Текст книги "Merry dancers (СИ)"

Автор книги: Anya Shinigami

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 45 страниц)

– Извинения приняты, – холодно сказал Том, уже собираясь вернуться к ужину, но тут заметил, как Крауч схватил злосчастную игрушку и начал вертеть в руках.

– Да это просто произведение искусства! – наигранно стал восхищаться он. – А главное, как реалистично выглядит пятачок, – потыкав пальцем в пуговицу с двумя дырками, Каспар посмотрел на улыбающуюся рэйвенкловку, – ну прямо настоящая свинья!

Аврора сдвинула брови и насупилась, а к их компании уже стали прилипать взгляды других зевак.

– Это не свинья, а медведь! – со всей серьезностью поправила она.

Игрушка оказалась в руках у Блэка, он критично разглядывал её, а потом с умным видом покидал из ладони в ладонь, явно раздумывая, что бы ляпнуть.

– Нет, всё-таки свинья! – с видом знатока заключил он.

Том с недовольством посмотрел на него, пытаясь остановить эти детские забавы, но взгляд был проигнорирован; похоже, Цигнусу мало выслушанных за сегодня нравоучений за попытку поквитаться с Лонгботтомом.

– Это не свинья! – возмутилась она, грозно сверкнув глазами.

– Свинья! – парировал Блэк, ввязываясь в перепалку.

– Медведь!

– Свинья-я!

– Медве-едь!

– Свинья!

– Свинья!

– Медведь! Ах, ты… – стукнул кулаком по столу Цигнус.

– Вот, я же говорила! – весело перебила Аврора, высунув язык, заставив даже вечно безучастную Друэллу усмехнуться.

– Так, хватит! – неожиданно оборвал Том и отобрал свой подарок у Цигнуса, смеющегося уже над собой за то, что попался на старую как мир уловку. – Спасибо, Аврора, очень мило с твоей стороны! – заставил он себя улыбнуться.

Блэк тыкал в девушку пальцем, пытаясь сдержать хохот.

– Ты меня подловила, вот молодец!

Слизеринцев редко удавалось видеть с беззаботными улыбками на устах, казалось, что они просто не способны дурачиться кроме как по поводу чьих-то неудач или казусов, и Малфой был рад видеть, что и на его факультете происходит нечто искренне веселое. Это было так странно, что он и сам заулыбался, а еще это серьезное выражение лица Риддла, который явно чувствовал неудобство, сжимая в руке такой оригинальный подарок. Аврора Уинтер – девушка, заставляющая смеяться.

– Дай пять! – продолжая хохотать, сказал Цигнус, и Аврора ответила, хлопнув ладонью в ладонь. – О, сильный удар, ты не занималась боксом?

*

Аврора заключила в объятия Джоконду, идущую к ней навстречу после того, как завершился балаган со слизеринцами, и они стали расходиться с ужина.

– Привет, Джеки, я очень скучала, – пропела девушка прямо ей в ухо.

– Я тоже, Аврора, – ответила та, заставив себя улыбнуться. – Я вернусь, мне надо зайти к директору, а потом можем увидеться.

После лицезрения сцены с игрушкой, Джеки даже на мгновение удалось искренне улыбнуться впервые за полтора месяца, и она не услышала слов соболезнования от Уинтер, что, кстати, тоже было облегчением.

Аврора кивнула, проводила её взглядом до боковых дверей Большого зала и пошла к Элоис и Мередит, чтобы всё разузнать.

*

Коридор уже опустел, и Абрахас покинул Большой зал последним из слизеринцев. В кармане брюк лежала эта странная игрушка, но он и не думал от нее избавляться, а вот второй счастливый обладатель, похоже, был иного мнения. Абрахас застал именно тот момент, когда мишка-свинья полетела в урну, но не попала, а равнодушный слизеринский староста пошел дальше.

– Эй, Риддл! – сам от себя не ожидая немного грубо позвал Абрахас.

Том обернулся, на миг на его лице появилось выражение легкого удивления: мало того, что его окликнул какой-то новенький, да еще и в таких интонациях.

– Чего?

– Подарки обычно не выбрасывают, – назидательно продолжил он, сложив руки на груди.

