Текст книги "Хвост судьбы (СИ)"

Автор книги: Юрий Валин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 30 страниц)

Клэ-Р прошла дальше, за разведчиком. Супруги усаживали на табуреты безвольные тела спящих стражников.

– Крыса из меня ловкая, – неожиданно хихикнула некромантка.

– Ты всегда просто чудо, – вроде бы вполне серьезно ответил муж.

Шпионы двинулись дальше, оставляя за спиной вполне мирную картину: запертая дверь, дремлющие часовые, аккуратно стоящие у стены копья.

…Лелг по-прежнему двигался впереди, но теперь гиана шла сразу за ним, указывая направление. Вышли на Лестницы – здесь было пустынно, чего и следовало ожидать в столь позднюю пору. Ощущая дуновения знакомых сквозняков, ощупью ступая по знакомым ступенькам, Клэ-Р кусала губы: столько вечеров, столько встреч, столько благородной радости, будь она проклята. И зачем все это?

– Это и есть Лестницы? Вот это лабиринт головоломный, – с изумлением прошептал лорд Жо, оглядывая переплетение галерей, арок, парапетов и лестничных пролетов, кажущихся в свете редких светильников поистине бесконечными.

– Сомнительное место, – заметила Рататоск, глядя куда-то вниз, в сторону темных и низких закоулков под внешней стеной.

Лелг предостерегающе взмахнул копьем – шпионы замерли в тени перекрестия лестниц. На верхнем ярусе протопали сапоги – прошла смена караула.

Переждав, шпионы поднялись наверх, к одному из выходов на Горную стену. Здесь, у обломанной балюстрады из небывало белого мрамора гиана остановила соучастников:

– Дальше открытый двор и стена. Нам направо, к мосту. Но здесь…

– Будем как на ладони и нас засечет спаренный пост, что патрулирует участок стены. Помним, – заверил лорд Жо.

– Я помню, что вы помните. Но нельзя ли мне узнать ваш план?

– План сейчас будет, – задумчиво пробормотал лорд. – Зависит от точных соотношений расстояний. Нам надо выглянуть…

Пузырек с маслом у шпионов имелся. Смазали петли двери, поочередно выглянули: как раз увидели спину удаляющихся стражников.

– Не проскочим, – оценил ситуацию лорд Жо.

– Значит, наскочим сами, – с воодушевлением предложил Лелг. – Их всего-то двое.

– Наскочим. Но в мягком стиле, – прошептала некромантка. – Зачем нам мокруха? Клэ-Р, здесь бывают припозднившиеся пары? В смысле, пьяновато-гулящие?

– Весьма нечасто, но бывают.

Рататоск взглянула на мужа:

– Несомненно, милорд, я бы предпочла вас. Но ты слишком крупноват, да и руки должен иметь свободными. Пойду с Авелем. Ему всегда идет плащ.

Супруг некромантки выругался.

Клэ-Р мало что поняла, но шпионы действовали быстро. Скелет был освобожден от поклажи, из мешка мгновенно был извлечен плащ. Похоже, Авель был доволен: шире расправил плечи, гордо выставил ногу, тряхнул полой плаща. Ему накинули капюшон на голову.

– Что там, не идут еще? – деловито осведомилась Рата.

– Нет, застряли, болтуны, – сообщил от двери Лелг-наблюдатель.

– Ладно, – некромантка полезла в одну из сумочек на своем поясе.

К удивлению Клэ-Р там оказалась помада и краска для век. Еще удивительнее, что некромантка вполне умела ими пользоваться. Несколько смелых движений – вместо кисточки Рататоск использовала мизинец – губы и веки ведьмы оказались подчеркнуты. Резко, вульгарно, но гиана понимала, что для ночи лучшего и не придумаешь.

– Вот обязательно эту боевую раскраску мазать, – с досадой сказал лорд Жо.

– Это у нас семейное, – заявила некромантка и подмигнула супругу.

Лорд фыркнул, и все, включая почти окончательно ожившего в плаще Авеля, сгрудились у двери.

Клэ-Р стояла за спинами шпионов и пыталась осознать. Да, отсвет светильника сюда едва достает. Но видела отчетливо – милорд среагировал. Как неопытный мальчишка. Ему подмигнули накрашенным глазом, и он готов. Видят боги, такого просто не может быть. Они же живут вместе, лорд давно привык к этой девчонке, да и ко второй жене привык. На корабле все время вместе, – скука ведь неизмеримая. А он как мальчишка. Может, и это следствие некромантской магии? Тьфу, совсем одурела гиана.

