Текст книги "Боги и монстры (ЛП)"

Автор книги: Зави Джеймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 26 страниц)

Когда Мэтт встретил меня в аэропорту, он расплылся в улыбке и подхватил меня на руки. Я обняла его в ответ, но меня разъедало чувство вины. Оно пронзило мои вены и заставило кожу покалывать.

– Я скучал по тебе, – сказал он.

– Прошла всего неделя, – слабо отшутилась я в ответ, когда он отпустил меня.

– Ты не скучала по мне?

– Я этого не говорила.

Он наклонился, чтобы поцеловать меня, и я отстранилась прежде, чем поцелуй мог стать глубже. Мэтт взял мой чемодан и поставил его в багажник машины.

– Ну как всё прошло? – спросил он.

– Потрясающе. Доклад прошёл очень хорошо. Было много людей, которые хотели обсудить его со мной. И Дилан там оказался, что было неожиданно. У меня появилось несколько новых писем от людей, заинтересованных в совместной работе.

Мэтт посмотрел на меня.

– Ты же не собираешься всерьёз брать на себя ещё больше работы, правда?

– Что ты имеешь в виду?

– Я тебя почти не вижу, Квентин, – в его голосе звучало раздражение. – А когда вижу, мне приходится соревноваться с письмами и таблицами. У тебя не нашлось времени для меня, пока ты готовилась к этой дурацкой презентации.

– Дурацкой презентации?

– Я не это имел в виду.

– Тогда что ты имел в виду, Мэтью?

Он тяжело, раздражённо вздохнул.

– Иногда ты невозможна, Квентин. Ты всё воспринимаешь как личное оскорбление. Я просто хочу проводить время со своей девушкой. Почему это такая плохая вещь?

– Мне нравится моя работа.

– Ты делаешь её всей своей жизнью.

Нет, это было не так.

В жизни было нечто большее, чем моя работа. Я просто осторожно выбирала, кому отдавать своё время. Я проводила его с Кэсс, Чарли, Салом.

И с Грейем.

В последнее время я уделяла Грею очень много времени.

Мэтт редко был в приоритете. Даже когда я была рядом с ним, мои мысли были заняты другим.

– Я много работала. И хочу продолжать много работать, – возразила я, отгоняя мысли о Грее.

– Иногда людям не хочется всё время сидеть в стороне и только аплодировать тебе.

Эти слова ужалили и лишили меня дара речи. Он слишком сильно напомнил мне Итана. У Итана была привычка всё переводить на себя. Он не умел радоваться за меня. Не по-настоящему.

Когда Мэтт остановился у дома, я потянулась открыть дверцу машины, но он схватил меня за запястье – чуть сильнее, чем я привыкла.

– Отпусти, – сказала я.

– Скотт, послушай. Я не хочу ссориться с тобой. Я не видел тебя всю неделю.

Я повернулась к нему лицом, прикусывая щёки, чтобы сдержать слёзы, жгущие глаза.

– Это глупая ссора, – сказал он уже мягче. – Прости, что я её начал, но, как я сказал, я просто хочу проводить время со своей красивой девушкой.

Вот кем я всегда для него была. Красивой. Я задумалась: если бы я дала Мэтту пять слов, чтобы описать меня, какими бы они были? Я бы поставила дом на то, что все они имели бы отношение к моей внешности.

Он обхватил ладонями моё лицо и наклонился, чтобы поцеловать, но я отстранилась, открывая дверцу.

– Я же сказал, что мне жаль, Квентин, – раздражение снова прорезалось в его голосе, заставляя его звучать как ребёнка. – Чего ещё ты хочешь?

Я открыла заднюю дверь машины и вытащила свой чемодан.

– Если тебе приходится спрашивать, тогда какой в этом смысл? Спасибо, что подвёз.

Хлопнув дверью, я стремительно направилась к дому. Открыв дверь ключом, я захлопнула её за собой и уронила чемодан. Когда я огляделась вокруг, моя злость превратилась из смутного раздражения во что-то более осязаемое.

