Текст книги "Избранница Владыки (СИ)"
Автор книги: Rina Imash
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 53 страниц)
– Да плевать я хотел на все твои настаивания! – злобно процедил сквозь зубы парень. Одним быстрым движением он повернулся к входной двери и щелкнул замком.
– Что ты делаешь? Зачем это? Зачем захлопываешь дверь?– настороженно произнес скороговоркой врач.
– А затем, Айболит хренов! В прошлый раз, мне пришлось применить немало усилий, использовать все свои связи, чтобы вытащить тебя, из всего того дерьма, в которое ты угодил! В этот раз ты снова вляпался по уши!
Что ты имеешь в виду?– испуганно промямлил хирург.
– Да все тоже! Тупишь ты старый дуралей! Последний твой экспресс оказался неудачным... Прокольчик образовался... очередной...
– Не может быть! Я делал все, как ты говорил!
– Ах вот оно что – о, я еще и виноват!– напыщенно протянул гоблин. Да если бы ты, старый козел, делал все, так как я тебе говорил, то тело бы девчонки не нашли! А нет тела – нет и дела! А теперь тело есть, и как ты понимаешь, уже есть и дело!
Доктор побледнел.
– Неужели-и?!– хрипло пробубнил он. Как? Как они ее обнаружили?
– Представь себе, собака разрыла одну из свежих могил! А там эта тварь, с пере полосованным брюхом! Меточку – то твою ищейки помнят еще по прошлому разу, старуху, надеюсь, не забыл? Вот и они, как ты понимаешь, помнят! После такого эксклюзива тебя вычислят в два счета! Профессиональлизм, доктор, штука тонкая, либо он есть, либо его нет! – расхаживая по залу, разглагольствовал бритоголовый. – Бабку ты тогда уделал на славу! Жаль, толку от этого маловато!
– Но ведь с дочкой ты потом тоже расправился, что тебя еще не устраивает?
– И что толку? Внучка этой мерзавки по сей день разгуливает по городу! Корчит тварь из себя важную особу! Я бы давно эту стерву собственными руками раздавил...– его бритую физиономию перекосило от ненависти.– Но... этот ... не дает!
– И чем они вам мешают?– исподтишка поинтересовался доктор.
– Не твоего ума дело! Смотри за собой! Не успеешь и глазом моргнуть, как придут и за тобой! А заодно и всех потянешь... поэтому давай, собирай ноги в руки и вперед! Будем пока менять место жительства! Давай, бегом, шевели задом!
– А может не стоит, а, Артурчик?! – дрожащим голосом уговаривал Артурчика хирург.– Может я как – то сам о себе позабочусь?
– Ты уже позаботился, придурок, разгребай лопатой дерьмо теперь после тебя! Генерал велел немедленно углубиться, что неясного?
– Говорю же, рассекретили тебя! Этот гаденыш, майор и так в последнее время нам жизнь портит, все вынюхивает, все выслеживает... Неймется, уроду! А какой везучий, подлец, даже дуло автомата эту мразь не берет! Заговоренный что ли? Ничего, ему все равно недолго осталось!
– Так может вы его того... и дело с концом... Зачем мне прятаться? Я и здесь больше пользы могу принести! Генерал если что ведь поможет, да?
– Кретин!– гневно заорал на него Артурчик.– С какой радости ради такой гниды как ты генерал будет себя подставлять?! Собирайся живо и в подвал! Нечего теперь сопли распускать! Ведь ты же, сволочь, даже не потрудился ее глубже зарыть! Так прикопал тяп – ляп и все! Думал, не найдут? Наивный! Свора голодных, натасканных на человечину, псов с утра до ночи рыскает по кладбищу! Надо быть полным, безалаберным идиотом, чтобы этого не учесть! А ведь сторож тебя, кретина, предупреждал, а?
– Артур я... я не мог глубже вырыть... Кладбище же большое... Я подумал... Мало ли могил... – бледный, как смерть, оправдывался хирург.
– Что ты говоришь? Ты еще думать умеешь? Вот эту твою думалку я тебе и прочищу! Хорош прикрываться чужими задницами, пора и самому за себя отвечать! Собирайся, поехали! – надрывно заорал Артур.
– Умоляю, не надо... Я не хочу умирать, Артурчик...– бледный как смерть хирург упал на колени и обнял ноги Артура. Но тот был непреклонен.
