Текст книги "Равновесие Сил (СИ)"

Автор книги: Виктор Марочкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 34 страниц)

Легкий утренний ветер трепал знамя, на котором был изображен ворон, несущий в лапах мечи. Теперь это был символ отряда, его история, надежда на то, что когда-то о них вспомнят и расскажут другим поколениям, что эти солдаты совершили для того, чтобы Гардия не пала.

Хорс смотрел с холма на тысячи тысяч мужчин, собравшихся в одном месте. Такие разные народы, с такими разными нравами и обычаями собрались здесь по одной лишь причине – война. Никогда эти народы не собрались бы в мирное время, так как не смогли бы переступить через гордость. Сейчас было все иначе. Сейчас было не до гордости. Судьба мира стояла на кону. Хорс прикинул, что почти год назад в лесной чаще их настиг королевский гонец и передал приказ двигаться в столицу. С того самого момента все стало глобально меняться. Казалось, что они так давно закончили свое обучение и прошли уже чуть ли не десятилетия с тех пор, как они покинули лагерь новобранцев, но в действительности прошло всего два года, как они вышли за ворота лагеря, и год после получения первого серьезного поручения. За это время они потеряли двенадцать своих братьев, и «Сотня» уже не была полной, но это не останавливало их, и огонь в сердцах не угасал.

Воин оторвался от своих мыслей и подумал о «Хранителе душ», висевшем на бедре. Он никогда не расставался со своим мечом, тот же в свою очередь даровал ему невообразимую силу и помогал выигрывать схватки со смертельно опасными противниками. Хорс ни разу не задумался, что за это, возможно, будет взиматься немалая плата, но не исключено, что, когда этот момент настанет, он будет готов отдать то, что потребует «Хранитель душ». Сейчас же они были нужны друг другу.

Его размышления прервал подошедший Вектор.

– Хороший день, хоть солнце и затянуто полностью мрачными тучами, – заметил он, посмотрев на небо.

– Это не дождевые тучи, – ответил Хорс и тоже посмотрел вверх, последовав примеру Вектора. – Силы тьмы подготавливают место для сражения.

После этих слов наступило небольшое молчание, каждый на мгновение погрузился в мысли о предстоящем бое.

– Там-то я уж точно окончательно оторвусь от Торма в нашем пари.

Вектор не собирался поддаваться унынию и потому перевел разговор на веселый лад. Хорс с улыбкой посмотрел на него и, смеясь, добавил:

– Нам там всем хватит с лихвой.

– Это да, – согласился с ним друг. – Я слышал, что сегодня все представители народов собираются на Великий совет. Хотел бы я присутствовать на нем.

– Нам туда дорога закрыта. Они представляют целые народы, а мы всего лишь сотня воинов, кто с нами будет считаться?

– Это меня и расстраивает, – с хмурым видом признался Вектор.

– Ха, а ты думал, что какой-нибудь Терноэль будет выслушивать советы солдата? – засмеявшись, спросил Хорс. – Блэк Харт пытался ему что-то доказать, и какой результат?

– Да ну его ко всем дьяволам, этого лесного владыку, я вообще считаю, что не такой уж он грозный воин, – раздраженно бросил Вектор. – Кстати, где Харт, я что-то давно его не видел?

– Видимо, переживает по поводу нашего последнего поручения. Он ведь не такой, как мы, его семья веками служила короне, а отец был героем своего времени. Харт же, получается, прервал всю эту линию своими собственными руками, – подытожил Хорс.

– В «Чертовой сотне» нет никаких славных линий, нас сделали убийцами, лучшими воинами, и мы выполняем то, что должны, он обязан был это понимать, когда пришел в наш отряд.

– Он был ребенком, как и мы с тобой. Его вырвали из рыцарской школы и отдали на воспитание Тагану вместе со всеми нами, что ему еще оставалось делать?

Заданный Вектору вопрос был сущей правдой. Тогда никто из них ничего не решал, каждый повиновался принятому за них решению.

– Так или иначе, но все, что мы делаем, мы делаем на благо народа и сражаемся на стороне света.

