Текст книги "Олень (СИ)"

Автор книги: Axeman Laughing

сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 47 страниц)

Неспешно и чинно Бейлон довёл свою дочь до алтаря и после недолгой заминки отступил в сторону, оставляю Ашу и Ренли вдвоём перед Верховным септоном и ликами Семерых.

– Семеро!

Воскликнул Верховный септон своим одновременно низким и писклявым голосом. Невероятно жирный седой старик в пышной бело-золотой одежде и тиаре из витого золота и хрусталя держал в руках посох из чардрева со стеклянной сферой в качестве навершия. Аша непроизвольно поморщилась от отвращения, бросив также короткий взгляд на Ренли, что хранил непоколебимое спокойствие и мягкую улыбку. Девушке было хорошо известно, какая подпольная война разыгралась из-за церемонии и нежелания Верховного септона освящать их брак. Что самое интересное, самый острый вопрос оказался отнюдь не в вероисповедании Аши, а в золоте. Ланнистеры отсыпали главе Святой Веры немало сундуков со всеми любимым жёлтым металлом, и тот, ссылаясь на тяжёлую болезнь, до последнего отказывался от проведения церемонии, явно желая, чтобы её провел кто-то другой… какой-нибудь септон попроще.

– Во спасительном Вашем усмотрении сподобити благословить сей брак Вашим свидетельством...

Но Ренли был категорически против подобного, не желая идти на уступки. Это было принципиальным вопросом, для разрешения которого в свою пользу Ренли специально, как он потом признался Аше в одну из ночей, притащил в септу лично короля. Этот брак должен был быть благословлён и освящён лично Верховным септоном. Ни у кого и ни при каких обстоятельствах не должно быть сомнений в этом союзе, его крепости и его законности как в глазах людей, так и в глазах Богов. Иного отношения эта новая страница в истории королевства не потерпит, и никаких уступок тут быть не должно.

– Перед ликом Семерых, – Верховный септон, обратившись к собравшимся, наконец, перестал визжать подобно свинке, чем только испоганил священную молитву, – я сочетаю браком Ренли из Дома Баратеонов и Ашу из Дома Грейджоев. Да будут они едины отныне и навеки. Произнесите обеты перед Богами.

– Отец, Матерь, Воин, Кузнец, Дева, Старица, Неведомый... – Аша и Ренли обернулись друг к другу, произнося клятвы Богам и неотрывно смотря в глаза.

– Я – её и она моя... – Голос Ренли был высок и торжественен.

– Я – его и он мой... – Аша старалась не отставать, наполнив голос утвердительными нотками.

– С этого дня и до конца моих дней... – Сказали они вместе, завершив клятву.

– Если кто-то знает причины, по которым этот брак не может состояться, пусть скажет сейчас или молчит до конца своих дней! – Громко и, кажется, с затаённой надеждой продекламировал Верховный септон, но зал безмолвствовал, заставляя тем самым Ренли улыбаться ещё шире.

Верховный септон потянул время, выжидая, что найдётся на стороне одной из присутствующих здесь вер смельчак, что воспротивится браку Верховного лорда, но жених и не думал ждать. Не успело ещё полностью стихнуть эхо голоса септона, когда Ренли щелкнул застёжкой на плаще, и Аша последовала его примеру.

– Обменяйтесь плащами... – Поспешно и в чём-то даже жалобно проблеял Верховный септон, стараясь скрыть от зала свою растерянность.

К Аше подступил отец, помогая снять гербовый плащ, а к Ренли – Станнис. Старшие родственники обменялись плащами, и теперь Аша красуется в неожиданно для неё тяжёлом баратеоновском плаще, а Ренли с залихватской улыбкой застегнул «кракена» на своей шее.

– Этим поцелуем я клянусь тебе в любви и признаю тебя моим лордом и мужем. – Без запинки произнесла девушка, без какой либо иронии. Не стоит лицедействовать при лике даже чужих богов.

– Этим поцелуем я клянусь тебе в любви и признаю тебя моей леди и женой. – Громко и серьёзно, убрав из голоса лишнее веселье, поставил точку Ренли.

Молодожёны наклонились друг к другу, обменявшись поцелуями.