Парочка вывалилась наружу под возмущенный скрип двери – Лелгу пришлось крепко надавить, перекашивая створку. Шедшие вдоль стены стражники отшатнулись, направляя копья, но столь нежданно явившаяся пара, пьяно покачнулась, кавалер притиснул подружку к стене. Рата хихикнула, довольно вульгарно, запрокинула голову, будто подставляя шею поцелую. Куртка девушки была повязана вокруг бедер и некромантка казалась совсем юной, хрупкой и неприлично полураздетой.

Один из стражников выругался, довольно грубо. Второй опуская копье, насмешливо сказал:

– Что, совсем ошалели, якорь Дубожуя вам под зад? В Лестницах бариться тесно? Валите туда, пока в караульню вас не сволокли.

Рататоск, не обращая на стражей ни малейшего внимания, лишь игриво охнула – казалось, страстный кавалер еще плотнее притиснул девчонку к стене рядом с дверью.

– Да они совсем упившиеся, – со злостью сказал стражник. – При короле-Медведе хоть чего-то стеснялись. Эй, да ты вообще кто? Девку с города притащил? – воин потянулся взять за плечо увлеченного бесстыдника, но тут кавалер повернулся сам, явив скрытую капюшоном плаща физиономию…

Лунного света вполне хватило, чтобы осветить желтую кость, провалы глазниц и оскаленные зубы. Стражники замерли: одинаково выкатив глаза и одинаково раскрывая рты для вопля ужаса. Но заорать не успели – обоих стукнули по затылку – шпионы стояли за спиной. Один из стражников осел мешком, второй, грузный, был покрепче: пьяно качнулся, шагнул куда-то вбок. Рататоск двинула его непонятно как очутившимся в руке молотком – глухо звякнул шлем, воин шагнул обратно и рухнул на своего товарища. Залязгали кольчуги и ножны.

– Хотели же мягко. И тихо, – возмутился, озираясь, лорд Жо.

– Так вон какой кабан, – пробурчала Рататоск, развязывая на талии рукава куртки.

– И шеи у него нет. Шлем прямо на плечах и сидит, – оправдался сплоховавший с ударом Лелг.

– Вот и работай с такими, – сказал лорд Жо, обращаясь почему-то к нагруженной мешками, Клэ-Р. – Обязательно у них что-то не так выходит, – благородный лорд мрачно глянул на Авеля. – Еще и этот… Бандерос роковой.

Скелет, не без некоторого смущения, поправил плащ.

– Отстань от человека, – ласково сказала мужу некромантка. – Как умеем, так и работаем. Рюкзак вот бери…

Быстро шли, скрываясь в тени стены. Клэ-Р бояться уже устала – просто не смотрела на громаду Шепота. Собственно, левее, на Горную стену, тоже лучше не смотреть. Там торчали колья с черепами преступников – неизвестно, умеет ли некромантка с отдельными головами общаться, но если умеет, то лучше не видеть, как они ей улыбаются. Впрочем, Рататоск шла с весьма мрачным лицом, видимо, казненные на кольях Горной стены жизнерадостностью Авеля не отличались.

– Это, значит, мост? – едва слышно спросил лорд Жо.

Клэ-Р кивнула. Мост единственный, и то, что лорд-капитан неумные вопросы задает, лишь подтверждает, что ночью у Шепота нормальным людям (пусть и самой благородной крови в двадцатом поколении) сильно не по себе.

– Стражи точно нет? – лорд Жо определенно начал колебаться.

– Раньше не было. Здесь люди ночью не ходят. Там, за Зевной башней если по Ледяной лестнице подняться, будут королевские покои и личная стража – Клэ-Р ткнула рукой за мост, по-прежнему не в силах прямо взглянуть на страшные башни.

– М-да, неуютно, – прошептал лорд Жо. – Белка, ты что скажешь?

– Ничего, мой лорд, – некромантка показала назад. – На стене жалуются. Там, на кольях, честных и нечестных поровну. За мостом кто-то есть, но слабый. Там иное. Не мое.

– Да уж чувствую, что иное, – лорд Жо качнул широкими, панцирными плечами.

– Так пошли уже! – взмолился Лелг. – Или я прямо здесь обоссусь.