– Не все это понимают. Крейдона сделали героем, и именно таким он останется в истории. Грэгор так поступил с Хартом, использовав его в политической игре, а ведь был другом его отца Дариуса, – объяснил Хорс.

– Политика – это болото, в котором топнут лучшие, а самые мерзкие в нем чувствуют себя как рыба в воде. Пусть катятся они ко всем чертям со своими интригами!

Вектор плюнул на землю и посмотрел на все воинство. Успокоившись, он продолжил:

– Я что хотел сказать: король гномов предложил нам сопровождать его до Бретоля, думаю, нам не помешает проветриться и посмотреть на общий настрой всего воинства. Лаксан и Торм идут с нами.

– А Делахон, Харт и Мадеус? – спросил про товарищей Хорс.

– Делахон сейчас у глав ордена Судей, Харт не желает даже приближаться к Бретолю, а Мадеусу вообще все равно, но его я, возможно, уговорю, – ответил Вектор.

– Тогда, я думаю, для нас будет честью сопровождать свиту гномов. Они наши названые братья и отнеслись к нам лучше, чем наш народ. Когда выступаем?

– Я думаю, что Гильб уже готов выступить и ждет только нас, так что пора заканчивать любоваться пейзажами и давай отправляться, – весело сказал Вектор и, развернувшись, двинулся к лагерю.

Так завелось, что, когда в «Сотне» отсутствовал лейтенант, за старшего всегда был Хорс. Его благоразумие и холодный расчет делали из него хорошего лидера, и все товарищи без возражений его слушали. Сейчас он шел бок о бок с Лаксаном. Темный эльф, принц Шиорана, теперь был неотъемлемым звеном в отряде, и хоть он в «Сотне» был всего несколько месяцев, каждый уважал его и считал своим собратом по оружию, так как принц кровью доказал свою преданность делу, а то, что он был порою задирист и неутомим в бою, то в таком отряде, как «Чертова сотня», это было только к месту. Следом шли неразлучные друзья, Вектор и Торм, жадные до битв, выпивки и девок, все эти три фактора так сильно сковали их дружбу, что они казались родными братьями. Последним шел Мадеус. Охотник на демонов со спокойным видом смотрел на солдат, его глаза перебегали от одного человека к другому, а на лице блуждала слабая улыбка. Все они были при оружии, но без доспехов, им не хотелось раньше времени надевать броню, ведь они шли по лагерю воинства, в рядах которого будут сражаться, зачем им доспехи?

Вот свита короля гномов Гильба так не считала. Сам Гильб Третий шел в своих изящных латах, а следом, нога в ногу шагали воеводы – Фрагнир, командир геройской роты, и Хелугус, командующий армией и отец Хелены, которая покорила сердце Вектора. Ради нее он дал себе слово, что после этой битвы вернется в Драгуар и останется в нем, заведет семью и все такое, на что его друзья посмеялись и ответили, что он не вернется из этого боя. Секунду Вектор Мар стоял с ошеломленным видом, а потом сам рассмеялся, сказав: «Ну да, о чем это я?».

За двумя легендарными воеводами Драгуара и Норвана следовал десяток ветеранов, которые начинали служить, когда король гномов был совсем юным. Их мастерство и боевой опыт уважали все, и вряд ли кто-то мог сравниться в сечи с этими опытными воинами гор.

Свита прошла почти через весь лагерь. В этой части было собрано ополчение, так как основное воинство Рульфа Воргара стояло с другой стороны Бретоля. К этим не особо умелым солдатам прикреплялись рыцари и офицеры со своими старшинами, чтобы хоть как-то сделать из этой массы подобие армии. Это был титанический труд, и командиры делали свою работу без отдыха и сна, выполняя поставленную им задачу.

Бойцы «Сотни» всматривались в глаза каждого из мужей, пришедших сюда. Они пытались увидеть в них отвагу и жажду битвы, но видели следы отчаяния и зарождавшегося страха. Что с ними будет, когда они увидят тех, с кем придется сразиться? Первым из группы выразил свое мнение Лаксан.

