Текст книги "Адель Бокори. Безопасная невеста (СИ)"

Автор книги: Алла Эрра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 32 страниц)

57.

До самого вечера мы промаялись от безделья. Лишь с наступлением сумерек снова двинулись в путь. Идти ночью – то ещё удовольствие, но, в конце концов, всё неприятное рано или поздно заканчивается. Войдя в столицу, какими-то путанными переулочками мы добрались до особняка графа Балионоса. После того как проводник назвал условную фразу, нас провели в небольшой домик, стоящий чуть поодаль от основного. Вскоре появился и сам хозяин.

Как и описывал Заур Герес, он оказался немолодым, далеко за шестьдесят, щуплым мужчиной с полностью седыми волосами и ухоженной “козлиной“ бородкой. Убедившись, что прибыли правильные гости, граф предложил мне переселиться в нормальные покои, строго-настрого приказав моим попутчикам носа не высовывать на улицу.

Выслушав моё пожелание о встрече с королём, Балионос недовольно скривился, но перечить не стал. Лишь пояснил:

– К сожалению, сразу на короля я выйти не смогу. Исключительно через уважаемую баронессу Бельфо. Поэтому вам придётся некоторое время погостить у меня. В столь неурочный час идти к баронессе – это вызвать множество неудобных вопросов.

Перечить ему не стала, признав логичность довода. К тому же, после не самой цивильной ночёвки и пешего путешествия очень хотелось привести себя в порядок, чтобы не предстать перед королём чушкой. Поэтому даже хорошо, что встреча откладывается. Помывшись, отъевшись разными вкусностями и как следует поспав, стала ждать ночи. Герхард не подвёл, явившись сразу же после полуночи.

– Оставьте нас одних, пожалуйста, – мягко приказал он графу.

Лишь после того, как гостеприимный и очень понятливый хозяин ушёл, Герхард приблизился ко мне и очень крепко обнял. Как же мне, оказывается, не хватало его сильных мужских рук! И той спокойной уверенности, которую ощущала лишь рядом с любимым королём.

– Я целый день не находил себе места, зная, что ты рядом, а я не могу к тебе прикоснуться, – нежно прошептал он.

Я хотела ответить ему, что тоже соскучилась, но король не дал этого сделать, начав целовать мои губы. Все слова вмиг улетучились! Ночь… Комната… Мы одни… И сердце, и разум, и млеющая внутри меня Аделька – всё требовало продолжения. Ещё немного и я, окончательно потеряв голову, перешла бы к тому, о чём давно мечтала. Стоило огромных усилий отстраниться от любимого и настроить себя на деловой лад.

– Герхард, – непослушными губами произнесла я. – Когда-нибудь я обязательно устрою для тебя такую ночь, которую ты не сможешь забыть. Но не сейчас…

– Подожди говорить о делах, – ответил он, снова прижав меня. – Давай просто так немного постоим. Мне не хватало тепла твоего тела. Зябко без него во дворце.

– И мне в Милонском Доме холодно, несмотря на разожжённые камины. Давай постоим… Поцелуй меня ещё раз.

Лишь где-то через час мы смогли отлипнуть друг от друга. Немного придя в себя, обнаружила, что моё простенькое платье и причёска пришли в беспорядок. А сам король оказался без камзола и в наполовину расстёгнутой рубашке. А ведь казалось, что просто целовались. Да уж! Чуть-чуть не хватило, чтобы от объятий перейти к чему-то большему и очень приятному!

– У меня скверные новости, Ваше Величество, – специально перешла я на деловой том, чтобы у обоих немного снизить чувственный накал.

– Говорите, госпожа Адель, – принял мои правила игры он, превратившись из любимого мужчины в правителя.

Мой рассказ занял много времени. Слушая его, Герхард всё больше хмурился и всё меньше помышлял о любовных утехах. Когда я закончила, он стал задавать различные каверзные вопросы, пытаясь найти слабину в моей теории. Несмотря на то что умом король допускал предательство брата, эмоционально он никак не хотел смириться с этим.

