Текст книги "Путешествие на восток (СИ)"

Автор книги: Samus

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 26 страниц)

Глава 7

16 день 11 месяца 879 года, Таркент, столица Стордора

Взмах! Молот Марены обрушился на раскаленную заготовку. Взмах и еще взмах, молот бил точно в цель, плюща раскаленный металл, превращая его в заготовку для будущего плуга. Два помощника, молодые гномы из клана Барганент, вступили со своими молоточками, проковывая край. Несмотря на жар кузни и тяжелую работу огромным молотом, Марена не ощущала усталости, пот не заливал глаза, подросшие уровни и Атрибуты сказывались.

– Хорошо поработали, – кивнула она помощникам, отставляя молот в сторону.

Те оторвались на мгновение, чтобы поклониться, и продолжили работу. Марена вышла в коридор, еще недавно бывший частью тюрьмы и скалы с королевским дворцом, а теперь ставший цитаделью клана ее родичей-гномов. Работа кипела, стучали молоты и топоры, деловито сновали живые, катили тележки с рудой, тащили заготовки. Они работали, а Марена приходила сюда отдыхать от бесконечных королевских дел и паладинства, роли Справедливой Королевы. Попутно еще тренировала профессию Кузнеца, дабы не отрываться от корней, и отрабатывала удар молотом, чтобы потом еще точнее применять уже ставший знаменитым Молот Справедливости.

– Ваше Величество, – навстречу спешил Трихорн, один из бесчисленных помощников барона Давади. – Его Величество король Гатар Первый просил вас немедленно прибыть к нему!

Марена мысленно скривилась, опять Гатар будет нудить и долго ходить по залу, размахивая своими мускулистыми ручищами. Словно она сама какая-нибудь изнеженная эльфийка, вынашивающая самое хрупкое в мире яйцо. Да у нее даже живот еще толком не вздулся!

– Хорошо, – улыбнулась она и Трихорн просиял.

Нелегко быть королевой, в тысячный раз подумала Марена, следуя к одному из внутренних порталов дворца. Лицемерие, обман, улыбки и стократно тяжелее быть королевой-паладином Эммиды, от которой ждут только искренности и справедливости. Марена вознесла мысленную молитву Грознейшей, благодаря ее за тяжесть и справедливость испытаний, возможность помочь другим и выполнить свой квест. Как и в прошлые разы, после посещения кузниц родного гномьего клана, в голове вертелось сравнение себя с заготовкой, которую бьют молотами жизненных испытаний, перековывают, проверяют, закаляют и снова бьют, пока не выйдет настоящий клинок или плуг справедливости, которому все нипочем.

Она шагнула в зал, уже готовясь к неизбежному и, чего скрывать, приятному. Заткнуть нудящего Гатара можно было только одним способом, и Марена охотно к нему прибегала, из-за чего приемы нередко приходилось прерывать, пока их величества насладятся телесной близостью. Как ни странно, но слухи и это ставили ей в заслугу, мол, Справедливая Марена, не щадя себя смягчает ужасный нрав короля-воителя, орка Гатара.

– Наставник Хрырг, – удивленно поклонилась она троллю.

Старый тролль, жрец Эммиды, с которым она столкнулась в одном из монастырей у Провала (иногда Марене казалось, что с тех времен несколько месяцев назад словно прошла целая жизнь), пророкотал:

– Королева Марена.

К еще большему удивлению Марены, Хрырга тоже позвали в тронный зал и это точно означало, что Гатар не будет нудить о здоровье ее еще не рожденного ребенка. Марена просияла, развеселилась и еще раз поклонилась наставнику, предлагая ему войти первым в тронный зал.

И там ее веселье сразу закончилось.

Ираниэль, как всегда, сидела позади, кутаясь в бесчисленные одежды, словно ей было зябко. На самом деле она никак не могла оправиться от потери куска паразита внутри и выступающих частей тела вместе с ним. Наставница Феола слушала и вязала, продолжая улучшать свою новую профессию, Гатар же стоял напротив группы орков. Героев-орков, месяц назад проезжавших через Таркент, направляясь в драконьи горы.

