эту беседку? Романтика или есть иные причины?

– Никакой романтики, – грустно усмехнулся он. – Я воин, привыкший с детства к мечу. А тут такое неподобающее занятие. Всегда мечтал овладеть эхотонией. Она – моё тайное увлечение. Но пальцы слишком грубые, чтобы достичь мастерства. Не хочу быть для всех посмешищем. Уверен, если придворные лизоблюды услышат мою игру, то моментально провозгласят великим музыкантом. А сами хихикать за спиной будут.

– Без лести могу сказать, что играете вы неплохо. Пусть не идеально, но вполне себе, – искренне призналась я. – Чувствуется, что вкладываете в струны душу.

– Адель. Королей “вполне себе” не устраивает. Но отказаться от этой маленькой слабости не могу, поэтому почти каждую ночь на нару часов прихожу сюда, запрещая остальным под страхом отлучения от дворца приближаться к беседке. От вас лишь скрыться не смог.

– Не волнуйтесь. И эту тайну тоже сохраню.

– Спасибо, – поблагодарил он. – Но учтите, что это вам не даёт никаких преференций при моём выборе бумажной жены. Главное для меня: не претендентки, а государства, приславшие невест. Политика, демоны её загрызи.

– Кажется, вы сами не в восторге от такого. Но почему тогда согласились принять нас? – попыталась я вытянуть короля на откровенность. – Ведь многие обходятся без бумажных браков.

– Я же сказал: политика. Да, у меня не очень большое королевство, но оно расположено в важнейшей точке мира. Именно через нас проходит пролив Гербо, соединяющий два моря. Кто контролирует его, тот контролирует и основные торговые пути. Мы богаты, но только одним золотом войну не выиграть, если нападёт более сильное государство. А мировая обстановка накалилась до предела. Поэтому и выбираю условия, что правители передали вместе со своими бумажными претендентками. И в этом нет ничего личного.

– Но почему тогда вы столько времени уделяете нам? – удивилась я.

– Этикет, проявление уважения к королям и императору. Ну и традиция выбора, конечно. Так принято. Но бумажной женой, скорее всего, станете не вы, а кого-то из герцогинь. С их королевствами мы граничим. Шенская же империя хоть и сильна, но до неё плыть несколько дней.

– Зачем вы всё это мне рассказываете?

– Не знаю. То ли музыка так повлияла, то ли от вашего подноса ещё не отошёл... Да и вы, Адель, после сегодняшнего конфуза уже вроде как и своя, а не из этих “душечек-милочек”. Может быть, просто устал. Очень… Я же третий, самый младший сын в династии Аварро, поэтому меня к правлению не готовили. Я всегда знал, что стану одним из военачальников при короле, но за пять лет потерял всех близких людей. Словно сам Единый разгневался на нашу семью. Вначале мама умерла, потом средний брат погиб в море. Старший на охоте неудачно с лошади упал.

Так и оказался первым в списке на престол. Уже больше года отдуваюсь с короной на голове, вместо того, чтобы отряды в бой водить. Ещё теперь и наследник этот. Не так я его представлял, но выхода нет… Хватит об этом! – словно резко проснувшись, встрепенулся Герхард. – Что-то чересчур разоткровенничался. Пойдёмте, княгиня Бокори. Нам уже пора.

– Да, Ваше Величество, – понимая, что релакс закончился, с лёгким кивком согласилась я.

21.

Не успела я подняться со скамьи, как внезапно меня затопило чувство смертельной опасности. Это явно Адель отчего-то вдруг напомнила о себе и теперь пыталась донести что-то важное, грозящее нашей жизни. Об этом я подумала уже в полёте. Инстинкты телохранительницы, вбитые инструкторами, сработали быстрее головы. Я сбила с ног уже вставшего Герхарда и прижала его к земле. Под нашими телами жалобно хрустнула эхотония. Но мне было плевать на неё, так как услышала звонкий щелчок арбалета и глухой звук удара о дерево. Слегка повернув голову в сторону последнего, увидела небольшую стрелу, вонзившуюся в спинку моей лавочки.

– Что за?..

Король попытался понять, что происходит, но мне было не до разговоров.

– Нападение, – прервала я его вопрос. – На счёт три ныряем прямо в те заросли. Беседка должна прикрыть нас от стрелка.

– Но…

– Быстро, если жизнь дорога! Голову сильно не поднимай и не оглядывайся. Сейчас важнее всего: уйти с линии огня. Раз, два… Три!

К чести Герхарда, он не стал изображать из себя тупого героя и не ослушался приказа. Мы, слегка приподнявшись, оттолкнулись ногами от пола и рыбками нырнули в густые кусты, растущие поблизости. Долетели оба.

– Теперь, – сразу же начала давать я новые указания, – становимся на четвереньки и начинаем двигаться не к дому, а вглубь парка.