Пол в прихожей был полностью устлан ковром из жёлтых тюльпанов.

– Да твою же мать, – прошипела я.

Мои слова эхом отозвались более низким голосом.

– Да твою же мать!

– Грей?

– Скотт?

Выйдя из прихожей, я увидела Грейсона на диване, тоже окружённого тюльпанами. Когда я посмотрела на него, то заметила, что он истекает кровью.

– Что, чёрт возьми, с тобой случилось? – спросила я, и паника затопила грудь, заставляя сердце тревожно сбиться с ритма. – Дай я принесу аптечку.

Грей рассмеялся, и я вспомнила, что он не Смертный.

– Принял на себя гнев Хантера, – ответил он. – Я ещё легко отделался. Эрику повезло куда меньше. Всё заживёт. Просто это занимает немного больше времени, когда раны наносит другой Бог.

Я кивнула и подошла к нему ближе. Хантер задел его серьёзно. Сильнее, чем в тот раз, когда они только появились.

– Удивительно, что он так поступил с тобой и Эриком. Он казался таким…

– Святым? – Грей посмотрел на меня, приподняв бровь.

– Он ведь должен быть защитником.

– Он ещё и Бог, и безоговорочно эгоистичен. Он защитит себя раньше, чем кого-либо ещё.

– Даже своих братьев? – спросила я. – Ларкина?

Раздался резкий смешок. Смех был грубым – таким он смеялся, когда находил что-то глупым, и от этого я покраснела.

– Хантер позаботится о себе раньше всех остальных, – сказал он.

– Почему он ведёт себя так?

Я не смогла сдержаться. Пока я смотрела на Грея, мои пальцы сами потянулись к его губе, где она была рассечена. Рана уже начинала заживать, но по ней всё ещё тянулась тонкая полоска золота. Когда мои пальцы коснулись его губ, он перехватил моё запястье и поцеловал внутреннюю сторону ладони.

Моё сердце бешено затрепетало. Грей разбудил его из ледяной клетки, в которую я сама его заперла, и под его прикосновением оно ожило. Тревожно было то, что оно откликалось на его зов, и ничто из того, что я пыталась сделать, больше не могло удержать его.

Когда он заговорил, голос его был мягким.

– Уверяю тебя, со мной всё в порядке. Перестань волноваться.

Он мягко потянул меня к себе, усаживая на колени, и вся оставшаяся злость, что во мне была, исчезла.

– Хантер теряет расположение совета. Он не слишком популярен и среди младших Богов, так что, думаю, он боится, что его могут заменить. А без наследника… – он замолчал.

– Подожди, – сказала я, когда до меня наконец дошло. – Ты?

Он рассмеялся.

– Ты выглядишь удивлённой.

Я пожала плечами.

– Немного. Ты любишь нарушать правила. А не следить за их соблюдением.

Заправив прядь его тёмных волос на место, я заметила, что его губа уже полностью зажила.

– Я нарушаю правила только при особых обстоятельствах, – прошептал Грей.

Его взгляд был напряжённым, и, если бы я попыталась читать между строк, я бы сказала, что Грей пытается мне что-то сказать. Но я не хотела читать между строк. Между нами всё должно было быть простым.

Но всё стало сложным уже давно, и Грей сделал это ещё хуже, когда приехал в Малайзию. Проводя время наедине с ним, полностью одетыми и вдали от всех остальных, я поняла, насколько он может быть поддерживающим и каким он может быть нежным. И та часть меня, что отключилась, когда ушёл Итан, снова проснулась. А это было катастрофой.

– Квентин, – его голос был шёпотом, и его взгляд скользнул по моему лицу, прежде чем остановиться на моих губах. – Думаю, тебе стоит разобрать вещи, прежде чем я сделаю что-то, о чём мы оба пожалеем.

Он мягко провёл большим пальцем по моей нижней губе, и я прерывисто выдохнула. Я всегда гордилась своей решимостью, но сила воли, которая помогала мне идти по жизни, таяла в тот момент, когда я сталкивалась с Греем.

