Текст книги "Люди и Демиурги(СИ)"

Автор книги: Алексей Фирсов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 45 страниц)

– Как прикажешь, шкип!

Городок совсем небольшой. Светло-бежевые домики с черепичными крышами. Шпиль церкви или общественного здания на фоне зеленых склонов горы. В бухте на якорях два судна-катамараны со странными мачтами в виде треножников.

Конус горы по центру острова довлел над всей окружающей местностью.

Потухший вулкан?

Ник провел катер мимо порта и пристал к деревянной пристани за мысом, скрывшись из виду возможных наблюдателей. В ранний утренний час людей в порту было мало. Чем меньше глаз увидит их прибытие тем лучше.

Вдоль берега среди скал петляла накатанная пыльная дорога.

За дорогой, ближе к склону горы два десятка домиков попроще, нежели у залива, стены из дерева и крыша из камыша или чего-то растительного.

Пригород?  Деревня?

– Я пойду, познакомлюсь с местными, узнаю обстановку, а вы пока носа не высовывайте. Шилла, ты что-то хотела сказать?

Девушка прищурилась , по промолчала.

Ник двинулся неспешной походкой к ближайшим домам.

Под навесом на террасе ближайшего сидел на скамейке загорелый седой старик. Внимательно наблюдал, прищурясь за Ником.

– Добрый день!

– Добрый день , сынок. Странная у тебя посудина. Издалека?

– Из Москвы.

Старик вскинул брови.

– Не слыхал о таком атолле! Проходи, рассказывай!

Ник поднялся на террасу, сел на скамейку рядом.

– Меня зовут Николай, коротко-Ник.

– Я-дядюшка Серхио– хозяин дома.

Старик протянул жилистую , корявую руку, похожую на клешню.

Обменялись рукопожатием.

– Тихо у вас.

– В Кантии веселее. Чего ж там не пристал? Привез чего запретное? Не бойся, купим чего там!

– Ничего запретного , дядюшка Серхио.

– Ой, ли? !  Оружие небось имеется?

– Имеется. . .

– Огнестрелы запрещено ввозить на Канти. Привез?

– Есть пара, на продажу. Купите?

– Я нет, но знаю в городе человека, который купит. Поставь литр кокосовой и сведу тебя с торгашом.

– Лучше кокосой имеется.

Старик оживился.

– Неси, Николя, опробуем!  А я пока распоряжусь запрячь скотину в повозку! Сам отвезу!

Ник спустился по ступеням на дорогу.

Дядюшка Серхио ушел в дом и там покрикивал на домочадцев:

– Мануэль, запрягай повозку, в город еду!  Линда, достань пару монет из складня!

Виски Ник не любил и из запасов на катере достал бутылку «Джонни Уокер» . Интересно что бар катера забит был именно земными спиртными напитками!

Два карабина без патронов Шилла завернула в кусок брезента.

– Может возмешь меня с собой?

– Завтра. Осмотрюсь в городе и завтра втроем сходим город.

Старик ждал Ника на террасе за столом. Два металлических стаканчика и тарелка с нарезанным кружками апельсином.

Что делать?  Глотнул за компанию.

Дядюшка Серхио от виски пришел в буйный восторг.

– Уважил!  Одобряю!

Старик вызвал из дома Линду-толстушку средних лет, в цветастом платье с гроздью бус на шее. Передал на хранение бутылку виски, пригрозив страшными карами за несоблюдение продукта.

– Едем, Николя!

Рядом с домом стояла легкая двухколесная повозка. Между бамбуковыми оглоблями скалил белоснежные зубы самый натуральный негр. Крепкий чернокожий мужчина, одетый только в набедренную повязку неразличимого из-за грязи цвета.

– Это что за рикша?

– Это-Свази– мой раб. Залезай в повозку, Николя. Расскажешь по дороге про свою Москову!

На живом человеке Нику кататся еще не приходилось. Необычно и непривычно. . . Раб волок повозку, шлепая по дороге трусцой. Ветерок овевал лицо.

Дядюшка Серхио готов был трепаться обо всем на свете, только тему задай.

Остров Кантия– на самом деле верхушка потухшего вулкана был заселен всего двадцать лет назад. Серхио был в числе первых поселенцев с архипелага Сиби.

