Текст книги "Хвост судьбы (СИ)"

Автор книги: Юрий Валин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 30 страниц)

4. Люди и нелюди

Тысяча сто восемьдесят «корон» – это вам не мешочек с мукой. Запас муки тоже пополнился, но этот вес отягощал путь, по смутным ощущениям Эри, значительно меньше серебра краденного. Сейчас было еще ничего – шли по дороге. Вот когда обходили Развилку… Снегу местами выше колена, кусты непролазные, ручьи кое-где вообще не успели замерзнуть. А все мучения из-за города, к которому и приближаться нельзя. Понастроили, рыбья шерсть, городов. Без них куда лучше. Эри уже вдоволь намечтался о том, чтоб в мир безденежные времена вернулись. Серебро пусть останется – колечки всякие, подвески, оружие с чеканкой. Серебро – металл частично полезный. Девушки в украшениях совсем иной вид имеют. Не дикий. Беда в том, что последние пять дней о девушках Эри думал весьма редко, а о серебре наоборот. Вот, рыбья шерсть, от этого богатства навсегда мозоли на плечах останутся. А были ведь времена, когда проклятых «корон» вообще не было. Старики те времена еще хорошо помнили. А теперь и «белые короны», и глорские, и еще какие-то приблудные. «Белые» самые полновесные, как объяснил Морверн, и потому цена им выше. Разбойнику, конечно, виднее, но как одна «корона» может стоить больше другой? К тому же, если бы в мешке имелось больше глорских монет, мешок был бы легче, а, следовательно…

Размышления пришлось срочно прервать – спутники, идущие впереди, остановились. Го что-то унюхала. Да, милая дева Гонорилья сгинула, видимо, навсегда. И в родственницах Эри Уогана ныне оказалось существо странное, опасное, внюхливое, но, слава богам, когда попало когти в ход уже не пускающее.

Эри стоял, опираясь на копье, отдувался.

– Едут. Сходим? – проурчала Го, глядя назад.

Морверн кивнул.

Эри сдержал стон. Третий раз с утра! Разъездились…

Старался прыгать след в след, свернули с дороги, Го увела спутников в ельник. Проломились поглубже.

– Привал, – сказал Морверн.

Эри, выпутываясь из лямок мешка, на всякий случай спросил:

– Не остановятся?

Морверн хмыкнул. Го проурчала:

– Обояться. Здесь дарки трашные.

– Ну так, – уныло согласился Эри.

Если по дороге зоркие охотники возвращаются или лорд с воинами, могут и свернуть, поинтересоваться, чьи это следы в чащу ведут? След-то сам по себе не очень-то страшный.

Морверн хлопнул по плечу девушки. Го повернулась, позволяя снять с себя груз. Кисти девчонки были обмотаны лоскутами ткани, но пропороть мешок когтями она могла запросто. Морверн и так каждый вечер латки ставил. Шил разбойник, правду сказать, ловко. Он вообще многое ловко делал. Например, без слов понимал Го. И она его понимала. Тьфу, рыбья шерсть, прямо как приворожил деву.

Эри себя мысленно одернул. Кто здесь дева? Приворожил её кто или нет – не твое дело. Скажешь что – сразу и когтями, и просто по башке отгребешь. С другой стороны, кто здесь родственник этой… этого? Нет, всё-таки, этой. Последние дни она вновь на девушку весьма похожа. Если мелочи отбросить…

Кое о чем, (не о мелочах), Эри накрепко запретил себе вспоминать. Вспомнишь – запросто с ума сойдешь. Или загрызут. Что тоже будет правильно. Если с той стороны посмотреть.

«Та сторона» слаженно освобождалась от повязок на лапах. В смысле, руках. Морверн помог подопечной сбросить здоровенные мужские сапоги. Снова повязки с когтей, потом носки с дырищами. Морверн подсадил, держа за попку – Го заскреблась по сосновому стволу. Посыпалась кора. Лезла даркша быстро и вовсе не по-человечески. Морверн на ту здравую мысль навел – кошачьи повадки он откуда-то знал.

Эри со вздохом отвернулся, чтобы не видеть, как энергично дергается под штанами хвост. Иногда этот проклятый отросток ничем не скрыть. Штаны на Го, полощутся, что тот парус, а всё едино. Вообще, от былой красавицы в родственнице мало что осталось. И не только потому, что голосок изменился и порой тень усов мелькала. Это всё разбойник виноват. Видят боги, иной раз шесть дней срок просто бесконечный.

