Текст книги "Хвост судьбы (СИ)"

Автор книги: Юрий Валин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 30 страниц)

– Вот это на кухне у вас найдется? – мрачный как туча разбойник достал клочок бумаги.

Эри с трудом разобрал криво нацарапанные строчки:

– Змеебор – травка колдовская. Не из дорогих. У бабок нужно искать. Остальные три травы – приправы деревенские. Сегодня же принесу. Хоть по миске. А что с ними делать? Настой пить или примочки ставить?

– Заварить и с бальзамом смешать, – проворчал Морверн. – Колдун нас целым флаконом облагодетельствовал. Каждый вечер по две ложки, значит…

– Ичиться уду. Спокаиваться, – скаля свои слишком белые, совершенно неуместные на городской улице, зубы, заявила Го. – Ай рачка. Мне ного ушать нужно.

– Ладно-ладно, ты только успокойся сейчас, – пробормотал Эри, доставая лакомство. – Жуй, и хватит заговариваться. А от чего бальзам помогает?

– Говорит же – для спокойствия, – Морверн злобно глянул на девушку.

– Угу, – Эри в замешательстве потер замерзший нос. – Это сейчас поможет. А вообще? Что колдун говорит? Нельзя вылечить?

– Можно! – яростно рявкнул Морверн.

– Незя! – не менее энергично возразила Го, выплевывая хвост рачка.

– Если бы хоть капля мозгов была, завтра бы вылечили. Жабра взбалмошная, – зарычал разбойник. – Так и будешь ходить серединка на половинку, пока за хвост не ухватят. Минога завернутая.

– Сам ритон драный! – взвизгнула девушка. – Ак ешила так и удет! И ухтёрить нечего!

– Вернемся в Приливы, я тебе так пониже хвоста всыплю, блоха саморешительная, – процедил Морверн.

– Робуй! – когтистая дева швырнулась несчастным рачком, на диво метко влепив оскорбительный снаряд в лоб Морверну. – И обще аткнись, русливый родяга! Аум!

Дородная купчиха шарахнулась от выгнувшейся дугой, воющей девицы. Го оскалилась на оторопевшего приказчика, шедшего за теткой…

Родственники ухватили девушку под руки и поволокли в переулок. Эри исхитрился запихнуть в плюющуюся ругательствами и мявами пасть сестрицы несколько рачков. Го хрустела панцирями, распахивала вновь ставшими огромными и круглыми, не по-людски желтыми глазища.

– Я сам дотащу, – пробормотал Морверн, оглядываясь. – Присмотри, чтоб не увязался кто…

В «Угол» Эри вернулся поздновато. Лиз ничего не сказала, но посмотрела выразительно. И то правда, в таверне было полно посетителей – самое денежное время. Ну не объяснять же хозяйке, что до лодки родственникам пришлось добираться, петляя по улицам, а сам великий специалист по рачкам прикрывал отступление. Не дай боги, «хвост» увяжется. В Авморе стукачей хватает. С чего родственнички так завелись, и что именно им лекарь-колдун наболтал, Эри так и не понял, а расспрашивать было и вовсе неуместно.

* * *

Клэ-Р ненавидела пухлых девок. Этаких белокожих, крутобедрых, обманчиво мягких и уютных со всех сторон. Глупых, примитивных, до смешного неумелых. Веселых. Громогласно хохочущих. Видит Добрый бог, истинные лорды не спят с безмозгло хихикающими перинами!

Спят. И очень даже охотно. Девица обнимала молочными руками шею молодого лорда Гоури. Пара шепталась, одеяло из рыжего бурра укрывало любовников до пояса, и мех не скрывал попытки белобрысой бесстыдницы вдохновить Норта игривыми поерзываниями. Давай, пута, давай, старайся…

Клэ-Р валялась среди подушек на полу. Мягкая груда была уютна, вот только ширитти из кубка слегка забрызгало шитье. Плевать – подушки гиане не принадлежали. Собственно, здесь вообще ничего не принадлежало ночной дарк. И уж тем более хозяин покоев.

