Текст книги "Тройка, семёрка, туз (СИ)"

Автор книги: Алексей Урусов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)

Поднимаемся, идём в зал. Пока нас не было, в зале установили щиты и несколько приборов для измерения магической силы. Вместе с нами в зал заходят шесть человек, направляются к тумбам и кладут руку на панель: над ними вспыхивают одно– или двухцветные дуги, демонстрирующие уровень магической силы.

Артур поясняет: – Поскольку визуально проявление магической силы не регистрируется, чтобы вы могли убедиться, что пистолеты и гранаты срабатывают, выбивая её из людей, мы привлекли сотрудников службы безопасности деревни. При попадании пули или гранаты в щит, происходит её срабатывание, и магическая сила у людей, находящихся поблизости, исчезнет, выбитая УДОДом. Кто первый «на попробовать»?

Первым, как обычно среди Романовых, оказался Антон Антонович. Уверенно взяв пистолет, он его взвёл и направив в центр мишени, выстрелил. В тот же момент погасли полосы магической силы над четырьмя ближайшими охранниками.

– Оружие на предохранитель! – Артур Гефт повернулся и кивнул Антону Романову, и дождавшись исполнения команды, продолжил: – Можно пройти и убедиться, что приборы исправны, – Гефт показывает рукой в направлении охранников, и несколько Романовых из тех, что помладше, тут же срываются, подбегая к тумбам и кладя на них руку. Над ними мгновенно вспыхивает радуга.

– Кул*! – Антон Антонович уважительно смотрит на пистолет, который всё ещё держит в руках.

В зал заходят новые охранники, кладут руки на тумбы, и Ростислав Ростиславович Романов бросает гранату. Третьим гранату бросал Фёдор Фёдорович.

– Результаты, как вы видите, аналогичные – резюмирует Артур Гефт. – К сожалению, охранников в деревне не так много, хватило только для демонстрации. Предлагаю вернуться в аудиторию. Готов ответить на вопросы. Мы заниматься «секретной магией» с вами будем до конца учений, если на какие-то вопросы ответить не смогу, то подготовлю ответ к следующему занятию.

* Cool («Кул») – универсальный английский аналог для выражения «классно».

Московская область. Дворец князей Мищерских.

– Но тем не менее, он хоть и герой, и богат, но он простолюдин, – княгиня Наталья Кирилловна Мищерская с сомнением покачала головой.

Княжна Мария ободряюще улыбнулась в ответ: – Мама, пока я не могу говорить о некоторых вещах, касающихся Андрея. Всё очень непросто. Ты же понимаешь, что на самом верху, где Андрей находится, не бывает ничего просто так. Каждый шаг выверен, каждый вздох натренирован, каждый взгляд имеет значение. Срывы и помарки, конечно, бывают, но это исключения. На параде Андрей сидел между цесаревичем и зятем императора. И цесаревич Александр Владимирович у него в друзьях; видела же, что на его день рождения и наследник престола приехал. И сейчас, на учениях, он живёт во дворце вместе с Романовыми. Просто так в такие знаковые места не попадают. Андрея вводят в высший свет постепенно, чтобы и он привык. Думаю, скоро всё откроется… и он не только по факту, но и официально займёт предназначенное ему место.

– Ну, дай Бог, доченька. За каждого из детей душа болит, и хотелось бы, чтобы жизнь у тебя сложилась.

– Сложится, – улыбнулась в ответ княжна. – С Андреем сложится. Соскучилась я по нему, но учения скоро закончатся, вернётся.

Глава 33

Владимирская область. Полигон Кантемировской дивизии.

– Ну Тоха, ну кавалерист хренов! – про себя ругнулся Ростислав Ростиславович Романов, сидевший в блиндаже и услышавший, как на верху, с интервалом меньше минуты, с грохотом взорвались очередные квадрокоптеры: когда нужно было постебаться над Антоном Романовым, братья называли его «кавалеристом»: Антон служил в горной бригаде *, имевшей на вооружении вьючных лошадей, что было предметом для постоянных беззлобных шуток со стороны братьев.

Впрочем, сейчас Ростиславу было не до смеха: жребий свёл его с братом на втором этапе учений – рота Ростислава находилась в обороне, а Антон его атаковал. И довольно умело выносил оборону роты Ростислава, сочетая атаку воздушными и наземными беспилотниками. Попытку приближения к его позициям штурмовых двоек и троек, Ростислав успешно отбил; оттянув атакующих назад, Антон начал вторую волну дроновой атаки, уничтожая разведанные цели. Сидя в штабном блиндаже и наблюдая за развитием событий через квадрокоптеры, постоянно «висевшие» в его тылу, Ростислав с тревогой наблюдал, как на его опорных пунктах и замаскированных позициях появляется всё больше разноцветных пятен – каждый из дронов, обнаружив цель или получив «жёсткое» целеуказание, пикировал на цель, и в последний момент разбрасывал над землёй красящий пигмент.

