Текст книги "Тройка, семёрка, туз (СИ)"

Автор книги: Алексей Урусов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц)

Глава 10

Москва. Зубовский бульвар. Российская императорская дипломатическая академия.

Сижу себе на лекции, никого не трогаю. Чувствую, как умные часы слегка провибрировали – значит или звонок был на смартфон, или сообщение пришло – сам смартфон лежит в портфеле, и на время занятий отключен. Обычно я и смарт-часы отключаю, но последние дни были заполнены важными событиями и за новостями я следил пристально. Хотя новости из Болгарии уже пошли «мирные»: из России туда пришли два корабля – один с мукой, второй с зерном и встали под разгрузку; в городках и местечках Болгарии сменили несколько мэров; на границе стали открывать погранпереходы…

Сдвигаю рукав рубашки, активирую экран, читаю сообщение, перечитываю. Ещё раз читаю, чтобы убедиться, что в первый раз прочёл правильно. Сообщение короткое, буквально в две строки, от Саши: «Сегодня в десять утра Россия объявила войну Румынии».

Вижу, что преподаватель посматривает в мою сторону: привык, что я всегда весь в учёбе, старательный такой ботаник-ботаником; а тут на тебе – отвлекаюсь. Но тем не менее, продолжаю суетиться, достаю смартфон, активирую, открываю сайт МИДа. Точно! Ровно в десять на ленте выставлен Меморандум министерства иностранных дел о разрыве дипломатических отношений и объявлении войны по принуждении Румынии к миру.

Поднимаю руку. Преподаватель в недоумении, даже скорее поражён – такого не бывало, чтобы я лектора прерывал или у меня появились более важные дела, чем внимать произносимому с трибуны. Получив от него согласный кивок, подхожу и показываю экран. Он вглядывается, читает, снимает очки, близоруко прищурив глаза читает ещё раз, трясёт головой. Прерывает лекцию и лезет в свой портфель, видимо, за смартфоном. Слышу шёпоток одногруппников за спиной: им, понятно, интересно, что за движ начался. Препод, найдя Меморандум, застывает. Я ему шепчу: – Может, объявите группе?

– Да-да, – соглашается он, и подняв глаза произносит: – Российская империя разорвала дипотношения с Румынией и объявила ей войну. Можете посмотреть новости.

Небольшая аудитория тут же наполнилась шумом и разговорами, схватив телефоны все кинулись искать новости. Увы, ничего кроме меморандума найти не удалось. Минут через десять препод, со словами: – Думаю, новости появятся через час-два, не ранее, а пока предлагаю продолжить занятия, – отключил и убрал свой телефон. Мы студенты понятливые, выполнили те же действия и преданно уставились в глаза лектора.

Едва лекция закончилась, все вновь похватали смартфоны и с возгласами начали комментировать поток новостей из Румынии, который по-прежнему был не «потоком», а хиленьким ручейком. Выплеснувшись из аудитории, мы столкнулись с толпой таких же студентов, уставившихся на экраны телефонов, но целеустремлённо двигающихся в столовую. Как известно: война-войной, а обед – по распорядку. Студенты, вообще, очень многое переняли от солдат, только строем не ходят.

По противоречивым новостям вообще было не понятно, что происходит. На наших лентах появились сообщения о контроле над всем побережьем Румынии, захвате их портов, прорыве российскими штурмовыми подразделениями фронта с севера и северо-востока, нанесении дроновых и бомбовых ударов по военным аэродромам и радарам. Западные источники пестрели новостями о том, что румыны «с присущим им героизмом» не только отразили нападение наших войск, но местами перешли в наступление и вторглись на российскую территорию, а попытки наших кораблей и десанта захватить порты – отбиты с тяжёлыми потерями для русского флота и морской пехоты.

К вечеру появилось видео нахождения наших войск на окраинах Бухареста и в ключевых точках города, а ночью пришли сообщения, что король Румынии бежал из страны.

Москва. Центр. Полянка. Дом цесаревича.

– А румынскую армию мы на «противоходе» взяли, – сегодня воскресенье и мы уже несколько часов «отдыхаем» в доме на Полянке. Саша рассказывает мне подробности уходящей недели. – У румын границы с Болгарией по Дунаю вообще не было – ездили как хотели. А когда наши войска по реке с болгарской стороны расположились, румынскому королю пришлось срочно снимать свои части с северной границы и восточной – по Пруту, и перебрасывать их на юг. Вот когда они ротацию проводили, мы войну объявили и с севера ударили; и почти сразу же из Болгарии перешли по мостам Дунай. Там всего шестьдесят километров расстояние от реки до главного города и полк Ушакова уже через час был на окраинах румынской столицы, а чуть позже и твой бывший командир полковник Осипов с юго-запада Бухарест блокировал; вашим морпехам, правда, и расстояние нужно было пройти больше.

