Текст книги "Серебро в костях (ЛП)"

Автор книги: Александра Бракен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

Это очарование было трудно игнорировать – даже в случае с Эмрисом, пока ты не узнавал о его отвратительном характере, скрывающемся под красивой внешностью.

На нём был чёрный шёлковый смокинг, а бабочка небрежно висела развязанной вокруг шеи. Каштановые волосы, как всегда, слегка растрепанны. Он равнодушно провёл рукой по ним, оглядывая меня своими разноцветными глазами. Один глаз был цвета олова, другой – зелёный, как изумруд на броши, которую я принесла с собой.

Мои ноги забыли, как двигаться, хотя язык, к сожалению, работал безупречно.

– Что ты здесь делаешь? – выпалила я.

– Взаимное удовольствие увидеть тебя, Тэмсин, – отозвался Эмрис, хватаясь за горлышко ближайшей бутылки шампанского. Его недавнее удивление мгновенно испарилось, оставив только обычный холодный тон. – Вернулась с очередного увлекательного приключения по поиску потерянного хлама? Могу себе представить, что то, что Мадригаль поручила тебе найти, было приятной передышкой от твоего обычного барахла.

– Очередное задание для восстановления твоего хрупкого мужского эго? – ответила я слащаво. Неудивительно, что его не было в библиотеке.

Эмрис рассмеялся, наполняя свой бокал шампанским до краёв.

– Ты поймала меня, Птичка.

Я сжала зубы. Если кто и был похож на птицу, так это он, как надоедливый воробей, который всюду мельтишит, оставляя после себя беспорядок, который убирает кто-то другой.

– Ты, кажется, страдаешь иллюзией, что твоя предсказуемость – это нечто очаровательное, а нет, на самом деле, совершенно скучное, – сказала я.

– Скучный? – его улыбка расползлась ещё шире. – Не уверен, что меня когда-либо называли скучным.

– Хм-хм, – резкий звук из горла колдуньи мгновенно вернул меня к реальности.

Мадригаль потянулась к блюду в центре стола, нанизывая куски мяса и сыра на длинные ногти. Её пальцы двигались, как лезвия ножей, издавая царапающие звуки при каждом движении, пока еда падала на её тарелку. Я быстро оглядела её пальцы, проверяя, нет ли на них колец с магическими символами.

– Он, мисс Ларк, – продолжила Мадригаль, – мой гость.

А я, как тут же напомнил мне разум, гостем не являюсь.

– Я бы попросила вас остаться, но, как видите, еды едва хватит на нас двоих, – продолжила колдунья, её голос был пропитан ложным сожалением, когда она погладила запечённого поросёнка по носу.

– Конечно… – я кивнула, изобразив нечто, похожее на поклон. – Конечно, госпожа Мадригаль. Я выполнила ваше поручение и принесла вам брошь.

Я заставила себя стоять спокойно, ожидая её ответа, но колдунья не сказала ни слова. Я рискнула взглянуть на неё через опущенные ресницы. Она продолжала спокойно есть, нанизывая на свои ногти несколько кусочков фруктов с соседнего подноса. Несколько мучительных мгновений в комнате не было слышно ничего, кроме звука её ногтей и жевания.

Эмрис рассеянно закусил нижнюю губу, бросив взгляд на колдунью. Его другая рука сжалась в кулак, лежащий на гладком столе. Я заставила себя отвернуться.

– Я не знала, что вы знакомы, – вырвалось у меня.

Чёрт возьми, заткнись, Тэмсин!

– А я не знала, что вы ведёте учёт моих знакомых, мисс Ларк, – отозвалась Мадригаль. – Милый?

Воздух за моей спиной вдруг стал обжигающе горячим. Огромное тело её компаньона начало извиваться и менять форму. Давление вокруг нарастало, словно приближающаяся буря, и даже воздух в моих лёгких наполнился электричеством, мешая дышать. Свет, переплетаясь вокруг него, озарил его массивное тело, которое стремительно менялось.

Пука, – подсказал мне разум, ошеломлённый открывающимся зрелищем. Меняющий облик из Волшебного народа, способный принимать любую форму для своих проказ и путешествий. У меня не было Ясновидения, но я могла видеть его, потому что он сам этого захотел.