– Что, мразь, эдакая, страшно? А не страшно подставлять? Полиция и так под нас без конца роет... а теперь этот наверняка поймет, что к чему... И все ты! – он схватил старика за грудки и, сотрясая в воздухе его хрупкое, худое тело, то и дело повторял:
– Ты, уродина, даже не понимаешь, что не только себя подставил, ты меня подставил, его подставил, – ткнул он пальцем в медбрата, – ты всех нас подставил!
– Я ни при чем... Я старался, но было очень темно, земля подмерзла! Я думал, весной чуть оттает, тогда и....
– Что-о-о? Что ты там гнида бормочешь? Уверяю тебя, я так глубоко спрячу твое костлявое тело, что его вряд ли кто – то обнаружит! И мороз мне не помешает!
– Я знаю... знаю... Артурчик, умоляю, не надо! Я все исправлю... отработаю... Что угодно сделаю... Только не надо!– обреченно взвизгнул старик.
– Ладно, дерьмо, уговорил, ты получишь от меня последний шанс! Так сказать приз... собственную шкуру... – как бы, между прочим, снисходительно бросил Артур. – И учти, это последняя поблажка! Ты теперь – мой должник, вечный раб... Кстати, инструментики – то свои захвати! Они нам еще пригодятся! Что сник?
Не дрейф, старый, тебе там понравится! К тому же у тебя будет компания, есть у меня один недотепа вроде тебя... Вот вместе и будете время в могиле коротать! Ха-ха – ха – издевательски зареготал Артурчик.
Иову чуть не стошнило от этого негодяя. Ее сердце сжалось. Предчувствие чего – то недоброго кроило душу. Она сидела в своем укрытии ни живая, ни мертвая и молила Бога лишь об одном, чтобы эта троица поскорее убралась из операционной, и она смогла благополучно забрать сына. Иова в очередной раз себе поклялась, что никогда больше не переступит порог этого, проклятого, казенного заведения, как бы остро в этом не нуждалась!
Пока хирург и медбрат возились с инструментом, Артур тем временем, по – свойски расхаживая вдоль операционной, неожиданно подошел к спящему ребенку.
Иова затрепетала всем своим естеством. " О, Иисус помилуй его!"– взмолилась мать.
– Что с ним? – небрежно поинтересовался Артур.
– Да так, ничего особенного, упал с дерева, пробил голову.– В спешке собирая инструмент, ответил медбрат.
– Стас, поторопись, надолго оставаться здесь нельзя! – подгонял медбрата Артур. – И ты, чучело, быстрее собирайся! – гаркнул он и без того дерганому хирургу.
–Куда его в нашу нору?– осторожно спросил медбрат.
–Зачем задаешь идиотские вопросы?! – раздраженно гаркнул Артур.
Затем, немного помолчав, обратился к доктору:
– А ты неплохо устроился! Все вокруг чистенько, стерильненько... Ну, прямо рай, да и только! Теперь, к сожалению, у тебя таких стерильных условий не будет!
– А как будет?
– Плохо тебе будет, очень плохо! Ты даже не представляешь как плохо! У нас там мрак, грязь и темнота!– и он сильно пхнул пожилого доктора ногой так, что тот упал и сильно ударился головой об пол.
– Что больно?– с ехидцей прошипел Артур. – Мне тоже больно! Больно, что из – за какого – то квазимоды, мне придется свернуть некоторые дела и уединиться в логове под одной крышей с таким чмом как ты! Ты о – очень, оччень мне подгадил! Поэтому, пощады не жди! Времени, как ты понимаешь, у меня теперь будет больше, вот и будем с тобой развлекаться! Давно я что-то не отдыхал!
Мужчина упал на колени и зарыдал:
– Я отработаю, Артур, клянусь... Не надо!
– Что не надо? Ты еще не знаешь, насколько изобретательным я могу быть!
–Знаю, Артур, я многое о тебе знаю, поэтому прошу, пощади, не губи! Я сделаю все, что ты скажешь! Только не мучь меня, пыток я не выдержу... Не то здоровье... Ты же знаешь...
– А куда ты денешься, сволочь! В этой жизни за все надо платить! Вот и ты отработаешь все мои убытки! – и он снова пнул старика ногой. Ему доставляло удовольствие видеть его в таком жалком состоянии. Резко сплюнув на пол, слюну, Артур сделал несколько нервных шагов к столу и уселся сверху, на ворох бумаг. Неожиданно его взгляд упал на карточку Викторо.
