Текст книги "Адель Бокори. Безопасная невеста (СИ)"

Автор книги: Алла Эрра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 32 страниц)

61.

Официальное прибытие короля! Столько понтов, что глаза разбегались от всей этой помпезной вакханалии!

Вначале рота трубачей, дуя в свои медные дудки, распугала всех птиц, привычно отдыхающих на крышах Милонского Дома. Потом глашатай в одежде всех цветов радуги объявил о прибытии долгожданного гостя.

Красиво, величественно и бестолково. Иных эпитетов я подобрать не смогла, глядя на весь этот “кордебалет” из слуг и дворцовой свиты, плотно обступившей позолоченную карету Его Величества. Тем более, зная, как Герхард к такому относится, очень хорошо представляла, с какой кислой миной он сидит в своём экипаже, мечтая, чтобы всё это представление закончилось как можно быстрее.

Потом был праздничный пир с непрекращающимися слащавыми тостами. На нём я скромной серенькой мышкой сидела в самом конце стола, молясь всем богам, чтобы меня не дёргали прибывшие вместе с королём аристократы. Обошлось. Знатные персоны даже не глядели в мою сторону, посчитав недостойной их внимания. Лишь ближе к вечеру Герхард Аварро поднялся со своего места и удалился в отведённые ему покои. Примерно через полчасика и я слиняла с этого праздника жизни.

Как и думала, до своих комнат добраться не успела. На полпути меня перехватил лейтенант Тавос и сообщил, что Герхард вместе с Зауром и тётушкой Ирис ожидают меня в тайной комнате.

Когда я явилась в неё, застала короля за работой. Он быстро просматривал документ за документом, иногда что-то спрашивая у баронессы Бельфо. Герхард был до такой степени вовлечён в процесс чтения, что даже не сразу заметил меня.

– Адель! Ну, наконец-то! – довольно произнёс он, отложив в сторону очередной документ. – Куда вы запропастились?

– Сразу покидать пир не стала, – пояснила я. – Немного задержалась на нём, чтобы никто не сопоставил ваш и мой уход.

– Разумно. Но всё равно я безумно рад вас видеть. Извините, что за всё время ни разу не подошёл…

– И правильно сделали, – перебила я. – Так что даже тени раздражения не испытываю.

– Заур, баронесса... Извините, но мне бы хотелось поговорить с госпожой Адель приватно.

Как только мы остались одни, Герхард встал из-за стола, подошёл и очень крепко меня обнял.

– Считал дни до нашей встречи, – мягко поцеловав, признался он. – Хотелось подцепить солнце палкой и заставить его быстрее ползти по небосводу. Так время тянулось…

– Я тоже ждала, – честно ответила я. – И очень переживала из-за того, что ты откладывал поездку.

– Важные дела, Адель. Они касались нас с тобой.

– Прямо совсем нас? – немного отстранилась я, заинтригованная ответом.

– Да, дорогая, – усмехнулся он и подмигнул. – У тебя ещё не пропало желание быть моей неофициальной женой?

– Конечно, нет. Правда, если ты вдруг устанешь от меня и загуляешь с какой-нибудь смазливенькой аристократочкой, тогда мои руки тоже будут развязаны. Не обижайся, что найду себе достойного утешителя. Да! А нашим детям буду рассказывать, что их папа совсем не король, а обыкновенный матрос, утонувший в море… Нет! Пьяница рыбак! Но тоже утонувший. Согласись, имею право, раз без закона живём.

– Так я примерно и представлял твой ответ! Ехидненько и со вкусом! – рассмеялся Герхард. – Зачем же тогда говорила про любовницу?

– Провоцировала, пытаясь выведать, кем ты на самом деле хочешь видеть меня рядом с собой. Насколько готов поступиться государственными интересами ради личного, – вздохнула я. – Видно же, что не просто языком мелешь, а реально имеешь план, как обойти гербийские законы. Поверь, жить в тумане незнания очень сложно. Но ты, к сожалению, не купился на мои слова и ничего не рассказал.

– Потому что действительно, всё было очень тонко и сложно. Но эта проблема, кажется, решена. Тем более после нахождения архива моей матери. Я тут мельком просмотрел его – это именно те самые недостающие документы и договоры. Теперь появился большой шанс избежать войны, так как кроме слов есть ещё и подписи с печатями. Ни Ильция, ни Линбер не смогут заявить, будто бы у них никогда не было определённых договорённостей с моей матерью. Как только я покажу этот сундучок, так и у наших противников сразу же “найдутся” вторые экземпляры важнейших бумаг.

– Значит, я могу услышать о твоём плане?