Чуть в сторонке от орков, незаметный на первый взгляд, стоял Ролло Скрытник, соратник деда Бранда.

– Марена! – воскликнул Гатар, повернув голову.

Ощущалось, что он в нетерпении и легкой растерянности. За его спиной, словно в противовес героям-оркам и Скрытнику, стояла обычная свита Гатара. Барон Давади, первый помощник, Таранд Норм, глава Тайной Канцелярии и один из героев, сегодня это был Реборн Сотня. Правда, главнокомандующий, граф Стил Итхорн, почему-то отсутствовал.

– Нам нужна твоя помощь, о моя королева! – воскликнул Гатар, пафосно вскидывая руку.

Герои-гости выглядели помято и подавлено, не говоря уже о том, что их стало меньше. Лана Молния вообще вела себя, словно Ираниэль, молчала с подавленным видом позади всех.

– Я помогу, если будет на то воля Справедливейшей, – ответила Марена, – но хотелось бы понять, с чем.

– Экспедиция в драконьи горы закончилась неудачей, – громко провозгласил Фехтар Ливень.

– Мы этого не знаем! – не менее громко вскричала Лана Молния, выходя из ступора. – Наставник Мартахар мог и добраться!

Фехтар обернулся, прожигая ее и Ролло взглядом. Лана Молния замолчала, убито повесив голову, Скрытник смотрел в ответ с непроницаемым лицом. Что-то случилось в драконьих горах, но Марена подавила рвущийся с языка вопрос, придавила неуместное любопытство. Видно было, только спроси и вспыхнет новая ссора, прямо здесь и выйдет безобразная сцена. Марена буквально на мгновение коснулась окружающих Особенностью и тут же отпрянула, ощутив настоящую бурю эмоций.

– Айро Бык и Тарея Град погибли, Пардар Ураган, – Фехтар указал рукой на стоящего рядом орка, – серьезно искалечен, а Лана до сих пор не оправилась после ритуала передачи силы и избавления от элементаля. Нам пришлось схватиться с тамошними тварями и потом с драконами и, вполне возможно, что они явятся в Стордор мстить.

– Хотели бы – давно явились, – негромко заметил Ролло.

Марена ощутила надежду, все же Скрытник был старым соратником деда Бранда, а уж тот разбирался в драконах и их горах. Слышать о гибели могучих героев всегда было неприятно, и Марена сотворила знак Эммиды, прося Грознейшую воздать справедливо за их смерть.

– В свете надвигающейся зимы, разрушенных подземелий и готовящегося нападения дриад, гибель героев Степного Ханства еще больше ухудшит ситуацию, – сказал советник Отсон Давади, наклоняясь вперед, к уху Гатара.

Тот кивнул.

– Нападения дриад? – переспросил Фехтар Ливень встревоженно. – Откуда эта информация?

– Из Ирия и Долины Великанов поступили сообщения, они предупреждали соседей дриад, и королева Алавии переслала по старой дружбе и нам, – пояснил Гатар. – Разумеется, Степное Ханство тоже получило сообщение, но я подумал, что лучше предупредить и вас заранее. Королевский Лес Алавии и Степное Ханство наши друзья, с Урдаром у нас взаимовыгодный договор, да и просто, без этого, меньше всего сейчас живым вокруг нужна новая война!

Повисло тягостное молчание. Если что и было радостного в тех весточках, так это то, что их прислали с подачи деда Бранда. Марена несколько раз поймала себя на странном ощущении, что ей не хватает деда и сильно удивилась этому, но затем поняла. Да, как живой и как родственник (пусть не дед по крови, но приемный) Бранд был невыносим и ужасен, не говоря уже о том, что не сильно рвался налаживать эти самые родственные связи. Но зато королевство за ним было в безопасности, как за каменной стеной, и Марена, отправляясь куда-то, знала, что Стордор в надежных руках.