– Хм. Как вы говорите фамилия этого пацана?– внезапно радостно оживился бандит и, схватив карточку мальчика прочитал: – Викторо Штельман! Забавно, забавно! Не тот ли это Торо – сын Иовы Штельман?! Забавно, забавно! На ловца и зверь бежит! – недвусмысленно вымолвил Артур. По его виду можно было легко догадаться, что он что-то задумал.
Иова, все это время сидела в своем убежище тише мыши, при упоминании бандитом их имен, задрожала всем телом. Предчувствие ее не обмануло! В этой больнице действительно что-то происходит!
Тем временем, Артур просипел:
– А скажи – ка мне Стасис, кто привез этого мальчишку?
– Мать, а что?
– Ты ее видел?
– Ну да! Она где – то здесь, под дверью бродит. Впечатлительная и нервная особа!
– Она? – сунул он что-то Стасу под нос.
– Ну, вроде бы она... – неуверенно пробормотал верзила.
– Что значит "вроде", она или нет? – вдруг бешено, заорал Артур.
– Она! – утвердительно закивал на этот раз Стас.
– Ты уверен?
– Да!– глядя на дико бегающие глаза Артура, Стасис готов был подтвердить что угодно.
– Забираем пацана с собой! – неожиданно заявил Артур.– Как? Зачем он нам сдался? – изобразил непонимание медбрат. Нам и самим там места мало, а тут еще этот истеричка!
– А затем, безмозглый идиот, что это она! – многозначительно проговорил бандит.
– Она?! Вот это да-а!– туповато произнес медбрат. И после недолго раздумья вдруг выдал:– Но указания свыше...
– Да плевал я на все указания свыше! – на полуслове оборвал его Артур, испепеляя Стасиса взбесившимся взглядом.
– Но Гумблер нас уничтожит!
– Ты прав. Поэтому постарайся сделать так, чтобы он ничего об этом не прознал!
– Я? Нно... как? Как я ммо-гу... Что я уумею? Тты же знаешь он...
– Каким бы он ни был, он не всемогущ и не всеведущ! Он как и мы, просто че-ло-век... просто человек!– он вплотную подошел к Стасу и схватил того за воротник. Бидолашный медбрат сперва побледнел, затем, когда руки Артура стали сходиться на его шее, начал синеть и хрипловатым, сдавленным голосом вдруг прохрипел:
– Ладно, Артурчик, я все понял, понял! Скрыть так, скрыть.
Артур тут же небрежно отпустил медбрата.
– То – то же, чучело! Вся эта возня вокруг этой шлюхи мне порядком надоела! Пророчество не обманешь! Эта его страсть к бабам загубит все дело! Я бы с ними не церемонился! Не может он сам, мы его чуточку подсобим! Ладно, надо бежать! Хватай малого, и рулим отсюда!
Иова напряглась и побледнела. Она поверить не могла во все то, что услышала. Что все это значит? Эти люди говорили о ней так буд – то они были знакомы сто лет! Но откуда? Откуда они ее знали? Она их первый раз в жизни видит. И вообще, что им от них с сыном надо? Неужели история с бабушкой имеет свое продолжение, и по сей день? – лихорадочно размышляла Иова. То, что она услышала, настолько ее ошарашило, что в первую минуту Иова не способна была даже соображать. Она не знала, что ей и думать, как поступить в данной ситуации? Судя по разговору, эти люди – бандиты и их реакция непредсказуема. Иова не сомневалась, им с сыном грозит серьезная опасность. А что лично она могла в данной ситуации? Кричать? Но кто ее услышит? Разве вопли в этом отделении редкое явление? Достаточно вспомнить Торо полчаса назад! Однако медлить тоже нельзя! Иова не могла вот так вот просто отдать сына в лапы мерзавцев. Поэтому, набравшись храбрости, мать, мысленно послала Богу призыв о помощи, и, сделав шаг, вперед решительно вышла из своего укрытия.
– Что вам угодно от нас с сыном? – с дерзким вызовом выкрикнула она. Все трое как по команде обернулись на голос. Ее появление несказанно удивило, но и в одночасье обрадовало Артура. Увидев Иову, он изумленно сдвинул брови.
