Текст книги "Хвост судьбы (СИ)"

Автор книги: Юрий Валин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 30 страниц)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Северная столица

1. Гордость Авмора

– Когда-нибудь мы сбежим из этого города, – прошептала Клэ-Р. – Туда, где всегда тепло…

Выбраться из-под одеяла было выше сил. Даже не высовывая носа из-под ласковой мягкости меха снежной лисы, было понятно, что спальня окончательно выстудилась. Клэ-Р хотелось застонать. Нет, стонать абсолютно бессмысленно, а плакать никак нельзя. Еще не хватало на таком холоде возиться, убирая красноту глаз.

– Одеться. И пойти в Лестницы. Сегодня хороший день, – заверила девушка шелковую подкладку.

Подкладка молчала. Может сочувственно, может, равнодушно. Одеяло было хорошим. Старым, но хорошим. Многознающим. И оно, проклятое одеяло, было совершенно право – хорошего дня не будет. С тех пор как исчезла Иво-Онн, хороших дней быть никак не может.

В теплой тесноте бить себя по губам было неудобно. Клэ-Р на всякий случай шлепнула себя еще разок. Во-первых, за сквернословие, во-вторых, за глупость. Конечно, никто никуда не пропадал. Иво-Онн никак не могла пропасть, она просто… задержалась.

О, Добрый бог! Можно так задерживаться⁈ Уже одиннадцатый день…

Клэ-Р сжала зубы, рывком приподняла одеяло и скинула ноги на ковер. Быстрее! Чулки, теплые носки, домашние тапочки… Теперь встать…

А-а-а!

Девушка прыгала, путаясь в необъятном одеяле, пытаясь удержать его на плечах, и одновременно натянуть платье. Холод лез со всех сторон, покусывал за ягодицы, заставлял пританцовывать…

Стуча зубами, Клэ-Р затягивала шнурки корсажа. Работа требовала немалой гибкости, совсем недавно девушка и не поверила бы, что способна справиться самостоятельно. Справлялась. Пока справлялась, хотя толку от этого… Всё равно придется сдохнуть.

Хлоп! Ладонь снова наказала глупые губы. Главное, не слишком сильно. Лопнувшие губы трудно красить. Наказывая себя за одно, никак нельзя портить другое.

Гейс на сквернословие Клэ-Р получила в четыре года. А гейс на глупость вообще брать бессмысленно – это даже Иво-Онн признавала, хотя частенько орала об обратном.

Девушка тупо смотрела на сложенные у камина поленья. Шесть штук. Можно разжечь. Станет теплее. Определенно станет. Но что делать вечером, если придет гость?

Все в Хомпе знали, что гианы равнодушны к холоду. Но в гости к вечерним красавицам приходят нормальные люди. И как они должны отдыхать, если в покоях пар идет изо рта и сесть в кресло невозможно?

Клэ-Р повернулась спиной к камину, и проверила окно. Закрыто и зашторено. Штора скрипела от прикосновений – промерзла насквозь, заледенела. Лучше уж так, может, удержит капельку тепла. Само окно, затянутое уже десятки раз заклеенной пленкой из пузыря толстуна, почти не пропускало света. Свет Клэ-Р и не был нужен. Даже по смутному сумраку понятно – самое время собираться в Лестницы.

Всё будет плохо.

Стоило прикрикнуть, одернуть себя. И желательно вслух. В покоях стояла полная тишина. Давящая. Могильная.

Клэ-Р слабо шлепнула себя по губам. Не думай так, и не вздумай говорить вслух! Не нарушай гейс на удачу…

За окном слабо пел ветер. Может, в Хомпе уже никого не осталось? Король умер, и все ушли в верхний замок поклониться остывающему телу? Наконец-то Белая Корона вздохнет с облегчением…

Клэ-Р едва слышно заскулила. Да что за день такой⁈ На гейсы плюешь, теперь еще и Доброго бога прогневила. Гиана не должна никому желать смерти. Тем более больному королю. Пусть лежит там, в безлюдном Шепоте. Пусть выздоравливает. Ибо король добр, и благодарная гиана не должна…

Окна спальни и второй комнаты покоев гиан выходили на пролив. Когда-то это считалось престижным. Рядом, правда ближе к центральной части Хомпа, располагались апартаменты старших лордов кланов, именитых гостей короля и прочих известных и уважаемых людей, проживающих или часто бывающих в замке. Так, по-крайней мере, было прежде. Ныне замок выглядел еще безлюдней, чем обычно.