– Можешь, Адель. Но только в общих чертах. Всех нюансов я сам до конца не знаю. Когда ознакомлюсь с архивом, лишь тогда начну выстраивать полноценную тактику переговоров с соседями. Так что терпения набраться необходимо обоим. К сожалению, и тебе, и мне придётся несколько месяцев находиться в подвешенном состоянии. Пока международный кризис не утихнет, не смогу взять тебя в жёны. Иначе наличие ТАКОЙ супруги будет похлеще искры в пороховом погребе.

– Какой “такой”? Герд, перестань уже говорить загадками.

– Перестаю, – легко согласился король, садясь сам и усаживая меня на свои колени. – Начну издалека. Да, по всем законам Гербийского королевства ты не имеешь возможности стать моей женой. Даже захудалого барончика с дырой в кармане вместо замка не сможешь назвать мужем. Ну, ты это и без меня хорошо знаешь. Поэтому для начала тебе необходим титул.

Этого я дать не могу. Уже не первое столетие такие вещи решаются на дворянском сходе, состоящем из несколько десятков самых влиятельных аристократов королевства. Естественно, они заупрямятся. Кто-то из своих меркантильных соображений, а кто-то – чтобы показать независимость. Но просто сказать “нет” тоже нельзя. Необходимо аргументировать свой ответ.

Я уверен, что все зацепятся на твоё происхождение. Мол, какая-то иностранная девица, лишённая титула на родине, недостойна даже смотреть в сторону высшего сословия Гербии. Примерно так они скажут. И, положа руку на сердце, будут правы.

Поэтому я потратил не один день, роясь в пыльных книгах и выискивая лазейку. Мне повезло – нашлась. Честно скажу, что будь ты в прошлом кем-то другим, а не княгиней, то шансов восстановить твою знатность не было бы даже в теории. Но Бокори являются родственниками императора! Значит, в тебе находится божественная кровь, которая не может принадлежать простолюдинам!

– То есть моё родство с Тиреном Вторым спокойно решает нашу проблему?

– Не всё так просто, Адель. Ты лишена титула, и восстановить его может лишь сам император, как глава всей вашей Династии. Я или любой иной король не имеем права этого сделать. Такое самоуправство считается серьёзнейшим оскорблением, а воюют часто и по меньшим поводам. Понимаешь?

– Запуталась, – призналась я. – Вернее, вижу, в какую дверь упёрлись, но не знаю, как открыть её. Тирен Второй лишил меня титула и сам его по доброй воле не восстановит. Это вызовет опасное недовольство при императорском дворе. Так и до переворота недалеко – слишком многие хотят занять трон, и им нужен лишь повод… Хороший такой, жирный!

– Всё верно, – кивнул Герхард. – Поэтому мне пришлось как следует ознакомиться и с имперскими законами. Вернее, с той их частью, которая касается родственных уз и передачи титулов. Я выяснил следующее. Ты лишена титула… Вроде бы. Но если глава правящей Династии тебя не вычеркнул из генеалогического древа, значит, не потеряла статус аристократки. Чтобы князья и княгини, имеющие относительно близкие родственные связи с императором, становились на сторону врага – такого в вашей истории не было. Во всяком случае, я не нашёл. Так что официально ты не титулованная, но аристократка. Такого термина в обиходе нет – я сам его придумал.

Осталось за малым: узнать твой реальный статус в Шенской империи и предложить Тирену за его официальную божественную кровь нечто такое, от чего он не сможет отказаться. К счастью, я знаю, чего император хочет. Поэтому быстро составил депешу и тайно отослал её в Шен.

Ты не представляешь, какое испытал облегчение, когда Тирен ответил мне! Не знаю, по каким своим соображениям, но он оставил тебя в списке родственников. Более того! Двумя руками ухватился за идею восстановления титула... Естественно, гербийского, а не шенского. Ну, а когда он узнал, что со временем собираюсь сделать не простой баронессой, а целой королевой, то начался серьёзнейший торг. Такому прожжённые портовые купцы позавидуют! Твой дядя хитрее любой лисы и прижимистее последнего скряги. Правда, я тоже от него мало отставал, так как легко идти на уступки нельзя. Решит, что можно задирать цену всё выше и выше.

– И какова моя цена? – поинтересовалась я, не зная, как к такому относиться. Вроде и хорошее дело намечается, но ощущать себя лошадью на торгах раньше не доводилось.