– Тебе-то какое дело? – злобно спросил Том. – Свой можешь хранить под подушкой.

Вот он – настоящий Том Риддл без маски и приличий, раздраженный

добротой Авроры. Где же наигранное благородство и доброжелательность? Малфой скопировал выражение лица сокурсника и надменно поднял подбородок.

– Не ценишь чужого труда? Она, вообще-то, старалась, – Абрахас с удовольствием отметил, что Том совершенно неспособен выносить чьих-либо нравоучений.

– Малфой, я не очень-то понимаю, – с расстановкой начал он, – чего ты добиваешься? Хочешь, чтобы я сохранил эту игрушку на память? Не смеши. Уинтер абсолютно чокнутая, ты сам видел, мне ни к чему её подарки.

Том все больше выходил из себя, но Абрахас так просто не собирался отступать, он открыл рот, чтобы снова ткнуть Риддла в невежество, но, к удивлению, его перебили:

– Он прав, – послышался девичий голосок, – и Аврора не чокнутая, Том, она замечательный и добрый человек, и ты не имеешь никакого права говорить о ней подобные вещи, – тон был строг и поучителен.

Малфой обернулся, чтобы увидеть за собой бесшумно подкравшуюся девушку, которую не видел в Хогвартсе за прошедшие две недели семестра. Немного бледновата, но, в целом, даже красива, а синие глаза сейчас выражали долю презрения к старосте. Том вообще, казалось, готов был разорвать в клочья двух нападающих на него студентов.

– С возвращением, мисс Смит, – наигранно доброжелательно сказал он, – и спасибо, что лезешь не в своё дело.

Она усмехнулась как-то устрашающе, а ведь Том помнил её совсем другой – светлой и приветливой девочкой, дрожащей от каждого его случайного взгляда. Удивительно, как людей меняет смерть. Конечно же он знал, что ей пришлось пережить, и как сильно Джоконда смогла повзрослеть за прошедшее лето, но никто не давал ей права так с ним разговаривать. Давно уже Том не испытывал такой злости и неприязни.

– Она моя подруга, – Джеки подошла к урне и, опустившись на корточки, достала из-за ведра завалившегося туда медвежонка; стряхнув с него пыль, она внимательно посмотрела в черные глаза Риддла и протянула игрушку ему. – Возьми, и впредь знай: такие люди, как Аврора, никогда не делают чего-то из корыстных побуждений, – оценив страшненькую на вид игрушку, она продолжила: – Она сделала его и подарила от чистого сердца. Будь чуточку благодарнее и не разбрасывайся такими подарками, – на миг почудилось, что в её глазах проскользнул огонек грусти.

Том готов был взорваться, но вовремя сдержал эмоции, снова используя непроницаемую маску. Он слишком много позволил себе за эту короткую встречу с Джокондой и Абрахасом, никто не должен знать, что и у него случаются всплески агрессии. Да Том и сам удивился, чем же его так взбудоражила эта ситуация?! Может, именно потому, что подарок действительно сделан от чистого сердца? Он принял игрушку у девочки и почему-то почувствовал, как на плечи взвалили неподъемную гору камней. Всего лишь глупый подарок, но из-за этого ему стало как-то не по себе.

– Вы закончили? – спокойно спросил он, но ребята ничего не ответили, и тогда староста просто ушел, в очередной раз за сегодня почувствовав себя идиотом из-за Уинтер.

Джеки повернулась к Абрахасу и с улыбкой протянула руку.

– Меня зовут Джоконда Смит, я на шестом курсе Хаффлпаффа.

Она ощущала странное тепло, когда пожимала руку молодому человеку, потому что вместе они сделали что-то правильное. Джеки отвоевала частичку души Авроры и почувствовала себя вдвое легче, ведь и в её кармане лежало воспоминание.