Разведчика поддержал энергичными кивками Авель – даже капюшон с костистой башки соскользнул. Саму Клэ-Р никто ни о чем не спрашивал, чему она была только рада – челюсть у гианы так дергалась, что больно было.

Шпионы в тишине ступили на мост – под подошвами едва слышно скрипела каменная крошка. Казалось, по узкому мосту уже сто лет никто не ходил. На середине висящей над бездной каменной нити по шпионам ударил мощный порыв ледяного ветра – Клэ-Р ощутимо поволокло к низкому выщербленному парапету. За рукав уцепился Лелг, разведчика придержал лорд-капитан. Присевшая на корточки Рататоск в помощи не нуждалась, но ветер почти унес ее встревоженный визг:

– Авеля держите! Вообще не соберем…

Скелет пытался упереться в парапет, но ему мешал плащ, хлопающий, пеленающий руки. Злобный ветер почти опрокинул Авеля на парапет. Некромантка совершила рискованный прыжок на четвереньках, вцепилась в полу мертвецкого плаща. Подоспел лорд Жо, управились с парусящим плащом…

Вихрь иссяк, словно его и не было. Над мостом вновь замерла ледяная тишина, но шпионы дальше двигались на четвереньках. Лорд Жо обернулся к жене:

– Ты этот эпизод заранее вычеркни. Уж очень глупо ползем. Ревматический подвиг, понимаешь ли.

Некромантка хихикнула. Не очень весело.

О подвиге Клэ-Р не поняла, полностью сосредоточившись на равномерности хода. Впереди было очень легко наткнуться на задницу Лелга, а если замешкаешься, то на саму гиану натолкнется Рататоск. Но ползти, несмотря на стынущие колени и иные неудобства, было легче: не чувствовалась бездна, ждущая под мостом. Раньше Клэ-Р и не подозревала что здесь настолько высоко. Казалось, просто камни, местами омываемые белым кружевом прибоя. Разбиться не страшно. Страшно падать целую вечность…

Ползли. За спиной чуть слышно посапывала Рататоск, клацал коленями дисциплинированный Авель…

Площадка перед Зевной башней. Лорд Жо обернулся к мосту:

– Всего-то с полсотни шагов. Будто целую жизнь ковыляли.

– Пошли. Дурно здесь, – взмолилась некромантка, озираясь.

Шпионы невольно ускорили шаг. Впереди зиял провал ворот: от огромных створок уцелела единственная петля – массивная, толщиной с торс человека. Лорд-капитан покосился на нее и с неожиданной злостью пробурчал:

– Ну и зачем это безумие вообще возводили? Кто? Когда? Опять ничего мы не знаем.

– Да ну его в жопу, – некромантка юркнула вперед, с облегчением вздохнула, чувствуя себя куда увереннее под сводом. Пусть и полуразвалившимся, но прикрывающим от неизвестной, но жуть как ощутимой угрозы. – Работаем и сваливаем. «Кто? Что? Когда?» – потом, на досуге, как говаривала Леди.

«Это Шепот, это просто Шепот», – думала гиана, шагая за очевидно страшащимся безмолвного и чуждого, но не останавливающимся разведчиком. «Я всегда жила рядом. И Шепот никогда не делал мне ничего плохого. В отличие от людей».

Находить дорогу было несложно – проход сквозь башню, с давным-давно рухнувшими перекрытиями, двор-колодец, лестница, – шпионы следовали узкой тропинке, натоптанной между безмолвными стенами и громадными обломками стен. Тишины больше не было: вверху, между исчезнувших перекрытий башни вздыхал и безнадежно подвывал ветер, из окон, иногда узких и высоких в несколько человеческих ростов, иногда широченных как целая галерея в Хомпе, свистели и шипели тысячи сквозняков. Несколько раз гиане казалось, что ее окликают по имени: то из темного прохода, то с балкона, на который зубами мертвеца ссыпались останки мраморной лестницы. Вздрагивали и другие шпионы. Голоса, кругом голоса. Окликнут, позовут каждого. Это же Шепот.

Тропинки разбежались в стороны.

– Куда? – требовательно спросил капитан.

Клэ-Р хотелось завизжать: – да не знаю, я! Не знаю, загни вас и отбарай все демоны мира! Вы же чувствуете, бежать отсюда надо! Здесь любой сдохнет. Мучительно, долго, в камень ледяной превращаясь. Ведь сами чуете, храбрецы духоперые…

Но визжать было поздно. Все делать поздно. Остается собраться с духом и…

– Та, что к башне ведет, видимо, к королевским покоям. Говаривали, что Старый Медведь любил смотреть на море. С высоты удобнее. Левее наверное к спуску и причалу выведет. Так что нам лучше прямо.

