Текст книги "Боги и монстры (ЛП)"

Автор книги: Зави Джеймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 26 страниц)

Три недели.

Три недели мы двигались по одному и тому же кругу.

Моё присутствие в институте было не нужно, и я видел Скотт только дома. Большинство вечеров она приносила работу с собой и уносила её в свою комнату, едва перебрасываясь со мной парой слов.

В те ночи, когда она не работала, Скотт проводила время с Холденом. На прошлой неделе она привела его домой после свидания, и я едва не разбил каждый стеклянный предмет в доме. И я бы разнёс этот дом до самого фундамента, когда увидел самодовольную физиономию Холдена следующим утром, если бы не неудовлетворённые мысли Скотт.

Неудивительно, что он оказался не в состоянии доставить ей удовольствие. Посредственный секс был недостаточен, чтобы её насытить. Скотт требовалась связь. Ей нужен был противник в постели – тот, кто способен заставить её подчиниться, кто сможет служить ей в тот момент, когда она отдаёт контроль.

Чтобы избегать этой псевдопары, я занимал себя визитами к Эрику и Слоан. Она была уже близка к сроку родов, и многие из нас заходили к ней. Когда я не был с ними, я подцеплял женщин в «Мёрфи», приводя их домой, пока остальных не было рядом. Моё утешение всегда находилось в самой глубине хаоса.

Проблема заключалась в том, что каждая выбранная мной женщина была робкой. Ни у одной из них не было той дерзкой уверенности и раздутого эго, которыми обладала Скотт, и меня раздражало, что она оставила такой стойкий след, а затем решила, что её время и усилия лучше потратить на Холдена.

Сегодня нам не удастся избегать друг друга. Гарет пригласил весь институт в Брайтон отпраздновать свой день рождения, а это означало, что по пляжу будут рассыпаны вперемешку Боги и Смертные.

Если мы вообще туда доберёмся.

– Поторопись, Скотт! – крикнул я через весь дом. – Иначе я воспользуюсь своей аурой, чтобы доставить нас туда.

– Иду! – крикнула она в ответ. – Перестань быть таким нетерпеливым.

Если я и понял что-то об этой женщине, так это то, что она почти никогда не приходит вовремя никуда, кроме работы.

Через несколько минут она спустилась по лестнице, и мы сели в машину, выехав из Лондона в молчаливую поездку.

На протяжении всей дороги я не сводил с неё взгляда, совершенно не заботясь о скрытности. Моей целью было не сделать её комфортно. Моей целью было понять, почему эта Смертная заняла столько места в моей голове и довела меня до грани безумия.

У Скотт был скверный характер, который вспыхивал из-за мелочей вроде плохого трафика. С управлением временем у неё были проблемы. Её дом представлял собой беспорядок – книги и вещи были навалены как попало на любой свободной поверхности. Она была самым далёким от божественности существом из всех, кого я встречал, и всё же меня необъяснимо тянуло к ней.

Когда мы приехали, Скотт вытащила из багажника переносной холодильник и свою сумку и закинула сумку на плечо.

– Дай сюда, – сказал я, протягивая руку.

– Я сама справлюсь, – резко отмахнулась она.

– Дай сюда, Скотт.

– Мне не нужно, чтобы ты это нёс, – огрызнулась она. – Закрой машину.

Она бросила мне ключи и, обхватив холодильник обеими руками, направилась вниз к толпе людей на пляже. Она растворилась среди остальных Смертных, и я отметил Богов, рассредоточенных между ними.

– Они принимают так много плохих решений, – сказал Эрик, когда я подошёл к нему, убирая ключи Скотт в карман шорт. – Но мне нравится видеть, когда они всё-таки делают правильный выбор.

Он наблюдал за Гаретом с его женой и маленькой дочерью. Все трое сидели на песке, строя песчаные замки, с улыбками на лицах. Идеальная, счастливая семья.

– Ты размазня, – сказал я ему с отвращением.

– А ты циник, – беспечно ответил он.