– Перед ликами богов и людей, – вновь голос подал Верховный септон, подняв над головой семигранный кристалл, – торжественно объявляю Ренли из Дома Баратеонов и Ашу из Дома Грейджоев мужем и женой. Одна плоть, одно сердце, одна душа отныне и навеки, и да будет проклят тот, кто станет между ними!

«Или против них!» – Воскликнула внутри себя Аша, но тут же потеряла мысль от торжествующего крика сотен собравшихся в Великой септе Бейлора. Лорды и леди, рыцари, пажи и все прочие гости радостно приветствовали новую семью. Было так громко, что девушка откровенно растерялась в обрушевшейся какофонии звуков.

– Вот и всё, дорогая моя жёнушка, – уже никого и ничего не стесняясь да под одобряющий смех благородной толпы, Ренли прижал к своему боку «уже жену», шепча ей на ухо, – теперь ты от меня уже точно никуда не денешься.

Аша улыбнулась, посмотрев в глазу... мужу. Улыбнулась так, как умела только она одна. Улыбнулась так, что гостям, бывшим наиболее близко от молодожёнов, захотелось оказаться как можно дальше от молодой жены, а вот Ренли… Ренли этот проблеск определённо был по душе.

– Моя акула... – и вновь под здравицы толпы они слились в поцелуе.

***

В Великом чертоге Красного зала стал нарастать звонкий гул от лёгких ударов вилок и ложей по тарелкам и бокалам. Всё громче и громче. Гости жаждали «сладкого».

– Пусть уже целуются! – воскликнул король, уже давно уйдя в зал, спустившись с помоста, установленного для молодоженов и королевской семьи.

– Да! Целуйтесь! – Короля тут же поддержали уже изрядно подвыпившие придворные.

Аша неловко поднялась из-за стола следом за счастливо улыбающимся Ренли, мигом оказавшись в его объятиях. В зале стал раздаваться веселый смех и откровенный гогот, а с ними и отсчёт.

– Один!

– Два!

– Три...

Обратный путь от Великой септы до Красного замка Аше ничем особо не запомнился. Девушка в эти моменты была полностью погружена в себя, исследуя своё новое мироощущение и чувство принадлежности. В том числе совсем новое чувство принадлежности к кому-то. Не как вещи или трофея, а части чего-то большего, части целого. Клятвы произнесены, брак засвидетельствован, и уже сегодня вечером в Цитадель, Пайк и Штормовой Предел отправятся вороны и мейстеры отметят это события в хрониках и родовых книгах. Теперь она Аша Баратеон и ничто это уже не отменит.

Девушка испытала неожиданный порыв грусти утраты и ностальгии по своей былой фамилии, столь яркой и бережно хранимой. «Грейджой» – всегда звучало волнительно и солидно, а теперь… привыкать к новому родовому имени. Баратеоны, впрочем, тоже неплохо и тоже вселяет кому уважение, а кому и страх. Дом отважных воинов, талантливых полководцев и грозных владык, а теперь, получается, и пиратов. От последней мысли Аша улыбнулась в губы Ренли.

Свадебный пир был в самом разгаре.

После церемонии венчания и возвращения в Красный замок, у Аши было немного времени, большая часть которого ушло на смену платья, а остаток на короткий отдых. Пир был организован в Великом чертоге, наверное, в одном из самых больших пиршественных залов во всем Вестеросе. Зал, как и полагается, был украшен знамёнами и гобеленами, а также был заставлен длинными столами, покрытыми расшитыми скатертями и уставленными вазами с фруктами и цветами. Было выделено и свободное место по центру, ближе к королевскому столу, для танцев и выступлений актеров, шутов и циркачей. А на специальном балконе по правую руку от входа разместились музыканты.

Гостей разместили соответственно их статусу. Ближе всего к виновникам торжества были лорды и леди Великих домов, а также их представители. Чуть дальше лорды «попроще», а в самом конце обычные присяжные рыцари. На первых радах, сразу же бросались в глаза Мартеллы, вальяжно занявшие крайний правый стол от молодожёнов. За соседним столом расположились лорды с Железных островов на правах почётных гостей. Дальше наиболее значимые знаменосцы из Штормовых земель, Долины, Черноводного залива, Королевских и Речных земель.