Жених. Большей насмешки, должно быть, никому не приходилось испытать. Добрый бог сердит на недостойную гиану. Но ведь несправедливо! В чем виновата Клэ-Р? Что стоило Доброму богу оставить Норта Гоури в пыточной? Навсегда оставить. Вскипели бы его мерзкие глазенки под раскаленным прутом. Пальцы, фаланга за фалангой, осыпались бы на пол. А еще было бы просто чудесно его не спеша оскопить. И почему бы королеве тогда не…

Клэ-Р зажмурилась и пригубила ширитти. Сладкий, чуть терпкий вкус наполнил рот… Хорошо бы быть пьяной до утра. Гейсов нарушено столько, что бессмысленно их и вспоминать. Но все равно, негоже равнять Доброго бога и суку-королеву. Гиана шлепнула себя по губам – попала по носу. Довольно больно. Ладно, ты этого заслужила. Если бы Добрый бог был справедлив…

Мысли путались. Клэ-Р понимала, что пьяна, и это успокаивало. Пока ты пьяна, ничего с тобой не произойдет. А если и произойдет, тебе будет не так страшно.

Конец зимы стал временем очень сытым, очень пьяным и очень страшным для единственной ночной дарк Хомпа. Клэ-Р проводила дни и ночи в богатых покоях молодого лорда, нового героя клана Китовой Травы. Можно было ни о чем не заботиться, днем спать, ночью радовать благородного Норта Гоури. Собственно, ночью тоже можно было поспать, потому что жених не слишком-то жаждал знаменитых ласк ночной даркши. С куда большим наслаждением герой Норт свернул бы шейку своей тощей избраннице. Наверное, даже на миг почувствовал бы себя здоровым мужчиной.

Длинные зимние ночи тянулись одна за другой. Клэ-Р жила в покоях Гоури уже больше месяца. Мутные дни и ночи, неизменный привкус ширитти на губах, радости, которые одинаково отвратительны обоим обрученным. Да, Клэ-Р носила на большом пальце левой руки кольцо с гербом клана. Опрометчивый подарок от жениха. Норт тогда не успел опомниться, боялся, что истина раскроется, и совершал одну глупость за другой. Собственно, и многоумная гиана не додумалась возразить. Ведь могла, могла!

Единственную ночь до мелочей помнили оба. Ту, в Углу Честности. Тишину, улыбку королевы… Клэ-Р понимала, за что жених её ненавидит. Свидетельница. Свидетельница, которая всё время перед глазами. Змея на подушке, змея способная ужалить в любой момент. Порой несколько несказанных слов страшат больше любого яда.

Ведь можно было по-иному. Не спешить, не настаивать на помолвке. Забылось бы. Похороны принца, иные события отвлекли бы сплетников Авмора. Может быть, повезло, и началась бы какая-нибудь война. И в Хомпе забыли бы, что ночная дарк была не только любовницей, но и истинной возлюбленной героя Ночной битвы. Можно было бы вернуться в свои комнаты, жить спокойно.

Клэ-Р дотянулась до кувшина, наполнила кубок. Нет, не одарили боги везением глупую гиану. Обручения можно было избежать, и избежать сытой жизни в покоях Гоури. Но Норт бы помнил. Он всё помнит. Королеву и Тару Тейрак ведь так и не нашли. Остальные свидетели тоже исчезли. Их искали, но не нашли. Возможно, те пропавшие языки тоже могут ужалить героя Гоури. Но возможно, все пропавшие замолкли навсегда. Где-то бродит огр, но до него благородному Норту нет дела – тварь людоедская, кривоногая, но немая. А ночная дарк здесь, в замке. Молчит остроухая шлюха, пока молчит…

Убьет. Вот это Клэ-Р знала наверняка. Вот об этом забыть, даже нырнув в бочку ширитти, не получится. Но с ширитти легче – не так страшно.

Жених, любезный Норт, наедине не считал нужным притворяться. Практически и не разговаривали. Вначале молодой герой еще не брезговал изысканными радостями гианы. Насытился. Нет, скорее, противна настолько, что никаким искусством не прельстишь. Смотреть в глаза стал. Словно вопит: убью, убью!

Исчезнет гиана, и вновь станет свободен молодой Гоури. Повеселеет. Забудет о том, о чем сможет забыть. А о сгинувшей гиане еще какое-то время будут помнить. Смелая красавица-дарк, вестница Ночной битвы. У, гнойная козлиха их всех оближи…

Вот ведь, пута обмочи этот ширитти, куда он все время девается? Опять пролила?

Убьет. Завтра. Или через месяц?

– Эй, сокровище остроухое… – Норт, морщась, манил пока еще живую невесту.