Правил островом князь Хенус. Жил князь высоко на горе, почти у самого кратера. Он единственный на острове не ездил на рабах, а разъезжал на четырехколесном самокате. По описанию Ник опознал в самокате автомобиль с открытым верхом. «Значит бензин у князя имеется! » Из-за этого самоката по острову устроили ровные дороги.

Переселенцы с архипелага Сиби, светловолосые и светлокожие добывали на Кантии различные металлы руками рабов, конечно. Гора изобиловала рудами.

Рабов покупали на архипелаге Венту у тамошних князей. Совсем не дорого.

Рабы расширяли территорию острова, заваливая мелководье с северной стороны скальными породами.

Рудники принадлежали всем свободным и доходы делились поровну, хотя князь как самый знатный дольщик получал повышенный процент от торговли металлами.

Рабы как примитивные создания, мало отличимые от животных использовались только на тяжелых работах. Рыбачить и заниматься торговлей с соседями кантийцы предпочитали сами без участия рабов.

Впрочем, рабов имел каждый свободный. Для работы в огороде или для перевозки грузов. Тягловых же животных на острове не было. Фрукты плодоносили на острове круглый год-так что кормовая база для рабочего «скота» имелась. Рабы на Кантии стали вегетарианцами.

– Рыбку мы сами едим, сынок. Дикарям хватит и бананов!  К тому же по их вере души умерших людей вселяются в рыб и потому рыбу есть нельзя!  Вот умора! У себя на Венту они человеческое мясо едят, а тут у нас постятся вволю!

– Так они людоеды? !

– На Венту, сынок, людей больше чем травы!  Плодятся как мухи!  Им счастье подвалило-что мы их купили!  Едят вволю! Живут под крышей!  Мы о них заботимся!  Даже лечим, если захворают!

Свази в прошлом месяце ногу распорол, так я доктора приглашал из города. Заплатил серебром!

На Венту как муравейник! Бывал я там разок! Князья там знатные особы-живут в белом городе на горе среди садов . Остальные низшие касты сожрали весь остров вокруг и жрут друг друга. Десять кланов в постоянной войне между собой. Воруют друг у друга баб и детей. Трахают и жрут все подряд!  Кроме рыб!

Старик захохотал.

– Почему ж они не уплывут оттуда? Раз жизнь там такая тяжелая?

– Без разрешения князей нельзя, да и кораблей у них нет. И это хорошо!  Иначе черномазые заселили бы все острова и передохли бы с голоду! Лентяи они несусветные!  Где спят там и срут!  Свиньи, а не люди! У нас работают только из-под палки. Видишь?

Запряженный в повозку раб уже не бежал трусцой, а брел вразвалочку. Гулял. . .

Серхио вытянул из под ног гибкую палку, и от души врезал рабу по плечу.

Раб, припустился рысцой.

– Чуть отвернешься и все!  Работе конец! Мои сынки работают на руднике. За день, так, говорят, намахаешься кнутом, к утру руки не поднять!

«Да здесь прямо таки рабовладельческая страна! Если все рабы– темнокожие, то за кого же здесь примут Шиллу? »

За болтовней незаметно добрались до города.

Вдоль пыльной дороги появились дома из камня с черепичными крышами, с деревянными ставнями-жалюзи на окнах.

На повозку дядюшки Серхио никто из малочисленных прохожих внимания не обратил.

В центре города у рынка под навесами– груды фруктов и овощей. Продавцы лениво обмахиваются от жары большими листьями как веерами.

Здесь в центре и дома были двухэтажные и даже оштукатуренные. На первых этажах многочисленные лавки и магазинчики.

Повозки запряженные рабами встречались постоянно. С некоторыми из пассажиров дядюшка Серхио раскланивался с важным видом. Горожане ходили по улицам довольно легко одетые. Мужчины только в шортах до колен, женщины в легких сарафанах из светлых тканей, не закрывающих коленей. Многие носят схожие по фасону соломенные шляпы с широкими полями.

Приземистое массивное здание со шпилем на крыше оказалось местным храмом.

Со слов старика аборигены поклонялись отцу вод-великому Каруну. Перед храмом в бассейне с морской водой плавали многочисленные разноцветные рыбки. При виде храма Серхио лизнул большой палец правой руки и приложив ко лбу, пробормотал скороговоркой несколько слов. Помолился?

Оружейная лавка на боковой улочке недалеко от центра пряталась в тени.

Здесь Ник следом за стариком вышел из повозки.

