Текст книги "Олень (СИ)"

Автор книги: Axeman Laughing

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 47 страниц)

Продолжая копания в своих мыслях на носу «Ярости», не заметил, как у меня появилась компания. Юноша лет шестнадцати тире семнадцати. Высокий, поджарый, крепкая фигура, короткие каштановые волосы, и такого же тона цвет глаз. Мальчик, хотя какой, мать его мальчик, молодой мужчина ходивший под парусами с семи лет, сначала на отцовском корабле, а потом юнгой на «Ярости». Было сразу видно, что почти десять лет службы на флагмане Станниса сильно повлияли на парня. Юнга, младший офицер, а сейчас самый юный мастер над гребцами во всём флоте Станниса. Не родственной кровью, а кровью пролитой и потом выбив себе эту должность.

А ведь стоит понимать, что такое «мастер над гребцами». Грубо говоря, главный надзиратель-«машинист» всея галеры. В его обязанности входит поддержание порядка и дисциплины, ибо гребцы должны грести и точка. А эта задача осложняется фактом того, какой контингент «набирается» в эту зловонную касту. В основном, это каторжники, осужденные за различные преступления, и прочие отбросы столицы и других местечек королевского домена. Дёшево, сердито и рабов никаких не нужно. Теперь острый дефицит рекрутов для Ночного Дозора мне ясен и понятен. Зачем отправлять осужденных на Север, когда их и здесь применить можно? Вот над этой толпой уголовников и стоит Марик Сиворт, четвёртый сын Давоса и мой новый оруженосец. Говорят, он отлично управляется с хлыстом.

– Господин. – Ломкий подростковый голос давно переродился в глубокий баритон, таким голосом парадами командовать.

Парень, несмотря на свой невозмутимый вид, явно чувствовал себя не в своей тарелке, слабо себе представляя, каково быть оруженосцем и что за жизнь его ждёт на суше. Думаю, он справится, всё-таки пример у него был хороший – проведя столько лет на «Ярости» под командованием Станниса, он многое от него перенял. Марик уважает Станниса и старается ему подражать, особенно по отношению к службе. Гребцы всегда накормлены и напоены нормальной едой, а не помоями, и отношение у него к ним не как к рабам, а к людям, хоть и заключённым да имеющим разной степени тяжести основания быть именно здесь. С другой стороны, Марик без колебаний отправлял людей на рею или снимал кожу со спины хлыстом в случае неповиновения. Не от злости или жестокости, а потому что так надо, так положено и так его учили. Каждый должен делать своё дело, гребец грести, мастер над гребцами следить за тем, чтобы они гребли в одну сторону, а капитан отдавать команды. Всё просто.

– Волнуешься? – перевёл взгляд на парня, что чуть склонив голову и недолго подумав откровенно ответил.

– Непривычно, милорд, не более того.

– Отлично тебя понимаю, Марик. Относись к этому, как к новому этапу твоей жизни на пути к цели. У тебя есть цель?

– Да, милорд, – Марик слегка заколебался, но посмотрев на горизонт, мечтательно произнёс, – хочу свой корабль. Большой и могучий, дабы отправиться в путешествия, прославить и обогатить свой Дом.

– Хорошая, достойная мечта. Полагаю, что служба оруженосцем у мастера над законом и Верховного лорда Штормовых земель приблизит тебя к ней.

Я хитро улыбнувшись посмотрел на парня, что смутился и покраснел, явно подумав, что как-то задел меня.

– Скажи, Марик, – я повернулся к палубе, в которой виднелись ямы с гребцами, – как тебе удавалось справляться со своими обязанностями? Одна ошибка, подножка и твоя трахея раздавлена цепями, а на корабле уже новый мастер над гребцами. Поделись своим секретом.

– Милорд, здесь нет никакого секрета, – Марик приободрился, когда разговор перешёл в разрез его способностей, – у меня были отличные учителя. Гребцы – отчаянные люди. Им нечего терять, кроме вёсел, к которым прикованы. Мечтают они о свободе, а желают лишь одного – лишнего куска мяса в похлебке. Накорми одного похлебкой погуще и будешь знать, что происходит в ряду. Накорми десяток и ты знаешь, что происходит на палубе. А за лишний кусок мяса и шанс уйти раньше каждый сдаст любого, даже самого авторитетного главаря, готовящего бунт.