Ястреб метнулся вперёд, усевшись на высокую спинку обсидианового кресла колдуньи, наблюдая за мной с пугающей неподвижностью. Мадригаль протянула руку и накормила своего спутника кусочком сырого мяса с тарелки.

– Где Кабелл? – вдруг спросил Эмрис, выдернув меня из моих мыслей.

– А что тебе до этого? – огрызнулась я, натягивая рукав куртки.

– Я не знал, что мне запрещено заботиться о членах моей гильдии.

– Твоей гильдии? – переспросила я. – Попробуй сказать нашей гильдии…

– Дети, – прервала нас колдунья, – что за время нашего короткого знакомства дало вам повод думать, что я потерплю жалкую ссору, в которой даже не могу принять участия? – Она повернулась ко мне. Я прикусила внутреннюю сторону щеки до крови, чтобы не выдать своих эмоций. – Не помню, чтобы в прошлую встречу ты была такой сварливой. И уж точно не помню, чтобы ты была так невоспитана.

В воздухе вокруг нас закипела нерастраченная магия, настолько сильная, что даже такой простой смертный, как я, ощущала её на своей коже. Я нервно продолжала покусывать губу.

Её сила отличалась от той, что я встречала у других колдуний – тяжёлая и острая, словно молния. Древняя. Конечно, это потому, что она была ведьмой-кроной, что являлось высшей ступенью среди колдуний. Её мастерство в магии говорило о глубочайших познаниях в заклинаниях и проклятиях. Настолько обширных, подумала я мрачно, что я могла даже не распознать тот символ, который она использует, чтобы убить меня.

– Боюсь, у неё врождённая склонность к ворчливости, – сказал Эмрис, его голос вдруг стал тёплым и мягким, как бурбон. – Но это лишь часть её уникального обаяния. И, честно говоря, зачем быть воспитанным, когда можно быть интересным?

Мадригаль задумчиво пробормотала, обдумывая его слова. Напряжение, нараставшее вокруг нас, спало, словно задержанный вдох.

– Я не росла в благородной семье, если вы это имели в виду, – удалось сказать мне. – Не как вы. В мире нет никого, подобного вам. Ни по красоте, ни по силе.

– Не люблю излишне подслащенные речи, зверек, – мягко предостерегла Мадригаль. – Но раз уж мы заговорили о лакомствах, где тот очаровательный юноша, который сопровождал тебя в прошлый раз? Я едва успела на него взглянуть, а так хотелось познакомиться поближе.

– Он… – Я лихорадочно искала подходящее объяснение, которое не вызвало бы её гнева. – У него было другое обязательство на сегодня.

– Обязательство важнее меня? – с нажимом спросила Мадригаль.

Моё тело натянулось, как струна.

– Прошу прощения.

– Как досадно, – проворчала Мадригаль, мрачно глядя в свой бокал с вином. – Скажи мне, мисс Ларк, ведь я не всегда понимаю загадки смертного разума: что удерживает тебя от того, чтобы вырвать сердце у брата, когда он тебя раздражает?

– В основном сила воли, – выпалила я, прежде чем успела остановиться, – и слабые ногти.

Эмрис неожиданно рассмеялся. Колдунья на мгновение замолчала, а потом запрокинула голову и издала рёв, больше похожий на животный, чем на человеческий.

Я сделала ещё один шаг вперёд, затем ещё, пока не подошла достаточно близко, чтобы вытащить брошь из защитного чехла и положить её на стол.

– Полагаю, теперь я должна заплатить, – Мадригаль надула губы, словно недовольный ребёнок. Она протянула руку, и на её ладони из ниоткуда возник алый мешочек. Я немного помедлила, прежде чем взять его, затем заглянула внутрь, опасаясь, что колдунья могла насыпать туда камни или пенни.

К моему удивлению, Мадригаль снова резко рассмеялась.

– Вижу, вы, мисс Ларк, имеете богатый опыт работы с моими сёстрами, но будьте уверены, что я всегда плачу за хорошо выполненную работу.

Работа. Так вот почему Эмрис здесь – по работе, а не для какой-то личной услуги, как я могла бы подумать. Я знала, что семья Дай время от времени имела прямые дела с колдуньями – они обменивались информацией или продавали свои находки, – но это не было похоже на те нервные контракты, которые заключали с ними мы с Кабеллом. Большинство членов нашей гильдии находило жалким, что нам приходилось брать такие заказы, чтобы выжить.