Молча я поднялась с его колен, мгновенно ощутив, как мне не хватает тепла его тела.

– Держись подальше от Хантера, – сказала я.

– Держись подальше от Арчера. – Он жестом указал на комнату, и я прикусила губу. Грей в одно мгновение убрал весь беспорядок.

– Спасибо.

– Не поощряй его, – предостерёг Грей.

– Не буду. – Затем я поправилась: – Не поощряю.

Грей ухмыльнулся.

– Думаешь, что не поощряешь.

Я покраснела и вышла из комнаты, подхватила чемодан и потащила его наверх. Я разобрала вещи и сложила одежду в стирку.

Когда Грей сказал, что мы оба пожалеем, он пожалеет потому, что я Смертная? Он сожалел каждый раз, когда мы оказывались вместе в постели? Он сожалел о времени, проведённом со мной за последнюю неделю? Мои мысли ходили по кругу и затягивали меня в узлы.

И только выйдя из душа, я заметила, что на моём столе стоит ваза с одним-единственным каллой сорта «Одесса».

Все мои тревоги исчезли, и сердце пропустило удар.

Сегодня был День Эмбера. День Грея. Если точнее – его день рождения. В народе его ласково называли Днём Эмбера, потому что люди символически что-нибудь сжигали в честь разрушения, которым он заведовал.

Он пригласил меня на ужин вместе с несколькими другими, и я с радостью согласилась, но уже опаздывала.

– Прости! – крикнула я, врываясь через парадную дверь своего дома с большой коробкой в руках.

Я сразу прошла на кухню и поставила её на стол.

– Клянусь, я просто потеряла счёт времени. Дай мне десять минут.

Когда я торопливо вернулась в гостиную, Грей стоял у дивана, и я резко остановилась. Он был одет с головы до ног в чёрное. Рукава рубашки закатаны до локтей, верхние две пуговицы расстёгнуты, а брюки облегали изгиб его задницы так, что у меня в голове всё коротнуло.

Чёрт. У этого мужчины никогда не бывает неудачных дней.

– Тебе идёт, – выдавила я, надеясь, что это прозвучало непринуждённо.

– Будто ты этого раньше не знала, – сказал Грей, выпрямляясь.

Блеск мгновенно исчез.

– Самодовольный кусок дерьма.

Я прошла мимо него, чтобы собраться. На это ушло двадцать минут. Не те десять, которые я пообещала.

Розовое платье, которое я собиралась надеть, оказалось с загадочным пятном, которое я не смогла вывести, и вместо него пришлось выбрать чёрное атласное. Ткань мягко скользила по моим изгибам, а тонкие бретели перекрещивались на моей обнажённой спине. Перед тем как выйти из комнаты, я схватила кожаную куртку.

– Всё, клянусь, теперь я готова! – сказала я, покачиваясь на каблуках, возвращаясь в гостиную.

Грей развалился на диване, пока я остановилась перед ним, роясь в своей маленькой чёрной сумочке.

– Грей, – сказала я, поднимая взгляд и густо краснея.

– Что такое, Скотт? – Он быстро поднялся с дивана и направился ко мне.

Синий цвет его глаз сменился на чёрный, и я увидела, как ткань его брюк натянулась вокруг его члена.

– Тебе нужно немного взять себя в руки.

Нити его ауры потянулись ко мне, и он глубоко вдохнул.

– Я могу измениться, – сказала я, застыв на месте.

– Нет, – процедил он сквозь зубы. – Нет, в этом нет необходимости.

Он изо всех сил пытался вернуть контроль, но ухмылка всё равно прилипла к его лицу.

– Пошли, – сказал он. – Мы и так уже опаздываем.

Притянув меня к своему телу, он с помощью своей ауры перенёс нас в укромное место, на улице в квартале от ресторана.

– Ты уверен, что остальные не будут против моего присутствия? – спросила я.

– Ты моя гостья. К тому же ты ладишь с Эриком, Слоан и Игом. Уверен, тебе понравится Элва теперь, когда ты знаешь, что я на ней не женюсь.