– Умно. Рад, что я не ошибся, – вновь отвернулся от палубы, ибо пахнут галеры, так себе… плавучие ассенизаторы, – признаюсь тебе в одном, Марик. Мне не нужен оруженосец в привычном понимании.

– Господин? – Марик смотрел на меня со смесью удивления и радости, что его старания оценили.

– Вино мне сможет подносить и какой-нибудь паж, который даже рад будет это делать. Мне нужен мастер над гребцами, способный доложить капитану, что происходит на корабле и не только. Быть моими глазами и ушами. Понимаешь?

– Да, милорд. – На лбу у Марика пролегла глубокая морщина, он нахмурился, взвешивая мои слова на весах своей совести. – Но по мне ли эта задача?

– Вполне. Справившись с отчаянными и озлобленными, думаю, ты найдешь подход к сытым и довольным. У тебя будут советчики, а также финансирование и время. Торопить я тебя не буду. Ты будешь подле меня, так что учись, наблюдай и думай. Со временем, ты наложишь свои новые знания на опыт и что-то у тебя точно получится.

Улыбнувшись, бросил взгляд на приунывшего паренька, которому обещали сделать из него рыцаря, а делают секретаря и шпиона.

– Ха! Не переживай. Мои парни научат тебя и конному бою, и другим достойным премудростям, за это можешь не переживать. Поучаствуешь в турнире, благо, что в столице они не редкость. Сделаем из тебя настоящего рыцаря.

Я хлопнул Марику по плечу. Он держится, само собой, но всё-таки видно, что мои подбадривания имеют успех.

– Твоим старшим братьям поручено ответственное и опасное задание. В случае успеха они озолотятся, и все те, кто смотрел на ваш Дом с высокомерием и презрением будут завидовать или тихо давиться собственной желчью. Твой путь сложнее, но оттого лишь почётнее! Ты будешь на острие истории, рядом со мной! Принимать участия в грандиозных событиях, которые возвысят не только мой, но и твой Дом. Поверь мне, Марик, после такого мечты о корабле и путешествиях покажутся тебе мелочью, детскими сновидениями. Я вижу амбиции в твоих глазах. Вижу. Ты хочешь больше, чем мне озвучил.

Марик дышал уже потяжелее, а в его глазах пылал ураган верности и желание действовать, желваки плясали на скулах, а весь вид кричал – «Дуче, брось нас в огонь»!

– Держись рядом, Марик Сиворт, и я помогу тебе реализовать свои амбиции.

– Милорд!

Смотря на затылок парня, что в порыве чувств преклонил колено и склонил голову, я улыбался. Ведь, по сути, что нужно… чтобы завоевать верность? Слова. Такая малость, но как высоко они ценятся. Самое тяжёлое – соответствовать им. Но эта ноша по мне.

***

Ближе к закату «Ярость» пересекла устье Черноводной, оставив позади башни с заградительной цепью. Флагман королевского флота довольно быстро двигался к пристаням, одним своим видом разгоняя рыбацкие лодочки и речные баркасы купцов, торопливо освобождающих путь гиганту. Пока я наблюдал, как «Ярость» аккуратно протискивалась между разношёрстными посудинами, в глаза бросилась группа кораблей, что были причалены по левому борту. Пятерка представителей явно иной судостроительной школы, нежели те, что я видел прежде. Высокобортные галеры с большой осадкой, но корма и нос как у ладьи с плавными обводами, а на носу красовались фигуры, которые должны были внушать страх врагам или лишнюю толику скалящей зубы храбрости собственным матросам. Парусное вооружение этих «галер» также изобиловало смешанными парусами и многочисленным такелажем… их владельцы явно прилично разбираются в морском деле. На кораблях реяли стяги с серебряными косами в разном исполнении и на разном фоне, словно многочисленные ветви одного дома, и лишь на одном красовалось чёрное знамя с золотым кракеном.

