Текст книги "Тройка, семёрка, туз (СИ)"

Автор книги: Алексей Урусов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)

Глава 31

Москва. Кремль.

Мы снова на докладе у императора. Если так дело пойдёт, я с государем и наследником буду видеться чаще, чем с братом Сашей. Хотя в этот раз и цесаревич Александр тоже в кабинете императора – у Саши начались каникулы, точнее, у курсантов это называется «каникулярным отпуском», а раз он не в училище – самое то узнать что-то новое про магию. Показываем с генералом Гефтом видеозаписи взрывов одноцветных сфер. Вначале малых диаметров, а затем – полуметровых.

– Как и прогнозировалось, – констатирует Николай Артурович, – взрывы сфер диаметром пятьдесят сантиметров породили эффект, который условно назван «вторичной детонацией». Причём, в отличие от стандартных сфер, где выброс магической энергии происходит в невидимом спектре и о его результатах становится известно только в результате выбивания магической силы у людей, в данных испытаниях «вторичная детонация» проявила себя в видимом спектре видимыми разрушениями и отпечаталась на местности, оставив дополнительное кольцо оплавленной земли вокруг эпицентра. Вот как выглядит место испытаний «красного шара» с вертолёта: круглый «блин» оплавленной земли в центре испытаний, затем зона сплошного разрушения, за которой снова оплавленная земля шириной около пятнадцати метров, опоясывающая место проведения испытаний по кругу.

– Примерно таким же образом прошли испытания полуметровых одноцветных зарядов трёх других стихий: критические явления разрушений в эпицентре, затем зона сплошных разрушений, затем снова опоясывающая зона критических разрушений, затем постепенный спад, – генерал Гефт во время демонстрации документального кино изредка световой указкой выделяет какие-то важные точки съёмки и поясняет картинку.

– Андрей, ты что-то дополнительно своими глазами увидел? Или всё было обычно, ну, насколько может быть обычным проявление магии? – Николай Петрович после просмотра видео пролистал альбом с фотографиями и закрыв его, задаёт вопрос мне.

Я к вопросу готов, так что сразу начинаю доклад: – Из того, что мне показалось существенным, я бы выделил такой момент: когда при первом испытании огненная сфера расширялась, она распыляла попадавшиеся ей магические элементы и усиливалась за их счёт; далее у меня создалось впечатление, что при снижении скорости её движения, она стала эти элементы отдавливать от расширяющейся сферы и они отступали под её давлением, не меняя своей формы и образовали своеобразную плёнку на её поверхности. А затем они одномоментно вступили в реакцию с огненной сферой и произошло то, что генерал Гефт называет «вторичной детонацией». Такие же явления были и при трёх последующих взрывах – вначале захват расширяющимся взрывом «свободных» магических элементов воздухе и их использование для расширения; на второй стадии – отталкивание таких магических элементов и образование плёнки по внешней поверхности взрыва; а на третьей – их взрывное соединение с поверхностью облака, вызывающее вторичную детонацию. Всё это длится секунды и более подробно я не смог рассмотреть. Также я бы выделил вот что: я как-то упоминал, что в последние полгода я стал улавливать не сильный звук, который издают магические облака и метровые «индивидуальные» шары. Что-то типа жужжания или приглушённого гудения. Такой же звук, а также хлопки, я зафиксировал и при последних испытаниях, при срабатывании зарядов и при «вторичной детонации». На обычной записи этих звуков нет. Большей информацией на эту тему я не располагаю. Пока просто констатирую факт.

– Добро, – задумался император. – Будем накапливать статистику, может быть, в процессе дальнейших испытаний что-то проявится ещё.

Подмосковье. Поместье графов Раевских.

Когда на приёме в честь дня рождения цесаревича, Павел Николаевич Раевский пригласил меня побывать в их имении, мне эта поездка, если она вообще состоится, казалась далёкой перспективой.