– У них страх в глазах, с таким воинством мы недолго протянем против тварей Пандемония, – презрительно сказал темный эльф.

– Даже если один десяток таких солдат сможет убить хоть одного демона – это уже будет неплохо, – признался Хорс.

– Толку от них не будет, – покачал головой темный принц.

– Они будут в тылу до последнего, пока все мы будем сражаться. Думаю, демоны поступят так же. Мне почему-то кажется, что это сражение играет не основную роль.

– О чем ты? – спросил эльф, повернув голову в сторону Хорса.

– Мы не дадим силам Пандемония ворваться в этот мир какое-то определенное время, пока будет свершаться что-то другое, иного я не вижу, так как мы не выиграем этот бой.

– Твой настрой меня весьма радует, – усмехнулся эльф. – Я считал, что наша основная цель – разбить силы врага, но сейчас, выслушав тебя, понял, что это не так.

– Ты представь: сотни тысяч тварей, которые были рождены, чтобы выйти на эту битву. Они десятилетия проводили в сражениях и постоянных стычках, и кто им будет противостоять? Армия фермеров и кузнецов?

В глазах Хорса полыхнул огонь ярости, и Лаксан без труда заметил это.

– Помимо этого сброда, есть войска союзных государств, – попытался оправдаться эльф.

– Этого недостаточно. Вспомни, что было в Бездне. За считанные минуты из нашего отряда сделали фарш, а теперь попробуй представить, что таких тварей будет нескончаемое число. Что они сделают со всеми этими бедолагами? То же самое, что и с нами, только гораздо быстрее, – не дождавшись ответа Лаксана, Хорс ответил сам.

Темный принц, идя следом за боевыми ветеранами Драгуара и Норвана, посмотрел по сторонам. Пелена спала, и он увидел перед собой не суровых бойцов, чьим ремеслом была война, а обычных мужей, покинувших свои дома ради этого сражения. Здесь были охотники, ремесленники, кузнецы, простые крестьяне, имелись даже слуги, которые оставили свои обязанности и пришли сюда в надежде хоть как-то помочь тем, кто осмелился противостоять ужасному злу. Здесь были все – но не было воинов. Не было тех, кто рожден держать меч, знает, что такое воинское ремесло, строй и тяжелая битва. Хорс был прав, против них выйдут демоны, которые не знали ничего другого, кроме как биться и убивать.

Гномы остановились почти у самых ворот. Здесь уже стояла стража и воины, сопровождавшие своих государей на совет. Хотя каждый король, вождь или князь был истинным воином и сравниться с ним в бою могли немногие, но требовалось соблюсти формальности, и все их соблюдали.

У ворот стояли воины государства орков и ратники князя Свободного Народа, великаны прошли через вторые врата, а вот эльфов еще не было видно. Видимо, король Терноэль уже был внутри.

Вектор отметил огромные размеры зеленокожих и их воинственный вид. Они не любили носить тяжелую броню, а лишь прикрывали ею отдельные части тела. Торм мог сравниться с ними, но был менее крупным в плечах и более жилистым, эти же, наоборот, брали своей массой. Четыре орка спокойно стояли около ворот и опытным взглядом оценивали каждого пришедшего. Королю Драгуара и Норвана они ответили лишь небольшим кивком.

Слева стояли лучшие воины Свободного Народа, которые сопровождали своего князя. Их было двадцать человек, они шумно беседовали и смеялись, и появление воинов «Чертовой сотни», о которых они были наслышаны, только подняло им настроение. Они по-доброму приветствовали подходящих гномов и людей. Солдаты «Сотни» и раньше слышали, что воины Свободного Народа относятся к войне спокойно и часто шутят и веселятся перед битвой, не позволяя сомнениям и страхам забраться к ним в душу, но все знают, что в бою они свирепы и отступают лишь для того, чтобы нанести смертельный удар. Ни у кого не повернется язык назвать этот народ слабым.

