Текст книги "Я – Легенда! Дилогия (СИ)"

Автор книги: Жорж Бор

Соавторы: Юрий Винокуров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 33 страниц)

Фёдор Григорьевич вернулся к своему месту у стола и сел. Жест был неожиданно спокойным, усталым. Но оба стоявших перед ним человека подобрались сильнее.

– Космачёв, – произнёс граф с той интонацией, с которой говорят о давней и привычной головной боли, – немедленно воспользовался тем, что наши позиции ослабли. Предсказуемо. Он всегда так делает, потому что ему не нужно искать поводов, ему вполне достаточно вашей глупости, чтобы создать повод из воздуха. Вы оба ему этот повод подарили. – Он посмотрел сначала на племянника, потом на виконта. – Щедро. Очень щедро.

Виктор наконец решился.

– Дядя, этот Орлов явно не тот, кем кажется. Он…

– Я знаю, – перебил его граф. – Я это понял вчера. – Голос остался ровным, но в нём появилось что‑то, чего в нём не было раньше, уже не злость и не раздражение, а нечто холодное и задумчивое. – Именно поэтому твоя оплошность стоит вдвойне дороже. Потому что теперь я не могу действовать открыто. Потому что Совет услышал обвинения. Потому что Болотов уже дал задание своим псам, а Горюнов откровенно злорадствовал, ведь вернув ему долг, я не получил абсолютно ничего! – граф стукнул кулаком по столу. – Долг прощён, а результата нет. Это называется убыток, Виктор. Убыток, который вы оба мне обеспечили!

Тишина в кабинете стала абсолютной.

– Вы оба свободны, – сказал граф. – До следующего раза. – Он раскрыл папку на столе и взял в руку тонкий карандаш, давая понять, что разговор окончен. – Если в следующий раз у вас возникнут подобные трудности, я не стану их решать. Ни для кого из вас двоих. Вы меня понимаете?

Оба, без лишних слов, просто утвердительно кивнули головами и глубоко поклонились.

Граф уже не смотрел на них. Он смотрел в бумаги. Дверь за двумя виконтами закрылась практически бесшумно, а главе великого рода предстояло решить сложную задачу. Как решить возникшую проблему с выскочкой‑бароном и не разбить корабль своего рода о скалы интриг других членов совета. Причём, решать этот вопрос надо было максимально быстро.

Глава 3

– Мы ведь не подписывали с ним ничего, Мастер? – неожиданно спросила у командира отряда Ульяна. – Никаких документов или чего‑то такого? Только устные договорённости?

– Он числился в нашем отряде, – отрешённо глядя на меня, ответил Мастер. – И мы получили деньги с его счета. А туда они попали от казначейства.

– Тогда нет смысла переживать и нас всё равно вырежут до последнего, – флегматично пожала плечами девушка. – Считаю, что стоит продержаться подольше, раз уж нам всё равно конец.

– Да о чём вы? – недовольно спросил я. – Сначала Овчинников со своими намёками, а теперь вы непонятно что тут устроили!

– Орлов – одна из десяти проклятых фамилий, – сообщил Ваня. – Все это знают. Черные имена, которые достаются будущим смертникам. Ещё ни один носитель такой фамилии не прожил дольше года.

– Из того, что я знаю, был случай с Пожарским, – добавил Саня. – Дикий барон получил фамилию и умер на выходе из зала великих родов от сердечного приступа. Чёрное имя так повлияло. А так он рунником был и даже на лечении вроде специализировался.

– Больше месяца редко кто протягивал из таких счастливчиков, – глядя мне прямо в глаза, произнёс Мастер. Этот человек точно был далёк от суеверий и глупых слухов, но сейчас был абсолютно серьёзен. – С фамилиями из чёрного монолита книги имён не шутят, барон. Я вынужден просить о том, чтобы вы освободили мой отряд от наших обязанностей.

– Как только мы вернёмся на территорию баронства, – хладнокровно кивнул я. У каждого должен быть свой выбор и свой путь. Если всё настолько серьёзно, то я не могу удерживать Святых силой. Они и так мне очень помогли. – Но тогда по пути нужно заехать в магазин техники и купить мне планшет и телефон для связи. Какое‑то время покидать свои владения я не смогу.

