Текст книги "Обожженная изменой. Выбор шейха (СИ)"
Автор книги: Виктория Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)
Виктория Волкова
Обожженная изменой. Выбор шейха
Пролог
Я не верю! Просто не верю, и все! Муж не мог изменить мне. Это все подстава.
Игры великого и властного шейха Рашида. А я купилась! Поверила в гнусную ложь. Коля не мог замутить с Маней. Она же в поездке была со мной. А значит, должна входить в круг подозреваемых.
«Нет, только не это!» – пытаюсь взять себя в руки и не заорать.
Сквозь тонкие шторы в комнату проникает свет, слышится пение птиц в предрассветных сумерках.
Распахиваю глаза и в ужасе оглядываюсь по сторонам.
Я в шатре. Одна на кровати.
Приснился мне Рашид, что ли?
– Доброе утро, – словно прочитав мои мысли, отодвигает он полог и входит внутрь. Высокий, красивый, статный. Садится на кровать. Протягивает мне ветку с диковинными цветами.
– Что это? – на автомате беру в руки и подношу к носу. Запах приятный. Медовый.
– Какая-то разновидность олеандра, – морщит идеальный нос Рашид. – Хочешь, распоряжусь, тебе принесут в комнату.
– Нет, спасибо! – решительно поднимаю глаза на шейха. – Ваше величество, пожалуйста, отпустите меня, – складываю руки в молитвенном жесте. – Мне к детям надо…
– А еще к мужу и его любовнице. Это ведь она тебя продала? – напоминает он и смотрит строго.
– Мне кажется, фотографии не соответствуют действительности, – выдыхаю, набравшись смелости.
– Да ну? – криво усмехается Рашид. – Какие именно, Нина Зорина? – произносит холодно. – Твой муж ни в чем не виноват? У него нет внебрачного сына, или он не изменяет тебе с какой-то проституткой?
В голосе шейха сквозят сталь и безразличие. Словно ему и дела нет до гадких делишек простых смертных.
– Я просто пожалел тебя вчера, – бросает он раздраженно. – Если не веришь, могу еще предоставить снимки. Но они не для глаз порядочной женщины, – отрезает глухо. – Сейчас вызову Акима. Пусть подберет из них что-нибудь приличное. Надо же тебя как-то убедить… Или ты думаешь, я специально попросил сфальсифицировать доказательства?
– Нет, конечно, нет, – причитаю в ужасе. Прекрасно знаю, что за оскорбление шейха следует смертная казнь. А мне выжить надо и вернуться в Москву.
– Тогда какие у тебя сомнения? – приподнимает одну бровь Рашид. – Попытайся сформулировать. А я пока озадачу Акима.
«Во что я не верю?» – обалдело смотрю на опустившийся шелковый полог.
В измену Коли! Он бы точно не позарился на Маню. Всегда ругался и называл ее шалашовкой. Все остальное можно пережить.
Только не это, мамочки!
Заламываю руки и тут же вспоминаю Манины признания. Как обухом по голове бьет от каждого слова:
«За Николая не переживай. Я его утешу. Он теперь мой. Не придется с тобой, с идиоткой, делить… Мы с Колей давно любовники. Только ты мешаешь. Ты же всем мешаешь. Лезешь везде, как дурочка».
Выходит, Рашид прав? А я все пытаюсь смотреть на мир через розовые очки.
– На вот, полюбуйся, – войдя в шатер, кидает на постель пачку фотографий и какой-то листок с печатью.
Лихорадочно просматриваю фотки и с ума схожу от отчаяния. Малозаметный отель где-то на окраине. Около входа, никого не таясь, стоит внедорожник мужа.
– Ну и что? – упрямо шепчут мои губы.
– Дальше смотри, – небрежно роняет Рашид. – Я на эту мерзость уже полюбовался. Теперь твоя очередь, – заявляет он и выходит из шатра. О чем-то переговаривается с Акимом. Отдает ему распоряжения. Слышу гортанные резкие звуки и ничего не понимаю, ни единого слова.