– Мы должны отправить к ним посольство, – озвучила Марена пришедшую ей в голову мысль.

– К дриадам, ваше величество? – изумился Фехтар.

Почти привычная реакция, хоть и несколько неуместная. Все же Марена давала советы мужу-королю, а не героям орков.

– Впрочем, если собрать посольство из героев, и чтобы Алмазный Кулак возглавил его, – не слишком уверенно произнес Фехтар, почему-то оглядываясь на Лану.

– Дед Бранд уже навещал Бесконечный Лес, а потом предупредил нас через Ирий и великанов, – сообщила Марена в ответ.

– Что? – снова словно очнулась Лана.

– Я запрещаю! – развернулся к ней и отрезал Фехтар Ливень.

Затем он перешел на орочий и, судя по лицу Гатара, слова использовал уж точно не вежливые и не уместные в тронном зале. В таких случаях живые обычно говорили «Герои» и разводили руками или пожимали плечами, мол, чего с них взять, высокоуровневых.

– Бранд заглядывал к дриадам? – спросил Скрытник, внезапно оказавшийся рядом.

Марена чуть вздрогнула, бросила взгляды по сторонам. Фехтар и Лана ругались, третий орк, Пардар Ураган, пытался их то ли растащить, то ли помирить. Гатар и его советники смотрели на перепалку героев, Реборн Сотня, как всегда, стоял с таким видом, словно ничего и не происходит. Феола чему-то тихо хихикала под нос, спицы клацали вдвое быстрее.

– Заглядывал и отправился дальше на восток, вместе с матерящимся героем-кентавром и героиней Разлом.

О том, что они прихватили Минта, Марена не сказала, подозревая, что Скрытнику неинтересны барды, пускай и бывшие короли. Дед, конечно, предупреждал, что вскоре покинет Стордор, но все равно, выглядело случившееся странно, мягко говоря.

– Если вы хотите найти его, я могу, – чуть подалась вперед Марена.

– Не нужно, – остановил ее Ролло. – Я прервал свою миссию, чтобы помочь Бранду и теперь вернусь к выполнению воли Госпожи Вуали Небес, да славится ее имя в веках. Не волнуйтесь, ваш дедушка уже не маленький мальчик и вполне способен постоять за себя сам.

При этом Ролло широко улыбался, словно произнес хорошую шутку, и Марена улыбнулась в ответ, подумав, что Скрытник прав. Глупо беспокоиться за деда, да еще и путешествующего в компании героев, глупо, несправедливо и эгоистично даже, словно возвращение Бранда разом решило бы все ее проблемы.

– А что за миссия? – любопытство вырвалось на волю, и Марена чуть смутилась, добавила. – Если это не секрет, конечно.

С учетом того, что Скрытник был чемпионом богини тайн и секретов, прозвучало как-то неуместно.

– Не секрет, хотя и хвастаться там особо нечем. Южнее юга Кирфа, под водой, на стыке океанов, Грозового и Спокойствия, просачивается мана из Бездны. Уже несколько лет там идет упорная подводная война и отголоски ее вылезают на сушу и пожирают живых, включая… впрочем, вот это уже тайна.

Наверное, там самый тайный храм Серканы, подумала Марена.

– Я думал, что позову туда Бранда, он очень хорош под водой со своим алмазным телом, но не вышло. Ничего, возможно потом уже Кулак приедет ко мне на помощь, и мы победим, а потом посмеемся, распивая божественное вино.

Сказано это было спокойно, с несокрушимой уверенностью, что уж с Брандом точно ничего не случится и Марена вдруг ощутила признательность к Скрытнику. В разговоре возникла пауза, расспрашивать дальше о тайнах было как-то неловко, и Марена указала глазами на героев-орков, чья ссора уже успела вспыхнуть и выгореть дотла, оставив лишь несколько угольков.