– Это всё, что сейчас тебя интересует? – воскликнула Ульяна. – Тебе досталась одна из чёрных фамилий, хотя ты и до этого уже практически начал войну против целого великого рода, а сам думаешь только про телефон?

– Не только, – улыбнулся я. – Ещё меня интересует история тех людей, чьи имена почему‑то оказались в чёрной части книги. Думаю, Мастер сможет мне рассказать об этом, пока мы едем до баронства?

– Только в общих чертах, – тут же обозначил свою позицию командир отряда Святых. – Всё знают только архивариусы Императора, но они вообще ни с кем не общаются, кроме государя.

– А ты откуда об этом знаешь? – удивлённо посмотрел на Мастера завхоз. Вопрос озвучил Михалыч, но он отчётливо читался на лицах всех остальных.

– Следи за дорогой! – рыкнул в ответ Мастер. – Не хватало ещё сбить кого‑то из жителей полиса по пути!

– Барон сказал, что ему магазин нужен, – проворчал в ответ Жлоб. – Вот я и еду к магазину!

Машина действительно вильнула к обочине и остановилась в крохотном кармане между какой‑то крошечной машинкой и мопедом. Выглядело это так, будто боевой слон пытается притвориться домашней собачкой. Удивительно, но никого из прохожих подобное соседство не удивляло. Будни жизни полиса были полны встречами с военными, наёмниками и аристократами.

– Я схожу, – выбравшись из своего боевого кресла, произнёс Саня. – Что брать?

– Что‑то простое, но с максимально мощной батареей и большим запасом прочности, – ответил я и посмотрел на Мастера. – Я слушаю.

– Каждая из десяти проклятых фамилий когда‑то принадлежала очень могущественным аристократам. Ещё задолго до Сопряжения, они влияли на политику не только Российской Империи, но и всего мира. Пожарские, Разумовские, Ожеговы, Антиповы, Орловы… По сути, эти фамилии должны были достаться аристократам с летающего острова. Некоторые из «чёрных» даже правили страной некоторое время.

– Долго? – поинтересовался я. О временах до Сопряжения в моей памяти почти ничего не сохранилось. Пропали целые куски, и я надеялся, что смогу зацепиться за какие‑то детали, чтобы помочь себе вспомнить.

– Никто не знает, – покачал головой Мастер. – То были очень смутные времена, полные потрясений и страшных событий. Вроде бы в императорском архиве есть целая закрытая секция о последней правящей династии. Но потом случилось Сопряжение и после него новый император взял себе фамилию Романов. С него началась династия, которая правит страной по сей день.

– Интересно, но непонятно, – немного подумав, признал я. – Если эти фамилии такие плохие, то почему их всё ещё выдают новым аристократам?

– Сейчас власть строится не так, как до Сопряжения, – присоединилась к беседе Ульяна. – После большой войны пяти рас, настоящих аристократов не осталось, но зато осталась их история. Чтобы государство совсем не скатилось в дикость, новым императором была создана книга всех дворянских родов. Так и повелось.

– Просто теперь сила передаётся не по наследству, а приходит вместе с властью над кристаллами, – пояснил командир Святых. – Великие рода достаточно крепко сидят на своих местах, хотя их государь тоже иногда меняет.

– Если они совсем уж зажрались, – проворчал Михалыч. – Но, судя по ситуации в Московском полисе, границы этого «зажрались» так далеко, что их даже не видно.

– Всё купил! – довольно заявил вернувшийся в машину Саня. – Телефон, планшет, зарядные и трансформаторы кристаллической связи. Можно прямо в поле заряжать!

– Спасибо, – забирая покупки, поблагодарил я и снова вопросительно посмотрел на Мастера.

– Да, собственно, на этом и всё, – пожал плечами командир Святых. – Суть в том, что есть самые частые фамилии, которые живут, как все обычные люди. Кто‑то умирает быстро, а кто‑то выстраивает династии в несколько поколений длинной. Все, кроме «чёрных». У этих фамилий есть две особенности. Их носители всегда умирают быстро и часто эти люди умирают от руки Императора.