Ужасная зима.

Хомп – гордость Белой Короны. Огромный замок, твердыня, куда никогда не ступала нога захватчика. Собственно, иноземцы никогда не врывались и в нижний большой Авмор.

«Бедняги-захватчики замерзали, даже не доплыв до Белого пролива» – подумала Клэ-Р, и, придерживая одеяло на плечах, направилась в соседнюю комнату. Здесь было, наверное, еще холодней. На металлических полосах, оковывающих сундук, белел толстый слой изморози. Девушка достала посуду – ледяное серебро обжигало пальцы. Обед был завернут в белоснежную салфетку. Всё что осталось с позавчера. Еще один гейс придется нарушить – вилке и ножу здесь делать нечего. Собственно, резать и делить здесь тоже нечего.

Клэ-Р осторожно разламывала крошащиеся остатки булки и отправляла в рот. Запивала экономными глотками. Вода в кувшине, оставленном у дымохода, слава Доброму богу, не замерзла. Значит, семейство Бейгенов замок еще не покинуло. У них внизу тепло и натоплено, бегают ребятишки. Летом через окна слышно их верещание. Не все гости гиан относились к столь вульгарному шуму снисходительно.

Сейчас тихо. И гостей нет. И Хомп почти вымер…

Собственно, почему так настойчиво кажется, что замок пустеет?

Беда была в том, что последние дни Клэ-Р почти ни с кем не разговаривала. Причин было несколько. Неосмотрительно было болтать с лордами, когда Иво-Онн отсутствует. Как ни обходи эту щекотливую тему, в разговоре она обязательно всплывает. Уж слишком привыкли видеть обеих гиан вместе. К тому же, мужчины не склонны к пустой болтовне с вечерней красавицей-даркшей. Раньше все слухи и сплетни замка приносила Киска, – она была девушкой на редкость любознательной и пронырливой. Но служанка пропала в тот же день, что и Иво-Онн. Дальше… Дальше всё становилось только хуже и хуже.

Клэ-Р смела с блюда последние крошки, отправила остатки обеда в рот. Нужно запереть серебро – ныне в Хомпе так пустынно, что только и жди воров. Иво-Онн их боялась даже больше пожара.

Клэ-Р осознавала, что это довольно глупо – бояться за драгоценности и серебро, когда голова кружится от голода. Но гейс суров – порядок должен поддерживаться, что бы ни случилось. Сундуки, тайники, шкатулки. У зеркала для отвода глаз оставлены украшения попроще, брошена горсть монет. Сундуки и шкафы заперты, ключи спрятаны в секретных местах. Даже отыскав ключ, злоумышленнику придется повозиться, гадая, к какому именно ларцу он подойдет. Здесь поставлены одни из самых надежнейших замков в Авморе. Всё тщательно продумано в покоях гиан…

Всё, кроме холода и голода, что подступили так быстро.

Нет ничего проще, чем купить дров. Любой из слуг за пару «корон» охотно приволочет вязанку дров. Возможно, украденную у собственного лорда. Клэ-Р была уверена, что Добрый бог в данном случае простит соучастие в краже. Можно послать кого-то в город. Привезут целый воз отличных дров. В последние дни Клэ-Р пришлось научиться разбираться – лучше всего горят те, в нарядной белой, в черную крапинку, коре. Дубовые тоже неплохи. Да, купить целый воз этих бело-черных. Сложить в чулане у гостиной, и всё зиму не нужно будет думать о холоде. Клэ-Р не знала, сколько стоит доставка дров, но была уверенна, что сможет поторговаться. Её научили разбираться в мужчинах, а дровами, несомненно, занимаются именно мужчины. Естественно, не благородные, но в данном случае нарушения гейса никак не избежать.