Цесаревич смеётся: – Вначале румынам войну хотели объявлять тоже около полуночи, как и Болгарии. Но Главное разведуправление армии доложило, что румынская армия этого и ждёт, и перешла на ночной образ жизни: ночью выдвигаются на позиции и дежурят, а днём отсыпаются. И государь начало операции перенёс на утро; сработало.

Брат ставит чайник на подогрев, а я перекладываю в вазочку из пакета печенье, которые девочки приюта напекли «для солдат»: вчера и сегодня в Москве народные гуляния, и наши крохи под руководством воспитателей раздают печеньки тем, кто, по их мнению, подпадает под определение «солдат». Ну и мне насыпали тоже.

Для себя цесаревич готовит кофе; садимся пить, и он продолжает: – А с севера от Бухареста выбросили десант неподалёку от аэропорта и когда туда стали приземляться наши самолёты с войсками и техникой, стало ясно, что и в Румынии военная кампания пройдёт быстро.

Я согласно киваю головой: к вечеру первого дня, когда появилось видео наших колонн на подходе к румынской столице и данные о контроле за главным аэропортом страны, все убедились, что мы войну выигрываем.

Александр с сожалением покачивает головой: – У нас потерь, конечно, было несравнимо больше, чем в Болгарии, особенно при форсировании Прута и на севере: в Карпатах у румын мощные опорные пункты и их пришлось штурмовать. Но в общей сложности в Болгарии и Румынии мы потеряли меньше сотни солдат и офицеров убитыми. В основном, конечно, в Румынии, было там несколько сложных опорников. Дед-император как раз это и считает главными уроками кампании – в ближайших войнах нужно ориентироваться на более сильных противников, чем румыны, не говоря уж о болгарах и войска будут учить прорывать эшелонированную оборону.

– Я, вообще, из беседы с императором и разговоров с тобой накануне войны вынес представление, что будет операция в рамках пограничного конфликта и предполагал, что против Польши, – я не спеша помешиваю чай ложечкой, хотя сахара в нём нет: укоренилась армейская привычка…

– Польшу бы стоило, они как раз главные помощники провокаторов и самые рьяные исполнители всех британских задумок. Но дед говорит, что к разгрому Польши мы готовы, а вот «переварить» её не сможем, там же сорок миллионов человек населения, причём люто нас ненавидящего; их не одно десятилетие так воспитывают. Дед-император вообще хотел в этой кампании ограничиться только Болгарией, а Румынию не трогать до следующего раза. С точки зрения стратегии нам было бы даже выгоднее, чтобы Румыния оставалась враждебной страной – Западу пришлось бы строить мощные укрепления по болгаро-румынской границе, чтобы от нас отгородиться, а это несколько лет серьёзной работы и громадные вложения, которые бы им пришлось снимать с других направлений. Но Болгарию мы взяли слишком легко, и император не хотел, чтобы армия на такую победу ориентировалась на будущее и расслабилась. Поэтому дед и дал отмашку на вторую фазу войны. Нашим военным в Румынии пришлось тяжелее, чем в Болгарии, но справились. А вот нашим гражданским структурам на много лет заботы обеспечены – «переварить» двадцать пять миллионов человек, это не то, что пять миллионов только болгар.

– А вообще дед Болгарию выбрал как первую цель, поскольку она «слабое звено», и чтобы «пробить» сухопутный коридор в Сербию: сербы наши самые надёжные союзники в Европе, но находились почти в блокаде и поэтому союзничали с нами осторожно. Теперь мы с них эти оковы сняли и на западных картах аналитики вынуждены все Балканы окрашивать в наши цвета. Да и словакам сейчас станет проще – они тоже к нам тяготеют, и теперь у них есть дополнительный аргумент для поляков, которые убедились в нашей силе и своих южных соседей обижать будут меньше. И как только мы вошли в Румынию, дед позвонил королю Венгрии и заверил его, что права венгров нарушаться не будут: в Румынии больше миллиона венгров живёт. И в каждой нашей роте, что входила с севера, были переводчики с венгерского.

