Текст книги "Равновесие Сил (СИ)"

Автор книги: Виктор Марочкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 34 страниц)

– Время для охоты.

– Закрывайте ворота, или же будет поздно, – глядя на Гёльнару, посоветовал Хорс.

Она смотрела на марширующий строй врага и молчала. Тогда Хорс сам дал команду.

– Торм, закрывай! – скомандовал он.

Мощным ударом своего молота великан буквально разнес ворот, что служил подъемным механизмом, и ворота с грохотом опустились. Теперь им оставалось ждать, когда демоны пойдут на приступ. Они были в тридцати саженях от стен и уже несли потери, потому что такие, как Казор и Фельхам, спокойно били их на таком расстоянии. Все остальные присоединились к ним чуть позже. Сотне необходимо было сдержать демонов до прихода войска Свободного Народа, тот гарнизон, что имелся в Кумдорке, просто не выстоит без их силы, это понимал каждый.

Гёльнара отправила часть своих воинов на стены, другие же занялись вооружением мирных селян и переправой тех, кто спасался через реку. В это время войско демонов пошло на штурм стен.

Тщательно подготовившись, отродья тьмы ставили лестницы, которые удерживали закованные в броню демоны, после чего шли на приступ. Каждый из воинов «Чертовой сотни» выругал строителей крепости за то, что стены были такими низкими, но сейчас выбирать не приходилось. Не давая противнику возможности вскарабкаться на лестницы, люди сбивали демонов стрелами, те в свою очередь отвечали арбалетными выстрелами. Конечно, «Сотне» на это было наплевать, они уходили от болтов, ловко уворачиваясь, но вот люди Свободного Народа падали раненые или же убитые.

Еще ни одна тварь не взошла на стену, хотя бой продолжался уже около часа. Стрелы подходили к концу, все запасы, что имелись в оружейных, были доставлены на участки стен, но и их не хватало. Тот, кто вел демонов в бой, прибег к тактике, и по его приказу запылали все дома, что лежали около стен Кумдорка. Дым начал стелиться, видимость нарушилась, дышать становилось тяжело, но не для «Чертовой сотни». Воины отряда без устали били и били врага, не давая ему передышки. Где возникала брешь, на этом месте сразу появлялось от пяти до десяти воинов «Сотни», которые обрушивали свою мощь на врага. Но, так или иначе, их не хватало, чтобы полностью распределиться на стене крепости, и демоны начали появляться на участках стен. Бой закипел с большим жаром.

Хорс еще не вступил в бой, он находился вместе с Тормом внизу и помогал Гёльнаре забаррикадировать буквально каждый проход ко второму кольцу стен, что укрывали княжеский терем. Рано или поздно, но отходить все же придется. Они устанавливали баррикады так, чтобы с них можно было бить врага стрелами, которые специально не были поданы на стены. Создавая узкие проходы, они обеспечивали шанс сражаться по трое, не давая врагу использовать численное преимущество, но до этого было еще далеко, так как воины «Чертовой сотни» и Свободного Народа ни на минуту не давали укрепиться врагу на стенах. По всей линии слетали лестницы, отправляя демонов на копья их же собратьев.

В дыму, который укрыл Кумдорк, шла отчаянная битва. Лица людей были перепачканы пеплом и кровью, а крылатые шлемы воинов «Сотни» на этом фоне выглядели более устрашающе, чем шипастые и наполовину ободранные доспехи не то живых, не то мертвых воинов из мира демонов.

Воительница отправляла свежих воинов на замену тем, кто уже не один час сражался, местное ополчение все так же занималось укреплением проходов и все делало так, чтобы к терему был лишь один путь. Они пока не вступали в бой, их время еще наступит. Хотя каждый из них умел держать оружие, все же на стенах лучше смотрелась элита, а про «Чертову сотню» и говорить не стоило. Гёльнара все больше удивлялась, как они искусно бьются, буквально каждый из них был идеальным воином, к которому нельзя было подобраться, а единство их действий и сохранность спины каждого из братьев были безупречны. Там, где открывался один для нанесения удара, вставал его боевой брат для защиты. Это был единый механизм, в смертельном движении которого невозможно было уцелеть.