– Абрахас Малфой, – ответил он невольной компаньонке. – Рад познакомиться…

====== Возвращение блудницы ======

После чистки зала наград у Цигнуса сильно болели мышцы, он и представить не мог, что простая уборка может быть таким испытанием даже для натренированного тела. Особенно ныли руки, но больше всего из-за наказания Норрис беспокоило недосыпание. Чувствовал себя плохо не только он, но и Крауч, а также Прюэтт со своей шайкой, составившие ему компанию в этом нелегком деле. И как держаться на метле, когда он так сильно устал и не выспался? С выпуском Розира капитану команды Слизерина по квиддичу пришлось искать замену охотнику, а из-за наказаний Цигнус мог выкроить время только утром перед занятиями.

Сонные и зевающие слизеринцы держались небольшой группкой на стадионе и наблюдали за тем, как Блэк парит над полем, разминая косточки, ну и, конечно же, демонстрирует свои летные навыки новичкам. Каспар совершенно не желал уподобляться ему и, облокотившись на метлу, практически дремал, изредка с силой вздыхая.

Воздух над утренним Хогвартсом был сырым, кое-где занимался туман, погружая небольшие участки земли в белую пелену, от Запретного леса доносились странные звуки, издаваемые обитавшими там животными. Количество желающих попасть в команду постепенно прибавлялось – сюда спешили возбужденные второкурсники, наверное, единственные из всех, кто не зевал каждую минуту. Первый курс в квиддич не играл, и вот едва подросшие дети стремились доказать, что и молодежь сможет произвести впечатление высшим пилотажем в небе. Были и те, кто даже правил не знал, они и в прошлом году составляли толпу на стадионе.

Каспар проснулся от собственного всхрапа, лениво открыл глаза и сначала не понял, почему находится не в собственной кровати; в следующую секунду он едва не упал на траву вместе с метлой в придачу, забыв, что находится в вертикальном положении. Голоса слизеринцев становились громче, в толпе слышались восклицания и споры. Каспар сдул челку и посмотрел в небо, где туда-сюда сновал Цигнус.

– И не сидится ему на месте, – недовольно пробурчал он, зевая и поглядывая на часы.

Через пять минут начинался отбор, он оглядел толпу, состоящую из пары десятков студентов, а также их спортивный инвентарь – интересно, что Бэгмен хочет показать на первом Чистомете? Да школьные метлы и то новее, и где он раздобыл такую древность?

– Эй, Людо! Ты на этом летать собираешься? – усмехнулся Каспар.

Третьекурсник, скептически приподняв бровь, посмотрел на него и хмыкнул:

– Эта метла – всем мётлам метла! – гордо заявил он, с любовью оглядывая свою развалюху.

– Школьные метлы и то новее. На какой помойке ты её отрыл? – спросила Дженна – охотница команды. – Там еще есть? Я тоже хочу!

Но мальчик явно не расстроился из-за подколов, а с невозмутимым видом провел ладонью по гладкому древку раритета.

– Поверь, эта метла намного лучше твоего Пороха, – со знанием дела поведал Людо и для верности кивнул.

Порох была последней моделью, она отличалась рулевыми качествами. Хороший выбор для девушки.

– Не думаю, что твоя рухлядь меня обгонит в небе, – парировала она, но мальчик лишь улыбнулся.

– Посмотрим, и я докажу, что первый Чистомет лучше всех последующих моделей, а твоя метла начинает вибрировать на скорости пятьдесят миль в час.

Пока слизеринцы спорили, чья метла лучше, Каспар увидел еще одного студента, желающего заполучить место в команде. Малфой был настолько пунктуален, что пришел на поле без одной минуты восьмого, как раз когда с небес спустился Цигнус. В руках Абрахас нёс Комету 180, несмотря на год выпуска – 1938, она до сих пор считалась лучше и дороже Пороха Дженны Шелли. Каспар и Блэк сами предпочитали эту модель.

– Внимание! – перекричал Цигнус голоса слизеринцев. – Разбейтесь на группы по пять-шесть человек и по моей команде в воздух!

Студенты послушно закивали и стали седлать мётлы; когда первая группа взлетела, Цигнус повернулся к Каспару:

– Да… и на что они рассчитывают? – произнес он, наблюдая, как запутавшийся в своей спортивной мантии студент пытается вернуть управление метлы, кидающей его из стороны в сторону. – Как думаешь, что из себя этот Малфой представляет? – перевёл Блэк тему, потеряв интерес к фигуркам, хаотично снующим по небу.