– Грейджои? Какая напасть привела их в Королевскую гавань?! – невольно воскликнул, пока рассматривал необычные корабли в трубу, в то время как немногочисленная вахта на обозреваемых посудинах не высыпала на палубы, провожая «Ярость» глазами.

– Корабли Харлоу, – ко мне подошёл Станнис, явно заинтересовавшись моим восклицанием, – и их вассалов. А также корабль Грейджоев.

– Я их себе представлял несколько по-другому.

Я почувствовал на себе заинтересованный взгляд брата и решил пояснить.

– Корабли железнорождённых всегда описывались как приземистые ладьи, на которых удобно высаживаться на берег и чинить разбой с грабежом. Здесь же вижу полноценные морские суда, способные на дальние путешествия. Ну и истории… знаешь, многие рассказывают, как ты в битве у Светлого острова, сражаясь с Железным флотом, надвое перерезал ладью Эурона Грейджоя.

Станнис задумчиво смерил меня взглядом и, кивнув, вернул взор к кораблям железнорождённых.

– Харлоу – благородный, древний и до сих пор могущественный Дом. – Станнис говорил лекторским тоном, словно полковник перед строем только что выпустившихся лейтенантов. – Они могут себе позволить корабли и большего размера, и большего количества, так же как и Грейджои, имеющие под своей рукой сотню хорошо снаряжённых кораблей. Чего не скажешь об остальных лордах Железных островов, в чьей власти лежат обдуваемые всеми ветрами скальные островки с одинокими рыбацкими деревушками и вольных общинниках, решивших поправить своё благосостояние за счёт морского грабежа. Собираясь в ватаги, они сами строят ладьи и уходят в море за добычей. «Золотой шторм» Эурона был хоть и большой, но ладьёй. Ничего большего лорд Грейджой своему непутевому брату не доверял.

Подивившись нежданно нахлынувшему красноречию старшего брата, я взглянул на его спокойное и неизменно хмурое лицо. Отметил и соответствующий лицу взгляд, что провожал, в свою очередь, корабли с Железных островов. Моряки на тех кораблях также молча провожали нас, негромко переговариваясь. Возможно, они воздавали хвалу своему утопшему богу. Возможно, они проклинали нас. В любом случае, этого мы не узнаем никогда. Итак, расстроив свою созерцательную задумчивость, Станнис вернулся к управлению экипажем, негромко отдавая команды своему старпому, а я вернулся к своим наблюдениям.

Стоило нам причалить, как на берегу меня встретила нескромная делегация из почти двух десятков моих всадников во главе с самим сиром Роджерсом, по чьей меланхоличности я изрядно соскучился.

– Сир Бенедикт! Как же я рад Вас видеть!

Приблизившись, крепко обнял командира своей охраны.

– Мой лорд! – Явно уже привыкнув к моей эмоциональности, он покорно и невозмутимо склонил голову, стоило мне только отстраниться.

Пока мы здоровались, а Станнис отдавал последние наказы, пажи споро стали вытаскивать на берег мои немногочисленные пожитки.

– Как же меня вымотала сия поездка, друг мой, ты бы знал! Почти две недели воздержания! Еще немного и повела бы меня дорога судьбинушки прямиком на Тихий остров! Но Боги миловали!

– В бордель, милорд?

Казалось, капитана моей стражи ничего не берёт, но вот бойцы, невольно слушающие наш разговор, подавливали смешки кто в усы, а кто и в бороды.

– Видят Боги, я не хотел! Но раз надо так надо! В бордель, друг мой!

Пройдя сквозь бедняцкие районы у Рыбных ворот, мы направились в, наверное, самый элитный бордель в столице, которым было, само собой, заведение Бейлиша. Спустя некоторое время, когда уже солнце окончательно опустилось за горизонт, мы достигли намеченной цели. Неожиданно… в заведении было нехарактерно шумно. Крайне шумно даже и весьма многолюдно. Кто-то пьяным голосом пел матерные моряцкие песни, слышался звон посуды, вскрики девушек и мужской гогот. В общем, вырисовалась и полнилась красками картина обычной кабацкой жизни. Вот только бордель Бейлиша отнюдь не простой кабак, а элитарное заведение, куда предпочитают ходить благородные лорды и богатые купцы. Разумеется из-за качества и стоимости предлагаемых услуг.