Сопровождение короля гномов остановилось подле людей княжича Волка, дальше Гильб Третий и его воеводы двинулись сами. На фоне всей этой суматохи трое низкорослых повелителей гор выглядели, как суровые боги, закованные в самые лучшие доспехи, что имелись в этом мире. Ни один смельчак не решился бы встать на пути короля гномов, не говоря уже о следовавшем за ним командире геройской роты Фрагнире, голову которого украшал крылатый шлем с большими белоснежными перьями. Суровый вид Фрагнира вызывал восхищение даже у орков, которые редко к кому-то проявляли уважение. Красивейшее оружие, что висело на поясе у гномов, вызывало восторг. Вряд ли кто-то осмелился бы подумать, что оно висит только для украшения.

Люди Свободного Народа обменялись рукопожатиями с бойцами «Чертовой сотни». Они вместе смеялись и подшучивали над тем, что темные силы еще не знают, что им предстоит сразиться с такими грозными воинами, как все здесь собравшиеся. Гномов-ветеранов приняли не менее дружелюбно. Возникшее было напряжение быстро испарилось, когда стало ясно, что у воинов царства Норвана и Драгуара с людьми Свободного Народа много схожего. Но безмятежное общение длилось недолго.

Топот копыт заставил всех встать спиной к воротам и посмотреть на приближающийся конный отряд. Оказалось, это были всадники эльфийского народа. Бело-золотые доспехи сияли, даже когда на них не падали солнечные лучи, а надменные лица эльфов вызывали раздражение даже у орков. Терноэля среди них не наблюдалось, но был воин, знатного вида, на плечах которого красовалась шкура леопарда, а броня у него была золотистая с зеленым оттенком. Резко соскочив с коня, он не удосужился даже взгляда кинуть в сторону стоявших у ворот бойцов. Высокомерный воин быстрыми шагами прошел в ворота и скрылся за ними.

Сопровождавшие его эльфы тоже покинули седла своих скакунов и остались стоять на месте. Было их пятнадцать, и все были друг на друга похожи до безобразия, все – кроме одного.

Лаксан окинул их презрительным взглядом и уже собрался отворачиваться, когда услышал слова, адресованные ему.

– Вы только посмотрите! – с притворным удивлением воскликнул эльфийский воин.

Он был на голову выше своих соплеменников, его дерзкий и высокомерный вид говорил о том, что он весьма уважаем среди своего народа, держался он подобающе. Все остальные посмотрели на темного принца.

– Темные отступники решили разбавить наше войско своим присутствием. Вот только позабыли про своих воинов и прислали изгнанника.

Нахальная улыбка застыла на лице высокородного эльфа, он, как змея при броске, медленно двигался в сторону Лаксана, давая жертве время понять, какая неминуемая участь ее ждет. Тот в свою очередь вздернул голову вверх и посмотрел на мрачное небо.

Здесь собрались все самые лучшие сыны своих народов. Самые достойные.

Драмир – сын Орона Крушителя, предводитель горных великанов, достойнейший из достойных, принявший правление народом после гибели отца от рук темных сил. Здесь он был со своими близкими воеводами, которые, как и он, поведут в бой великанов Острого Пика.

Вульфрейн, великий князь Свободного Народа, вместе с племянником, мужественным и гордым Волком, который по праву достоин быть князем после Вульфрейна. Молодой воин нашел в себе силы не поддаться жажде мести и не ввязаться в войну с Империей, которой так жаждали те, кто отверг свет и поклонился тьме. Переступив через свою гордыню, он стоял здесь, на Великом совете народов, дабы защитить свой народ.

Гильб Третий, король двух объединенных царств – Драгуара и Норвана, потерявший единственного брата, разум которого поработили темные силы. Лишь огромная мудрость Гильба не позволила злу ворваться в его царство, хоть тьма и была усердна в своих попытках. Гильб и сопровождавшие его воеводы пришли на совет по праву лучших мужей своего народа.