– Эй, Абрахас! – сложив руки на груди, позвал Крауч. – Ты играл раньше?

Лениво повернув голову в сторону двух слизеринцев, Абрахас, казалось, думал, стоит ли отвечать на не очень-то вежливый вопрос:

– Да, в Шармбатоне, за одну из команд, – все же решив удостоить их такой чести, ответил он.

Цигнус и Каспар с умным видом переглянулись и закивали друг другу, как нахохлившиеся голуби. Абрахаса не очень интересовало их мнение насчет его способностей, ведь, судя по полету первой группы, равные ему вряд ли найдутся. Одна девочка чуть не соскользнула с метлы, заходя в крутой поворот. Смертная скука в этой школе одолела Малфоя, и он решил, что стоит занять себя хоть чем-то, а квиддич всегда был одним из его любимых занятий, жаль только, что капитан команды не совсем устраивал Абрахаса. Нет, спорить нет смысла – летает Блэк хорошо и уверенно, и вратарь из него, наверное, неплохой, с таким талантом уворачиваться, но как человек Цигнус ему не нравился, а судить можно было по недавней стычке с гриффиндорцами, попыткой поиздеваться над Авророй Уинтер и её подарком. Вероятно, неприязнь исходила из знания, что Цигнус был прихвостнем Тома, а к Риддлу сложно было остаться равнодушным. Однако, несмотря на тесное общение со старостой, его друзья не были на него похожи, уж они точно напоминали подростков, правда, с манией величия.

– Все вниз! – крикнул Блэк и свистнул в медный свисток, прикрепленный на цепочку к нагрудному карману спортивной мантии. – Долохов, останься, остальные свободны.

Послышались недовольные возгласы и даже ругательства в сторону капитана команды, а мальчик с кудрявыми волосами, которого оставили на очередной отбор, победоносно улыбался, провожая проигравших соперников взглядом. Еще один самодовольный слизеринец. Казалось, что Каспар и Цигнус оставляют только себе подобных.

– Вторая группа, в воздух! – даже не взглянув на ребят, приказал Блэк.

Из второй группы отобрали сразу троих, из третьей только одного. Малфой поднялся в воздух с последней. Уверенно направляя метлу вверх, он сразу же получил одобрительные крики со стороны действующих членов команды, правда, вот незадача: разглядывая разгорающуюся ссору на стадионе, Абрахас едва не врезался в девочку, замершую в воздухе у него на пути. Эта пятикурсница с забавными длинными косичками уже не раз была замечена в наблюдении исподтишка за Цигнусом и Каспаром, а когда они её замечали, она глупо улыбалась, краснела и убегала. Блэк и Каспар стали мельтешить внизу, растаскивая, кажется, Бэгмена и задиристого Долохова.

Кружить по полю в обществе малышей было скучно, и Абрахас наплевал на желание попасть в команду, он стал спускаться к земле. Внизу происходило что-то невообразимое: катаясь по земле, двое слизеринцев били друг друга куда попало. Кудрявые волосы Долохова уже были покрыты грязью, а у Бэгмена оказалась рассечена губа.

– Эй, Малфой, я еще не говорил спускаться! – крикнул Блэк, глядя, как вслед за Абрахасом стали приземляться остальные. Правильно, не нужны лишние силы в потасовке. Блэк кинулся на влажную траву, забыв о нежелании пачкаться, и попытался разнять разъяренных детишек.

– Конфундус!

Малышей словно веревками оттащило друг от друга, и это дало возможность Цигнусу встрять между ними; капитан команды с удивлением уставился на Малфоя, пославшего заклятие.

– Так, вы оба, еще раз повторяю: если не успокоитесь, то о месте в команде можете забыть! – со злобой проговорил он.

– Но Людо бил меня метлой! – заворчал Долохов, потирая макушку и морщась от боли набитой шишки.

Цигнус вздохнул и ударил себя по лбу ладонью, да с такой силой, что остался красноватый отпечаток.

– Последняя группа! – позвал он, стараясь успокоить дыхание. – Малфой остается, остальные свободны!