Капитан кивнул:

– Логику прослеживаем. Не напрягайся – мы помним, что ты здесь не бывала. Если что, винить не будем.

– Благодарю, милорд, – гиана оправила меховой ворот куртки – невзирая на сквозняки, становилось жарко.

– Вот, – печальным шепотом поведала некромантка, обращаясь, вероятно, к Лелгу. – Трясет ее, а она все одно изящничает, кокетничает. Природный дар. Как у Мамочки. Нам с Лоткой так никогда не выучиться.

– Прекрати, – возмутился супруг. – Уже сама мама, а все дитя. Лелг, хватит скалиться. Давай вперед – эта разведка, всем разведкам разведка. В сагу точно запишут.

Тропа увела в проход, который начал расширяться, превращаясь в неф, стены которого возносились все выше и таяли в темноте. Лорд Жо приготовил свой «холодный» фонарь, но впереди тьму рассеяли колебания настоящего, живого огня. На крюке покачивался светильник, пламя под порывами сквозняка лизало закопченную стену. Вокруг валялись треснувшие плиты и каменные блоки, видимо рухнувшие сверху. Клэ-Р невольно задрала голову, но провала в высоченном потолке было не разглядеть.

– Живые, видимо, здесь есть, – прошептал Лелг. – Каменюки обозначили, чтоб в темноте ног не переломать.

Некромантка кивнула:

– Ну. Наверное, правильно идем. К живым. Вообще-то, мертвых здесь я вообще не чувствую. Вроде бы внизу кто-то. Одинокий. Даже странно – такая громада и никого. Один, мля, страх ирро… ирра…

– Иррациональный, – подсказал супруг. – Что есть, то есть. Но это не повод материться. Я, может, тоже ЕЕ вспоминаю. Нам бы моральная поддержка весьма не помешала. Но и сами не маленькие. Справимся.

– Так я что… Накажусь, – пробормотала Рататоск. – Пошли. Стоять еще страшнее.

Огонь светильника остался за спиной, пол, выложенный из огромных плит – Клэ-Р аккуратно спотыкалась о стыки на каждом пятом шаге – заметно поднимался. Тьма потихоньку отступала – на стены легли отсветы лунного сияния…

– Вообще пепец какой-то, – сказал капитан, после невольной паузы, когда шпионы пытались оценить бесконечность открывшегося зала. Одна из стен, в остатках полированной облицовки, сияла, озаренная луной, заглядывающей в сотни сводчатых окон. Плыла над заливом добрая Луна, подмигивал из-за ее плеча серп Темной Сестры, дробились тени сотен окон, смешивались с силуэтами и тенями колонн, и отраженья изъеденной временем резьбы змеились, ползли по мозаичному полу, оплетая капители и пилястры, вползая на грани колонн. Казалось, эта черно-желтая паутина сейчас шевельнется, бесшумно оплетет, спеленает пришельцев. Клэ-Р с ужасом смотрела на носы своих сапог, уверенная, что сейчас их захлестнет нить лунной тени.

– А там что? – хрипло прошептал Лелг.

– Трон, вроде бы, – еще тише ответила некромантка. – Нам он ни к чему.

– Ага, там правее свет. Проход, видимо…

Мерцание живого, не жуткого-лунного света, издали едва угадывалось. Первым к свету двинулся бесшумный в своих носках Авель. Лелг засопел, оскорбленный:

– Вот куда ты, тощая задница, прешься? Храбрец морской. А осмотреться, примериться? Вдоль тех колонн давайте…

Череда света и тьмы, лунный ажур… Шевелятся – Клэ-Р точно это видела – опять тянутся к ногам тени, норовят захлестнуть, словно щупальца осминоговы. Эри их (маленьких, только маленьких!) так чудесно готовил. Немного маринада и… О, Добрый бог, ну почему гиане нельзя было там остаться⁈ Ночная вахта, до завтрака не так уж долго…

В сторону того, что назвали троном, Клэ-Р старалась не смотреть. Какой это, в задницу стурворьмью, трон⁈ Седалище вовсе нечеловечье. Трон в Хомпе: вполне удобное широкое кресло с подлокотниками из чудно отполированной толстуньей кости. Да, довольно скользкими подлокотниками, о чем гианам отлично известно, поскольку особым шиком считалось… Ну, риск всегда благородных мужчин возбуждал. У Клэ-Р и самой от того святотатства сердце сладко замирало, почти как с… Как с кухонником, чтоб он сдох, зараза проклятая…

Неуместные мысли из головы разом вылетели, потому что на пути шпионов оказался человек. Живой. Или не живой⁈ Так внезапно и бесшумно выступил из прохода, к которому приблизились гости Шепота, что даже Лелг вскинул копье с опозданием.