Грэгор Кларкус, канцлер Империи, преданнейший слуга своей родины, посвятивший многие годы службе королю и Империи. Можно с уверенностью сказать, что этот человек в большей мере поспособствовал тому, чтобы здесь стояли эти достойные мужи, пришедшие объединиться в один кулак и ударить по врагу. Этот человек имел великолепную выдержку и острый ум, что позволяло ему вершить немыслимые дела, но, так или иначе, печаль от пережитого отражалась на уже немолодом лице канцлера, оно заметно осунулось, но глаза все так же горели огнем разума.

Гор-Дрогон, сын величайшего из орков Тор-Горона, орка, который воссоединил всех, кому подчинились даже те, кто по своей природе не знал, что такое подчинение. Судьба оказалась сурова к совсем еще молодому Гор-Дрогону, темные силы помутили разум великого вождя, и сыну пришлось убить отца, дабы спасти народ орков от гибели. Молодой, но сильный, он стал железной рукой править всеми орками, как когда-то правил Тор-Горон. Юный вождь поклялся, что никогда не позволит тьме проникнуть в его разум. Прошло десять лет, и сейчас на совете стоял огромный вожак великой стаи, прищуренные хищные глаза смотрели мудро, а мощное тело говорило о том, что в орке скрыта великая сила, готовая выплеснуться в любую минуту.

Терноэль был единственным, кто видел все ужасы, что может преподнести Пандемоний, ведь когда-то он сражался против сил тьмы. Хоть эти времена позабыты, из его памяти они никуда не делись. Все эти тысячелетия он правил народом эльфов и не позволял тьме проникать в их леса, не позволял злобе затаиться в сердцах его народа, потому-то никто толком и не знал точного местоположения сердца их земель. Ведя короткую дипломатию, он оградился от всех, но спустя столько времени обстоятельства вынудили его вывести силы эльфийского народа на бой с тьмой. Как в тот раз, тысячи лет назад.

Рядом с ним стоял горделивый воин, и раз он находился в этом месте, значит, эльфийский дворянин пользовался уважением и доверием своего царя, который позволил ему присутствовать на Великом совете.

Все горделиво молчали, либо смотря по сторонам, либо рассматривая равных себе. Терноэль стоял во главе большого стола, установленного в храме Бретоля. Не так давно он уже присутствовал на одном совете, меньшем, но тоже важном, в тот раз он покинул его, поддавшись эмоциям, в этот раз эльф надеялся, что такого не произойдет.

Перед ним сидел Голбус Тран. Старик рассматривал карту, которую составили люди Грэгора специально для этого случая. Пергамент оказался очень большим, но сделан он был очень искусно. На нем отображался весь рельеф, участки лесистой местности и все неровности ландшафта. Также по просьбе Голбуса картографы нанесли места, где должны располагаться ударные силы, резерв, ополчение людей, лазарет. Еще туда нанесли место, где должна расположиться артиллерия гномов, которая будет бить орудиями по врагу. Выстроганные фигурки воинов разных типов стояли в кучке, они будут нужны для объяснения стратегии боя. Линии фронта были нанесены специальными обозначениями в центре карты. Все посматривали на карту, но ждали, когда начнется совет. Каждый отлично знал Голбуса и не хотел вставлять свое слово впереди мудрости старика.

Увидев, что все готово для начала Великого совета и все государи собраны, старик нарушил тягостное молчание, и его тяжелый голос отозвался в каменных стенах храма.

– Я приветствую всех здесь собравшихся и благодарю за то, что каждый из вас откликнулся на мой зов и услышал голос своего сердца.

Голбус встал из-за стола и низко поклонился стоявшим напротив него предводителям народов. Они в свою очередь ответили низким наклоном головы в знак уважения.

– Долг перед нашим миром собрал нас в этом месте, где люди шепчут молитвы в надежде, что их услышат и помогут. Сейчас же ни одна молитва не поможет Гардии. Враг уже переступил наш порог и нанес несколько серьезных ударов. О них все вы прекрасно знаете.

Голбус выдержал паузу, чтобы каждый ощутил тяжесть ситуации, потом снова продолжил.