– Где Слоан?

Эрик кивнул в сторону шезлонгов и зонта, где Слоан удобно расположилась в тени, гордо демонстрируя округлившийся живот.

– Уже недолго осталось, – сказал я.

Эрик ухмыльнулся.

– Ещё две недели.

– Ты собираешься привезти остальных детей?

– Гарет пытается расчистить почву. Думаю, тогда Арчер может нанести визит. Посмотрим. Проект разрастается, и, по-моему, это его тревожит. Он боится, что всё может оказаться ему не по силам.

– Великолепно, – процедил я сквозь стиснутые зубы.

– Пойдём, – сказал Эрик. – Присоединимся к остальным.

Небольшая группа, состоящая из нескольких наших коллег-мужчин, уже собралась и перебрасывала между собой регбийный мяч. Я стянул футболку, оставаясь в одних шортах, и позволил солнцу согревать мою кожу, пока мы присоединялись к ним.

Я чувствовал взгляды на себе, а затем и мысли, но была только одна цепочка мыслей, которая привлекла моё внимание. Один поток сознания, интересовавший меня больше всего.

Мой взгляд скользнул по лицам на пляже, пока я не нашёл Скотт, стоявшую у шезлонга, полностью сосредоточенную на мне. Похоже, у нас обоих возникла одна и та же проблема.

Я ухмыльнулся и наблюдал, как её лицо вспыхнуло румянцем, когда она отвела взгляд, поняв, что я её поймал. Ей придётся быть куда осторожнее, если она собирается безнаказанно пожирать меня глазами.

– Играешь, Грейсон? – Холден подбрасывал мяч в руках.

Когда я снова взглянул на Скотт, она уже сняла шорты и майку, и мой член дёрнулся в шортах. Вне лаборатории она не отличалась скромностью в одежде, но видеть её почти раздетой, в одном лишь купальнике, совсем не помогало моему положению.

– Не уверен, что ты захочешь играть со мной в игры, – пробормотал я в ответ, пока мой мозг уже выстраивал план, а он отвернулся поговорить с другими коллегами.

– Держу пари, ты любуешься таким видом постоянно дома, – сказал Иг, подбегая ко мне и наблюдая за Скотт, растянувшейся на шезлонге под солнцем.

Золотистая кожа блестела под лучами, будто сама просила их ласки и манила меня сделать то же самое.

Внутри я отругал себя за недостаточную внимательность. Последнее, чего я хотел, – чтобы чей-то ещё взгляд зацепился за то, что я уже сделал своим.

– Хотел бы, – честно ответил я. – Большую часть времени она слишком погружена в работу.

– Не могу отрицать, в моём цвете она выглядит чертовски хорошо.

Меня передёрнуло от этого замечания. До сих пор я ни разу не видел её в полностью чёрном, и меня кольнуло раздражение, когда она лежала под солнцем в оранжевом бикини.

Это ничего не значило. Она не Богиня, так что никакие традиции на неё не распространялись. Иг всего лишь пытался отыграться за то, что я на днях уложил его на задницу.

Я прикусил язык, сдерживая мысль о том, что на самом деле Скотт выглядит лучше всего вообще без одежды.

И так уже было достаточно плохо, что Эрик знает. Я не собирался выносить это на всеобщее обсуждение и рисковать тем, что Хантер начнёт придираться к моему поведению.

– В твоём цвете никто не выглядит хорошо, – парировал я.

Иг фыркнул.

– Чёрное носят на похоронах.

– Зато этот цвет хоть что-то означает. Оранжевый? Зачем вообще кто-то носит оранжевый?

– Да пошёл ты, Грей.

Громко рассмеявшись, я наблюдал, как Иг, надувшись, направился к Элве. Я было двинулся за ним, но после ещё одного взгляда на Скотт мгновенно изменил курс.

– Наслаждаешься солнцем? – спросил я, подойдя к ней.