Старик привязал ногу раба специально запасенной веревкой к одному из каменных столбиков возле здания, сунул пару бананов.

Свази оскалился и тут же запихнул банан в пасть даже не очищая, вместе с кожурой.

«Силен!  Такой голодный или такой дикий? ! »

В лавке на фоне разнообразного оружия, развешенного по стене, скучал паренек лет пятнадцати. Он мгновенно привел хозяина лавки.

Сухощавый дядька, бледный и лысый по имени Хорхе рассыпаясь в приветствиях , усадил за стол. Паренек принес три бокала с вином.

Разговор чинно шел о погоде, о ценах на рабов и видах на рыбный улов.

Потом уж приступили к делу.

При активном участии Серхио в оружейной лавке Ник продал оба карабина, заполучив по двести серебрянных ресо за каждый.

Ресо– небольшая монетка, не больше российского рубля , явно отчеканенная фабричным путем.

В этой же лавке Ник купил стальной кинжал в ножнах и сотню патронов, потратив на это пятьдесят ресо.

Торговец Хорхе оказался очень доволен сделкой. Рассыпался в любезностях.

«Все равно он меня обжулил. . . » – уныло подумал Ник, а потом

вручил Серхио десять ресо в качестве комиссионных и отправился гулять по центру города. Купил себе соломенную шляпу с широкими полями, кожаный пояс с кошельком и белый сарафан для Ризи, решив что кинжал презентует Шилле.

«Вполне цивилизованное местечко! »

Вот только бензоколонок здесь не имелось!

Где же местный князь заправляет свой самокат?

Подвыпивший и довольный Серхио пообещал узнать об этом.

Вернулись из города практически друзьями.

На причале у катера Ризи угощала румяными пирожками стайку местных мальчишек.

Появление Ника переключило внимание загорелых подростков на его особу.

– Господин!  Бросьте монету, а я поймаю!

– И мне!  И мне!

– Куда бросить? ! – рявкнул Ник, перекрывая шум и гам.

– В воду, господин!  Бросайте!  Я самый глазастый и быстрый!

– Нет! Это я самый быстрый!

Мальчишки живо напомнили Нику попрошаек-цыганят.

Такие же крикливые, курчавые.

Ник выудил из кошелька пару монет и зашвырнул в море, в блескучую под солнцем рябь.

Мальчишек как смело с мостков. Фонтаны брызг! Все попрыгали вниз в погоне за серебром.

– Милый!  Я вижу все прошло удачно? У тебя новая шляпа!

Ризи легко перепрыгнула на мостки и обняла Ника.

Он поцеловал ее сладкие полные губы, прижав за талию к себе обеим руками.

Девушка надела что-то вроде сарафана сшитого на скорую руку из голубой ткани, что куплена была на Квандейле. Волосы стянула на затылке в пышный хвост, как обычно когда готовила что-то на кухне.

– Где ты взяла муку для пирожков?

– Мальчишки принесли за пару банок консервов. Целый мешок!

– А у меня для тебя подарок.

– Что это?

– Платье. Такие здесь носят женщины.

Ризи прижала сарафан к груди. Глаза вспыхнули и заискрились.

– Милый, спасибо огромное-огромное!  Ты чудный!

– Иди– примерь и пусть Шилла принесет пирожки.

– Э, нет!  Сначала рыбный супчик!

Ризи потянула Ника за руку.

– Пойдем! Я покормлю голодного добытчика!

Вопли с моря отвлекли Ника.

– Господин!  Я нашел!

– Я поймал!  Смотрите!  Смотрите!

Два мальчугана отбиваясь от товарищей тянули руки вверх с монетами.

«Вот, ведь шустрые!  Как дельфинчики! »

Ник швырнул еще монету прямо в стаю плавучих цыганят. Вода вскипела!

– Ник!  Не стоит их поощрять!  Они тогда не отстанут весь день!

– Чепуха!  Это же дети!  Устанут и уйдут.

Шилла, опять без всякой одежды чистила за столом в каюте разобранный карабин.

– Что принес нам, папочка? !

Ник вручил девушке кинжал и сразу понял что не ошибся. Шилла забыв обо всех принялась изучать клинок, чуть ли не облизывая его, как сластена леденец.

Ник помыл руки и вернулся к столу. Большая миска с пирожками по центру накрыта салфеткой, но дух выпечки переполнял каюту и заставлял желудок пищать от предвкушения!

