Текст книги "Адель Бокори. Безопасная невеста (СИ)"

Автор книги: Алла Эрра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 32 страниц)

7.

Не знаю, что конвоирам наплёл надсмотрщик с расквашенным носом, но меня сопроводили в капитанскую каюту со всеми “почестями”, не дав оторвать взгляда от грязной заплёванной палубы. Да я и не сопротивлялась особо. Главное: добраться до каюты, а там, как только освободят руки и появится возможность, уйду в побег. Покуда меня вели, краем глаза успела увидеть берег. Значит, есть шанс доплыть до него. Опасения вызывает физическое состояние тела Адель, но придётся рисковать. С рынка невольников тоже сбежать смогу, только до нормальных стран очень долго добираться придётся.

К капитану меня запустил лишь один из пиратов, приставивший к моей шее нож.

– Отпусти девку, Самур, и ступай, – вальяжно проговорил на чистейшем шенском языке сидевший за столом и руками разделывающий большую варёную рыбину толстый человек в парчовом халате.

Видимо, это и есть главарь этой банды: мало того, что весь обвешан золотыми цацками, словно ёлка на Новый год, так ещё и взгляд властный. Гражданин явно привык повелевать.

– Лаиб, – ответил мой охранник. – Эта дикая слишком.

– Слишком? Тогда останься. Если станет дёргаться, подержишь её, пока я развлекаться буду. Но сначала перейдём к делу. Эй, ты! Говорят, что знатная особа? Насколько я помню свою прошлую жизнь, Бокори были всегда в первых списках знатнейших особ. Если это так, то можно шикарный выкуп за тебя требовать.

– Были недавно. К сожалению, на данный момент являюсь дочерью предателя, – честно призналась я. – Требовать можешь, но вряд ли получишь.

– Жаль… Значит, поимею выгоду по-другому. Но сначала должна поблагодарить меня своим сладким телом за то, что жива до сих пор. Ты ведь не будешь рыпаться, как опасается мой помощник?

– А смысл? Ничего, кроме дополнительных неприятностей, не получу. Так что давай всё по-быстренькому сделаем, без этих ненужных разговоров.

– Аха-ха! – рассмеялся капитан. – Вот это я понимаю! Подход правильный! Самур! Да убери ты свой нож. Но далеко не уходи, на всякий случай… Быть может, после меня и тебя эта бабёнка ублажит.

Охранник за спиной наконец-то отвёл оружие от моей шеи. Главарь же быстро скинул с себя халат и, оставшись в чём мать родила, начал неторопливо приближаться ко мне, плотоядно облизывая свои пухлые мерзкие губы. Я же продолжала стоять, для верности сделав глаза покорного оленёнка. Шаг, другой… Пора!

Локтем резко двинула назад, чётко попав в горло расслабившемуся надзирателю. Даже если и выживет, то говорить начнёт нескоро. После этого от всей души врезала голому капитану между ног. Он на секунду замер, выпучив заплывшие жиром глазки, а потом стал медленно оседать, держась за причинное место.

Судя по начинающему открываться рту, намерен завопить тонким оперным голоском кастрата. Но я не дала ему возможности привлечь к нам внимание мордоворотов за закрытой дверью. Схватив со стола тяжёлое серебряное блюдо с почти разделанной рыбой, ударила своим импровизированным оружием главаря по макушке. Хорошо приложилась. Похотливый толстяк обмяк и упал на пол. Не жилец, однозначно.

Сразу для верности оприходовав тем же подносом державшегося за горло надсмотрщика, осмотрелась. Ничего интересного для продолжения банкета не наблюдалось. Есть сабли, но я не фехтовальщица и с боем на палубу точно не прорвусь. Парочка однозарядных пистолетов тоже погоды не сделают. Да и зачем прорываться, если есть окно-иллюминатор с мутным грязным стеклом? И пусть оно не открывалось, но удары реквизированной саблей разбили стекло и дали мне возможность получить доступ к главному – к свободе.

Кое-как протиснувшись в окошко, я рухнула с приличной высоты в воду. Отчаянно работая руками и ногами, стала грести в сторону берега. Назад не оборачивалась, но каждую секунду боялась, что сейчас с пиратского корабля спустят шлюпку и за мной увяжется погоня. Догонят быстро, поэтому нужно не отвлекаться, а плыть.