Мадеус с Лаксаном тоже выбрали себе участки для сражения и были в бою хороши. Не оставляя врагу никакого шанса, эти двое отправляли трупы со стен то в одну сторону, то в другую, и оба были настолько увлечены, что, казалось, им это нравилось. На этом же участке сражался Вектор, спину которого никто не прикрывал, так как все знали, что он рубится вихрем и умеет сам о себе позаботиться. Когда их еще только обучали, старшина Таган осуждал его за такое рвение, но сейчас наставника не было рядом, и Вектор Мар брал от битвы все, что хотел. Оба клинка грозного воина рубили плоть врага, неся смерть каждому встретившемуся на его пути. Старый кузнец из Драгуара сказал Вектору, что с каждым убитым его опыт будет расти, и воин «Сотни» чувствовал эту силу и направлял ее на уничтожение тьмы.

Лейтенант не давал демоническим тварям взять верх на его участке стены. Часть отряда сбрасывала волну за волной, забыв об усталости, был лишь один выход – победить гнусных тварей. Он иногда посматривал туда, где бились воины Свободного Народа. Время от времени им приходилось помогать, дабы удержать позицию. Горизонт был затянут дымом, и не было видно, открыты ли еще порталы, но так как воины преисподней все никак не ослабляли свой натиск, значит, их было более чем предостаточно. Харт лишь пару раз видел, как Гёльнара вступала в бой со своими телохранителями, состоявшими из десятка опытных берсеркеров. Воительница славно сражалась и сеяла смерть среди врагов своего народа, заделывая брешь там, где она образовывалась.

Время шло, солнца не было видно, а в некоторых местах дошло до того, что демоны карабкались по горам своих трупов, а не по лестницам. В Кумдорке остались только солдаты, все мирное население было переправлено через Тельту, а значит, что-то все же успели сделать для населения этих земель. Пусть даже мужи сложат головы и никто из них не вернется, но дети их будут целы, и они будут чтить память отцов. Но до этого было еще далеко.

Тем временем враг пошел на приступ врат. Воины под командованием каких-то своих командиров смастерили адский таран и принялись высаживать проход. Видимо, до них дошло, что стены падут еще не скоро, особенно если учесть, что на отдельных участках еще нет ни одного убитого, а численное преимущество здесь не могло помочь. Торм с воинами укрепили проход, но все же он трещал под ударами крепкого бревна, которое с неведомой силой направлялось в створы, дабы выбить брешь, а позже заполнить здесь все. Хорс распорядился загородить проход по обеим сторонам и выставить туда стрелков. Когда ворота падут, стрелки обрушат на врагов свою мощь и будут сдерживать натиск, пока люди со стен перейдут на новые позиции.

Когда солнце ушло с небосвода, а луна еле пробивалась через дымный мрак, Харт обратил внимание, что свечения от портала нет, но и не видно, сколько из него вышло войска. Может, там было около десяти тысяч, а может, и около ста тысяч. Он понял, что в какой-то степени даже лучше, что он их не видит. Убивая врагов, он преследовал лишь одну цель – забрать больше жизней и молился про себя, чтобы в этой битве никто не погиб, как это случилось на Длани Богов. Он потерял из виду Гёльнару, но почему-то был уверен, что та жива и защищает эту крепость, которая приняла непосильный для себя бой.

День сменила ночь. Враг обновлял свои ряды. На приступ шли то оборванные твари, с безумством в глазах и лишь с одним оружием в лапах, то закованные в доспехи воины, из-под шлемов которых выходило красное свечение. Одни были легкими жертвами, другие – весьма искусными противниками, но «Чертова сотня» разила и тех, и других, а вот воины Свободного Народа таяли. За день боя их число значительно поубавилось, и в некоторых местах уже появлялось ополчение, дабы хоть немного дать передохнуть матерым воякам. Те хоть и были созданы для защиты своей родной земли, но все же не могли так долго сражаться, как это делали неизвестные воины в черных доспехах, которым не требовалась замена, отдых или передышка, казалось, они сутками могут так воевать, не давая пощады никому.