– Или это тоже тайна?

– Невелика тайна, ваше величество, – ответил Ролло. – Прежде чем начать подъем к Библиотеке, Мартахар взял со всех слово слушаться Ливня, а Молния ослушалась почти сразу и в результате все вышло очень плохо. Хочет ослушаться и теперь, последовать за Брандом, а Ливень ее ругает и говорит, что снова выйдет плохо. Надо заметить, в этом я с ним согласен.

– И ты! – вскричала Молния, указывая пальцем на Скрытника.

– Ну вот, пожалуйста, – сказал Ролло, обращаясь к Марене. – Словно не в присутствии короля и королев, и других уважаемых людей и героев находится, а у себя в степи.

Лана смотрела хмуро, хоть и не искрила.

– Если хочешь, давай выйдем за стену и сразимся, – сказал Ролло, обращаясь к Молнии.

– Ты спас нам жизни, – скрежетнула зубами Молния. – Это будет неправильно!

– Ну хочешь, дружеский поединок устроим? – ласково обратился Ролло. – Только быстро, мне вечером нужно быть уже на юге Кирфа, я и так две лишних недели с вами под горой просидел.

Гатар совсем не по-королевски хрюкнул, Лана отвела взгляд.

– Тогда, прошу вас, не надо таких сцен в этом зале, – чуть наклонил голову Ролло.

Герои-орки уловили намек и откланялись, сообщив, что отправятся дальше в Степное Ханство.

– Благодарю вас, мастер Ролло, – сказала Марена Скрытнику напоследок. – За то, что вы прикрывали спину деда все эти годы и за то, что так ловко управились с героями орков сейчас.

– О, ничуть не ловко, – без тени смущения объяснил Ролло. – Если бы я вмешался в самом начале, они бы не стали меня слушать.

Но он дал им выплеснуть весь запал, а уже только потом вмешался, поняла Марена. Не стал ввязываться в безнадежную битву, а выждал и нанес удар в нужное время и в нужном месте, обеспечив победу. Она еще раз склонила голову в знак благодарности за урок, а когда подняла ее, Ролло уже исчез.

– Ты опять работала в кузнице? – вдруг спросил Гатар, принюхиваясь.

– Только не начинай, – вздохнула Марена. – Я даже не вспотела там толком!

– Хорошо, тогда давайте обсудим, что нам делать с дриадами и всей этой историей.

– И возможные меры по отражению возможного налета драконов, – добавил барон Давади.

– Главнокомандующего графа Итхорна здесь нет, но я и так скажу, что у нас нет на это сил! – воскликнул Гатар, подавая знак.

Стол и огромную карту уже тащили.

– У нас нет сил даже на дриад! – воскликнул Гатар с горечью.

– Я, возможно, неверно выразился, – тут же ответил Давади. – Не отражению, а минимизации ущерба от возможного налета.

Хрырг вдруг откашлялся, словно заработала камнедробилка. Марена вздрогнула, осознав, что забыла о наставнике-жреце, который сразу отошел в сторону и словно стал частью стены.

– Ваши Величества, зачем вы меня позвали? – спросил он. – Я слабо разбираюсь в государственных делах.

– Но зато вы разбираетесь в справедливости и возмездии, жрец Хрырг!

И что может быть справедливее, чем возмездие дриадам, вдруг поняла Марена и оглянулась. Жрец Ордалии Астард отсутствовал, и она вздохнула. Гатар менялся, уже понемногу начинал хитрить даже в таких вопросах, например, не приглашал жреца, который сразу заговорил бы о милосердии и важности всех живых. Ей вдруг захотелось сбежать к питомцам, но это было бы проявлением слабости, поэтому Марена шагнула вперед и заявила громко, упирая на слово «справедливое»:

– Да, давайте обсудим и найдем справедливое решение этой проблемы!