– Ба – а, какие люди! Сама Иова Штельман к нам пожаловала! Неожиданный сюрприз! Оказывается все это время, она была здесь и все слышала! Тем лучше! Меньше проблем! Давай, поторапливайся, дорогуша, сейчас немного прогуляемся!
– Никуда я с вами не пойду! И сына вам тоже не отдам!
– Да что ты?! Мы к тебе по – доброму, а ты вот как?! А я, между прочим, всего лишь хотел пригласить тебя к себе в гости, в свою скромную берлогу. Ты ведь не думаешь, что после всего того, что ты услышала, я просто так тебя отпущу!
– Я буду молчать! Никому, ничего не скажу, только отпустите нас! – перешла к мольбе Иова.
– Перестань, детка, уговорами меня не проймешь, не так ли доктор?– неожиданно обратился Артур к забившемуся в угол хирургу, который молча наблюдал за происходящим. Ему было жаль мать и сына, но где – то в глубине души он несказанно радовался тому, что этот негодяй Артур переключил свое внимание с него на этих двоих. Тем временем, он пытался незаметно набрать номер полиции. Эти его деяния от проницательных глаз Артура скрыть не удалось.
– Ах ты мразь ты вонючая!– яростно выкрикнул бандит, угадав ход его мыслей. Пулей, вскочив со своего стула, на котором он только что примостился, Артур с разбегу ударил доктора ногой в челюсть, так что старик упал и больше не шевелился.
– Помогите!– воспользовавшись моментом, громко закричала Иова изо всех сил. Ее пронзительный вопль раскатистым эхом пронесся по пустым отсекам трех операционных и, достигнув коридоров резко сник.
– Заткнись, дрянь, сейчас же! – властно приказал Артур. И тут Иова увидела в его руке пистолет.– Если ты будешь вопить, я, не задумываясь, пристрелю твоего сосунка! – он навел пистолет на Торо. Иова обомлела.– Он так и не выйдет из наркоза.
– Нет, не надо! Только не стреляй! Я сделаю все, что ты скажешь!
– Раньше бы так!– злобно пробормотал бандит. Он подошел к Иове вплотную и больно сжал ее подбородок.
– Насколько я поняла, тебе нужна я. Оставь ребенка в покое.
– Я бы на твоем месте больше не брыкался! И не надо ставить мне условия! Ради сынули ты пойдешь на все, так зачем же мне лишать тебя послушания? – Хищно подергивая скулами, бандит вертел пистолетом перед носом Штельман. Стальное дуло впилось в ее одежду, готовое выстрелить в любую секунду. Никогда раньше Иова не испытывала ничего подобного! Колени подкашивались, страх сковал тело. В голове все поплыло. Хаос и пустота. Ни единой умной мысли... Каждой клеточкой своего естества женщина ощущала ужас приближавшейся смерти. В одно мгновение перед глазами пронеслась вся прошлая жизнь. И где – то далеко, из глубины души, среди прочего, общего беспорядка, мелькнул слабый, отчаявшийся вопль: "Господи, помоги!"
Тем временем, повернувшись к медбрату, Артур быстро скомандовал:
– Стас, забирай это чучело, – указал он на врача, – и уходим через черный ход!
И тут в Иове что – то произошло! Совершенно неожиданно для себя, она вдруг резко рванулась назад и с силой ударила Артура в пах. Артур скрутился и, вскрикнув от боли, выстрелил. Пуля пролетела в сантиметре от головы Иовы и благополучно застряла в стене. Не давая бандиту опомниться и сделать следующий выстрел Иова тут же, как норовистая лошадь, в пару прыжков, достигнув Артура, резко ударила ногой по правой руке. От неожиданности, тот выронил пистолет, а Иова его тут же и подхватила.
Где – то неподалеку послышались крики.
– Уходим! Быстро! Шевели задом, старая кляча!– с трудом разгибаясь, приказным тоном прорычал Артур.
Оставив мать с сыном, бандиты отступали.
– А как же они? – на ходу кивком указал Стас на Штельманов.
– Да куда они денутся?! У нас еще будет возможность пообщаться!– бросив напоследок злобный взгляд, Артур и вся его компашка скрылись в дверях, выходивших на задний двор, к воротам морга.