Началось с того, что Морверн за нож взялся. Еще там, у возов было. Неизвестно, обсуждали ли они раньше, но Го села с готовностью и даже не пискнула. В смысле, не уркнула. Морверн намотал её кудри на ладонь, да ножом полоснул. Эри от неожиданности выругался. Грубо. От разбойника словесной гнусности быстро набираешься.

– Отрастет, – буркнул Морверн. – Мешают. Не всё ж головой как кобыле трясти. Или ты, лорд-кухарь, благородные прически делать умеешь?

– Да на кого же она похожа будет⁈

Ответом не удостоили. Эри содрогнулся и к мешкам вернулся. Собирались в путь тщательно, уже второй день возились. Вернее, Эри возился-собирался, а разбойник командовал. Морверн в себя приходил, бока у него здорово пострадали, да и кровью изошел. Родственница, тогда еще Гонорилья, бродила над ручьем и думы думала. Изредка подходила к Морверну, и они о чем-то кратко разговаривали. Эри изумлялся – о чем можно полдня думать, а потом в двух словах решить? Ну, насчет одежды. Насчет пищи. К вечеру выяснилось, что и благородное имя сильно укоротилось. «Хвост вырос – имя отпало. Пропорционально» – кратко пояснила родственница. Эри и не подозревал, что она такие умные слова знает.

Ладно, имя. Теперь девушка красоты лишалась. Эри украдкой поглядывал на локоны, под бочонок падающие. Раньше бы точно прядь на память спрятал. Теперь вроде бы глупо.

– Готово, – буркнул Морверн, задумчиво помахивая ножом. – Не мешает?

Го качнула головой. Кое-что разбойник всё-таки оставил. Волосы чуть подлиннее мужских, уши прикрывают. Хорошо. То ухо с кисточкой Эри без содроганий вспоминать не мог. Теперь ушки, сейчас человечьи, на всякий случай прикрыты, но родственница-даркша жутко кудрявой стало.

– Ничего, – утешил Морверн. – И благородные так носят. Я видел.

– Аум, – сказала Го, вроде бы удовлетворенно и взглянула на Эри: – Его? Лагородно?

Морверн ухмыльнулся. Эри и понять ничего не успел, как разбойник рядом оказался. Скрипнуло. На колени парня упала рыжеватая кисточка.

– На память возьми, – посоветовал Морверн, ухмыляясь еще отвратительнее.

– Ага, прямо сейчас, тугой обдолбыш тебе в печень, – яростно прорычал Эри.

Го фыркнула в нос. Морверн сунул нож в ножны и пошел к повозке заниматься оружием.

Го решила подойти к родственнику – двигалась она так странно и непредсказуемо, что Эри непременно пугался.

– У ебя оже новая жизнь, – сообщила даркша. – И так тебе учше. Я давно отела сказать. Еще в Озерной.

Эри хотел намекнуть, что раз язык остался, то и нынче сказать-предупредить вполне можно было. Но толку спорить уже не было.

Го пошла к ручью размышлять. Эри повертел в руках кисточку – по правде говоря, на голове она казалась и гуще, и значительнее. Может, и не очень-то много в ней красоты было. Вообще-то, Эри Уоган редко в зеркало смотрелся. Последний раз лет пять назад это было, когда лорд Уоган в Развилку уезжал, а в кабинете полы чистили.

Да, теперь уже и сам Эри далеко за Развилку забрался. И сидел в зарослях, точно тот самый разбойник. Собственно, разбойник тоже сидел. Глаза прикрыл, во всём на Го полагаясь. Интересно, у разбойников и дарков всегда характер схож?

– Аум, – донеслось из ветвей.

Рядом уже. Эри заставил себя встать. Морверн тоже смотрел сквозь просвет в ветвях можжевельника. Промелькнули сани, вторые, третьи, несколько верховых. Затих глухой стук копыт, скрип полозьев. Останавливаться никто, понятно, и не подумал.

Морверн снова сел на мешок:

– Перекусим? Пора, вроде.

Снова посыпалась кора – Го съехала по стволу.

– Смолу везут. Птицу итую. Гуси.

– Провоняются они смолой, – заметил Морверн. – Гуся неплохо было бы?

– Мерзлый, – Го глянула на мешок.

Ну, да. Утренняя тетерка еще не успела окончательно одеревенеть. На птиц Го выводила безошибочно. Вот подбить их было куда труднее. Эри тоже стрелял. Потом искал «болт». Морверн кратко тыкал носом в ошибку стрелка. Особо не злобствовал. Арбалет – вещь сложная. Навык нужен. Еще две-три охоты, потом уже и по шее непременно схлопочет криворукий лорд-кухонник.