Опять не получается у благородного лорда. Клэ-Р с только что наполненным кубком, преодолев завалы подушек, взобралась на ложе. Благородная светловолосая шлюха из Угрей, уже не изображая смущения, шире откинула меховое одеяло. Клэ-Р, улыбаясь, наполнила рот ширитти – и изысканно и не так противно…

Начала радовать. Только бы за уши не хватал…

Обошлось. Ночное умение и Теплые кольца свое дело сделали. Норт отпихнул невесту, нетерпеливо отбросил одеяло… Девка-угорь льстиво застонала…

Клэ-Р сползла с постели, двинулась к кувшину. Кажется, так и не добралась, задремала…

Просыпалась не раз в душной темноте. Камин угасал, ровно дышал хозяин покоев, устало посапывала угриха. Сегодня душить не будут. Клэ-Р бесшумно нашарила кувшин с водой – виски уже начинало ломить. Нужно взять себя в руки. Утром не пить. Думать, готовиться. Привести себя в порядок. Да, и раздать долги. Гейсы вспомнить. Нужно хоть за что-нибудь надежное ухватиться. И не пить, не пить с утра…

* * *

Выбраться из Хомпа удалось без особого труда. Утром лорд Норт, маявшийся головной болью куда сильнее Клэ-Р, на невесту смотреть не мог. Лишь махнул рукой, отпуская в город. Понятно не одну: приглядывали за девушкой надежно. Без охраны и шагу не ступишь. Даже в городском доме старенькой Айне помогают две верные бабенки из клана Китовой Травы. Неплохо помогают, а следят еще лучше.

Клэ-Р, одетая и накрашенная, спустилась во двор. Служанка (глаза бы ей повыкалывать) в последний раз заботливо поправила роскошный капюшон плаща госпожи. Гиана сунула девке второй свернутый плащ:

– Охране отдай. Пряжки хочу поменять. В лавку заедем.

Конвой уже ждал. Рео верхом на своем страшном жеребце. И старший Гоури, и младший, полностью доверяют бородачу. Действительно, смелый мужчина, разумный. Обходительный. Клэ-Р дважды проверила. Не трясся воин, и истинно изысканную радость вполне оценил. Против клана, конечно, не пойдет, тут и выдумывать нечего. Ну и что? Нормальный мужчина. И гиана ему симпатична. Клэ-Р такие вещи все-таки еще чувствовала. Кстати, простонародная борода не так уж и ужасна на ощупь.

– Доброе утро, господа. Не откажите в любезности проводить меня в городской дом. На обратном пути кое-что купим, – приветливо улыбнулась Клэ-Р всадникам.

Все трое ответно заулыбались.

– Как прикажите, леди…

Клэ-Р перевела дух. Значит, не будет сегодня ничего. Перед тем как убить, так не улыбаются. Ну, наверное, и кровожадные лицедеи найдутся, но Рео не из таких. Все-таки хорошо, когда удается хоть на пару мгновений с мужчины штаны спустить. Без штанов любой мужчина куда понятнее. Даже неблагородный.

Рослый бородач спешился. Естественно, желает галантно подсадить молодую леди в седло. Клэ-Р шагнула к Луне, потрепала кобылку по шее:

– Застоялась, красавица?

Кобылка фыркнула. Чувствует. И когда ж ты, дрянь тонконогая, околеешь? Смирный нрав лошади совершенно не обманывал Клэ-Р. Укусит. Или сбросит на спуске к Скауру. Там слева такой обрыв… «Бедняжка гиана размозжила себе голову. Ах, какое несчастье…»

Лошадь подарил жених. Вполне обычное дело. В благородных родах так принято. Неважно, что большинство девушек Авмора лошадей боятся и, выйдя замуж, немедленно избавляется от нелепых подарков. Зато модно. И трогательно: влюбленные пары, сопровождаемые тактично отставшей охраной, совершают церемонную прогулку к Рассеченной горе. Дальше, естественно, забираются лишь глупцы – зимой в горы лучше не соваться. Чудесный обычай. Вот только гианы от начала веков не имели дурацкой привычки взгромождаться на лошадей. Не очень-то соблазнительная картина – жалко трясущаяся в седле дарк.

Все гейсы – под хвост кобыле. Так кажется говаривают всадники-рубаки? Слава Доброму богу, в Авморе таких сумасшедших не так уж много. Морской город. Ах, пута их поцелуй, ну почему сейчас не лето? Лодочные прогулки гианам куда привычнее.

В седло Клэ-Р подсадили, юбки удалось изящно расправить. Девушка улыбалась нервно косящейся лошади. Страх нельзя показывать, пусть Луна его и чувствует, но прямого повода давать копытной твари никак нельзя.