Все же враг пробил брешь в стене, в тот же самый миг врата подались под ударами тяжелого тарана и были буквально вбиты внутрь. Торм и Хорс, успевшие вовремя сконцентрироваться, стали на защиту, дабы демоны не вломились толпой. Гёльнара, которая дала команду своим людям отступать со стен, потеряла дар речи в тот момент, когда в руке Хорса Рима начало образовываться дымное пятно, которое, постепенно преобразовываясь, приобретало форму меча. После чего воин стал в стойку рядом с великаном. Тот держал правой рукой свой великолепной работы молот, левой рукой – круглый щит, сделанный специально для него. У обоих были шлемы с железными крыльями, полностью закрывавшие лица. Казалось, эти двое могут сдержать натиск всей армии врага. Так оно и было.

Когда демоны ринулись в проход, их встречали залпы лучников ополчения, а после – неминуемая смерть от меча и молота двух необыкновенно сильных бойцов. Эти двое так искусно уничтожали врагов, что к ним нельзя было приблизиться. Великан Торм был так быстр, что, казалось, это было невозможно с его комплекцией, а Хорс предугадывал каждое движение врага и наносил один смертельный удар. Со свежими силами, с накопленной злостью, они закрыли собой проход надежнее, чем это делали врата Кумдорка. Когда лучники поняли, что здесь им теперь нет работы, они отправились прикрывать отступающих воинов, по пути уничтожая врагов. Ночь потихоньку озарялась пожарами домов, которые загорались от запущенных врагами горячих болтов. «Чертова сотня» медленно, соблюдая порядки и не давая врагу сосредоточиться на численности, отходила на другие позиции, которые для них подготовили Хорс и Торм.

Теперь, под покровом ночи, шли бои между домами и баррикадами Кумдорка. В некоторых местах стрелки били прямо с крыш домов, пуская стрелы в гущу демонов, и эти стрелы всегда находили свою цель. Гёльнара отступила к терему, ее воинам требовалась передышка, а раненым помощь. Все бреши, что имелись, сдерживала «Чертова сотня», ведя бой то попарно, то втроем, лишь центральный проход все так же держали Торм и Хорс, которые за малое время изрубили целую кучу врагов. Наспех сделанные баррикады не могли долго сдерживать натиск, но они мешали продвижению, поэтому свое предназначение выполняли. Плавно отходя спиной к терему, «Сотня» встала как раз в то положение, чтобы сзади были лишь деревянные стены, а впереди – враг. Что, по сути, могло быть лучше? Два десятка стрелков, взяв последний запас стрел, ловко высекали самых уверенных в себе демонов. Рык и вопли порой угасали, и стоял лишь лязг оружия.

Каждый из воинов «Чертовой сотни» был сплошь покрыт кровью убитых им врагов. Доспехи были изорваны, а у некоторых имелись раны. Но что такое рана для воина? Это гордость. Но такие, как Лаксан, хоть и были потрепаны, но тело было целёхоньким, он не давал этой мерзости прикоснуться к себе и рубился с такой неистовой удалью, что за считанные минуты образовывал вокруг себя курганы из трупов. Таким же был и Вектор. Оба его меча сверкали в ночи и выкладывали горы из убитых. Каждый воин уничтожал демонов, показывая такое мастерство, что если демоны уцелеют, то явно расскажут об этом в своем мире.

Спустя небольшое количество времени «Сотня» выложила холм из убитых врагов вокруг частокола терема. Враги лезли через трупы своих собратьев и прыгали сверху прямо на мечи бойцов «Сотни». Из-за убитых биться стало тесно, и Блэк Харт скомандовал части воинов отойти внутрь. Стрел уже не было, а демоны, поняв, что надо брать терем со всех сторон, полезли на отдельные его части, используя особых тварей, которые, как кошки, карабкались на частокол и запрыгивали внутрь. Нельзя было допустить, чтобы терем был взят, это было единственное укрепление, а значит, его необходимо было держать до последнего, пока не прибудет брат Гёльнары с войском. Если, конечно, прибудет.