К счастью, мне повезло. То ли пираты не посчитали разумным преследовать беглянку, то ли они до сих пор не поняли, что произошло, но я сумела беспрепятственно доплыть до берега. Хотя доплыть – это сильно сказано. Последние метров сто дались с большим трудом. И если бы прибой не помогал мне, то вряд ли добралась до суши. Уже полностью отчаявшись, хотела сдаться, как вдруг почувствовала под ногами дно.

Шатаясь и уговаривая себя не потерять сознание в воде, доплелась до песчаного пляжа. По нему уже чуть ли не ползла в сторону густых зарослей, расположенных неподалёку. Лишь в них, со стоном и всеми неприличными выражениями, которые знала, растянулась на колючей траве. Ерунда, что неудобно! Главное – твёрдая земля под ногами!

Немного переведя дыхание, попыталась подняться, но ноги от слабости не держали. Стала на четвереньках удаляться от опасного берега. Не дай бог, погоня уже вышла: сразу найдут меня у кромки моря. Значит, надо уйти как можно дальше. Плевать, что перед глазами всё плывёт и колени с ладонями содраны в кровь! Это у мёртвых ничего не болит, а мне хочется жить. Уже умирала недавно – совсем не понравилось. Даже не один, а два раза чуть не отправилась на тот свет, если учесть ещё и смерть Адель.

В какой-то момент поняла, что качусь по крутому склону. Во время падения в голове билась всего одна мысль: « Только бы ничего себе не сломать! ». Но в этот день удача была на моей стороне. Застряла в густом зелёном кустарнике. Лишь только спрятавшись за его сочной листвой, позволила себе расслабиться и потеряла сознание.

Очнулась тёмной ночью, дрожа от холода и с диким голодом. Ничего, потерплю. Настанет утро, займусь проблемами, а сейчас стоит просто полежать и подумать, как жить дальше. Первоочередная задача – одежда. И без того ранее пострадавшая нижняя рубашка сейчас превратилась в настоящую рыболовную сеть. Ощущение, что не разваливается лишь благодаря дыркам, цепляющимся друг за друга. В таком виде на людях показываться нельзя. В лучшем случае попытается изнасиловать первый попавшийся озабоченный “грибник”. В худшем – устроят облаву, а дальше… Не знаю что, но ничего хорошего.

Пища тоже нужна. Тело Адель со времён печального морского сражения не получало нормального количества еды. К тому же после переселения моей души и болезни очень требовались килокалории. Где их взять? Благодаря памяти Бокори я примерно представляла, что из лесных даров пригодно в пищу. Но девушка не слишком в этом разбиралась, поэтому могу и отравиться. Как ни крути, но к людям всё равно нужно выбираться – одними ягодами сыт не будешь.

Сама не заметила, как снова уснула, свернувшись калачиком и дрожа от холода осиновым листом. Никаких странных сновидений не было. Да и откуда им взяться, если я уже сама персонаж собственного сна?

Второй раз пришла в себя, когда солнце было в зените. Жива, относительно цела и свободна. Хороший повод радоваться, несмотря на все невзгоды. К тому же тело, хоть и не совсем, но отдохнуло после вчерашнего “триатлона”. Заставив себя подняться, побрела куда глаза глядят. Вскоре вышла на малозаметную тропинку. Явно не звериную, судя по отпечатку человеческой ступни в одной из высохших луж. Значит, жильё недалеко.

Я оказалась права. Примерно через полчаса неторопливой ходьбы вышла к поляне, на которой стояло несколько хижин. Рядом с ними на жердинах сушились рыболовные сети. Но не они привлекли моё внимание, а развешенное на плетёном заборчике бельё. Среди него увидела старую, всю в заплатах юбку и женскую рубашку с незатейливой вышивкой. Украсть или попросить?

Отчего-то при мысли украсть в душе неожиданно поднялась волна негодования. Словно кто-то стыдил меня за такие намерения. Странно… Нет, я, конечно, против воровства, но тут надо мыслить трезво. В деревне рыбаков меня могут встретить не очень ласково. Припёрлась какая-то девица, слегка прикрывая свои сочные верхние прелести белокурыми локонами, и требует одежду с едой. Допускаю, что тут живут добрые люди и, отчего-то возлюбив неближнего своего, поделятся необходимым. А если злые? Если им интереснее будет использовать меня в своих меркантильных планах?

Естественно, рабыней или чьей-то подстилкой не стану, но добычу так просто не отпустят. Значит, придётся прорываться с боем. Не лучше ли тихонечко умыкнуть одежду и обойтись без лишних травм с обеих сторон?