Особенно сильно на общем фоне выделялся сидевший почти что перед президиумом единственный Ланнистер, присутствующий в качестве гостя на этой свадьбе. Тирион, к которому Аша питала стойкое отвращение. Не потому что он карлик, а потому что он Ланнистер. Хотя она не могла не отдать ему должное за то, что тот осмелился явиться и сейчас рассиживает здесь, беззаботно выпивая и закусывая в окружении лордов Королевских земель да под острыми и пренебрежительными взглядами дорнийцев и железнорождённых.

Ни королева, ни младшие дети короля на пиру не появлялись, чтя завет лорда Тайвина. Принц Джоффри также не стал задерживаться, но лишь по причине того, что ещё достаточно мал. Разве что, Джейме Ланнистер был вынужден присутствовать в качестве гвардейца. Лорд Аррен почтил пир своим присутствием, но быстро покинул его, сославшись на уйму очень важных причин. Леди Аррен тем временем расположилась за столом лордов Долины и Речных земель, видимо, специально так усаженных, дабы никого не обидеть вниманием леди Долины и дочери владыки Трезубца. Станнис Баратеон пребывал в окружении лордов Черноводного залива, ну а лорд Бейлон, как отец невесты, был усажен за королевский стол, но оставил его в пользу стола железнорождённых, стоило только королю, – как это прокомментировал Ренли, – «уйти в народ».

В какой-то момент молодожёны остались за огромным столом, за которым кроме них никто более и не сидел. Ренли расслабленно сидел на кресле, нежно держа Ашу за руку под столом, лаская и перебирая её пальцы, словно струны арфы, отчего девушка тихо млела. Но Ренли был совсем не безучастен, поднимал кубок на здравицы, и сам произносил тосты и поддерживал, насколько это было возможно, беседы. Кажется, не будь это его свадьба, он бы и сам давно ушёл «в народ», по столам да на танец. Но тут ситуация была немного иной, и младший Баратеон с пьедестала не спускался, предпочитая хоть и такое, но всё-таки уединение с невестой, чему Аша была очень рада, но радость эта была продиктована отнюдь не ревностью, а интересом.

Аше было интересно, очень интересно наблюдать за своим мужем. Понимание того, что Ренли является Верховным лордом, мастером над законом и братом короля, понимание идущего со всем этим буквально королевского статуса стало всё более и более будоражить её сознание. В глаза стало бросаться то, на что она не обращала внимания, будучи опьянённой сладкими речами и ухаживаниями Баратеона. В один краткий миг девушка прочувствовала власть, которая до этого дня была ей незнакома, была для неё немыслима и не могла сравниться ни с чем другим, ранее ей испытанным. Влияние и возможности дочери Великого лорда, власть капитана над подчинёнными и победителя над плененными – всё это ничто в сравнении с властью Баратеона. Здесь и сейчас она чувствовалась как никогда и находила своё выражение во всём. В организации торжеств и церемоний, рассадке гостей, общении с ними, в самом пиру, в конце концов. Всем этим Ренли демонстрировал Вестеросу своё влияние, богатство и силу. Для чего? Чтобы привлечь союзников.

Ренли никогда не скрывал, что их брак чрезвычайно выгоден ему. Забавно, но ведь именно благодаря такой откровенности и открытости Ренли и зацепился за сердце бывшей Грейджой. Самое главное, ему удалось заинтересовать в этом браке не только саму Ашу, но и самую влиятельную знать островов, которая оказала сильную и столь необходимую поддержку отцу перед заключением брачного союза. Одним выгодным браком Ренли прибрёл корабли, связи и влияние в Закатном море. Теперь, через свадьбу он впутывает в свои сети и другие Дома, ярко и наглядно демонстрируя широту возможностей, которые открываются взаимным и взаимовыгодным сотрудничеством.