Уйдя внутрь, за стены, Торм и Хорс теперь уже здесь держали проход, остальные же рассредоточились по позициям наверху. Оглянувшись, Лаксан увидел уставшие и отчаянные лица людей, которые сражались за свою землю. Они могли биться с людьми, но демоны забирали их волю. В этот самый момент он с презрением плюнул про себя и признал их слабыми. Его тела еще не коснулось лезвие вражеского клинка, а в глазах некоторых людей из числа Свободного Народа он прочитал страх за свою жизнь, а страх он презирал.

Мадеус отвлек его, ухватив за плечо:

– Скоро, мой друг. Скоро ты мне пригодишься.

Его лицо, так же, как и лицо темного эльфа, было запачкано кровью. Принц оценил боевое мастерство неизвестного человека, который прибился к их отряду, и проникся к нему уважением. Это был достойный противник. Как и все в «Чертовой сотне».

Волна демонов ринулась на стены. Последний приступ. Их сдерживали невероятные воины «Сотни» и некоторые из числа наиболее крепких бойцов Свободного Народа. Гёльнара тоже принимала участие, выхватывая противника и уничтожая его. Возможно, она и думать позабыла, что ее брат должен объявиться. От ее отряда осталось каких-нибудь двадцать человек, еще примерно столько же от ополчения, все остальные лежали на стенах и в проулках Кумдорка. Она сражалась так, как будто это была ее последняя битва, но все было не так.

Что-то изменилось в поведении демонов, они как будто потеряли инициативу, их напор ослаб, а те, кто находились на стенах, заметили, как задние ряды двинулись в обратную сторону. Хорс и Торм убили еще по паре демонов, когда поняли, что на них никто не нападает. Такая же ситуация была и на стенах. Переведя дыхание и осмотревшись, «Чертова сотня» не ринулась в погоню. И лишь Мадеус кивком дал знак Лаксану. Эти двое выбежали из ворот, которые были завалены трупами, и ринулись к основным вратам Кумдорка. Блэк Харт не стал их удерживать. Мадеус сказал, что им нужен пленник, так что было ясно, куда направился этот охотник на демонов.

Двое воинов вихрем ворвались в гущу сражения. Подоспевшее войско Свободного Народа уничтожало демонов, не давая им собраться в организованный строй. Конница ударила с лету и раскидала врага на мелкие группы, а пехота уже начала добивать оставшихся. Конные воины сделали маневр и обстреливали врагов из луков, выстроившись так, чтобы не зацепить своих. Пыль поднялась выше стен самой крепости, и в этой пыли шел кровавый бой, в котором люди противостояли злу. Лаксан и Мадеус прорывались к своей цели, их не занимала битва, почти за сутки боя они утолили свою жажду и сейчас их интересовал лишь командир демонов, который возвышался на том же месте, откуда появился. Его окружало десятка два закованных в броню воинов, готовых разить всех, кто приблизится к господину. Но и умение самого военачальника впечатляло: когда люди прорывались к демону, он раскидывал их десятками, выписывая такие пируэты, что рядовому вояке было просто невозможно устоять.