Высокая узкоплечая фигура замерла, освещаемая со спины слабым светом светильника, висящего в узком проходе. Лелг, замерший в двух шагах, был готов ударить врага, но лорд Жо, оказался рядом, схватил за плечо:

– Стоп! Без суеты.

– Разумно, – негромко сказал высокий воин, небрежно перекидывая из руки в руку, странное, короткое, по-видимому, цельнометаллическое копье. – Положите оружие.

Из тени колонн выступили фигуры: четверо, все в с одинаковым оружием, в меховых безрукавках поверх кольчуг. Двое из стражей оказались за спиной шпионов: Лелг немедленно развернулся к ним, некромантка пригнулась – в ее руках уже были кинжал и молоток. Клэ-Р с опозданием потянула из ножен свой нож. Ближайший страж глянул на короткий клинок в руках злоумышленницы и, кажется, усмехнулся. Впрочем, в лунном, ярком, но неверном свете можно было легко ошибиться, и гиане было не так уж обидно.

– Положите оружие, – голос старшего стража был сух и слегка гортанен. – К чему лишняя кровь?

– Я сказал – «без суеты». Лишней крови ни у груагов, ни у людей нет, – заметил лорд Жо.

– Если ты знаешь кто мы, то знаешь, что предложение положить ножи – лишь вежливость. Едва ли ваши игрушки способны лизнуть крови королевских телохранителей, – равнодушно сказал груаг.

– Мы уважаем бойцов-груагов. Вы нас не знаете, следовательно, и не уважаете, – качнул головой лорд-капитан. – Стоит ли так спешить с выводами и…

– Лишь наш король истинно достоин уважения, – оборвал гостя груаг. – С оружием пришел вор, с колдовством, или полагается на свой лживый язык, конец будет один.

– Истинный воин смеется над возжелавшими жить вечно, – согласился Жо, держа руку на рукояти меча. Авель, прикрывающий командира слева, вкрадчиво наматывал на мосластую руку полу плаща.

– Забавно, – проскрипел груаг, глядя на скелет. – Он рассыплется с одного удара, но мнит себя воином.

– Он знает, что такое долг, – сквозь зубы сказал лорд Жо. – И хватит, господин груаг, трендеть и зубоскалить над мертвыми мальчишками.

– Как пожелает благородный лорд, – усмехнулся страж. – Не будем трен… не будем болтать. Какая из женщин оживила костлявого? Я хочу ей задать вопрос.

– Вопрос? Вопрос – это хорошо, – одобрил лорд Жо. – Значит, торг?

– Можете считать и так, – равнодушно признал груаг. – Ведьма нам помогает, и мы никого не тронем. Если она действительно поможет.

– Ведьм здесь нет, – процедила Рататоск. – Ну, разве у вас там, в койках, пара старых уродин завалялась.

– Увы, там и уродин нет, – груаг глянул на Клэ-Р, но обращался по-прежнему к Рататоск. – Скажи своей молчаливой госпоже, пусть я не способен угадать, колдунья она или магичка, но мы способны по достоинству оценить ее услуги. Едва ли мы можем оставить жизнь убийцам, но смерть их будет безболезненной.

– Давайте сразу уточним, – деловито вмешался лорд Жо. – Если все равно будет драка, то к чему напрягаться, колдовать и вообще оказывать услуги? Жертвовать кем-то из команды мы не привыкли. Вместе пришли, вместе уйдем.

– Желаете попробовать уйти – уйдете, – груаг вновь перекинул копье из руки в руку. – Ведьма может выбрать: серебро или жизни соучастников. Умрете за мостом. Нам все равно.

– Как-то все слишком однозначно, – с досадой сказал лорд Жо. – Почему мы должны умереть за мостом?