– Лично? – удивлённо поднял я брови. С моей куцей памятью, о таких случаях я мог и не знать, но что‑то не вязался у меня такой подход с личностью Императора.

– Много чести, – хмыкнул в ответ командир отряда Святых. – Судьи, палачи, как в случае со Строгиным. Или, если речь идёт о великом роде, то может кто‑то из ближнего круга императора казнить главу рода. Сам государь… Не было такого, в общем.

– Понятно, – кивнул я и серьёзно задумался. Михалыч вывел машину за ворота полиса, и вся команда вздохнула с облегчением. Бойцы до последнего ждали какого‑то подвоха от разгневанных аристократов, но, как я и говорил, графу Овчинникову было не до меня.

По большому счёту, предрассудки людей меня не касались. Я получил фамилию, завершив таким образом последний этап интеграции в общество дворян Российской Империи. Иллюзий на этот счёт я никаких не питал. Меня там не примут. Ни о каком равенстве речи не идёт. А теперь я, фактически, добровольно стал фигурой в сложном противостоянии большой политики. Однако, некоторые фигуры умели удивлять даже тех, кто считал их своей законной собственностью.

Купол тоже остался позади. Мы ехали по уже знакомой разбитой дороге. В салоне царило угрюмое молчание, а за окнами стремительно сгущались сумерки. День оказался почти бесконечным и сложно было поверить, что начался он с небольшой тревоги на границе баронства. Честно говоря, баронством я называл свои владения больше из гордости. Сейчас это была просто защищённая куполом кристалла территория. Баронство – это люди. Это те, кто на территории живёт. А с этим у меня сейчас серьёзные проблемы.

Одной из главных целей текущей поездки была попытка привлечь на свою землю первых переселенцев. Эта цель оказалась забыта одной из первых, как только я узнал о сборе глав великих родов. А теперь, учитывая обстоятельства, не факт, что я вообще доберусь до неё. Мало того, что я новых людей не сумел привлечь, так я ещё и главный костяк своих вооружённых сил умудрился потерять.

Последнее было особенно неприятным. В одиночку, даже с поддержкой кристалла, я просто не смогу решить большой спектр вопросов. Был небольшой шанс, что Пират и его люди придут достаточно быстро и я смогу найти подходящих исполнителей среди Вольных, но шанс этот был невелик. А шанс, что новички будут хотя бы отдалённо соответствовать по своим навыкам отряду Святых, вообще отсутствовал.

– Барон… – негромко произнесла Ульяна. В темноте салона я видел вопрос в глазах полукровки.

– Утром, – спокойно ответил я. – Мне будет нужна небольшая помощь Факела, чтобы завершить первое кольцо вокруг кристалла и после этого займёмся тобой. Хорошо? Я могу рассчитывать на такую помощь твоего подчинённого, Мастер? Или вы уйдёте сразу, как доставите меня до границы купола? Тогда Ульяне нужно будет вернуться позже, когда я завершу подготовку.

– День уже ничего не решит, – старательно глядя куда‑то в сторону, проворчал командир Святых. – Главное, чтобы Факел вернулся уже, а не застрял у Менялы в норе.

Остаток дороги ехали в тягостном молчании. Каждый думал о своём. Я, в основном, размышлял о предложении Степана Яковлевича и планах на ближайшее будущее. В момент пересечения границы защитного поля блаженно зажмурился. Мощный информационный поток и резкое увеличение собственных возможностей ощущались так, будто дико скучавший по мне щенок принялся вываливать на меня всё своё счастье от долгожданной встречи. Только щенок этот был размером с гору.

– Оставайтесь в машине, ваше благородие, – когда остальные покинули салон, предложил Михалыч. – Тут можно удобно расположиться. А мы на стоянке ляжем. – Негоже аристократу на земле спать. А нам не привыкать.