Вот если бы тетерку приготовить с луком, ягодами можжевельника и травки добавить… Но лука и перца нет, к тому же птицы и для одной Го будет мало. Ест она раз в день, но помногу. Кашу или лепешку тоже может, но… В общем, родственницу нужно вылечить. Это будет попроще, чем прокормить.

Эри надежнее пристроил свой арбалет. Свалиться в снег, – тут уж снисхождения не жди. А Го, наивная, еще поглядывает с завистью. Оружие – вещь хлопотная. Хотя, когда пальцев, считай, нет, даже кружке в чужих руках позавидуешь. Не всегда же разбойник под боком будет, чтоб поить-одевать.

Развели маленький костер, Эри повесил разогреваться котелок с остатками каши. Го взяла птицу, пошла за кусты. Могла бы и здесь трапезничать, хотя мусорит она изрядно. Но рвать птицу на глазах у спутников даркша стесняется. Понимает что некрасиво. Значит, не всё потерянно.

В котелке зашкворчало.

– Слушай, милорд, – сказал Морверн, доставая ложку, – а у тебя ведь дар имеется. Слюни уже текут. То, что обычно в походах готовят, назавтра жрать можно только джином запивая. А у тебя иначе выходит. Смех. С арбалетом ты косорук, и вряд ли пристойно выучишься, хоть всю жизнь стреляй. Копье как вертел держишь. Тебе в куховары нужно подаваться. Тебя вся армия будет насмерть защищать. А может и в господские повара…

– Рабский ошейник надеть?

– Не знаю как у вас, а в иных местах хороший замковый повар и сам рабами владеет. Я, правда, с истинными мастерами котла редко сталкивался. Хм, растолстеть так и не довелось. Но если придется тебе завтра шею свернуть, я расстроюсь. К часу завтрака уж наверняка. Так что ты надейся. Не всё потерянно.

– Я бы лучше на клинок надеялся.

– Неси-неси, – Морверн кивнул на рукоять меча, торчащую из мешка. – Глядишь, и по-благородному выучишься. После поединка кровавого, леди восхищенные так и тают, а?

– Я не для этого.

Морверн кивнул:

– Да, резать глотки нужно уметь. Но котлы да ложки ты не забывай…

После отдыха, шагая по дороге, Эри раздумывал – с чего это разбойник разговорился? Обман какой затевает? Или еще какая тайная причина? Го словечко за родственника замолвила? Будет ли Морверн даркшу-людоедку слушать? Снюхались они в один миг. Почему? Разбойник ведь не алчет тела хвостатого. Спят, обнявшись, но спокойно. Да упаси боги, разве поймешь нелюдей? Всё у них не так. Если бы Эри с девушкой лежал, даже после дня ходьбы по снегу, то разве…

* * *

– Ночью кто-то подходил, – сказала Го. – Юхал.

– Большой нюхал? – Морверн на миг прервал бритьё.

– Средний, – на лице даркши промелькнула растерянность. Для Го в лесу оставалось множество тайн, что её очень мучило. Безрукой ведь мало помогать спутникам лишь нюхом и слухом.

– Разбудить нужно было, – проворчал Морверн.

Го дернула телом, показывая что исправится. Эри подозревал, что она пытается сигнализировать хвостом, но у нее не сильно получается. Вернее, получается непристойность какая-то.

Эри сосредоточился на правке лезвия своего ножа. Бриться привык каждый день, а нож достался очень хороший. И слава богам, неизвестно кому принадлежал раньше. Может, сбежал хозяин, и никакого гейса на нож не легло? Потому что кровь этим клинком Эри себе пускал регулярно. Тяжелый нож – это не бритва.

Когда Эри, прижимая к кровоточащему подбородку ком снега, собирался заложить в котелок чечевицы, Морверн сказал:

– Брось. Лепешка осталась?

Жевали на ходу. От половины лепешки настроение вовсе не поднялось. К тому же погода портилась, срывался сухой снег, резал лицо. Эри со злостью думал, что совершенно напрасно брился. Хоть на каплю теплее было бы.

Шли сегодня быстро. Только в короткий обеденный привал Морверн соизволил объяснить:

– Я тоже чую. Не так как Го. Спокойно мы не дойдем. А жаль. До вашего Авмора поганого не так уж далеко.