– Вы пришли убить короля, но не убьете. Тот, кто вас послал, будет готов простить невыполненный приказ? За мостом следят, у Горной стены вас будут ждать два десятка воинов. Похоже, чужеземцам здесь не слишком верят, не так ли, мой юный лорд?

– Что, уже перекрыли? – лорд Жо, печально покачал головой. – Быстро. Ну, ладно, раз торопиться некуда, давайте разбираться и торговаться. Во-первых, с чего эта странноватая мысль, что мы заявились убивать короля? Он что, здесь где-то? Мы изо всех сил старались обойти покои вашего Медведя. Если честно, мне вообще претит мысль убивать тяжелобольного.

– Сюда идут разные убийцы, с разными хитростями, – сообщил груаг. – Обычно, мы сбрасываем их с Зубца Короны, дабы наниматель не терзался, гадая о судьбе нанятых. Вы пришли в лунную ночь, надеясь укрыться и устроить засаду в замке…

– Засада в Шепоте – полное безумие, – сказала Клэ-Р.

Старший телохранитель всмотрелся в ее лицо:

– Я тебя знаю, ведьма?

– Едва ли. Я давно не бывала в здешних местах, – Клэ-Р глянула в затылок капитана. – Милорд, не имеет ли смысл открыть стражам истинную цель нашего визита? Груаги – мужественные и верные королю воины. Зачем нам скрывать от них правду?

Неожиданно шевельнулся груаг, стоящий у прохода:

– Это не ведьма. Я ее узнал. Это та младшая гиана-красавица, что утонула. Видят боги, ее тоже оживили!

Старший телохранитель кивнул:

– Теперь я ее узнаю. Юная прельстительная гиана по имени Клэ-Р. Выглядит вполне живой. Хотя и не такой красивой.

– Я с дороги, и дурно накрашена, – с горечью согласилась Клэ-Р.

Это была странная беседа. Света масляной лампы было мало: Клэ-Р видела узкие лица груагов, безразличные и слегка сонные. Дарки-телохранители вполне походили на людей. В их сухопарости и предельной сдержанности было даже что-то благородное. Радовала ли кого-то из них гиана вечерами в нищем уюте Лестниц? Не вспомнить. И не запомнить лиц. Дарки двигались: вроде бы небыстро, но непредсказуемо. Прохаживались по коридору, тускло сияли длинные, в половину копья, наконечники. Лишь Дер-Ланц, старший груаг, оперся о спинку единственного кресла, стоящего под фонарем – резная спинка странно поскрипывала под руками дарка. Клэ-Р тщетно пыталась вспомнить: что-то такое говорили о телах груагов. Отличаются они от людей. И про копья что-то говорили. Не слушала тогда лишнего счастливая ночная красавица.

Вспоминать не было сил. Хотелось сесть под стену, зажмуриться. Но тыкал острым пальцем Авель – держался рядом, словно любовницу опекал. Повинуясь, Клэ-Р шагала на середину коридора, отступала под светильник. Танцы. Много раз их видела молодая гиана, да доводилось кружиться лишь без музыки, под щелчки пальцев Иво-Онн. Училась на всякий случай. Обе знали, что на пирах едва ли кто осмелиться уронить честь рода, с ночной даркшей в круг выйти. Для иных танцев прелестницы-гианы богами созданы. Но учила мама тысячам вещей ненужных. И эти гейсы бессмысленные…

Клэ-Р понимала – дистанцию шпионы стараются сохранить. Поэтому и двигаются вместе с долговязыми телохранителями. В объятия готовы прыгнуть, тогда короткое и длинное оружие почти равным станет. И у глупой гианы рука уже ноет, готовая за рукоять ножа схватится. Наверняка тщетна будет та попытка потрепыхаться, но иначе морским людям умирать нельзя. Клэ-Р это точно знает – сама почти морская. Эх, был бы Сиплый здесь…

Лорд Жо норовил поближе к командиру груагов держаться: стоял вплотную к креслу, глядя в глаза Дер-Ланцу.

… – Истинное чудо: почти год король умирает и боги все медлят?

– К чему пустословия, милорд. Старый Медведь будет с нами столько, сколько пожелает сам. Он силен, и у нас знающий лекарь. Боги подождут. Но мы не знаем причину болезни короля.

– Это я понял. Но сама идея беседы с умирающим, но все же живым человеком посредством некромантии несколько сомнительна. А если Его Величеству после нашей попытки, гм… станет чуть хуже?