Устроившись на соседнем шезлонге рядом со Скотт, под зонтом, укрывающим меня от яркого света, я позволил своему взгляду свободно скользить по её фигуре. Кожа на её бёдрах и по бокам была украшена белыми растяжками – следами того, как её тело когда-то выросло, принимая формы, притягивающие внимание.

Она повернула голову ко мне, глаза скрыты за большими тёмными солнцезащитными очками.

– Ммм. Приятно, – лениво ответила она.

– Я знаю, что ещё могло бы доставить тебе удовольствие, – сказал я, наклоняясь к ней.

– Грейсон, – предупредила она.

– Что?

– Этого не будет.

– Значит, ты понимаешь, о чём я говорю?

Она медленно приподнялась и повернулась ко мне.

– Знаешь, тебе бы стоило посидеть в тени, – посоветовал я, похлопав по месту рядом с собой.

Она покачала головой.

– Мне и так хорошо.

Сдвинувшись с шезлонга, я сел рядом с ней. Теперь моё тело отбрасывало тень, и Скотт подняла очки на голову. Я воспользовался моментом, чтобы снова внимательно её рассмотреть, отчего она приподняла бровь.

– Не смотри на меня так, Скотт. Я видел, как ты смотрела раньше.

– Смотреть не запрещено, – возмущённо сказала она.

– По моим правилам, трогать тоже не запрещено.

– Грей.

– Ну же, Скотт, – мягко уговаривал я. – Я знаю, ты осталась недовольна той ночью.

Её глаза расширились, а щёки вспыхнули румянцем.

– Я понятия не имею —

– Ты серьёзно собираешься мне лгать?

Она раздражённо фыркнула, пойманная с поличным.

– Ты ненавидишь, когда не получаешь своего, – сказал я, забавляясь её поведением.

Я видел, насколько она упряма, и ценил это качество – до тех пор, пока оно не означало сопротивление мне. Она могла обладать всем огнём мира, пока это не мешало мне получать желаемое.

– Ты такой же, – парировала она.

– Я никогда не говорил, что это плохая черта.

Она снова смягчилась.

– Чего ты хочешь, Грей?

– Того же самого, что и ты. – Я наклонился и поиграл свободной прядью её волос. – Удовлетворения.

Я коснулся лёгким поцелуем её челюсти.

– Грей, – прошептала она.

– Ммм?

– У нас будут проблемы.

Она не сказала мне остановиться.

– Тогда нам стоит уйти, – сказал я ей.

Моя аура окутала нас, перенося обратно к ней домой. Через мгновение мы уже стояли в прихожей её дома, и она оттолкнула меня.

– Грей! – закричала Скотт, выглядя взбешённой. – Ты вообще когда-нибудь слушаешь? Там было полно людей. У тебя могут быть серьёзные неприятности. И… Мэтью —

Я закатил глаза в ответ на её вспышку.

– Я разберусь с последствиями, если они появятся.

Одной рукой я обхватил её лицо, другой – её обнажённую талию. Скотт всё ещё была тёплой от солнца, но по её коже побежали мурашки. Хотела она это признавать или нет – она принадлежала мне.

Её тело слушалось меня, а разум следовал за ним.

– Скажи, что я ошибаюсь, Скотт.

Её ладони упирались в мою обнажённую грудь, и она прикусила губу, борясь сама с собой.

– Скажи, что ты этого не хочешь, – пояснил я. – И я оставлю тебя в покое.

В её глазах решение уже было принято, но я хотел услышать это от неё. Прошло несколько секунд, прежде чем она наконец сдалась.

– Чего ты ждёшь?

Мне было трудно сосредоточиться, когда Грей находился так близко и полуобнажённый. Каждая часть меня хотела стоять на своём и сказать ему «нет», но моё тело жаждало снова почувствовать его. То удовольствие и тот покой, которые давал Грей, были тем, что я отчаянно искала в поздние ночи и ранние утра. Это ускользало от меня на каждом шагу, пока я не уступала ему.