На автомате одну за другой листаю фотографии.
Вот Коля с Маней получают ключ у администратора. Вот по коридору идут в номер.
А вот уже анализ судмедэкспертизы об идентичности остатков неких жидкостей, оставленных на простынях в отеле и в машине мужа. Стопроцентное совпадение.
К горлу подкатывает тошнота, в глазах темнеет, дыхание сбивается. Еще минута, и я просто потеряю сознание.
Закутавшись в простынь, выбегаю в сад и тут же попадаю в руки Рашида.
– Убедилась? – ощерившись, уточняет он.
– Мне плохо, – хватаю воздух губами. Сгибаюсь в три погибели и чувствую, будто в сердце вонзили тонкий стеклянный нож и отломили ручку.
Коля! Внутренности сводит от боли. За что? Почему? Как же ты мог, мой любимый?
Вопросы рвутся из горла, но на них нет ответа.
– Тсс, все хорошо, – подхватив меня на руки, вносит в шатер Рашид. Укладывает на постель, наливает из бутылки воду в хрустальный стакан. Подает мне. – Просто дыши, – усевшись рядом, гладит по спине.
Вот это самое трудное!
Горло сковывает спазм, кажется, из меня одним ударом выбили воздух и всю жизнь в придачу.
– Тебе легче? – сухо осведомляется Рашид, направляясь к выходу. – Мне нужно уехать, – роняет небрежно. – Одевайся. Аким тебя проводит.
– Да, конечно, – киваю с облегчением. Сейчас главное – вернуться в свою комнату. Остаться одной и постараться поплакать.
«Но я же железная леди. И реветь не умею», – думаю, натягивая на себя тунику, а сверху – простой домотканый кафтан. Приглаживаю растрепанные волосы и выхожу на аллею, где уже топчется помощник Рашида.
– Нам сюда, госпожа, – указывает на украшенный арками и лепниной вход.
– Но мне кажется, я живу в другой части дворца, – изумленно оглядываюсь по сторонам.
– С сегодняшнего дня вас поселили в новых апартаментах, – важно сообщает мне Аким. – Шейху Рашиду тут удобнее навещать вас, – припечатывает каждым словом.
«Все, клетка захлопнулась», – думаю, поднимаясь вслед за Акимом по широкой мраморной лестнице.
Рашид загнал меня в угол. Хотя ему много труда не потребовалось. Установил слежку за моим мужем. А тот все сделал сам.
Прикусываю губы, стараясь не разреветься. Прохожу в просторную светлую комнату, где уже хозяйничает Лейла, моя личная нянька. Обалдело рассматриваю богато украшенные апартаменты и больше всего на свете хочу оказаться в Москве, в нашей трешке в Плотниковом переулке.
– Если есть какие-то указания, госпожа… – чинно осведомляется Аким.
– Да, есть, – заявляю упрямо. – Принесите мне досье на моего мужа, пожалуйста.
Сзади возмущенно фыркает Лейла, а личный помощник шейха лишь на минуту меняется в лице, теряя самообладание. Но потом снова возвращает невозмутимый покер-фейс.
– Хорошо, госпожа. Ваше пожелание сегодня же будет исполнено.
Дорогие мои! Ставьте звездочки, если история нравится! Комментируйте, подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить новую главу!
Всех люблю! Спасибо вам, что вы со мной!
Глава 1
Неделю спустя
– Ты опять за свое! – входит в комнату старая Лейла. – Уже пора забыть. Неужели наш Рашид хуже этого челба? Прости меня аллах! – причитает, тяжело вздыхая.
«Челб. По-русски значит собака. Самое страшное ругательство у арабов. А слово-то какое мерзкое!» – вздрагиваю невольно. Но моему мужу оно подходит идеально. Челб. Гадский предатель!
«Как ты мог, Коля? Как ты мог?» – чуть не срывается с языка. Прикрываю глаза, стараясь справиться с накатившим отчаянием. Меня снова тошнит, стоит только представить. Мой любимый муж и предавшая меня подруга. Они вместе. И судя по фоткам, это началось не вчера.