– Зачем? Логичнее же найти хорошую защиту в крепких стенах.

– Конечно, логичнее. Поэтому, если нападавших несколько, они будут ждать нас именно на том направлении. Мы же сломаем их планы, затеряемся в парке и отсидимся в нём. Уверена, что нас разыскивать не будут: убийцы ограничены во времени. Хватит уже спорить! Идёшь первым, а я за тобой. Со стороны тыла прикрою.

– Я не прячусь за женщинами!

– Не будь придурком, – зло прошептала я. – Это на тебя покушение, так что не делай из своей задницы отличную мишень.

– Хочешь сказать, что твой зад покрыт доспехами? Сама не будь дурой! Прикончат моментально! Есть идея получше.

После этих слов Герхард снял с себя пояс с большой пряжкой и с размаху запустил его в сторону дорожки во дворец.

– Адель… бежим в парк, пока убийца отвлёкся на шум.

Он схватил меня за шиворот, рывком поднял на ноги и практически поволок в сторону пруда. Правда, я быстро сориентировалась в обстановке и сама что есть мочи побежала, стараясь быть на полшага позади короля. Так меня учили в школе телохранителей.

Минуты через три мы остановились и, спрятавшись за ствол большого дерева, перевели дыхание.

– Вроде тихо… – настороженно произнёс Герхард.

– И я ничего не слышу.

– Может, теперь стоит позвать на помощь?

– Чтобы сразу дать понять нападавшим, где мы находимся? – возразила я. – Предлагаю подождать немного.

– Согласен. Ты как их учуяла?

– Помолчи лучше. Не самое хорошее время для разговоров.

Сколько мы так простояли, не знаю. Когда каждый миг ожидаешь шагов преследователей, минута становится длиннее часа. Но в какой-то момент и я, и король пришли к общему мнению, что опасность миновала. Отлипнув от дерева, перебежками стали приближаться ко дворцу, постоянно прячась за ближайшими укрытиями и вслушиваясь в тревожную темноту ночи. Впервые пожалела, что в этом мире такая большая луна. Романтичная, конечно, но зато предательски подсвечивает наши фигуры.

Так без происшествий и добрались до спасительных стен.

– Удвоить караулы и прочесать парк! – приказал Герхард стражнику, ошалевшему от нашего внезапного появления. – Всех, кого встретите, под замок!

– Слушаюсь, Ваше Величество! Но…

– Не стой истуканом! Быстро к командиру караула! И чтобы через две минуты он начал действовать, если не хочет закончить свою службу свинопасом! К тебе это тоже относится!

Стражника словно ветром сдуло. Мы же прошли внутрь и направились в королевские покои. К моему удивлению, они размещались на первом этаже, совсем неподалёку. Оказавшись в них, я подлетела к окну и задёрнула толстые портьеры.

Король же, поняв, что опасность миновала, дал волю своим чувствам.

– Демоны! – заорал он, швырнув в стену дорогую вазу с цветами. – Паскудство! Сволочизм!

Вслед за вазой в полёт отравилась массивная чернильница со стола.

– Какая падаль орудует в моём доме?! Что ж за стража такая, что не может уберечь своего короля в самом сердце королевства?!

Герхард бушевал минут пять. Потом резко успокоился и, как ни в чём не бывало, обратился ко мне:

– Извините, княжна. Не подумайте, что я какая-то там истеричка. За свою жизнь поучаствовал во многих боях и ни разу не показывал спину врагу. Но вот так, по-подлому, впервые на меня нападают. Причём в месте, которое с детства считал самым безопасным в Гербии.

– Понимаю вас, – кивнула я, тоже только-только приведя мысли и чувство в порядок. – Утешает, что всё обошлось.

– Не обошлось, – возразил король. – Раз убийца нашёл лазейку во дворец, значит, он обязательно попытается ею воспользоваться снова.

– Или нет лазейки, но есть предатель.

– Или предатель. Такого теперь тоже не исключаю. Но, госпожа Бокори, как вы успели среагировать на коварный выстрел? Даже мои натренированные уши не услышали приближение убийц.

– Ну… – на секунду замешкалась я, не зная, как лучше соврать. – В кустах увидела блеск стали. Свет луны выдал нападавшего. А потом вдруг стало страшно. Дальше не спрашивайте. Сама себе не могу объяснить, почему решила, что нас собираются убивать. До сих пор всё словно в тумане. И извините за неподобающее поведение. Это всё от нервов.

– Неподобающее? – усмехнулся Герхард. – Вы мне жизнь спасли! И всем бы воинам так действовать на “нервах”: хладнокровно, решительно. А уж ваше желание прикрыть меня от вражеской стрелы своим телом считаю настоящим подвигом! Знаете, сколько мужчин в такой момент думали бы о товарище, а не о себе? Далеко не все!