– Милая, еще пара минут и я съем Шиллу!

– Сейчас, сейчас!

«Шоколадка» расхохоталась. Сверкнули белоснежные зубы.

Ризи уже несла паряшую миску с супом. Из-под поверхности с золотистыми лужицами жира выглядывали роскошные-аристократические белые рыбные кусочки.

За обедом Ник рассказал девушкам о том что увидел и услышал.

– Темнокожие здесь все рабы и тебе дорогая не стоит лишний раз показываться местным на глаза.

Ник пожал запястье Шиллы.

– Ты меня сажаешь под арест?

– Бога ради! Просто будь осторожнее.

Обернувшись на тихий вскрик, они увидели в двери загорелую мордашку одного из мальчуганов. Мелькнули вытаращенные круглые глаза. Топот.

– Они обнаглели! Я им сейчас задам!

Шилла выскочила на верхнюю палубу.

На пристани завопили разом все ныряльщики за монетами. Звонко, почти до визга. Крики стремительно удалялись к берегу.

– Что она им показала?

– Разве что себя, милый. . .

Ризи хихикнула.

Ник поднялся на верх, столкнувшись нос к носу с озадаченной Шиллой.

– Чем ты их испугала?

– Слова не успела сказать! Заорала и убежали как будто я– привидение!

– Они что , тебя еще не видели?

– Я полдня просидела под палубой и носа не высовывала!

– Обижалась на меня?

– Немного. . .

Девушка обняла Ника за талию.

– У тебя обалденный пояс, шкип!  Дашь поносить?

– Он будет натирать твою нежную кожу. . .

– У меня кожа нежная там где пояс не носят, шкип. . .

Ярко очерченные губы приоткрылись. Глаза блестят зазывно. . .

– Может хватит обниматься? – вмешалась Ризи. – Суп остывает.

Обед заканчивали чашкой кофе, когда настойчивый стук по корпусу катера заставил разнежившегося Ника вздрогнуть.

На причале стояли дядюшка Серхио и пара мужчин незнакомых Нику. У каждого в руке карабин.

– Извини , Николя что прерываю твой послеобеденный отдых. Это мои сынки-Мемо и Гвидо.

– Ничего, дядюшка Серхио, что случилось?

– Николя, мой внук прибежал и рассказывает странную историю.

– Вот как?

– Он видел на твоем кораблике голую черную женщину. . .

– Что же странного в голой женщине?

– Николя, на Кантию завозят только черных рабов-мужчин. Ихних баб мы не покупаем. Ни к чему тут им плодиться. . . . Ты, понятное дело, про это не знал. . . Но вот в чем дело-то. . . Запрещено черномазых баб завозить на Кантию. . .

Ник замер. «Пришла беда откуда не ждали! »

– Так что мы никому не скажем, а ты держи свою чернозадую бабу на привязи. . .

– Это кто здесь «чернозадый» ? !

Отодвинув Ника «шоколадка» вышла вперед.

От звонкого голоса Шиллы, а скорее от ее воинственного вида, дядюшка Серхио подавился воздухом, а его мрачные сынки взяли карабины на изготовку.

Шилла вышла на верх тоже не с пустыми руками и взяла аборигенов на прицел автомата .

– Шилла, убери оружие. . .

– Какого демона, Ник! ?

Голая Шилла находилась в классической позе для стрельбы стоя. Левое плечо вперед. Приклад прижат к правому плечу. Палец на спусковом крючке. . .

«Вот черт!  Она сейчас их нашпигует свинцом! »

– Спокойно, дорогая. . . Дядюшка Серхио, не будем пороть горячку. . . Опустите оружие

Ник поднял руки на уровень груди.

Напряженная тишина могла прорваться выстрелами в любой момент.

– Ты опасными делами занялся, сынок. . . Дать оружие рабыне-это против всех

законов и человеческих и божественных. Плыви– ка отсюда в свою Москову.

– Он дело говорит, заводи моторы, Ник! – процедила сквозь зубы Шилла не меняя позы.

– А как же канаты?

– Сынок, я с радостью помогу тебе покинуть наш благословенный остров!

Старик неторопливо развязал канаты на носу, а потом на корме.

Мужчины и Шилла все также целились друг в друга в полном молчании.

Ожидая в любой момент начала пальбы, Ник сел в кресло у штурвала, завел моторы.