Сколько времени длится этот кошмар? Сколько времени нужно мужчине и женщине, чтобы дойти до кондиции «все по фиг»? Привычно трахаться в машине, заниматься оральным сексом. Месяц? Два? Год? Я не знаю. Не замечала ничего! Даже предположить не могла.
«Судя по фоткам, они не шифровались никогда! Вешали мне лапшу на уши и смеялись за спиной. А я, дура, верила в слова и обещания!» – сжимаю губы в тонкую нитку.
Усилием воли захлопываю досье. Там копии документов. Подлинники, как объяснил мне Аким, личный помощник шейха Рашида, хранятся в архиве.
– Я хочу понять… – поворачиваюсь к Лейле. Старуха ставит цветы в маленькую вазу. В больших обычно стоят букеты от Рашида. Он меня балует. Старается ухаживать. То сладости передаст в течение дня, то цветы.
– Что там понимать! – машет рукой моя нянюшка. – Ты лучше посмотри, какую красоту тебе прислал Рашид! У нас такие точно не растут… Впервые в жизни вижу такие интересные цветы, – протягивает мне букет из белых нарциссов, красных тюльпанов и ирисов.
– Ой, мамочки! – забираю у нее из рук наши весенние цветы. Прижимаю к груди. Словно получаю привет из прошлой жизни.
«Коля мне тоже тюльпаны дарил!» – думаю по привычке. И тут же сама себя обрываю.
Коля… Чтоб тебе, подлый челб.
– Поставь здесь, пожалуйста, – показываю на широкий мраморный подоконник, который я использую вместо стола.
Лейла пристраивает букет сбоку от открытого окна. А я машинально передвигаю вазу к центру. Смотрю сквозь цветы на голубую небесную гладь, уходящую за горизонт и сливающуюся с бирюзовой водой Залива. Смаргиваю слезы. И снова открываю толстую черную папку. Досье, собранное на моего мужа шейхом Рашидом.
Под фырканье Лейлы «Не надоело тебе!» в который раз тщательно изучаю каждый документ. Пролистываю фотки, изобличающие любовников. Ужасно больно видеть любимого мужчину, оглаживающего худую Манину задницу.
Они– любовники!
Сердце останавливается только от мысли. Маня мне все рассказала сама. Только я, дура, не поверила!
Решила, что мой Зорин – настоящий офицер и выше глупых измен. Думала, что у нас с ним любовь. Настоящая. До гроба.
Тру переносицу, пытаясь взять себя в руки. Получается, что не получается!
Я жила с мужчиной шестнадцать лет и ничего о нем не знала. Считала его верным и благородным. И все эти годы ошибалась. Так бывает? В моем случае ответ очевиден. Всюду вранье.
Внимательно разглядываю выписку из Дойче-банка. Смотрю на остатки. На начало дня пятьдесят семь тысяч евро, а на конец – на двести тысяч больше.
Отпускные за Монгорского!
«Господи, Коля, как же ты мог!» – прикусываю губу. Вспоминаю, как мой благородный и неподкупный муж возмущался, подозревая кого-то в получении взятки. Как негодующе выговаривал, шагая по нашей маленькой кухне.
– Вот так пашешь, ловишь, а какой-то жадный хрен потными лапами загребает бабло и подписывает приказ об освобождении.
«Все ты врал, Коля! Все ты врал! И сам жадненько скирдовал. Только в отличие от своих начальников, ни с кем не делился. Даже копейки на собственных детей не потратил», – тупо пялюсь на парящие над заливом белые облака, больше похожие на крылья ангелов.
Кругом обман. И деньги на счету – тому доказательство. Пятьдесят тысяч евро уже болтались на остатке.