Таких, как темный принц и охотник на демонов, это не заботило. Каждый из них в искусстве боя был в разы лучше демона, и скоро они это доказали. Телохранители падали один за другим, когда изогнутые клинки рубили их на части, а острый стилет и невероятно мощная рапира пробивали броню демонов и забирали их души. Это все происходило так быстро, что до полководца поздновато дошло осознание того, что его конец близок. В последнем решающем ударе он попытался уничтожить неизвестных, но попытка была обречена на провал. Его противники легко уходили от ударов и так же легко наносили их. Демон успел взглянуть на свое войско, которое уже добивали, и почувствовал, что теряет равновесие и валится. Одна из его ног была отсечена эльфом, охотник же, изящным уколом в руку, выбил боевой серп из лапы врага, и вот полководец уже на земле. Пытаясь приподняться, чтобы швырнуть свое оружие, он получил такой мощный удар в голову, что снова повалился на землю, после чего почувствовал, как в его плоть вонзился кинжал, который жег плоть и не давал разуму соображать. Демон понял, что он не может просить помощи телепатически, не может связаться со своими остальными силами, над ним навис контроль, который сковал тело и разум.

Бой был проигран. Проигран горстке людей, которые сутки бились с многотысячным войском демонов, пришедших завоевать этот мир.

Глава 17

Охота во тьме

Волк смотрел на неизвестный отряд людей, воины зашивали свои раны и чинили доспехи. Каждый был идеально сложен, крепок и на вид очень разумен. Будущий князь еще не успел пообщаться с командиром этого грозного отряда, но его сестра Гёльнара многое поведала ему. Его войско пришло вовремя и вступило в битву с врагом. Одержав быструю, но кровавую победу, молодой княжич устремился в Кумдорк, за стены. Но каково было его удивление, когда под стенами он увидел горы убитых и понял, что демоны шли на приступ стен по трупам своих сородичей. Внутри же все было устлано мертвецами, некуда было даже ногу поставить, а во многих местах возвышались целые курганы из павших демонов. Каждый проход был забаррикадирован и завален мертвыми телами. Волк дошел до терема по своеобразному коридору, проложенному среди тел убитых врагов, врата были открыты, а на стенах стояли на страже неизвестные воины в черных доспехах. Княжич пробрался внутрь вместе со своими ветеранами и встретил Гёльнару, потрепанную боем, но живую. Ее окружало несколько десятков ее воинов, если не считать чужаков. Они спокойно рассматривали вошедшего молодого полководца, не выражая при этом никаких эмоций. Взглянув на них, любой бы сказал, что у этих бойцов сил и энергии хватило бы еще на столько же демонов.

Теперь, когда враг был остановлен, «Чертова сотня» расположилась внутри, за стенами, которые окружали терем. Здесь меньше всего было трупов, а значит, и чище. Каждый занялся своими делами. Кто-то помогал зашить полученные раны, кто-то ладил оружие и доспех, другие же, такие, как Казор и Фельхам, отправились на сбор своих стрел, которые для них были драгоценными.

Вход в терем охранялся двумя воинами из отряда «Чертова сотня». Один из них был из рода великанов, но меньше ростом, и носил на бедре серебряный молот внушительных размеров. Второй был обычный человек, но оружие он носил весьма необычным способом – меч за спиной и меч на поясе, но бился он обоими клинками сразу. Что творилось внутри, никто не знал. Волк видел, как с поля боя двое неизвестных волочили вражеского военачальника с отрубленной ногой, только позже он узнал, что его закрыли в тереме и выставили стражу, трое из отряда вошли внутрь, а для чего это делалось, объяснять никто не собирался, было не до этого. Сейчас все его войско было занято тем, что вытаскивало трупы из крепости и складывало демонов в одну кучу, а павших воинов Свободного Народа готовили к проводам в последний путь. Молодой воин поймал себя на мысли, что целая куча вопросов роится у него в голове и ему не терпится их задать незнакомцам. Но вот только негоже будущему князю на своей земле так вести себя, воины не так поймут, а честь дороже всего.