В Королевской Гавани, да и не только, не редкость, когда кабаки и бордели соединены в одно заведение. Это вполне удобно. Любой моряк после долгого плавания не прочь выпить кружечку другую и завалить подвернувшуюся деваху. Таких заведений в столице пруд пруди, особенно рядом с портом. И мне, если быть откровенным, несколько пресытившись женским обществом, хотелось разве что пропустить пару кружек эля и, пообщавшись с ближниками своими, лечь на боковую. Была бы возможность и вовсе бы направился в «Русалку», окончательно выкупленную у леди Сирены, но там сейчас ремонт и подготовка к открытию. Выкупив за хорошую цену соседние дома, мои купцы перестраивают всё в довольно приличное подворье, совмещая таверну, гостиницу и, не побоюсь таких слов «будущую штаб-квартиру». Так что открытие ещё не скоро.

Но внутри заведения нас ждал сюрприз ничуть не меньший. Помимо того, что нас никто не встретил, как это бывало обычно, зал был забит сомнительнейшей публикой родом явно с Железных островов. Вели они себя, скажем прямо, словно викинги в Париже. Большой парадный зал, некогда богато украшенный, в котором расположилось множество столов, за коими можно было славно так отобедать, был разбит сильно захмелевшими моряками. Хоть поведение о том и не кричало (по крайней мере, не мне, человеку не шибко знакомому с культурой и бытом железнорождённых), но тут явно собрался не сброд какой-то, а командный состав и старшие матросы. Одежда была хоть и засалена, но добротная и явно стоившая своих денег. Само собой, все были при оружии. Рассредоточившись по залу, эти господа шумно пили, не менее шумно закусывали и явно не стеснялись побуянить лишний раз. Местные девушки в чём мать родила разносили вино и снедь под улюлюканье гостей, не упускавших возможности распустить свои мозолистые руки. Что до спален, то оттуда раздавались звуки отлично подходящие взятому штурмом замку, но никак не борделю. Не было в тех стонах ни грамма наслаждений, даже приторно-притворных.

При нашем появлении все звуки в зале стихли сами собой, только стоны да ругань продолжали раздаваться из-за закрытых дверей. Десяток вооруженных и неплохо снаряжённых мужчин явно заставили присутствующих железнорождённых поднапрячься. Другой важной деталью было то, что на нас не было ни гербовых котт, ни каких-либо иных отличительных знаков, что будет мне очередным уроком. А ученик я, конечно, такой себе.

– Милорд!

К нам попыталась выбежать одна из девушек, которая явно меня узнала. Выглядела она не очень. На теле были многочисленные синяки и кровоподтёки, глазки заплаканные. Вкратце описать её можно было бы одним словом «пользована». И не один раз.

– К-у-у-у-да, лярва?!

Один из молодчиков схватил девушку за руку, резко потянув на себя, а затем и отвесив пощёчину тыльной стороной ладони, опрокинув её навзничь. Достаточно увесистая часть этой толпы загоготала и заулюлюкала, отслеживая нашу реакцию. Но в то же время я приметил периферийным зрением, как один из шайки, явно что-то почувствовав, выскочил и быстро побежал по лестнице на второй этаж борделя.

– Кто это у нас такой красивый…

Нараспев голося и щербато ухмыляясь, вперёд выступил тот же железнорождённый, что ударил девушку. Я и так после путешествия был не в самом солнечном и ясном расположении духа, так что загоняемые и подавляемые ярость, гнев, и раздражение, копившиеся со времён первого прибытия в столицу, дали о себе знать. Все эти интриги, козни, вьющиеся вокруг меня заговоры, нерадивые вассалы, постоянные сложности и проблемы – всё это не придавало мне доброго ума.

– … такой красивый, что…

– Закрой свою пасть, псина!

Сравнительно молодой матрос, ещё сильнее ощерившись, выхватил из голенища сапога кинжал, но нерешительно замер, когда из-за моей спины стали входить мои ратники, прикрывая со всех сторон. Толпа тревожно зашепталась. Если я и был в походной одежде, то вот сир Бенедикт с сотоварищами был при броне.