– Я бы там пригодился! – киваю я головой.

– Да ты бы везде пригодился! Ты всё можешь! – легко соглашается Саша и продолжает: – Теперь, с учётом завоевания Румынии получается, что всё Чёрное море контролируем мы и турки; из Болгарии мы заставили напрячься Грецию, а через Сербию – Италию и даже Австрию. И все они сейчас вынуждены будут не в атаки на наши границы вкладываться, а свои линии обороны с нуля строить. Ха-ха, – смеётся Саша, – от «больших стран» Болгарию и Румынию французы курировали. И по всей линии фронта, да и в тыловых штабах, французские советники бежали первыми. В армейской среде тут же вспомнили старый анекдот, про то, что только французские танки снабжаются зеркалами заднего вида, потому что иначе не могут наблюдать за полем боя.

Проговорив с полчаса, идём во двор – я обещал помочь Александру разобраться с делением потока магической силы на «нити». По пути предупреждаю: – Ты только поосторожнее. Я вижу, как в тебе сила бушует и складывается впечатление, что ты Замоскворечье запросто снесёшь.

– Не, не снесу, – смеётся Саша. – Не настолько большая у меня мощность, да и приучен я с детства в манеже дозированно силу выпускать. Всегда начало тренировки посвящали тому, чтобы контроль не утратить. Да и жалко Замоскворечье – своё же, родное.

По прошлым выступлениям цесаревича я имел представление о его действиях, и исходя из этого объясняю ему, как «канат» магической силы поделить на «нити»: так-то я морпех, он – «морская душа» и терминология у нас сходная. Радует, что получаться у брата стало буквально через несколько минут – вначале цесаревич смог поделить «канат» на два «каната потоньше», потом на пять, а через полчаса уже уверенно загребал одним магическим потоком, поделенным на сотню нитей, несколько пригоршней щебёнки и бросал её шрапнелью в бетонный забор. Отдохнув, он поэкспериментировал с созданием сосулек и тоже быстро добился успеха.

– Здорово! Реально магическая сила расходуется экономно, а эффективность повышается в разы. Я у себя в МосВОКУ продемонстрирую и скажу, что этому будут учить на магических сборах зимой, и тогда как бы всё училище к тебе не приехало.

– Нам, главное, конечно, не количество аристократического поголовья, – делаю я ремарку, – которое соберётся на учения, а конкретно адресаты операции «Пиковая дама». Думаю, Надежда ещё проверит, как мы тут работаем, и если что, выскажет нам своё неудовольствие со всей присущей ей экспрессией.

Брат заливисто смеётся: – Выскажет, выскажет, можешь не сомневаться. Ты правильно характер Нади понял. Надежда такая, она за словом в карман не лезет. Она и отцу с мамой, и деду императору привыкла говорить, что думает. Она любому предъявить готова. Ну, благо, что все её претензии по делу. Мне от неё тоже влетало. Но если она уверена была, что я прав, она это и маме с папой говорила, меня защищая, и перед дедом могла выступить. К тебе, насколько я понимаю, она доверием и уважением прониклась. И эта её идея с интригой для привлечения наших троюродных братьев, как раз следствие того, что она относится к тебе как к брату и хочет помочь.

Москва. Комплекс «Галактика».

Провожу совещание по строительству здания для магического театра. Третье уже – я тороплю как руководство «Генезиса», так и проектантов, чтобы быстрее определить контуры будущего сооружения и до холодов залить бетон; а весной, когда он выстоится, начать возведение корпуса.

Идею просто переоборудовать под театр большой цех бывшего завода я отмёл сразу же, на первом совещании: – Как ни маскируй, всё равно видно, что это бывший заводской цех, и как его ни обшивай разноцветными панелями, он не изменится, да и нет у нас такого большого цеха. В этот «кирпич» никто не пойдёт. Нет в нём магии. Тот же «Большой театр» – это не только труппа, это и здание, и интерьеры, и особая аура. А всё вместе создаёт легенду, к которой ты можешь «прикоснуться». Билеты на магическое шоу будут дорогими, иначе не получится окупать постановки, и зрители должны быть уверены, что они идут «прикоснуться к магии»: чему-то таинственному, полузапретному, неизведанному. Поэтому билеты и афиши должны быть красивыми, а впечатления начинаться при приближении к магическому театру, продолжаться на нашей территории и внутри комплекса. И только потом – на представлении.