Глава 8

17 день 11 месяца 879 года, Есенск, империя Турса

Карета с открытым верхом катила по улицам Есенска, столицы провинции, Минт со скучающим видом смотрел по сторонам, созерцая многоэтажные дома и широкие улицы, забитые живыми. Бард был доволен жизнью, деньгами, новой яркой одеждой и славой.

– Дед, как ты думаешь, если выпить обезболивающее? – вдруг спросил Минт.

По дороге сюда они останавливались практически во всех селениях и городках и везде Минт пел, наслаждаясь вниманием публики. Живым нравилось, а девицы так вообще приходили в экстаз и, бывало, бежали вслед толпой. Они же проникали в номер к Минту, нападали на него, пока он делал перерыв между песнями и, в общем-то, если бы не проклятие Адрофита, бард только и делал бы, что спал с девицами и пел, пел и спал.

– Выпей, – кивнул Бранд.

– А поможет?

Бранд лишь пожал плечами. Конечно, вживую он проклятий не получал, ведь никогда не клялся богами, давая им возможность воздействовать в ответ, но повидал достаточно, чтобы знать: обезболивающее не поможет.

– Это просто настоящая пытка, – вдруг пожаловался Минт, – видеть и не иметь возможности!

Гул толпы впереди нарастал, подсказывая, что они приближаются. Афиши не висели и это как раз было не удивительно, удивляло другое – отсутствие реакции местных гильдий. Не только в Турсе, повсюду гильдии, эти объединения по профессиям, зорко следили, чтобы их участников не ущемляли. Концерты Минта означали, что он получал опыт (если получал, с его-то уровнями), а местные не получали. Требовалось заплатить пошлину или вступить в гильдию, делиться с ней опытом и деньгами, получая взамен преференции.

В сущности, еще один способ повышения профессии, только толпой.

– Вот он! Вот он! – донеслись крики. – Едет! Едет!

Кучер был предупрежден о рисках, получил втрое больше золота, чем обычно, но все равно, судя по его побледневшему виду, он уже пожалел, что согласился. Огромный широкий проспект был запружен толпой, состоящей в основном из живых женского пола, и все они разом качнулись в сторону кареты с Минтом. Карета с открытым верхом была идеей Минта, для поддержания образа, и Бранд, как обычно, просто не стал возражать.

Пока что все работало на его план.

– Минт!

– Минт!

– Минт, я хочу от тебя детей!

– Минт, я готова отдать тебе свою жизнь!

Гром выкриков, горожане глазели в окна, наслаждаясь бесплатным представлением, где-то вдали доносилась ругань, кто-то не мог проехать сквозь толпу. Не слишком удивительно, подумал Бранд, учитывая уровни Минта и то, как его песни били по мозгам, несомненно благодаря подарку Светлейшей, лютне-артефакту. Скорее стоило удивляться, почему власти в провинции еще не отреагировали на такие массовые воздействия на живых.

– Спой нам!

– Спой, Минт!

– Минт, ты мой кумир!

– Минт, сами небеса послали тебя!

Новый шквал выкриков, аплодисментов, Минт поднялся в карете, помахивал рукой и улыбался, пожирая взглядом толпу женщин, почитающих за счастье прикоснуться к нему. Можно сказать, сбылась мечта, только с изъяном, хмыкнул мысленно Бранд, дай только возможность поклонницам прикоснуться, и они изнасиловали бы Минта прямо здесь и сейчас.

Кучер обливался потом, но не спешил убегать – вокруг кареты оставалось свободное пространство. Влюбленные или нет, но поклонницы не могли пробиться сквозь Волю Бранда, их тела просто останавливались. Толпа напирала, те, что находились ближе всех, сопротивлялись и все это могло привести к массовой давке.

– Слава Минту!

– Слава несравненному барду!