Я толкнула Грея, и он обнял меня за талию, пока мы заходили в здание. Я не остановила его и не стала поправлять.

Когда мы подошли к столу, Элва поднялась, чтобы поприветствовать нас. Грей отпустил меня, чтобы обнять её, и она поцеловала его в обе щёки. Она протянула руки ко мне, но Грей встал между нами стеной.

– На тебе нет браслета. Думаю, сейчас в этом нет необходимости, – сказал ей Грей с лёгкой жестокостью в голосе.

– Прости. – В голосе Элвы звучало разочарование.

– Рада познакомиться, – сказала я, выглядывая из-за плеча Грея и улыбаясь.

Иг обхватил меня за талию и притянул к себе в объятия, и я подпрыгнула и пискнула от неожиданности. Засмеявшись, я обняла его в ответ. В тот момент, когда он отпустил меня, Грей снова притянул меня к себе, прежде чем Иг схватил уже его, и они начали дурачиться.

– С днём рождения, – сказал Игнасио. – И ещё раз напомню тебе: перестань уже задирать нос.

Мы заняли свои места за столом и заказали напитки, прежде чем пришли Эрик и Слоан. Грей поднялся и обнял их обоих. Когда он снова сел, я засмеялась и большим пальцем стерла помаду Слоан с его щеки.

– Почему вы так задержались? – спросила я, когда щека Грея снова стала чистой.

– Есть причина, по которой у них пятеро детей, – ответил Иг с ухмылкой.

Я поперхнулась глотком вина, и Элва шлёпнула Игнасио по руке.

– Мы уже здесь, – сказал Эрик, совершенно невозмутимый. – Закажем еду?

Для меня это было странное ощущение – сидеть за одним столом с Богами, ужинать так, словно между нами не лежала огромная пропасть божественности.

Меня никогда особо не волновали конкретные даты в календаре, и особенно День Эмбера. Месть казалась мне пустой тратой энергии, но вслух я этого не сказала. Я не была готова увидеть, как улыбка исчезает с лица Грея.

В течение вечера я остро ощущала присутствие Грея рядом со мной. Когда наши руки лежали на столе, мои пальцы сами тянулись к его руке. Грей не двигался, он лишь бросил на меня взгляд, и я поняла, что он оставляет решение за мной.

Я не могла понять, почему моя потребность в нём была такой сильной. Может быть, потому что мы сидели рядом с двумя другими парами, которые, казалось, отчаянно любили друг друга. А может, я просто перестала следовать правилам.

Между мной и Греем было нечто. Нечто большее, чем секс.

Мы оба не могли держаться друг от друга подальше, но при этом ни один из нас не поднимал тему слона в комнате.

Кончиками пальцев я коснулась его кожи, прежде чем переплести наши пальцы. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, и меня накрыла волна покоя.

Мой взгляд скользнул к Эрику, и он посмотрел на наши руки, затем его голубые глаза встретились с моими, и я уже приготовилась к тому, что он взорвётся. Но вместо этого уголок его губ изогнулся в улыбке, и он едва заметно кивнул мне.

Возможно, он перестал пытаться держать нас порознь.

Я перестала пытаться держать нас порознь.

Остаток вечера я была расслаблена, мягко прижимаясь к Грею. Я снова и снова выводила на его ладони цифры один, четыре, три, пока кожа на подушечке моего указательного пальца не онемела. Это были цифры, вытатуированные на внутренней стороне моего левого запястья.

I.IV.III

В первый раз, когда я это сделала, он посмотрел с любопытством, но, не получив объяснений, продолжил разговор.

– Постарайся вести себя прилично, – прошептал Грей мне на ухо, когда на стол подали десерт.

Я повернулась к нему и прошептала в ответ:

– Не я изо всех сил пыталась взять себя в руки перед тем, как мы вышли.

– Справедливо.

Грей выбрал роскошный торт из тёмного шоколада. Он был насыщенный и почти чёрный, так что неудивительно, что он остановился именно на нём. Я выбрала десерт с лимоном и черникой. Когда я откусила кусочек, то специально постаралась держать себя в руках.