Потихоньку выбрались из замка. Мост, дорога вдоль жуткого обрыва. Клэ-Р начала потихоньку дышать и даже осознавать, что именно она отвечает охранникам-конвоирам. Беседа шла чинная, тема отвлеченная – Рео рассказывал о большой облаве на огров, что назначена на завтра. Охотились на дарков-людоедов упорно, но, увы, весьма безуспешно. Воинские отряды прочесали большинство горных ущелий на расстоянии дня пути от города, но ни великанов, ни их следов, отыскать не удалось. Тем ни менее, в округе пропало уже с десяток селян, да еще проклятые дарки утащили зазевавшегося охранника купеческого обоза. С трудом удалось отыскать его обглоданные кости. Несомненно, в этом году огры ведут себя особенно коварно и ловко маскируют следы. Да, вожак их весьма неглуп. Настоящая война. Клэ-Р сочла уместным выразить свою тревогу. Спутники успокоили – днем вблизи города опасности нет, а после большой облавы, уцелевшие огры наверняка уйдут еще дальше в горы. Если кто из этих тварей, разумеется, вообще уцелеет.

Клэ-Р в облавах совершенно не разбиралась, но почему-то прeбывала в уверенности, что огров успешно изгонят. Похоже, единственный кривоногий представитель огрового племени, осчастливленный избавлением от ошейника, дал деру уже давным-давно. Наверное, в самой горной глуши засел. А может быть на юг убежал. Там, говорят, всегда тепло.

Наверняка и Норт отправится участвовать в облаве. Слава Доброму богу, можно будет запереться у себя и спокойно поспать, не ожидая, что прямо сейчас тебя ударят кинжалом или удушат, втиснув лицом в подушку.

– Все-таки холодно, – сказала Клэ-Р, пытаясь удобнее устроиться в роскошном, но неудобном седле. – Любезный господин Рео, мы не забыли флягу?

На холоде ширитти был особенно приятен. Добрый бог простит – уже вовсе и не утро. И дела делать будет веселее…

Веселее стало, но ненадолго. Родной дом казался маленьким, любимый камин – холодным. Жутко хотелось заорать на неуклюжих служанок-шпионок. Клэ-Р улыбалась мерзким бабам, хвалила.

Но хуже всего было со старой Айне. Чувствовала бабушка, что всё совсем плохо. Знать не могла, но чувствовала, чувствовала!

Хотелось сразу сбежать. Но куда бежать достойной невесте героя Ночной битвы? В чулане нашелся бочонок ширитти, Выдержанный, горьковатый. Еще мамин.

* * *

Рачки сегодня не шли. Посетитель повалил какой-то оголодавший, ему всё отбивные да похлебку гороховую подавай. Бывают такие деньки хлопотные.

С не успевшим оттаять мясом кухонники кое-как управились:

– Этак придется в «Лодку» бежать, говядину одалживать, – заметил Эри, укладывая ломти отбивных в огромную миску.

Второй повар «Угла» вытер вспотевший лоб:

– Понятное дело. Да ладно, продержимся. Сейчас на пиво насядут.

Из гвалта общей залы долетел взрыв хохота. В кухню влетела встрепанная Энне:

– Две похлебки давайте! Гарпунщики друг друга облили.

Из хлебной выглянула Лиз:

– Драка будет?

Повара переглянулись. Гарпунщики – это вам не шутки. В конец звереют бойцы в море со своими толстунами. И гонору как у шкиперов. Придется поварам на помощь к Рилу идти – одному вышибале трудновато придется.

– Нет, шутят они, – успокоила Энне. – Только похлебку давайте. А то шутки кончатся.

Грузный Рок, старший повар, в свое время и сам немало походивший на драккарах на северный толстуний промысел, застонал:

– Так не упрела еще новая гороховая! Аромата нет.

– Подавай, – скомандовала Лиз. – И по кружке светлого за наш счет. Пусть куртки омоют, зловонники.

Служанка подхватила поднос с мисками, протопотала своими короткими неутомимыми ножками в зал. Эри принялся поспешно мягчить отбивные…

Заказы шли один за другим, словно в Авмор уже вовсю заглянули весенние демоны голода. Завалила в отдельный кабинет компания приказчиков из Ювелирного квартала, потом еще кто-то приперся, вызвали хозяйку. На кухне сбегали в подвал, потом едва успели спасти от гибели поджарку…

Эри ополаскивал руки, когда его дернули за рубаху:

– Две порции «королевских» сделай, – почему-то сумрачно приказала Лиз. – Еще четыре с собой возьмут. И сам иди.