– Если всё выгорит, то заплачу немало. Придётся отдать под протекторат империи не самый слабенький городок в устье Гербского пролива. Также предоставить доступ в него для полутора тысяч шенийских солдат и согласие на размещение в порту двух десятков имперских боевых кораблей. Естественно, официально для всего этого будет озвучена иная причина, без упоминания твоего имени.

– Дорогая невеста…

– Скажем прямо, совсем не дешёвая, – рассмеялся Герхард. – Но поверь, Адель, ты стоишь намного больше. Во всяком случае, для меня. И открою маленькую тайну: предложение Тирена Второго на самом деле и мне выгодно. Да, придётся провести огромную работу не только с империей, но и с соседними королевствами, но зато появляется возможность обойтись без войны.

– Ладно, – продолжила я вести допрос. – Представим, что всё сложилось удачно, и я получила гербийский титул. Каковы твои дальнейшие действия?

– Как только всё уляжется на политических фронтах, объявляю тебя своей невестой. Уж это могу спокойно сделать и без дворянского собрания. Тирен Второй обещал дать разрешение на брак сразу же после того, как откажешься от шенийского гражданства.

– Вообще-то меня уже из страны выперли. Какой такой отказ?

– Адель, ты плохо знаешь законы своей бывшей родины. Тебя изгнали, но ты, как совершеннолетняя, остаёшься под... скажем по-военному, под присягой. Ты не имеешь права на империю, но империя имеет право на тебя. Нужно официальное отречение. Лишь после этого я могу сделать предложение и дать не только почётный гербийский титул без каких-либо прав, но и наше полноценное гражданство.

– У меня сейчас мозг закипит.

– У меня он кипит уже давно, как только получил трон, – признался король. – Много бюрократических сложностей, условностей и всякого бреда, накопленного за века и не отменённого по тем или иным причинам. Моя мать пыталась привести хотя бы наши законы в некую стройную систему. Но даже ей не удалось сделать этого в полной мере. А у вас, в Шенской Империи всё намного запутаннее. Ведь кроме незыблемых дворянских привилегий, каждая провинция имеет свои правила, оставшиеся с того времени, когда была независимым государством. С другой стороны, чем сложнее законодательная система, тем больше в ней дыр, которыми можно воспользоваться.

– А ты, Герхард, времени зря не терял! Теперь понимаю, почему молчал: в твоей интриге за каждым поворотом могут подкарауливать серьёзные, а порой фатальные неприятности.

– От фатальных уже избавился, – улыбнулся он. – Главное, что я знаю, к чему стремлюсь.

– И давно ты затеял это?

– Как только признался тебе… Вернее, признался себе, что люблю одну упрямую и прекрасную госпожу Адель. Но до твоего ответного признания рассматривал лишь возможности быть рядом. После уже начал действовать на официальном уровне. А чего затягивать? Бой нужно вести по своим правилам, а не противника. И для этого необходимо бить на опережение.

– Да уж, – с улыбкой произнесла я, нежно поцеловав своего мужчину. – Мне нужно всегда помнить, что мой будущий муж не простой человек, а король. Поэтому стоит ожидать от него любых сюрпризов.

62.

Почти до утра мы просидели с Герхардом в этой маленькой неуютной комнатке. Несмотря на все неудобства, нам было очень хорошо вдвоём. Хорошо и интересно. То мы говорили о личном, часто прерываясь на поцелуи, то о серьёзных делах. И это было не простое тайное свидание! Мы обсуждали НАШЕ БУДУЩЕЕ. Не какие-то там фантазии, а реальные вещи, в которые я уже поверила всем сердцем, что обязательно произойдут. Как настоящие муж и жена строят планы о покупке холодильника или о проведении совместного отпуска. Только наши мечты намного глобальнее, затрагивающие не отдельную “ячейку общества”, а судьбы нескольких стран.

Естественно, не обошли стороной и Эриха Неморо.

– Что он там со стеной мудрит? – спросила я у Герхарда.

– Не только с ней. Раньше бы я не обратил на это внимание, но, кажется, Эрих под предлогом усиления безопасности полностью эту самую безопасность разваливает. С виду ведёт активные действия, только всё становится ещё хуже от его усилий. Каждая мелочь затягивается под различными предлогами, всё сделано наполовину, а потом брошено, так как внимание Неморо резко переключается на, по его мнению, более неотложные дела.

– Тогда почему позволяешь ему так вести?

– Адель. Есть несколько причин. Барон Неморо в последнее время ведёт себя очень настороженно. Всё началось, как только ты уехала. Почему-то брата больше задел не сам факт отъезда, а именно твоё новое место жительства. Мы даже впервые жёстко поскандалили. Из-за Милонского Дома. У меня есть подозрение, что Эрих ведёт своё расследование о пропаже архива королевы Элианы. И наша позабытая летняя резиденция есть в его длинном списке мест, где могут быть спрятаны бумаги. Он не дурак, поэтому быстро выстроил определённую цепочку в своей голове.