В эту самую минуту за дверью ординаторской кто-то яростно ломился в дверь:
– Фридрик Эльдарович, Стас, что там у вас происходит? Вы слышите? Откройте! Откройте немедленно!
Щелкнув замком, Иова тут же отворила дверь.
На пороге показались второй медбрат и две молоденьких медсестры.
– Что у вас тут случилось? Кто стрелял? Где Фридрик Эльдарович? Где Стасис?– ввалившись толпой в операционную, наперебой затараторили все трое.
– Я... я кричала! – в истерике выкрикнула Иова.– Срочно вызовите полицию! У меня чуть не похитили сына! Этот ваш мнимый доктор... Его помощник... И еще один жуткий тип!
– Значит тип? – недоверчиво проговорил медбрат. С самого начала, эта дамочка показалась ему совершенно неадекватной. Чего только не придумывали чокнутые родители, чтобы быть поближе к своим чадам! И умоляли, и открыто тыкали деньги, и заглядывали в глазок ординаторской... Но чтобы стрелять из пистолета?! Это уже перебор!
Быстро осмотрев помещение, медбрат жестко спросил:
– Где врач? Где медбрат? Что вы с ними сделали?
– Это я сделала? – ошалела Иова.– Как вы смеете со мной так разговаривать? Ничего я с ними не делала! Да если хотите знать, эти ненормальные меня только что чуть не убили! Меня и моего сына! – на одном дыхании возмущенно выпалила Штельман.
– Понятно-о!– с подозрением поглядывая на женщину, пытался изобразить понимание медбрат.
– Что вам понятно?– неистово вопила Иова.– Мерзавцев этих лучше догоните! Или вы с ними заодно и их же и покрываете! Вы все здесь одна банда, да?!
– Будьте добры, объясните: как вы здесь оказались, да еще и без бахил и халата?– проигнорировав слова женщины, холодно и жестко спросил медбрат.
– Да какая разница?– вскричала Иова, – Пока мы с вами разговариваем, преступники уйдут! Вы не понимаете? Мы с сыном подвергались ре – аль-ной опасности! Меня только что чуть не убили!
– Женщина не ломайте комедию! Думаете вы одна здесь такая умная? За день стольких придурков повидаешь...
– По-вашему я лгу? Тогда скажи мне, что они сделали с моим сыном? Рваным ранам сильный наркоз не нужен!
– Ну, во – первых рана была очень тяжелой... А во – вторых ваш мальчик вопил и брыкался, как умалишенный! Пришлось уколоть кое – что покрепче. Оно и понятно с такой мамашей... Яблоко от яблоньки... А сейчас мамаша, пожалуйста, забирайте вашего отпрыска и будьте добры, по – хорошему покиньте операционную!
Еще дрожа всем телом от страха и возмущения, Иова подошла к спящему мальчику и взяла его за руку, чтобы еще раз пощупать пульс. В этот момент Викторо зашевелил веками и приоткрыл глаза.
– Сыночек мой!– радостно взвизгнула Иова и принялась его целовать.
– Ну, что я говорил? Все с вашим сыном в порядке! Стоит ли дергаться из – за пустяков?!
– Пустяков???– Иову затипало от возмущения. Она готова была врезать этому умнику по физиономии.
– Немедленно вызови полицию! – с трудом сдерживая, ярость, прошипела женщина. – Иначе я за себя не ручаюсь!
– Что за шум, а драки нет?– услышала она вдруг за спиной знакомый голос и обернулась.
–Влад... Ну, Слава Богу! Как ты вовремя! Боже мой, что я только что пережила!
– И что же, позволь полюбопытствовать, ты пережила? – с легким сарказмом спросил Влад. Он стоял за дверью и слышал перепалку между медбратом и Иовой.
– Поверь мне, это совсем не смешно! – обиделась Иова. – И твой скептицизм здесь не уместен!
– Прости.
Сабариону было достаточно одного беглого взгляда, чтобы уяснить ситуацию. Викторо на операционном столе, Иова, на взводе... С пистолетом в руках. Такой он ее еще не видел!
– Можно я вот это заберу? Кстати, где ты его взяла?– Влад аккуратно взял из рук Иовы пистолет.
– Хороший вопрос. Естественно, у бандитов.
– Значит у бандитов.
– Угу – кивнула Штельман.
– Позволь спросить – и где же они?