– Опять выспрашивать будут? – заныл Эри. – Да какой там секрет? Все уж знают. Здесь дел невпроворот…

– Иди-иди. И рачка отборного готовь, – холодно сказала Лиз.

В рыбной пришлось доставать с полок расписные тарелки. Клиент богатый, обслужить нужно правильно. Вообще-то странно, что хозяйка сама в рыбную не пошла. Заказ для уважаемых гостей сами боги велели перепроверить. Тем более, можно и бедром потереться. Раньше Лиз такой возможности не упускала. Обиделась на что-то?

Эри торопливо отобрал «королевских», подогрел, успел поменять фартук на свежий. Вынырнул с закуской в кухню:

– Куда подавать-то?

Лиз махнула большой ложкой:

– В дальний. И полюбезней там…

Последнее прозвучало довольно злобно. Точно, обиделась. И когда это Эри Уоган неучтивость проявлял и клиентам грубил?

Постучал негромко, но не подобострастно. У, рыбья шерсть, в зале так галдели, что и не поймешь, что из кабинета ответили. Пришлось открыть тяжелую дверь и внутрь втиснуться – отдельные кабинеты занимают люди солидные, шума не любящие, раздражать таких господ – только деньги терять.

В потемках сидят: светильник единственный, да пламя камина. Собственно, нет здесь никого…

В следующее мгновение Эри понял что ошибся. Чуть поднос не уронил и рачков не рассыпал, так рука к ножу дернулась. Фу, бухтёр, еще фартук этот…

Нелепо получилось. У стены, прямо рядом с дверью, молодая дама стояла. В плаще, богатый капюшон голову покрывает. Гм, ну, розыгрыши в тавернах любят. Вот, напугать возжелала благородная леди. Почти удалось. Что ж она в плаще? Замерзла?

– Если леди желает, у нас есть отличный ширитти… – пробормотал Эри, невольно поглубже вдыхая аромат духов гостьи. Это что ж такое магическое намешали?

– Уже принесли, – и голос под стать духам – тихий, вкрадчивый, но так и обволакивает.

– Так под рачки стаканчик в самый раз… – промямлил кухонник.

– Позже. Я и так задолжала, – посетительница тряхнула головой, сбрасывая капюшон. – Поднос поставь…

Ставя закуску на круглый господский стол, Эри наконец-то узнал гостью – шлюшка-доходяга коротковолосая, которая и не шлюшка, и не доходяга, а вообще, оказывается, дарк придуманный-сказочный. То-то теперь красивее показалась, да и что-то странное в ней действительно…

Додумать Эри не успел: вплотную придвинулась фигурка в плаще богатом, тонкие пальцы взялись за парня, да так взялись, что не подозревающий подвоха кухонник ахнул:

– Леди!!!

– Я долги отдаю, – прошептала гостья ему в подбородок. – Своё обещание помню, мой достойный господин…

У достойного господина дыхание перехватило – ласка жгла как кипятком, впору в голос завопить, до чего сладостно. Подобного Эри никогда не испытывал. Может, оттого что с Лиз уже третий день случая не было? Оголодал. Или… Ой, голова думать не думала… Окончательно парализовало кухонника несчастного…

Нет, как-то шевелился: машинально помог гостье себя от фартука избавить. Ой, ой…

– Леди… дверь… запереть…

– Нельзя. Подозрительно. Мы быстро. Не бойся, мой господин…

Бояться⁈ Да чего тут бояться, когда вовсе спятил?

На колени гостья опустилась, продолжая мучить блаженно и вкрадчиво. Эри вцепился зубами в своё запястье – вопль рвался неудержимо. О, духопёрый Озерный Дед, как такое вынести можно⁈

Последние мысли из головы вылетели. Замер Эри, откинувшись и опершись локтями о стол. Ой, немыслимо! Не бывает же так глубоко… Лиз уж на что…

Миг короткий невыносимый… и словно вечность в воду летишь. Ой, опозориться сейчас Уоган!

– Не… ни… не…

Оторвалась, голову подняла, лишь пальчиками пытку божественную продолжая:

– Что угодно господину? Только быстро…

Эри хотел что-то сказать, да не мог. Что тут угодно может быть? Схватил за локти, с колен поднял. Леди-девка безумная не возражала, в четыре руки плащ содрали, на кресло одежду бросили. Оказалась тоненькая, хрупкая, в чем-то шелковом, с вырезом замысловатым. О, боги, что ж совсем и не отъелась?