Для Аши стало совсем неожиданным то, что она получает удовольствие от наблюдения за тем, как говорит, как двигается и как играет Ренли, общаясь с тем или иным лордом или придворным. Как он ловко впутывает их интересы в свои планы, прельщая золотом и влиянием, хотя по итогу именно он заполучит ещё больше того и другого… при этом не соврав излишне и не нарушив данное слово. Аше было любопытно наблюдать и… учиться. Учиться мыслить и действовать так же, на благо семьи. А Ренли, прочувствовав интерес возлюбленной, порой вносил комментарии.

– Лорд Бенджикот Аррен, глава Дома Арренов из Чаячьего города, – Стоило названному лорду, высокому мужчине с короткой бородой в бирюзовом дуплете, вернуться за стол, как Ренли, не меняя благожелательного выражения лица, стал тихо наговаривать Аше на ухо, – жадный и властолюбивый человек, но крайне осторожный. Очень хочет поучаствовать в южной торговле, но ничего не хочет для этого делать. Вместе с тем, не пускает моих купцом в свой город.

– Свой город? – Искренне удивилась Аша. – Разве Чаячий город не владение Графтонов?

– И да, и нет, любимая. – Ренли ласково улыбнулся, поцеловав тыльную сторону её ладони, словно они и не думали тут никому мыть кости. – У Арренов город в городе, свой собственный квартал со своей стражей и ополчением, а Графтоны по уши в долгах перед ними, как, впрочем, и половина Долины. Только устойчивая антипатия Арренов из Орлиного гнезда к своим родичам сдерживает рост их влияния.

– Что нам делать? – Задала Аша закономерный вопрос. – Как нам заинтересовать и привлечь их?

– Они уже заинтересованы, дорогая. – Ренли обратил свой взор в зал, словно выискивая кого-то. – Осталось только согласовать цену сотрудничества, и Аррены, сильно набив себе цену, скоро потеряют своё значение. Нам нужно только подождать, пока Роберт подпишет эту пеклову бумажку...

«О чём он?» – но мысль была оборвана, стоило только прозвучать маленькому колокольчику. Смена блюд.

Аша могла только полностью согласиться с Ренли в том, что её свадьба войдёт в историю, как минимум, за количество подач блюд, коих было запланировано восемнадцать. «Не меньше, чем на королевской свадьбе» – судачили столичные сплетницы. Обилие мяса и рыбы, приготовленных с изысканными соусами и специями... по лицам гостей было видно, что многое они пробуют в первый раз за свою жизнь. Обилие специй поражало воображение, как и разнообразие блюд, среди которых были и те, что распространены в разных землях королевства. Рыбные пироги и запечённая в травах форель, как на Трезубце. Крабовое мясо в жгуче-пряном соусе, как в Дорне. Множество сыров из Долины. Жаркое из тюленя и уха из дельфина, как на Железных островах. Гости дивились, дивились и ели, бурно обсуждая увиденное и опробованное, обильно запивая непривычные, но столь лакомые вкусы, что тоже играло свою роль, добавляя изрядного веселья. Ведь запивают такую красоту вовсе не водой…

Подача блюд традиционно сопровождалась демонстрацией и оглашением подарков, что были преподнесены от гостей. Первый подарок был от короля – двенадцать пар охотничьих гончих в золотых ошейниках на шёлковых шнурках. От четы Аррен десяток ястребов-сапсанов с колпаками из расшитого жемчугом велюра. Аша была ярой любительница охоты, и такие подарки пришлись ей по душе, а на предложение Ренли потом передарить это великолепие девушка недвусмысленно, но легонько стукнула суженого по коленке. Были среди подарков дюжина полных богато украшенных комплектов доспехов, разнообразное оружие, драгоценная упряжь, отрезы золотой парчи и шёлка, пряжки, украшенные рубинами, бриллиантами, жемчугом, пояса из позолоченного серебра. Вассалы Штормового Предела подарили своему сюзерену семьдесят семь пар рыцарских лошадей разной масти со сбруей и снаряжением. Мартеллы также подарили лошадей – семерку белоснежно-белых дорнийских лошадок с позолоченной уздой, шёлковыми попонами и чёрно-жёлтыми велюровыми накидками, что были доставлены в Королевскую гавань заранее, что только подтвердило, что они планировали посетить столицу гораздо раньше, чем железнорождённые прибыли в Дорн...