Ко второму сбору для обсуждения «магической стройки» проектанты наваяли что-то в стиле средневекового замка. Очень «готично», очень непрактично и чужеродно для Москвы. Пришлось, со вздохом, забраковать. Понурым Косте и Марку тогда сказал: – Не расстраивайтесь. Такого ещё никто не делал. Магии раньше не было, и магического архитектурного стиля – тоже, и вам предстоит его создать. Ищите, думайте. Подключите своих сотрудников: там же немало творческих людей с полётом фантазии. И среди детей приюта конкурс проведите; дети – они такие, они вам нафантазируют по самое не могу.

Дети и нафантазировали. Да и взрослые, если тараканам в их голове не мешать веселиться, они такое на-гора выдадут… Так что проектный отдел под руководством Кости и Марка постарался по полной, плюс, конечно же, сотрудники «Генезиса»: они не только составили список помещений, театральной машинерии и всего технического оснащения, что им нужно для работы, но и делали наброски того, каким бы им хотелось видеть окружающее пространство.

Раскрываю чертёж, проектанты поясняют: – Комплекс «Четыре стихии» включает Дворец магии, он же театр, а по бокам от него, немного в глубине, четыре корпуса – здания стихий.

Костя бодро рассказывает: – Театр будет строиться на фундаменте заводских цехов, что позволит использовать как склады три этажа подвалов. Дополнительно сделают насыпь, под которой разместятся два этажа стоянок для автомобилей. Само здание получится приподнятым над землёй на насыпном холме и будет несколько смещено и развёрнуто с осевой линии, чтобы одна из его башен – «Башня огня», была издалека в прямой видимости с проспекта, делающего изгиб около нашей территории. На противоположной стороне от входа в театр находится «Башня воды»; а «Башня воздуха» и «Башня земли» – за ними.

Марк в это время меняет картинки на экране и показывает визуализацию – каким будут видеть здание проезжающие по проспекту.

Костя делает небольшую паузу, отпив воды, продолжает: – Обратите внимание на ночной вид башни огня: в верхней части она двойная, на верху ночью будет гореть два пламени, а между башнями в её верхней части проскакивать молнии. С учётом предупредительных красных проблесковых огней для авиации эта башня становится ночной доминантой для района.

– Люди, двигающиеся от метро пешком, будут входить на нашу территорию через ворота, оформленные как порталы, – продолжает Костя. – В огненном портале в прозрачных стенах будет гореть огонь, в воздушном – ветер раскачивать деревья, гнать шары и трепать ленты, земляной портал планируется выполнить из перекрученных листов металлов и пород камня; а в водяном портале – вода будет литься внутри стеклянных стен, под ногами у проходящих – аквариум с камнями и пластиковыми водорослями, шевелящимися под потоками воды. Пройдя через «порталы», они увидят четырёхэтажное здание театра, напоминающее античный амфитеатр с купольной крышей. Каждый этаж – это арки высотой в десять метров, сделанные в том же стиле, что порталы и при входе на нашу территорию и продолжающие «магическую» тематику.

Рассказ длился почти час. В целом, ребятам весь проект удалось «удержать» в едином, выработанном ими, «магическом стиле». Обсуждение было недолгим – что такое час для такого проекта? Для меня было главным, чтобы фундамент, «нижнюю часть» проекта, можно было пустить в работу – залить бетон подвалов и автостоянки, и оставить так до весны. А всё, что «сверху», в ходе стройки неизбежно будет поправляться: ни разу не было, чтобы на строящемся объекте постоянно не вносились поправки. Ну не бывает по-другому у строителей – любой проект дорабатывается вплоть до перерезания ленточки. Вообще, интересно: какими первоначально задумывались египетские пирамиды, и кто был тем отважным и отчаянным архитектором, который еженедельно подходил к фараону и обосновывал необходимость изменений? Или это каждый раз был новый – ввиду казни предыдущего?

Счастливые Костя и Марк сложили свои бумаги и погасили экран плазмы, где показывали нам «визуализацию». Не менее счастливые директор «Генезиса» Иван Ткаченко и режиссёр-постановщик Александр Роу отправились к «коллективу» рассказать, что буквально на днях начнётся стройка.