– Он бы рискнул, – кратко сказал старший груаг.

– Понимаю, – лорд Жо задумчиво погладил шлем, висящий у бедра. – Но что скажут безутешные подданные, если результат будет отрицательным?

Дер-Ланц оглянулся и приказал:

– Замрите все! Если не договоримся, все кончится быстро. И нечего раньше времени мельтешить. Сядьте.

– Вот только орать на нас не надо, – процедила Рататоск.

Груаг посмотрел на девушку и спросил:

– Полагаю, ведьма – она? Гиану мы знаем, она явилась для другого. Так, милорд?

– Ведьм здесь нет, – сухо сказал лорд Жо.

– Хорошо. Пусть будет колдунья, магичка или некромантка. Вот эта девчонка? Или наш лекарь ошибся и магия мужская?

– Это сложный казуистический вопрос, уважаемый Дер-Ланц.

Кресло под руками старшего груага жалобно заскрипело.

– Мы не можем юлить вечно, – сказал Дер-Ланц. – Я не чифтейн и не стряпчий Торговой гильдии. Груагам не дано тонко лгать и убаюкивать врага паутиной слов. Я рассказываю всё. Потом говоришь ты. Согласен?

– Разумно. Терять нам особо нечего, – усмехнулся лорд Жо.

– Именно, – глава королевских телохранителей поставил свое копье к стене.

…Клэ-Р сидела на корточках, смотрела на присевших напротив груагов. Удивительно похожи на людей. Или на мужчин рода гиан. Которых боги позабыли создать. Четверо дарков слушали разговор и смотрели на гостей. Преимущественно на Клэ-Р, хотя и старались это скрыть. Клэ-Р удивлялась полузабытому чувству – она нравилась. Всем четверым. Нравилась, как и должно нравиться гиане.

Видит Добрый бог, нужно было совсем иным вещам удивляться.

Шепот осаждали уже восьмой день. Нет, никаких сотен латников, никаких завываний боевых рогов и боев за мост. В Хомпе еще не сошли с ума. В Шепот никто не думал вторгаться – наоборот, в верхний замок не пускали людей. Людей, пищу, и главное, пресную воду. Водоносы и носильщики словно забыли о еще живом короле и его охране. Мост был пуст круглые сутки, за ним из Хомпа наблюдали по сути лишь днем, отлично зная, что телохранители не решатся оставить своего короля. А если даже и оставят, то такой исход только к лучшему. Теоретически, кто-то из груагов мог проникнуть на замковую кухню и взять воды и пищи. Но сколько можно унести припасов? И главное, сколько ядов будет в той воде, хлебе или мясе?

В последний месяц в Шепоте чаще видели отраву, чем добрую пищу. Лекарь груагов умел выявлять яды, но не умел их нейтрализовать. Зловещую снедь выбрасывали, воду и пиво выливали. Груаги пили воду из луж – благо, их было достаточно на древних плитах. Можно было пить и солоноватую воду из какой-то Чаячьей Дыры, но нужна была чистая вода для тех лекарственных смесей, коими поили короля.

Еще в Шепот шли убийцы. В Хомпе без устали вербовали замковых слуг и стражников, подсылали воров и бандитов, нанятых в городе, приводили отчаянных сельских разбойников. С кинжалами и арбалетами, удавками и склянками со свежим ядом. На что надеялись безумцы, сказать было трудно. Пытать схваченных убийц приходилось редко – те и так называли имена заказчиков. Разных кланов, разных гильдий. По сути, весь Авмор был заинтересован в смерти Старого Медведя.

Не живой и не мертвый король отягощал страну.

… – Тюлень? Вы влезли к королю из-за бестолкового морского оборотня? – старший груаг не счел нужным скрыть свое недоверие.

– Ну, он нам срочно нужен, – сказал лорд Жо. – Может, уступите?

– Берите. Если он еще не околел. Селки – на редкость прожорливые нелюди.

– Если вы его голодом заморили… – зашипела Рататоск.

– Пленные едят то же, что и мы. Но свежей рыбы у нас нет дней десять. Пойдемте, госпожа ведьма, – старший страж взглянул на некромантку. – Я оскорбил?

– Да хоть хиткой обзывайте. Где Сиге?

Клэ-Р с трудом поднялась на ноги – один из груагов поддержал за локоть. Довольно галантно, но гиана чуть не охнула – словно железом руку стиснули. Авель решительно шагнул, оттесняя высокого воина, тот поспешно отступил. Ходячего скелета, пусть и невзрачного, груаги сторонились.