– На моём месте так бы поступил любой порядочный человек. Но мне очень стыдно, Ваше Величество, что тыкала вам и даже, прости Единый, обозвала нехорошим словом.

– Ну, в этом, княжна, мы с вами квиты. Да и не до манер в бою... А у нас ведь настоящий бой был, если разобраться. Так что я тоже прошу у вас прощения и предлагаю забыть все те эпитеты, которыми мы друг друга наградили… Хотите выпить? – неожиданно предложил король.

– Выпить? Быть может, сейчас важнее трезвая голова? – удивилась я такому резкому повороту в разговоре.

– Стража будет несколько часов прочёсывать парк. Уверен, что никого не найдёт. Если только улики, которые мог оставить убийца. Так что всеобщую панику во дворце пока поднимать не буду. Завтра с утра я всё обсужу со своим верным товарищем, бароном Неморо, и уже вместе с ним мы придём к пониманию, как лучше действовать. Так что можно и расслабиться немного. Время есть. Соглашайтесь, Адель, – полностью перешёл король на неформальное общение. – Просто мне очень хочется поправить эти самые “нервы”. А в одиночестве пить не хочу. Все лучшие вина дворца в вашем распоряжении!

– Уговорили, – немного помявшись, ответила я. – Но можно чего-нибудь покрепче вина? А то, признаться, меня до сих пор немного потряхивает.

– Покрепче? – с лёгким удивлением переспросил Герхард, открывая дверцу шкафа и доставая из него простую глиняную бутылку, закупоренную деревянной пробкой. – Это ореховая настойка. Признаться, абсолютно примитивное пойло, но привык к нему во время службы на границе. И согревает хорошо, и мозги после боя прочищает. Уверены, что ваше горло готово к таким огненным напиткам?

– Скажу, когда попробую. Разливайте на двоих.

– А вы, Адель, нравитесь мне всё больше и больше!

Не знаю, почему настойку король обозвал “огненной”. Опрокинув первую рюмку, я поняла, что крепости в этом горьковатом пойле, как в дамском ликёре. Хотя согревает действительно хорошо – сразу же по венам побежало лёгкое тепло.

– Ну как? – спросил Герхард, внимательно всматриваясь в моё лицо. – Не сильно обожгло?

– Не поняла, – честно призналась я. – Думаю, вторая рюмочка всё расставит по своим местам.

– Тогда, Адель, хочу поднять тост за вас. Удивительную и очень отважную девушку! Признаться, впервые встречаю такую. И я помню не только зло, но и добро. Знаю, что вы дочь предателя, и возвращаться обратно в империю для вас смерти подобно. Поэтому, хоть вы и не станете моей бумажной женой, но можете остаться в Гербии после выбора. С императором, думаю, договориться получится.

– Спасибо, Герхард, – отсалютовала я рюмочкой, наполненной золотистой жидкостью. – Обязательно обдумаю ваше предложение. И в ответ хочу поднять тост за вас. Живите долго и счастливо! Пусть ваши враги сдохнут, а друзья процветают!

– Кратко и по существу! Без этих дворцовых словоблудий! – рассмеялся король. – Адель! Не будь вы женщиной, то решил бы, что служили в армии!

Мы выпили, и я практически сразу почувствовала, как повело мою головушку. Непонятно, то ли настойка намного крепче, чем показалась, то ли тело Адель не так хорошо усваивает алкоголь, как моё бывшее. Поэтому больше рисковать не стала и от третьей рюмки отказалась. А то ведь датенькая, могу чёрт знает что устроить. Вообще-то раньше за мной подобного не водилось, но проверять, насколько адекватна в новом облике, что-то не хотелось. Тем более в присутствии целого короля.

Поэтому вместо дальнейших посиделок я вежливо намекнула, что ужасно устала. Герхард намёк понял правильно. Он тут же позвал слугу, который и проводил меня на второй этаж.

Глаза действительно слипались. Но прежде чем лечь, на всякий случай проверила все комнаты, закрыла окна и лишь после этого, с трудом раздевшись, залезла под одеяло.

– Адель, – тихо позвала я свою квартирантку. – Ты меня слышишь?

Лёгкий ветерок в груди дал понять, что девушка снова со мной.

– Адельчик. Спасибо тебе за предупреждение. И извини, что бываю иногда резка. Сложно привыкать к новому миру… И вдвойне сложней понимать, что это тело твоё, а не моё. Иногда воровкой себя ощущаю, хотя и не напрашивалась занять твоё место. Поверь: будь возможность, с удовольствием бы его вернула настоящей хозяйке. Но раз не получается, то давай дружить? А?

Видимо, меня действительно развезло с настоечки, потому что внезапно проснулась чрезмерная словоохотливость. Я долго рассказывала бесплотной подруге о своей прежней жизни, о том, что пережила. Так и уснула на полуслове, не поняв, дослушала ли Адель меня до конца.