Особое внимание в том веселье, что набирало и набирало обороты в зале, что раскинулся перед молодожёнами, привлекал к себе сам король, вокруг которого собрались его былые боевые товарищи и просто прихлебатели разного достоинства и ранга, преимущественно из Штормовых земель. Ну… разбавлялась эта компания ещё двумя элементами. Первый – золотая тень короля, Джейме Ланнистер. Второй – внимание то и дело мелькающих рядом с Робертом прекрасных придворных девушек отобранных лично Ренли, присутствие которых здесь служило лишь одной благороднейшей цели – удостовериться в том, что королевские сальные шуточки, шаловливые руки и потенциальная излишняя любвеобильность не изберут вдруг своей целью кого-то из благородных дам, чьих-то жен и дочерей. Все они, за исключением Джейме, громко смеялись, пили, закусывали, и всё по кругу, но… вместе с тем, они делали это столь гармонично и слаженно, что не доставляли каких-либо неудобств остальным гостям, которые вскоре последовали августейшему примеру, став кучковаться по интересам. Веселье и кураж нарастали, и всё чаще и чаще собравшаяся публика срывалась в пляс. Однако ни Ренли, ни Аша плясать не хотели. Ренли не любитель, а Аша боялась опозориться-таки перед зелёными и... откровенно говоря, она уже настоялась за сегодня. Да и с Ренли в этом оке шторма было приятно и спокойно.

Гости, видя идиллию за столом жениха и невесты, а также их лёгкую отчужденность от мероприятия, всё меньше и меньше уделяли им внимание, позволяя вдоволь насмотреться друг на друга. Но раз в некоторое время некоторые гости всё-таки подходили к их столу со своими личными поздравлениями и пожеланиями. В том числе и те лорды, что до этого за спиной, – а порой и открыто, – выступали против этого брака, каждый по совершенно разным причинам. Ренли, приветливо и с теплом принимал поздравления от всех, но некоторым всё-таки становилось особенно неуютно под его насмешливо-ироничным взглядом. Другие, напротив, находили общество Ренли весьма приятным и располагающим к деловой беседе. За последними Аша, с подсказки супруга, наблюдала особенно внимательно. В пиршественном зале собрались не только нахлебники и недоброжелатели, но и, вполне возможно, будущие союзники и друзья.

Лорд Дрифтмарка, Монфорд Веларион, молодой и красивый мужчина с валирийской внешностью, представил Ренли своего брата-бастарда Аурана Уотерса, также обладателя платиновых волос и опытного морехода, предложивший свои услуги, на что Ренли легко дал своё согласие. Одновременно с этим он поинтересовался у Велариона, когда тот даст ответ на его предложение об аренде Спайстауна, давно увядшего городка во владениях Веларионов. Смутившийся лорд промямлил, что вопрос решён.

В беседе с лордом Ренфредом Риккером, владыкой Сумеречного Дола, завершив обсуждение расширение торговли, Ренли в конце поинтересовался, по нраву ли лорду пир и блюда, на что тот с явной и неподдельной искренностью ответил, что всё «воистину великолепно». В ответ Ренли посетовал на то, как же жаль, что та, под чьим руководством это всё приготовлено, до сих пор ходит без положенной ей фамилии, признания и наследства. Лорд Риккер, чутко отреагировав на намёк, вернулся к своему столу сильно задумчивым.

– Марик, будь добр, – Ренли призвал к себе своего оруженосца, что всегда находился поблизости, – пригласи к нам своего брата, сира Алларда.

Музыка стихла, прошла смена блюд, и гости отдыхали, пробуя новое, чем и воспользовался Ренли.

– Сию минуту, господин. – Отрывисто поклонился симпатичный юноша, одетый в дорогой, но не вычурный камзол, носить который ему явно не привычно, хоть тот и не подавал вида.

– Сиворты. – С пониманием произнесла Аша, чем привлекла внимание Ренли. – Хочешь продемонстрировать своё расположение?

– Не только. – Ренли задумчиво хмыкнул себе под нос. – Указать перспективу и обрисовать награду.