«Сколько это?» – мысленно прикидываю по курсу. На платьишко Ируське и кроссовки Борику точно бы хватило. Смаргиваю слезы и снова натыкаюсь на фотографию. Коля и Маня катаются на пароходике. И мой муж, прекрасный семьянин и отец, откровенно при всех лезет под юбку женщине, продавшей меня в рабство.
Глава 1.2
«Какое же позорище, мамочки! – прикрываю ладошкой рот, стараясь не закричать. – Поэтому он не ищет меня. Некогда ему!» – сглатываю горькие слезы. Сколько времени прошло? Чуть больше двух месяцев!
Да я бы землю зубами рыла! А он… При его-то ресурсах.
Обида клокочет в груди, зарождая в глубине души лютую ярость. А в голове бьется только один вопрос.
Почему ты так со мной поступил, любимый? За что?
«Ну как почему?» – утираю слезы. Расфокусированным взглядом таращусь на Персидский залив. А в голове уже складывается мозаика. Пазл за пазлом вырисовывается неприглядная картина.
При таком раскладе меня просто выкинули из жизни. Мои дети живут с Николаем. Хотя, если бы мы с ним разводились, и Борик, и Ируська остались бы со мной. Плюс трехкомнатная квартира в центре Москвы, дача в Подмосковье на берегу озера и хороший внедорожник, на котором мой милый возил свою кралю на кладбище. Ничего делить не надо! Все теперь Колино!
А при разводе делили бы имущество в равных долях. То самое имущество, на которое я горбатила. Моталась в командировки, терпела хамство Беляша. А у мужа на счету пылились пятьдесят тысяч евро. Хорошая заначка.
Нет, нам и свекры помогали, но чаще я брала кредиты в банке. Благо сестра моя там работает, и проценты были божеские. И отдавала я все со своей зарплаты. И доказать это легче легкого. Бухгалтерия сразу деньги на лицевой счет переводила.
Да и Коля бы, в своем имидже чистоплюя и правдолюбца, не стал бы делить квартиру и табуретки. А так… Все его! И главное, никто никогда не догадается.
Хороший план.
– Тебе не надоело? – окликает меня Лейла и тычет похожим на сосиску пальцем в каминные часы. – Уже три часа. Рашид придет в пять, а ты не готова…
– О господи! – подхватываюсь с места. – Ты ванну набрала? – поворачиваюсь к няньке.
– Конечно! Там уже вода льдом покрылась! – вздыхает та, поднимая руки к потолку.
Прячу папку в дальний ящик комода. Не дай боже, Рашид увидит! И сама над собой смеюсь.
К чему такая секретность?
Аким и Лейла знают, значит, и Рашид в курсе. От него точно ничего не укроется.
На ходу снимаю шелковый халат, расшитый белыми журавлями, ложусь в широкую ванну, словно высеченную из цельного куска мрамора. Вдыхаю нежный запах жимолости и иланг-иланга.
– Похоже, ты не пожалела масла, – поворачиваюсь к старой Лейле.
– А-а-а, – крякает она. – Может, хоть благовония перебьют запах навоза. Уже смердит от этой папки, что принес Аким. Зачем ты ее только смотришь? Вина поганого челба не требует доказательств!
– Я не могу понять… Почему я ничего не замечала? Вот и ищу зацепки. Может, где-то закрались ошибки… Понимаешь?
– Нет, – мотает головой Лейла, поднимает глаза к потолку, будто молится. – Наш Рашид честен и благороден. Он никогда бы не стал подделывать документы. Его люди тоже. Значит, твой муж по уши в дерьме, и все лежит на поверхности. Поэтому наши спецслужбы так быстро и без труда раскрыли все его грязные секреты и махинации. А ты…
– Мне очень больно, – перебиваю на вздохе, словно подстреленная.
– Всегда больно, дочка! Особенно когда разбиваются розовые очки, и осколки попадают в глаза и в сердце, – вздыхает моя Лейла. Легко и нежно гладит меня по голове пухлой рукой. Кладет на бортик небольшую подушечку из каучука и командует. – Ложись быстро. Закрывай глаза и думай о хорошем.