– Это интересно, по какой такой причине остается Малфой, ты даже за полетом не следил! – возмутился мальчик в смешной спортивной жилетке, которая была мала ему на пару размеров. – Нет, так не пойдет, это за то, что он Конфундус послал в Антонина и Людо?

Выражение лица Цигнуса было невозможно передать словами: казалось, что еще секунда – и он просто гавкнет на парнишку, посмевшего обжаловать его решение. Еще больше устрашения его виду придавали каштановые волосы, сползшие на лицо, а за губами, превратившимися в тонкую линию, могли скрываться звериные клыки. Наглость попытавшегося оспорить его решение постепенно превращалась в маску непонимания, а потом в осознание того, что можно сейчас услышать от обозленного Цигнуса.

– Ммм… пожалуй, я пойду, – сказал мальчик, практически не шевеля губами и, подобно крабу, бочком делая несколько шагов в сторону из толпы.

Каспар как никто другой знал, что лучше не трогать друга в таком состоянии, но, похоже, Цигнус нашел силы взять себя в руки и не дать выхода агрессии.

Когда на поле остался только старый состав и шестеро отобранных претендентов, капитан разделил всех на две команды: новички, естественно, играли за охотников. Малфой с удивлением отметил, что у него все же есть соперник. Кто бы мог подумать, что первый Чистомет может дать такого жару? Людо Бэгмен носился по полю подобно вихрю, за счет его небольшого веса метла была быстрой, в проворности и финтах мальчик выигрывал у Абрахаса. А вот Цигнус думал иначе, он наблюдал именно полет Малфоя, а не Людо, которому кружение по небу казалось интереснее, чем попытки забить мячи в кольца.

Абрахас несся напрямик к воротам и не боялся встречать бладжеры на пути. Его маневры не удавалось угадывать: сейчас он летит прямо к центральному кольцу, резко замахивается в левое, куда Цигнус молниеносно рвется, но квоффл летит все же в центр. Обманные маневры, а иногда и прямые попадания. У Абрахаса был поставлен бросок, он забивал и с довольно дальних расстояний, но Людо, конечно же, не отступал ни на шаг, однако из-за невнимательности в него часто попадали шары-вышибалы. Ребята имели совершенно разный стиль, но и выкидывать обоих из команды было бы преступлением…

Цигнус колебался с речью, прекрасно понимая, что его команде нужны лучшие игроки. Дженна всегда была хорошим охотником, она в команде со второго курса вместе с самим Блэком, Кребб, несмотря на свой рост и вес, тоже неплохо справлялся за счет силы удара, сносящей вражеского вратаря прямо в кольцо вместе с мячом и метлой. Претенденты смотрели на Цигнуса: кто-то топтался от нетерпения на месте, Долохов бросал в Людо и Малфоя злые и завистливые взгляды, понимая, что их не обойти. Все всё поняли сразу. Бэгмен абсолютно спокойно выпрямлял выбившийся из метлы прут – он был уверен в себе, то же можно было сказать и о его главном сопернике.

– Итак, – сказал капитан команды, хлопнув в ладоши. – Думаю, что я нашел решение, которое устроит вас обоих, – игнорируя остальных претендентов, обратился Цигнус сразу к Малфою и Бэгмену. – Вы оба приняты.

Абрахас удивленно посмотрел вниз на хрупкого мальчика на четыре курса младше него и скептически изогнул бровь, абсолютно не желая принимать то, что какой-то сопляк доплюнул до того, чтобы быть ему равным.

– Но место только одно! – запротестовал Людо, озвучивая общие мысли.

– Кто-то из вас будет запасным, но это мы решим во время тренировок, – безапелляционно заявил Цигнус.

– Но я…

– Бэгмен, заткнись! – осек Каспар, понимая, что у Цигнуса уже нет сил препираться с младшекурсниками. – Если хочешь быть в команде, соглашайся с условиями…

Было приятно и неожиданно найти человека, с которым можно просто поговорить и рассказать то, что не можешь поведать другим. Он – как затянувшаяся встреча незнакомцев на остановке или визит к психологу, но которому не нужно выворачивать душу наизнанку. С виду сдержанный, холодный, благодаря цвету глаз, а внутри интересный и легкий в общении. Джоконда не могла понять, что их связывало, и почему вот уже во второй раз они просто сидят на улице на берегу Черного озера и разговаривают о жизни, о судьбах, о людях и даже о квиддиче? Абрахаса взяли в слизеринскую команду, только казалось, что он вовсе не рад этому, а азартность к игре куда-то испарилась, стоило только поучаствовать в первой тренировке.