Грейсон был моим извращённым спасением, о котором я никогда не знала, что нуждаюсь в нём.

Как же это чертовски извращённо – что Бог, от которого я отреклась, Бог, к которому я никогда не обращусь, оказался тем самым, кто сохраняет мой рассудок и приносит равновесие в мою жизнь?

– Чего ты ждёшь? – спросила я его, окончательно теряя решимость.

Грей ухмыльнулся, расстёгивая мой топ, и тот упал с моего тела. Я зацепила большие пальцы за край трусиков и стянула их вниз по ногам. Выпрямившись, я посмотрела на Грея из-под ресниц.

– Скажи, о чём ты думаешь. – В его голосе появилась хриплая нота.

Если бы Грей захотел, он мог бы узнать в точности, о чём я думаю, но он хотел, чтобы я сказала это сама. Это был ещё один слой игры. Просить меня озвучить свои мысли вместо того, чтобы просто забрать их, было ещё одним знаком того, что я уступаю ему.

Мне нравилось именно так. Нравилось предлагать их самой, прежде чем он заберёт их у меня.

– Я хочу, чтобы ты был внутри меня, – просто сказала я.

С этими словами Грей потерял контроль. Его глаза почернели, вены, поднимающиеся по его руке, приняли тот же цвет, резко выделяясь на коже, а его аура ожила и закружилась вокруг него. Это было напоминанием – если кому-то вообще требовалось напоминание – что Грей был Богом, а не обычным мужчиной.

Его рука зарылась в мои волосы, пальцы запутались в прядях, и он дёрнул, заставляя меня поднять голову, прежде чем завладеть моими губами. Я улыбнулась прямо в поцелуй, возбуждённая его грубостью. Свободная рука Грея скользнула вниз по моей спине, сжала ягодицы, затем переместилась вперёд, между моих ног, заставляя меня застонать от удовольствия.

Я уже была влажной для него, и его пальцы дразнили меня вдоль складок, прежде чем он ввёл в меня два пальца.

– Чёрт, – выдохнул он мне в волосы, и я застонала ему в грудь, вцепившись в него руками.

Грей пах горьким кофе, книгами и костром. Это был дурманящий запах, который я связывала с ним. Его я чувствовала ещё до того, как видела его в лаборатории или дома. Смесь всего, что я любила.

Он ввёл в меня ещё один палец, и я заёрзала под его рукой.

– Пожалуйста. Пожалуйста, – умоляла я его.

Грей тихо, мрачно усмехнулся, прежде чем вытащить пальцы. Затем он без усилия поднял меня на руки и понёс, пока моя спина не ударилась о стену в коридоре.

– Вечно такая нетерпеливая, – пробормотал он, глядя на меня.

Мои пальцы зарылись в его волосы, и он опустил рот к моей груди, посасывая и облизывая сосок. Я прикусила его ухо, и он ответил тем же, заставив меня ахнуть от смеси боли и удовольствия.

Именно аура Грея удерживала меня прижатой к стене, пока он снял шорты и отбросил их в сторону, прежде чем переключить внимание на другую грудь, заставляя мою спину выгнуться от его прикосновения.

– Грей, пожалуйста. – Я уже не была способна сложить более длинное предложение.

Жгучее желание к нему росло во мне последние несколько недель, и ощущать его так близко – и всё же недостаточно близко – сводило меня с ума. Я снова вцепилась пальцами в его волосы и оттянула его голову назад, чтобы посмотреть на него, тяжело дыша.

Грей опустил меня со стены, и мои дрожащие ноги коснулись пола. Если я чего-то от него хотела, мне нужно было взять это самой, потому что Грей любил заставлять меня умолять, а сегодня у меня не было настроения играть в эти игры.

Обвив ногой его ногу, я увидела, как Грей смотрит на меня с удивлением, когда я толкнула его в грудь и повалила на пол с глухим стуком. Он поднял на меня взгляд снизу, а я подарила ему томную улыбку, прежде чем сесть сверху и прижать его коленями.