После этих размышлений внутри меня негодование сменилось растерянностью, плавно перешедшей в неуверенное согласие. Что за шутки? Подобного раньше со мной не случалось. Откуда взялось такое двоякое ощущение? Если только… Адель! Та самая Адель Бокори не совсем умерла, лишь частично покинув собственное тело. Какая-то часть её души осталась во мне… Точнее в ней, но во мне. Блин! Совсем запуталась, кто есть кто! И я вроде бы не я, но и Адель уже не Адель! Бред!

– И что теперь делать? – чуть слышно проговорила я вслух, обращаясь к прошлой хозяйке тела.

Но никакого ответа не получила. Будто бы душа несчастной оставила всё мне на откуп, сняв с себя любую ответственность. Или, может, ей просто тяжело себя долго проявлять? Ну, раз так, то пора устраивать “шопинг”. Простите, люди! Не со зла ворую! Просто деваться мне некуда…

8.

Оглядевшись по сторонам, вздохнула и пошла “на дело”. Упав на землю, по-пластунски подползла к заветной одежде и сдёрнула юбку с рубахой. Первый раз в жизни совершала воровство, поэтому сердце, несмотря на всю мою подготовку, бешено стучало от волнения. Казалось, что сейчас из домиков выйдут люди, будут указывать на меня пальцем и стыдить. И мне ведь действительно будет стыдно… А потом ещё и больно, когда воровку толпой пинать начнут. Но обошлось. Совсем обнаглев, перемахнула через забор и сорвала несколько рыбин, вялившихся на солнце.

Вместе со своим новым имуществом я также незаметно покинула деревню рыбаков и, снова оказавшись под сенью деревьев, быстрым шагом удалилась от места преступления на пару километров. Лишь после этого решилась примерить обновки. Юбка оказалась слегка широковата и коротковата. Рубашка же села как влитая. Да, совсем не от “кутюр” образ получился, но уже не сверкаю в разные стороны всеми своими прелестями.

После этого с удовольствием приступила к трапезе. Рыба была невкусной, костлявой и недосушенной, но мне в этот момент важны были не гастрономические изыски, а простое набивание желудка. Так что расправилась с едой за несколько минут, больше времени потратив на чистку рыбы, чем на её поедание. Потом, напившись из ручья неподалёку, устроила себе очередной небольшой отдых с дальнейшими размышлениями о смысле жизни.

– Адель! – обратилась я к душе девушки. – Ты меня слышишь?

Тишина.

– Адель! Я знаю, что ты здесь! Объявись! Пискни хоть что-нибудь!

Никакого отклика.

– Я вот что думаю, – пошла я на провокацию, пытаясь вызвать эмоции у “соседки”. – А чего это я всего лишь ворую? Нужно грабить нормально! Сейчас выйду на большую дорогу, стукну камнем по башке первого же путника и отберу у него деньги. Десяток нападений в день, и очень приличная сумма набежать может. Озолочусь!

Но даже на такую кровожадность Адель не откликнулась. Да… Видимо, действительно всего лишь отголоски эмоций остались от бедной девушки. Проявляются спонтанно, никак не по заказу. Может, оно и к лучшему. А то ведь могли бы и войнушку за тело устроить, выясняя, чьё сознание главнее. Ох, в какой же дурдом я влипла!

Но к большой дороге идти точно придётся. Я не Маугли, чтобы по лесам от людей десятилетиями скрываться. Другой разговор – зачем мне это надо? Что дальше буду делать в чужой стране, не имея ни денег, ни знакомых? Несмотря на всю память, доставшуюся мне от Адель, я не приспособлена к этому обществу. Очень быстро совершу какую-нибудь фатальную глупость, и снова придётся подаваться в бега.

А в этом нетренированном теле особо марш-броски не проведёшь. Хотя тут я на Адель наговариваю. В “разобранном“ состоянии после болезни крепости мышц хватило, чтобы совершить серьёзный заплыв. И это радует. Значит, можно будет подтянуть тело до приличного уровня. Не сразу, правда, но и не с нуля начнём.

Теперь стоит определиться, куда идти. Постараться вернуться в Шенскую империю? В ней хорошо устроиться, знаний Адель хватит. Но на этом плюсы заканчиваются. Семья Бокори находится в опале. Явись я в империю, быстро вздёрнут или голову отрубят. Можно, конечно, рассказать о нападении пиратов, только могут и не поверить словам девушки из семьи предателей.