Однако в самом начале зимних каникул, при очередной встрече с Сашей на Полянке, он сообщил, что в выходные собирается вместе с матерью, Надеждой и Артуром побывать у Раевских и озадачил меня вопросом: – Раевские интересуются, получится ли у тебя тоже приехать?

Я в недоумении задумываюсь: приглашение было, я на него ответил положительно; сейчас новогодние каникулы – традиционное время для визитов. И отказаться мне сейчас – значит показать своё пренебрежение семье графа. Как родственников я их воспринимаю ещё меньше, чем императорскую семью. А вот как древний род, на протяжении столетий прославившийся служением стране на поле боя – уважаю безмерно. Так что решаю, что надо ехать.

В имение я подъезжал ближе к обеду, когда Саша с сестрой находились там несколько часов и едва мой автомобиль стал притормаживать у крыльца дома, вижу, что цесаревич и Раевские выходят меня встречать. Выскакиваю из машины, кланяюсь: – Добрый день! Для меня честь побывать в имении ставного рода Раевских!

На меня машут руками, генерал Раевский крепко стискивает, его супруга, Екатерина Николаевна обнимает и целует в лоб, София Павловна торопливо говорит: – В дом, в дом быстрее, без шапки и куртки и застудиться не долго.

В гостиной меня усаживают в кресло, идёт светская беседа с чаепитием, а через полчаса проходим на обед.

После обеда разговор продолжается, но уже более конкретно – о жизни, планах, стройке. Меня радует, что он протекает всё-таки в полуформальной обстановке – Раевские никаких намёков на наши родственные отношения не делают и это меня радует: не знаю, как бы я отвечал, если бы разговор зашёл о родственных чувствах.

Дальше Саша показывает мне мою комнату, переодеваемся и идём в конюшню – как и обещал Павел Николаевич, за мной закрепили постоянного коня. Покатались, брат показал усадьбу, и она впрямь оказалась красивой и как-то по-доброму ухоженной. За ужином стол завалили котлетами, и я с удовольствием попробовал всех понемногу. Но от прозвучавшего за чаем приглашения остаться на ночь, отказался – мне нужно спешить в Москву, где меня ждут дети. Раскланиваюсь и уезжаю.

* * *

Заметив, что старшее поколение Раевских приуныло после отъезда Андрея, Надежда Романова-Гефт обняла бабушку: – У него в самом деле целый приют детей, считающих его папой. Он и от Саши, когда бывает у него в гостях на Полянке, тоже рано уезжает, чтобы быть на ужине и потом укладывать их спать. Неформальное знакомство с Андреем состоялось, оно прошло успешно и для первого раза этого достаточно. Даже очень неплохо для первой встречи.

– Ты очень к Андрею расположена, внученька, – заметила Екатерина Николаевна.

Надежда слегка дёрнула плечами: – Он заслуживает уважения. Как герой, как человек, выстоявший в сложной ситуации и поднявшийся вопреки обстоятельствам. Он, к тому же, честный и добрый, что редкость для аристократического мира. А ещё он мой брат, с которым все мы поступили неправильно и у которого из-за этого не было нормального детства.

Владимир.

Всё по классике: война должна начаться после бала. В нашем случае после данного губернатором обеда, плавно перетёкшего в танцы. Но вот и благотворительный губернаторский бал благополучно отгремел. Хотя, почему «губернаторский»? Скорее – имперский: благодаря неуёмной энергии, пробивной мощи и личному патронированию Надежды Романовой-Гефт, на балу присутствовало пять княгинь и более десятка княжон, что сразу превратило танцы в Дворянском собрании Владимира в великосветское мероприятие и «общеимперский информационный повод», и с десяток телеканалов работали на балу, а кто-то даже прямые эфиры вёл. Забавно: если бы присутствовали только княжичи и прочая мужская часть аристократии, такого бы ажиотажа со стороны СМИ не было – неужели только из-за того, что все мужчины на балу в мундирах и без драгоценностей и рекламные паузы в этом случае не котируются?