Усталость давала о себе знать, и я не стал спорить. Вымотался за этот день не только морально, но и физически. Одно противостояние с главами великих родов чего стоило. Меня хватило только на короткую прогулку до кристалла и проверку целостности периметра. Даже толком не запомнил, как вернулся обратно и растянулся на жёсткой скамейке вдоль одного из бортов.

Зато проснулся удивительно бодрым и первым из всех. Бодрствовал только Ваня, чья очередь была нести стражу. Остальные члены отряда Святых мирно спали вокруг небольшого костра. Рассвет только вступал в свои права. Пахло свежестью, дымом и немного бензином.

– Доброе утро, – поздоровался я.

– Здравствуйте, ваше благородие, – чуть сонно ответил Иван. – Как спалось?

– Хорошо, – улыбнулся я. – Можешь идти отдыхать. Я разбужу, если что‑то случится.

– Спасибо, господин барон, – ответил парень и тут же отвалился, просто растянувшись на земле из положения, в котором сидел до этого.

Я же отошёл немного в сторону от стоянки отряда и принялся разминаться. Постоянная беготня и суета не давали нормально заняться собой, а это сейчас тоже имело огромное значение. Состояние кристаллической сети моего тела соответствовало очень сильному одарённому. Сейчас я был нацелен сделать качественный скачок и создать первую свою руну. Спустя несколько минут кристалл баронства начал пульсировать в такт с моими движениями. Мы дышали в унисон и каждая крупица кристаллической связи в окружающем пространстве отзывалась на мои действия.

– Что ты делаешь? – услышал я ближе к концу своей разминки голос Ульяны. Девушка уже какое‑то время наблюдала за мной, но я не обращал не это внимание. – Я чувствую, как движется кристаллическая связь, но ты ничего для этого не делаешь.

– Делаю, – остановившись, улыбнулся я. – Просто не то, что ты привыкла видеть.

– Для чего? – поинтересовалась полукровка.

– Готовлюсь к тому, чтобы сделать следующий шаг, – честно ответил я. – У меня не получится помочь тебе пробить барьер обычными советами или силой кристалла. Нужна будет прямая помощь, а я слишком слаб для этого сейчас.

– Ты так говоришь, будто раньше был сильнее! – рассмеялась Ульяна. Я видел её улыбку, но глаза девушки оставались серьёзными. – Забыл что‑то важное и теперь пытаешься вспомнить? Кто ты такой, Свят?

Вопрос был неожиданный и настолько прямой, насколько это вообще возможно. Ульяна привыкла получать ответы и сейчас тоже была настроена максимально серьёзно.

– Человек, – пожал плечами я. – Человек, который знает странные вещи, но при этом почти ничего не помнит о себе.

– Ты говоришь правду, – явно ориентируясь на движение кристаллической связи вокруг меня, нахмурилась полукровка. – Но так ведь не бывает! Ты за пару дней стал бароном, знаешь такое, чего не знает никто из простых людей и даже аристократов. Иногда мне кажется, что ты упал с летающего острова и сильно ударился головой. Поэтому ничего не помнишь.

– Скорее, меня ударило молнией, и я всё забыл, – рассмеялся я. – Не переживай, я выполню своё обещание.

– Да я не переживаю, – делано‑безразлично ответила девушка. – Просто…

В этот момент я отвлёкся. На границе купола появилось ощущение чужого присутствия. Я узнал Факела и открыл перед ним проход в барьере. Почти сразу услышал сигнал планшета Мастера. Олег явно хотел сообщить о своём возвращении, но я опередил командира отряда Святых.

Удивительно, но Факел вернулся на том же разбитом джипе, который должен был отдать Фёдору. Сам молодой артефактор выглядел сильно помятым. Под глазом у него сиял свежий синяк, а когда мы подошли ближе, я ощутил волну тяжёлого перегара.

– А я говорил, что он откажется, – довольно проворчал Михалыч. Судя по всему, он уже предвкушал получение выигрыша за пари с Ульяной. Грохот подъезжающего транспорта разбудил всех, кто ещё не проснулся после звонка на планшет Мастера. Всех, кроме Вани, который даже не подумал подниматься. – Слышишь, мелкая?

– Слышу, – не оборачиваясь, ответила девушка. – Что с Менялой, Олег?