Го вроде бы и никакого движения не сделала, а разбойник ей мрачно сказал:

– Не дергайся. Закон простой – иногда среди людей спокойнее, иногда в лесу или в море. Это тоже вовремя чуять нужно.

Дорога здесь уходила под уклон. Справа наваливались скалы – выползала к тракту высокая гряда. По левую строну от дороги лес отступал, открывая пологие пустынные холмы. Оттуда свистел ветер, срывал снег со склонов, обнажая буро-зелёные плеши.

Морверн глубоко вдохнул, потянул носом:

– Морем, вроде, пахнет. Вот уж не думал, что…

Разбойник замолчал, разглядывая неприветливые холмы.

– Это? – неуверенно спросила Го. – Соль и гниль ухлая?

– Точно, – Морверн ухмыльнулся. – Не трусь. Не учуют тут тебя.

Эри с трудом сообразил, о чем они. Уже дня два как Го частенько о собаках заговаривала. Это после того, как тот постоялый двор миновали. Хоть и в сумерках шли, даже не по дороге, а лесом, но псина за частоколом лаяла звонко и упорно. Даже и непонятно на кого – ветер от хутора дул. Видно, Го тот злобный лай сильно запомнился. Боится, что ли?

– Пошли. Нечего на ветру торчать, – Морверн двинулся по дороге.

Далеко пройти не успели. Ветер донес пронзительный свист, потом крик гортанный. На скале у дороги, не скрываясь, замерло несколько фигур. Эри пытался их рассмотреть, но было слишком далеко. Охотники? Патруль стражников? Или разбойники?

… – Ро-ро-ро-ро! – донес порыв ветра.

Морверн оглянулся:

– Дурно, благородные приозерцы. Попали, весло нам всем под корму. Похоже, хогмены.

– Здесь⁈ – поразился Эри. – Тут до города уже рукой подать. Перехода два, не больше.

Разбойник и взглядом не удостоил. Кивнул Го:

– Что в тылу?

Даркша даже на цыпочки от усердия привстала, чуть из сапог не вывалившись:

– Не увствую. Ветер туда…

Морверн снова кивнул:

– Тут не носом нужно. Череп свой треснутый ставлю – там тоже они. Давно ведут, тритоны обкозляченные. Драпать придется…

Эри был в полной уверенности, что бежать нужно на открытое место. Если и вправду хогмены пристали, то удрать можно. Твари они зловредные и небылиц о них плетут предостаточно, но хогмены коротконоги, ростом едва ли не вдвое ниже человека. Если что, так и из арбалета пугнуть можно.

Морверн ткнул копьем в сторону ближайшей скалы:

– Туда. И вдоль правого склона. Если оторвемся…

– Ты что⁈ – изумился Эри. – Мы себя сами в капкан загоним. Им же ближе…

– Пасть акрой, бухтёр несчастный, – неожиданно взвизгнула Го и тут же её голос, съехал в басовитое рычание. – Бгии!

Эри бежал, с обидой обещая себе, что больше и рта не раскрывать. Каждый тут рычать будет, да еще через слово «осел» или «бухтёр». Между прочим, Морверн мог бы и побыстрее бежать. Топает сапогами с ленцой. Впрочем, в его-то возрасте…

Скалы были уже рядом. Разбойник на бегу оглянулся:

– Ага, это вам не хитковыми сиськами играться.

Эри тоже глянул: через тракт шустро бежало пять фигурок, явно выскочивших из леса. Сейчас было очевидно, что преследователи ростом пониже людей. Но вот что такие шустрые – неприятно.

– Как за скалы уйдем – ходу вдвое прибавим. Между склоном и лесом, – сказал Морверн и кратко выругался.

Эри проскочил еще несколько шагов и сообразил, что бежит в одиночестве. Разбойник и Го непонятно почему остановились. Тут Эри и сам увидел впереди несколько фигур, замерших среди елей опушки. Похоже, неизвестные тоже растерялись. Вдруг один из них сделал короткий и резкий взмах – мимо плеча Эри что-то со свистом пронеслось, звонко лопнуло, ударившись о скалу. Каменный осколок задел шапку парня.

Камнями швыряются, что ли⁈

– Кухонник! – заревел за спиной Морверн.

Эри сообразил, что спутники уже запрыгнули на скалу. Э, так и вовсе отстанешь.