– Да, конечно, – в точности исполняю все указания старой няньки. Кроме последнего!
Слезы душат, вот только плакать нельзя.
Рашид воспринимает мои слезы как личное оскорбление. А я постоянно думаю о Зорине. Это по его вине я оказалась в плену. Это с ним остались мои дети.
Почему ты так поступил со мной, Коля? Ты же клялся мне в вечной любви. Никогда не давал повода заподозрить. И все врал. Во всем, куда ни копни.
«Ненавижу тебя! – бью кулаком по воде. – Ненавижу!»
Сердце разрывается от горя. Но ничего поделать нельзя. Рашид меня не отпустит. А Коля искать не собирается. Ему и так хорошо. Он явно дал Мане карт-бланш. А она уже подсуетилась. Связалась с арабами. Расчистила себе место под солнцем. Украла все, что построила я. Моего мужа и мое счастье.
Глава 2
Заставляю себя расслабиться. Что толку думать о предавшем меня муже? Кому от этого легче? Точно не мне!
Главное, дети! Что там они едят? Что носят? Есть ли чистая одежда? Раньше я надеялась на Зорина и была твердо уверена, что с детьми все в порядке.
«Ты еще думала, что он тебя ищет!» – сжав зубы, усмехаюсь криво. Вот только все мои надежды разбились вдребезги.
Представляю Борика в старых стоптанных ботинках и Ируську в заляпанном пальтишке. Сироты бедные мои! Никому не нужные…
– Нет, так дело не пойдет, моя дорогая! – обрывает Лейла поток безнадеги. – На-ка, быстро выпей, – протягивает мне маленький чайный стаканчик с прозрачной жидкостью. Без вкуса и запаха.
– Что это? – кошусь подозрительно. Вот так же два месяца назад я выпила чай каркаде и очнулась в плену у Диндаров.
– Успокоительное, – добродушно улыбается Лейла. – Хорошие травы. Выпьешь, и навсегда забудешь своего челба.
Ах если бы! Но так не бывает. И шестнадцать лет совместной жизни просто так не выкинешь из сердца и памяти.
– А если я усну, когда Рашид придет? Ты об этом подумала? – усаживаюсь в ванне. Веду пальцами по плечам, размазывая масляную воду. Кажется, я уже вся пропиталась запахом жимолости.
– Не уснешь, – слышится от порога довольный насмешливый голос.
– Рашид! – подскакиваю на месте. Поворачиваюсь к мужчине, ставшему для меня ангелом-хранителем. И улыбаюсь во все тридцать два. Рашид…
Высокий подтянутый мужчина в длинных белых одеждах не спеша подходит к моей старой няньке.
– Что ты ей даешь? – спрашивает насмешливо. – Опоить решила? Так я не некрофил…
– Что ты! Что ты! – испугавшись, причитает старуха. – Плачет она все время, папку эту дурацкую смотрит, – сдает меня с потрохами. – Зачем ты только разрешил…
– Оставь нас, – добродушно морщит нос шейх.
Дожидается, пока Лейла пробкой вылетит из ванной. Снимает длинный жилет, расшитый золотом. Аккуратно вешает на кресло рядом с моим халатом. Следом туда же летят белый платок и рубашка до пят. И все. Нижнее белье Рашид не признает.
– Подвинься, Муниса, – влезает в ванну. – У нас мало времени.
– Почему? Ты уезжаешь? – тянусь к нему. Только в объятиях Рашида я могу забыть о Зорине. Только рядом с ним меня не мучают кошмары.
– Нет, я дома. С тобой, Муниса, – называет именем, которым нарекли меня здесь. Вот уже неделя, как все забыли, что меня зовут Нина. Сначала Мунисой меня начала называть Ясмин – дочка шейха, а за ней уже все остальные.
– Что тогда? – смотрю на него, не понимая.