Прощаюсь с княжной Марией Мищерской, собирающейся уезжать в столицу. Она изначально однозначно определила, что жить со мной в деревне не сможет – подобная демонстрация близости была бы воспринята не только как неуважение к общественным устоям, но и как признак моего вызова княжескому роду Мищерских. Так что усадив Машу в машину, отправляю её в Москву; приезжать на учения она периодически будет – больше полусотни наших детей старших возрастов участвуют в учениях – или как «солдаты», или ассистентами для тренеров по стрельбе и конной выездке или даже «младшими мастерами» в постановке магии из «Генезиса»; и вообще контроль с её стороны за «командировками» детей традиционно очень внимательный.

Проводив княжну, занимаюсь Романовыми – прибывали они из Москвы прямиком к званому ужину губернатора, затем начался бал, в деревне ни разу не бывали, так что организовываю для них переезд и размещение во дворце.

Владимир. Деревня Первозваново. Дворец Андрея Первозванова.

Воскресное утро у меня началось традиционно – с выхода на зарядку. В фойе дворца на диванах и креслах сидит с полтора десятка тренеров – для каждого из Романовых назначен индивидуальный «сопровождающий», чтобы упростить ему ориентирование в незнакомом месте. Раз их здесь меньше двух десятков, значит, кто-то из гостей уже на улице.

Первого из императорской династии встречаю у конюшни: – Андрей Андреевич, не будете ли Вы любезны разрешить мне проехаться на чемпионской лошади? – один из молодой поросли Романовых, Василий, смотрит на меня восторженными глазами. Похоже, он поклонник имперского триатлона: для меня тройная победа в триатлоне уже подёрнулась дымкой времени, а ведь кто-то помнит!

– Конечно. Можно или просто по кругу джигитовку исполнить, либо на трассе.

– Я бы предпочёл пройти дистанцию имперского триатлона, – Василий, сын Ивана Константиновича, легко запрыгивает на Ветра и умело правит им на стартовую позицию для прохождения триатлона.

– Мы бы тоже хотели трассу пройти, – ещё один Романов, Владислав, тоже потомок Ивана Константиновича и Всеслав Глебович Тверской, младший брат друга цесаревича, Всеволода, умоляюще смотрят на меня.

– Конечно, по два круга каждому, с небольшими перерывами на более спокойный выпас Ветра; конь вполне осилит, – определяю я правила выездки. – А также ближе к вечеру можно будет ещё покататься.

Княжичи довольно кивают головами, уважительно задают мне какие-то вопросы про выездку коней, мою подготовку к имперскому триатлону.

Почти час проведя у конюшни – Ветер бы без моего одобрения незнакомых на себя не посадил, направляюсь в школу, куда утром собирались подъехать княжичи Окиновы. Обнимаю старых друзей, занимающихся с моими бывшими тренерами ушу – Яном и Гао. Вчера, на балу, у нас не было времени пообщаться, так что немного поговорили о начавшихся учениях здесь. Окиновы торопятся – у их сегодня ещё выезд в «зону предстоящих боевых действий». Серьёзно они к учениям относятся, обстановку изучают не по карте, а «ногами»: всё по военной науке.

Целое крыло школы на время учений превратилось в центр подготовки дроноводов и охотников на них: за рядами компьютеров сидят обучающиеся, и под руководством инструкторов-ветеранов боевых действий, осваивают науку воздушной войны. Ещё несколько классов переоборудованы под игру в дронобол, а в спортзале оборудована дронобольная арена: центр спортзала перекрыт «клеткой» из мелкой сетки; внутри клетки, на её противоположных концах, установлены большие кольца – ворота. Квадрокоптеры для игры заключены в пластиковые решётчатые шары. Две команды соревнуются: нужно не дать команде противника забросить дрон в свои ворота, а ещё лучше – улучить момент и провести свой дрон в кольцо соперников. Чем-то футбол напоминает, но в воздухе одновременно находится несколько жужжащих «мячей», а «футболисты» стоят за оградой и рулят джойстиками. Посмотрев, как участники сборов развлекаются в классах дронобола и военного управления квадрокоптерами, возвращаюсь во дворец.