– Живой он, – хрипло ответил выбравшийся из машины Факел. – Сказал, чтобы мы это ведро с болтами себе в ж… гхм… оставили, в общем. А ему нормальная машина нужна. Такая же, как он нам отдавал.

– И это ты с ним почти сутки обсуждал за бутылкой самогона? – с сомнением спросил Мастер. – Что Федя ответил на предложение барона, Олег?

– Четырьмя, – показав правую руку с четырьмя оттопыренными пальцами, тяжело вздохнул Олег. – И это было самое сложное испытание за последнее время.

– Олег… – сухо и довольно жёстко произнёс Мастер. Он явно начал терять терпение.

– Федя приедет после обеда, – сообщил Факел, и я увидел, как скисла физиономия Михалыча. В последнее время ему не везло со ставками. – Вместе со всем своим барахлом и запасами. Сказал, что сам себе построит логово, но ему нужен беспрепятственный выход с территории баронства. Или какой‑то пункт обмена сразу за границей. В общем, надо будет обсудить. Я ему сказал, что мы все тоже тут остаёмся. Ну и… Мы вообще многое обсудили. Он уже почти не обижается за тот случай. Сказал, что будет рад вместе с нами вольной жизнью пожить. Да ещё на территории нового баронства. А ещё не поверил, что Святые теперь аристократу служат. Долго меня пытал на этот счёт, но я на своём стоял. Что мы теперь на службе барона и новый владетель вообще отличный человек. И что мы тут надолго тоже сказал. Про свою лавку артефактную тоже… Вы чего?

Чем больше говорил Олег, тем мрачнее становились слушавшие его соратники. Под конец они уже начали переглядываться и коситься на Мастера. Командир отряда эти взгляды игнорировал, а я не вмешивался. Своё слово я уже сказал.

– Приводи себя в порядок и давай к его благородию на помощь, – сухо приказал Мастер. – У него для тебя какая‑то работа есть.

– А чего вы все такие смурные? – непонимающе осмотрел товарищей Олег.

– Я вчера на совет великих родов попал, – вместо Святых, ответил я. – И получил фамилию Орлов.

– И что? – уставился на меня Факел. – Это из чёрных что ли? Так я не сомневался, что ты долго не протянешь, барон. И что великие дела будешь делать, тоже не сомневался. А наши жизни что? Ерунда! Вот своя лавка артефактная… За такое и умереть не жалко!

– Идём, – пока остальные переваривали пьяный бред Факела, кивнул я в сторону недостроенного обсидианового кольца. – Сегодня надо доделать начатое.

– О нет… – простонал Олег, а я вдруг ощутил странную активность защитного поля в районе имения Строгиных. Ощущение было такое, будто барьер пытаются вскрыть или обойти, но очень уж тонким и мимолётным было это воздействие. Я даже подумал, что мне показалось, но ощущение повторилось почти в том же месте. – Лучше убейте меня сразу, ваше благородие!

– Думаю, для этого найдутся другие желающие, – сосредоточенно ответил я. – Мастер, вездеход я забираю. До Полиса доберётесь на джипе.

– Что‑то случилось, барон? – нахмурился командир Святых.

– Проникновение, – по пути к вездеходу, ответил я. – Но это уже не ваша забота.

– Ещё как наша, – неожиданно ответил Мастер и весь отряд двинулся следом за мной к машине.

Глава 4

Возражать смысла не было. Мастер уже принял решение и все остальные его поддержали. Мне даже показалось, что всем стало значительно легче. Будто членов отряда Святых давил всю ночь невидимый груз, который они сейчас сбросили со своих плеч. Даже движения бойцов стали более резкими и стремительными.

Ульяна вообще почти летела над землёй. Ваня и Саня обогнали остальных и первыми заняли кресла стрелков в машине. Только Игорь немного отставал, потому что никак не мог определиться. Его даже еле живой Олег обогнал.

– Я с вами, – наконец заявил Бугурт. – Надоело сидеть у кристалла. Он только гудит и гудит… Скукота!