Блэк Харт находился среди отряда, он ощущал на себе пронизывающий взгляд княжича, но лейтенанту было не до него. «Чертова сотня» выполнила свой долг и спасла жителей от неминуемой смерти, ко всему прочему, выполнила указание Голбуса Трана. Пленник был у них в руках, и сейчас Мадеус, а с ним Хорс и Лаксан, скорее всего, уже получали от изувеченного демона необходимую информацию. Какими методами это делалось, его тоже мало волновало. Охотник на демонов бился наравне со всей «Сотней», рисковал собой ради общей цели, а значит, доверять ему можно. А кто он такой, и почему у него клыки, как у зверя? Да не все ли равно, если воин режет нечисть и отдает все на этом пути? Отряд ждал охотника, а вместе с ним и следующее поручение, а пока каждый был занят своим делом и по первой команде был готов выступить. Вот только лейтенант чувствовал, что перед этим еще должен будет состояться разговор с братом Гёльнары, ему очень хотелось, чтобы эта беседа была дружелюбной, а не в стиле «вы на моей земле, а значит, подчиняетесь мне». По крайней мере, сестра обладала таким настроем.

Мадеус стоял напротив пленного демона. Тот хрипел, скованный силой кинжала, воткнутого в его грудь. По обе стороны стояли Хорс и Лаксан, готовые в любой момент снести голову твари. Но это пока что не требовалось.

– Как ты собираешься допрашивать его? – спросил Хорс.

– Для этого существует особый способ проникновения в сознание врага, ты видишь все его мысли, прошлое и настоящее, все, что ведомо ему, станет известно мне, – ответил на вопрос Мадеус.

– Это тебя старик научил? – теперь уже поинтересовался Лаксан.

Его вид, как и вид самого Мадеуса, был весьма удручающим – доспехи частично изорваны, а они оба словно вылеплены из крови и пыли. У них даже не нашлось времени, чтобы обмыть лица.

– Чему-то да, но есть то, что ведомо мне, а ему нет. Но это лишь потому, что он не может этого познать, так как тьма закрыта для него.

Закончив с ответом, охотник на демонов перевел взгляд на пленника, после чего заговорил вновь:

– Я должен буду вытащить кинжал из его груди, дабы начать ритуал. Сила клинка ослабила его, а моих сил будет достаточно, чтобы овладеть его разумом, но если вдруг он начнет какие-либо действия, то вы не должны медлить – убейте его.

– А что случится с тобой? – поинтересовался Хорс.

– На самом деле, даже не знаю, я впервые провожу данный ритуал. – Мадеус улыбнулся, оскалив свои белые клыки. – Пора начинать. Помните: ждите до того момента, пока я сам не подам знак, либо эта сволочь не начнет что-то предпринимать.

– Мы поняли, – отозвался темный принц.

Охотник посмотрел на обоих своих товарищей, потом снова на демона, тот продолжал хрипеть. Мадеус освободил свои руки и убрал из нагрудного жилета все свои кинжалы, оставив лишь рапиру на поясе.

Оба воина «Чертовой сотни» увидели, как блеснули глаза их товарища, как огонь запылал в них, а сам его облик стал чем-то схож с демоническим. Лаксан крепче сжал вытащенный клинок, а Хорс стал сосредоточенным. В тот же момент Мадеус выдернул кинжал из плоти демона и схватил пленника за голову двумя руками, затем он приблизился настолько, что пламя начало струиться из его глаз в пустые глазницы демона, от чего тот начал скрежетать зубами и говорить на неизвестном наречии. Все это происходило до того момента, пока Мадеус не произнес необходимые слова для начала ритуала.

– Ты станешь мною, я стану тобою в вечном познании истиной силы зла!

Его голос звучал так угрожающе, что оба воина скривились.

Услышав это, демон перестал издавать какие-либо звуки, но вместо этого он начал трястись, его тело кое-где начало дымиться, а пальцы на связанных за спиной руках – выламываться. Хруст ломающихся костей стал отчетливо слышен. Понять было несложно – он трепетал от невероятной боли, что прошла по его телу, обожгла его душу и разум. Мадеус оставался все в том же положении, как и прежде. Он крепко держал за голову вырывающегося демона, а пламя все так же переливалось из его глазниц в глазницы демона. Тот силился что-то произнести, его руки с такой мощью надавили на путы, что веревки затрещали. Хорс заметил, как пальцы охотника буквально вдавливали маску из металла в череп демона, но ничего не происходило такого, что было бы сигналом, о котором говорил им Мадеус.