Обед во дворце тоже был званым, но исключительно для проживающих в нём, то есть только для Романовых, и давался он от имени цесаревича Александра и принцессы Надежды Романовой-Гефт. Надежда изначально полагала, что не вся романовская молодёжь сможет вовремя проснуться после бала и присутствовать на завтраке, так что официальное застолье запланировала на более позднее время.

«Обед по-родственному», как обозвала его Надежда, проходит в большой гостиной: столы расставлены квадратом, чтобы мы сидели недалеко друг от друга и могли разговаривать. Надежда и жёны старших Романовых поздно вечером уедут в Москву и другой возможности пообщаться в таком составе не будет. Естественно, беседа светская: о вчерашнем приёме губернатора и бале, а также о внешнем виде города Владимира, который поразил гостей особым уютом и древностями, элегантно вписанными в городскую среду и красиво подсвеченными. После десерта дамы удалились для обсуждения своих девчачьих дел, а мужская составляющая компании распалась на группы по интересам.

– Андрей, ты на балу вскользь говорил об улучшении программы учений? – почти сразу же, как мы оказываемся в мужском кругу, к нам с Сашей и Артуром подходят самые старшие из Романовых – «тройка» офицеров. Вопрос по делу, оно и понятно: они люди занятые, сорвались из отпусков или даже со службы, чтобы две недели провести в провинции и крайне заинтересованы, чтобы «выхлоп» от этой поездки был максимальным. Да и остальные Романовы тоже уши навострили и собираются вокруг нас.

Я согласно улыбаюсь: – Поскольку на учения прибыло всего шесть офицеров, появилась возможности расширить для них программу обучения и для каждого сформировать мотострелковую роту на основе солдат из Кантемировской дивизии и добровольцев, усиленную взводом дроноводов, снайперским взводом и специальными подразделениями для применения магической силы. Так что каждый из вас покомандует на полигоне усиленной ротой в двух тактических вариантах – неделю оборона, неделю – наступление и прорыв эшелонированных опорных пунктов. Для курсантов из числа Романовых, примерно такая же система учений, но только в должности командиров взводов и отделений, в основном командирами взводов. Распределение было в соответствии с заявками.

– Помимо этого, – продолжаю я, – желающие могут ежедневно заниматься снайперской подготовкой, применением дронов и освоением антидроновых приёмов, учиться стрельбе из многопульных патронов. А офицеры – организовывать обучение по этим дисциплинам. В распоряжении курсантов, и тех, кто младше, у кого хватит сил и времени: конюшня, спортзалы со всеми видами борьбы, полигоны для дронобола, занятия по имперскому триатлону, тренера по магии от театра «Генезис». Я для занятий в качестве тренера буду доступен два часа утром и четыре часа во второй половине дня и вечером. Плюс индивидуальные тренировки по заранее согласованному графику.

Видя удовлетворённые кивки от офицеров и остальных Романовых, внимательно слушающих пояснения к программе учений, продолжаю: – По магическим тренировкам. Стандартные занятия «для всех» будут проводиться ежедневно, точнее ежевечерне. Они предназначены как для повышения личного уровня и разнообразия применяемых приёмов, так и для наработки управления коллективными усилиями в составе подразделений. Тренерами являются лучшие мастера из магического театра «Генезис», их достаточно для занятий. У цесаревича Александра Владимировича запланированы индивидуальные занятия с Романовыми.

Саша кивает: – Тренеры из «Генезиса» будут учить, в том числе, делить магическую силу на нити. Я с помощью Андрея это быстро освоил и готов с вами позаниматься. Андрей меня поддержит и так мы существенно сэкономим время – генофонд у всех Романовых один, картинка магической силы почти идентичная, думаю, мои советы вы воспримете быстрее. Дед-император, – сообщает Саша, – разрешил провести секретные занятия по магии, предназначенные исключительно для Романовых; они будут проходить здесь, во дворце, или в башне магии рядом с дворцом. Император ответственным за «секретку» назначил Артура Гефта. По секретной магии, Артур, поясни.