– Ты ведь не можешь удержаться от того, чтобы дразнить, правда? – спросила я.

Я протянула руку за спину и обхватила его твёрдый член, большим пальцем проводя по головке. Медленно я приподнялась, направляя его к себе, прежде чем опуститься на него. Я не отводила от него взгляда и наблюдала, как его лицо расслабляется от желания, пока он заполнял меня дюйм за дюймом. Это было так хорошо – снова чувствовать его внутри. И стон, сорвавшийся с губ Грея, подтолкнул меня дальше.

– Квентин. Блядь, – выдохнул он.

Квентин. Больше не Скотт. Он был так же захвачен происходящим, как и я, если отбросил формальность обращения по фамилии. Обычно я терпеть не могла, когда меня называли Квентин, но, когда это произносил Грей, это звучало почти музыкально, и мне хотелось услышать это снова.

– Ещё? – спросила я его.

Он посмотрел на меня – глаза чёрные, почти демонические – и кивнул. Я была в контроле. Вместо того чтобы полностью насадиться на него, я приподнялась, оставляя внутри себя только его головку. Грей зарычал, и я почувствовала вибрацию в его груди.

– Вечно такой нетерпеливый, Грей, – повторила я его же слова.

Улыбка мгновенно исчезла с моего лица, когда Грей перевернул нас, и моя спина ударилась о деревянный пол. Его крепкие мышцы прижались к изгибам моего тела, вдавливая меня в поверхность.

– Ты просто не знаешь, когда остановиться, да? – прошипел он.

Грей схватил меня за ноги, раздвигая их, и глубоко вошёл в меня. Я крепко зажмурилась и прикусила губу, чтобы не закричать. Он толкнул бёдрами, и я отвечала на каждое движение, наконец позволяя себе застонать от удовольствия, которое он мне дарил.

– Он трахается с тобой так? – спросил Грей, прижимаясь лбом к моему лбу.

Я хотела ответить, но не могла сформулировать слова, вместо этого мои пальцы вцепились в его волосы. Рука Грея подняла мою голову, и наши губы снова встретились, а вскоре наши языки начали борьбу за превосходство.

– Ты такой хороший, Грей, – пробормотала я ему в губы.

– Может, нам стоит остановиться.

Я тихо заскулила при одной мысли об этом, и Грей ухмыльнулся.

– Обожаю, когда ты издаёшь этот звук, – сказал он.

Грей не остановился. Он обхватил рукой мою талию, выгибая мою спину и наклоняя меня так, чтобы войти ещё глубже.

– Кончи для меня, Квентин.

Он ускорился, и мои ногти впились в его предплечья, когда он подтолкнул меня к краю. Мои мышцы напряглись, и я запрокинула голову в чистом экстазе.

Я едва успела прийти в себя после оргазма, когда рука Грея коснулась моего чувствительного клитора, заставив меня снова застонать. В ответ он зарычал, вышел из меня, играя с моим чрезмерно чувствительным узлом нервов, а затем снова вошёл.

– Нет, – выдохнула я, не в силах обрести ясность, пока он играл с моим телом. – О, Боги.

Грей убрал руку.

– Что я тебе говорил? Только я.

Я посмотрела на него, губы приоткрыты, и кивнула, отчаянно желая снова почувствовать его прикосновение.

– Назови моё имя, – потребовал он.

– Грей. – Это прозвучало жалобным, беспомощным всхлипом.

– Громче.

Я прикусила губу, когда его пальцы снова начали дразнить мой клитор, и я мучительно желала, чтобы он продолжил.

– Грей!

– Хорошая девочка, – протянул он, и в его голосе звучало удовлетворение от моего повиновения.

Он прижал пальцы к моему клитору и начал тереть, одновременно двигаясь во мне, пока я снова не оказалась на грани. Вскоре мои ноги задрожали, и Грей подарил мне второй оргазм. Моё тело было полностью истощено после утра под солнцем и того экстаза, которым он меня наполнил.