Я резко обернулась к Эмрису.

– Ты здесь по работе?

– А что, если да? – вызывающе переспросил Эмрис, его глаза сверкнули.

– Папочка урезал тебе содержание, Наследничек? – спросила я. – Или просто поводок покороче стал?

Лицо Эмриса омрачилось.

– Не вижу, какое тебе до этого дело.

Нет. Нет. Он не собирается отбирать у меня хороший контракт. Я нуждалась в этом больше, чем он когда-либо сможет понять.

– Госпожа Крона, – начала я, стараясь не выдать отчаяния в голосе, – если вы довольны тем, как я выполнила вашу последнюю работу, для меня было бы честью взяться за новое задание.

– Ты настолько отчаялась, что готова забирать чужую работу? – парировал Эмрис с новым, незнакомым мне резким тоном. – Не то, чтобы я сомневался в вашем здравомыслии, госпожа Крона, но Тэмсин – мисс Ларк – не соответствует самым базовым требованиям. Она не одна из Одарённых и не обладает Ясновидением.

Это была правда, но что-то в том, как просто и прямо он это сказал, будто это действительно повод для стыда, вызвало у меня глубокое унижение.

– В отличие от тебя и твоего лучшего друга – блата, мне не нужно Ясновидение, чтобы делать свою работу, – огрызнулась я.

– Она права, зверёк, – спокойно сказала Мадригаль. – Ты не можешь отрицать, что мисс Ларк успешно справляется со своими заданиями, несмотря на её недостаток. – Она подняла брошь и поднесла её к свету свечи. Её улыбка медленно расползлась. – Может быть, стоит устроить небольшое соревнование. Мне было бы весьма любопытно посмотреть, кто из вас двоих сумеет первым принести Приз Слуги.

Приз Слуги. Эти слова резко пробудили что-то в памяти, знакомое, но неуловимое. Я знала это название…

Губы Эмриса сжались в тонкую линию, когда он откинулся назад. Капля пота скатилась по его виску, следуя по пути какого-то рубца или шрама. Я наклонилась вперёд, временно отвлечённая видом этой неровной линии приподнятой кожи. Шрам тянулся вниз, исчезая под его пиджаком, но когда Эмрис повернулся к свету свечи, он исчез, словно мне это померещилось.

– Она не справится с этой задачей, госпожа, – наконец произнёс он. – И мы уже договорились.

– Не слушайте его, – быстро возразила я. – Я не похожа на него или на других шарлатанов. Я делаю свою работу лучше, с половиной ресурсов и за полцены. И, как вам известно, я нахожу конкретные вещи для клиентов – я не продаю реликвии кому попало, лишь бы были деньги.

Мадригаль нас игнорировала, всё ещё изучая, как брошь мерцала в свете свечей. Одним движением пальцев она сломала серебряное украшение пополам, позволив изумруду выскользнуть ей на ладонь. Не говоря ни слова и даже не делая вдоха, она попросту бросила камень в рот, словно леденец, и проглотила его.

Мои губы приоткрылись. Затем закрылись.

– Я… – начала я, но тут же замолчала.

Лучше не знать.

– Должна признать, что отсутствие у мисс Ларк Ясновидения могло бы стать проблемой в этом конкретном поиске, – произнесла колдунья, положив свою руку на руку Эмриса. У меня в груди загорелся огонь ревности. Её ногти поглаживали его кожу, как будто он был гранатом, который вот-вот расколют и съедят.

Хорошо. Они заслуживают друг друга, – прошипел голос у меня в голове. – Пусть она его съест.

Но это движение привлекло моё внимание к ещё одному любопытному факту, который я упустила прежде. Впервые с того дня, как я его встретила, Эмрис Дай не носил семейного перстня с рубином.

– И всё же, я не могу устоять перед игрой, особенно с такими достойными соперниками, – продолжила Мадригаль. – Мисс Ларк, если вы принесёте мне Приз Слуги первой, я заплачу вам в сто раз больше, чем вы получили сегодня.

Моё сердце болезненно ёкнуло от подавляемого желания.

– Тогда именно я принесу его вам, – ответила я.