Полетели цветы, засыпая коляску, увы, стена Воли не действовала на неживые предметы. Минт ухватил один букет, толпу прорезал восторженный визг, какая-то грудастая девица-орчанка лезла вперед, ударяя стоящих впереди по головам. Вспыхнула драка, букеты летели, Минт кивал всем, улыбался и махал рукой, карета еле ползла, приближаясь к цели – зданию театра, в котором предстояло выступать барду.

Бранд словно и не двигался с места, но услышал неправильный звук, успел подняться и перехватить стрелу, которая шла точно в затылок Минта. Уловил движение убегающего стрелка – эльф! Светлый эльф. Не отрывая взгляда от той крыши, где прятался стрелок, Бранд чуть отклонил голову, пропуская мимо букет, провел пальцем по наконечнику и чуть лизнул. Яд! Хороший такой, качественный и выдержанный яд горной гремучки, несомненно, водящейся в той части, что отделяла Урдар от Алавии.

Бранд сел обратно и лизнул еще, да, не просто яд, а с магией.

– А, – Минт обернулся, увидел стрелу и вдруг все понял.

Он побледнел и начал задыхаться, не мог оторвать взгляда от стрелы.

– Маши, маши, – посоветовал ему Бранд, – а то поклонницы обидятся.

Надо отдать должное Минту, он сумел собраться и замахал с удвоенной силой. Только теперь начал крутиться, постоянно шарил взглядом по крышам домов, пытаясь заранее найти взглядом убийцу.

– Дед, – уголком рта спросил Минт, – а чего ты его не поймал?

– Чтобы тебя не затоптали поклонницы, – с усмешкой ответил Бранд.

Дж’Онни принципиально не ездил в каретах (хотя и не твердил о правах родственников-лошадей), Вайдабору они были мелковаты, так что они и Валланто следовали позади, не привлекая к себе внимания. Хотя, конечно, не привлекая – это слишком громко сказано, для троицы героев, с великаном и кентавром в составе, но как уже говорилось, Бранд не собирался слишком уж усердствовать в маскировке.

– А, точно, – вдруг ответил Минт. – Тогда лучше не уходи!

Бранд не ответил, только улыбнулся. Цель была уже совсем рядом, охрана театра еле сдерживала напирающую толпу, которая, казалось, готова была сломать все здание. Страх Минта никуда не делся, но в то же время Бранд ощущал, как юный бард наслаждается происходящим, этим вниманием толпы, животной страстью и энергией. Причем самостоятельной любовью толпы, вдруг подумал Бранд, ведь наверняка в Алавии аристократы вначале оглядывались на королеву, а уже потом топали на концерты. С другой стороны, не будь этих аристократов, Минт не набрал бы уровней и сейчас не заводил бы эту толпу вокруг.

Карета остановилась, Минт шагнул вперед и спустился на землю, Бранд следом. Кучер сидел, потея, словно под грозой, похоже сообразил, что сейчас Бранд и Минт отойдут от его кареты и поклонницы разнесут ее в щепки. Не сообразил только, что без Минта внутри он этим женщинам и не нужен, впрочем, триада профессии Кучера никогда не включала в себя Интеллект.

– Минт, прикоснись ко мне!

– Минт, распишись на моей груди, и я никогда не буду ее мыть!

Минт, повернувший вначале голову, вздрогнул и попытался ускорить шаг. Кольцо пустого пространства вокруг них сохранялось, пока еще никто не смог пересилить Волю Бранда. Снова полетели цветы и среди них мелькнуло что-то неправильное. Бранд перехватил в полете, успев увидеть, что это покушение не на Минта, а на его лютню. Воровское приспособление, леска с грузиком, отточенное умение и, почти наверняка, еще какая-нибудь Способность в придачу.

Бранд дернул, воришка, не успевший… не успевшая ничего сообразить, вылетела в круг пустого пространства. Впрочем, можно ли было считать разумным живого, пытавшегося обокрасть Минта в толпе его поклонниц? Бранд посмотрел сверху вниз на воровку, тощую полуэльфийку с жилистыми руками и острыми, словно кошачьими клыками во рту и пошел дальше.