– Регентство… Значит, всё-таки регентство… – горько произнёс он, когда все вопросы и ответы на них закончились. – Но это в моей голове не укладывается, хотя и выглядит всё складно. Допустим, Эрих действительно затаил из-за матери обиду на род Аварро. Но столько лет притворяться другом и братом, тем более с юных лет?

– Быть может, он нездоров? – предположила я. – Сумасшествие от матери передалось сыну? А душевнобольные люди иногда могут вести себя не как дурачки, а наоборот, как гении. И если у них появляется какая-нибудь навязчивая идея, то могут идти к ней годами.

– Я уже ничего не понимаю в этой жизни, Адель, – вздохнул король. – Быть может, ты и права… Скорее всего, права. Я обязательно пороюсь в архивах, чтобы по-иному взглянуть на действия Эриха во время определённых событий.

– Начни с того, где он был во время гибели твоих братьев. Мне очень не понравилось совпадение, что появился во дворце в обоих случаях ровно через два дня.

– Думаешь, что отсиживался в каком-то тайном лагере убийц? Как только появлялась информация, что покушение прошло успешно, сам направлялся в столицу и присоединялся к общей толпе горюющих?

– Да, Герхард. Поэтому в столице и не смогли отыскать южных наёмников. Они обосновались давно и прочно за городом. Примерно как я в Милонском Доме. К тому же их поисками занимался Неморо, поэтому почти что сам себя искал. На самом же деле нужно было шерстить замки примерно в дне пути от города.

– В одном дне? – не понял мою мысль король. – Ни больше, ни меньше?

– Да. Убийца, сделав своё дело, возвращался на тайную базу. После этого Эрих, получив отчёт о, так сказать, “проделанной работе”, быстро направлялся во дворец, чтобы держать руку на политическом пульсе и вовремя реагировать на события в этой неразберихе. Он же доверенное лицо для семьи Аварро, поэтому ничего мимо него пройти не могло. Получается после нехитрых подсчётов, что один день на дорогу потерял наёмник или наёмники, и столько же Неморо.

– Не получается, – возразил Герхард. – Наёмник мог идти прямой дорогой и потратить полдня, а Эрих окружной, в три раза длиннее. И это лишь один из вариантов.

– Допускаю, – согласилась я. – Но в обоих случаях он появлялся ровно через два дня. Поэтому и предлагаю рассмотреть кратчайший путь злоумышленников. Ведь чем длиннее путешествие, тем больше вероятность встретить ненужных свидетелей. Предлагаю отталкиваться от этого. Обнаружим логово наёмников, найдём гранитные доказательства вины Эриха Неморо… или кого-нибудь другого.

– Хорошо, Адель, – окончательно устав спорить, кивнул король. – И архивы внимательно изучу вместе с тётушкой Ирис, и за Эрихом прослежу. Тем более, я, кажется, знаю, с чего начать. Он иногда покидал дворец на два-три дня. К какой-то очередной любовнице наведывался. Имени её не знаю, так как Эрих даже передо мной не захотел портить репутацию замужней дамы.

– И много у него было таких дамочек?

– Больше, чем у любого петуха в курятнике. Но обычно Неморо не стеснялся рассказывать о своих похождениях. Поэтому я и вспомнил об этих эпизодах. Уж больно на него непохожа такая скрытность.

– Да, настораживает, – согласилась я. – Со своей стороны, я тоже внимательно изучу бумаги Заура Гереса. Попытаюсь разобраться во всех перемещениях Эриха не только в дни убийств. Быть может, получится выявить его тайных сообщников среди аристократии. Они обязательно должны быть, если Неморо хотел сделать себя регентом на дворянском сходе.

– Банка с ядовитыми пауками… – вздохнул Герхард. – Как же мне хорошо жилось на границе. Да, была постоянная опасность, но там всё честно – сталь против стали.