– Хочешь попробовать? – спросил Грей.

– Конечно.

Я потянулась к его тарелке, но он воткнул вилку в торт и протянул её мне. Я откусила и закрыла глаза, позволяя насыщенному вкусу растечься по языку, и это произошло прежде, чем я успела осознать. У меня вырвался стон.

Когда я открыла глаза, оказалось, что заметил это только Грей. Голубизна его радужек на мгновение потемнела до чёрного.

– Ты просто не можешь сдержаться, – сказал он.

Грей заправил прядь волос мне за ухо и посмотрел на меня сверху вниз.

Мне хотелось сократить расстояние. Мне нужно было сократить расстояние.

– Вам двоим стоит снять номер, – сказал Иг с другого конца стола.

Я быстро отстранилась от Грея и увидела, как Иг ухмыляется нам. Грей бросил в него салфетку, и мы снова вернулись к разговору.

К тому времени, как мы вернулись домой, я была благодарна возможности наконец снять каблуки. Ноги ныли с каждым шагом, пока я шла на кухню.

– Спасибо, что пригласил меня сегодня. Мне правда очень понравилось, – сказала я Грею.

Коробка, которую я принесла с собой раньше сегодня, стояла на кухонном столе.

– Чёрт, – пробормотала я. – Я забыла взять её с собой. Это тебе.

Я стояла у стола, а Грей остановился позади меня, почти не оставляя между нами пространства.

– Что это? – спросил он.

– Подарок. Вроде того. Трудно выбирать подарки Богу.

Он потянулся вокруг меня, обвивая руками мою талию, и снял крышку с коробки. Его аура достала торт и поставила его на стол. Он был украшен чёрно-золотым мраморным узором в его честь.

– Я думала, мы сможем съесть его все вместе, но я забыла взять его с собой, – сказала я, поворачиваясь к нему лицом.

– Спасибо, – ответил он.

Это было слишком. Тянущее ощущение в груди и потребность снова почувствовать его рядом с собой – всё это было слишком.

Мои ладони легли на его лицо, и Грей посмотрел на меня с любопытством, прежде чем я приподнялась на носки и поцеловала его. Прошла секунда, прежде чем он ответил, слегка прикусив мою губу, и я приоткрыла рот, впуская его. Наши языки встретились в жарком танце. Слишком давно я не ощущала этого горячего, тяжёлого желания.

Грей схватил меня за бёдра, притягивая вплотную к себе, и я почувствовала его эрекцию, упирающуюся в низ моего живота. Неловко, торопливо я стянула его пиджак с плеч и позволила ему упасть на пол.

Он увёл поцелуи от моих губ и медленно провёл ими вдоль линии челюсти, пока мои пальцы возились с пуговицами его рубашки. Грей добрался до моей шеи и втянул в рот кожу, заставляя меня запрокинуть голову навстречу ему.

– Я ждал достаточно долго, – сказал Грей.

– Но ты был таким примерным, – поддразнила я, тяжело дыша.

Грей зарычал на меня:

– Ты хоть представляешь, как, блядь, трудно каждую ночь лежать с тобой в одной постели и держать руки при себе?

Мои ладони скользнули вниз по его груди, пока я не нащупала пояс его брюк, вытаскивая рубашку наружу. Грей разорвал тонкие бретели моего платья, прикусывая изгиб моей шеи. Я тихо ахнула, прежде чем шёлковая ткань мягко осела у моих ног.

– Ты оставишь след, Грей, – предупредила я.

– Именно это я и собираюсь сделать.

Его руки прошлись вдоль моих обнажённых боков, и я задрожала под его прикосновениями. Мне отчаянно был нужен он.

Руки Грея поднялись к моей груди, его большие пальцы коснулись сосков, и моя спина выгнулась дугой. Мои собственные пальцы продолжали расстёгивать пуговицы его рубашки, прежде чем я столкнула её с его тела. Куча одежды у наших ног становилась всё больше.