Что бы это ни было. Не стоило открывать свою неосведомлённость, особенно когда название уже пробудило что-то в моей памяти.

Один из других гостей, тот, на ком была голова медведя, слабо застонал, чуть сдвинувшись на своём стуле. Мой желудок свёлся в узел.

– Чудесно, мисс Ларк, – произнесла Мадригаль с улыбкой. – Я получу от этого соревнования больше удовольствия, чем вы можете себе представить. Но теперь пришло время вам уйти. Милый, будь добр, проводи ее к двери.

Стул Эмриса со скрипом отъехал назад. Его правая рука крепко сжала левую, словно он пытался поиграть с кольцом, которого больше не было на его мизинце.

– Госпожа, – сказал он с ослепительно обворожительной улыбкой, – окажите мне честь позволить проводить мисс Ларк.

– Ну… хорошо, – ответила Мадригаль, небрежно махнув рукой. – Я всегда за хорошие манеры. Особенно когда они возвращают тебя обратно за мой стол.

Ещё один всплеск жара пронзил мою грудь.

– Спасибо, – процедила я сквозь зубы, – за возможность вам служить…

Эмрис схватил меня за руку, не меняя холодного выражения лица и взгляда, устремлённого вперёд, и поторопил меня прочь из обеденной комнаты, ведя обратно через атриум. Лишь в вестибюле он замедлился, дав мне возможность вырваться.

– Ещё раз тронешь меня – и однажды проснёшься без рук, – прошипела я.

Я потянулась к холодной дверной ручке, но Эмрис был быстрее. Используя своё преимущество в росте, он протянул руку через моё плечо и удержал дверь закрытой. Я резко обернулась, чтобы ударить его в грудь, но он поймал моё запястье другой рукой. В этот раз он тут же отпустил его, как только я дёрнулась.

– Слушай, Птичка, – его голос был тихим, – это моё задание. Ты не хочешь в это ввязываться.

Леденящий воздух в доме делал его дыхание на моей щеке ещё теплее. Эмрис наклонился, пока его глаза не оказались на одном уровне с моими, и резкие слова исчезли с моего языка.

За все годы я видела Эмриса Дая во множестве ролей – избалованного принца, опьяневшего от вина, задорного рассказчика у огня в библиотеке, небрежно флиртующего, вдумчивого читателя за книгой, преданного и любящего сына. Но никогда я не видела его таким, как сейчас – с лицом, холодным и безжизненным, словно застывшее стекло. Если бы я толкнула его в этот момент, мне казалось, он бы разбился на тысячу осколков.

– Мне кажется, ты хотел сказать – моё задание, – отозвалась я ледяным тоном. – Мы закончили?

– Нет, не закончили, – тихо ответил он. – Я видел твоё лицо, когда она предложила. Ты понятия не имеешь, о чём она говорит, и уж точно не представляешь, что тебя ждёт.

Я подошла ближе, но он не отступил ни на шаг.

– Если тебе не нравится то, что ты видишь, не смотри на меня.

– Тэмсин, – начал он, его голос смягчился. – Прошу…

Громкий металлический грохот прервал его слова. Мы оба вздрогнули от неожиданности, и, пока Эмрис обернулся, я выскользнула из-под его руки и открыла дверь.

На другом конце прихожей, маленькая сгорбленная женщина в чёрной униформе горничной медленно опустилась на колени, жалобно стеная над серебряным подносом и осколками стекла у своих ног.

Я тут же была забыта. Эмрис бросился к ней, его голос стал тихим и успокаивающим.

– Всё хорошо. Всё будет хорошо, обещаю.

Женщина покачала головой, сбитая с толку и в отчаянии невнятно что-то бормоча. Эмрис с невероятной осторожностью поднял её с пола, усадив на ближайший стул. У меня перехватило дыхание. Даже её спутанные седые волосы, закрывающие половину лица, не могли скрыть глубокие морщины, вздувшиеся вены и белизну единственного видимого глаза, в котором не было ни радужки, ни зрачка.

Её рука на мгновение зависла над его запястьем, его предплечьем. Её глаз наполнился слезами, которые она не могла выплакать, и боль на её лице была настолько невыносимой, что я едва удержалась, чтобы не отвернуться. Челюсть Эмриса напряглась, как будто он боролся с бурей внутри себя.