С едой еще проще. Стоит лишь пойти на королевскую кухню. Сам король Старый Медведь в последние месяцы едва ли проявляет большой интерес к яствам, но повара по-прежнему готовят, повозки с продуктами исправно поднимаются по утомительной извилистой дороге к замковым воротам. Вчера на кухне готовили свинину с тушеной капустой. Проклятый аромат из Трапезной так и расползался по галереям…

Клэ-Р машинально хлопнула себя по губам. Опять сквернословие. Добрый бог простит. Бог и гейсы простят всё, кроме самой непоправимой ошибки. Нельзя выдать себя. Нельзя признаться, что от гиан сбежала прислуга. Нельзя даже намекнуть, что сама Иво-Онн, знаменитая гиана Хомпа, чью красоту и изысканное уменье радовать знают и славят в самых отдаленных землях Белой Короны, исчезла неизвестно куда.

Нет! Не исчезла! Гиана не может исчезнуть. Её никто не смеет тронуть. Она… она просто спустилась в город. Даже блистательной красавице-даркше требуется подбирать ткани для нарядов, заказывать новые драгоценности и косметику. Гиан щедро одаривают, но даже глупый горожанин понимает, что далеко не всё необходимое столь изысканной красавице может поднести и самый богатый лорд.

Нельзя давать повод сплетням. Хомп есть Хомп. Здесь слухи летят быстрее ледяных сквозняков. Но сплетен не будет. Таков основной гейс – не видеть, не слышать, не вмешиваться. Не болтать и не дать неуместного повода болтать другим. Ибо дурной слух о тебе убивает быстрее простуды.

Клэ-Р с тревогой потянула носом. Слава Доброму богу, соплей не было. Нужно идти. Вечерний замок без радостей встреч с гианами скучен и лорды не замедлят это отметить. Возможно, отсутствие Иво-Онн уже бросилось кому-то в глаза.

Последние дни юная гиана научилась уйме вещей. В том числе, экономить масло для светильника. Впрочем, и света из тусклого окна было вполне достаточно. Иногда Клэ-Р думала, что вполне способна краситься на ощупь. Сколько же дней проведено перед великолепным зеркалом, что способно отразить человека почти без искажений? Эта вещь в раме из удивительного полосатого дерева, привезенная с дикарского юга, стоила столь дорого, что её стоило приравнять к истинно волшебным предметам.

Впрочем, и иных дорогостоящих магических секретов в покоях гиан хватало. Клэ-Р выбрала одну из длинного ряда баночек и коробочек, что выстроились у зеркала. Простоватые глиняные, или дутые из мутного авморского стекла, сосуды содержали косметику. Едва ли какой вор решит польститься на пахучие непонятные снадобья. Лишь очень знающие люди догадаются, что содержимое некоторых склянок стоит куда дороже той несчастной горсти серебра, что рассыпана рядом.

Сначала пудра, потом тени и тушь… Стоило заняться делом и холод слегка отступил, даже пальцы стали относительно послушными. Клэ-Р накладывала краски машинально. Ведь у зеркала было проведено столько мучительных часов и полито столько горючих слез. В своё время Иво-Онн, выходя из себя, расчетливо, но очень больно драла уши бестолковой ученице.

С ушами следовало обращаться осторожнее. Закончив с лицом, Клэ-Р открыла флакон, надушила мочки и виски. В холоде терпко-сладкий, манящий аромат оживать не стал, но стоит немного согреться и редкий мужчина не среагирует должным образом. Девушка поправила серьги. У Клэ-Р были уши истиной гианы – тесно прижатые к черепу, узкие, с вызывающе острыми кончиками. Нечеловеческое изящество подчеркивали серьги-кольца, продетыми в вершинки ушек. Ниже в ушах тоже имелись украшения – массивное серебро с разноцветными драгоценными камнями. Серьги часто менялись, но определенная гармония размера, цвета и расположения украшений строго соблюдалось. Кольца в кончиках ушей раскачивались, рубины и изумруды сияли – всё это так и притягивало взгляд.

Гиана должна выглядеть гианой.

Клэ-Р себе не нравилась. Чудовищно не нравилась. Но гейс требовал забыть о безобразии. Девушка следовала гейсу, чаровала и манила, но многолетняя заноза так и сидела в глубине души. Наверняка Добрый бог всё-всё понимал: и про занозу, и про душу некрасивой гианы.

Худая, почти тощая. Черноголовая. Волосы густы, но столь коротки, что в Хомпе открыто говорили – «та лысая даркша-гиана». Такую ни с кем не спутаешь. В свои редкие выходы в город Клэ-Р тщательно покрывала голову. В городе было можно – там необязательно быть узнанной.