Разбойник завозился, взводя арбалет, и Эри его догнал. Го легко прыгала впереди, – то по-человечьи, то на всех четырех конечностях. Мешок забавно подскакивал на её спине. Эри успел подивиться, но тут снизу просвистел камень, едва не задев колено Морверна. Разбойник отдернул ногу. Это тоже было смешно, но ухмыльнуться Эри и в голову не пришло. Четверо хогменов, задрав головы, трусили вдоль скального подножья. Сверху они казались совсем мелкими, но их умение швыряться камнями вызывало уважение.

Скальная гряда уводила к северу от тракта, рядом начали подниматься гребни повыше. Эри видел, как хогмены внизу, очевидно потеряв надежду на то, что люди одумаются, начали карабкаться на склон. Где-то рядом должна быть и другая группа дарков. Сколько же их всего?

– Замри, мышь когтистая! – шепотом закричал Морверн.

Го, очевидно, даже не успев подумать, замерла, свернувшись клубком на уступе. Морверн пробежал мимо, упал на колено. Ветер трепал лоскутья его куртки, относил в сторону хриплые, рвущиеся сквозь зубы выдохи. Разбойник осторожно выглянул из-за гребня. Цепочка отряда хогменов, двигавшихся наперерез беглецам, трусила по тропке между скалами, буквально шагах в сорока ниже и правее. Морверн вскинул арбалет, целясь в замыкающего дарка. Оружие щелкнуло, снизу донесся взвизг. Карлик бился между камнями, держась за пронзенный живот, его соплеменники стремительными брызгами разлетелись вокруг, исчезнув в щелях за камнями.

– Ходу! – шепотом скомандовал Морверн, указывая направление.

Шептать смысла не было. Перепрыгивая через расщелину, Эри услышал как за спиной ударил по скале первый камень. Заметили.

– У-уууу-у-рор-рор-рор! – устрашающе завыли дарки, перекрывая визг бьющегося в агонии товарища. Рядом с людьми градом стучали камни. Швырялись хогмены наугад, навесом, но столь точно, что только ужаснуться можно. Эри видел как камень едва не зацепил светлый кудрявый затылок Го. Потом самого двинуло по спине с такой силой, что в мешке звякнул металл. Парень едва устоял на ногах. Гадая, что в мешке сплющилось – проклятые «короны» или полезный котелок, Эри потянул из мешочка на бедре «болт»…

– Брось, – прохрипел Морверн. – Больше не купятся, они…

Остальное Эри не расслышал:

– У-уууууу-ру-рор-рор! – взвыла четверка хогменов, что шла слева, и, слава богам, чуть подотстала.

– Ор-ору-ууууу-рор! – откликнулись откуда-то гораздо правее.

Выходит, и еще отряд коротконогов поблизости? Наверное, от холмов через тракт наперерез шли.

– Быстрее! – зарычал Морверн. – Они, йеновы дети, слаженнее командорских морпехов работают.

Го подгонять было незачем – прыгала легко, лишь раз замешкалась, когда левый сапожище с ноги слетел. А Эри уже задыхался. Мешок плечи жутко оттягивал, да и вообще в Приозерье столь безумно носиться по скалам было как-то не принято.

Кратко взвыл один из хогменов. Ему ответили из других шаек. К атаке карлики готовились и понятно почему – впереди поднималась отвесная скала. Забраться на неё сходу беглецы никак не могли. Разве что Го взлетит, если ей хорошенького пинка дать.

Морверн на миг приостановился:

– Спускаемся вправо. Прыгай без раздумий – понял, кухонник? Если ноги переломаешь, так и придавишь кого-то. Да не тряситесь – если на нож сойтись, уродцы похлипче будут.

Морверн явно спятил. Зачем направо, прямо в лапы хогменам соваться? Разумнее сбить четверку, что путь к лесу закрывает, и…

Додумать Эри не успел, потому что Морверн с разбегу прыгнул на невидимую тропинку. Следом скакнула Го, и оставаться на скальном карнизе в одиночестве было глупо. Почти так же глупо, как в лапы дарков падать.

У подножья скалы завизжали. Эри подавил желание закрыть глаза, сделал последние два шага по скале, прыгнул…

Лететь оказалось высоковато. Парень успел разглядеть, мечущееся на промоине фигурки, и с треском влетел в куст можжевельника. Даже хорошо вышло, потому как иначе тяжеленный мешок наверняка бы хребет переломил. Но исцарапанной морде было больно. И кобчику, по которому арбалет стукнул. Эри вырвался из колючих объятий можжевельника и оказался нос к носу с двумя хогменами.