– То войско, которое вы привели с собой, должно будет удержать удар сил тьмы, как когда-то это сделали наши далекие предки. Устраивать уроки истории у меня просто нет времени, но вот король Терноэль вкратце поведает вам, что ждет всех нас.

Старик перевел взгляд на вышедшего из тени лесного короля. Никто больше не посмотрел в его сторону. Хоть Терноэль и считал себя значительнее всех, все остальные так не считали.

– Я скажу лишь то, что вашим воинам, да и всем вам, суждено было родиться во время великого испытания и это испытание пришло. Заключается оно в том, чтобы противостоять тем, кто хочет уничтожить наш мир и тем самым сдвинуть Равновесие Сил в свою сторону. Цели всего этого неизвестны даже мне. Но факт в том, что все это уже происходит.

Терноэль говорил размеренно, его монотонный, но мощный голос звучал уверенно, и даже такие суровые воины, какие здесь находились, прониклись глубиной сказанного.

– Войско Пандемония бьется иным способом, страх ему не ведом, оно ударит всей своей мощью и остановится только в двух случаях: когда все мы будем перебиты или же вся армия демонов погибнет. Третьего не дано.

– О том, чего хотят эти твари, можно и не говорить, достаточно того, что они вторглись в наш мир с враждебными намерениями, а наша задача – остановить их, – вставил свое слово княжич Волк.

– Ты молод и горяч, княжич. Не торопись рваться в бой, не оценив врага по достоинству, – умерил его пыл Голбус.

Терноэль лишь смерил человека презрительным взглядом.

– С его словами можно согласиться. Что же еще от нас требуется, если не остановить силы зла? – задал вопрос Голбусу Гильб Третий.

– Выстоять и продержаться до свершения предначертанного, – ответил ему Голбус.

– Великие духи предвидели эту битву, предвидели вторжение, а значит, они знают и предначертанное, но каково оно? И сможет ли союз великих народов устоять перед той мощью, что обрушится на нас?

Голос был хриплый, схожий с рычанием старого зверя, старого, но еще таящего в себе силы. Это был не кто иной, как верховный шаман – Кул-Рохан.

– Для этого мы здесь, чтобы обсудить стратегию, которая должна помочь всем нам справиться с врагом, – постарался объяснить Голбус.

– Надеюсь, вы не захотите ставить всех под командование одного военачальника? – усмехнулся в свою густую бороду Гильб.

– Не переживай, мой друг, твоя воинская честь не будет задета, тебе не придется переступать через свою гордость, – улыбнувшись, ответил ему старик.

– Тысячелетия назад был собран такой же совет, силы которого потом дали бой силам тьмы и победили их. В тот раз обстоятельства сложились иначе, и силы орков не смогли попасть в объединенное войско, но оттянули на себя огромную часть войск противника, тем самым ослабив его основные силы. Их подвиг был очень важен в той войне, – сказал Терноэль и посмотрел на Гор-Дрогона, который стоял молча, гордо вскинув голову. Он с малолетства знал эту историю и подвиг своего народа.

– Сейчас, – продолжил лесной король, – мы станем все в один строй, так как демоны сильнее, чем были. Их повелитель просчитал каждую ошибку Когана Кровожадного, и теперь, заделав все бреши в тактике, его армия не упустит шанса поквитаться.

– Тогда мы обязаны поступить так же и не допустить оплошностей в грядущей битве.

Голос звучал тяжелым басом, и даже командир геройской роты Фрагнир снизу вверх посмотрел на Драмира, сына Орона Крушителя, которого он хорошо знал.

– Ты совершенно прав, Драмир, поэтому всем вам я предлагаю выслушать тактику, на разработку которой я потратил многие часы своего драгоценного времени, – сказал Тран и указал рукой на карту.

Все взгляды устремились туда же.

– Тогда мы готовы тебя выслушать, – проговорил Вульфрейн.

Он стоял между громадным Гор-Дрогоном и еще большим Драмиром, но оба вождя с почтением относились к седовласому человеку, который вел свой народ и имел воинственный вид, несмотря на свой преклонный возраст.