Мои губы нашли его плечо, и я поцеловала кожу, втянула её в рот, но Грей тут же снова завладел моими губами.

Здесь не было ничего мягкого, нежного или бережного. Это была сырая, первобытная потребность друг в друге, которую мы слишком долго отрицали.

Одна его рука сжалась в моих волосах, углубляя поцелуй, и жар разлился между моих ног.

Я быстро справилась с пуговицей и молнией на его брюках. Грей сбросил туфли и носки, пока я стягивала брюки с его бёдер и позволяла им упасть. Он зацепил большие пальцы за резинку моих трусиков, а я провела ладонью по его члену, заработав удовлетворённый стон.

Кухня погрузилась во тьму его ауры, когда его контроль пошатнулся, он стянул боксёры, и мы остались полностью обнажёнными посреди моей кухни.

Я взяла его руку, ту, что не была запутана в моих волосах, и направила её между моих ног.

– Вечно такая нетерпеливая, Скотт, – сказал он мне.

– Я просто знаю, чего я —

Я не смогла закончить фразу, потому что Грей провёл большим пальцем по моему клитору, заставив меня застонать. Его другая рука обвилась вокруг моей талии, прижимая меня ближе, и на его лице появилась дьявольская улыбка. Я закинула ногу на его бедро, давая ему больше доступа, и он ввёл в меня палец.

– Чёрт, – выдохнула я, закрывая глаза, пока он двигал пальцами.

Я схватила его за запястье, чтобы остановить. Когда я подняла взгляд на Грея, его глаза были полностью чёрными, и я поняла, как сильно скучала по тому, каким он становится в такие моменты.

Сняв ногу с его бедра, я вытянула его пальцы из себя, подняла его руку и облизала их дочиста. Я опустилась перед ним на колени, не разрывая зрительного контакта. Мой язык коснулся его твёрдого как камень члена, и он прошипел от удовольствия. Обе его руки запутались в моих волосах, пока я обводила языком головку.

– Скотт, – сказал он хрипло. – Не дразни.

Я взяла его в рот, и мой смех пустил вибрацию вдоль всей его длины.

Грей хрипло застонал и надавил на мою голову, проверяя мой рвотный рефлекс. Глаза заслезились, пока я двигала головой, принимая его настолько глубоко, насколько могла, позволяя языку скользить вдоль него. Звуки его сбившегося дыхания и стоны заполнили комнату вокруг нас.

Когда его тело напряглось, когда движения стали более резкими, я выпустила его изо рта с влажным звуком. Я не хотела чувствовать его разрядку во рту. Я хотела почувствовать её внутри себя.

Грей отчаянно посмотрел на меня сверху вниз, когда я поднялась с колен.

Он грубо прижал меня к стене, удерживая на месте рукой, сомкнутой вокруг моего горла.

– Какого чёрта ты остановилась? – потребовал он.

– Мне нужно, чтобы ты был внутри меня, – ответила я, пытаясь перевести дыхание.

Грей облизнул губы и наклонился ближе, всё ещё удерживая ладонь на моём горле.

– Скажи, что это не разовая история.

Я снова закинула ногу на его бедро и прижалась к нему.

– Лучше сделай так, чтобы мне захотелось ещё.

Отпустив моё горло, Грей сжал мои ягодицы и поднял меня вверх. Моя спина ударилась о ледяную стену, заставляя меня выгнуться ему навстречу. Он без вопросов и без колебаний вошёл в меня, растягивая мою плоть под себя, и я прикусила его плечо, чтобы сдержать крик.

– Ты такая чертовски хорошая, – сказал Грей.

Он почти полностью вышел из меня, прежде чем снова резко войти, и я вскрикнула от того, насколько грубо он двигался.

Губы Грея снова нашли мои, и мои пальцы зарылись в его волосы, пока он удерживал меня на весу и задавал ритм. Мои ногти впились в кожу его спины.

– Чёрт, – прорычал он. – Я скучал по тебе.

Я понимала, что он имел в виду.