Ещё он чувствует, что за его спиной идёт какая-то тайная игра. Брат не может не видеть, что я веду свою дипломатическую переписку, но не понимает с кем и по какому поводу. Поэтому к Милонскому Дому примешивались обвинения в недоверии.

Правда, уже на следующий день мы с ним остыли и выпили “мировую”, но осадочек остался. Чтобы немного успокоить Эриха, я делаю вид, что поддерживаю перестройку безопасности во дворце и не замечаю некоторых подозрительных фактов.

– По-моему, Герд, ты ведёшь себя безответственно.

– По-моему, тоже, – легко согласился он. – Но… Выказывая внешнее полное доверие к брату, я подстраховался и тайно дублирую всю его охрану своими верными людьми. К тому же если на меня готовится покушение, то лучше знать место, где оно может произойти. Пусть уж лучше во дворце предотвратить его, имея под рукой все королевские резервы, чем наткнуться на засаду в неожиданном месте. Тот случай нападения на нас южных наёмников послужил мне хорошим уроком и дал серьёзную почву для выводов.

Но в душе я до сих пор надеюсь, что Эрих – честный человек. Хотя надежда тает прямо на глазах. Я поднял старые королевские архивы и почти уверен, что Неморо давно и бесповоротно ведёт свою нехорошую игру. К тому же он был в составе дипломатической делегации и несколько месяцев прожил в Линберийском королевстве. Именно после его возвращения оттуда и началась череда смертей вокруг меня. Есть повод задуматься…

Но, Адель, мы сейчас затронули важную тему, которую парой фраз не объяснить. А уже почти утро. Ещё два дня я буду у вас. Мне необходимо как следует изучить архив матери и более предметно поговорить с тобой о многих вещах.

– Ты не собираешься перевозить его в столицу?

– Пока нет. Не время. В Милонском Доме он в большей безопасности, так что… До следующей ночи, дорогая. Извини, но днём я буду не твоим будущим мужем, а королём, поэтому нормального общения не получится.

– Всё правильно. Уже с нетерпением жду очередной луны! – произнесла я на прощание и нежно поцеловала Герхарда.

Весь следующий день я занималась откровенным бездельем в своих покоях, стараясь не показываться на глаза придворной публике, заполонившей Милонский Дом. Из развлечений была лишь баронесса Анес, которая чувствовала себя среди высшей аристократии как рыба в воде, поэтому несколько раз на дню приходила ко мне с ворохом свежих сплетен. Хотя с героями “светской хроники” я не была знакома, но информацию старалась запоминать. Пусть не сегодня или завтра, только мне придётся столкнуться с этими людьми, когда наши отношения с Герхардом выйдут на иной, официальный уровень.

Интересно было узнать мнение знати о герцогинях. Их король оставил в столице, а не потащил с собой. Этому факту были несказанно рады многие придворные. Бумажные претендентки слишком обжились во дворце, поэтому каждая из них считала себя чуть ли не хозяйкой в нём. Конфликт интересов между ильцийкой и линберийкой привёл к настоящей войне между дамочками, в которую они старались втянуть и остальных.

Гербийским аристократам подобное пришлось сильно не по душе, поэтому герцогинь все воспринимали, мягко говоря, прохладно. Даже меня в столице иногда вспоминали добрым словом. Конечно, дочь предателей не вызывала ни у кого тёплых чувств, но я хотя бы не лезла со своими интригами туда, где собственных хватает. Что было благосклонно воспринято знатью. Учтём на будущее.

Следующую ночь мы посвятили разбору архива Элианы. Герхард не только сортировал бумаги, но и старался объяснить мне суть написанного, давая исторические справки. Ох, сколько тут всего было намешано! Честно говоря, не понимаю, как можно держать в голове множество разрозненных с виду фактов и находить между ними связь. Даже испугалась, что, став королевой, не смогу справиться и с малой частью этого бардака. О чём честно призналась Герхарду.

– Справишься! – уверенно заявил он. – Я тоже, хотя с детства и обучался правлению, сев на трон, был в полной растерянности несколько месяцев. Но хорошего короля делает хорошая свита. Или как говорила моя мама:” Командные действия решают всё. Главное – дать подчинённым понятную, правильную … э-э-э-э…концептрацию и вовремя вмешаться, если что-то пошло не так ”. Концептрация – это…

– Быть может, всё же “концепция”? – перебила я. – Идею дать, направление для действия.