Артур Гефт включается в разговор: – В понедельник из академии доставят магическое оборудование и оружие, и можно будет начать занятия. Всё секретное, так что сотрудник службы внешней разведки вначале соберёт подписки о неразглашении. Это в самом деле серьёзно: будет доведена информация, которая даже в академии не преподаётся.

* * *

Вечером собрались с Сашей «пошептаться», благо, наши комнаты были соседними: – Ты у нас офицер и герой, тебе и шашка в руки, – рассмеялся Саша. – Даже я на твоём фоне в глазах действующих офицеров бледно выгляжу. Да, я цесаревич, но всего лишь курсант. А уж Романовы – они мои родственники и для них сакральность царствующей фамилии вообще из себя ничего не представляет. «Тройка» и «Семёрка» ценят меня за уровень магической силы – для них он недостижим; да в таком возрасте пятого уровня магии ни у кого в империи нет, а может и в других странах тоже. А у тебя и боевой опыт, какого ни у кого из Романовых нет: они знают, что ты боевые награды получил за реальные подвиги и пролитую кровь. Хозяйство ты ведёшь умело, ну и как дуэлянта тебя тоже ценят. А для нашего «туза пик» – всей романовской мелкоты – ты просто икона: и на лошади покатаешь, и с саблей позанимаешься, и в борьбе можешь; и имперский триатлон производит на них такое же впечатление, как и на нас в их возрасте. Ну и плюс морпеховский флёр и то, что тебя окружает и слава непобедимого дуэлянта. Так что пока операция по установлению прочных связей с молодым поколением Романовых проходит успешно.

Глава 32

Владимир. Загородный клуб баронского рода Аланкиных.

Я на загородную базу приехал пораньше. Ещё раз шагами промерили вместе с Македонцем трассу, окончательно согласовывая свои действия и подмечая «неожиданности», которые могут вылезти на премьерном показе.

Лука констатирует: – Вроде все варианты отработали, совместные действия просчитали с секундомером, но по появлению каждого дрона нам, в любом случае, известно только направление и примерное время – точнее их выпускать не получается, да и мы можем где-то ускориться, а где-то притормозить. Плюс к сложностям – иногда на уничтожение квадрокоптера тратится несколько пуль и приходится чуть ли не останавливаться. Так что будем импровизировать и помогать друг другу.

Согласно киваю и двигаемся с Македонцем в ресторан – гости уже собираются. После проходки Надежда Романова-Гефт и цесаревич открывают вечер и предлагают поднять первый бокал за тех, кто сейчас бьётся в районах локальных конфликтов. Беседа быстро распадается на «дружеские группы», и мы с Македонцем ретируемся: пробежка запланирована в первый перерыв, до начала которого надо успеть немного размяться. Когда гости высыпают из ресторана на просмотр, мы уже находимся около стартовой позиции. Забавно: я пробежки Луки с его стрельбой с двух рук наблюдал как зритель, а сейчас сам оказался «актёром».

Разноцветные фонари стробят, мешая сосредоточиться на предстоящем пробеге. Хотя, куда меня сильнее мотивировать – у меня мотивация и так зашкаливает: «тройка треф» офицеров от Романовых и «семёрка пик» курсантов и старших лицеистов от Романовых; ну и «туз крестей» – вся романовская мелкота тоже здесь. Помимо них – еще полсотни княжичей, съехавшихся со всей страны.

Звучит сигнал, и мы срываемся с места – Македонец бежит по левой полосе, более сложной: там, где у меня ровная земля или невысокие столбики, у него – столбы на цепях или перекладина на высоте метра. Но такая разница придаёт дополнительный объём «картинке», и зрители видят не синхронные действия двух бегунов, а два отдельных «македонских танца».