Так продолжалось недолго, по крайней мере, двум боевым товарищам так казалось. Вскоре оба воина заметили сияние искр в глазах охотника, а мощь его рук стала в разы сильнее. Демон уже не пытался вырваться, путы на его запястьях ослабли, а злобное кряхтенье прекратилось. Внезапно огонь сменился молниями, которые устремились в пленного демона, тело его задрожало в конвульсии, и тогда Мадеус отшвырнул смятую голову злобной твари, сказав одно слово:

– Убить.

Легким и быстрым движением руки темного эльфа голова была отделена от тела. Хорс посмотрел на охотника: тот тяжело дышал, вены на его руках вздулись и пульсировали, а в глазах еще пылал огонь ярости, постепенно угасавший. Мадеус приходил в себя, озираясь то на одного товарища, то на другого, пока совсем сознание не вернулось к нему.

Когда Хорс увидел, что перед ним стоит его боевой товарищ, а не полудемон, который проникает в сознание врагов, дабы узнать их тайны и планы, он задал вопрос:

– У тебя получилось?

Мадеус посмотрел на него из-под нахмуренных бровей, тень улыбки появилась на лице. Вид у него был очень усталый и измотанный. Каково ему пришлось в этом ритуале, для двух воинов оставалось загадкой.

– Если я жив, и стою перед вами, и могу рассказать, что мне стало известно, то да, у меня получилось.

– И что ты можешь нам поведать? – спросил темный принц.

– Соберем всех, потом я сообщу, что делать, но сейчас скажу с уверенностью: наш враг невероятно силен, очень коварен и просто безумен. Этого будет пока что достаточно, – ответил Мадеус. – Сколько провел я времени в ритуале?

– Вроде бы совсем ничего, минут пятнадцать, не более, – сообщил ему Хорс.

– Значит, прошло несколько часов, – утвердительно сказал охотник, сдвинув брови. – Видите ли, во время ритуала течение времени происходит по-иному, и если тебе кажется, что прошло несколько минут, то на самом деле прошел час, а может и больше. Так что, я думаю, пора нам присоединиться к нашим братьям, дабы я поведал то, что должен.

Все трое двинулись к выходу, который охранялся Вектором и Тормом. Новости были не из разряда лучших, но все же они были, а значит, можно было действовать.

В тереме остался лишь обезглавленный труп военачальника демонов. Этот воин попытал счастья в чужом мире, но судьба оказалась к нему неблагосклонна.

– Я бился против этого меча, это было давно. Тот, кто его держал, был по праву великим человеком.

Волк говорил спокойно и с чувством гордости. Этот воин был не таким, как его сестра. Долг, честь и холодная рассудительность – вот были главные черты будущего князя. Их разговор с лейтенантом завязался сам собой, но стоит отметить, что Волк заговорил первым, указав на тот факт, что знал отца Блэка Харта.

– Мой отец был человеком чести и ставил долг перед отчизной превыше всего, – подтвердил слова Волка Харт. После чего добавил: – Но я – не мой отец, и у таких, как мы, – нет родины, но есть долг перед всем миром. Мы сражаемся на стороне света, а это совсем другое.

– Кумдорк выстоял только благодаря вашему невообразимому умению. Я впервые встречаю таких бойцов. Вы вышли без потерь из бойни, в которой, казалось бы, уцелеть невозможно.

– Кому-то наша обыденность кажется невероятной.

– И много таких, как вы?

– Все, кто стоят перед тобой, не имеют себе равных. Нас всего сотня.

Блэк Харт говорил это с чувством гордости, глядя на свой отряд, который теперь для него был всем.

Резкая смена темы заставила его нахмуриться.

– Мне бы хотелось задать вам некоторые вопросы, – сказал Волк, – но, судя по твоему виду, ответов может не быть. Я не вправе требовать, но обязан благодарить вас за спасение моих людей.