– Гудит? – с интересом посмотрел я на громилу. Игорь был очень сильным физически и невероятно выносливым бойцом. Но при этом его способности были результатом хорошей наследственности и убойных тренировок. По сути, он был обычным человеком. А у обычных людей бывает всего два случая, когда они слышат голос кристаллов. – А что ты ещё слышишь?

– Да ничего я не слышу особо, ваше благородие, – смутился Игорь. – Просто гул. То тише, то громче. Как волны.

– Интересно… – хмыкнул я.

Первый вариант – когда в человеке просыпается дар управления кристаллической связью. Вот только происходит это в довольно юном возрасте. Второй вариант встречался ещё реже. И для этого нужно было длительное погружение в кристаллическое поле работающего магического камня. И говорило о том, что человек может использовать сырую кристаллическую связь.

– Что‑то раньше я за тобой не замечал склонности стать супером, Бугурт, – произнёс Мастер, показав, что ему известны подобные нюансы развития одарённых. – И давно это у тебя?

– Да чего супером‑то сразу, командир? – прогудел в ответ Игорь. – Может я устал просто?

– А что? – весело воскликнула Ульяна. – Он и так говорить нормально не мог. Тут ничего не изменится.

– Очень смешно, – нахмурился Бугурт.

– Что‑то меня тошнит… – пожаловался Олег и ему тут же вручили какое‑то зелье в мутном флаконе.

Михалыч гнал в указанном направлении не разбирая дороги и нас изрядно болтало в пассажирском отсеке. Я к разговору бойцов не прислушивался, полностью сосредоточившись на сигналах с границы купола. Смещать туда всё своё внимание было слишком опасно, поэтому приходилось ждать, пока я всё увижу собственными глазами.

С вероятностью девяносто процентов, это была провокация со стороны графа Овчинникова. Других недоброжелателей, горящих жаждой со мной поквитаться, я не знал. Человек, попытавшийся вскрыть защитный барьер дикого баронства, автоматически становился вне закона. Вероятных целей у такого нарушителя я видел всего три и две из них находились неподалёку от того места, где я ощутил первые признаки проникновения.

Пленного наёмника ещё вчера отправили в поместье баронессы Строгиной. Не в само поместье, разумеется, а в одно из пустующих зданий рядом. На тот момент я ещё не знал, насколько стала ценной жизнь Борова и приказал Бугурту просто запереть его неподалёку от жилища пары ифров. Выходить из дома слуги Елизаветы Дмитриевны не могли, но им это и не требовалось.

Путь занял не больше десяти минут и наше появление не осталось без внимания. Рёв пронёсшейся мимо машины вызвал оживление в поместье, но Михалыч даже не подумал останавливаться. Впереди виднелись яркие огненные вспышки на границе барьера и это был как раз тот самый случай, когда нужно было увидеть всё своими глазами. Потому что поверить, что кто‑то действительно может создать проход в защитном куполе было практически невозможно.

– Вы тоже это видите? – спросил сидевший в кресле стрелка Ваня. – Там дыра в барьере! Самая натуральная! И твари лезут целой толпой!

– Довольно изящный ход, – вынужден был признать Мастер. Командир Святых посмотрел на меня и добавил. – Маленькие баронства часто гибнут из‑за нападений иномирных чудовищ. Многие твари просто сбиваются в стаи под новым куполом и пытаются найти источник барьера. Кристалл твари повредить не могут, но его хозяина…

– Паскуды! – от избытка чувств ударив кулаком по рулю, рыкнул Михалыч. – И ведь собрать всю дрянь с округи не поленились! Там под сотню зверья всякого! Это они всю ночь должны были по окрестностям таскаться, чтобы такую свору собрать!

– Значит так, – сосредоточенно произнёс командир отряда. – Действуем следующим образом…

– Нет, – негромко произнёс я и все в салоне броневика удивлённо уставились на меня. В зеркале заднего вида я заметил взгляд завхоза. – Мы сейчас на моей земле и действовать будем так, как я скажу. Раз вы решили остаться, то будете выполнять мои приказы. С этого момента, считаем, что между нами подписан полноценный контракт. Всех устраивает такой вариант?