Он вышел из меня, его член лежал на моём бедре – влажный, твёрдый и пульсирующий. Моя грудь тяжело вздымалась, пока я пыталась восстановить дыхание. Руки Грея легли на мои бёдра, и он перевернул меня так, что я оказалась лицом к полу, затем подтянул меня на колени.

Я не протестовала. Я не хотела протестовать.

Его грубые пальцы мягко скользнули по моим ягодицам, прежде чем ладонь резко опустилась на них звонким шлепком, и я вскрикнула от боли. Меня охватила злость, но огонь тут же погас, когда он начал растирать это место, успокаивая жжение, которое сам же вызвал своим ударом.

Внезапно Грей снова вошёл в меня, без предупреждения. От силы толчка моя щека прижалась к полу.

– Трахни меня, Квен, – простонал Грей. – Ты словно рай.

Он двинул бёдрами, пока не нашёл нужную точку.

Я выкрикнула его имя.

– Грей! Да!

– Ты кончаешь только для меня. Ты понимаешь?

Он продолжал двигаться во мне, снова задавая ритм. Мои ноги ослабели, колени болели от жёсткого дерева под ними. Его аура обвила меня, удерживая в этом положении. Грей больше не пытался доставить удовольствие мне. Он использовал меня, чтобы достичь собственного пика, и я позволяла ему это.

– Никто, кроме тебя, – согласилась я.

Слова сорвались с моих губ без всякого принуждения. Я выгнула спину, отводя бёдра ещё дальше назад, чтобы Грей мог войти глубже. Каждый его дюйм заполнял меня, и это было даже лучше, чем я помнила.

– Блядь, – прорычал он.

Пальцы Грея впились в мягкую плоть моих бёдер. У меня не было ни малейших сомнений, что он оставит синяки. Он резко дёрнулся, затем содрогнулся и кончил внутри меня.

Он вышел из меня, и я почувствовала, как по внутренней стороне бёдер потекло тепло. Оба раза, когда мы занимались сексом, Грей оставлял меня в полном беспорядке. Его аура осторожно опустила меня на пол, где он присоединился ко мне.

Я перевернулась на спину, повернув голову к Грею, и наблюдала, как тьма покидает его. Его вены снова стали тускло-синими, глаза – ясными и острыми, а аура исчезла вокруг нас, когда он вновь обрёл контроль и самообладание.

– Видишь, насколько лучше становится, когда ты уступаешь мне? – спросил он.

Простонав, я приподнялась и села. Мои ноги дрожали, и я заставляла их держаться.

– Мне не следует этого делать, – ответила я.

– Ты не его девушка.

– Я знаю.

– И что? – Грей сел рядом со мной. – Продолжай встречаться с ним, а когда понадобится…

Он поцеловал меня в спину, и я вздрогнула, закрывая глаза.

– …мы будем удовлетворять друг друга.

Сделав прерывистый вдох, я оглянулась через плечо на него.

– Разве ты не должен убеждать меня поступать правильно?

– Нужно напоминать тебе, за что я отвечаю?

Ничего хорошего из этого не выйдет. Мы нарушали слишком много правил и слишком быстро.

– Мы больше не можем этого делать, – твёрдо сказала я.

Он прищурился.

– Посмотрим.

– Это не вызов, Грей.

– Разве?

Он притянул меня к себе и снова поцеловал. Я растаяла в его объятиях, и Грей потянул меня так, что я оказалась верхом у него на коленях. Я не смогла сдержать стон, сорвавшийся с моих губ.

Грей прервал поцелуй и рассмеялся.

– Думаю, это нельзя назвать вызовом, если ты сдаёшься так легко.

Я ударила его ладонями в грудь и поднялась на ноги, слегка пошатываясь из-за слабости в ногах.

– Этого больше не повторится, – повторила я.

Я начала медленно подниматься по лестнице, и Грей крикнул мне вслед:

– Как скажешь, Скотт!

– И верни мою машину на место!