Рост чуть выше среднего. Но его подчеркивает худоба. Как Иво-Онн не старалась, придумывая специальные диеты и подбирая подходящее нижнее бельё, ничего не получалось. Клэ-Р старалась не раздеваться в постелях гостей. Обычно это удавалось, но несколько раз девушка ловила сострадательные взгляды лордов. Мужчины отвлекались от радости, и это было, без всякого сомнения, очень дурно. «Смотри ему в глаза» – требовала Иво-Онн. Да, вот это помогало. Глаза девушки были не слишком-то выразительны – в Авморе полным-полно темно-серых глаз. Но столь великолепно накрашенных в городе не найти. А чувственные, чуть хищные губы и ровные зубки юной гианы были хороши – в свое время хватило денег подправить магией.

Клэ-Р приблизила лицо к зеркалу и взглянула себе в глаза. Неплохо. Огромные глаза в обрамлении темных теней, уходящих прямо к вискам, и яркие манящие губки. Белизна кожи, резкий контраст румян. В Лестницах красок практически не будет видно. Но едва ли найдется лорд, настолько туповатый, чтобы не угадать с кем он встретился. Угадать и порадоваться.

Ожерелья, браслеты. Девушка открыла шкатулку с Теплыми кольцами. Поочередно извлекала из гнезд в вишневом бархате, бережно унизывала пальцы. Колец было девять – одно утеряно. Даже вспомнить страшно, как разбушевалась тогда Иво-Онн. Справедливо, но… Когда у тебя ягодицы как у мальчишки, наказание ремнем весьма неприятно. И обидно…

Клэ-Р провела пальцами в кольцах по макушке, поправляя волосы. Стричься еще рано. Короткие волосы привычно покалывали ладонь. Это успокаивало. Пора, гиана. Хомп ждет.

Она выскользнула в полумрак коридора, подозрительно огляделась и заперла дверь. Хомп действительно словно вымер. Сквозняк дергал пламя факела у лестницы. Даже огонь казался замерзшим, почти бесцветным.

О, Добрый бог, как же холодно!

Клэ-Р повесила цепочку с ключом на шею, спрятав среди ожерелий. Ключ, откованный вместе с замком по заказу старшей гианы, весил прилично, но оставлять его в тайнике было опрометчиво. Если Иво-Онн или Киска сегодня вернутся, то поймут что…

Юная гиана стиснула зубы, и пошла по коридору. Если стоять, замерзнешь мгновенно.

Тихо постукивали каблучки. Клэ-Р умела ходить правильно. Когда нужно – бесшумно, когда нужно – привлекая внимание гостей. Сейчас лучше побыстрее проскользнуть в Лестницы, дабы избежать ненужных встреч и вопросов кого-то из знакомых. Некоторые лорды считают, что гианы созданы для праздной болтовни. Таких бы умников…

Бесшумный шлепок по губам. Еще один, дабы отогнать мысли от кухонных запахов, доносящихся с первого этажа. Клэ-Р скользнула в огромную арку Жилой галереи и оказалась на спуске, уводящем в смутную полутьму. Вот и Лестницы…

Строили Хомп не люди. Лет сто назад кто-то из королей пытался объявить, что замок возвел его предок, одним из первых высадившийся в Авморской бухте. Заявление смехотворное, поскольку даже дети знали, что предки к берегам бухты спустились с гор, прямиком из Узкой долины. Было в том древнем войске ровно сто сорок три человека, и ровно половину из них составляли славные женщины кланов. Сто сорок третьим был ребенок, пол которого определили, лишь омыв младенца в водах бухты. Должно быть, в пути крохе пришлось несладко, поскольку лишь после купания обнаружилось, что он мужского полу и явно собирается стать великим вождем. Так люди клана Угря и клана Рыбы узрели будущего родоначальника могущественного клана Китовой Травы.

Глупая сказка. Клэ-Р была уверенна, что Добрый бог столь наивные россказни не одобряет. Если бы авморцы знали, кому нужно поклоняться, их жизнь была бы намного счастливее. Впрочем, Клэ-Р когда-то взяла гейс, поклявшись никогда и ни с кем не рассуждать на подобную тему.