Спустя несколько минут к столу подошёл сир Аллард, молодой крепкий и явно гибкий мужчина с длинными тёмными волосами и закрученными усами. Он был одет в вычурные одежды по браавосийской моде, а на его груди ярко выделялась крупная брошь в виде герба молодого Дома – серебряный корабль, покрытый чёрной эмалью, на чьих наполненным ветром парусах изображена луковица, инкрустированная бриллиантами. Насколько знала Аша, подобную брошь носил и старший брат Сиворта, Дейл, поскольку именно Ренли подарил их в знак своей благосклонности.

– Милорд, – сир Аллард поклонился, но, послушавшись жеста Ренли, подошёл ближе, встав вплотную к столу.

– Как поживает наш общий южный друг, сир? – Ренли с сарказмом улыбнулся, демонстрируя, что именно он думает об этой «дружбе».

– Ксо не знает меры, милорд. – Аллард ответил зеркально, не скрывая презрительной гримасы. – Но уже готов принять правильное решение.

– Чудно-чудно... – из-за того, как Ренли произнёс эти слова, вдоль позвоночника девушки промчался караван мурашек. Не страх, но… волнение? Или возбуждение?

– Не упустите свой шанс, сир Аллард. – Продолжал штормовой лорд под внимательным взором Сиворта. – Рассматривайте разные варианты, ибо мир полон возможностей. Принцу для отвоевания пращурского престола потребуется помощь верных друзей и крепкой дружины, которые в состоянии подхватить знамя борьбы... даже в случае гибели принца.

– Можете не сомневаться, милорд. – Горячо заверил Аллард своего сюзерена. – Мои люди уже в поисках воинов-летнийцев по вольным городам. Они будут верны своему истинному господину…

– Я не сомневался в Ваших способностях, мессир, – мягко прервал Сиворта Ренли, приподняв правую руку, – но я руководствуюсь не только интересами своего Дома, но и заботой о своих верных людях. Я обязан жизнью Дому Сивортов, и я никогда этого не забуду.

– Благодарю Вас, господин! – Аллард буквально пожирал Ренли преданным взглядом, не сдержавшись, встав на колено.

– Летние острова, сир Аллард, это обильная и богатая земля, которой не хватает крепкой руки. – Как ни в чём ни бывало продолжал говорить Ренли. – В следующее своё посещение этого замечательного края, присмотритесь к местным знатным девушкам. Уверен, там есть на что посмотреть, тем более, что на Летних островах принято многоженство. Дом Баратеонов, в случае необходимости, поддержит всеми силами и средствами младшую ветвь Дома Сивортов с Летних островов.

– Господин… – Аллард вскинул свой горящий взор на Ренли, и Аша вздрогнула от той фанатичной преданности, что таилась в этих глазах. – Я... я не подведу Вас!

– Знаю. – Уже громче продолжив. – Идите и веселитесь, мессир! Выпейте за наше здоровье!

Аша дождалась, пока окрылённый сир Аллард удалится на достаточное расстояние, прежде чем задать интересующий её вопрос.

– Сиворты с Летних островов? – Девушка говорила без иронии, но с заметным скепсисом в голосе.

– Почему бы и нет? – Ренли пожал плечами, сделав небольшой глоток из кубка, наполненного сладким отваром из сухофруктов. Аша, следуя примеру мужа, также отказалась от вина, в тайне от гостей распивая «узвар». – Думаешь, душам моя, я остановлюсь на одном сыне?

Аша непроизвольно вспыхнула, но не от сладострастной улыбки мужа, а от пробежавшейся по её бедру руки.

– Нашему Дому нужно новое пространство для расширения. – Уже серьёзным голосом продолжил Ренли. – Земли в Вестеросе всё меньше и меньше, а людей всё больше. Войну я не планирую, но уцепиться за этот край было бы очень полезно… и не только из-за торговли.

– Что ещё? – Просто и без «двойного дна» спросила девушка.

– Зима. – Также просто ответил Ренли, отправив в рот горсть виноградин.

– Зима? – Удивилась девушка.

– Знаешь ли, я бы не отказался от поместья в тёплых краях... на всякий случай. – С непонятной интонацией произнёс её муж, явно о чём-то задумавшись.