Нет, они не были друзьями и не собирались ими становиться – он не приглашал её на свидания и не стремился угодить, Абрахас был просто парнем в чужой стране, со своими проблемами и заботами, а она – потерявшей семью девушкой, не способной вернуться в привычный мир. Даже Элоис и Мередит стали какими-то далекими, и Джоконда частенько отказывалась от встреч с ними, чтобы побыть одной.

Он вертел в руках какую-то бумажку, возможно, ненужный старый чек, а сам смотрел вдаль. Через Черное озеро располагался Хогвартс, сегодня были сплошные облака, и замок смотрелся мрачновато, но, все же, не менее красиво. Каменные стены и свинцовое небо создавали черно-белый пейзаж, разрушали графику только листья – кое-где еще зеленые, но в основной массе багряные и желтые. Не будь ветра, деревья еще долго могли бы быть украшены золотыми шапками. Абрахас находился в задумчивости, позволяя Джоконде себя разглядывать. Аккуратные линии подбородка и скул, ровный нос, и цвет волос практически такой же, как и у неё самой. Его можно назвать красивым, но он совершенно не такой, как Том. Странно было их сравнивать, но Джоконда почему-то вспомнила именно прошлого возлюбленного, оценивая внешний вид нового знакомого. Риддл был красив, но какой-то неживой, холодной красотой – это впечатление создавалось невероятно ярким контрастом бледной, практически белой кожи и черными как смоль волосами. А еще взгляд таких же черных глаз заставлял мурашки бежать по спине, но не из-за симпатии к этому парню, а из-за чего-то, что исходило изнутри него. Раньше Джеки не замечала этого, однако с тех пор как с ней приключилось ужасное горе, многое изменилось, тем более восприятие Риддла, восприятие парня, который казался идеальным, не таким, как все…

В этом и была загвоздка: Риддл был другим – это чувствовалось сразу, его можно было сравнить с фестралом. Не поддается логическому объяснению, но с тех пор как Джоконда стала видеть этих тварей, она словно различила в Томе что-то, что раньше было незаметным, невидимым, только все её непонятные ощущения невозможно было понять и обосновать. Она никак не могла осознать, что не так с его глазами, раньше в них чудилась бездна, загадка, романтика, а теперь… Нечто отталкивающее, мертвое…

Она упорно старалась найти оправдания своим ощущениям, но почему-то… почему-то поняла, что всё еще интересуется им, только не той детской любовью и желанием постоянно попадаться на глаза. Чувства стали другими, размеренными, куда-то пропала неловкость при встрече с ним, теперь ей было легче пройти мимо, поучаствовать в случайном разговоре или даже поспорить.

– Джеки! – донесся радостный голос. Ребята обернулись и увидели Аврору, закутанную в теплую мантию с мехом немного не по погоде, словно она собралась в долгий путь: её волосы нещадно трепал ветер, разрывая белоснежные пряди. – Ой, я не вовремя, да? – смущенно сказала она, поглядев на Абрахаса.

– О, это ты, девочка, которая всегда приносит с собой улыбку? – хихикая, спросила Джоконда.

– И подарки, – продолжил Абрахас, уголки его губ невольно поползли вверх. – Присаживайся, – он немного подвинулся, чтобы освободить Авроре место. – Как твои дела?

– Ужасно, профессор МакКалог отказался вести у меня дополнительные занятия, – надув губки, как будто это было мировой катастрофой, сказала она, занимая место на лавочке. – Джекс, а как тебе профессор Уидмор? Мне кажется, что он замечательный преподаватель, тем более древние руны – такой сложный предмет, а он все так понятно объясняет! – явно занимаясь рекламой, сказала она; создавалось впечатление, что Аврора пришла сюда, чтобы спросить именно это.