Так вот – Хомп был всегда. Достаточно просто протереть глаза и взглянуть вокруг. Хомп изначален, и строили его сами боги. О собственных могучих людях-предках, ни с того ни с сего вдруг повелевших возвести первую башню замка, может болтать лишь насосавшийся вонючего джина дурак-самозванец.

Пришлось снова хлопнуть себя по губам, поскольку даже мысль способна быть непочтительной. О нынешнем короле, пусть и умирающем, думать дурно нельзя. Пусть он и занял Белый трон исключительно благодаря слепой удаче. Но ту удачу он поймал сам и не слабой гиане его осуждать. И вообще, Иво-Онн говорила, что король незлой человек. Сейчас, когда трон займет принц Ферис, еще неизвестно станет ли жить лучше. Иво-Онн всегда боялась перемен.

«Перемены уже наступили» – подумала Клэ-Р, вступая в столь знакомый и неизменно обманчивый, лабиринт Лестниц.

Десятки галерей, пересекающихся под разными углами и на разной высоте. Изгибающихся и резко сворачивающие, чтобы завести ошеломленного человека в тупик. Тысячи колонн: неохватных и худышек, рухнувших и подпиравших пустоту, уходящих под невидимый свод и подпирающих галерею, неведомо зачем возведенную на высоте человеческой груди. И конечно, неисчислимое количество лестниц, соединяющих всё на свете: галереи-обманщицы с горбатыми мостиками-переходами, выходы из обжитой части Хомпа с неприветливыми проходами к обрывам и к мосту, что ведет к почти безлюдному жутковатому Шепоту. Белый камень ступеней и колонн, освещенный немногочисленными факелами и светильниками, казался то ржавым, то серым. Иногда он на глазах темнел, словно на него падала тень. Но солнце в глубину Лестниц никогда не заглядывало. Клэ-Р нравилось взбираться на самый верхний ярус – там можно найти проломы и с головокружительной высоты глянуть на неутомимые волны залива. Если вдуматься, окна покоев гиан находились почти на той же высоте, но оттуда море выглядело совершенно иначе. Иногда в проломы кровли Лестниц залетали птицы. Как-то в лицо Клэ-Р едва не врезалась испуганная чайка, мечущаяся под массивной каменной кровлей. Птицы не любили обманы Лестниц. Зато люди ничего не имели против лабиринта, где всегда сухо и относительно тепло, хотя на верхние ярусы обитатели Хомпа предпочитали не забредать. Кроме чудесного вида на залив, там остро чувствовалась и неприятная близость безлюдных башен Шепота. Уж куда приятнее, когда зловещий верхний замок заслоняют стены и лестницы. Возможно, именно поэтому провалы в кровле столь быстро и аккуратно заделывались. Вообще-то в Хомпе вечно что-то проваливалось, осыпалось и текло. Трудно представить короля, у которого хватило бы серебра и строителей привести в порядок всё хозяйство нижнего замка. О верхнем мертвенном Шепоте и говорить нечего. По сути, никто не пожалеет, если в один прекрасный день Шепот вообще исчезнет.

Нет, так говорить нельзя. В верхнем замке располагались личные покои Его Величества, там король много лет жил и весьма прекрасно себя чувствовал.

Точно. А теперь спокойно и очень-очень долго умирает.

Клэ-Р осторожно, чтобы не размазать помаду шлепнула себя по губам.

Король – первый лорд Белой Короны. Желать ему смерти не подобает в любом случае. Сама Клэ-Р видела Его Величество всего несколько раз. Через Лестницы король не ходит, предпочитая короткий и неприятный путь по Скальной стене. Но года два назад король как-то наткнулся на юную гиану прямо в коридоре первого этажа. Коснулся пальцами оголенного плеча девушки, безмолвно приказывая замереть. Клэ-Р улыбалась, а у самой ноги слабели. Пальцы Его Величества были жесткими, как у истинного лорда, много работающего тяжелой боевой сталью. И вообще король, несмотря на свой возраст, вблизи казался истинным лордом. Несмотря на страх, Клэ-Р подумала, что вполне готова порадовать Его Величество. Но король радости не возжелал. Просто отпустил гиану и не оглядываясь пошел по коридору. Сзади он казался почти стариком: всё еще широкоплечий и могучий, но венчик волос на облысевшей голове уже совершенно поседел. Вернее, как говорила Иво-Онн – стал «перцем с солью». Редкий цвет для уроженцев Авмора. Может и действительно король из Пришлых?