– Устраивает, – с молчаливого согласия остальных, ответил за всех Мастер. – Приказывайте, ваше благородие.

– Тогда приготовьтесь стать моими руками, – закрывая глаза и откидываясь на спинку сиденья, произнёс я и создал над несущимся на полной скорости вездеходом точку фокуса энергии купола.

Кристальные горы

Поселение Вольных «Утёс»

Старейшина поселения Прохор, по кличке Бугор не любил ждать, когда люди собирались с духом перед тем, как сказать что‑то важное. Да, он понимал эту человеческую слабость и никогда не осуждал её вслух, но про себя всегда отмечал: чем дольше человек молчит перед тем, как говорить, тем больнее то, что он в итоге скажет. Хотя, зная суперов, это может быть и не так.

Сашка, по прозвищу Дикий, молчал уже с минуту.

Молодой супер сидел напротив старосты на грубой деревянной лавке, держал кружку обеими руками и смотрел куда‑то в столешницу, будто искал в ней подходящие моменту слова. Маша устроилась чуть поодаль, у стены, и время от времени поглядывала на брата с таким выражением, которое Прохор за долгие годы на своем месте научился читать безошибочно. Девчонка уже сама знала, что скажет Саша, и была полностью согласна с каждым словом, но не торопилась вмешиваться, потому что спрашивали сейчас не её, а брата. Старосту и его правила в Утёсе уважали.

Рядом с ней, чуть на отшибе, словно по привычке держась подальше от людей, стоял Ярый. Глеб занял место у дальней стены и, судя по всему, не особенно вникал в то, что происходило в комнате. Его светящиеся голубым огнём глаза медленно блуждали где‑то между дальним углом и потолком, как это часто бывало с суперами в моменты затяжного покоя, когда тело успокаивалось, а сознание начинало плыть по своим маршрутам, недоступным для обычных людей.

Сильнейший супер Утёса был здесь. Он слушал беседу. Но весь его вид говорил о том, что слушал он не то, что происходило в комнате, а что‑то ещё, значительно более далёкое и значительно более важное с его личной точки зрения.

– Значит, Дикий, – произнёс Бугор, давая понять, что готов ждать столько, сколько нужно, но при этом просит всё же поторопиться. – С самого начала. Куда вы пошли и почему.

Саша поднял взгляд. За последние дни парень изменился так, что Прохор поначалу не сразу поверил собственным глазам. И это были не внешние изменения, внешне он выглядел точно так же, как все молодые суперы: невысокий, крепкий, с той осторожной лёгкостью в движениях, которая приходит от долгой работы с сырой силой. Но в глазах у парня сейчас было что‑то другое. Не та привычная рябь, которая появляется у людей, долго ходящих за гранью допустимого, а нечто, что Бугор мог бы назвать «ясностью», если бы это слово вообще применялось к суперам и их поврежденному мозгу.

– Мы отклонились от маршрута, – сказал Саша, и голос его был ровным. – Моё решение. Маша предупреждала, что это плохая идея, но я настоял. Мы услышали бой со стороны старых строгинских земель и пошли посмотреть.

– Решение, значит, твоё, – повторил Бугор не с вопросительной, а с уточняющей интонацией.

– Моё, – подтвердил Саша.

Маша у стены чуть приподняла голову, но промолчала. Это красноречивее любых слов говорило о том, что брат не врёт, но и не говорит всей правды – такое молчание обычно означает, что человек берёт на себя чужую вину или хотя бы половину её.

Прохор решил пока не давить.

– Что увидели?

– Там был бой за кристалл, – ответил Саша. – Серьёзный. Мы опоздали, и кажется, опоздали не только мы. Когда мы подошли, то увидели, что наёмники напали на кого‑то из родовых. Шакалы просто решили кого‑то ограбить. Мы держались в стороне. А потом я почувствовал огненную тварь, которая уже взяла наш след и не оставила нам выбора.

В комнате воцарилась тишина. Ярый у стены слегка наклонил голову вбок – жест, который у другого человека означал бы интерес, а у него, скорее всего, означал, что он перешёл на другой частотный диапазон восприятия.