– Сбежали, вон туда.– Иова указала на черный ход.
Влад подошел к двери и дернул ее.– Как видишь заперта.
– Но они были, я клянусь!– взвизгнула возмущенная женщина.
– Возможно.– Спокойно констатировал Влад.– Давай рассказывай все по порядку. Что с вами произошло? Почему ты стреляла? Что с малышом? И откуда на самом деле у тебя пистолет?– один за другим полицейским голосом задал ряд вопросов майор.
– Торо упал с дерева, разбил голову... и мы оказались здесь. Но я сейчас не об этом! – возбужденно и в разнобой, почти кричала Иова, которую жутко бесило, что ей до конца никто не верит.
– Да ничего особенного здесь не случилось! – перебивая женщину, вмешался медбрат.– С пацаном все нормально... Голову зашили... Нет же, ей неймется! Ворвалась... устроила скандал... Стреляла... Ненормальная, да и только!
– Слушай ты, Гиппократ недоделанный, это не я стреляла, ясно?! – сверкая глазами, гневно заорала Штельман. – Веселая, смотрю у вас "айболитка"! Один за всех, а все за одного, да?!
– Так все, достаточно! – устал Влад от их перепалки.– Сейчас я отвезу вас с Викторо домой, а по пути ты мне спокойно все расскажешь! – обхватив Иову за плечи, Сабарион попытался женщину успокоить. Затем, подошел к операционному столу, осторожно взял на руки полусонного мальчика и поспешил убраться из больницы. Само собой, Иова последовала за ним. Пока они ехали в машине, Иова в подробностях поведала Владасару о том, что произошло. Тот пообещал во всем разобраться. Помог, матери с сыном добраться до квартиры и поехал по своим делам. Не доверять Иове у него не было оснований, тем более что и без Иовы его расследование все больше приводило его в эту клинику. Не ясно одно: зачем им понадобились Штельманы?
Тем временем, вымученная переживаниями Иова, уселась в кресло, и тяжело вздохнув, в раздумье, уставилась в одну точку. Ее беспокоили слова этого бандита. Что значит: "У нас еще будет возможность пообщаться...?" Что им от нее надо? Откуда вообще взялись эти ненормальные? Никому, ничего плохого она ни сделала. Откуда такая лютая ненависть, тем более, что она впервые видела этих людей?– без конца задавалась вопросами женщина и не находила ответов. Проблема с бандитами была ни единственным ее переживанием. Незаметно для себя, женщина плавно перешла и на события с Максом. Столько ужасов за одну неделю! Впрочем, эта неделя дала ей многое. Она, например твердо, уяснила, что за глупость и неоценимые уроки судьбы, платой может стать жизнь ее близких и ее собственная... Снова и снова перед глазами всплывал сон. Во второй раз ей удалось избежать черного, огненного омута! Вопрос в том – сколько это будет продолжаться? В голове ясно застыла фраза из Библии: " Если я пойду долиной смертной тени, – не убоюсь, потому, что Ты со мной!"
– Господи! – упала на колени Иова, – В какое бы дерьмо я не впутывалась, Ты хранишь меня от зла... Незаслуженно милуешь, вместо посрамления... Меня – наибольшую из всех грешниц! Прости меня, Отче, прости нерадивую Твою дочь! Кроме Тебя мне не к кому больше бежать... Не у кого просить крова и защиты! Ты видишь, враги ополчились и жаждут души моей... Пребудь со мной на всех путях моих... Сохрани от зла и лютой ненависти ненавидящих меня...– Она молилась, но в сердце не было мира. В голове назойливо жужжала одна и та же мысль:
" Ты блудница – и нет тебе прощения!"
– Господи, не отвергай меня! Слово Твое верно и истинно и оно говорит, что если исповедаю грехи свои, то Ты, будучи верен и праведен, простишь мне грехи мои и очистишь от всякой неправды... Прости, Отец! Молю, от всякой мерзости очисти душу и это скверное, греховное тело! Просвети разум и очи сердца... В искушении не оставь... В испытании поддержи... Учи и обличай не во гневе, но в милости и терпении! Ниспосылаемое Тобой наказание я заслужила сполна... и готова искупить вину! О себе не прошу... Помилуй моих близких... А мою душу, даже в скорбях, блюди в святости и чистоте... Даруй силы и скорое понимание того, что Ты от меня ожидаешь... Прими меня под Свое верное крыло... Пребудь со мной всегда и везде! Аминь.