Аша просто кивнула, хоть и решила для себя, что вернётся к этому вопросу позже…всё-таки иногда Ренли очень тяжело понять. Отдавая должное и не тревожа задумчивость мужа, Аша продолжила рассматривать гостей, что вновь начинали становиться всё громче и громче – дело шло к новым танцам. Девушка отчётливо ощущала на себе множество заинтересованных глаз, но уже не обращала на это никакого внимания… пока её не полоснуло жгучим взором, наполненным завистью и обидой. Аша сразу узнала прекрасную обладательницу столь ярких и сильных эмоций, и в ней начала разгораться собственная заинтересованность, которую она не собиралась сдерживать.

– Говорят... – нарочито небрежно протянула Аша, словно речь шла о чём-то незначительном, – что Вы, муж мой, вели беседу с принцессой Арианной. В богороще, вдали от лишних глаз.

– Это так. – Ренли обернулся на Ашу, отследив её взгляд до стола с дорнийцами. – Нам было о чём поговорить.

– Неужели? – Аша и не пыталась скрыть своё недовольство, но в ответ получила лишь ухмылку.

– Тебе никогда не было интересно, дорогая, – Ренли наклонился к её уху, заговорив доверительным тоном, – почему Арианна до сих пор не замужем? Тебе известно, кого ей сватал отец?

– Только в общих чертах, – Аша, отбросив наигранные эмоции, также вступила в разговор в предельно серьезном тоне, – каких-то стариков...

– Моего деда, лорда Эстермонта, лорда Фрея, и вон, погляди-ка, лорда Росби.

Там, куда еле заметным кивком указал муж, сидел чахлый старик с серой, уже пергаментной кожей и постоянно кашлял в салфетку.

– Джайлс Росби? – Заметно удивилась Аша без капли наигранности. – Но… почему? Почему не ты или кто-либо другой?

– Вопрос, которым задается все королевство. – Ренли невесело улыбнулся.

– И ты нашёл ответ. – С уверенностью заключила Аша, чувствовавшая сейчас свою правоту, хоть она и не могла обосновать это.

– Могу лишь предположить, почему Доран так затянул с семейным счастьем для своей наследницы. – Загадочно промолвил Ренли, становясь всё тише и тише. – По всей видимости, Мартеллы ждут кого-то особенного, платиноволосого и фиалкоглазого.

– Тарг... – Удивилась было Аша, но Ренли резко прервал её, не меняясь при этом в лице.

– Тише-тише, дорогая. Не стоит так громко удивляться и произносить очевидные вещи. – Ренли притянул к губам её ладошку и вновь нежно поцеловал. – Наша с тобой свадьба их вспугнула. Баратеоны заимели сильного союзника с большим флотом, тем самым перевернув доску взаимных сдержек и противовесов в королевстве, и поставив под угрозу их планы и их интересы. Вот поэтому они и здесь.

– Узнать истинные отношения между Баратеонами и Грейджоями и оживить былые связи в столице?

– Верно, моя прелесть. – Новый поцелуй ладошки. – Не только оживить, но и узнать больше. Оберин не просто так шастал по всем более и менее приличным борделям. Нет... он встречался со многими интересными людьми в столице, в том числе с иностранцами.

– А Арианна? – Аша просто произнесла её имя, без конкретного умысла или вопроса, желая узнать, что же скажет Ренли.

– Как и Песчаные змейки, пребывает в неведеньи.

– Ты это понял из разговора? – Удивилась Аша.

– Скажем так, разговор подтвердил мои мысли. Но не только. – Ренли сделал глоток из кубка, грустно улыбнувшись. – Доран заигрался. Арианна уже не маленькая и несмышленая девочка, а амбициозная дева, желающая получить своё наследие. Политика Дорана сеет зерна подозрения в разум принцессы, толкая в объятие страха, что её хотят лишить наследства. Я просто хочу сыграть на этом… не только ведь Мартеллам плести интриги.

– Ты хочешь столкнуть отца и дочь. – Задумчиво произнесла Аша, смотря в пустоту.