Рота Ростислава, кого могли, сбивали. Да и сами не сидели в обороне, а активно атаковали нападавших. Регулируя освещение на экране и переключая камеры, Ростислав определился с приоритетной целью «во вражеском тылу» – одним из дроновых расчётов роты Антона: их позиция была на самом краю соснового леса и вскрыть её оказалось возможно, лишь когда в камеру дрона-разведчика попал стартующий с этого места квадрокоптер.

– Седьмой, двенадцатый, третий, – Ростислав Ростиславович начал перечислять расчёты дроноводов для участия в атаке, – удар по квадрату «Тридцать шесть-четыре»; цель – навес, замаскированный под крону сосны. Атака сразу же после выхода на цель, без доклада!

– Принял, исполняю, седьмой!… – посыпались доклады от дроноводов.

Через несколько минут позиция «вражеских» мастеров воздушной войны была густо засыпана красным колером, что свидетельствовало о полном «уничтожении», а Ростислав к тому времени определился со следующей целью: воздушная разведка обнаружила маскировочную сеть, натянутую над небольшим оврагом. Что под ней скрывается, было непонятно – солдатские палатки или склад, а может даже пара танков, готовящихся к атаке.

– Или любимых лошадок спрятал, дабы обнять перед сном, чтобы точно приснилось, как он гарцует на белом коне в лихой кавалерийской атаке, – улыбнулся про себя Ростислав, выдав координаты для поражения очередного объекта.

* Имеется в виду 34-я горная штурмовая мотострелковая бригада, на вооружении которой состоит 80 вьючных лошадей.

Москва. Комплекс «Галактика». Дом княжны Мищерской.

С Машей договорились, что встречать меня с учений не нужно – не из армии же возвращаюсь после годового отсутствия.

Подъехав к дому, чуть не бегом захожу на кухню и удивляюсь…. Надо же! Надо срочно обрадовать Марию! Такое событие! Обнимаю её, несколько раз целуемся. Но такая новость – лучше не тянуть, расставить все точки…

– Маш, присядь, – негромко с улыбкой говорю ей.

Вижу, что княжна немного забеспокоилась: она умеет тонко чувствовать моё настроение, и то, что я сейчас крайне взволнован и серьёзен, она видит.

– Слушаю, – откликается она, как только садится на диван.

Я сажусь рядом, обнимаю её и почти на ушко тихо говорю: – Милая, у нас будет ребёнок. Точнее два – ты беременна.

Маша смотрит на меня расширившимися от удивления глазами: – Ты уверен?

– Уверен. Мальчик и девочка. Срок ещё никакой, – свожу большой и указательный палец на пять миллиметров, чтобы показать, какой размер имеют сейчас наши будущие дети; на деле ещё меньше. – Но они уже живут в тебе и понемногу растут. – Я тепло улыбаюсь княжне, обнимаю и целую в щёку. – Всё будет хорошо!

– Как же так? Так неожиданно, – видно, что Маша, как и я, еще не очень осознала новость.

Улыбаюсь жене: – Дети приходят тогда, когда сами считают нужным. Я сегодня же начну оформлять документы на дворянство, одновременно подам просьбу о присвоении баронского титула. Нужно связываться с твоими родителями, чтобы они меня приняли. Переговорю, выслушаю их условия, если они будут. Наши дети должны родиться в официальном браке.

Наверное, бестолковый у нас получился разговор. Да и выглядели мы оба… наверное, как Анатолий Дмитриевич, когда я ему сообщил, что он станет отцом.

– А приютские? – с княжной мы много раз обсуждали вопросы моего дворянства и именно статус приютских детей после совершеннолетия всегда был камнем преткновения.

– Что-нибудь придумаем. Их мы не бросим, – успокаиваю я княжну. Хотя ни я сам, ни мои юристы пока решения этой проблемы не нашли.

* * *

Ночью, засыпая, Маша вдруг встрепенулась: – А их у нас не отберут?

– Кого их, и кто отберёт? – спросонья пытаюсь понять я.

– Ну, наших детей. Они же Романовы по крови!

– Успокойся, глупышка! – я целую Машу в макушку. – Ты же видела осенью результат, когда нас просто оболгать попытались. И там я действовал исключительно в рамках дуэльного кодекса. А если встанет вопрос о детях, наших детях, в том числе и приютских, я ведь и свой дар подключить могу. А им не только лечить можно. Спи, теперь тебе надо к себе относиться внимательнее и отдыхать по графику.