Голбус Тран расправил плечи и посмотрел на Терноэля и его спутника, после чего наклонился над картой.

– В этом месте мы встретим врага, здесь не дадим ему двинуться дальше. Мое предложение состоит в том, чтобы не ударить всеми силами сразу. – Старик поднял голову и посмотрел на озадаченных воинов. – Бой завяжется не на одни сутки, а значит, нам необходимы свежие резервы. Если у нас их не будет, то силы демонов, которые не будут сбавлять темп или же отступать для маневра, сломят нас. Этого нельзя допустить.

– Кто выступит первым? – задал вопрос сын Тор-Горона.

– Наберись терпения, сын великого вождя, – таков был ему ответ.

– Голбус говорит про резервы потому, что нас сметут, как бы стойко мы ни сопротивлялись. Силы Гардии не смогут удержать этих тварей. И, когда падет линия обороны, в бой вступят свежие силы, которые опрокинут демонов и дадут всем остальным перегруппироваться.

Лесной король был менее тактичен в общении и говорил как есть. Он также добавил:

– Если будет кому.

– С такой неуверенностью, как у тебя, эльф, можно не выходить на бой вообще, надеюсь, твои воины будут не такими, – заметил Фрагнир, не удержавшийся от ехидного комментария в адрес Терноэля.

– Не возноси себя слишком высоко, воин горных недр, ибо, когда ты встретишь врага, боюсь, тебе придется думать о том, как бы не умереть в первые минуты, – не остался в долгу Терноэль.

Слова лесного царя задели воеводу, но мощная рука Гильба Третьего хлопнула его по груди и не дала пылу воина распространиться.

Терноэль же продолжил.

– Тысячи лет назад я участвовал в том ужасе, который тогда творился, и не смейте даже намекать мне о моей трусости, ведь вы в скором времени окажетесь в такой же ситуации.

Лицо Терноэля на какое-то мгновение стало серым и гневным, но он тут же восстановил самообладание.

Голбус продолжил объяснение.

– На линии фронта, здесь и здесь, – старик указал на центральную часть карты, – станут воины Империи и царства гномов Норвана и Драгуара. Соедините щиты друг с другом и удержите первый удар, каким бы сильным он ни был. За вашими спинами будут стоять ваши братья и отцы, а еще чуть дальше – стрелки Империи, которые будут бить стрелами по врагу. Не углубляйтесь в строй врага, демоны выносливее вас. Когда силы кончатся, то подкрепление будет далеко, и вам уже не помогут. Войско Империи поведет канцлер Грэгор Кларкус и главнокомандующий Рульф Воргар, который сейчас отсутствует.

Голбус Тран замолчал и посмотрел на карту, переводя взгляд от одного ее края к другому.

– Левый фланг – за силами Свободного Народа. Поведут их Вульфрейн и Волк, а также младшие князья, которые будут командовать отдельными дружинами. Я знаю ваш пыл, не углубляйтесь в строй врага! Не пытайтесь его осилить! Волк, это относится к тебе, твое сердце горит местью, а это плохой руководитель в предстоящей битве. Охлади свой пыл, и это поможет сохранить твоих воинов.

Стиснутые скулы Волка подтверждали опасения Голбуса Трана, но княжич ничего не сказал, он просто молча выслушал слова, сказанные стариком.

– Мой зять станет справа от имперского строя. Ему не требуется объяснять, как надо вести бой, я ему обо всем поведал. Эльфийская армия будет держать оборону, а стрелки сеять смерть до тех пор, пока будут стоять на ногах и дышать. Больше мне сказать нечего.

Король гномов и его воеводы лишь фыркнули в ответ на отчет лесного короля. Им не нравилось его высокомерие. Но высказываться никто не стал.

– Таким образом, силы орков и великанов останутся в резерве, их черед настанет после того, как будут смяты первые ряды.

– Ты проявляешь неуважение к нам, Голбус Тран, – взял слово Гор-Дрогон. – Ты прекрасно знаешь, как орки относятся к военному ремеслу, и ставишь нас в резерв.