– Ах ты гадина!

– Бей ее!

– Она хотела обокрасть нашего барда!

Звуки ударов, маскировка преступной профессии слетела, судя по крикам.

– Воровка!

– Преступница!

– Хулительница!

Толпа сомкнулась за спиной Бранда, топтала преступницу, затем шум изменился. Словно кто-то разбрасывал толпу и продвигался вперед, кто-то неживой. Впереди, из огромных дверей, ведущих в театр, вышли еще несколько крепких живых, в форме городской стражи и следом за ними двигался боевой голем. Солидного 220 уровня, вполне хватило бы даже на буйного аристократа

Впереди важно вышагивал полурослик в форменной одежде, похоже представитель гильдии.

– Бард Минт Вольдорс! – провозгласил полурослик звонко.

Артефакт усиления голоса, отметил Бранд, с любопытством наблюдавший за происходящим.

– А также король Алавии! – горделиво провозгласил Минт в ответ, подбочениваясь.

Берет был небрежно сдвинут на ухо, перо грифона переливалось красками на солнце, определенно Минт считал, что выглядит неотразимо. Толпа поклонниц тоже так считала.

– Минт – король! Минт – король!

– Возьми меня в принцессы!

Кто-то просто визжал от восторга, словно имитируя свинью, которую пришли резать.

– Тихо! Тихо! – заорал полурослик из гильдии.

Поклонницы бесновались, пускай и не напирали так яростно, знали, что от городской стражи, в отличие от охраны театра, легко можно было получить в лоб. Затем полурослик подал сигнал и големы взвыли на высокой ноте. Тоже одна из стандартных функций големов городской стражи, во всяком случае в тех крупных городах, что могли их себе позволить.

Хлопали окна, доносился топот ног, привычка брала верх над восхищением. Минуты не прошло, как толпа уменьшилась вдвое, а шум стих, полностью забитый сиренами. Полурослик повернулся к стражникам и сирены стихли, а Бранд отметил для себя этот момент. Бывало, что гильдии разрастались и становились настолько могущественны, что начинали угрожать власти, но здесь похоже… ну точно, сообразил Бранд, просто действуют заодно, а гильдейских выставляют вперед, чтобы поклонницы им здание разносили, а не властям.

– Раз вы – король Алавии, то сумма штрафа будет увеличена в десять раз! – горделиво провозгласил полурослик и добавил с легкой издевкой. – Не волнуйтесь, в тюрьме вас будут содержать по-королевски!

– Дед, ну хоть ты им скажи! – возопил Минт, оборачиваясь. – Я вообще ни в чем ни виноват!

– Дед! – просиял полурослик и крикнул. – Схватить этих мошенников!

– Да ты смерти ищешь! – крикнул Минт, отпрыгивая и пытаясь скрыться за спиной Бранда.

Затем увидел стражников и големов там и замер, а также завертел головой, выискивая на крышах еще убийц – посланцев жены.

– Это же Бранд Алмазный Кулак!! – закричал Минт еще громче.

Полурослик остановился и начал хохотать, следом за ним засмеялись и стражники.

– Король эльфов Алавии – человек!! Его охранник и дед – Алмазный Кулак!! – доносились сдавленные стоны сквозь смех. – Что за тупые мошенники пошли!!

Притихшая было толпа поклонниц начала возмущаться, кричать, напирать, големы их отпугивали и включали сирены, Бранд был доволен. Скандал удался на славу, все, как он хотел, теперь еще провести финальное выступление в столице империи Тверди и волна слухов до самых дальних краев всех пяти материков будет обеспечена.

– Преступника можно спасти! – вдруг заорал кто-то в толпе поклонниц странно знакомым голосом Валланто. – Невинная дева должна взять его в мужья по старому обычаю!

– Да!

– Да!

– Меня, Минт, возьми меня!

– Минт, выходи за меня!

– Меня! Возьми меня!