Всю эту неделю я старалась видеть Мэтью в том или ином виде каждый вечер. Если это было не свидание, то я шла к нему домой, или он приходил к нам, так что мои вечера были заполнены способами избегать Грея.

Хотя по вечерам его рядом не было, мои утра и часть рабочих дней – были. И именно в эти моменты Грей пытался залезть мне под кожу. Он умело чередовал тонкость и прямоту: то едва заметно касался моей кожи, стоя слишком близко, то прижимал меня к поверхностям и шептал, что именно хочет со мной сделать, между украденными поцелуями.

Я с гордостью могла сказать, что больше ему не уступала; однако это привело к тому, что мне постоянно снился Грей. Между нами существовало неоспоримое притяжение, но если бы кто-то об этом узнал, последовали бы дисциплинарные меры на работе, последствия со стороны Богов и, что хуже всего, Грей бы победил.

Когда в субботу утром я вернулась от Сала, выплеснув свою злость на ринге, Грей лежал на полу в гостиной в самой невообразимой позе.

– Всё в порядке? – спросила я, наклоняясь над ним.

Он резко сел и широко улыбнулся мне. Моё сердце беспорядочно забилось за грудиной. Грей сиял белоснежной улыбкой и яркими голубыми глазами. От него волнами исходила чистая радость, и я попыталась игнорировать ураган бабочек, поднявшийся у меня в животе.

– У Слоан родился ребёнок, – объявил он.

– Она уже родила?

Он кивнул в ответ, и я расплылась в улыбке.

– Это потрясающая новость! Мальчик или девочка? – спросила я.

– Мальчик. Я ждал тебя.

– Зачем?

– Мы едем их навестить.

Я присела на подлокотник дивана и посмотрела на него сверху вниз.

– Разве они не захотят видеть только семью?

– Остальные тоже будут там, – сообщил Грей. – Уверен, твоя подруга Шарлотта тоже будет.

– Ну да, но это их задание, а я сегодня не работаю.

– Ты приедешь как друг семьи. Уверен, Эрик будет рад тебя видеть.

То, как Грей смотрел на меня, ясно давало понять: он не играет. Это была простая просьба, и хотя где-то на задворках сознания звучал тревожный голос, любопытство заставило меня согласиться.

– Ладно, – сказала я. – Почему бы и нет? Но сначала мне нужно принять душ и переодеться.

Когда я выходила из комнаты, он крикнул мне вслед:

– Надень что-нибудь красное!

– Почему красное? – спросила я, высунув голову обратно в комнату.

– Мы чтим Эрика и рождение его ребёнка. Красный – его цвет. Простая традиция, Скотт. Ты ведь не хочешь проявить неуважение?

Я вздохнула.

– Посмотрю, есть ли у меня что-нибудь, иначе придётся прийти голой.

В глазах Грея вспыхнула искра, и они потемнели.

– Даже не думай об этом, – предупредила я.

– Уже поздно.

Пока у него не появились новые идеи, я поспешила вверх по лестнице собираться.

Красный – не тот цвет, который я часто ношу, и мне потребовалось время, прежде чем я нашла старый красный комбинезон в глубине шкафа. Я надела его и окинула себя взглядом. Глубокий вырез, возможно, выглядел немного неуместно, но это было единственное, что у меня было.

Я вернулась к Грею в гостиную и обнаружила его в красном костюме с белой рубашкой.

– Ну как тебе? – спросил он.

– Мне не нравится, – ответила я, покачав головой. – Красный тебе не идёт.

– Скотт. – Грей рассмеялся. – Только ты могла бы быть настолько откровенной и при этом совершенно не задумываться о том, что можешь оскорбить Бога.

Мои щёки вспыхнули от неловкости.

– Но я согласен, – добавил он. – Красный гораздо больше подходит Эрику. Я предпочитаю чёрный.

Его взгляд скользнул по моему телу, оценивая меня с головы до ног и задерживаясь на изгибах фигуры.

– Это всё, что у меня есть, – сказала я, обхватывая себя руками.