Поясные мишени, выскочившие сразу же как мы стартовали, мы расстреляли быстро и метко: их места известны и пристреляны. От наших трассирующих пуль они лопались и разлетались, выпуская облака серебряной и золотой пыли, искрившейся в лучах подсветки.

Дальше у нас небольшой пробег по земле – как и намечалось, в этот момент слева и спереди на нас летит первая группа беспилотников. Площадка ярко совещена, на дронах установлены проблесковые световые маячки, трассирующие пули устремляются к ним, а из пистолета в левой руке пуля, вылетев, распадается на несколько маленьких, и небольшим светящимся роем устремляется в сторону квадрокоптеров. Мы в четыре руки ведём стрельбу влево, откуда нас атакуют квадрокоптеры и четыре очереди трассирующих пуль выглядят весьма эффектно. Стоит грохот, дроны взрываются с громкими хлопками – они без взрывчатки, но со специальными баллонами, где под давлением содержится смесь цветной пудры – при взрыве получаются разноцветные облака, бликующие в свете фонарей и прожекторов. Ну и наша форма дополняет картинку – оказывается, при искусственном освещении она не просто отражает свет: на её поверхности вспыхивают небольшие белые и голубоватые звёздочки, превращая нас с Лукой в двух танцующих «звёздных человечков». Три наземных дрона, выползающие нам навстречу, поражаю я – за Македонцем в нашем тандеме закреплён контроль за «небом», как за более опытным в «стрельбе по-македонски». Причём, с наземными дронами получилось очень эффектно – колпак первого лопнул от моей пули, выдав облако красного порошка, второй, находившийся ближе к зрителям и лучше для них видимый, взорвался уже на фоне красного облака, выдав зелёный шлейф. Третий, двигавшийся следом, после попадания выпустил синее облако. Наконец, налёт дронов отбит. Мы вновь ускоряем темп для преодоления следующего препятствия, и я слышу громкие аплодисменты и крики «Браво!» от наблюдающих за забегом.

Спрыгнув с качающегося бревна, пробегая по которому я поразил две мишени, оказываюсь на ровной площадке. Здесь помимо мишеней, поднимающихся из укрытий и дронов, вновь летящих слева, нас атакуют наземные дроны. Именно здесь мы отрабатывали «мельницу»: плотно встав спиной друг к другу, мы с Македонцем поливаем пулями наиболее близкие цели. Мои руки реально крутятся как лопасти мельницы: при «прокрутке» приходится почти мгновенно переносить стрельбу с одного объекта на другой.

Один из квадрокоптеров падает впереди, и в магическом зрении я вижу рядом с ним переплетение проводов, платы и разогретые детали. А самого дрона не вижу… Он же за препятствием! Этот наземный робот крайне опасен для нас – он оказался за щитом, и мы его не наблюдаем; и мы ему откроемся, когда уже пробежим, и стрелять краской он нам будет в спины. Высаживаю в щит, за которым находится дрон, четыре пули, но доски толстые, сразу не пробьёшь.

– Гусеничный! Справа впереди, на час! За деревянным щитом! Левый низ стреляй! – кричу Македонцу.

Спиной ощущаю, что его руки дёрнулись вниз и когда я прокручиваюсь вновь до этой точки, по числу щепок, отлетевших от щита, понимаю, что Лука правильно определился и всадил в то же место, что и я, ещё четыре пули. Сам стреляю туда же, наша мельница распадается, и мы устремляемся вперёд, из четырёх стволов поливая дрон, спрятавшийся за доской. Щепки весело разлетаются от попаданий. Наконец, «убили»: на месте дрона образуется облако из белой пудры…

Новый рывок – запрыгиваю на «змейку» – доски, уложенные зигзагом, несколько выстрелов по мишеням, дроны… финальная пробежка – мы с Македонцем ведём стрельбу по мишеням, которые подсоединены к фейерверкам и холодному огню. Небо над базой отдыха расцвечивается салютом, а трасса вспыхивает, залитая столбами огней, бьющими из земли.