– Ты кто будешь-то, чтобы так дерзко говорить?!

Вопрос озвучил явно один из старших. Уже порядком седой железнорожденный, в расстёгнутом на груди некогда богато украшенном восточном кафтане. Трезвее большинства, особо не гоготал и не скалился до этого… мужик явно бывалый даже по меркам этих «старших». И он отлично осознавал, что, скорее всего, нарвались они на кого-то знатного – вот и пытается выяснить таким нехитрым образом.

– Я что, должен, по-твоему, представляться каждому скоту или шлюхиному сыну, как вот этот? – кивком головы указал на щербатого.

– Ах ты ж мразь… – Обозначенный кивком элемент зашипел сквозь зубы, в глазах его разгоралось подогретое алкоголем и ощущением «своих за спиной» желание рискнуть и всё-таки «намочить» кинжал

Толпа вокруг меня заволновалась. Явно сие пиратское отребье позабыло, когда с ними так в последний раз общались. Но и на какие-либо решительные действия они не осмеливались. Здесь всё-таки не матросня без рода или хотя бы хоть сколько-нибудь внушительного послужного списка. Хоть и лихие, но наученные как победами, так горьким опытом, они прекрасно чувствуют, когда собеседник дерзит от гонора, а когда от уверенности в своей силе и власти.

– Я тебе, блядь, кишки выпущу! – завопил щербатый, сильно наклонившись вперёд.

Не знаю, что хотел предпринять неПират, но он был остановлен громким командным голосом. К удивлению и моему, и моих людей, женским.

– Бородавка, закрой свою пасть и убери нож!

Весь зал обернулся в сторону, откуда раздался возглас. На лестнице стояла девушка. Высокая, стройная и длинноногая, что отчётливо было заметно за счёт обтягивающих кожаных штанов. Достаточно широкие плечи свидетельствовали о многочисленных физических тренировках, но гораздо изящнее, чем у Бриенны. Под наспех наброшенной белой рубахой видно, как задорно торчат два средних «холмика». Венчают всё коротко остриженные волосы цвета воронова крыла. Пока девушка спускалась, удалось рассмотреть и её лицо. Миловидное, даже красивое, хоть и обветренное, лицо да серые глаза, в которых попеременно плескались любопытство и опаска.

Вот и Аша Грейджой. А никем иным эта особа не могла быть. Не известна свету иная воительница с Железных островов. Кто бы мог подумать, что мы вообще с ней, когда-нибудь свидимся? Мне было тяжело сдержать своё восхищение. Во-первых, кожаные брюки! Даже Бриенна себе подобного не позволяла, нося сверху коты. По сути, это первая женщина в штанах, что я встречал в этом мире. Зрелище незабываемое. Во-вторых, Аша была само очарование. Разумеется, видали мы девушек покраше и пофигуристей, но Аша источала уникальную, несвойственную другим местным харизму. Девица так и излучала уверенность и властность, которые проистекали не из чувства принадлежности к могущественному и благородному Дому, не из привычки и подаренной кем-то возможности помыкать и командовать. Нет, они берут начало из веры в собственные силы, умения и навыки. Более того, это явно признавали окружающие, быстро успокоившись или, по крайней мере, заткнувшись при её появлении, даже тот щербатый тип поспешил с кислой миной вернуться за стол, не посмев перечить любимой дочке Лорда-Жнеца.

– Почто поносите моих людей, милорд?

Голос у Аши был подстать внешности, по-девичьи прекрасен, хоть и с хрипотцой, с затаившимся металлом в глубине.

– Ваших людей, леди Грейджой? – Я изобразил уместное, напускное, удивление. – Ваши люди учинили из сего некогда прекрасного места скотный двор, миледи. Может, у Вас на судне и столь дикие порядки, но это столица, а не ваша вотчина!

В глазах Яры вспыхнула злость, но встретившись с холодной яростью, клокотавшей уже в моих глазах, хмуро отвела взгляд.

– Откуда вам известно моё имя, милорд? – Не найдя, что мне ответить, она решила зацепиться за моё знание о её происхождении.