– У меня нет никаких претензий.

– Грейсон.

– Но всё же скажу, что предпочёл бы видеть тебя в чёрном.

Я не совсем поняла, как воспринимать этот комплимент, поэтому просто оставила его без ответа.

– Как мы туда доберёмся?

Он закатил глаза, затем подошёл ко мне. Костяшки пальцев Грея коснулись моей щеки, когда он сказал:

– Веди себя прилично, Скотт. Это моя семья.

Мир погрузился во тьму, и когда свет вернулся, мы уже стояли в гостиной доктора Мартина Ханкела. Он принимал у себя Слоан и Эрика. Мартин был известным физиком с мягким характером и идеальным хозяином для этой пары.

Дом был переполнен Богами и Богинями, а также несколькими людьми, работавшими над проектом.

Первое, что я заметила, – большинство присутствующих было одето в разные оттенки зелёного, и лишь пятеро были в красном: Эрик, Грей, Хантер, Ларкин и я. Я почувствовала, как на меня с любопытством устремилось сразу несколько взглядов.

– Квен! – поприветствовала меня Чарли. – Что ты здесь делаешь?

Я никогда ещё не была так рада её видеть. Когда она направилась ко мне, я притянула её в объятия, и Грей отошёл в сторону.

– Я и не знала, что тебя сюда назначили, – сказала Чарли, отпуская меня.

– Меня не назначали, – ответила я, покачав головой. – Грей попросил меня прийти с ним.

Брови Чарли почти скрылись в линии волос.

– Удивительно.

– Для меня тоже. Может, он и правда начинает меняться.

– Хм, – протянула Чарли, вытащила из сумки блокнот и что-то быстро записала. – Ладно, мне нужно следить за Греем. Заглянешь ко мне в пятницу и поможешь выбрать центральные украшения для столов?

Я кивнула.

– Конечно. Иди работай.

Чарли поцеловала меня в щёку и снова ушла, оставив меня с ощущением, что я здесь как бельмо на глазу.

– Смелый выбор, – сказала Ларкин, жена Хантера, окинув меня взглядом.

– Грейсон сказал надеть красное.

Ларкин рассмеялась и перебросила длинные светлые волосы через плечо.

– Я бы не стала слушать половину того, что говорит Грейсон. Ты же понимаешь, что его работа – создавать проблемы, верно?

Хантер подошёл к жене сзади и обнял её за талию, положив подбородок ей на плечо.

– Рад снова тебя видеть, Квентин. Цвет – идея Грейсона?

Я прикусила щёку изнутри и кивнула.

– Он никогда не будет играть по правилам, – сказал Хантер, закатив глаза.

– Это проблема? – спросила я.

– Не особо. Просто нарушение протокола. В следующий раз, может, сначала уточни у кого-нибудь из нас.

Он поцеловал Ларкин в щёку.

– Пойдём, любовь.

Он увёл жену, а я отступила ближе к стене, пытаясь понять, во что, чёрт возьми, Грей меня втянул.

Я заметила Эрика и Слоан вместе с четырьмя детьми и их новорождённым малышом. От них исходило мягкое сияние ауры, и они стояли в окружении семьи и психологов. В комнате буквально ощущалась волна любви, и это почти выбило меня из равновесия, когда Боги собрались вокруг семьи и их нового ребёнка. Эрик, должно быть, находился в своей стихии.

– Немного приторно, правда?

Когда я повернула голову вправо, там стоял мужчина в нескольких шагах от меня. Быстрый взгляд на его запястья – скованные медью перед ним – подтвердил, что он Бог. Хотя одних их поразительно красивых лиц уже было бы достаточно.

– Арчер, – представился он.

– Ты не один из них, – сказала я.

– Технически – один из них.

– Ты младший Бог, – сказала я, но, судя по его выражению, моя оценка ему не понравилась.

– Я всё равно Бог. Может, представишься?

– Скотт.

– Думаю, это не совсем так.