Слышно, как аплодируют аристократы. Мы с Македонцем подходим к толпе.

– Восхитительно! Изумительно! Бесподобно! Спасибо за полученное удовольствие! – звучит со всех сторон.

Владимирская область. Полигон Кантемировской дивизии.

Увидев Фёдора Романова, как и он, прибывшего на совещание, Антон Романов, стоявший в стороне от входа в штаб, махнул рукой, приглашая поговорить. Когда троюродный брат подошёл, пожав ему руку, Антон поинтересовался: – Как обстановка в роте?

– Сидим по блиндажам, хорошо, что траншеи перекрытые, иначе бы и выйти было нельзя, – Фёдор улыбнулся брату в ответ. – За минувшие сутки сбили четыре десятка дронов, плюс несколько штук наземных беспилотников. И это пока только разведка ведётся и только в полосе моей роты; думаю, накануне атаки «синие» постараются максимально позиции вскрыть, а что будет твориться в небе в день сражения – даже представить не могу. Поэтому солдаты зарываются в землю и создаём запас квадрокоптеров на передовой. Плюс выносим позиции вперёд. А полосу перед позициями минируем.

– У меня такая же ситуация, – согласно кивнул Антон. – К тебе Композитор приезжал, показывал многодронное управление?

– Да, был. Мастер, конечно. Сразу четыре беспилотника контролировать – это такой напряг для мозгов. И для рук – они у него между джойстиками летают, как будто он напёрсточник. Я и сам попытался, да и многие воспылали желанием так с квадрокоптерами работать, но пока не очень получается. А ещё я попробовал для борьбы с квадрокоптерами сформировать снайперские двойки – один с винтовкой, на дальнем расстоянии сбивает, в основном крупные дроны, а второй с автоматом и многопульными патронами. Результат есть, но не «вау».

– Для любого «вау» море тренировок надо провести. Но идея интересная, попробую и у себя, – Антон раскрыл планшет и что-то в нём написал. – Всё в тренировки упирается: времени мало. Что такое четыре для на подготовку и день на сражение? Думаю, через неделю, когда мы наступать будем, от сражения будет больше опыта. А так, для анализа на будущее много интересных моментов. И Андрей говорил, что две недели – ни о чём, и летом хотят на месяц учения организовать и именно обучению отдать приоритет. Но вроде как речь о Крыме шла – здесь погода может всё испортить: дожди зарядят, и ни дронов тебе, ни магии – придётся сидеть по палаткам и только портянки сушить магическим огнём, – хохотнул Антон.

– В Крыму на месяц? – Фёдор удовлетворённо покачал головой. – Да там такой вайб *! Если что, я в деле. Должны со службы отпустить. А не захотят – отпуск возьму. По болезни! И братанов подтяну.

Антон кивнул и продолжил: – А Сашка говорил, что он в своём имении в Крыму в это же время что-то типа лагеря для юнг организует. Думаю, вся наша школота туда ломанётся: с гюйсами пофорсить и на лодке погрести, да и вообще в семье предания ходят о его пещере Али-Бабы – каждый мечтает там побывать. О, всё, дежурный вышел, приглашает на совещание – значит, все собрались. Пошли. Нам, Романовым, опаздывать нельзя – воспримут как высокомерие.

* Vibe («вайб» в переводе с англ. «вибрация») на молодёжном сленге – атмосфера, настроение или общая энергетика, которая исходит от человека, места или события.

Владимир. Деревня Первозваново. Дворец Андрея Первозванова.