Осесть в какой-нибудь деревушке простой крестьянкой? Ага! С моими знаниями сельской жизни загнусь от голода первой же зимой. Адель тоже не “колхозница”. Почему-то не учат благородных аристократок репу выращивать да коров доить.

Что может мне предложить большой город? Без финансов и связей – ничего. Только если нищенкой на паперти подрабатывать или сколотить свою банду для обирания ни в чём не повинных горожан. И то и другое противно.

Какие варианты ещё имеются? Гербийское королевство? Ну его на фиг! Вначале участвовать в кастинге “бумажных” невест, а потом, если повезёт, спать с корольком до зачатия ребёнка? По мне, от портовой шлюхи такая должность мало чем отличается.

Неожиданно в душе опять всколыхнулось что-то постороннее, не моё. И это “что-то” явно давало понять, что именно в Гербийское королевство и нужно идти.

– Сейчас! Разбежалась! – вслух вступила я в полемику. – Понимаю, Адель, что это, типа, твой долг и искупление вины перед страной. Но предавали Бокори, а отдуваться мне придётся! Собственным телом расплачиваться.

Новая волна эмоций. Вначале умоляющая, а потом ехидная.

– А вот напоминать, что тело твоё, а не моё – это неэтично. Я в Адельку не просилась и яду не жрала. И на жалость давить не смей! Никакого Гербийского королевства! Разговор окончен!

Чувство большой обиды окатило меня с ног до головы, и я снова осталась одна. Ишь, обиженка какая! Аристократка, одним словом. Чуть что не по ней, и сразу ножкой топать!

Но вопрос остаётся открытым… Что делать дальше? Пожалуй, в ближайший город мне стоит наведаться. Необходимо на месте понять, что могу использовать в своих интересах, и заодно определюсь, в какой стране оказалась. А то уже почти сутки блуждаю дикой туристкой без капли информации в голове. Решено: ищу большую дорогу!

Почти до самого вечера я бродила по окрестностям, пытаясь найти приличный тракт. Но изредка попадались лишь какие-то тропинки. Спасибо: мелкие деревушки сейчас не интересуют. Удача всё же улыбнулась мне. Шла по лесу, сбивая босые нежные пяточки в кровь, и уже хотела устроить привал, как вдруг поняла, что передо мной эта самая дорога. Не сказать, что вот прямо магистраль, но по ширине метров десять хорошо утоптанной полосы земли имелось. Значит, путь ведёт в большой населённый пункт.

К нему я и пошла, надеясь, что из двух вариантов выбрала верное направление.

Стало резко темнеть. Надо бы подыскать себе лежанку на ночь. Но, внезапно после очередного поворота, я увидела вдалеке небольшой костерок. Люди! Скорее всего, тоже путники на привале.

Стараясь не выдать себя, тихо пробралась к ним и посмотрела из кустов, кто тут греется у огня и что-то вкусное варит. Двое мужчин преклонного возраста, один из которых совсем дряхлый, и дородная тётка сидели рядом с парой доверху гружёных телег и ели из деревянных мисок. Нормальная публика. Такие могут и приютить на ночь, и приставать с похотливыми предложениями не станут. Снова выйдя на дорогу, уже не скрываясь, направилась к ним.

– Эй! Ты кто такая?! Что нужно?! – увидев меня, грозно обратился самый пожилой из троицы.

Говорит явно на линберийском языке. Отлично! Мне он знаком!

– Не ругайтесь, дедушка, – жалобно проговорила я, копируя интонации Настеньки из “Морозко”.– Никому плохого не желаю. Просто заблудилась, а тут огонёк увидела.

– Заблудилась? А чего тут блуждать? Иди себе по дороге и иди. Ты одна?

– Одна. Сирота я. Родители умерли, родственников больше нет. Вот и решила податься в большой город. Может, в нём хоть работу сыщу. Уже давно шагаю. Два раза чуть волки не напали. Сегодня вышла на эту тропку широкую и подумала, что на ней безопаснее.

– Ох, бедняжка! – всплеснула руками женщина. – Иди к нам, погрейся. Кушать хочешь?

– Спасибо. Очень хочу. Но вам, наверное, и самим мало.

– Садись, девка, – подтвердил слова женщины дед. – Не обеднеем от одной миски похлёбки. Как хоть зовут тебя?

– Адель.