Натуральные дарки. Глянешь, и воззвать к богам хочется. Рожи безносые, темные, лохмы темной шерсти крошечные глазенки прикрывают. Одеты в овчину и звериные шкуры, опоясанные ремнями и перевязями веревочными. И ростом едва чуть повыше пупа нормального человека. Это если вместе с меховым колпаком считать.

Превосходство в росте вдохновило Эри:

– Я вас! – парень взмахнул копьем.

Дарки шарахнулись. Эри почти достал черношкурого, но коротышка оказался ловким. Да и копье почему-то тупым концом древка ткнуть дарка пыталось. Видно, когда со скалы летел, каким-то чудом оружие перевернулось.

Хогмены исчезли в кустах, Эри повернулся к визгу свалки. Впрочем, никакого визга уже не было. Валялся, раскинув короткие лапы, хогмен с рассеченной мордой. Второй, поскуливая, уползал за камни. Остальных дарков видно не было. Вообще никого видно не было, лишь вдали мелькал мешок, прыгающий на спине Морверн.

Вдали – это шагов сорок. Эри с перепугу пролетел их мигом. Лишь крякнуть успел, когда по хребту стукнуло и поклажа звякнула. Спасибо озерному Деду, мешок пока не хуже щита служил. Но камни рядом так и свистели. Эри каким-то чудом успел свернуть в изгиб промоины.

– Башку пригни! – рявкнул Морверн, отвешивая оплеуху.

Эри с опозданием пригнулся, потер голову. Раз прямо по макушке стукнули, следовательно, шапку потерял. Как без шапки?

Сидя на корточках, перепугано смотрела Го. Морверн, устроившись за камнем, целился из арбалета. Стукнул о выступ кинутый хогменом камень – едва искры не полетели.

Щелкнул арбалет. Видимо, разбойник ни в кого не попал, поскольку выругался и рявкнул:

– Ходу!

Бежали по промоине. Эри снова в тылу оказался. При отступлении должность почетная, вот только того и гляди в штаны наложишь. Голова в плечи по уши втянулась – так и чувствовал, как сейчас череп под камнем хрустнет. Лучше бы снова в мешок – серебру, ему всё равно…

Под ногами хрустел ледок, скрипели голыши. Промоина расширялась.

– Там озеро. Ода, – проурчала Го.

Эри удивился тому, что родственница еще говорить способна. У самого из всех дырок только хрипы вырывались, всё на свете заглушая. Сроду так не бегал.

– Не стоять! – прорычал Морверн. – Если что, ты, когтистая, выше в скалы уходи. Ты прыгучая, изловчишься. А мы их всех положим…

Эри попытался понять – кого это «всех»? Сколько коротышек осталось? Десять? Двенадцать? Едва ли Морверн их в одиночку перережет, потому как сам «кухонник» сейчас на брюхо плюхнется и помрет в одночасье без всяких там дарков…

Думать было некогда, потому что выскочили к озеру…

Лежал серый лед в круглой линзе, тесно зажатой между скал. Журчал невысокий водопад, тянулись к озерцу многочисленные промоины, а единственная речушка, уходила к западу, стыдливо прячась в колючих зарослях.

– Живее! – всхрипел Морверн, прыгая на лед. Скрипнуло, плеснула из-под сапог вода у закраины.

Эри всем своим опытом человека, всю жизнь прожившего у озера, понял, что сейчас будет. Не встал еще лед. По такому бежать – прямиком в гости к скучающим навам поспешить. Уйдешь в рыхлость ледяную серую, даже богов вспомнить не успеешь.

Но Го уже прыгнула через прибрежную воду, растопырила ноги на предательском льду. Морверн с яростью оглянулся:

– Давай, кухонник. Они воду не любят, задержаться…

Эри хотел заорать, что дурни, которые по такому льду бегают, задержаться тут куда как надольше. Но в легких так жгло, что мысль порядком сократить пришлось:

– Лед – бухтёрый! Хоть по дуге…

Морверн, хоть уже и не смотрел, понял. Курс изменил, бежал уже не напрямую, подальше обходя водопад. Го трусила следом, её огромные сапоги разъезжались – видимо, оборотням ко льду особый навык требуется.

Эри вознес мольбу к озерному Деду и перепрыгнул через полосу воды. Показалось, словно на слабо натянутое рядно угадил. Прогибался лед, нервничал. Ох, рыбья шерсть! Стараясь бежать не по следам, парень левее брал – еще подальше от водопада. Лед прогибался, из щелей вода брызгала. И ведь глубоко здесь. Ухнешь как в кувшин бездонный…

Бежал Эри, молитву возносил, да краем ума проклинал себя за то, что тяжелый мешок бросить не догадался. В общем, по горло был занят. Ясное дело, в этот момент хогмены и появились. Высыпали из промоин сразу с двух сторон.