Узкий коридор вел вниз, приходилось почти прыгать по широким, неудобным ступенькам. Шедшие впереди предводители продолжали беседу:

– Переливать кровь дарков-оборотней человеку? Странная идея, если не сказать большего, – возмущался лорд Жо.

– Наш лекарь был того же мнения. Но он не мог помочь королю, а тот колдун обещал. Говорили, он весьма сведущ, постигал магию на западе. Его привела королева, с согласия чифтейнов и Герольда Короны. Мы не могли препятствовать.

– Результат, как я понимаю, отрицательный?

Груаг хмыкнул:

– Как сказать. Охотникам повезло – награда за взятых живыми оборотней была щедрой. Колдун королевы начал возиться с оленьим человеком, но тот как-то быстро сдох и с кровью ничего не получилось. Потом убили принца, исчезла королева и ее колдун. Волк сдох сам собой, а ваш тюлень весьма живуч. Еще есть мышь, не знаю, зачем ее притащили. Нельзя же лить королю бабью кровь?

– Мышь? – задумчиво переспросил лорд Жо. – Что-то не встречали мы таких оборотней.

– Летучая, – пояснил груаг. – Довольно страшна на вид.

– Ну и отпустили бы, – проворчала Рататоск. – Страшная, ненужная, но ведь обязательно помучить надо…

– Кто ее держит? С самого начала хотели вышвырнуть, но ведь за нее серебро плачено – Герольд Короны претензии выставит. Сейчас Герольд о нас забыл, так куда ей идти? В Хомп? Забьют сразу. Летать не может – крылья ей сломали. Через пристань хотели, так лодок нет, а плавать не умеет. Хорошо, хоть кормится сама.

– Чем? – после короткой паузы уточнил Лелг.

– Кто ее знает. На нас не набрасывалась, – Дер-Ланц свернул с полутемного коридора в полную темноту, ощупью нашарил засов. Лязгнуло, и пришельцев окатило волной густой рыбной вони. Если точнее – тухло-рыбной вонью. Рататоск выругалась, остальные живые невольно отшатнулись.

– Тюлень ведь, – оправдался старший груаг.

– Раууууу-олллгоооо! – донесся протяжный стон из тьмы и Клэ-Р стало страшно.

– Свет дайте! – рявкнула Рататоск.

– Масло кончилось. В королевские покои и то… – пояснил груаг.

– Вот сейчас прямо в морду дам! Это камера⁈ Мать вашу… под килем… ртом… за обе пятки… уроды… – визжала из глубины камеры некромантка, согнувшаяся над кучей прелой соломы и чем-то темным, но живым. Супруг светил фонарем, звякала цепь.

– Он жив. А вы идите к королю, – сказал, напрягаясь, Дер-Ланц. В лицо предводителю телохранителей ударил яркий луч холодного фонаря. В ответ груаг выразительно качнул наконечником копья…

– Милорд, будет гораздо быстрее, если они сразу освободят селка, – сказала Клэ-Р, заслоняя телохранителя от безжалостного света. – Милорд Жо, не повредят ли изнеможенному заключенному громкие крики?

Некромантка унялась, она и муж согнулись над пленником, звякнул первый удар молотка по цепи. Клэ-Р расспрашивала груагов о последних изменениях в состоянии здоровья короля. Дер-Ланц неохотно, но отвечал. Внезапно взял девушку за отворот куртки:

– Ты знаешь, что с Медведем? Ведь не зря пришла именно ты?

– Милорд, я не слишком сведуща в подобных делах, – пролепетала Клэ-Р, пытаясь сохранить спокойствие и не вырываться. Овчинный ворот трещал в длинных сухих пальцах груага.

За кисть телохранителя ухватились пальцы еще тоньше, Авель тщетно пытался освободить гиану и тыкал пальцем свободной лапки вверх.

– Мы очень давно не видели короля, – пролепетала девушка. – Что мы можем сказать сейчас?

Дер-Ланц отпустил ее куртку:

– Ты права. Но случайных совпадений не бывает, ведь так, гиана по имени Клэ-Р?

Поправляя воротник, гиана подумала, что случайностей на свете полным-полно. И все как на подбор сраные и вонючие. Такие вонючие, что эта камера просто лавкой благовоний покажется.