– В идеале. Я сомневаюсь, что мне удастся сыграть в этом значительную роль, милая. – Почти с извиняющейся улыбкой ответил Ренли, огладив левой рукой подбородок. – Главное для нас – сохранить с ними ровные отношения, а там... либо ишак сдохнет, либо дракон в золоте утонет.

– Хм? – Аша насмешливо посмотрела на муженька, зная его увлечение выдумывать всякие небылицы.

– Валирийская пословица такая. – Ренли смутился и отвёл глаза, на что Аша ещё открыто рассмеялась.

– Конечно-конечно...

После разговора о дорнийцах Аша постоянно возвращалась к ним и в мыслях, и взглядом. Внутренне она соглашалась с мыслями Ренли. В Семи Королевствах было достаточно знатных и богатых женихов. Например, Эдмар Талли, наследник Риверрана, рыжеволосый и голубоглазый красавец, что также присутствовал на свадьбе и так и вился со своим антуражем вокруг принцессы Арианны и Песчаных змеек. Но Эдмар Талли, откровенно говоря, ни рыба и ни мясо – Аша поняла это с первых минут общения. Наивный и простодушный, улыбчивый хохотун, не обладающий острым или глубоким умом. После Ренли общаться с ним до невозможности скучно.

Глубокую скуку и усталость от общества Талли Арианна демонстрировала всем своим видом, но Эдмар этого не замечал, продолжая изливать на принцессу свои мысли. В какой-то момент Нимерия прикрыла свою кузину и увлекла за собой наследника Трезубца. Аша заметила, с каким облегчением выдохнула принцесса перед тем, как вновь бросила взгляд на места свежеиспечённой ячейки общества. Аша могла отдать руку на заклание, что Арианна искала внимание её мужа, но вместо этого встретилась взором с ней. Дорнийка вызывающе вскинула взгляд, но бывшая Грейджой лишь мягко улыбнулась ей. После драки кулаками не машут… тем более, после драки, в которой она уже победила.

Но тут от неожиданно проскользнувшей мысли сердце Аши забилось чаще, а на коже выступил отчётливый румянец. Посеять конфликт между дочерью и отцом... устойчивое желание отблагодарить Ренли за всё и его слова о будущем... всё это стало хитрым образом сплетаться в её разуме, формируя план... набросок плана. Аша напомнила сама себе, что дорнийцы планируют отправиться вместе с ними в Штормовой Предел, дабы потом вернуться домой через Скорбящий. У неё еще будет достаточно времени, чтобы всё обдумать, а пока...

Арианна вздрогнула от взгляда и улыбки невесты. Столько в них было торжества, превосходства и... чего-то, что не поддавалось расшифровке, но пронзало принцессу насквозь.

Свадьба шла своим чередом, подходя к своему логическому завершению. Гости отплясали очередной танец, став расходиться по местам в ожидании последней подачи блюд и проводов в спальню молодоженов… как неожиданно вновь заиграла музыка. Мелодия, что до зубного скрежета известна всем обитателям Красного замка.

Под нарастающую и тягучую мелодию зал стал затихать, пока не погрузился в тишину, нарушаемую лишь недовольным ворчанием лордом и отдельных гостей, особенно прибывших из Дорна. Принц Оберин агрессивно встал со своего места, с вызовом смотря на сира Джейме, что в качестве гвардейца сопровождал короля, а… а тот лишь самодовольно улыбался, водя взором по залу, наслаждаясь произведённым эффектом и тем, как прячут многие лорды свой гордый нрав от цепких зелёных глаз Ланнистера. Изрядно пьяный король тем временем толком уже не понимал, что происходит и пребывал в полудрёме – какой-либо реакции от него ждать не стоило. Тирион также умолк и, кажется, даже немного протрезвел, с напряжением наблюдая теперь больше за Ренли, чем за своим братом или дорнийцами. Его примеру последовали и другие, сводя свои взгляды на Ренли и наблюдая за его реакцией. Некоторые взгляды были наполнены любопытством, некоторые… торжеством и издёвкой. Но Ренли не спешил отвечать. Не выдавая никаких эмоций, не бросая никаких многозначительных взглядов, он молча дослушал «Дожди в Кастамаре», позволяя мелодии царствовать в зале и мыслях собравшихся.