Когда мы остались втроём с управляющим Анатолием Дмитриевичем и главбухом Станиславом Шиманским, задаю «повелителю денежных потоков» вопрос, который меня мучает уже давно: – Мы много строим, содержим приют, санаторий в Крыму. А денег меньше не становится. Я прошлые годы за бюджетом следил, старался контролировать. Но всё равно не пойму – почему так? Все директора и руководители холдингов и заводов по стране, да и аристократия, постоянно жалуются на гнёт налогов и что они с трудом сводят концы с концами.

– Факторов много, – отвечает Шиманский. – Основной: Вы хозяйствуете рационально. Все объекты приносят прибыль. Даже озеро, казалось бы, поначалу – громадная бросовая яма с грязной водой, превратили в рыбное озеро и тоже вывели в прибыль. Кроме этого, от концерна «Феникс» постоянно идут нарастающие платежи как проценты от средств, которые Вы туда направили. Не делаете рискованных вложений. Не замахиваетесь на невозможное. И ещё один немаловажный фактор: Вы сами почти ничего не потребляете. Посудите сами, бывший дворец Радзивиллов в Крыму съедал кучу денег на своё содержание. Он и сейчас убыточен, но почти половина убытков уже покрывается туристами и свадебными церемониями. А у того же Радзивилла было шесть самолетов, просто стоящих в аэропорту и используемых в представительских целях; а когда он летел в Крым, то вместе с ним в самолёте было и сорок человек челяди. И каждому нужно платить зарплату. Или их конюшня, перешедшая нам – громадная территория, где было всего с десяток коней, на которых ездили только Радзивиллы. А за землю каждый год налоги платились. Сейчас там полноценный конный клуб, приносящий неплохие деньги. А если посчитать все объекты князей, которые используются только в интересах рода, то и получится, что средств на содержание они требуют немало, а прибыли, естественно, приносить не могут. Для многих богатых родов такое сверхпотребление характерно, оно их и разоряет, а не высокие налоги.

Согласно киваю головой и уточняю у Стаса возможности по строительству ещё одной небольшой «магической школы-театра» в Крыму. Он отвечает: – Ресурсов хватит.

– Тогда полетишь со мной и с проектантами в Крым, вместе будем уговаривать Якова Григорьевича Крейзера взяться за эти стройки. И тот же металл, гранит и мрамор нужно уже сейчас начинать закупать, да и дерево тоже; доски и брус, думаю, у Окинова будем приобретать, позвоню ему, чтобы на сушку закладывали.

Глава 11

Москва. Комплекс «Галактика». Тренировочный центр «Генезис».

Чудо в представлении людей – это потереть волшебную лампу и утром в пустыне будет стоять город; взмахнуть волшебной палочкой – и по её мановению возникнут дворцы и хрустальные мосты, рассеются вражеские войска, или, как минимум, тыква превратится в карету. Или Дамблдор, оглядев притихших школяров-магов, разведёт руки и произнесёт: «Да будет пир!», и тут же столы окажутся плотно заставлены изысканной едой.

Я знал, что таких чудес не бывает. И когда мне говорили, что то, как я стреляю из лука – это чудо, я согласно кивал и улыбался. Зачем лишать людей веры в чудо? Если они узнают, что для такой стрельбы я тренировался годами, развивая нужные группы мышц, осваивая технику владения луком и при этом сбивал пальцы в кровь, то их вера в чудеса пошатнётся.

Сегодня я наблюдал как работники «Генезиса» творили своё чудо. И как для всякого настоящего чуда, сделанного людьми, их технология оказалась банальной: в основе этого магического чуда лежал точный инженерный расчёт, фанатичная преданность своему делу и сотни часов изнуряющих тренировок, до тошноты оттачивавших каждое движение магической силы всех участников представления. Каждое утро в «Генезисе» начиналось одинаково: с разминки. Разбившись на небольшие группы по видам магии, «мастера» под руководством «бригадиров» отрабатывали какие-то эпизоды будущего представления. На эту часть я не попал – сам сидел «за партой» в дипломатической академии. А вот работой коллектива во второй половине дня смог насладиться: в это время «инженеры» проводили «увязку» бригад в единый «рисунок». На одном месте тренировались «вышивать» цветы и листья на платьях: перед группой мастеров стояли манекены, на которых они по командам инженера «рисовали» цветы, подтягивая для этого крупинки специально окрашенного песка с пола. Группа, расположившаяся рядом, упражнялась с деревом: на яблоне, послушной их действиям, набухали почки, появлялись листья и распускались цветы, завязывались и наливались яблоки. А под порывами ветра ветки на яблони слегка покачивались и шевелились листья. Еще с десяток мастеров упражнялись в создании и управлении птицами: соловьи вили гнездо, откуда через минуту появлялись лысые головы потомства, одна из взрослых птиц садилась на ветку и закидывая голову, начинала открывать и закрывать клюв.