Нет, жалеть и вздыхать кухонник сейчас способен не был. Околдовала соблазнительница, с ума свела. О, помоги старый Озерник! Подол невесомый словно сам собою взлетел наверх, мелькнули бедра узкие, ленты бархатные, что так элегантно поддерживают немыслимо дорогие чулки. Дальше… Эри и не подозревал что можно этак, стоя… Так ведь можно же: выгнулась замысловато, уперлась в стену затылком почти лысым, подставилась… Эри застонал, обхватил, нога гладкая, шелком облитая, сама удобно задралась…

Лицо запомнилось. Даркша… Затылком по-прежнему в стену упирается, себя вперед подает. А лицо узкое, с острым подбородком, яркие губы продолжают дразняще улыбаться. Веки почти черные томно прикрыты, взгляд… Вроде сквозь живую стену она смотрит…

Не нравится ей. Эри женщин, конечно, не очень-то хорошо знал. Но тут-то что понимать? Неинтересно ей. В сон черноголовую тянет.

Извиниться? Глупо. Сейчас хоть топором пополам разрубай Эри Уогана – нижняя часть все равно свое дело не прекратит. Да что ж оно так?

Глупо поступил недоумок Уоган – взял и поцеловал губы темно-вишневые. Нежность хотел вложить, что ли, чурбан озерный?

Очнулась даркша худосочная. Глаза распахнулись, зрачки аж посветлели. Замычала:

– Ты что⁈ Нельзя!

Понять Эри опять ничего не успел. Оказалось и в узком теле гостьи сила имеется – вырвалась, на колени упала. Вот теперь не жалела кухонника. Боги свидетели, – чуть не оторвала, но острее блаженства наверняка просто не бывает. Эри взвыл. Вот он подвиг истинный – только шепотом взвыл…

Гостья поднялась, пряча платочек. В сторону её повело – едва плечиком в стену не врезалась. «Да пьяна она» – с горестным облегчением осознал Эри, и сам чуть не севший на пол.

Девушка сделала неловкий пируэт, упала в кресло. Ухватив бокал, глянула на кухонника:

– Доволен господин?

– Нет, – пробормотал Эри, с ненавистью затягивая завязки штанов. – Разве я кабан слепой?

– Тогда в другой раз. Сейчас нек… когда… – обещающе улыбнулась девушка.

Нет, не кабан ты, Эри Уоган. Козел ты твердоголовый. Сразу не понял, что она едва языком ворочает? Да и ширитти почище тех духов благоухает.

– Некогда? Ну, пара-то мгновений найдется, – пробормотал Эри и шагнул к гостье…

Ой, глупость делал. За такое снисхождения не будет. Да и просто глупо. Но сколько же можно⁈ То за честное удовольствие тебе серебром платят, то потерю старого плаща натурой возмещают.

Девушка вяло дрыгнулась, когда Эри её на стол клал.

– Попадемся, дурень… господин повар.

Ноги все-таки безвольно развела. Вот потом протестующе выгнулась. Не ожидала. Оно и видно, глупенькая совсем…

Ласкать Эри научился. Видимо, и не так уж по-деревенски выходило. Узкие бедра гостьи то расслаблялись, то вновь напрягались. Вырываться перестала. Лишь руками по столу шарила, тарелки и кубки сдвигая… Потом завыла тихо-тихо, замолчала…

Видимо, далеко не пара мгновений прошла. Эри и сам опьянел вконец. Вот её судорога последняя, затихающая… Кухонник отпустил бедра в съехавших лентах. Девчонка миг полежала, потом неловко попыталась скатиться со стола. Эри помог.

– Ты… ты что сделал? Тварь такая… – девчонка лязгала зубами, глаза влажно блестели.

– Но… – начал ошеломленный Эри.

– Плащ дай, скот, – девушка ловко одернула свои юбки, суетливо принялась вытряхивать рачков, застрявших в украшениях на шее. – Скажешь им – я пьяная. Вот, пута тебя возлюби, мерзавец какой… Да поднос-то возьми…

В дверь постучали, Эри едва успел заткнуть за пояс завязки фартука и подхватить поднос с остатками рачков. Валились трое. Бородатый здоровяк нехорошо воззрился на Эри.