– Терпи, – улыбнулась я. – Ты же большой мальчик. И, кстати, открой мне одну королевскую тайну. Почему ты ничего не делаешь с бумажными претендентками?

– Ревнуешь? Зря. Обе герцогини у меня уже в печёнках сидят. День ото дня их напор становится всё сильнее и пошлее. Но, как ты верно заметила, я уже большой мальчик, поэтому осознаю, что будет, если прекращу этот фарс. Поняв, что контроль над проливом им не светит, Ильцийское и Линберийское королевства объявят Гербии войну. А к ней я пока не готов, поэтому намереваюсь тянуть с выбором до последнего. Пока у соседей окончательно не лопнет терпение.

– Почему они именно сейчас так хотят заполучить пролив?

– Не сейчас. Дело в том, что после смерти моей матери, королевы Элианы, в чехарде престолонаследия куда-то подевались некоторые важные договоры. В архивах остались их копии, которые в качестве аргумента приводить сложно. Но эта чехарда оказалась и нам на руку. У каждого нового претендента на трон переговоры по сложнейшим вопросам начинались заново. Ну а мне достался самый неприятный этап споров, поэтому Эрих Неморо и подкинул идею превратить одного из врагов в союзника с помощью бумажной жены и наследника от неё.

– И опять Эрих Неморо…

– Да, Адель. Опять он. Правда, раньше его идея “потерять малое ради сохранения большого” мне казалось разумной.

– Но если войны не избежать, то…

Мне сложно было говорить это, но я решилась после небольшой заминки.

– Герхард… Наша любовь не стоит тысяч жизней. Нельзя счастье построить на чужой крови. Быть может, Эрих и прав? Возьмёшь в жёны одну из герцогинь, получишь союзника и живи себе в мире и согласии? Просто заранее подстрахуйся и сделай всё, чтобы обезопасить свою жизнь и исключить предателя из своего окружения. Ради мира я готова быть простой любовницей.

Ну а наших детей-бастардов воспитаю так, что они станут не угрозой, а оплотом Гербийского королевства. Подумай, дорогой. Ведь профессионализм воинов необходим лишь тогда, когда заканчивается профессионализм политиков, не желающих идти на разумные уступки. Я уступить готова.

– Поэтому из тебя и выйдет отличная королева, – с улыбкой приобнял меня Герхард и мягко поцеловал в губы. – Не волнуйся, наши дети бастардами не будут. Ну и войны тоже постараюсь не допустить.

– Ты разбрасываешься взаимоисключающими обещаниями.

– Нет, Адель. Мне необходимо всего лишь время.

Почти до самого утра просидели мы, не в силах оторваться друг от друга. Лишь с началом рассвета Герхард ушёл, и я вновь почувствовала себя в одинокой. Как же скоротечны счастливые моменты…

На следующую ночь мы двинулись в Милонский Дом. Вместе с нами в путь отправился ещё худой после недавнего выздоровления Жало и обещанная тётушкой Ирис учительница баронесса Камила Анес.

58.

Дорога назад оказалась не в пример беспокойнее. Жало не доставлял никаких хлопот. Даже наоборот. Он, преисполненный благодарности за своё спасение, взял меня под опеку. Чуть ли не на руках был готов нести до самого Милонского Дома.

А вот баронессу Камилу Анес мне… уверена, что не только мне захотелось пришибить чем-нибудь тяжёлым уже через час пути. Это не женщина, а старая заноза в седалище!

Я раньше думала, что Бельфо отличается ярко выраженными снобистскими наклонностями. Да по сравнению с баронессой Анес Ирис просто разбитная портовая девка! Небольшая сухонькая пожилая дама изводила меня всю дорогу, пытаясь навязать правила этикета даже в этой нетривиальной для нормальных людей ситуации.