– Ур-рор-рор-ууууу!!!

Камни градом засвистели. Эри согнулся, голову втянул, так что позвонки заболели. Мешок сейчас очень даже не мешал. Краем глаза парень видел, как Морверн на бегу остановился, вскинул арбалет…

Стрелял разбойник, конечно, здорово. Сквозь боевые завывания хогменов донесся крик подбитого дарка. Град камней на миг стих. До берега оставалось всего ничего. Эри уже готовился прыгнуть изо всех сил через слабо колышущуюся полосу воды. В крайнем случая, провалившись, можно на копье опереться…

В этот миг в Морверна попали. Эри отчетливо слушал стук – камень угодил в затылок разбойника. Морверн по инерции сделал шаг, другой… Потянулся к затылку, да так и рухнул на лед во весь рост…

Ух, как победно завыли хогмены!

Го бросилась к упавшему. Эри хотел закричать, чтобы не подходила – разом оба проваляться. Да перекричать торжествующие завывания дарков едва ли удастся. К тому же Го слушать, наверное, и не станет. Собственно, как же не попробовать помочь? Вместе же с разбойником шли.

Лед, засыпанный десятком точек-камней, колыхался и трещал. Летели новые камни. Го отчаянно фырчала и взвизгивала, за шиворот волоча тяжелого разбойника. Эри подойти не мог – тогда бы точно ухнули. Оставалось рысить по льду, отвлекая на себя часть камней. Один двинул по руке выше локтя. Эри выругался – рука на миг отсохла. Нет, слушается – всё-таки до противоположного берега далековато. Хогмены бегали вдоль скалы, суетились, подвывая и продолжая швыряться. Меткий камень едва не двинул парня по лбу. Эри выпутался из веревочных лямок, взял мешок на руку на манер щита. Тьфу, рыбья шерсть – так было гораздо тяжелее.

Донесся истошный визг – Го с разбойником всё-таки провалились. До берега было несколько шагов, но родственница бестолково барахталась, пытаясь удержать разбойника. Морверн, тяжелый как мешок с камнями и столь же разумный, немедля устремился под лед в гости к заждавшимся навам. Или здесь караконды [9]9
  Караконды (правильно караконджалы или караконджо) – в южнославянской мифологии водные демоны-оборотни.


[Закрыть] живут?

– Держись!

Эри побежал к берегу, закряхтев, швырнул к валунам мешок. Прыгнул сам. Черпнул голенищем и чуть ногу не подвернул, но это сейчас было неважно. Уже по берегу подбежал к возне, что шла в студеной воде. Сунулся в месиво ледяное – каменное дно мигом из-под ног ушло. Дырища, а не озеро. Го бултыхалась, задирая лицо бледное, по лбу и щекам какие-то замысловатые пятна разбегались. Разглядывать было некогда, Эри ухватил разбойника за рукав. Эх, рыбья шерсть, и точно мешок с каменьями.

Выволок сквозь хрустящую корочку льда. Следом, то ли подталкивая, то ли цепляясь и волочась бессильно, выбралась родственница. Принялась неприлично отряхиваться, вихляя всем телом.

– Ра-аум!!! – мявкнула истошно – камень угодил точно в область хвоста.

Эри оглянулся. Хогмены вышли на лед. Двигались с опаской, растянувшись. Но напрямую идти решились, чтоб им… Может, хоть часть камней на берегу оставили?

– Драпаем! – прошептал Эри, нашаривая копьё.

– Я го не ошу! – проурчала родственница.

Вновь у нее от волнения язык заплетался. Но Эри понял. Достаточно глянуть – перепуганная всмерть, но упрямая. Сквозь мокрые кудри уши торчком, с кисточек брызги летят. Мордаха вся в узорах очевидных. Но усов еще нет. И очень зря. Самое время врага усищами пугнуть. Хвостом коротышек, небось, не удивишь. Они и сами-то, небось…

– Не ошу! Не ошу!!!

– Ну и надрывайся тогда, – Эри пнул одуревшую от ужаса родственницу. Та, наконец, догадалась присесть. Эри взвалил разбойника на её узкую спину, Го уцепилась когтями за рукава своего груза полудохлого. Зафырчала от груза непомерного, но поволокла на полусогнутых.

– Щель найди какую, что ли… – сказал Эри вслед.