Сопровождавший меня на «экскурсии» режиссёр-постановщик Говард Роу пояснил: – Позже они с фонограммой будут работать, чтобы все действия совпадали по хронометражу.

Я согласно киваю, но не могу сказать ему, насколько поражён сложностью их работы – в магическом зрении я вижу, как от каждого мастера протянулось несколько нитей к объекту, которым занимается группа, и там эти нити распадаются на десятки или даже сотни тонких паутинок, каждая из которых «пляшет», удерживая и передвигая свою песчинку или какой-то другой элемент. Но ведь ни бригадиры, ни Говард эти нити не видят. А не видя – как руководить? Только по результату, заглядывая в листы и на экраны, где расписаны и нарисованы действия каждого мастера и изображено то, что должно получиться в результате? Насколько нужно уметь тонко владеть магией, чтобы каждый мастер в своей зоне мог контролировать сотню, а то и больше небольших объектов, постоянно изменяемых магией, а бригадир успевал отслеживать изменения в картинке!

Говард проводит меня по всем помещениям, где разместились его артисты, со смехом рассказывает, с чего начинался театр. Как оказалось, с трёх человек, показывавших магические фокусы – на глазах у восторженной девушки, которой молодой человек дарил горшок с молодым стеблем, цветок начинал бурно расти и распускался. Когда в «Генезисе» стало с десяток «мастеров», получалось работать с целым букетом, а позже – ещё и бабочек создавать и кружить их вокруг девушки.

Роу поясняет: – Здесь комплексные занятия проводятся с уже прошедшими первоначальную подготовку, но вначале все приходящие в коллектив тренируются не в слепую, а «подкрашивая» свои магические нити: те же «водяные» наполняют нити туманом, и они становятся видны бригадиру; «земляные» орудуют песком. К сожалению, это очень энергоёмкая техника, при её применении магическая сила быстро растрачивается. Зато бригадир видит, как работает новый ученик, и даёт ему советы. И в начале работы над новой постановкой так же в составе бригад и всего театра тренируемся – чтобы магические нити от разных мастеров не пересекались, не накладывались и не мешали друг другу.

– Я поначалу объяснял всё актёрам просто на пальцах, – смеётся режиссёр-постановщик магического шоу. – А сейчас, чтобы управлять всей этой толпой, на репетициях передо мной лежат потактовый сценарий и раскадровка. Всё должно быть предельно точно: если даже один мастер ошибётся, какая-то из фигур может рассыпаться. А если «воздушники» неправильно сформируют воздушный щит или чуть сдвинут его с намеченной точки, балерина оступится и упадёт с высоты.

После очередного небольшого перерыва почти вся труппа собирается вместе и за пюпитр встаёт Говард. Когда в армии Гриша Новиков рассказывал мне, как он читает партитуру – сразу партии всех инструментов, «цепляя» зрением целую страницу в несколько музыкальных строк, я и представить себе не мог: как это можно делать? У Говарда Роу партитура выглядела ещё сложнее, ведь он «стыковал» работу всех бригад в создании объёмной картинки, заполнявшей сцену. Лежавший перед ним большой экран был расчерчен на объёмные квадраты и под звук метронома, отсчитывающего секунды, режиссёр-постановщик сдвигал пальцем партитуру, периодически поднимая глаза и показывая рукой на какую-то из групп.

– Спешите… Задержка… Выше… Спешите… Ниже… Дальше… – слышались его слова в абсолютной тишине.

Москва. Кремль.

Не смотря на выходной день, после обеда у императора и наследника престола было запланировано несколько рабочих встреч: ослабив на время контроль за процессами, проходящими в стране в связи с приездом корейского императора, а затем проведением военной операции в Болгарии и Румынии, для возврата руки на пульс империи им приходилось возиться с бумагами до полуночи и выходные прихватывать для работы. По традиции, последняя встреча была с начальником тайной канцелярии – никогда неизвестно, насколько может затянуться доклад и какие вопросы могут дополнительно возникнуть. В этот раз пачка папок была не особенно толстой, так что доставая из портфеля ещё по одной, и раздавая их, генерал проговорил: – Последняя. По Первозванову. На шести страницах расписаны его поездки, совещания, общение. Тайная канцелярия стала получать больше проверенной и оперативной информации, так как у нас появилось в «Галактике» два агента, которые дают общую информацию о происходящих событиях. Хотя они доступа к Первозванову не имеют, их сведения крайне важны.