За кормой вскипел бурун пены и «Виста» рванулась вперед , в открытое море.

– Что теперь прикажешь делать?  Возвращаться на остров трех любящих сердец?

– Куда? ! – удивилась Шилла.

– Я так назвала наш первый остров. – скромно призналась Ризи.

Они отошли от острова на пару километров и встали на якорь.

– Неудачи нас преследуют. . .

– Если бы ты не вышла с автоматом на палубу-я бы их уболтал!  Поставил бы литр виски и они успокоились бы!  Ты все испортила, дорогая!

– Не кричи на меня. . .

– Извини, но ты повела себя глупо!  А если бы они стали стрелять?

– Я бы сняла обоих раньше чем они успели бы нажать на спуск!

– Твоя самоуверенность меня поражает!

– Чем ты не доволен, Ник?  Меня оскорбляли, а ты и ухом не повел!  Я-чернозадая рабыня? !

– Эти люди не привыкли к такому-темнокожим женщинам на Кантию въезд запрещен. Темнокожие к ним попадают только в качестве рабов.

– Я должна терпеть этих высокомерных мерзавцев?  Мне плевать к чему они привыкли!

– Твой метод общения– убивать направо и налево мне не нравиться!

– Если бы не мой метод-нас давно бы рыбы сожрали!

– Перестаньте!  Прошу вас!

Вопль Ризи заставил Ника и Шиллу замолчать.

– Милая, ну я же прав?

Шилла фыркнула как разозленная кошка и спустилась в каюту, вильнув шоколадным задом.

– Ризи, она невыносима!  Кто на судне шкипер?

– Конечно, ты, милый!

Девушка села рядом и взяла руку Ника в свою.

– Ты должен ее понять-она полдня просидела в каюте, не высовывая носа. Она очень активная и вынужденное безделье ее злит неимоверно!

– Если бы она пристрелила тех людей ты бы тоже ее оправдывала?

– Я ее не оправдываю, милый. Будь к ней внимательнее. Она такая. . . такая. . . беззащитная. . .

– Я все слышала!  Не делайте из меня дурочку! – донеслось из каюты.

Ник тяжело вздохнул.

– Предлагаю обогнуть остров по широкому кругу и пристать, но только с другой стороны, подальше от города.

– Эвай о отешь! – невнятно прокомментировала Шилла с набитым ртом. Заедала чем-то обиду.

Включив навигатор, Ник направил катер вокруг острова, держась примерно в километре от берега.

Остров Кантия представлял собой на карте дисплея неровный овал километров десяти в диаметре.

Если у города склоны горы заросли лесом из-за чего гора казалась зеленой, то с обратной стороны склоны зияли просеками вырубленного леса. Ветер доносил запахи окалины и горящего угля. Здесь чернокожие рабы разрабатывали рудники и плавили металл, делая князя Кантии еще богаче. . .

С юга Кантия вдоль побережья оказалось много отмелей и пришлось держать ухо востро. Катер имел низкую осадку, но из-за чистоты воды Нику все время казалось что повсюду мелководье-как говориться курица в брод перейдет!  Шли на малой скорости и к причалу у небольшой деревеньки вышли уже к вечеру.

Три десятка домов располагались на сваях, связанные между собой и с близким берегом побелевшими от солнца и соли мостками.

На шестах по берегу и у домов сушились сети. Многочисленные деревянные лодки покачивались на низкой волне. Только не видно ни души. Даже вездесущих мальчишек не наблюдалось.

«Похоже на рыбачий поселок. Только почему так тихо? . »

– Мы пристанем, но я прошу тебя, Шилла до заката не выходить на палубу.

– Привяжи меня за ногу еще!

Настроение у девушки не изменилось. Она сосредоточенно чистила разобранный автомат, демонстративно не глядя на Ника.

– Я не собираюсь тебя привязывать. Ты свободная женщина. Я тебя люблю и беспокоюсь о тебе.

– Только не надо этого сюсюканья!

Ник пожал плечами. Если подруга решила на вас пообижаться, будь вы хоть ангелом, вам не отвертеться!

Когда заглушили моторы издалека , со стороны берега , донеслись звуки музыки, смех. Музыку в этом мире Ник еще не слышал и в первый момент не поверил своим ушам.

– В деревне видимо праздник. Ризи, пойдем , посмотрим?

– Конечно, милый!