Она почему-то тараторила и озиралась по сторонам. Джоконда наблюдала за тем, как лист клёна, кружась, спускается с дерева, но ему так и не удалось коснуться земли: поток ветра поднял целый ворох листьев и понес к самой кромке берега, чтобы рассыпать багряный ковер на воду.

– Ну, не знаю, профессор Гамбит был очень хорошим профессором, но… Я пока не задумывалась о том, какой из Уидмора учитель, у меня только два урока было, – пожав плечами, ответила Смит.

Разглядывая беспокойную гладь Черного озера, Абрахас сначала и не заметил, как маленькая ручка касается его волос. Он удивленно взглянул на Аврору – та рассматривала небольшой красный лист клёна, снятый с его волос.

– Я знаю, что его пыталась заполучить к себе моя прошлая школа, – поведал он, наблюдая, как новый листик спускается вниз и застревает в белоснежных волосах Авроры. Может, стоит его снять? Абрахас быстро выкинул из головы эту мысль, но, все же, Уинтер листик с его волос сняла, пускай это был и совершенно безобидный жест. Странно думать о том, что в принципе не имеет никакого смысла. – У тебя лист в волосах, – сказал он как-то неуверенно.

– Ну так сними его, – спокойно ответила Аврора, не поворачивая головы, увлеченно разрывая листик так, чтобы остались одни жилки.

– Эм… ну ладно, – ответил он, повинуясь. – А что ты тут делаешь одна, на другой стороне озера?

– Гуляю, – машинально ответила она, словно ожидая вопроса. – Надеялась, что выглянет солнце до заката, но, видимо, скорее начнется ливень. О, кажется, на меня капнуло, – сказала она, скосив взгляд к кончику носа, на котором кругляшком расположилась небольшая капелька воды; стирать Аврора её не стала, а наоборот подняла лицо к небу. – Люблю дождь, – пояснила она зачем-то.

Джоконда же, напротив, не была сторонницей дождя – непогода навевала слишком много грустных мыслей, поэтому она накинула капюшон и встала с лавочки.

– Вы идете в замок? – спросила она, поправляя помявшуюся мантию.

Абрахас заметил, как у Авроры поджались губы – она сегодня какая-то подозрительная, но ответ пришел сам собой, когда невдалеке появилась фигура человека. Так она здесь не просто гуляла, а ожидала кого-то. Свидание?

– Это Хагрид? – удивленно спросила Джоконда, глядя в сторону приближающегося силуэта, который по росту превосходил МакЛагена – самого высокого парня в школе. – Аврора, я слышала, что ты с ним общаешься, но разве ты не помнишь, что я тебе о нем говорила?

Возмущение Джоконды не прошло мимо, хоть Аврора всегда была эталоном непосредственности и невозмутимости, сейчас она, казалось, словно домашний эльф поджала ушки, а невинный взгляд явно не получался.

– Знаешь, Джекс, все, что о нём говорили – бред, – собравшись с духом, сказала Аврора. – Я вообще не понимаю, как его в чем-то можно обвинять. Хагрид очень добрый и интересный собеседник, хоть иногда и не может сформулировать слов. Ты бы знала, как трепетно он относится к животным…

– Вот об этом я и говорю! – перебила Смит: она и не заметила, что слишком сильно повысила голос на подругу, Абрахас же смотрел на неё с непониманием. – Между прочим, это из-за его паука погибла Миртл! А ты общаешься с ним, как будто ничего не произошло!

– Но он не должен быть изгоем! – возразила подруга. – Джеки, что с тобой? Почему ты так злишься?

– Он именно изгой, Аврора! – чуть ли не рявкнула та, сжимая кулаки до белизны костяшек.

– Миртл? Кто это? – услышав незнакомое имя, вдруг переспросил Абрахас, поднимаясь с лавочки и вглядываясь в приближающегося Хагрида.

У Хагрида было совершенно детское выражение лица, даже глуповатое, но вот рост… Он действительно был высоким и широким в плечах, а нерасчёсанные волосы и поношенная на вид одежда придавали ему вид давно заблудившегося в лесах путника.