Московская область. Загородный дворец Константина Михайловича Романова, дяди императора.

Дядя императора Константин Михайлович улыбнулся сыну и наследнику Фёдору, вошедшему в кабинет: – Заходи, заходи, какие вопросы. Привыкай уже, этот кабинет такой же твой, как и мой – освобожу я его, даст Бог, не очень скоро, ты в это кресло сядешь и уверен, что справишься. И в семье порядок обеспечишь, и могущество рода будет прирастать Сибирью, в которой ты столько потрудился. Ну, что твоя молодая поросль рассказывает про две недели, проведённые в глухих лесах Владимирщины?

– Да какие глухие леса, – рассмеялся Фёдор Константинович. – Показали они мне фото и видео – там дворец, достойный князей, так что они не бедствовали и выживать им не пришлось. А так – все в восторге и от учений, и от программы отдыха и развлечений, а больше всего – от магических тренировок.

– Оцени вот что, – с сомнением покачал головой Константин Михайлович, – на учениях все мои внуки и внуки Михаила Михайловича к цесаревичу и Первозванову льнули. А нам надо, чтобы они в первую очередь росли с мыслью об интересах семьи, нашего рода. Посмотри на схему, к которой мы годами ведём страну, – глава рода достал из папки и развернул перед сыном большой лист. – Потихонечку, полегонечку продвигаем своих людей. Заранее их готовим к ответственной работе, даём укорениться в обществе и среди аристократии, поддерживаем во всём.

Константин Михайлович ткнул пальцем в самый верх страницы: – Твоё имя в этой схеме вписано в самую вершину пирамиды, в клетку «Сенат». Видишь, и всем остальным нашим потомкам уже места обозначены, предварительно, но уже вписаны. И вот неожиданно ворвался Первозванов, и эта схема вот-вот начнёт трещать: мешает он нам, много знати понимает его потенциал, а ещё больше – силу его тандема с царевичем и на них начинают ориентироваться. Не рассчитывали мы на такую помеху. Рушится всё, что годами наработали

Фёдор Константинович с сомнением покачал головой: – Схема интересная, но ведь это всего лишь проект, и как пойдёт его реализация – бабушка надвое сказала. Чрезмерными усилиями в мелких и крупных пакостях против Первозванова вы можете аристократию от себя оттолкнуть: я вообще убедился, что уже никто из ближнего круга императора не сомневается, что Андрей – родной брат цесаревича Александра. И от тех, кто что-то злоумышляет против брата будущего императора, знать постарается держаться подальше. Схема красивая, но как всегда: гладко было на бумаге. Жизнь распорядится сама, кого-то она на верх неоправданно вынесет, кого-то на дно незаслуженно затянет. Хотя, я всегда придерживался мнения, что империя у нас большая и работы хватит на всех…

Отец с сыном проговорили ещё с полчаса, и когда Фёдор Константинович ушёл, Константин Михайлович с сожалением вздохнул, подумав, что не готов пока сын услышать, кто в этой новой схеме российской имперской власти должен быть на самом острие властной пирамиды.

Москва. Кремль.

Цесаревич Александр почти час рассказывал отцу и деду о том, как прошли дроно-магические учения во Владимирской области, сделав особый упор на том, что ему удалось пострелять из «магического пистолета» и метнуть пару магических гранат и выступить в качестве «тренера» для обучения магии родственников – Романовых. Завершая своё восторженное выступление, он напомнил императору и наследнику престола про летние планы проведения учений в Крыму.

– Да-да, помню, – согласно кивнул головой Николай Петрович. – Но пока ты там воевал, наш МИД согласовал папин и твой визит в Корею, очень уж Ким Умин Сен просил, чтобы цесаревич с мастер-классами приехал. Плюс, по магии ты и папа с корейцами побеседуете. Ближе к отъезду обсудим, что можно будет рассказать. И какие магические подарки им привезти. Те же пистолеты можно смело дарить – там пули одноразовые, коробку расстреляют, и к нам будут обращаться за очередным боезапасом. А понимание того, что патроны они могут получить только у нас, очень укрепляет дружбу. Давно и широко известно – с добрым словом и пистолетом дружба гораздо крепче, чем только с добрым словом, – рассмеялся император.