– Именно оно! Тогда всё ещё проще! Я, где-то вычитанное мамой, незнакомое слово до сих пор забываю. А ты его знаешь и без чужих подсказок! Достойная наследница королевы Элианы! Мама бы тебя обязательно оценила. Поэтому перестань уничижительно относиться к своим способностям и потихонечку вникай в дела.

– Слушаюсь, мой господин!

– Адель! Давай эти слова будут твоим девизом?

– Не дождёшься. Но… прислушиваться буду.

– Что и требовалось доказать, – притворно вздохнул Герхард. – Так и меня с трона скинешь через несколько лет.

– Если только временно. И исключительно на большую мягкую кроватку, – продолжала дурачиться я. – Хотя есть в моих фантазиях и иные места, кроме спальни. Но, уверена, тебе они тоже понравятся.

– Ох, Адель… Лучше помолчи! Ты не представляешь, как мне приходится сдерживаться, чтобы не устроить первую брачную ночь прямо сейчас.

– Знаешь, Герд… А я уже совсем не против. Потому что доверяю тебе полностью. Но ты прав. Хочется ощутить себя настоящей женой, пройдя через официальный обряд в храме, а не тайно тискаясь по углам… Ну или хотя бы дождаться помолвки. А так, словно воры…

– Адель, – обнял меня король, – ты мыслишь и чувствуешь так же, как и я. Спасибо тебе, что встретилась на моём пути.

– Герд, а можно задать очень личный вопрос? – отважилась я завести разговор о том, чего раньше избегала. – Эола Малеш. Она была твоей невестой, и ты её любил. Мысли о прошлом посещают тебя? И как они сочетаются со мной?

– Я её до сих пор люблю, – не стал юлить король. – Но это иное чувство. Это прошлое, которому я буду всегда благодарен. Но жить только им одним нельзя, иначе превратишься в мертвеца без будущего. Эола навсегда останется в моей памяти светлым образом. Ты же – моя оставшаяся жизнь. Поэтому прошу: не стоит ревновать. Всем сердцем я принадлежу тебе и постараюсь сделать всё от меня зависящее, чтобы мы были счастливы вдвоём.

– Благородно, Герхард. Признаться, этот червячок сидел у меня в душе, но ты помог от него избавиться. Спасибо за честность. Для меня она важна.

– Хорошо, Адель, что ты спросила о Эоле. Поняв, что люблю тебя, я сам вначале метался и корил себя. Казалось, что предаю погибшую невесту. Но постепенно пришёл к внутренней гармонии. И сейчас, высказав свои мысли, глядя в твои глаза, окончательно осознал, что нет никакого предательства. После горькой утраты Единый послал мне ту, что дала надежду на лучшее. На счастье, будущее и … Сложно подобрать слова для самого важного.

– Да. Сложно. Его можно лишь прочувствовать. Обними меня и поцелуй. И знай, что я никогда не стану укорять за свежие цветы на могиле Эолы Малеш. Надеюсь, её душа радуется за тебя… Уверена в этом.

Оставшуюся часть ночи и весь следующий день я думала о Герхарде. Мой сложный вопрос был экзаменом не только для него, но и для меня тоже. Я заняла место Эолы. Той, что готовилась стать женой короля, но погибла в одном шаге от этого. И пусть за собой никакой вины не чувствовала, но всё равно иногда возникали подозрения, что могу быть всего лишь заменителем, искусственным наполнителем для опустевшей души Герда.

То, с какой честностью и внутренней уверенностью объяснил он свои мысли и эмоции, убедило меня, что король искренен. Но больше всего я поверила его глазам. Они, действительно, говорили лучше любых слов.

Чувство правильности, согласия и ещё чего-то, что можно охарактеризовать как: “ Надо брать!” возникло внутри меня. Пропало ощущение рефлексии. О! Адель опять проснулась и высказывает своё мнение, полностью совпадающее с моим!

Она всё реже и реже появляется. Только в моменты душевного волнения или когда мне действительно необходима поддержка. И тот факт, что постепенно Адель начинает исчезать из моей жизни, пугает. Я уже не представляю, как можно остаться одной, без бывшей княжны Бокори.

– Ты ведь совсем не уйдёшь? – спросила я внутреннюю подругу. – Если есть возможность, то не уходи, пожалуйста. Ведь хорошо же ладим.

Непонятная волна, состоящая из лёгкой иронии и душевности, затрепетала внутри меня. Как её перевести на нормальный человеческий язык? Наверное: ”Не дёргайся. Всё будет хорошо” .