«Тройка старших» и «семёрка средних» Романовых рассаживаются в одной из комнат магического манежа, по кругу опоясывающих два этажа здания. Комната «хитрая», специально защищённая от прослушки и оборудованная с учётом высокого статуса гостей красивой мебелью и кожаными креслами. Впрочем, видно, что Романовых сейчас статус и прочие понятия не очень волнуют – они в предвкушении «военных магических тайн». Столы стоят полукругом, чтобы всем хорошо был виден «лекторский» стол и экран за ним. Артур Гефт, занявший преподавательское место, берёт у офицера сопровождения чемоданчик и вскрывает его. Достаёт оттуда небольшую коробку, заглянув в которую извлекает два небольших, матово поблескивающих шарика.

– Это магические устройства СОВА-М, – Артур крутит шары в руках, демонстрируя, что на них нет никаких «нашлёпок», проводов или блоков. – Расшифровывается как «Сфера оперативного восполнения и аккумуляции магии». Принцип действия крайне простой – если магический заряд вашего тела не полный, то из шариков, которые вы возьмёте в руки, в ваш организм автоматически начнёт поступать магическая сила. В принципе, можно держать и один шарик, но в этом случае поток будет в два раза меньше. Если вы при этом используете магию, то есть расходуете свою магическую силу, то магия из сфер будет непрерывно пополнять вас, обеспечивая постоянное формирование потока магической силы для нанесения ударов. Давайте посмотрим фильм об отработке применения магии с помощью изделий СОВА-М.

– Фильм не особенно впечатляет, – констатирует Гефт после просмотра, – так как не даёт реального представления о том, что поток магической силы может стать бесконечным. Чтобы убедиться в этом, предлагаю пройти на манеж и пострелять.

Романовы поднимаются, оживлённо обсуждая увиденное. В зале они разбиваются на две группы – первая, надев жилеты с шариками, выходит на манеж, а вторая половина стоит рядом в ожидании. Когда все представители первой группы из молодой поросли семейства Романовых расстреляли собственную силу, Артур показал им, как извлекать шарики из обойм, вшитых в жилеты, и они весело продолжили «файер-шоу»: огненные шары летели в мишени очередями, металлические листы и прутья плавились и стекали на землю, а кто помладше ещё и хулиганили – разогревая воздух до свечения, образуя что-то типа полярного сияния. Отстреляв один комплект, Романовы перецепляли блок обойм и продолжали стрельбу… Когда первая половина Романовых набаловалась с «магическими шариками», их сменили стоявшие рядом родственники, многие из которых всё время, пока они наблюдали за стрельбой, нетерпеливо переминались с ноги на ногу.

– Фантастика, – Антон Антонович, как наиболее «авторитетный» из Романовых, высказал общее мнение по пути из зала.

В классе снова оживлённо рассаживаемся, офицер сопровождения передаёт Артуру коробку, он её раскрывает и достаёт пистолет: – Это первое стрелковое оружие, снабжённое магическими пулями; называется ППГ-М – «Пистолет Первозванова-Гефтов Магический». Сделан на основе нагана: патроны размещены в барабане, что обеспечивает нахождение магических пуль на расстоянии друг от друга и предотвращает их преждевременное срабатывание. Патроны заряжены пулями с диаметром воздействия в десять метров. При стрельбе такими патронами люди, находящиеся ближе десяти метров от места попадания пули, лишаются магической силы. Не навсегда: восстановление начинает происходить через две недели и полностью восстанавливается за месяц-полтора. Прошу учесть: при стрельбе в человека попадать не обязательно. Стреляйте хоть в землю под ногами; главное, диаметр воздействия. Но в случае попадания в тело, пуля также наносит и физический урон: при срабатывании она взрывается на лоскуты и наносит тяжёлые ранения противнику.

Вернув пистолет и патроны, которые он демонстрировал Романовым, Артур Гефт получил от офицера-секретчика новые коробки, и продолжил: – Пистолет ППГ-М – это личное магическое оружие, его патроны относятся к магическому семейству УДОД, что расшифровывается как «Устройство дистанционного обнуления и дезинтеграции». У меня в руках магические гранаты этого же семейства – УДОД-10 и УДОД-20, а на столе – мина УДОД-50. Предлагаю пройти на испытания.