Причём и остальным тоже доставалось. То женщина не должна нести поклажу, то кавалер обязан находиться исключительно по левую руку от спутницы. На ночёвке в тайном придорожном домике случилась целая война, так как ели мы без столовых приборов. А уж спать женщинам с толпой мужчин в одном помещении вообще приравнялось к тяжкому распутству.

Так что после заката мы все двинулись в путь, находясь во взвинченном состоянии, мечтая как можно быстрее добраться до Милонского Дома и наконец-то избавиться от постоянного брюзжания старой перечницы.

Но самое поганое нас ожидало в пещере. Как только баронесса Анес узнала, что ей придётся вставать на четвереньки, чтобы пройти на “неподобающих карачках” несколько метров, то впала в настоящую истерику.

– Оставляем баронессу здесь! – громко, чтобы слышала Камила Анес, сказала я лейтенанту Жерсону. – Другого выхода не вижу!

– То есть, как здесь?! – тут же отреагировала старуха. – Во-первых, это неэтично. А во-вторых, я тоже не вижу выхода… Выхода из пещеры. Я же заблужусь!

– Не волнуйтесь, – ехидненько парировала я. – Мы потом найдём ваше тело и похороним его со всеми причитающимися подобному случаю приличиями.

– Ваши слова, госпожа Адель, недостойны княгини!

– Бывшей княгини. Ну, а умрёте вы или нет, зависит исключительно от вас. Здесь, если обратили внимание, не дворец, и лакеи на все случаи жизни не предусмотрены. Сейчас мы полезем в это демонскую нору. Не хотите? Оставайтесь. Но мне придётся вас, извините, прирезать. Не хочется, чтобы наши враги случайно наткнулись на одну упрямую баронессу и узнали про тайный ход.

– Я умею хранить тайны! – возмутилась Камила Анес.

– Это до той поры, пока вам ногти щипцами вырывать не стали. Видимо, баронесса Бельфо вам плохо объяснила, в какие игры мы здесь играем.

– В эти игры, милочка, я начала играть, когда вас ещё на свете не было! – гордо задрав нос кверху, произнесла старушка.– Но это всё выходит за любые рамки прили…

– Мне сказать больше нечего, – прервала я новое начинающееся нравоучение. – Да и вы, кажется, сделали свой выбор. Жало, отведи баронессу подальше и ножичком аккуратно…

– Да лезу я, лезу! – внезапно зло перебила Анес. – Только, госпожа Адель, вы ползёте сразу за мной, чтобы эти мужланы не пялились на мою э-э-э-э … Сзади не пялились!

– Да больно надо костями любоваться! – не выдержал один из солдат, чем вызвал всеобщее хмыканье, которое можно было принять за смех.

Оставшуюся часть пути баронесса провела молча, всем своим видом показывая, насколько обижена на всю нашу честную компанию. Впрочем, мы были только рады подобному игнору.

Попав в Милонский Дом и сдав вредную старуху Зауру Гересу, я первым делом привела себя в порядок и слегка отдохнула. Проснувшись, сразу же затребовала к себе управляющего.

– Заур, дорогой, мне тут перед сном пришла в голову хорошая мысль. Скажи, пожалуйста, королева Элиана ничего не вывозила из дворца? Чтобы прям не тайно, а очень-очень тайно и с наказом беречь пуще собственного здоровья?

– Было такое, – произнёс управляющий. – Лично отвёз и спрятал у нас относительно небольшой сундучок. Её Величество запретила о нём рассказывать даже баронессе Бельфо. Сказала, что чем меньше народу знает, тем больше вариантов сохранить секрет, способный погубить Гербийское королевство. И дала наказ: если сама не заберёт, отдать его новому правителю, как только поймают предателя в семье. Не раньше. Даже клятву на крови взяла.

И ещё… В нашу последнюю встречу королева Элиана, уже будучи тяжелобольной, немного изменила приказ. Сундуком может воспользоваться и тот человек, который прочитает зашифрованное письмо.