Какими бы странными и жестокими не были уроки судьбы, они всегда несли в себе нечто положительное. С их помощью, тонко чувствующая душа преображается, становится чище, милосерднее и добрее к другим. Всем известен тот факт, что звезды светят ярче в ночи... Так уж получается, что чем больше у человека скорбь, тем ближе к нему становится Бог. Вот и сегодня, по наущению Духа Святого Иова Штельман привычно открыла Библию и прочитала первые попавшиеся строки: " И сказал Господь Сатане: обратил ли ты внимание на раба Моего Иова? Ибо нет такого, как он, человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла.
И отвечал Сатана Господу: разве даром богобоязнен Иов? Не Ты ли оградил его дом и все, что у него? Дело рук его ты благословил... Но простри руку Твою и коснись всего того, что у него – благословит ли он Тебя?
И сказал Господь Сатане: Вот, все, что у него – в руке твоей; только на него не простирай руки твоей... И отошел Сатана..."
Иова вздрогнула. Ее внезапно осенило! Еле уловимое, слабое ощущение о непосредственной близости этого отрывка лично с ней, пришло четким пониманием происходящего. Духовная война! Война, в которой такие как она люди, всего лишь пешки в большой, вечной борьбе добра и зла... Война за территории и души... В ней извечно все средства хороши! Иова поняла, что меж двух огней. Идет борьба за ее душу. К ней допущен Сатана, для испытания страданьями. В этот момент присутствие чего – то ужасного породило в ней неописуемый ужас и отчаяние. Повеяло студеным холодом, и на долю секунды Иова увидела, как над ней зависло нечто скользкое и отвратительное. Его черные, мерзкие лапы полезли к ней в душу и поселили туда невыносимую, дикую боль. Огненная боль, словно от ожогов, которая в тысячи раз сильнее любых пыток и физических страданий, побуждала Иову стонать. Но даже этого она в полную силу сделать не могла, густая пелена едкого, дыма застряла в горле плотной стеной. Она задыхалась и жаждала смерти, как облегчения. Дикое зловоние повсюду! К запаху гниющего, разлагающегося тела примешивался удушливый, угарный газ вперемешку с запахом блевотины. От него все внутренности Иовы выворачивало наружу. Жуткое зловоние вызвало приступ сильной рвоты. Весь этот ужас усилился еще и тем, что вместо обычной блевотины, из ее нутра выходили черви. Иова обнаружила, что такие же черные, жирные опарыши здесь повсюду. Их было так много, что от их мерзкого вида женщину рвало снова и снова. Но это было только началом кошмара! Пока ее желудок опорожнялся, два ящеро видных чудовища схватив Иову под руки куда – то потащили. Ее ноги постоянно касались чего – то липкого, упругого, но холодного как лед. Каким – то шестым чувством она определила, что это дыхание самой смерти. Такова здесь вся почва. Иова порывалась вырваться, но силы в ней иссякли. Все, что она могла – испуганно смотреть по сторонам и видеть искаженные лица, мучимых бесами, людей. Несчастные молили о пощаде. Однако это место милости не предполагало. Повсюду мрак, огонь и боль. Самые жуткие, извращенные пытки применялись для Божьего творения, отказавшегося по доброй воле от Своего Творца. Судя по земным меркам, любая из пыток неизбежно должна была бы окончиться смертью, но только не здесь! Дабы вечно мучить рабов, смерть дала людям нетленные тела, так что ни в огне они не горели, ни в лужах крови не иссякали, остро ощущая безнадежность и боль, хулили Бога бранными словами. Глядя на их нескончаемые страдания, Иова у которой, тоже болело нутро, искренне им сопереживала. Тем временем два монстра подтащили ее к яме с ярко – полыхающим адским пламенем и без промедления швырнули вниз. Женщина и опомниться не успела, как громадные, клещеобразные огненные языки, тут же овладев своей жертвой, нещадно рвали тело на части. Фиолетовый огонь со страшной силой заживо срывал с нее кожу и мышцы, нечеловеческая боль выламывала кости. Всем своим естеством Иова желала смерти, но смерть навеки отступила... Ее истязали до тех пор, пока она не выдержала и в отчаянии не закричала:
– Господи! Я хочу быть с Тобой! Удали от меня это чудовище... Ад... И эту боль! Защити и сохрани от зла!