– Прошу вас, милорды, – кухонник чинно поклонился. – Леди вас ждала, закуску заказывала. Только начала пробовать…

Вошедшие оценили заваленный рачками стол, перевернутые тарелки и лужицу ширитти. Гостья сидела, вернее, лежала, опираясь щекой о локоть. Открыла глаза, бессмысленно улыбнулась:

– О, господин Рео. А я домой хочу…

– Второй кувшинчик, если милордам знать угодно, – вполголоса поведал Эри.

Один из воинов вздохнул. Бородач покачал головой:

– И когда успела. Держи, любезный…

Эри принял две «короны», напомнил о заказе навынос. Бородач с досадой приказал к лошадям закуску вынести.

– Если милордам угодно, можно через заднюю дверь леди вывести, – намекнул Эри.

– Я сама прекрасно выйду, – почти совершенно трезво заявила гостья, накидывая капюшон. За кольцо её огромной серьги зацепился крупный рачок. Эри, из-за спин воинов, попытался показать знаком. Должно быть, не увидела.

Корзинку с рачками Эри вынес во двор. Гости уже выезжали. Девчонка довольно прямо сидела на великолепной белой кобылке. Один из воинов подхватил корзинку, не торгуясь сунул «корону».

Эри, поеживаясь, постоял на морозце. В «Угол» вошла группа гребцов, среди них выделялась пара низкорослых никсов. Эти точно иную закуску закажут – морское им и на корабле надоело.

– Да пусть как хочет ругается, а я ей хорошо сделал, – пробормотал Эри и пошел к дверям. На утоптанном снегу валялся отличный рачок. Ага, выковыряла все-таки из серьги.

* * *

– Опять упилась?

– Да нет, в седле сидит. Этим даркшам сколько не налей, все мало.

Оба шпиона захихикали. Последние дни денежки сами собой шли в руки. Следить за остроухой потаскушкой – занятие необременительное. Раз в два-три дня в город прогуляйся, в замке поболтай с прислугой, да не забывай вертеться рядом с покоями младшего лорда Гоури. Платит лорд Гоури щедро, да по большей части сам за своей потаскушкой и приглядывает. Собственно, что там и приглядывать: знай пои да почаще растягивай ту тощую бесстыдницу.

– Все-таки чего она во «Вкусный угол» завернула? В замке жратвой обделяют?

– Пьяная. Вот и завернула догнаться.

– А если записку передала? Гоури прознает – с нас шкуру спустит.

– Кому записку? Да она и писать-то не умеет. Губки ученые, а не руки. Если чего накарябала, так через бабку попыталась бы передать.

– Не скажи. Иные шлюхи, похитрей крысы будут.

– Ты же сам всё видел. Зашла, и сразу в кабинет. Туда только прислуга заглядывала, да наши мечники великие заходили.

– Может, через прислугу? Или еще кто шмыгнул? Мы тот угол плохо видели. Надо бы разнюхать, присмотреться.

– Еще кружечку пропустить хочешь? – догадался высокий соглядатай. – И куда в тебя столько лезет?

– Ну и пропущу светлого. Я ж для дела. Вот того рыжего долговяза видел? Он чего выперся провожать?

– Тьфу! Рачков этих дурацких нашим впарил. Дерут же за такую дрянь деньги.

– Всё равно, надо бы прощупать. Вдруг он письмецо и поволочет?

– Угу. Иди, пей. Не забудь и поварих пощупать-прощупать. Умник. Ладно, я за конной леди порысил. Может повезет – увижу как шлюшка с седла свалится и шею свернет. Милорду все обстоятельно доложу…

Сиятельная гиана, известная под именем Клэ-Р, из седла не упала, но высокому шпиону все равно повезло. А любителю пива нет. Как известно, пенный напиток весьма вреден для печени.

* * *

Хозяйка приняла «короны» от Эри, мотнула подбородком:

– Там твой подарок. Я в рыбной в шкаф сунула.

– Подарок?

– Плащ. Хороший. ОНА сказала чтоб вечером передали, – Лиз взглянула в глаза кухоннику. – Что, с лихвой расплатилась?

Эри пожал плечами:

– Выпивши она. Девчонка избалованная.

– Это уж точно, – Лиз закусила верхнюю губу – эту манеру хозяйки злиться кухонник знал отлично. – Послушай, Эри, тебе бы о будущем подумать нужно.

– Понял. С сегодняшнего дня думать?