– Всё интереснее и интереснее! – удивилась я. – А мне на письмо можно взглянуть?

– Конечно, можно, госпожа Адель. Если знаете перевод одной фразы. Это обязательное условие, выставленное Её Величеством.

– Не томи, Заур! Что за пароль?

– Сейчас… Это… “Топ сикрет. Хоум свит хоум”.

– Совершенно секретно. Дом, милый дом, – на автомате произнесла я.

Потом замерла, широко распахнув глаза в состоянии полного, простите, охренения, и уставилась на управляющего.

– Правильно, – не стал отмалчиваться он. – А вы, госпожа Адель, полны сюрпризов. Не ожидал.

– Неси скорее это демонское письмо! – заорала я, окончательно выпав и ступора. – Живо!

Вскоре в моих руках оказался конверт, запечатанный несколькими печатями. Попросив Заура выйти, вскрыла письмо и уставилась на печатные английские буквы. Теперь сомнений не оставалось – это привет с далёкой родины! Очуметь!

Несмотря на то что английский язык когда-то знала неплохо, пришлось потрудиться с переводом. Некоторые слова были незнакомы. Почти час потратила на расшифровку, переписывая всё заново, но теперь по-русски. Наконец-то последняя точка была поставлена, и можно в полной мере погрузиться в послание.

“Приветствую тебя, брат или сестра по несчастью. Не знаю, какая сила меня сподвигла написать в никуда, абсолютно не надеясь, что письмо пригодится. Просто чувствую необходимость этого. Но если ты это читаешь, значит, я всё сделала правильно. Я тяжело больна и скоро умру. Скорее всего, когда ты добрался до письма, уже мертва. Надеюсь, похоронили меня достойно.

Но начну всё по порядку. Моё прошлое имя – Сидни Фрейзер. Родилась в тысяча девятьсот семьдесят пятом году в Брисбене. Если вдруг не знаешь, то это в Австралии. На момент переноса в иной мир мне было двадцать девять лет. Несмотря на свой возраст, я уже смогла добиться больших высот в карьере, став в корпорации отца ведущим аналитиком. И назначена была на столь высокий пост не благодаря родственным связям, а скорее вопреки им. Заставила считаться с собой даже отца, всю жизнь воспринимавшего меня маленькой девочкой, своей “куколкой”.

Своё тридцатилетие отпраздновать мне не довелось. Всё случилось буквально за неделю до дня рождения. Мы с группой сотрудников для поднятия командного духа устроили “тимбилдинг” на природе. Около одного из живописных искусственных прудов, рядом с которым мы проводили командную игру, меня ужалила змея. Анафилактический шок успел убить ещё до приезда врачей.

Очнулась около пруда, но уже совсем не похожего на тот, родной. Камыши вокруг и рядом на камне сидела маленькая змейка. Впервые видела подобную. Змейка тут же исчезла в воде, а я, с трудом поднявшись на ноги, огляделась. Большой зелёный парк с не австралийскими деревьями. На мне странное платье, как из исторического фильма. Решила, что это галлюцинации. Потом потеряла сознание.

Очнулась через несколько дней на огромной кровати и поняла, что окончательно сошла с ума. Не буду долго описывать, как пришла к выводу, что нахожусь в ином мире. Думаю, тебе это самому знакомо. Главное для меня было то, что являюсь королевой. Некой Элианой Аварро, лишь неделю назад обручившейся со своим супругом Кристианом Аварро.

Мир мне сразу не понравился. Я просила, умоляла Бога вернуть меня домой, но он остался глух к моим молитвам. Тогда я приняла решение стать правительницей не только этого небольшого королевства, но и всего отсталого мирка. Как же я ошибалась, что смогу легко провернуть подобное! Закоснелый разум местных, забитый всякими догмами и странными правилами, не давал мне в полной мере использовать знания более развитой цивилизации.