И все это под визги, словно резали уже целое стадо свиней. Скандал вышел даже лучше, чем рассчитывал Бранд, так как местные просто не поверили. Уровень Бранда? Подделка, конечно же, сейчас вот, один из стражей уже что-то кричал в шар связи.

Ведь все знали, что у Алмазного Кулака не было детей, а стало быть, и внуков.

Появились конные патрули, врезались в толпу, бесстрашно разгоняя, не стесняясь действовать магией и дубасить всех, но только ножнами, не оружием. Поклонницы Минта орали, давали отпор, кто-то сумел пробиться в театр и уже занимал там оборону, крича остальным, чтобы тащили сюда несравненного барда. Бранд отошел чуть в сторону, прислонился к колонне с равнодушным видом, Минт крутился рядом. Эльф-стрелок больше не повторял своих подвигов, но какие-то тени мелькали на крышах, возможно, там просто воровали под шумок, пока стража оказалась занята разгоном поклонниц Минта.

– Ну чего вы стоите? – взвизгнул полурослик. – Арестуйте уже их!

Но стражи тоже не смогли придвинуться ближе, как и поклонницы. Один из големов сунулся, Бранд легким пинком отправил его в полет поверх голов дерущейся толпы, прямо через весь проспект. Из пролома в стене дома осторожно выглянул рассерженный горожанин, затем скрылся, увидев, что все смотрят на него изумленно.

– Что за бардак⁈ – донесся громовой рык. – Вы должны были арестовать одного наглого певца, а не устраивать бунт на полгорода!

– Но… мы… это… а они… – мямлили пришедшие арестовывать Минта, уже начав что-то подозревать.

– Идиоты!! – обрушился на них приехавший капитан. – На зданиях – магическая сигнализация против воров, обманщиков и прочего! Завели бы внутрь, раз мозгов не хватило пирамиду оценки прихватить!

Бранд уважительно кивнул, наконец-то появился кто-то разбирающийся в деле. Стандартные наборы сигнализаций против воровских профессий, всяких там отводов глаз и прочего. Разумеется, защита не была абсолютной, нередко те же воришки вначале меняли основную профессию (потрудившись лесорубом, например), а уже потом шли на дело или находили какое-нибудь окно или черный ход, куда поленились поставить сигнализацию, но все же при желании можно было защититься.

Затем взгляд капитана упал на Бранда, глаза выпучились, а волосы чуть ли не встали дыбом. Узнал.

– Ва… Ва… Ва… – издал он серию невнятных возгласов.

– Нет, я не в претензии, – хохотнул Бранд. – И да, это король Алавии, хоть и бывший.

Минт горделиво вскинул голову и встал в позу несправедливо обиженного.

– Дурни, не узнали Алмазного Кулака! – от облегчения капитан так треснул одного из стражников, что тот упал без сознания.

Полурослик из гильдии «Звенящая Струна» закатил глаза и упал в притворный обморок рядом. Поклонницы Минта, уже почти побежденные, воспряли духом и пошли в новую атаку на стражу. Услышав о героях, горожане снова начали высовываться в окна.

– Дед, а чего они хотели, а? – спросил Минт.

– Без разрешения гильдии и оплаты им ты не можешь давать концерты в помещениях, – пояснил Бранд.

– Ха! – обиженно воскликнул Минт. – Я пою не за деньги, а потому что не могу не петь!

Вранье, конечно, как раз для таких глупых девиц, которые взвыли восторженно.

– Поэтому я дам всем бесплатный концерт, чтобы весь город узнал о несравненном барде Минте Вольдорсе!

Удар по струнам и голос Минта скакнул к небесам, перекрывая шум вокруг. Драка начала стихать, все оборачивались и внимали завороженно.

Когда ты бард, не петь нельзя

По слову лезвия скользя

В тюрьме, в дороге, в шахте, в море

В любви и в счастье, даже в горе

Когда придет к порогу смерть

Ты все равно продолжишь петь