– Ха! На Железных островах не так уж и много девиц-капитанов, чтобы ошибиться.

– Девиц? – Милая улыбка, появившаяся на её личике, не предвещала мне ничего хорошего.

– Вы, видно, совсем недавно встали во главе вооруженных людей, миледи, – проигнорировал Ашу , обводя взором столпившихся людей, – и многого, поди, ещё не знаете. Так вот… урок первый: в низкой дисциплине и дебоширстве подчинённых всегда виноват командир! Всегда!

Я резко повернул голову в сторону Грейджой, что старательно прожигала гневным взглядом во мне дырку.

– И вот мой Вам совет. Прежде, чем отдавать на растерзание и поругание своим скотам очередное заведение, поинтересуйтесь хотя бы, кому оно принадлежит. А то может выйти конфуз.

Оглядев ещё раз ватагу матросни разной степени подпития, я презрительно сплюнул на испорченный вином ковёр.

– Уходим, у меня пропал аппетит.

Возбуждённая толпа, явно не стерпев очередного оскорбления уже начала шевелиться, но замерла от поднятой руки своего капитана.

– Моё имя Вы знаете, милорд, а сами не представились. Уважьте напоследок.

Голос у Аши был напряжённым. Девушка уже поняла, что по своему недомыслию во что-то вляпалась, и надо теперь понять, не пора ли отдавать концы.

– Ренли Баратеон. Верховный лорд Штормовых земель, владетель Штормового предела и мастер над законом в Малом Совете моего венценосного брата Роберта Первого, к вашим услугам, миледи.

– … етить твою, висельник! – раздался пьяный голос из толпы.

Напоследок ещё раз взглянув в серые, наполненные лёгким шоком глазки Яры, молча покинул заведение, не вслушиваясь в громкий шёпот толпы. Отдохнуть не дали… может хоть высплюсь.

Глава 14

Утро нового дня началось с гостя.

Кое-как проснувшись к часам, наверное, восьми, я первым делом хорошенько отмылся в бочке с горячей водой. К окончанию данной процедуры, в покоях меня уже дожидался завтрак, за который я с удовольствием принялся уже взбодрившимся да в чистой белой рубахе.

Завтрак был довольно-таки прост, омлет с ветчиной и сыром, свежий хлеб и апельсиновый сок. Пока я расправлялся с едой, вокруг меня суетились Марик и Вигмар, сын Сирены. На лице Вигмара ещё остались бледные синяки и было хорошо заметно, что у него грудь побаливает от сломанного ребра, но парень был показательно бодр и активен, заступив ко мне на службу в качестве пажа. Оба паренька, как и полагается новому статусу, приоделись, гоняя теперь в расшитых камзолах с золотыми брошами в виде восставшего оленя. В отличие от Вигмара и к его явной зависти, на поясе у Марика висели абордажный тесак и пара небольших и более утилитарных ножей. Не удивлюсь, если в том же сапоге периодически скрывается кинжал. Хороший мальчик.

Пока я беседовал с парнями и делился с ними планами по их обучению, тренировкам и обязанностям, в ведущую в покои дверь постучали. Вигмар, после моего кивка, поклонился и отправился выяснять, что случилось.

– Вас просит мастер над монетой, мой лорд. – Малец довольно быстро обернулся, хотя какой малец… он несильно младше Марика.

– Просите, не стоит столь дорогого гостя заставлять ждать. И принесите ещё еды! Зная трудолюбие лорда Бейлиша, не удивлюсь, если он мог позабыть о завтраке.

На последних словах в покои вошёл и сам лорд Бейлиш, приветливо улыбнувшись.

– Рад Вас приветствовать милорд, – Мизинец расположился напротив меня за столом, с интересом поглядывая на моего нового оруженосца, – и Вы абсолютно правы. С утра был занят неотложными и срочными делами, и кроме них толком ничего не успел.

– Не переживайте, это дело мы вмиг поправим. Также позвольте Вам представить, Марик Сиворт, мой новый оруженосец, и Вигмар, мой паж. Сын уже известной вам леди Сирены.

– Милорд! – парни дружно поклонились, демонстрирую почтение.