Жаркая ночь и удушливый запах ягод боярышника манили меня снаружи. Но что-то заставило меня оглянуться ещё раз. Я увидела, как Эмрис, стоя на коленях, отчаянно собирает осколки стекла в тот миг, когда дверь за мной закрылась.

Глава 4

Ноги быстро несли меня по тропинке, стремясь найти спасение в свете и толпе на Бурбон-стрит. Кабелл поднял голову, настороженно прислушиваясь к моим шагам. Ворота распахнулись передо мной, и я проскочила сквозь них, ухватив его за руку и потянув за собой по переулку.

– Что случилось? – спросил он.

Я потянула себя за правую мочку уха – наш сигнал: не сейчас, нас могут подслушать.

И не останавливалась, пока нас не окружила толпа сотен людей, гуляющих по улицам, заходящих в бары и выходящих из них. Вокруг нас мигали радужные огни, когда мы петляли через толпу, направляясь обратно к магической Жиле, которую открыли с помощью двери «Все пути».

Музыка била в уши, и я чувствовала, как басы отдаются в моей крови. Наконец, я не смогла больше ждать и потянула его в лавку с дешевыми сувенирами и поддельными вуду-свечами.

Кабелл схватил меня за плечи, внимательно изучая моё лицо, затем оглядел с ног до головы.

– Ты в порядке? Ты не ранена?

– Всё хорошо! – ответила я, перекрикивая музыку. – Слушай, Дай был там…

– Что? – выкрикнул он, указывая на уши. – Дай?

– Он работает на неё, но она предложила задание и нам, – объяснила я. – Если мы добудем это первыми, плата будет в сто раз больше!

Он махнул рукой.

– Ты сказала в сто раз больше?

– Да! – Я бросила взгляд на пару, слоняющуюся у входа в магазин. – Нужно найти что-то под названием Приз Слуги. Думаю, нам стоит сегодня пойти в библиотеку и…

На этот раз я точно знала, что он меня услышал. Его лицо помрачнело, и он резко развернулся, направляясь к ожидающему нас магическому проходу.

– Эй! – окликнула я. – Это невероятная возможность.

– Нет, не так, – произнёс он, лицо его стало суровым, каким я никогда его не видела. Его кожа блестела от пота, который начинал просачиваться через рубашку. Он закатал рукава, обнажив чёрные полосы татуировок. Каждая из них была символом проклятия, которое он когда-то разрушил, трофеи, нанесённые на кожу. – Мы не будем брать это задание, Тэмс.

Осознание вдруг накрыло меня.

– Ты знаешь, что такое Приз Слуги? Оно звучит знакомо, но я не могу вспомнить.

Его дыхание становилось всё более прерывистым.

– Я не знаю. Не имею понятия, что это за чёртов приз, но мы не станем снова связываться с этой колдуньей. Мы не сможем обогнать Дая с его ресурсами, это плохая идея, мы не можем… мы не можем…

Он развернулся ко мне спиной, выставив руку, чтобы удержать меня на расстоянии.

– Что происходит? – спросила я, глядя на него. – Ты в порядке?

Кабелл тяжело дышал, его рёбра расширялись с каждым болезненным вдохом, будто пытались прорваться сквозь кожу. Пот капал с подбородка на землю, а его тело дрожало от невыносимой, неизречённой боли.

Секунды растягивались, словно годы. В ушах нарастал гул, когда я наблюдала, как напряжение заполняло его тело, делая его движения всё более жёсткими. Он наклонился вперёд, опираясь на шероховатую каменную стену.

Наконец, он покачал головой.

– Всё в порядке, – сказала я, хотя мой голос звучал гораздо увереннее, чем я себя чувствовала. – Просто сделай вдох. Слушай слова, которые я говорю. – Я сглотнула, пытаясь подавить ком в горле. – В далёкие времена, в царстве, затерянном во времени, король по имени Артур правил людьми и народом фэй…

– Тэмс… – выдавил он, захлёбываясь, в его голосе звучала паника. Обычно отвлечь его историей хватало, чтобы предотвратить превращение, даже когда он был в ярости или расстроен. – Отойди…

Он был прерван резким треском, когда его кости начали сдвигаться под кожей.