– Странное имя. Шенское.

– У меня отец был из империи. Потом влюбился в маму и осел неподалёку от границы, – выдала я очередную порцию легенды.

Дальше, наворачивая вкуснейшую кашу, сдобренную кусочками сала, я выслушала историю самих крестьян. Действительно, нахожусь в Линбере. Мои же благодетели: Мирун, Нивон и Бетта едут торговать кожей и шкурами не в столицу, которая, оказывается, находится в другой стороне, а в портовый город Нерс. Он и поближе будет, и товары там быстрее раскупаются. Буквально через день должны до него добраться.

Я тоже не осталась в долгу, на ходу выдумав грустную историю несчастной сиротки. И хотя благоразумно, чтобы не попасть впросак, обходила различные подробности быта, но растрогала всех до слёз. Закончив с трапезой и разговорами, крестьяне улеглись около костра, предоставив и мне тёплую овечью шкуру. Какой же это кайф: после прошлой ночи оказаться пусть и в таком походном, но комфорте! Ещё и на сытый желудок!

Ранним утром меня разбудила какая-то возня. Открыв глаза, в лёгком сумраке увидела, что около нашей стоянки появилась новые персонажи. Троица неприятных косматых парней в грязных рубахах и с большими ножами на поясе.

– Слышь, ты! – обратился один из них к старику Мируну. – Вы что на нашей земле делаете?

– Какая она ваша? – явно струхнув, но стараясь говорить уверенно, произнёс Мирун. – Это королевская землица. А вы что-то на принцев не похожи.

– Принцы и есть! – хохотнул гость, видимо, являющийся предводителем этой шайки. – Так что плати за проезд, если не хочешь бороды вместе с головой лишиться.

– Откуда ж у нас деньги, уважаемый, – подключилась к разговору тётка Бетта. – Мы только едем торговать, а не домой с прибылью возвращаемся.

– Значит, товаром возьмём.

Чем закончатся эти переговоры, мне сразу стало понятно: банальным грабежом в стиле “Закурить не найдётся?”. Можно сколь угодно долго болтологию устраивать, но пенсионеры не смогут оказать достойного сопротивления трём молодым лбам. Правда, ещё есть я…

9.

Ох, и не люблю я подобные гоп-компании. Тем более, когда они наезжают на милых людей, накормивших и приютивших меня. Поэтому работать буду жёстко. Главное: учитывать, что тело Адель ещё не готово к серьёзным подвигам.

– Дяденька, – полностью высунув голову из-под шкуры и слегка оголив плечико, жалобно проблеяла я. – У нас ничего нет. Мы бедные.

Отлично! Внимание к себе привлекла. Как и рассчитывала, увидев девушку, мысли разбойников свернули на другое.

– О! Вот ты, красавица, и расплатишься! – заявил один из бандитов, вплотную подойдя ко мне.

Спасибо, дорогой, что оправдал мои ожидания!

Удар пяткой под колено. Кажется, в нём что-то хрустнуло, но прислушиваться нет времени. Схватив из догорающего костра тлеющее полено, вскочила и ткнула своим оружием в морду второго гада. Он не ожидал такого от девушки, поэтому даже удивиться не успел. Лишь только завыл и ладонями схватился за свою физиономию.

Я же, сорвав с пояса пострадавшего нож, приставила оружие к его шее.

– Одно движение и вспорю глотку твоему дружку, – кровожадно улыбаясь, обратилась к растерянному главарю. – Как барана зарежу!

– Эй… Брата не трогай.

– Не трону, если будешь умницей. Быстро железяку свою на землю уронил!

Бандит послушно исполнил мой приказ.

– Молодец. Теперь берёшь этого, – показала я взглядом на мужика, стонущего на земле и держащегося за повреждённое колено, – и тащишь отсюда в самую дальнюю даль.

– Хорошо. А брат?

– А братец твой здесь побудет, пока не скроетесь. Учти! Если мне вдруг покажется, что обмануть решил и за ближайшими кустами спрятался, то на одного родственника у тебя станет меньше.

– Понял… Ну, это? Я поволок?

– Давай. Только от ножичка его тоже избавь. Нам в хозяйстве пригодится. Дядька Нивон! Проследи, чтобы эти двое действительно ушли.

Минут через десять я отпустила и бандита с обожжённой мордой. Ох, как он побежал, нагоняя своих дружков!