– Ах, я помню те годы, когда был на вашем месте в служении у лорда Хостера Талли. Я был также юн и…

– Отважен! – Я довольно осклабился, смотря на показательно смутившегося Петира. – Вызвать на дуэль Брандона Старка! Тут нужна большая смелость.

– Сейчас я назвал бы это глупостью.

Петир мне вернул улыбку, хитро сверкая глазами – черта настолько в нём привычная, что со временем тяжелее стало обращать на неё внимание. Я же кивком головы отослал парней выполнять поручения и озаботиться завтраком для Бейлиша да сам задал гостю так интересовавший меня вопрос.

– Что привело Вас ко мне в такую рань?

– У меня было два повода – долг и благодарность.

– Благодарность?

– Именно! Вы вчера приостановили разгром одной из моих жемчужин, за что я крайне признателен.

– Всего лишь «приостановил»? Значит, невелика заслуга.

– О, что Вы, милорд! Не берите в голову, клиенты из железнорожденных дрянные, но зато платежеспособные. – Бейлиш расплылся в улыбке, с благодарностью приняв от меня кубок с соком.

– Значит, Вы не в убытке?

– Совершенно нет! Леди Грейджой славно заплатила, чтобы поиграть в завоевателя. А я, как Вам известно, предоставляю благородным господам и, конечно же, леди любые услуги… за соответствующую плату, разумеется.

– Разумеется… – я удивленно хмыкнул, – получается, я вновь влез не в своё дело!

– О, милорд, и у Вас это отлично выходит! – Бейлиш вновь по-лисьи ухмыльнулся. – Но не стоит корить себя, ведь благодаря Вам я знатно сэкономил. После Вашего прихода, железнорождённые продолжили своё веселье с куда меньшим пылом и задором. Так что, с меня причитается, думаю, пара посещений за мой счет!

– Только не туда, только не после железнорождённых! – подняв ладони на уровне груди, притворно возмущаясь. – Мне ещё болячек из дальних портов не хватало!

– Ну что Вы, милорд! Малышка Энн провела всю ночь с леди Ашей, так что за её чистоту можете не переживать.

– Но позвольте, – с истинным любопытством поинтересовался, – Вы так легко об этом рассуждаете… словно подобное происходит регулярно.

– Тут Вы правы, – Бейлиш прервался, мальчики принесли ему его порцию омлета и ещё какой снеди, – гости с Железных островов нечасто посещают столицу, но раз в пару лет – обязательно.

– И с какой целью?

– А это уже касается второй причины моего визита к Вам!

– Ах, что же я всё из Вас тяну, лорд Бейлиш, как на допросе! Быстрее ешьте да рассказывайте! Сколько можно?!

Не выдержала моя чувствительная душа.

– Лорд-Жнец прислал послов, милорд, – Бейлиш не стал больше играть в загадки и довольно быстро мне всё выложил, – на Железных островах сильный недород, вот и направил Грейджой в столицу Харлоу, дабы просить королевской милости. В связи с чем, лорд-десница повелел в полдень собрать малый совет и принять послов.

– Вот это другое дело…

***

На этот раз весь малый совет расположился лицом к входу в зал, приняв самый озабоченный и напыщенный вид. По центру, как и следовало, расположился лорд– десница, бесстрастно взирающий на просителей, источая властность, но вместе с тем и мудрость, ожидаемую от столь высокопоставленного сановника. По его правую руку были сир Барристан, Варис и Пицель. По левую же Петир, я и Станнис.

Я с большим интересом рассматривал послов Бейлона. Родрик Харлоу, погоняло «Чтец», был мужчиной среднего возраста с довольно заурядной внешностью. Не красавец и не урод, не высок и не низок, без шрамов и уродств. Каштановые волосы, аккуратно подстриженная бородка. Спокойный, уравновешенный и явно уверенный в себе мужчина, без каких-либо заскоков. Сопровождала его, как и положено одному из виднейших и богатейших лордов Железных островов, большая свита из десяти человек, представлявших, в том числе, и прямых вассалов Харлоу. Но действительно ярко выделялось двое.