Ник прихватил с собой бутылку водки абсолют-негоже идти в гости с пустыми руками!

За деревней на белом песчаном пляже у костров веселилась вся деревня. Здесь ели и пили, а вернее пили и закусывали. Молодые и старые мужчины, женщины и дети. . . Поддатые и благодушно настроенные рыбаки весьма легко одетые приняли гостей весьма благожелательно.

Толстые поленья ярко пылали с треском расшвыривая по песку алые угольки. Гудящее пламя било вверх.

Ник открыл бутылку и пустил по кругу.

Две девушки в ответ поднесли им на пальмовых листьях жареную рыбу и пряную сладкую брагу в глиняных кружках.

Мускулистый парень, длинноволосый, загорелый, одетый только в короткие штаны вроде шортов вышел в центр , спиной к костру и ударил по струнам гитары.

Глубокий бархатный голос певца разнесся далеко в сгущающихся сумерках.

– Любовь так прекрасна!

Милая постой!

Играться со мною опасно

Сегодня я заводной!

Гитаре вторили ритмично барабанчики. Получилось что-то вроде регги.

Ник не успел и глазом моргнуть, как длинноволосая скуластая рыбачка утащила его танцевать. Он оглянулся и увидел как Ризи увлекает танцевать кто-то из местных парней.

Он пил брагу и танцевал. Менялись партнерши. Сыпал искрами костер.

– Любовь так прекрасна и вновь и вновь. . . – увещал певец.

Потом Ник нашел Ризи и они больше не разлучались. Танцевали тесно прижавшись бедрами друг к другу и глядя в глаза.

Алое пламя плясало в широко распахнутых глазах девушки. Потом глаза закрылись и их губы слились в сладком волнующем поцелуе. . . .

Под утро на заплетающихся ногах Ник и Ризи возвращались по мосткам к катеру.

– Не смейся, милая!  Я не могу тебя целовать в это время!

– Ник, мои губы распухнут как оладьи!

– Я обожаю твои губки, милая. . . И эти и те. . .

Ризи пискнула и засмеялась.

– Придержи свои шаловливые ручки, милый!

На востоке небо светлело.

У самого борта катера, Ник обныл Ризи и нежно поцеловал в губы.

– Я хочу тебя. . .

– И я. . .

– Хороши, нечего сказать!

Над бортом катера показалась взлохмаченная голова.

– Шилла, ты почему не спишь?

– Караулю посудину, шкип. А вы не плохо провели время! Фу– у!  Чего пили ?

– Чем угостили, то и пили. . .

Ник развел руками и хихикнул. Шилла такая забавная!

– Идите спать, гуляки!

Ник проснулся с головной болью и с пересохшим ртом. Рядом похрапывала Ризи. За окнами уже светло.

Покачиваясь и держась за затылок , сполз с постели.

С полузакрытыми глазами дотащился до туалета.

– Привет, дорогая!

Шилла не ответила с диванчика у стола. Сидела как истукан.

Поделав нужные дела и умывшись, Ник вышел в общую каюту.

– О!

За столом сидела вовсе не Шилла. Темнокожий длинноволосый мужчина настороженным взглядом словно поставил стену между собой и Ником.

Множество вопросов пронеслось в голове Ника.

– Дорогой, ты уже встал, как вижу?

В дверной проем сверху с палубы заглянула Шилла, на зависть бодрая и жизнерадостная.

– Знакомьтесь: Ник-Диджи.

Черный парень встал с дивана и поклонился.

– Извините меня господин Ник. Досточтимая Шилла позволила мне найти приют на вашем удивительном корабле.

Голос глубокий и сочный. Таким только блюзы петь!

– Я отдала Диджи твои штаны. Ты не против?

Только теперь Ник увидел на пассажире штаны что сшила ему Ризи.

Сама Шилла разгуливала не голышом по своему обыкновению, а в узких облегающих штанишках.

«У нас на борту перемены и я их проспал! »

– Где мы?

– Примерно в сите от берега. Рыбаки вышли на ловлю еще поутру, а теперь уже полдень!

За завтраком Ник услышал рассказДиджи.

Ему двадцать лет. С погибшего острова Сиби. Извержение вулкана погубило жизнь на острове и все поселения. «Моряне» спасли немногих и потом продали на Кантию в рабство. В рабстве на Кантии Диджи жил пять лет. Сначала работал на плантации, а потом таскал тележку с хозяином. Сбежал два дня назад.