– Не дури. Я тебя не гоню. Ты парень хороший, – хозяйка вздохнула. – Но всему конец бывает. Если муж застукает, ты-то отмашешься, а мне старый козел точно голову пробьет. Да и гостьи странные к тебе что-то зачастили… Место подыщи получше. В деньгах не проиграешь, ты человек толковый. Или женись на приличной девушке… Весной или летом. Ну, как тебе удобно будет. Все равно летом у нас в «Углу» гостей поубавится…

* * *

Эри прибрал в рыбной, оделся. На кухне громыхали мисками посудомойки. Раздавала последние указания уставшая Лиз. Кухонник с отвращением покосился на шкафчик – там лежал плащ. Эри его разворачивать не стал, но с виду хорошая одежка. И духами чуть заметно пахнет. Э, э, не вспоминать! Неуместно. И вообще, что за беда с этими плащами? Вот куртка – никаких проблем, и удобно.

Если шагать быстро, действительно в куртке удобнее. Морозец подгонял, сумка со снедью похлопывала по бедру. Вообще о бедрах, ляжках и разных там губах, Эри думать не желал. Вечер уже, стемнело. Вечер в Авморе, это вам вовсе не утро. Здесь зазеваешься, и того…

Ворота Уиста с их надежной охраной кухонник уже миновал. Теперь вдоль старой неохраняемой стены, потом мимо развалюх Мучного угла, где уже сто лет как хорошей муки не видывали. Через ручьи перебраться – местечко подозрительное, с нехорошей славой. Дальше Мышиная балка и тропинка к Приливам. Там попроще – в Приливах хоть и отчаянный народ обитает, но там своих трогать – дурной тон. Да и Морверна местный народец уже знает.

На Мучном спуске Эри свернул на обочину – и засеменил вниз. Днем здесь детворы толчется несчитанно – что та стая сардели. Раскатали горку, мелкие разбойники, хоть сам садись да катись на заднице. Бывало, кухонник и скатывался, но сейчас настроение не то.

Эри уже поравнялся с первым домишком «мучников», когда услышал за спиной шлепок и звук катящегося по ледяной горке тела. Ага, лоханулся кто-то. Но чего-то даже не ругается. Эри ухмыльнулся и зашагал дальше.

Ухмыляйся, не ухмыляйся а что-то как-то… Не ведут ли кухонника? Чувство этакое легкое, но нехорошее. Нe о нем ли наш всезнайка-пират втолковывал?

Проверился Эри у последних домишек Мучного Угла. На светлом подъеме свернул в проулок, шагов через тридцать, присел среди заснеженных развалин и замер. Тихо. Далеко за городской стеной скучно завыл волк, умолк. Еще зима. Звезды сияют, между ними ветерок с моря клочья облаков несет. А прохожего все нет. Мимо поворота не проходил. А свернуть ему некуда, разве что сюда же, в проулок. Выходит, тоже решил постоять, на звезды полюбоваться? Ну, сегодня все одно к одному, чего удивляться. Значит навел все-таки лекарь? Ах, а вроде приличный старикан, с рекомендациями. Значит, ведут. Го подловить хотят. Но не сегодня. Иначе бы отрядом шли. Один, значит, такой смелый и зоркий? Ну и чего такого героя мерзнуть заставлять?

Эри изобразил звук громкий, неучтивый, но вполне естественный. Тут же облегченно закряхтел. Выпрямился и принялся оправлять одежду. Снег малость разворошим, если хочет – пусть проверит. Копаться не будет, и так видно, что сидел здесь человек воспитанный, почти благородный. Главное, не вспугнуть шпиона. А мы сейчас быстро зашагаем, нам ведь поскорее шмыгнуть в тепло хочется…

Шагал Эри действительно быстро, местами переходя на рысцу. Преследователю тоже пришлось поторопиться. Эх, и до чего ж глуп кухонник, вот раззявил варежку, гулял как на ярмарке – теперь-то Эри почти постоянно слышал поскрипывания снега под ногами «хвоста». Ладно, эта наглость шпиону даром не пройдет. В овражек Эри спустился бегом, рискуя слететь с тропки и кувыркнуться в снег. Вот он, Болтушечий ручей: шагов под двадцать шириной, но с вполне солидным, хотя и дряхлым мостиком. Летом здесь в Приливы даже на повозках катят. Зимой, понятно, дураков нет. Куда проще под груз барку или лодку нанять. Впрочем, и такая роскошь в Приливах без особой надобности. Народ там шустрый, всё награбленное, уворованное и честно выпрошенное, вполне и на ногах утащить способен.