– На некоторые вопросы и у меня нет ответов. Ты хотел бы знать, что там за дверью, которую охраняют воины «Сотни»? Я отвечу – там пленник, и это все, что мне известно. Если хочешь знать больше, тогда жди вместе с нами, и, возможно, ты получишь ответы.

Волк посмотрел на своего собеседника. Спорить с ним он не собирался, а ругаться тем более. Он лишь последовал совету лейтенанта.

Долго стоять в ожидании не пришлось. Двери в терем с гулом распахнулись, ударившись створками о массивные бревна. Двое стражников спокойно посмотрели на своих товарищей, которые выходили наружу. Вид у двоих был весьма потрепанный, третий выглядел более свежим. Волк узнал в двух воинах тех, кто бился под стенами Кумдорка вместе с его воинами. Он сразу смекнул, что именно эти храбрецы пленили вражеского командира. Отчаянный отряд, который преследует неведомые для Волка цели.

Трое вышедших и двое их товарищей подошли к тому месту, где стоял Блэк Харт и молодой княжич. Мадеус сразу перешел к разговору.

– Нам всем есть что обсудить, – спокойным, чуть уставшим голосом заключил он, – причем нам всем. – И он перевел взгляд на Волка.

Перед тем как начать следующие действия, Блэк Харт принял решение дать «Сотне» отдохнуть. Почти сутки они вели беспрерывный бой с врагом и сейчас имеют право на восстановление сил. Волк выделил им весьма удобный барак, что стоял на берегу реки. Там весь отряд продолжил восстанавливать обмундирование, а после принялся за трапезу. Вернувшиеся жители Кумдорка хлопотали с приготовлением пищи, проявляя таким образом благодарность к неизвестным воинам. Каждый отметил тот факт, что люди Свободного Народа умеют быть благодарными. Стол буквально ломился от жареной рыбы и дичи, запивали все это медовухой, бочонки стояли прямо на столах, а внутри, как на волнах, покачивались деревянные ковши. Воины не стеснялись показывать свой голод, и каждый набивал живот до отказа, потому как еда в буквальном смысле восполняла силы.

Молодой княжич не стал сразу лезть с расспросами и дал время для отдыха, да и своих дел хватало. Каждый его солдат был занят тем, что помогал товарищам выносить кучи трупов, своих и вражеских, из Кумдорка. Отдельные отряды патрулировали местность и следили за тем, чтобы не возникло неожиданного нападения. Лейтенант тоже не стал обсуждать с Мадеусом то, что произошло в тереме. Он знал, что брат Гёльнары захочет все знать, и ему не хотелось просить Мадеуса все это вновь рассказывать. Потому решено было сначала восстановиться, а потом обсудить план действий.

Так и получилось, что уже глубоким вечером Волк в сопровождении трех своих воинов и доверенных товарищей сидел за столом в отведенном для «Сотни» бараке и слушал то, что рассказывал Мадеус – не то человек, не то кто-то другой.

– С помощью особого ритуала мне стало ведомо то, что было известно нашему врагу, а поскольку он был полководцем, информации достаточно, чтобы сделать некоторые выводы.

Охотник на демонов окинул взглядом сидевших за столом. Все внимательно слушали.

– Это нападение было лишь демонстрацией силы, и не более того. Легионов Пандемония – так они называют свою страну – намного больше. По сравнению с ними войско, что пало при штурме Кумдорка, жалкая горстка неудачников, вот какой мощью они обладают.

В бараке царило молчание, никто не стремился перебить Мадеуса, и он продолжил:

– Наш пленник был генералом своей когорты, основная сила которой сейчас находится в Мрачных горах. Всем уже известно, что тот регион теперь больше не под нашим контролем. Демоны выбили войска Империи и прочно укрепились за горными перевалами, где как раз находится древний портал в их мир. Как оказалось, они пришли покорить Гардию и этот поход окрестили войной за Равновесие Сил. Их стремление нарушить равновесие достигло своего апогея, их желание безмерно велико, и лишь мы стоим у них на пути.