– Ваша сила велика, и она потребуется тогда, когда уже никто не сможет сражаться. Поверь мне, сын Тор-Горона, вам хватит врагов, чтобы стяжать славу, всем вам, вот только думать вы должны не о славе, а о жизнях тех, за кого мы сражаемся, ведь если проиграем мы, что станет с ними?

– Мы воины, наша жизнь всегда на лезвии ножа, а те, кто выбрали другой путь, живут в таких ожиданиях: ждать с радостью победителей или же встречать врага у ворот, – вставил Волк.

– Будь по-вашему, сейчас нет времени для спора.

– Что еще необходимо нам знать? – задал вопрос Вульфрейн.

– В тылу будут развернуты походные лазареты, рыцари и офицеры Империи вместе со своими отрядами будут переносить раненых с поля боя сюда, – Голбус указал место на карте. – По мере того как будет идти сражение, лазареты будут перемещаться, чтобы в случае чего не попасть под удар войск Пандемония.

– Еще что-то? – снова спросил князь Свободного Народа.

– Да, – ответил Тран. – Будет организовано обеспечение стрелков, которые обязаны без устали бить по врагу. Телеги будут двигаться по всему периметру, доставляя все необходимое.

Голбус посмотрел на карту. Потом на какие-то мгновения задумался и продолжил:

– Наши друзья из Драгуара и Норвана помогут нам не только своими остро отточенными секирами, но и огневой мощью. Здесь, здесь и здесь будут установлены артиллерийские расчеты, которые будут бить по врагу из механических пушек. На защиту им станет имперское ополчение под командованием капитана Касана. В случае чего они не дадут уничтожить орудия и будут сражаться, пока артиллерия не отойдет на безопасное расстояние. Король Гильб, когда прибудут последние расчеты?

– Ульрик Бахастанс прибудет к закату солнца. Он будет отвечать за огневую мощь наших орудий. И пусть ваш капитан подчиняется ему, или ничего хорошего из этого не выйдет, – ответил Трану Гильб Третий.

– Об этом я позабочусь, – заверил его Грэгор.

– Остался один вопрос.

Все посмотрели на Вульфрейна.

– Какой? – спросил Терноэль.

– Сколько мы должны продержаться?

После заданного вопроса все посмотрели сначала на князя Свободного Народа, потом перевели взгляд на Голбуса и Терноэля. Ведь правда, с самого начала совета эти двое не сказали ничего о том, сколько времени объединённой армии необходимо будет выстоять.

– Никто не знает, – прозвучал ответ, который заставил всех тяжело задуматься.

После паузы, длившейся около минуты, раздался смех Драмира.

– Ну, тогда всем хватит врагов для славы.

Улыбки появились на лицах, но искренности в них не было.

– Осталось посчитать, насколько велика наша армия, – снова взял слово старик.

– Свободный Народ привел на битву сто десять тысяч воинов, без ополчения, все до единого умеют держать меч и знают, что такое битва.

– Имперская армия выставляет сто пятнадцать тысяч обученных солдат, из них пятьдесят тысяч – это элитные воины Рульфа Воргара и тридцать пять тысяч – ополчение, в которое входят в большинстве своем неумелые воины, – ответил Грэгор Кларкус.

– Силы Драгуара и Норвана составят шестьдесят пять тысяч воинов и четыре тысячи обеспечения артиллерийских расчетов, – отчитался Гильб.

– Великаны Острого Пика пришли на битву в количестве пятнадцати тысяч, – коротко ответил Драмир.

– Хор-Морогол выставит сорок восемь тысяч своих сынов, – гордо произнес Гор-Дрогон.

После этого все посмотрели на двух эльфов, высокородных и самолюбивых. Очень многие их недолюбливали, и было за что, но эльфам на это было плевать.

В этот раз ответил не Терноэль, а его зять, чье имя было Кветагон Фесалагос.

– Эльфийская армия выступит на марш в количестве двухсот девяти тысяч воинов. Сюда входят и отряды врачевателей, и ударные силы эльфийских лучников.