Первая – Аша Грейджой, любимая дочь владыки Пайка, знатно приодевшись, но опять же, в мужское. Богато вышитый золотыми нитями черный колет, кожаные брюки, с которыми я уже имел удовольствие визуально познакомиться не так давно, и высокие сапожки из мягкой кожи. Яра никак не могла перестать хмуриться, бросая на меня многозначительные взгляды, но каждый раз себя одергивая. Неужели понравился? Хотя нет. Нет, скорее всего, просто размышляет, как бы меня сподручнее прикончить.

Второй – Харрас Харлоу, погоняло «Рыцарь», как нетрудно догадаться и в самом деле – рыцарь. Один из немногих на железных островах. Двоюродный брат лорда Родрика. Высокий и сильный мужчина с чертами лица своего кузена, но значительно моложе. По его манерам и одёжке сложно его причислить к железнорождённым. На первый, на второй и третий взгляды, больше он похож на обеспеченного рыцаря с Простора.

В голове сразу же рождается вопрос, а с какой стати гордый, тщеславный, эгоистичный и презирающий всё не островное Бейлон Грейджой вообще направляет послов в Королевскую гавань? Как оказалось, нашлась причинка, благо, Бейлиш подсказал. Имя ей – голод! А точнее, угроза такого. Железные острова, как и другие субрегионы Вестероса, вполне себе автономная и самодостаточная территория. Помимо добычи и выплавки железа, олова и свинца, такие острова как Большой Вик, Оркмонт и Харлоу могут похвастаться обширными, очищенными от леса площадями земли, которые с горем пополам обрабатываются местным населением. Прибавив к этому животноводство и морской промысел, островам удавалось себя кормить вполне сносно, пока в очередной и неотвратимый раз не вмешалась матушка природа. Пришедший с запада могучий циклон обрушился на Большой Вик, Солёный Утес и Пайк, побив урожай, скот и смыв посевы. И всё это наложилось на худой урожай на других островах архипелага.

Неурожаи или буйство природы не являются редкостью для тех мест, но двойной удар настигал Железные острова, дай Боги, раз в поколение. Запасов в амбарах пока вдоволь, но насколько их хватит? Что-то будет съедено, а что-то ещё необходимо сохранить для посевов, большой дефицит продовольствия может привести к очень неприятным последствиям, способным дестабилизировать не только острова, но и всё западное побережье.

Хотя, казалось бы, что стоит островитянам сесть на свои корабли, загрузиться полезными товарами да отправится торговать, а на вырученные средства закупиться зерном. Но вот здесь-то самое интересное – глубинные исторические взаимоотношения местных в регионе. Так уж странно получилось, что в Западных и Речных землях и на Севере правит негласный закон, увидел железнорождённого – убей железнорождённого. Редчайшие исключения только подтверждают правило. В Просторе чуточку лучше. В Староместе принимают корабли с Железных островов, но без восторгов, и местные купцы дерут тройную, а то и четверную цену… особенно на пресловутое зерно. Отчего, до сей поры, железнорождённые отправлялись за необходимыми им товарами и сырьем в Дорн, вольные города и Королевскую гавань, где цены были ниже и, что самое главное, пока большой потребности и нужды в чём-либо у самих железнорождённых не было.

Прежде чем обвинять жителей западного побережья Вестероса в чёрствости и предвзятости к беднягам с Железных островов, необходимо внимательно присмотреться к ним самим. Если кто-то думает, что после подавления восстания Бейлона железнорождённые перестали вдруг заниматься пиратством, то он глубоко ошибается. Любой корабль, вышедший в море и направившийся севернее Щитовых островов, рискует подвергнуться и, скорее всего, подвергнется нападению пиратов. Спутниковых телефонов, радио, телеграфов, пейджеров ни у кого в Вестеросе нет, так что сообщить о личности и приметах нападавших некому, ибо мало кто, а чаще и абсолютно никто не переживает сии нападения. Корабли тонут, экипаж вырезается, товары исчезают. Мистика да и только, но местные с чего-то уверены, что здесь не обходится без люда с Железных островов. И кто бы, что ни говорил… да, нападения на прибрежные поселения «неизвестных» тоже случаются. Но значительно реже.