О происхождении короля в Хомпе предпочитали не болтать. О короле вообще не было сплетен. Даже о том, что Его Величество остановил в коридоре гиану, слухи не пошли. Хотя Клэ-Р была уверенна, что ту случайную встречу видело минимум двое свидетелей. Порой людишки замка могли удержать язык за зубами. Тела казненных на железных и деревянных кольях, что стоят на Горной стене, уже давно расклевали птицы, но то, что казнить могут не только горожан, обитатели Хомпа помнили.

«Никогда не думай о короле дурно» – сказала когда-то Иво-Онн. Очень верно сказала. Потому что стоило сейчас вспомнить о соли с перцем и о птицах, как желудок сжал спазм. Клэ-Р на миг прикрыла глаза. Всё будет хорошо. Пусть замок почти пуст, но гиана учует лорда. Потом будет тепло. Пусть большинство лордов не считает нужным приказывать менять своё постельное белье чаще раза в несколько месяцев. Там будет пахнуть, зато будет тепло. Будет трещать камин. Мужчина получит радость, а гиана подарок, близость огня и вполне возможно, настоящий ужин. Лорду ничего не стоит приказать своему оруженосцу сбегать на кухню. Ведь выползать из постели по пустякам в такую погоду так лень…

Спина стыла. Несмотря на закрытость Лестниц, Клэ-Р мерзла. Свободные юбки, скрывающие сухощавые и длинные ноги, не слишком-то аппетитные на взгляд большинства мужчин Авмора, еще согревали. Но корсаж и лишенная ворота блуза служили символической защитой. Осенью Клэ-Р могла бы накинуть на плечи мех – отборных мехов огненно-рыжего бурра и пышных куннов в шкафу хватило бы на десятерых. Но сейчас зима. Сейчас все дамы носят меховые шубы и плащи. «Ты – иная. Тебя должны узнавать издалека. Возжелать, лишь падет на мужчину твоя тень. Предчувствовать твою пьянящую улыбку…»

Иной раз Клэ-Р казалось, что ничего страшного не случится, если лорд примет гиану за обычную женщину. Никогда не поздно его разуверить. В конце концов, так изощренно радовать благородного лорда толстомясые и грубые бабы Авмора попросту не умеют. Хотя некоторым мужланам даже по вкусу вульгарные толстухи. Несколько раз пьяные лорды, не убоявшись старинного поверья, заявляли об этом прямо в глаза Клэ-Р. Особенно те грубияны из клана Угря. Даже от их обычных шуточек тошнит…

Клэ-Р коснулась своих губ и принялась слушать Лестницы. Привычные шорохи сливались в понятный гиане шум. Вот скрипнула дверь наверху. Затопали сапоги. Кто-то вполголоса выругался. Ему ответили смешком. Это стражники идут на смену. Охранять проход к Горной стене жутковато, поэтому воины предпочитают подвергнуть испытанию свои заплетающиеся ноги, но не боевой дух. Кружка джина способствует стойкости. Пару раз споткнешься, зато на посту совсем не страшно.

Юная гиана терпеть не могла джин. Ужасный запах. Да и мужчины становятся непредсказуемыми. Одни слабеют, другие становятся грубы и ненасытны. Зачем вообще туманить мозг? Клэ-Р никогда не пробовала не только можжевеловую вонючую отраву, но даже дорогой ширитти. Строгий гейс. Да и соблазна не было. Иво-Онн, порой непонятно почему, доставала роскошный кувшин, в котором держали ширитти для особо благородных гостей. Тянула темно-алыми губами из кубка дорогой напиток. Пугала слезами и непонятными словами. Потом требовала от Клэ-Р забыть всё, что сама же наговорила, и дурно ругала проклятый напиток.

Клэ-Р старалась забыть всё ненужное. «Гиана не слышит, не видит, не вмешивается» – таков гейс. И его легко выполнять, потому что непонятное пугает больше всего.

Стражники ушли, а девушка старалась слушать и размышлять об отвлеченном. Резь в желудке стала уже привычной, не слишком отвлекала. Сколько дней можно жить впроголодь? Вот об этом Иво-Онн забыла рассказать.