Движения были такими сильными, что раздирали его рубашку, разрывая ткань вдоль плеч и позвоночника. Он пошатнулся, вслепую потянувшись ко мне, к стене, к чему угодно, чтобы удержаться.

Единственная острая мысль прорезала моё оцепенение: не здесь.

Это не могло произойти здесь, среди всех этих людей, которые пели, делали селфи, ничего не подозревая о той опасности, в которой находились.

Я начала действовать, схватив его за запястье и буквально таща последние несколько кварталов до входа в магический проход, спрятанный в закрытом магазинчике. Стонущий от боли, Кабелл споткнулся, когда его ноги выскользнули из ботинок. Я замедлилась, обвив его руку вокруг моих плеч, а свою – вокруг его талии, затем ударила ногой по двери, и мы ворвались в ожидающий нас проход.

Тьма окутала нас, и комната размылась. Воздух ревел в моих ушах, когда его рёбра сжались под моими пальцами, уменьшаясь. Вездесущая дверь с грохотом распахнулась, выплёвывая нас на холодный мрамор. Звук падающих инструментов прокатился по атриуму, заглушая даже голоса из внутренней комнаты библиотеки.

– Это дверь? – услышала я чей-то голос.

Кабелл свернулся клубком, прижимая руки к лицу, которое продолжало меняться. В отчаянии, задыхаясь, я поползла обратно к двери «Все пути» и захлопнула её, мои руки так дрожали, что я едва смогла вставить ключ в замок, не говоря уже о том, чтобы представить нашу квартиру.

Магический проход открылся с едва слышным скрипом, и я остановилась только для того, чтобы вынуть ключ.

Кабелл был словно мёртвый груз у меня на руках, бессвязно бормочущий от боли, когда мы рухнули в бесконечную тьму прохода, а дверь с грохотом закрылась за нами.

Запах квартиры – чуть сладковатый от стирки соседей – подсказал, что мы прибыли. Мы вывалились из двери шкафа, рухнув на протёртый ковёр. Всё здание, казалось, простонало от удара.

Я быстро поднялась на четвереньки и поползла обратно к шкафу, снова захлопнув его дверь, чтобы никто не мог последовать за нами.

– Кабелл, – сказала я, но мой собственный голос звучал для меня словно издалека. – Что происходит?

– Я не… – он судорожно сжал руку в волосах. – Тэмс, я думаю…

Его лицо вдруг стало пугающе безжизненным, и я поняла. Я поняла точно, что произойдёт, за мгновение до того, как его плечи сжались перед тем, как тёмная шерсть начала расползаться по его рукам, до того, как его кости начали менять форму, превращаясь во что-то, что было не человеческим.

– Глубокий вдох, – сказала я. – Просто сосредоточься – сосредоточься на моём голосе. Тебе не обязательно превращаться. Ты можешь это контролировать, а не наоборот…

Его плечо выскользнуло из моей судорожной хватки, когда он рухнул на колени.

– Я… – Я резко обернулась в сторону нашей небольшой зоны, где мы работали, лихорадочно пытаясь найти хоть какую-то идею, хоть что-то, что могло бы помочь. – Я сейчас принесу кристаллы… Я…

Низкий, грозный рык раздался позади.

Я обернулась.

Передо мной стоял огромный пёс, больше похожий на волка, чем на собаку. Его лохматая чёрная шерсть переливалась, словно разлитое масло, мерцая с каждым шагом вперёд. Одежда Кабелла висела на нём клочьями.

Звук когтей, цокающих по изношенному деревянному полу, пробудил во мне первобытный ужас, древний, как сама жизнь. Между длинными белыми клыками тянулись нити слюны. Адреналин захлестнул меня, его горечь ощущалась на языке, пульсировала в крови.

В этих тёмных глазах не осталось ничего человеческого.

Превращения стали происходить всё чаще в последние месяцы, но мне всегда удавалось вернуть его обратно, в человеческую форму. Он не терял контроль над трансформацией с тех пор, как мы были детьми, когда он впервые превратился в щенка.

– Кабелл? – прошептала я.

Пёс остановился, склонив голову набок.