– Пойдем, я расскажу тебе, а ты будь осторожнее, – пальчиком пригрозила Джеки, стараясь умерить свой пыл.

Она ощутила неподдающуюся объяснению тревогу, но не из-за того, что Аврора так легкомысленно отнеслась к её предупреждениям. Странно, беспокойство исходило из собственной реакции, уж слишком она была… злой. Не стоило повышать голос, и теперь в голове творилось что-то невероятное, словно Джеки только что нарушила какой-то закон.

– Увидимся, – бросил Абрахас вполне дружелюбно, накинув капюшон из-за начинающейся мороси.

Аврора слабо улыбнулась вслед друзьям. Джоконда никогда еще не кричала на нее, даже тогда, из-за идиотских ситуаций с Томом, но сейчас с ней что-то происходило. Скорее всего, смерть родителей и брата повлияла на её характер. Вспыльчивость не шла этой милой энергичной девушке.

Хагрид стоял в сторонке, он даже попытался спрятаться за деревом, но получалось скверно. Из-за ствола дерева хорошо проглядывались широкие плечи и торчащие в разные стороны волосы. Аврора подошла к другу и неловко спросила:

– Ты всё слышал, да? – поинтересовалась она, поглаживая мальчика ладонью по плечу.

Карие глаза такого юного, но уже побитого жизнью подростка, которого просто изгнали из волшебного мира за его неординарность, были влажны.

– Ничего, Аврора, ты, это, зонт не захватила? – спросил он, шмыгая носом. – А то дождь занимается, а ты знаешь, Дамблдор меня отругает, если ты заболеешь.

Она улыбнулась.

– Не говори ерунды, Руби, – ответила Аврора, – дедушка не станет тебя ругать из-за таких мелочей.

– Он очень добр ко мне, и он, думаю, не будет в восторге от того, что я потащу тебя в лес в такое время, – Хагрид указал пальцем в небо, где тотчас громыхнула молния. – Скоро закат.

– Ну, ты же хочешь показать мне что-то очень интересное? Я думаю, дедушке не обязательно знать, что мы пошли в Запретный лес так поздно, – Аврора с удовольствием смаковала слово «дедушка», которое совсем недавно стала употреблять в разговорах с Дамблдором, и тот был очень рад этому, несмотря на непрямую родственную связь.

Хагрид выглядел уставшим и невыспавшимся, что обеспокоило Аврору. Он указал на тропинку, ведущую к его домику, и они двинулись в путь.

– Что произошло, Руби? – спросила она, рассматривая глубокие тени, залегшие под его глазами. – Ты выглядишь больным. Будешь лимонные дольки? – спросила она, доставая из кармана пакетик сладостей.

– Нет, спасибо, – помотал головой лесник и продолжил говорить: – Я просто немного не выспался и заблудился в лесу сегодня ночью, но ты не переживай, благодаря этому я нашел кое-что очень увлекательное, – не дав ей раскрыть рта, он замахал руками и затараторил: – Я в порядке, честно! Я нашел его, Аврора, нашёл! – улыбка на его губах сразу стерла все недомогания, Хагрид сиял как фея на Рождество.

– Что нашел? – повинуясь мимолетной игре «вопрос-ответ», спросила она.

Мальчик остановился и схватил её за плечи, не понимая, что может напугать. Он затряс Аврору с такой силой, что она едва устояла на ногах.

– Я, Аврора, нашел его! Нашел Северное сияние, идем, мы, это, должны до заката успеть, да! – Хагрид от возбуждения путал слова. – Я должен показать тебе!..

– По-моему она не слишком-то заинтересована в общении с нами, – расстроено вздохнула Мередит, усаживаясь на подоконник в коридоре третьего этажа. – Когда это Джеки так от нас отдалялась?

Элоис откинула тоненькую косичку за спину и безучастно выглянула за окно, за которым моросил дождь, оставляя на стекле совсем крохотные точки воды. Солнце давно скрылось, Хогвартс погрузился в темень и сырой туман. Едва можно было разглядеть огоньки соседней башни. Странно, но у Хагрида в избушке не было света, хотя даже в самую ужасную погоду в его окнах виднелись мигающие огоньки свечей и камина.