Неизвестное пугает. Клэ-Р раньше не боялась остаться без пищи. Самым страшным был насморк. Гиана у которой из носа течет слизь, это вовсе не гиана, а…

Шлепать себя по губам не пришлось – отвлекли шаги.

Клэ-Р послушала болтовню служанок, несущих белье из кладовых. Потом прошел королевский свечник, мурлыкающий себе по нос весьма неприличную балладу. Под руководством ворчливого луридана [10]10
  Луридан – в фольклоре жителей Оркнейских островов фейри-помощник. Отличается честностью и добросовестностью.


[Закрыть] проволокли тяжелые корзины двое хобов. [11]11
  Хобы и лобы – в английском фольклоре добродушные домашние фейри, помощники по хозяйству. Относительно высоки ростом и физически развиты.


[Закрыть] Потом в знакомый тупик за толстыми колонами проскользнула пара и торопливо предалась радости. Мужчина Клэ-Р был знаком – весьма обходительный лорд из Рыбьего клана. Но сейчас связался с этой бабенкой, вдовушкой утонувшего летом полусотника королевской стражи.

…Поскрипывал старый тюфяк, брошенный на оставшиеся от ремонта камни. Ойкала и постанывала грудастая красотка. Она радовала партнера незамысловато, почти и не шевелясь. Клэ-Р не могла понять таких ленивых женщин. Зачем тогда пришла? Что в ней вообще находят благородные мужчины? Постанывания перешли в приглушенные стоны. Вдовушка притворялась, что восхищена любовником.

Притворяться Клэ-Р умела куда как получше. Советы наставницы, да и в Лестницах можно подсмотреть всё что угодно. Особенно теми зимами, когда замок бывал полон гостей. Да и недавно, когда кланы начали собираться, дабы заблаговременно подготовить королю подобающие похороны…

Король не спешил умирать, и почему-то от этого бесконечного ожидания в Хомпе становилось нехорошо. За два, нет, уже три месяца готовности к печальной вести, замок порядком опустел. Предпочли переселиться в город даже те обитатели замка, что обычно не выбирались из Хомпа. Говаривали, что смерть короля задерживают сгустившиеся зловещие тени Шороха, что даже в нижнем замке начали появляться призраки. Клэ-Р, до позднего вечера бродящая в Лестницах, никаких призраков не замечала. Ну уж точно не больше, чем в прежние, хорошие времена…

Да когда же они закончат⁈

…Вдовушка заныла сквозь зубы и, судя по звуку, заколотила ногой, обутой в мягкий башмак о стену. Комедиантка неуклюжая. Лорд, наконец, замычал. Вот этот звук Клэ-Р знала великолепно…

Любовники ушли. Проходили слуги, проплелся медлительный мастер-оконщик – наверняка, у кого-то лопнула пленка на окне. Те древние, что строили Хомп, из совершенно загадочных и непонятных побуждений проделали огромные окна. Как ни хитрили королевские мастера, изготавливая оконные переплеты, стужа то и дело врывалась в нижний замок. О Шепоте, с его непомерно огромными залами и широкими спусками-лестницами, где человеку так неуютно, даже и говорить нечего. Вспомнить хотя бы восточный ярус верхнего замка, куда редкий смельчак решался взобраться по веревке. Темные гулкие покои, со сводами похожими на древние китовые ребра, там даже днем скользят тени невиданных дарков, шепчут в затылок, грозят… Дальний придел Шепота: мертвые галереи, вгрызшиеся прямо в плоть скалы. Туда вообще никто не ходит. Ну, иногда забредают дерзкие самонадеянные глупцы, но не возвращаются. А колодцы? А Грет-Интестин? Огромная каменная труба, что извиваясь уводит вниз, к гроту с соленой морской водой. Длинный спуск так широк, что по нему можно протащить драккар со снятой мачтой. Но кому в голову придет проделывать такой фокус? Клэ-Р несколько раз спускалась к мрачному гроту, где плескалась черная соленая вода. Одно время у лордов была мода развлекаться в странных местах. Но пока добредешь до Морского грота, всякое желание радоваться пропадет. Мужчинам там казалось, что из воды непременно вынырнет стурворм. Что и говорить, в Грет-Интестин было до жути неуютно, к тому же лет сорок назад там действительно убили матерого толстуна, а этих клыкастых тварей Клэ-Р опасалась куда больше чем далеких морских змеев, о которых мужчины больше врали, чем встречали в действительности. Сейчас в трубу стало еще опаснее ходить – из свода вывалилось несколько массивных каменных блоков.