– Слушай, – произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Мой разум метался слишком быстро, перебирая множество воспоминаний и легенд, хранящихся в моей памяти. Я никогда не забывала ни того, что видела, ни того, что читала, но сейчас… никогда прежде не было необходимости искать способ вернуть его в человеческую форму. Он всегда делал это сам.

– Слушай меня, – повторила я, протягивая руку. – Вот так, молодец, Кабелл. Сосредоточься на моих словах… В далёкие времена, в царстве, затерянном во времени, король по имени Артур правил людьми и народом фэй…

Пёс тихо заскулил, но остался на месте, резко встряхнувшись. Оковы страха, сжавшие мой живот, немного ослабли, и я сделала ещё шаг вперёд.

– Это история о его верном друге и рыцаре Ланцелоте…

Время для побега исчезло. Я не успела даже вздохнуть.

Не успела, прежде чем он бросился мне в горло.

Меня спас один лишь инстинкт.

Я выставила руку, когда пёс набросился на меня. Вопль вырвался из груди, когда его клыки вонзились в моё предплечье, пронзая кожу и мышцы до самой кости.

Боль обожгла меня, но именно вид моей собственной крови, окрашивающей его зубы в багровый цвет, заставил меня закричать вновь.

Пена слюны брызнула на лицо, когда пёс щёлкал пастью, стараясь добраться до моего горла. Мой разум опустел, но тело отчаянно боролось за жизнь. Как-то мне удалось поджать колени и ударить его ногами, отбросив от себя. Он вновь заскулил, ударившись о пол, но тут же вскочил на лапы.

Я поползла назад, использовав одну руку, чтобы увеличить расстояние, между нами, отчаянно пытаясь встать на ноги, добраться до рабочего уголка, где хранились зелья, кристаллы и…

Лапы пса вдруг напряглись, и раздался душераздирающий, нечеловеческий вой.

– Кабелл! – прохрипела я, едва дыша. – Пожалуйста, очнись!

Пёс приближался, шерсть на его загривке поднялась, как иглы. Он двигался слишком быстро – его челюсти сомкнулись на моей ступне, и я начала яростно пинать его морду, череп, всё, до чего могла дотянуться, пытаясь освободиться.

Я умру. Эта мысль пульсировала в сознании, мучительно жгла. Он меня убьёт.

Если только я не убью его первой.

Пёс снова прыгнул, и я, не теряя ни секунды, схватила нож для бумаг, лежавший рядом с грудой книг на моём столе. Я развернулась, размахивая им перед собой, надеясь отпугнуть зверя. Но вместо того, чтобы отступить, пёс позволил себя порезать, продолжая приближаться ко мне. В моём теле бушевала лишь одна мысль – выжить.

Я не могу.

Нож выпал из моих ослабевших пальцев и со звоном покатился по полу. Я отступила на шаг, затем на ещё один, пока пёс не отвлёкся на глубокий порез на своей лапе, принявшись лизать рану.

Я не могу.

Это всё ещё был Кабелл. Где-то там, внутри этого зверя, находился мой брат.

И он собирался меня убить.

Пёс двинулся вперёд между нашими двумя столами. Моя спина упёрлась в книжную полку у окна, и я поняла – отступать больше некуда.

Я потянулась назад и начала бросать в него книги, выплёскивая весь гнев и отчаяние, что пульсировали во мне. Пёс щёлкал пастью, а иногда взвизгивал, когда книги попадали в цель.

Я судорожно вдохнула, когда он отступил, задрав морду к потолку. Его вой наполнил квартиру, словно он пытался позвать других на охоту.

Охота.

Эта мысль пронзила туман боли в моей голове. Я рискнула взглядом скользнуть влево, к нашему рюкзаку – тому, что мы использовали только тогда, когда собирались ночевать перед входом в хранилище. Он стоял, прислонившись к покосившейся ножке стола Кабелла, чуть вне досягаемости.

– Послушай меня, Кабелл, – медленно проговорила я, двигаясь в сторону рюкзака. Пёс повернул голову, прижав уши к черепу, и низко зарычал.

Я пнула сумку, и её содержимое с грохотом вывалилось на пол. Среди тетрадей и инструментов выскользнул серебряный футляр с транквилизаторами, предназначенными для медведей и других хищников, магических или обычных.

Оставалась всего одна секунда…

Меньше.

Пёс прыгнул. Я тоже.