– Увезите меня, молю вас!  Вы чужестранцы, вы не знаете местных обычаев!  Беглых рабов рубят на части кринами!  Лучше я сам утоплюсь, если вы меня не возьмете с собой!

Я отработаю, господа!  Я не дикий каннибал как те парни с Венту!  Я умею читать и писать!  Я буду вашим слугой до конца дней своих, только увезите отсюда!

Настойчивый взгляд Шиллы все объяснял. Она пообещала беглому рабу убежище и помощь.

– Что за «моряне» ?

– Бродяги на больших кораблях с двумя корпусами. Промышляют всем. . . торгуют рабами, грабят торговцев или наоборот охраняют, люди сбродные, не имеющие морали. . . презирающие законы и традиции. . .

Ник мгновенно проникся сочувствием к найденышу.

Худощавый, жилистый парень. Из-за худобы карие глаза кажутся очень большими. Хоть кожа у него и темно-коричневая, черты лица тонкие, совсем ни как у земных негров.

– Не бойся. Мы увезем тебя отсюда. Только вот надо набрать пресной воды и раздобыть горючее для моторов.

Опять в разговор вмешалась Шилла:

– Диджи знает где раздобыть горючее. Он мне рассказал про машину князя и его гараж.

– Вот как!

Ник достал из шкафчика лист бумаги и карандаш.

Диджи быстро набросал довольно подробную схему.

– Я там был три дня назад. Под навесом у гаража стояло пять бочек с горючим.

– Нам не продадут немного горючего?

– Не думаю что они на это согласятся. Это в Федерации горючее дешево, а здесь оно редкость и стоит дорого.

– Что за Федерация?

– А вы разве не от туда? – насторожился Диджи.

– Мы из другого мира, Диджи.

Юноша недоверчиво улыбнулся.

– Вы шутите?  Ваш катер из стеклопластика. У вас есть бортовой помощник и экраны электронные. Только в Федерации тысячи островов такое могут делать!

Ник обернулся.

– Шилла, ты ему ничего про нас не говорила?

«Шоколадка» пожала плечами.

– Говорила, но упрямец мне не верит!

Родители Диджи были этрузиасты из Лиги прогресса-добровольной негосударственной организации направлявшей волонтеров на отсталые острова юга, чтобы нести им знания и основы цивилизации.

Диджи родился на искусственном острове Литу, а когда ему исполнилось шесть лет, родители приехали представителями Лиги на остров Сиби.

Хотя он и уехал из цивилизованных мест в детстве, он помнил многое. Многоэтажные белые здания, как паруса парящие над лагунами, скоростные поезда в прозрачных тоннелях на морском дне, детские программы на огромном экране в большой комнате, белоснежную парусную яхту родителей и вкус свежих булочек что утром мать извлекала из электронного повара.

На Сиби жизнь была совсем дикая, до ближайших островов Федерации не менее двух тысяч магров. Электричества на острове у местных не было. Волонтеры считали необходимым вжиться сначала в местную жизнь, не выделяться среди местных жителей. Ведь главное не механизмы, а человеческие отношения, дружеские и открытые. Поэтому отец построил катамаран как у местных и вместе с ними ездил на рыбную ловлю, а мать открыла школу для детей аборигенов чтобы учить их письму и чтению. Только местные ребятишки не были склонны к систематическим занятиям. Школа оказалась надоедливой игрой. У матери Диджи было всего пара учеников постоянных. На острове богатом плодами, с теплым климатом круглый год люди не склонны к напряженному труду. А ежедневные занятия в школе, да еще по часам для ребятишек местных людей оказались явно непосильным делом.

Диджи обзавелся друзьями и целыми днями гонялся по отмелям и зарослям на склоне горы, превратившись в веселого бездельника.

– Мать была в ужасе, когда осознала что пока она цивилизует дикарей, ее сын сам превращается в дикаря. Отец, напротив, был вполне доволен тем как я вжился в этот мир. . .

– Ох!  У нас гость? !

В двери каюты возникла Ризи. Только проснулась, а личико свежее, будто уже умылась!

Диджи немедленно встал из-за стола, коротко поклонился.

– Я, Диджи, несчастный беглец, госпожа!

Шилла и Ник поднялись с тарелками наверх, а Ризи навалила «несчастному беглецу» вторую порцию овсянки с фруктами.