Пробежал мальчишка-паж, спешащий по поручению господина. Этих проныр Клэ-Р весьма недолюбливала. Мода на миловидных нарядных сопляков пришла не так давно. Гиана даже точно знала, кто эту мерзкую моду завез – тогда с юга пришло два торговых корабля. На одном был груз рабов: странных желтокожих людей, до смешного низкорослых, безропотных, бестолковых, но кое-кому показавшихся забавной диковинкой. Желтые рабы и первую арморскую зиму не пережили, но иметь миниатюрную игрушку осталось престижным. С рабами, тем более приятными на вид, в землях Белой Короны дело всегда обстояло плоховато. Войн Корона не вела уже лет двадцать, собственные невольники, надевшие ошейники за долги или преступление, были не только умишком слабы, но внешним видом отпугивали. С такими не порадуешься. Неизвестно кто первым взял в услужение догадливого мальчика, но теперь пажей в Авморе были уже сотни. Позором их служба не считалась, в услужение шли даже отпрыски благородных, но обедневших семей.

«Падение нравов. Бог их накажет», – как-то сердито сказала Иво-Онн. Добрый бог медлил, и Клэ-Р уже не раз была готова собственноручно оборвать уши бесстыдным красавчикам. Осенью они в Лестницах так и кишели, норовя подцепить чужого богатого господина. Сейчас пажей стало меньше. Собственно, как иначе, если весь Хомп порядком обезлюдел.

Клэ-Р отвлеклась и вероятно потому совершила ошибку. Мужчина шел по лестнице от коридоров, занимаемых Угрями. Сапоги хорошие – гиана уже давно различала обувь на слух. Клэ-Р поспешно скользнула наверх. Выгодней встретить лорда на перекрестке у лестничной площадки. При взгляде снизу-вверх фигура выглядит крупнее, а некоторая пышность гиане отнюдь не помешала бы. Клэ-Р ступила в освещенное пятно. Мужчина, озабочено поднимающийся по ступеням, вскинул голову. Дальнейшее порядком озадачило девушку. Гость Лестниц придушенно взвизгнул и метнулся назад. Клэ-Р с изумлением слушала доносящиеся из бокового коридора шаги поспешно убегающего мужчины.

Совсем Хомп спятил. Гиан уже пугаться начали. Не хочешь радости – улыбнись, поклонись вежливо и иди по своим делам. Трус какой-то безумный. Хорошо хоть чужой и не лорд. Судя по покрою темной куртки – из Казны, из сборщиков налогов, тех кого презрительно ратольдами обзывают. Радовать такого неблагородного проходимца Клэ-Р всё равно никогда б не стала, но… Болван.

Надушенная ладонь хлопнула по губам. Сама виновата. И в сквернословии, и в том, что мелкого служку с истинным лордом спутала. Что ратольду здесь понадобилось? Притащился докладывать кому-то из старших в клане? Что интересного в скучной Казенной гильдии могло случиться?

Не твое дело. «Не слышу, не вижу, не вмешиваюсь».

Гостя Клэ-Р встретила, когда уже совсем отчаиваться стала. Лорд из Рыб, которого все попросту Скрипучкой именовали. В возрасте мужчина, но силы не растерял. Да и щедр, как по старому доброму обычаю и принято.

– О, прекрасное дитя! Редкостное счастье Хомпа…

Клэ-Р улыбалась. Молча. По-правде говоря, гианы могли бы и вовсе немыми рождаться. Мужчинам редко слова нужны. Вот язык красавице-даркше просто необходим.

Скрипучка был не из стыдливых. Отошли на несколько шагов, укрылись за тенью витой колонны. Клэ-Р развязывала мужские штаны, лорд погладил её по щеке, провел ладонью по удивительной колючей головке.

– Ты хороша, ночная дикая леди…

Звякнуло кольцо серьги – грубые пальцы играли острым нарядным ушком. Вообще-то Клэ-Р подобные ласки переносила с трудом – один Добрый бог знает сколько на свете мерзавцев, так и норовящих покрепче ухватить гиану за уши. Но Скрипучка был из благородных, от него пошлых шуток можно не ждать.