– Ну а чего? – недоумённо развела я руки в стороны под взглядами ошарашенных крестьян. – У меня отец воином раньше был. Единый сына ему не дал, вот он и обучил меня кой-чему, чтобы смогла себя защитить.

– Это правильно он сделал, – поглаживая свою седую бородку, довольно произнёс старый Мирун. – Спасибо тебе, дочка! Главное, чтобы эти разбойники сейчас обратно не прибежали. Ладони-то не обожгла, за деревяшку горячую хватаясь?

– Есть чуток, – призналась я. – Но оно того стоило. И мстить нам не придут. У одного нога повреждена, у другого ожог во всю харю. Ну а третий хоть и здоров, но оружие их всё у нас. Да и не попрёт он без подельников. Кишка тонка!

– И то верно, Адель. Но лучше всё равно собираться и прямо сейчас путь продолжить. Раньше двинемся, раньше приедем. Ты с нами?

– Если не помешаю, – скромно потупилась я.

– Да ты что?! Конечно, нет! Мы тебя бы и так с собой взяли, чтобы одной по опасным дорогам не ходила. А тут получается, у нас должок перед тобой. Так что даже не думай! Садись на телегу! На ней товара много и неудобно ехать, но всяко лучше, чем босыми пятками по камням шлёпать. Вон как ноги себе в кровь сбила. Обувку-то куда дела?

– Ну… – замялась я, не зная, что ответить.

– Понятно, – нахмурился Мирун. – Видать, продала в дороге, чтобы еды прикупить. Ладно. Пока до города доберёмся, будет тебе обувка. Нивон из кожи горазд её делать. Хоть и неказистая получается, зато крепкая.

Старик не обманул. Дядька Нивон умудрился прямо на ходу сплести мне странные, но симпатичные то ли лапти, то ли сандалии из кожи. Благо её был целый воз. Так что в город я вошла обутая и довольная.

Портовый город Нерс начала рассматривать с интересом. Правда, длился он недолго. Очень быстро симпатичные, но достаточно однообразные одноэтажные домики окраины приелись. Деревня как деревня. Что с неё взять в плане архитектурных изысков?

Дед Мирун говорил, что в центре всё красивее, но туда лучше не соваться: уж больно много важных богатеев ходит. Не дай Единый, такого чем-то оскорбишь по незнанию: проблем не оберёшься. Да и цены кусаются. Так что лучше с краешка пожить.

Разместились мы на большом постоялом дворе. Кроме нас тут проживало ещё несколько семей простых торговцев. Люди все солидные, вдумчивые. Поэтому, несмотря на незнатность своих гостей, постоялый двор оказался спокойным местом, без драк и ругани.

Я вначале хотела отколоться от компании Мируна, так как платить за проживание мне нечем. Но старик, как и все мои попутчики, в один голос заявили, чтобы я ничего не придумывала. Раз пришли вместе, то и жить будем вместе.

За это я им помогала с торговлей. Местный рынок напоминал бурлящую барахолку. Кто во что горазд! Здесь рыбой торговали рядом с коврами, а зазывалы до того старались привлечь внимание к товару хозяев, что от чрезмерного усердия иногда устраивали потасовки между собой на радость всему торговому люду. Что поделать! С развлечениями в средневековье туго, так что даже драка воспринимается как представление.

Я же с интересом привыкала к новой для себя обстановке. Впитывала энергию места, где мне предстоит жить. Заодно помогала показывать товар покупателям, красноречиво расхваливая качество выделанной кожи. Честно говоря, абсолютно в ней не разбиралась, но как составить правильный рекламный слоган, знает практически каждый житель моего прошлого мира. Так что я стала основным “двигателем торговли” у нашей точки сбыта.

За неделю весь товар был распродан, и кожевники засобирались домой.

– Езжай-ка ты, дочка, с нами, – предложил Мирун. – Ну, чего тебе по чужим домам мыкаться? А у нас в деревне и простор есть, и люди хорошие! Подберём жениха враз! Обязательно подберём! Уже по всем правилам пора, а ты всё девкой неприкаянной по дорогам бродишь.

Подумав, я всё же отказалась от такого заманчивого предложения. Жить в глуши – это не моё. А возможность заполучить себе в мужья необразованного крестьянина, в лучшем случае умеющего считать до ста, совсем не прельщает. Тем более на фоне того, что бегаю от целого короля. Какая-то неравноценная замена ухажёров получается.