– Аум! – простонала девчонка, тащась к ближайшей промоине.

Эри вздохнул и к озеру повернулся. Пора было битву принимать. Вот подвезло лорду-кухоннику. Первая битва, она же и последней будет. Даже от души наврать о своих подвигах никому не придется. Впрочем, о чем врать? О карликах с камнями? Были бы хоть орки…

Враг неказистый, между тем, приближался. Шли хогмены не торопясь, поглядывая на оставшегося в одиночестве противника. Даже камни пока не швыряли.

Эри тоже решил не торопиться. День, конечно, сумрачный и холодный, но тут уж каждый миг начинаешь ценить. Да и приготовиться нужно. Два валуна покрупнее за башню сойдут. Не твердыня Озерной, но от камней кое-как прикроют. Отцепить от пояса мешок с «болтами», арбалет взвести. И второй тоже стоит зарядить. Разбойничий арбалет подмок, но тут уж что поделаешь. Эри приложился: коротконогая фигурка на прицеле вроде еще уменьшилась. Никакой уверенности в собственной меткости у парня не было. Тут выстрелишь, только врага насмешишь. Подождем.

Два копья, топор, нож. Молоток селянский-клювастый. Нужно было у Морверна его драгоценный шеун позаимствовать. Разбойнику клинок вряд ли понадобиться. Впрочем, арсенал и так приличный. Вот только воспользоваться всем этим железом вряд ли дадут. Подойдут поближе, да закидают. Вон, – Морверну издали так влепили, что вся черепушка в крови. Щит бы какой…

Эри встряхнул мешок – звякнуло тяжело. Нет, не удержишь. Одна рука – ушибленная, и так вполсилы работает. Да, не готов Эри Уоган к геройской схватке с карликами-холмовиками. Тут бы полный доспех с усиленной кольчугой пригодился. А мешок облегчить нужно.

Парень вынул остатки фасоли, отощавший мешочек с мукой. Котелок закопченный. Дальше только увесистые кошели с серебром – каждый по сотне «корон». Один лопнул, монеты позвякивали. Это же с какой силой безносые дарки голыши мечут?

Эри поёжился, глянул на врага. Еще с полсотни шагов. Перед берегом дарки шаг замедлят – купаться храбрецы не расположены. Впрочем, и оттуда каменюками башку запросто разнесут.

Парень глянул на свое вооружение и решительно надел котелок на голову. Может, не с первого камня черепок лопнет. Хотя смешно, конечно. Ну, хогмены вроде не из болтливых. В Приозерье никто не узнает про нелепый доспех. Вообще нелепо помирать в такой непримечательный день. Может, попробовать договориться, пока снова до каменюк не дошло?

Эри глянул на мешок, заставил себя дух перевести и из-за камня поднялся:

– Эй, господа хогмены, может, отменим битву? Я откупиться могу.

Дарки приостановились. Смотрели, понятно, исключительно на чудной шлем человека. Рожи одинаковые – смутные и безносые. Не иначе, колдовство. Или сплошь братья?

Эри встряхнул мешок:

– Серебро! Полновесное! За жизнь одного озёрника не так уж плохо.

Один из дарков нагло захохотал-загоготал. Другой свистнул – двинулось воинство всё быстрее, полынью обходя.

Нет, мира не получится.

– Ну и подавитесь, защеканцы стайные, – злобно крикнул Эри и швырнул мешок на лед. Брякнулась поклажа надоевшая, брызнули чешуйками разлетевшиеся «короны». Хогмены на миг застыли, потом ближайший метнулся, зачерпнул горсть серебра вместе со снегом. И второй прыгнул – выхватил из мешка тяжелый кошель. Взвыли безносые…

Вопил что-то, топориком размахивая, толстый карлик. У мешка уже шестеро лохматых оказалось. Эри с восторгом услышал треск льда. В последний миг хогмены опомнились, метнулись в разные стороны. Поздно – ушла в воду узкая полоса льда, трещина догнала дарка волочившего уже полупустой мешок. Ухнул лохматый в щель и перевернувшаяся льдина вой прихлопнула-оборвала. Второй хогмен левее провалился, руки пытался растопырить… Трещины бежали сетью – порой дарк в воду проваливался, вроде бы на целый лед ступив. В воде бултыхалось уже с десяток карликов и выли они не очень-то воинственно. Предводитель вопил, пытаясь на островке льда удержаться, тщетно за снег и лед цеплялся, в воду съезжал. Хрустело озерцо оскверненное…