– Я уже докладывал об особенно высоких уровнях инициации у друзей Первозванова в период его жизни во Владимире. В продолжение этой темы представляю справку: в первые сутки после возвращения Первозванова из армии, в приюте магическую инициацию прошли пять мальчиков и четыре девочки. Во вторые сутки шесть человек, в третьи – четыре. Итого за три дня – почти два десятка человек, что больше, чем было инициаций в приюте за весь предыдущий год. К сожалению, у многих инициировавшихся детей неизвестен отец, есть и такие, где нет данных про обоих родителей, но там, где удалось установить отцовство, показатели магической силы у инициировавшегося ребёнка оказывались аномально высокими по отношению к биологическому отцу. Пока я могу представить только справку, информация обрабатывается и анализируется.

Передав листы со списками и таблицами, генерал продолжил: – Далее, Андрей Первозванов получил из армии груз: свою военную форму и восемь снайперских винтовок.

Император немного задумался: – А с чего армия ему винтовки передала? Они что, военным не нужны? Лишние?

Не заглядывая в папку, начальник тайной канцелярии тут же отчитался: – Как следует из документов – все винтовки импортные и принадлежали снайперам, которых Первозванов победил на дуэлях. В соответствии с установленными в вооружённых силах правилами, такие винтовки считаются личным военным трофеем снайпера и переходят в его собственность.

– Победил – это убил на снайперской дуэли? – заинтересовался наследник престола.

– Ну да, – согласно кивнул генерал. – Или тяжело ранил, иначе бы эти снайпера ему винтовки не отдали: снайпера, они же все суеверные, они свои винтовки чуть ли не живыми считают и имена им дают; добровольно с таким оружием не расстаются. В личном деле есть пометки, свидетельствующие, что у министерства обороны в наличии видеозаписи, подтверждающие поражение целей – обычно это фиксация с помощью небольшой камеры, установленной непосредственно на винтовке или на каком-то оптическом приёмном устройстве ассистента. Есть также несколько часов видеофайлов с налобной камеры Первозванова – записи участия в боевых действиях. Если есть необходимость, мои сотрудники подготовят нарезку наиболее важных моментов из его записей.

Сделав небольшую паузу, генерал продолжил: – Важное мероприятие, которое проводит сейчас руководство холдинга под управлением Первозванова – присоединение коллектива «Генезиса», занимающегося показом магических шоу. Все формальности соблюдены, присоединение состоялось, документы переданы в регистрационную палату, где они зафиксированы. Разработан проект, выделена земля и уже в ближайшее время начнётся строительство «Театра магии», во всяком случае фундамент планируется залить в этом году, до морозов. Андрей Первозванов побывал на тренировке труппы, после чего побеседовал с людьми и пообещал им решить бытовые и жилищные проблемы. В «Генезисе» более трёхсот сотрудников в «творческой части» магического коллектива; в основном это молодёжь или молодые семьи и для них проблема найма жилья актуальна.

– У нас там вопросы с секретностью не возникнут? Насколько продвинутая магия в театре используется? – заинтересовался наследник престола Владимир Николаевич.

Начальник тайной канцелярии улыбнулся наследнику: – Магия довольно высокого уровня, во всяком случае, для простолюдинов высокого. За счёт сложения магических усилий они добиваются интересных эффектов; у нас есть записи их выступлений. По проблеме секретности: толком эта сфера не отрегулирована, так как государству ранее уровень магии простолюдинов был не интересен, а у аристократии вопросы секретности решались на уровне рода, и всё, что касалось магии и они считали нужным скрыть, квалифицировалось как родовые тайны. С созданием магических академий в стране, вопросы секретности перешли на уровень службы внешней разведки, но только применительно к своим академиям и к использованию в ходе боевых действий. Первозванов решил проблему секретов через коммерцию: он, или же его юристы, внесли в трудовые договора сотрудников «Генезиса» пункт о том, что всё относящееся к магии, является собственностью холдинга и составляет коммерческую тайну. Предусмотрены серьёзные ограничительные меры и штрафные санкции, чтобы защитить секреты применения магической силы.