– И ты перешёл порог, – сказал Бугор.

– Я думал, что да, – спокойно ответил Саша. – Но оказалось, что… нет.

– Он точно уже уходил в Небесное пламя! – наконец, в разговор вмешалась Маша от стены. – Я видела. Староста, я видела это раньше. Дважды. Я знаю, как это выглядит.

Бугор помолчал. Он и сам знал, как это выглядит.

– Дальше, – сказал он.

– Дальше на нас напали наемники, которые уже разобрались с родовыми… а потом появился барон, – сказал Александр и, встретив взгляд Прохора, добавил: – Дальше я не помню, меня вырубило.

– Маша? – повернул голову Прохор в сторону девушки.

– Всё верно, – кивнула она. – Он взял Сашку… в плен.

– Взял Сашку в плен, – ровно повторил Бугор, глядя на опустившую глаза девушку.

– Да, – без лишнего смущения ответил Саша. – Я был без сознания, но всё чувствовал. Он удержал меня куском собственного купола, оторванным от основного поля, и потащил к своему кристаллу.

– Это невозможно, – автоматически произнёс Прохор.

– Я тоже так думал, – согласился молодой супер. – А потом он меня вылечил.

В комнате стало тихо. Тишина была такой, когда люди просто не знают, что говорить дальше, потому что только что кто‑то произнёс вещь, не укладывающуюся ни в один из известных им порядков вещей.

Ярый у стены чуть повернул голову. Первый раз за всё время разговора он посмотрел на Сашу по‑настоящему – не сквозь него, а именно на него. В этом взгляде не было ни удивления, ни недоверия. В его взгляде была вполне человеческая эмоция – легкое любопытство.

– Вылечил, – произнёс Бугор медленно. – Просто взял и… вылечил?

– Вытащил из меня накопленное отравление через кристалл, – сказал Саша, набычившись и упрямо смотря на старосту в упор, будто готовясь защищаться. – Я слышал и всё понимал. Боль исчезла. Я снова думаю нормально. Говорю нормально. – Он чуть поднял руку и посмотрел на неё. – Сам чувствую.

– Он не переступил порог, староста, – сказала Маша, и теперь в её голосе появилось что‑то похожее на твёрдость. – Или переступил, и барон это отменил. Одно из двух. Но Саша сейчас живой и говорит нормально. Я не знаю, как это объяснить иначе.

– Он ещё молодой, – внезапно произнёс Ярый.

Голос главного супера Утёса звучал медленно и неровно, будто слова приходили из другого ритма существования и ему каждый раз требовалось небольшое усилие, чтобы перенести их в обычную речь. Но его всегда слушали, потому что лишнего Глеб не говорил никогда.

– Молодые иногда мнят себя на пороге, – добавил он, – но не переступают.

– Глеб, – сказала Маша, – я видела это раньше. Дважды. Я не ошиблась.

– Ты молодая тоже, – ответил Ярый, без злобы, просто констатируя факт.

Маша хотела что‑то возразить, но Бугор поднял руку, и она замолчала.

– Барон что‑нибудь сказал? – спросил Прохор у Александра. – Перед тем как отпустить.

– Сказал, – кивнул Дикий. – Велел передать, что придёт за тем, кто служит изумрудному злу. – Он помолчал. – Дословно: «нет такой дороги, по которой можно сбежать от меня».

В комнате опять стало тихо.

И на этот раз Ярый не шелохнулся, но что‑то в нём изменилось. Очень тонко, почти неуловимо. Бугор почти сразу уловил это и посмотрел на него внимательнее. Главный супер Утёса стоял, как стоял, глаза его по‑прежнему медленно блуждали где‑то в пространстве комнаты, но пальцы правой руки, которые раньше были расслаблены, теперь едва заметно сжались у бедра.

Изумрудное зло.

Прохор не знал, что именно за этим стоит. Но по тому, как отреагировал Ярый – а Глеб умел слышать в словах то, что обычные люди слышать не умели, – понял, что это слово означало нечто реальное. Нечто, что Глеб знал или чувствовал. И реакция его была не случайной.