Моё тело с грохотом ударилось о пол, когда зверь всей своей тяжестью обрушился на мою спину. Зубы пса зацепили мои волосы, вырвав прядь прямо из кожи головы. Я резко отбросила локоть назад, но мои дрожащие руки, скользкие от крови, никак не могли открыть серебряный футляр. Я со всей силы ударила его об пол, и он, наконец, распахнулся в тот момент, когда пёс вонзил клыки в моё плечо.

Я развернулась с диким рёвом и вонзила дротик в тугую мышцу его шеи.

Пёс взвизгнул, яростно дёргаясь. Я изо всех сил держала его морду подальше, одной рукой, вцепившись в дротик, пока его тело не задрожало и, наконец, не замерло.

– Всё хорошо, – прошептала я, обнимая его дрожащую спину. – Теперь всё хорошо.

Он рухнул на меня с последним громким всхрапом и тихим, протяжным стоном.

Сосед громко забарабанил по стене.

– Всё в порядке?

– Мы в порядке! – крикнула я в ответ, чувствуя дрожь в собственном голосе. – Извините!

Мы были на первом этаже. Удивительно, что никто не увидел, что произошло через окно.

Я крепче прижала пса к себе, пока его шерсть не начала исчезать. Я держала его, пока его кости не начали ломаться и перестраиваться, а он стонал, царапая пол в агонии. Мой горящий от боли вдох застрял в горле, я зажмурила глаза, отказываясь дать слезам вырваться.

Ведь каждое проклятие можно было снять.

Даже его.

Глава 5

Я была под наблюдением.

В гильдейской библиотеке стояла тишина, нарушаемая лишь треском огня в старом каменном камине и шорохом книг, аккуратно вставляющихся на свои места на полках. Меня раздражало обнаружить Финеаса Примма – старого Опустошителя с лицом, иссечённым шрамами и с меньшим числом пальцев на руках, чем следовало бы, – удобно расположившегося в одном из мягких кожаных кресел. Он сузил взгляд, следя за моими шагами к привычному рабочему столу.

Лишь спустя час, когда я оторвалась от очередной справочной книги, в которой также не было упоминания о Призе Слуги, я заметила, что к нам незаметно присоединились ещё два Опустошителя. Один из них, Гектор Лир, наблюдал за мной через ряды старых свитков с картами. Септимус Ярроу стоял, опершись на полку несколькими рядами дальше, делая вид, что читает книгу «Бессмертие». Я узнала серебристую змеиную кожу на обложке «Бессмертия» волшебницы Ардит, том первый.

Я прочла весь этот цикл «Бессмертия» как минимум трижды, просеивая все шестьсот лет её воспоминаний в поисках хоть какого-то намёка на то, чем может быть проклятие Кабелла. Могу с уверенностью сказать, что самое интересное, что когда-либо совершила волшебница Ардит, – это умерла. В ранние годы её записи были читаемы, но сухи. Поздние тома, особенно в последние десятилетия, когда её сестра начала медленно и методично отравлять Ардит ради её собрания ядов, становились всё более туманными, похожими на поток бессвязных мыслей.

В этом не было ничего, что могло бы захватить читателя более чем на несколько минут. И хотя я привыкла к подозрительным взглядам, в этот раз дело было совершенно другим. Они не просто смотрели на меня – казалось, они отслеживали, что именно я читаю. Финеас, похоже, даже делал какие-то пометки.

В конце концов, я не выдержала.

– Могу чем-то помочь, господа? – бросила я им.

Гектор и Финеас вздрогнули и отвели глаза, но Септимус был спокоен, как лед, собирающийся на окнах. Неудивительно, что он так ладил с Эндимионом Даем. У обоих были эти надменные улыбки и тщательно вылизанная речь.

– Нет, котёнок, – произнёс Септимус, подходя ко мне. – Просто интересно, что такая девочка, как ты, делает в библиотеке в столь поздний час и в одиночестве.

– Не глазею на девушек-подростков, как законченный извращенец, – ответила я.

Он одарил меня холодной усмешкой, усевшись на край моего стола, намеренно вторгаясь в моё личное пространство. Он наклонился, чтобы разглядеть, что я читаю, и его чёрный хвост, гладко уложенный на затылке, соскользнул на плечо.