Не передать, сколько усилий пришлось потратить, чтобы создать свою команду, свою “дрим-тим”. Но, в конце концов, у меня это получилось, поэтому после смерти супруга я осталась на троне вопреки предрассудкам аборигенов, отчего-то считающих, что женщина править не может.

К моменту входа в полную власть многое во мне изменилось. В новом мире появились друзья, подруги и даже любимый человек. Пусть и не знатного рода, но он очень напоминал моего парня, с которым я встречалась последние два года земной жизни. Но главное было не это – дети. Материнский инстинкт примирил меня с новой реальностью. Да, я по-прежнему скучала по прошлому миру, но и этот перестал быть чужим. Поэтому пришлось изменить свои планы. На мировое господство больше не замахивалась, но оставить своим сыновьям сильную страну было в моих силах.

Здесь многие проблемы решаются с помощью силы. Я же пошла иным путём. Имея под своим контролем Гербский пролив, начала опутывать соседние страны договорами. О! В этом мне не было равных! Местные корольки, словно дети малые, кидались на любую предложенную доброй тётей конфету. Они ставили сиюминутную выгоду выше будущего.

Но в то же время я недооценивала аборигенов. В результате разразился Керский конфликт, унёсший не одну жизнь и поставивший под серьёзный удар трон Гербийского королевства. И всё из-за нескольких важных договоров, внезапно пропавших из дворца.

Сомнений не оставалось – рядом со мной находится предатель. И это, страшно представить, кто-то из семьи. Я начала своё расследование, но, к сожалению, на момент моей смерти оно не закончено. Пока под лёгким подозрением находится средний сын. Он очень любит власть, но в полной мере не получит её, так как лишь второй в списке престолонаследия.

Поняв, что дворец – не самое лучшее место для сокрытия тайн, я приказала своему преданному Зауру Гересу вывезти важнейшие документы в Милонский Дом. Распорядись ими правильно, если бумаги ещё не оказались у нового короля. Теперь это твоя ответственность. Надеюсь, предатель пойман и ничего договорам не угрожает.

Но пишу я это письмо не только затем, чтобы рассказать о своей жизни и передать привет с того света. Хочу предостеречь тебя от главной моей ошибки. После перемещения душа прошлой королевы Аварро не до конца покинула тело. К несчастью, мы с ней не нашли общего языка, и внутренняя война между нами продолжалась очень долго. Наконец-то у меня получилось изгнать эту истеричную заразу из тела, которое уже по праву я считаю своим. Моя сила воли цивилизованного человека оказалась сильнее дикарской!

Но радость была недолгой. Буквально через неделю я почувствовала сильное недомогание. Это не отравление, не простуда или чума. Жизнь уходит из меня в пустоту. Я пытаюсь удержать в себе энергию, но не могу. Душа Сидни Фрейзер без привязки к душе Элианы Аварро чужеродна этому миру.

Заклинаю тебя, кем бы ни был! Научись жить в гармонии с прошлой хозяйкой своего тела! Иначе подохнешь, как я, в страшных мучениях!

Всё. Больше мне сказать нечего. Скоро придёт лекарь, и я надолго погружусь в тяжёлый наркотический сон. Пусть уж лучше так, чем постоянная невыносимая боль. Как же я жду избавления от неё… Надеюсь, моё письмо тебе помогло. Да поможет тебе Единый выбрать правильный путь!”.

Прочитав несколько раз письмо попаданки Сидни Фрейзер, я сожгла перевод в камине, задумчиво уставившись на то, как огонь пожирает бумагу. Дела…

Неожиданно внутри меня разлилось тепло.

– Знаю, сестрёнка, – вслух произнесла я, поняв, что это Адель пытается поддержать, как может. – Нам с тобой такая участь не грозит. Уже и не представляю себя без твоего любопытного призрачного носика, пытающегося время от времени высунуться наружу.

Судя по новой тёплой волне, Адель рассмеялась, заставив улыбнуться и меня.