Никто не мог заставить меня чувствовать то, что заставлял чувствовать он. Ни один секс никогда не был таким мучительно удовлетворяющим, как с Греем. Ничто не давало мне ощущения целостности так, как подчинение ему.

Проклятия и стоны эхом разносились по кухне, пока он врывался в меня, а его рука скользнула между моих ног, двигаясь вдоль моих складок и намеренно обходя клитор, пока я не всхлипнула.

– Вот тот звук, который я люблю слышать, – самодовольно сказал он.

– Перестань, – выдохнула я. – Перестань быть таким жестоким.

Послышался низкий смешок, прежде чем он провёл пальцем по узлу нервов.

– Грей! – выкрикнула я его имя в чистом наслаждении.

Его аура удерживала меня на весу, освобождая обе его руки. Пока одна продолжала работать над моим клитором, другая перекатывала сосок, и от наслаждения у меня закружилась голова. Грей наклонился и прикусил второй сосок, прежде чем провести по нему языком.

– Не останавливайся, – умоляла я. – Пожалуйста. Пожалуйста.

Моя спина выгнулась от стены, и он не сбавил и не замедлил темп. Он прикусил мою грудь, и я снова всхлипнула. Завтра утром моё тело будет покрыто следами этой ночи, но мне нравилась сама мысль о напоминаниях – где он был и что присвоил себе.

Ещё несколько толчков, вместе с тем, как он продолжал тереться обо мне, заставили моё тело содрогнуться вокруг его члена, ноги сомкнулись вокруг талии Грея, удерживая его глубоко внутри. Я прижалась к нему, впившись зубами в его плечо, когда оргазм обрушился на меня.

Грей продолжал двигаться, прижимаясь ко мне, когда я слабо открыла глаза. Он застонал и укусил меня за шею, прежде чем его тело напряглось и задрожало, и он кончил в меня.

Мы оставались так ещё несколько мгновений, обвитые друг вокруг друга: влажные от пота тела и тяжёлое дыхание.

Медленно Грей коснулся моего лица, побуждая меня посмотреть на него. Его глаза уже возвращались к голубому цвету. Мои ноги устали и начали соскальзывать с его талии, и он вышел из меня прежде, чем мои ступни коснулись пола. Грей удерживал меня, пока мои ноги с трудом выполняли свою работу, а следы его удовольствия стекали по моим бёдрам.

Когда он заговорил, это был шёпот:

– Чего ты хочешь, Квентин?

– Тебя. – Ответ пришёл без раздумий.

– Я не могу дать тебе всё, чего ты желаешь.

Он имел в виду, что не может дать мне отношения. Он имел в виду, что не может позволить кому-либо узнать о нас.

Я знала это. Я знала всё это, и это должно было быть тревожными сигналами, потому что то, как он заставлял моё сердце биться быстрее, и то, что я не могла перестать думать о нём… Если он не мог дать мне этого, я должна была уйти от него, потому что я этого заслуживала.

Но я не могла. Я была готова принять любую кроху, которую он мог мне дать, потому что Грей был моим проклятием.

– Я знаю, – сказала я ему.

– Это меняет твой ответ?

– Нет. Я знаю, чего хочу.

Он прислонился лбом к моему лбу. Его голос был низким, глубоким и властным.

– Я не буду делить тебя ни с кем.

Моя рука поднялась и коснулась его лица.

– И не придётся. То же правило действует и для тебя.

Я уйду от Мэтта. Завтра я увижусь с ним и всё закончу. Я знала, что должна чувствовать вину из-за того, что это произошло, пока у меня есть парень, но не чувствовала. Он никогда не узнает, а я закончу всё до того, как это случится снова.

Грей кивнул мне и снова поцеловал.

– Я скучал по тебе.

Это казалось странным – слышать такое, когда мы жили вместе, разговаривали каждый день и каждую ночь проводили в одной постели, но я скучала по возможности иметь его вот так.

– Моя кухня теперь в полном беспорядке из-за тебя, – тихо сказала я.

– Это ты начала.

На моих щеках вспыхнул румянец.

– С днём рождения, Грей.

– С охуенным днём рождения меня.