Остров примерно в километре. От солнца яркие блики по воде. Катер едва покачивает.

– Ты обещала ему помощь?

Шилла фыркнула.

– А ты бы сделал по другому?

– Его будут искать и за нами устроят погоню.

– Осторожный Ник струсил?

Ник едва не подавился овсянкой.

– Ну знаешь? !  Подставлять свою голову за незнакомого туземца!

Шилла дернула плечом.

– Во-первых _ он не туземец, а из цивилизованных земель. Во-вторых-он теперь знакомый тебе.

– Ты предлагаешь отвезти его на родину _ в цивилизованный мир?

– Утащим у князя горючее и помчимся на север. Должно хватить.

– А если не хватит?

– Ты что-то придумаешь!

Девушка ласково погладила Ника по руке.

«Он ей приглянулся? »

Ник с подозрением пристально посмотрел в распахнутые глаза Шиллы. Ага, вид полной невинности!

– А ты сам не устал от дикой природы, Ник?  Не скучаешь по компу и нету?

– Думаешь на севере все это есть?

– По рассказам Диджи _ есть и многое другое. Отправимся туда, если уж суждено жить на этой планете, так хоть с комфортом!  Представь себе-мы обе затеемся рожать на этой посудине-твои действия?

Ник поперхнулся и закашлялся до слез.

Шилла заботливо постучала ему твердой ладошкой по спине.

План налета составили со слов Диджи.

– Сегодня же ночью!  Возьмем Диджи с собой. В темноте меня и не разглядят. Загрузим горючее и уйдем!

– Я не согласен!  Соваться в незнакомое место без разведки глупо и опасно!

Сегодня мы с Ризи сойдем на берег и посмотрим что и как, а вечером уже решим что делать.

Шилла сверкнула глазищами, но спорить не стала.

Высадив Ника и Ризи на причал у южных пригородов, «шоколадка» быстро отчалила. Договорились что она вернется к вечеру, когда солнце спрячется за гору.

Отличное время!  Рыбаки еще не вернулись с лова. Случайных прохожих здесь не бывает. Ближе к центру города у причалов стояли два катамарана с трапециевидными мачтами.

Ник оглядел еще раз себя и Ризи. Девушка в сарафане, купленном еще вчера ничем от местных не отличалась. Она выпросила у Ника шляпу плетеную из соломки и теперь все искала подходящее положение для нее. Самодельная одежда на Нике сочными яркими красками конечно вызовет внимание, но он светлокожий, так что проблем не должно возникнуть.

Оружие Ник решил не брать с собой. Одежды легкие и спрятать на себе незаметно револьвер не удастся. Монеты, что он выручил от продажи оружия теперь размещались в кармане штанов, в мешочке, что наскоро пошила Ризи.

Покупать Ник ничего не собирался, но отправляться в город без денег неразумно.

Ризи улыбнулась, взяла его под руку и они пошли по причалу к ближайшим домам.

С видом никуда не спешащих гуляк прошли до центра. Здесь при виде магазинчиков, а те что торговали одеждой, часть товара вывешивали на улицу, Ризи завертела головой. Ник поддался умоляющим взглядам и теперь уныло следовал за женой, с наслаждением занявшейся шопингом.

«Пусть отвлечется!  Столько дней в каюте и никаких новых впечатлений!  К тому же так мы не будем вызывать подозрений. »

Блузки, юбки, майки разноцветные тряпки от которых обмирает женское сердечко.

Ризи копалась в вещах, оживленно болтала с продавцами-как на подбор усатыми смуглыми дядьками!  При появлении молодой и симпатичной покупательницы продавцы распушали перья как петухи, сыпали комплиментами и норовили оказать услуги по примерке.

«Интересно, кто же завозит все эту одежду на остров и откуда? »

На некоторых вещах Ник заметил разноцветные этикетки со странным шрифтом, напоминающим следы птичьих лапок на песке. Если это этикетки значит вещи произведены фабриками, а не пошиты в мастерских вручную.

Это означала наличие обширных торговых связей с развитыми экономически территориями. Может быть до цивилизованных мест не так уж далеко отсюда?

– Ник, можно мне купить пару вещиц?

– Конечно, милая.

Ризи чмокнула Ника в подбородок и с радостным писком устремилась в глубь магазина. Ник последовал за ней и топтался за ширмой еще минут тридцать, ожидая результатов примерки.