Ее сердце разрывалось на части. Только теперь Иова вдруг поняла, что такое ад и какие жестокие мучения ожидают падших грешников. Она увидела их воочию! Вот они те несчастные, души которые здесь навечно погребены! Мучимые огромными, уродливыми существами, они взывали о помощи, но вместе с тем, хулили Бога за то, что Он их больше не слышит и не любит. Она сама вдруг стала частью этой страшной трагедии. Иова испугалась. Неужели эта жуть – ее вечный удел? Но в это время леденящий душу ужас сменился умиротворением и восторгом. В мутной пелене синеватого тумана Иова все яснее различала четкие контуры прекрасного сада, в котором росли изумрудные деревья неописуемой красоты. Повсюду постепенно проявилась цветущая растительность, которая демонстрировала многообразие цветов и оттенков. Многоликий цветочный покров всех видов и расцветок, был крупнее, сильнее и красочнее самых прекрасных цветов на Земле. В нескольких шагах от себя, она увидела ярко – оранжевые, сияющие плоды. Словно маленькие кусочки солнышка, они повисли на крупных, величественных стволах. Гладкие на ощупь и идеальные на вид, они издавали сладковато – свежий аромат, от которого просто перехватывало дыхание. Непреодолимое, жгучее искушение отведать чудо – фрукт овладело Иовой настолько, что она больше ни о чем другом, и думать не могла. Рука сама потянулась к плоду. Приторно – сладкий и в одночасье яростно – горький сок понес по ее телу потоки новой, необъяснимой силы. Сродни электрическому току, разливалась легкая, приятная истома и вместе с тем ощущение усталости и ответственности за своеволие. Она почувствовала себя как бы в огне. Дух изливался через каждый нерв, сухожилие, мышцу, через каждый орган ее грязного, греховного тела. Все нарастающее блаженство постепенно охватывало каждую частицу ее естества и стремительным темпом превращалось во что-то сильное и могущественное. Почти физически Иова смогла прочувствовать притоки Божественной сущности и любви, в которой вся она таяла, буд – то воск, извергая из себя боль, непрощение и тревогу. Избавляясь от лишнего мусора, из праха и пепла восставала новая Иова – сильная, хрупкая и чистая. Озаренная праведностью Божьей, она испытала то, что называется омовением и властью во Христе. Могущество, дарованное Иове Богом, ее испугало. Она оказалась неготовой к его силе и чудесам. Но еще менее она была готова увидеть величественный сонм Ангелов Божиих, который боготворил ее, словно перед ними царица Вселенной. Вглядываясь в лучезарные, участливые лица великанов, против которых сама Иова выглядела ничтожно – маленькой и жалкой, неприметная женщина ничуть не боялась этих невероятно – огромных существ. От этих добродушных великанов исходила потрясающая поддержка и тепло, так необходимые в испытаниях и скорбях. Все земное здесь вдруг потеряло всякий смысл. Это была вечная реальность, где время и пространство утрачивали свою значимость. Это та реальность духа, добрая, светлая и непорочная, где меняются ценности, и обретается новый смысл. Нереальным уже казался ни этот духовный, непознанный мир, а тот, материальный и безосновательный, где все бесцельно и недолговечно. Восхищению Иовы, казалось, не было предела! Она – падшая грешница и ей вдруг открыт этот чудный, неземной мир!
– Господи, смилуйся! – возопила она к Богу, который стоял в прозрачном туманном облаке. Иова не видела Его лица, но точно знала, что это ОН.– Я не достойна таких почестей.– Склонив голову, говорила она, – Ты – единый, кто имеет на это право!– она хотела сказать кое – что еще, но неожиданно для себя больше не могла произнести ни слова. Райский сад исчез, а она повисла на взъерошенных, лохматых облаках. С трепетным вниманием и любопытством она прислушивалась к тому, что происходило у нее внутри, ясно осознавая, что все это лишь прелюдия к чему – то более весомому и значительному. Иова не ошиблась! Вскоре тихо и по-отечески с ней заговорил Бог. Его голос сладостный и успокаивающий, звучал в то же время властно и твердо. Самого Вседержителя женщина больше не видела, но его мудрые слова навсегда запечатлелись в ее духе.