Тепло распрощавшись с этими простыми, но очень милыми людьми, я осталась в городе совсем одна. Но это меня уже не пугало. За эти дни, привыкнув немного к местной публике, я была уверена, что найду себе место в Нерсе. Начну с малого, а там, глядишь, знания развитой цивилизации помогут мне достаточно высоко продвинуться в местной иерархии. Аристократкой, конечно, не стану, но свой хороший дом и нормальную денежку получу.

Итак! На руках у меня есть несколько медных монет, оставленных кожевниками в знак благодарности и за хорошую рекламную работу. Так что дня три проживания на постоялом дворе мне гарантированы. Но нужно ещё и питаться, и приодеться. Значит, срочно ищу, куда себя пристроить!

Телохранителем меня точно не возьмут, но вот служанкой или официанткой – вполне. И тут выяснилась одна очень нехорошая вещь. В этом городе я никому не нужна! Два дня в поисках работы я стаптывала по булыжным мостовым свои кожаные лапоточки, но везде получала отказ, как только начинала говорить с лёгким шенским акцентом. Причём отваживали часто в очень хамской манере.

В Нерсе любят деньги чужестранцев, но не их самих! Тут бы земляков работёнкой обеспечить, не то что понаехавших. Исключение составляют бордели. Вот в них берут всех женщин, не глядя на внешность и национальность. Только мне такое и даром не надо!

На третий день, когда деньги за проживание были полностью истрачены, я оказалась на улице. Начинай всё сначала… Даже несколько раз успела почти пожалеть, что не поехала с Маруном в глушь. Знала, что для меня это не вариант, но когда стоишь посреди улицы без гроша в кармане, то очень хочется хоть какой-то стабильности. Или, на худой конец, её призрака.

Последней каплей стало посещение одной из таверн, расположенных в центре города. Зайдя в неё через чёрный вход, я попросила отвести меня к хозяину. Им оказался худощавый мужик с узким лицом и квадратной, словно от другого человека пришитой, челюстью. Выслушав мою просьбу о работе, он брезгливо окинул меня с головы до ног и неожиданно предложил.

– Раздевайся.

– Зачем? – моментально спросила я.

– Затем, что если у тебя не отвисшие грудь с задницей, то тогда могу облагодетельствовать и взять подавальщицей. Даже угол в сарае выделю и бесплатную еду раз в день за труды. Но за это будешь меня ублажать по первому требованию.

– Обойдёшься.

Я попыталась уйти, но мужчина загородил собой выход.

– Как знаешь. Но ты потратила моё время, которое тоже дорого стоит. Так что расплатиться придётся. Быстро раздевайся!

От сломанной челюсти хозяина таверны спасло появление полной женщины. Обычно “пышечки” имеют приятные округлости, но эта мадам – одна сплошная несуразность: широкие бока, выступающий, несмотря на корсет, живот и плоская грудь с не менее плоской попой. Или это дорогой, но очень крикливый наряд так её портит?

– Что за чучело? – даже не взглянув на меня, поинтересовалась она у хозяина.

– Вот именно, что чучело, любимая, – быстро ответил он, отводя глаза в сторону. – Но хочет у нас работать.

– Герон! У нас приличное заведение, а не помойка! Гони прочь эту крестьянку!

– Она ещё и шенийка, – подлил масла в огонь этот гад.

– Тем более гони! И проветрить после неё комнату не мешает. А то вдруг принесла с собой какую-нибудь чужестранную заразу!

Если бы не моя профессиональная выдержка, выработанная за три года работы телохранителем, то прямо здесь устроила хамам хорошую взбучку. Но я сдержалась. Не в моих интересах привлекать внимание местных стражников. Они ведь, уверена, тоже не любят иностранцев. Поэтому молча ушла, отвесив издевательский поклон.

И надо же было такому случиться, что встретилась с этой парочкой в тот же день. Шла спокойно по улице, и вдруг рядом со мной на большой скорости пронеслась карета. Еле успела отскочить в сторону, но, к несчастью, рядом была лужа, и грязь из-под колеса окатила меня. Внезапно карета остановилась, из неё высунулся знакомый трактирщик, явно уже находившийся в хорошем подпитии, и прокричал:

– Проваливай из нашего города, нищенка!

Его слова сопроводил довольный женский смех из этой коробки на колёсах.

Ну что же, господа хорошие… Это ваша большая ошибка. Не стоит злить бедную девушку, к тому же имеющую навыки диверсионной работы. А я сейчас очень зла!