Отсмеявшись, и под неодобрительные взгляды сына и внука щедро отхлебнув крепкого кофе из широкой чашки, Николай Петрович продолжил: – Но поездка намечена на июль, у папы мы кое-что в графике уже сдвинули, чтобы под корейцев неделю выкроить. И ты имей в виду: в принципе, в подготовке летних учений и твоих сборов юнг и прочих матросов подросткового возраста, твоё присутствие не обязательно; есть кому заняться. А ты в июле съездишь в Корею. А вернувшись поучаствуешь в учениях и посмотришь, что из школы юнг получилось.

– Может, присмотришь себе кореяночку среди принцесс? – увидев, как цесаревич сморщился, император рассмеялся. – Шучу, шучу. Но жениться тебе пора, летом над этим подумаем, осенью проведём помолвку, и может быть, до нового года тебя и обженим. Список невест тайная канцелярия составляет; бабушка и мама уже вовсю, но негласно этим занимаются, ну и тебя готовы выслушать. Но имей в виду: предпочтение графским семьям; если и брать княжну – то только из немногочисленного и не слишком влиятельного рода. Здесь политика рулит.

– А ещё мы с папой обсуждали, – продолжил император, – организовать поездку через год в Болгарию и Румынию. Или две отдельных поездки. Там ситуация хорошо развивается, в болгарской армии уже почти шестьдесят процентов офицеров присягнули, а в румынской – тридцать. И среди дворянства и простолюдинов немало принявших присягу. Подберём что-то из памятных дат, к чему можно будет привязаться, и съездите. Будущим подданным будет полезно не только на папу взглянуть, но и на тебя, как на будущего императора. А то и с молодой женой поедешь. Так сказать, свадебное путешествие по курортам юга.

Николай Петрович без паузы продолжил: – Нам, чтобы эти две страны переварить, лет пять мирной жизни надо, минимум; чтобы эту пятилетку границы были относительно спокойны как сейчас: после парада, на котором мы продемонстрировали магические войска и магическое оружие, наши «заклятые друзья» резко поджали хвосты. Постреливают, но гораздо реже. Готовятся они, конечно, силы наращивают, экономику перестраивают. Но и мы тоже на месте не стоим. Я вообще задумываюсь над тем, чтобы накануне майского парада выпустить в продажу шарики – ну, магические аккумуляторы, у которых сплав немного «неправильный» и поэтому у них заряд не растёт. Запасы у нас уже хорошие, мы можем не только спецназ, но и армию шариками вооружить, плюс запасы постепенно нарастают. Для Запада публичная продажа магических батареек станет шоком. Что они подумают? Раз мы уже такими ценными аккумуляторами стали торговать, то чем мы ещё владеем? А нам это и нужно. А Андрей сейчас больше переключается на одноцветные магические шары и другое серьёзное оружие, которое мы применим, когда у западников снова военный зуд в одном месте начнёт возникать.

Взяв со стола одну из папок, император достал из неё несколько страниц и вновь обратился к цесаревичу: – И давай, Саша, ещё раз вернёмся к учениям. Как тебе Волхонский показался? Ну, который губернатор? И сын его и наследник, Ярослав Григорьевич? Ну, про Святослава не спрашиваю, он твой друг. А вот Григория Семёновича и Ярослава охарактеризуй поподробнее. Интересно твоё мнение услышать.

– С ними, по-моему, всё ровно, – слегка кивнул головой сверху вниз Александр. – Учения они провели на уровне. Город и область в порядке; видно, что Волхонские ею занимаются. Отношения с элитными группами и всякими там прокурорами и военными налажены рабочие.

– Ну, добро, – улыбнулся Николай Петрович. – Мы с папой обсуждали вариант назначения Григория Семёновича Волхонского министром культуры. Понимаю так, ты не против. У Андрея бы еще поинтересоваться – он же стал машиной, запустившей процесс смены в этой сфере. Точнее даже не машиной, а спусковым крючком – его дуэли с окопавшимися на телевидении властителями экранов заставили нас ускорить смену поколений руководства. Так-то мы это попозже с папой сделать собирались.

– Поинтересуюсь, – покладисто ответил цесаревич. – Думаю, у Андрея про род Волхонских хорошее мнение. Хотя, что ему, что мне – думаю, без разницы, кто министром культуры будет.

– Не совсем так, – поправил внука император. – То, что сейчас закладывается в головы людей, лет через десять-пятнадцать станет нормой их мировоззрения, а лет через тридцать, когда вы с Андреем будете управлять империей, превратится в направление развития страны. И если сейчас вектор в умы будет заложен неверный, вам придётся уйму сил потратить, чтобы переубедить элиты и народ в своей правоте. А тех, кто категорически ваш курс не воспримет, придётся отстранять от властных полномочий и всех ресурсов. На Григория Семёновича я рассчитываю, что он нашу идеологию верным путём поведёт.