– Ясмин закатила истерику. Это уже вторая за неделю, что ты не занимаешься с ней английским. Вывела из себя педагога из Оксфорда… И требует тебя, – вздыхает Рашид, устраивая меня у себя на груди. Укладываю голову на крепкое мужское плечо и прикрываю глаза. – Поэтому на семь часов назначено чаепитие.
– С преподавателем английского? – бросаю в ужасе. Куда мне до педагога из Оксфорда!
– Вот она мне нужна, – фыркает Рашид. – Нет, только Ясмин и мы с тобой.
От этого простого и нежного «мы» по телу бегут мурашки. Нет никакого «мы»! Я это прекрасно понимаю, но все равно пробирает до кончиков нервов.
Всхлипываю, пытаясь совладать с собой. Вот как устроен человек? Меня до одури тянет домой. Хочу обнять детей, в глаза Зорину посмотреть. Но и с Рашидом расставаться не хочется.
– Почему ты плакала, Муниса? – тихо спрашивает он.
– Думала о детях. Я с ума схожу, Рашид! Сыты ли они, тепло ли одеты? У сына есть приятель, не внушающий доверия. Вдруг опять с ним курил за гаражами? – вздыхаю я и добавляю печально. – Нет ничего страшнее неизвестности.
– Я тебя понимаю, девочка, – целует меня за ушком шейх. Его величество. Но наедине я могу называть его Рашидом и на ты.
– Мои люди постоянно следят за твоей семьей. Даже в детский сад к твоей дочери я велел определить нашего человека. Новая воспитательница в группе. Или как правильно?
– Все верно! – на глаза наворачиваются слезы. – Спасибо! Спасибо! – целую колючую от щетины щеку. – Спасибо, – утыкаюсь носом куда-то в ключицу.
– С твоим сыном тоже все хорошо, – увещевает меня Рашид, обхватывая ладонями мою грудь. Слегка сжимает, заставляя дрожать. – Перестань страдать, девочка. У твоего бывшего мужа проблемы. Но это естественно. У нас за коррупционный сговор положена смертная казнь. А тут просто с работы выперли…
– Как это – выперли? – охаю я, пытаясь справиться с нарастающим возбуждением.
– Перевели куда-то. Муниса, я далек от вашей бюрократии. В своей бы не запутаться. Потом почитаешь. Прислали какие-то документы. Не хочу даже вникать… – снова целует меня Рашид. Прокладывает дорожку из поцелуев по шее и плечам.
– Спасибо! – тычусь губами в небритую щеку. И слышу довольный смех.
– Я понял, Муниса. Все мои подарки ты воспринимаешь как должное. Даже за цветы, присланные из Парижа, не поблагодарила. Зато тебя заводят бумажки из московской канцелярии. Пока я тебе потакаю, Муниса. Но скоро мне надоест… – хрипло предупреждает Рашид.
– Там мои дети, – вздыхаю я. – Я скучаю по ним…
– С детьми все хорошо, – словно мантру повторяет Рашид. – Я тебе обещал, и держу руку на пульсе. Остальное тебя не должно волновать, – выговаривает он мне, явно теряя терпение.
Ну кто еще будет биться головой об стену в присутствии такого мужчины? Одна я, как дура, убиваюсь по Коле Зорину.
– Иди ко мне, – мягко приказывает Рашид. Пальцы нетерпеливо играют с сосками, заставляя дрожать всем телом. – Я соскучился, – вздыхает он, заставляя меня упереться локтями в бортик. Толкается внутрь и входит беспрепятственно. – Ты моя. Ты готова от малейшего прикосновения, – шепчет он сзади. И обхватив меня за бедра, задает быстрый темп. Выгибаюсь дугой. Кричу. И с последним выпадом оседаю в сильных руках Рашида.
– Отдыхай, – целует меня в макушку шейх. – Отдыхай, Муниса. И пойдем ужинать с Ясмин. Она нас ждет. Я обещал.
– Она нуждается в тебе, – шепчу, снова устраиваясь на монаршей груди.
– Нет, Ясмин нужна рядом заботливая женщина, Муниса. И она выбрала тебя.