Берлин. Парк Тиргартен. Императорский дворец Бельвю.

– Ваше императорское величество, – голос подполковника Иоганна Блюма звучал ровно и уверенно, – две недели назад, на Рождественских каникулах, русские провели учения для дворянской молодёжи на севере от Москвы. На этих двухнедельных учениях тренировали передовые военные технологии, в том числе и применение магии в боевых действиях. Наша агентура смогла собрать информацию о том, что там происходило. По использованию магической силы там был очень хороший уровень: дворян учили интересной особенности владения магией – делению потока магической силы неподалеку от объекта воздействия, что позволяет кратно увеличивает эффективность использования магической силы.

– Как они это делают? – Альбрехт Габсбург, император немецкой нации, отвлёкся от листания страниц проспекта и заинтересованно поднял глаза на подполковника.

Явно будучи готовым к этому вопросу, не заглядывая в бумаги, Иоганн Блюм твёрдо ответил: – Каким-то образом разрезая поток на составляющие. Мы сейчас проводим тщательный перевод полученных материалов, чтобы понять, как это правильно делать. Одновременно наши агенты следят за действиями «магического театра», имеющегося в Москве, откуда на учениях были преподавателя. В театре и в России в целом такое деление магии считается не военным, а гражданским применением и похоже, русские пока не поняли большого военного потенциала этого навыка для солдат.

Император кивнул: – При определённом уровне любое гражданское применение магии легко становится военным.

Подполковник выдержал небольшую паузу, что свидетельствовало о его внимании к каждому слову Габсбурга, и продолжил: – Фон Борисов пытается разобраться в этом вопросе и научиться делить силу. Может быть, русские понимают, что держать в секрете магические приёмы долго не получится – как только они что-то применяют на фронте, буквально через три-четыре месяца их противники такими же приёмами овладевают. И ещё один важный момент: наша военная разведка, действующая под крышей нашего посольства в Москве, отыскала двух бывших актёров русского магического театра. И один из них, имеющий амбиции, согласился создать в Германии магическую труппу, чтобы показывать в Европе магические номера. Через месяц он прибудет в Германию, несколько будущих актёров для этого театра мы уже подобрали. В зависимости от того, насколько нам окажутся полезными его навыки, мы решим: стоит ли игра свеч. Если перспектива будет, то создание театра и тренировки мы оплатим…

Москва. Полянка. Дом цесаревича.

Дождавшись моего кивка о готовности к разговору, Саша нажимает на клавишу вызова и на экране появляются Надежда и Артур, которые, увидев нас, машут рукой и улыбаются.

– Привет, ребята, – Надя машет нам рукой. – Мне Артур рассказал в подробностях о прошедших учениях, хотелось бы у вас ряд вопросов уточнить.

Вот мне сразу не понравилась эта её формулировочка про «ряд вопросов». Надежда, она такая, умеет из людей своими вопросами всю душу вытрясти.

И не ошибся: вопросы о прошедших учениях, поведении на них Романовых и отношениях с ними следовали один за другим; иногда она возвращалась к, казалось бы, уже закрытой теме, что-то уточняя или пытаясь разобраться в акцентах и как она заявила в самом начале – «дефинициях». И вся эта пытка продолжалась больше получаса. Хорошо, что мы с Сашей заранее проговорили многие моменты и отвечал на вопросы сестры тот из нас, кто был более информирован.

По мере беседы было видно, что настроение у Надежда становится лучше. Может быть, она была удовлетворена тем, как мы «отработали с Романовыми» на учениях, а может – ей просто нравится кошмарить людей…

Завершая деловую часть разговора, Надя высказала лестные оценки: – Вы все трое сделали очень важную работу. Так что операцию «Пиковая дама» можно считать успешно выполненной. Мы больше всего боялись, что старшая «тройка» офицеров останется недовольна уровнем учений, но раз они записались и на летние учения в Крыму, значит их всё удовлетворило. Семеро курсантов, думаю, тоже такие возможности и удовольствие не пропустят. Ну а младшим Романовым, помимо летних учений в Крыму по магии и дроноводству, наверняка понравится и программа развлечений и отдыха, предусматривающая ежедневное купание или поездки на экскурсии. Награждаю вас всех орденом «Пиковая дама» третьей ступени… шучу, шучу, – улыбнулась она. – Но ещё два года такого общения с боковыми ветвями рода Романовых и большая часть из них будет ориентировать на Сашу и на Андрея, как на наиболее авторитетных представителей рода и мы сможем ограничить влияние на них дядьёв. Удержать надо темп, братья.